5 я заповедь

Исход 20 дает нам десять заповедей, которые Бог дал людям Израиля. Пятая из них (Исход 20:12) – о родителях:

«Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе».

Бог приказал людям Израиля ПОЧИТАТЬ своих отцов и матерей. Что значит «ПОЧИТАТЬ своих отцов и матерей»? Вот как определяет это один толкователь:

«Это обычная Божия заповедь, написанная Его собственной рукой и переданная людям Моисеем; она содержит моральное наставление и является вечной обязанностью; ее смысл заключается не только в почитании, которое дети должны иметь по отношению к родителям, а также в послушании, которое они им показывают; a также необходимо почитать их имуществом, пищей, одеждой и снабжать всем необходимым для жизни, когда у них возникает нужда в этом; это справедливая услуга, воздаяние за всю заботу, затраты и беды, которые они испытали, воспитывая детей своих для мира.» (John Gill’s Exposition of the Entire Bible, Dr. John Gill 1690-1771)

Почитание родителей включает в себя глубокое уважение, почтительность и помощь. Это значит, что ты – вместе с ними, ты заботишься о них. В отличие от других заповедей, где Бог не дает особенных обещаний, в этой заповеди Он их дает. Господь говорит: «Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.» Но на этом Он не останавливается. Второзаконие 5:16 вещает ту же заповедь, но с добавлением дополнительного обещания:

Второзаконие 5:16
«Почитай отца твоего и матерь твою, как повелел тебе Господь, Бог твой, чтобы продлились дни твои и чтобы хорошо тебе было на той земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе. »

Павел повторяет эту же заповедь в Послании к Ефесянам 6:2-3:

«Почитай отца твоего и мать, это первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле».

Павел говорит, что это «первая заповедь с обетованием (обещанием)». Первая Божия заповедь с обещанием – это заповедь о почитании родителей! И какое это обещание! Ты будешь долголетен на земле и будет тебе благо! Ты хочешь жить долго на земле? Хочешь ли ты блага? Это все для тебя: почитай родителей своих, и оно обязательно случится.

Как и в случае с иными заповедями, здесь Бог говорит о том, что произойдет, если кто-то не будет соблюдать этот Его наказ. В Евангелии от Марка 7 Иисус соединил саму заповедь и описание того, что может произойти, если не будешь ее соблюдать:

Евангелие от Марка 7:10
«Ибо Моисей сказал: почитай отца своего и мать свою; и: злословящий отца или мать смертью да умрет.»

Слово «злословящий» здесь – это глагол «какологео» в греческом тексте, который значит «говорить зло». Тот, кто говорит зло о своем отце или матери, умрет смертью.

Чтобы найти пример не почитания родителей, давайте продолжим чтение вышеприведенного отрывка из Евангелия от Марка:

Евангелие от Марка 7:11-13
«А вы говорите: кто скажет отцу или матери: корван, то есть дар то, чем бы ты от меня пользовался, тому вы уже попускаете ничего не делать для отца своего или матери своей, устраняя слово Божие преданием вашим, которое вы установили; и делаете многое сему подобное.»

Слово «корван» – еврейское, оно значит «дар, данный Господу». Это слово, к примеру, встречается в книге Левит 1:2, где говорится:

Левит 1:2
«объяви сынам Израилевым и скажи им: когда кто из вас хочет принести жертву Господу, то, если из скота, приносите жертву вашу из скота крупного и мелкого.»

Слово «жертву» здесь – в еврейском тексте слово «корван» – его использует Бог, говоря о тех евреях, кто не почитает своих родителей. По существу, эти евреи говорят своим родителям: «Всё, чем я могу помочь тебе — моё имущество, мои доходы – это корван, то есть, все это посвящено Господу, и я не могу дать это тебе». Это обет, который они использовали, чтобы не отдавать ничего своим родителям. Они давали обет, посвящая все Господу, и поэтому могли заявлять, что у них нет ничего, чтобы обеспечить поддержку родителям и, следовательно, они не обязаны это делать. Как объясняет Barnes:

«Если кто-то однажды посвятил все свое имущество Богу (это и есть «корван», или дар Господу), – оно уже не может быть предназначено для поддержки родителям. Если бы его родитель был беден и в нужде, и если бы он обратился к сыну за помощью, сын ответил бы в гневе: «То имущество, которое ты просишь и благодаря которому я могу быть тебе полезен, уже посвящено Богу, – это «корван» – я отдал Богу все.» Евреи считали, что собственность нельзя забрать назад, и сын не обязан помогать ею своему родителю. Он сделал более важную вещь, отдав ее Богу. Сын был свободен. От него больше не требовалось, чтобы он делал что-нибудь для своих родителей. Таким образом, в один момент он мог освободить себя от обязательства чтить и повиноваться своему отцу и матери. (Albert Barnes’ Notes on the Bible, Albert Barnes (1798-1870))

Наш Господь Иисус Христос порицал отговорку «корваном» – даром Богу, – используемую, чтобы не помогать родителям.

Подытожим: Бог заповедовал нам почитать наших родителей всем. Заповедь почитания – это первая заповедь с обетованием, и обетование действительно великое: долголетие и благо на земле! Многие люди не желали бы ничего большего! Итак, у нас есть обещание. Но это не аксиома! Оно оговорено определенными условиями, и будет даровано тем, кто почитает своих родителей. Заповедь почитания родителей настолько важна, что те, кто говорит зло против своих родителей, смертью должны умереть. Да, мы все сейчас живем в век благодати, но вот – заповедь Божия и Его обещание и еще – приглашение для нас:

Послание к Ефесянам 6:2-3
«Почитай отца твоего и мать, это первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле».

Анастасиос Kиoyлaxoглoy

Иногда молодой духовник затрудняется перечислять грехи, т.е. просто не может припомнить главнейших и более часто допускаемых грехопадений. К сожалению, держа часто пред глазами богослужебные книги, наши богословы и наше духовенство редко удостаивают своим вниманием то, что там напечатано красным шрифтом или даже черным, кроме самых молитвословий, из коих также добрую половину никогда не прочитывают.

Итак, довольно полное перечисление всевозможных грехов можно собрать по следующим чинопоследованиям требника и каноника: 1) по чину исповедания, 2) по молитве вечерней Святому Духу, 3) по заключительной вечерней молитве: исповедую тебе единому Богу, в Троице славимому и пр., которая помещается в Киево-Печерских и Почаевских правильниках, 4) по четвертой молитве ко Святому Причащению: «Яко на страшнем Твоем и нелицеприемнем предстояй судилище»; к сожалению, эту молитву за последние 30 лет перестали помещать в правильниках, но в Псалтири Следованной она помещается, 5) наконец, среди брошюр церковно-книжных лавок можно встретить: «Исповедание грехов генеральное» (т.е. общее) святителя Димитрия Ростовского. Здесь самое подробное и продуманное их перечисление. Конечно, духовник не будет каждого прихожанина опрашивать по каждому из этих грехов, но перечитает их перечисление заранее и затем, применяясь к возрасту, полу и настроению души исповедующихся, будет предлагать те или иные вопросы. Не так давно Киево-Печерская типография выпустила отдельной брошюрой и очень крупным шрифтом: «Последование о исповедании» (1914 г.), где приведено и помянутое творение святителя Димитрия, и полный чин Таинства, и другие еще вопросы кающимся. Эта брошюра может прекрасно заменит вышеуказанные пособия.

Прежде чем обратиться к указанию врачевания отдельных грехов, спросим себя о том, как быть с теми христианами, которые, хотя и не вполне уподобляются тем нераскаянным грешникам, о коих мы писали раньше, как о поверженных в окамененное нечувствие, но, признавая свои грехи предосудительными, откладывают борьбу с ними на неопределенное время, думая, а иногда и гласно заявляя, что еще успеют покаяться. Если такая мысль и не сидит в голове у людей, как устойчивое сознательное положение, то она таится и даже господствует у огромного большинства в полусознательном состоянии и выражается в том беззаботном настроении, с коим они вновь и вновь возвращаются к скверным делам, и в том благодушном самочувствии, с которым они являются, хотя и не часто, в храм Божий и даже на исповедь, нисколько себя не оправдывая, но как бы уверенные, что они ни в каком случае не будут лишены вечного спасения, а непременно когда-либо и как-либо исправят свою жизнь. Наша классическая литература в лице Пушкина, Тургенева, Л. Толстого едва ли не такими именно свойствами наделяет своих героев, в которых желают нарисовать центральный тип русского интеллигента, да и в простом народе таких типов не мало, особенно среди тех, кто вышел уже из условий патриархальной семейной среды и прикоснулся к новым условиям жизни. Что должно внушить таким людям? Страх Божий? Иногда (хотя, конечно, не всегда) им достаточно привести следующее изречение из помянутого Слова св. Кирилла Александрийского «О исходе души и о Втором пришествии» (в Следованной Псалтири). «Глаголющие: в юности согрешим, а в старости покаемся, от демонов поругаются и прельщаются, яко волею согрешающе, покаяния не сподобляются, и в юности от смертного серпа пожинаются, якоже Аммон, израилев Царь, Бога прогневивый за лукавая своя помышления и скверные мысли». Полезно подтвердить это примером из окружающей жизни. Я, например, знал нескольких лютеран, расположенных к нашей вере, но откладывавших священное миропомазание до отставки или до предсмертной болезни по внушению диавола, который внушал им такое решение, чтобы не говорили о них, будто они приняли Православие из целей корыстных (?!). Все они умерли, не успев выйти из когтей своей ереси. То же нередко бывает с христианами, решившими принять иноческое пострижение, но постепенно откладывавшими его на позднейшие и позднейшие годы. В древнее время тем же погрешали и также подвергались нераскаянной смерти язычники, желавшие стать христианами. Их особенно настойчиво обличает и увещевает св. Иоанн Златоуст в своих творениях и другие современные ему Отцы Церкви. Сверх того, должно внушать откладывающим решительное исправление своей жизни, что желание покаяться и страх Божий не возрастают, если откладывать свое обращение, а меркнут, а в беспечном сердце тем временем зарождаются и возрастают новые страсти, как терние, заглушающее пшеницу; душа человека черствеет и если даже не будет изъята из тела в молодости, то, медля покаянием в юные годы, к старости еще более жадно привяжется к житейским прелестям и станет вовсе недоступна для решительного покаяния.

Самый нежелательный вид исповеди получается тогда, когда к ней приступает человек, хотя и чуждый преступлений и, пожалуй, грубых страстей, не несущий в своей совести горьких укоризн, а взирающий на себя так: «Жить безгрешным невозможно; я грешил и грешить, конечно, буду не нарочно, а по слабости, но ведь иначе и быть не может; что же я буду особенно убиваться о содеянных грехах, когда с завтрашнего дня примусь за то же самое? Не отрицаю Таинства Причащения, но принимаю его по послушанию христианскому учению, а явной для души своей пользы не ощущал и, вероятно, ощущать не буду. Все, осужденное Евангелием, и я признаю грехом; не лгу, когда отвечаю священнику: «грешен»; но думаю, что, если б этих двух Таинств и не было бы, то я был бы, пожалуй, не хуже и не лучше, чем я пребываю, принимая их ежегодно или через 3-4 года». Так выразить свое настроение не все решаются и не все могут, особенно малограмотные. Но чувствуют так многие. И, однако, это указание не противоречит тем, с которых мы начали свои советы духовнику, когда заявляем, что исповедующиеся примут его слова как Божии глаголы, и что никогда христианин не бывает так подготовлен и склонен восприять доброе влияние, как в минуты исповеди.

Дело в том, что изложенное сейчас равнодушное и безотрадное настроение мирянина складывается в его душе по причине неопытности духовника, не сумевшего пробудить в нем укоры совести, сознание себя тяжким грешником пред Богом и ближними. Из вышесказанного следует, что такое пробуждение достигается чрез раскрытие грешнику его господствующей страсти, которой он часто, даже по большей части, в себе и не подозревает, но ведь для сего потребна исповедь продолжительная, а пока возможность таковой не организована, и духовнику приходится ограничиваться либо выслушиванием собственных признаний кающегося, либо задавать вопросы об отдельных грехах. Как может он пробудить в нем глубокое чувство виновности и настойчивое желание приняться за борьбу с собой и озаботиться спасением души своей? Это ведь особенно трудно, если заведомо преступных деяний у человека не было, но нет и прямого стремления к Богу и к добродетели.

В подобных случаях тот из духовников исполнит свою задачу, который откроет кающемуся глаза на такие грехи, которых он не замечает и не ценит ни во что, но которые причиняют много зла ближнему или очень строго осуждены учением Христовым. Переходя теперь к рассмотрению отдельных грехов, мы полагаем, что с подобных-то грехов пастырь и должен начинать свои вопросы. Какие же это вопросы?

А вот, когда кающийся заявляет, что он человек верующий, то духовник его спросит: «Не скрывали ли вы это ради ложного стыда и страха пред людьми? Вы знаете, что во времена еще мучеников те христиане, которые заявляли свое отречение от веры Христовой и не исповедовали Господа Иисуса Христа пред мучителями из страха истязаний и казни, отлучались от Церкви на 20 лет, а те, которые поступали так не в опасности смертной казни, а ради земных расчетов или боясь насмешек, отлучались на всю жизнь и только пред кончиной сподоблялись принятия в Церковь и Святого Причащения, или проводили дни свои в постоянном оплакивании своего отречения, как делал апостол Петр, проливавший слезы покаяния при каждом ночном пении петуха во все дни своей жизни: иже бо аще постыдится Мене, и Моих словес, в роде сем (Мк. 8, 38) и т.д.

Конечно, если духовник лично знает пришедшего и то, что он именно в этом грешен, то его опрос может быть настойчивее и речь о сем продолжительнее. Но и незнакомому он может пояснить, если тот не помнит за собой случаев прямого и нарочитого сокрытия своей веры и представления себя человеком безрелигиозным, что грозные слова Христовы падают не только на того, кто прямо отрекается от веры, но и на того, кто постыдится Его исповедать: в этом грехе повинны и те, кто скрывает от знакомых, что он говеет, ходит в церковь, кто постыдится перекрестить лоб пред обедом или проходя мимо храма, не желая, чтобы люди знали, что он — человек верующий. Полезно ему напомнить, что магометане тогда именно умножают свои молитвы, когда бывают среди неверных, например на палубах пароходов и молятся с особенным усердием, когда пассажиры осыпают молящихся насмешками, ибо перенесение этих насмешек они почитают нарочито угодным для Аллаха подвигом.

Все сие, сказанное с любовию, так, чтобы грешник понял, что священник не унизить его хочет, а раскрыть ему глаза на свою собственную душу, заставит его задуматься. Если он, кроме того, сознается, что скрывал грехи на прежних исповедях, — этот же самый грех или другие — вследствие ли ложного стыда или по крайнему небрежению и забвению, то, думается, увещания духовника выведут и легкомысленную душу из ее греховной беспечности, а это будет началом перемены всей внутренней жизни человека; он уразумеет, что он тяжкий грешник, что он забыл своего Искупителя и более достоин осуждения от Бога и людей, нежели человек, постыдившийся признать свое родство с бедными родителями или иными родичами и тем заслуживший общее презрение.

Грехи против ближних

Затем поставь исповедующемуся такой вопрос: не лежит ли на его совести грубое оскорбление родителей или постоянно наносимые им мелкие обиды? Пусть же он не думает, что это будничная мелочь в семейной жизни. Господь изрек Моисею: иже злословит отца своего, или матерь свою, смертию да умрет (Исх. 21, 16). Этот смертный приговор злословящим родителей подтверждает Спаситель, как именно заповедь Божию (Мф. 15, 4 и Мк. 7, 10), хотя не как уголовный закон о смертной казни, но как грех смертный. «Когда вырастешь и, быть может, похоронишь родителей, — пусть так говорит духовник виновному в этом подростку, — то поверь, что, вспоминая подобные случаи, будешь и наедине краснеть до ушей от стыда и ломать себе руки, тщетно желая исправить свой грех, который тебе теперь кажется ничтожным, ибо ты не можешь пока понять, какой острый нож вонзает в грудь любящих родителей дерзкий сын или дочь, когда оскорбляет злобными словами или грубым непослушанием; поймешь это, когда у тебя будут свои дети, но когда, по всей вероятности, уже невозможно будет загладить своей вины пред умершими родителями». То же самое или почти то же испытывают учителя, когда получают дерзости от учеников, а получив их много, ожесточаются потом и сами, и святое учебное дело становится пыткой и для учителей и для учеников, но изменить такого положения в нормальное легче последним, нежели первым.

Руководясь желанием пробудить или усилить в исповедующемся чувство виновности пред Богом, предложи ему вопросы, о которых он, вероятно, и не думает, но которые обнаруживают для него самого его душевные язвы. При сем полезно продолжать свои вопросы не в принятом порядке — грехи против Бога, против ближних и против самого себя, — а в том, в котором легче добраться до пробуждения в нем совести. Ведь современная наша паства о непосредственном отношении к Богу почти забыла. Что за смысл спрашивать об исправном посещении церкви или о внимании к молитве человека, который уже несколько лет как забыл и дорогу в храм Божий, и никогда, ни утром ни вечером, лба не перекрестит? — «Молиться я не привык, — смело отвечают такие люди — но живу честно и никого не обижаю, а многие молятся Богу и поедают людей». — Если духовному отцу удалось сбить грешника с такой самодовольной позиции вышеуказанными основными вопросами, то пусть благодарит Бога, но во всяком случае полезно продолжать вопросы в том же порядке по степени чуткости к ним совести современных людей, т.е. прежде спросить о грехах против ближнего, а потом уже о грехах против Лица Божия и, наконец, о грехах, расстраивающих внутреннюю жизнь самого грешника.

Итак, тому христианину, который думает, что он никогда не обижал ближнего, скажи — это хорошо, но под обидой нужно разуметь не только то, что сердит человека, но еще более то, что наносит ему вред. Воров строго карает закон и презирают люди, а ведь у человека имеются ценности, несравненно более значительные, чем деньги или вещи: это его душа, его неиспорченность. — Не советовал ли людям чего-либо дурного, порочного? Не осмеивал ли чьего целомудрия или стыдливости или их послушания старшим или добросовестности по службе или по учению? Ведь потеря невинности, стыдливости, послушания родителям и даже честности происходит у юношей и девиц не иначе, как под влиянием примеров и злых советов, а те, которые столкнули их с доброго пути, и думать забыли о них и о своем злодеянии. Они тяжкие грешники пред Богом, более тяжкие, чем воры и грабители. Но еще более преступны те, которые не только дают коварные советы вопрошающим, но сами употребляют усилия, иногда продолжительные, чтобы соблазнить невинного на грех, от которого он потом не освобождается надолго, а то и на всю жизнь. А сколько таких соблазнителей в любом училище, которые не хотят успокоиться, пока не стащат товарища в публичный дом или не познакомят его со скверными людьми. Кому между тем не известно слово Христово: иже аще соблазнит единаго малых сих и пр. (Мф. 18, 6). — Итак, не грешен ли ты в том? Не посевал ли нарочно в сердце ближнего твоего сомнения в вере, не осмеял ли его благочестия? Не отваживал ли от молитвы и храма? Не сеял ли раздора между братьями, между супругами, сослуживцами или товарищами? — Все, поступающие подобным образом, суть помощники и слуги дьявола, который получает над ними сильную власть, ибо они сами отдали себя в послушание его воле. Такая же участь ожидает и тех, которые грешат клеветою на ближнего в беседах с людьми и в печати, или осуждают их, не будучи даже сами уверены в том, что ближние виновны в том или другом.

Впрочем, если ты не имеешь случая или даже желания соблазнять, или огорчать ближнего, или вводить его в беду, но прознав об его несчастии, тому злорадствовал вместо сострадания ему, то смотри, как черна твоя душа, и на каком ты опасном пути, ибо так сказано в Писании: ненавидяй брата своего, человекоубийца есть (1 Ин. 3, 15). Но ты в этом не грешен, слава Богу, а не свойственно ли тебе злопамятство, если оно даже и не выражается в мстительности? Ведь оно ни во что вменяет наши молитвы, по слову Господню, и показывает, что сердце твое исполнено великого самолюбия или себялюбия и самооправдания. В том же ты виновен, если имеешь дух непослушания в семье, или школе или на службе; если исполняешь требуемое лишь тогда, когда можешь подвергнуться ответственности, а находишь удовольствие в том, чтобы сделать что-нибудь по-своему. С этого непослушания начался грех во вселенной и с него именно начинают свои греховные подвиги уголовные преступники, руководимые всегда духом самооправдания. Этот диавольский дух проводил их по таким ступеням: непослушание, леность, обман, дерзость против родителей, искание чувственных наслаждений, воровство, отвержение страха Божия, оставление отчего дома, грабежи и убийства и отвержение самой веры. Когда исповедующийся опустит свою голову и в речи его услышишь голос раскаяния и устрашения своими грехами, тогда скажи ему, что злые чувства непослушания, а особенно злопамятства и злорадства, вырастают в той душе, которая любит всех осуждать; последнее дело греховно именно потому, что вместе с привычкой без нужды осуждать людей в нас развивается услаждение недостатками ближних, а затем нежелание признать в них что-либо доброе, а отсюда уже близко и до злорадства, а тем более до злопамятства. В светском или мирском обществе все это не почитается похвальным, над послушанием же прямо смеются или даже негодуют за самое упоминание о нем, требуя напротив, чтобы каждый подчиненный, каждый солдат, рабочий, чиновник, а тем более профессор, требовал себе свободы и свободы. Особенно это требование было сильно среди студентов и даже среди учеников средней школы. Оно же перешло и в деревню, и в приход, и даже в семью, где только сильная отцовская рука да угроза изгнанием или голодом могут поддерживать тот малый остаток порядка, который ограждает пока дом от разорений. Последние два года показали, куда привело это скверное учение о самоволии: не говоря о том, что люди стали почти поголовно злодеями, но они мрут с голоду, ходят оборванцами, лишились возможности учиться и сообщаться друг с другом чрез письма — словом, возвратились к состоянию дикарей. Чем, каким подвигом вывел людей из их прежней жизни Спаситель и сделал праведными и разумными? Послушанием! Послушанием единаго праведни будут мнози (Рим. 5, 19). И доныне высший образ благочестия, т.е. монашества, есть прежде всего послушание. «Итак, юноша-христианин, — скажет духовник, — если желаешь быть добрым, разумным человеком, а не глупой овцой — Панургова стада, то не соглашайся с толпой погибающих духовно и телесно сверстников, не иди путем самоволия, но путем послушания. Тогда только будешь человеком, тогда, быть может, один из многих товарищей не будешь сифилитиком во время кончины учения, сохранишь веру и сердце незагрубелое, правдивое слово и честную душу, не похожую на переметную суму, как у огромного большинства наших современников. А теперь знай, что, согласно твоим признаниям, ты уже много погрешил пред Богом, и я рад, видя, что ты исполнился скорби пред раскрывшейся тебе картиной твоих немалых грехов, о коих ты прежде, пожалуй, и не думал».

<< на главную :: :: ^^ к началу

Даже очень далекий от церкви человек знает о существовании десяти заповедей, иногда может их перечислить. Но мало кто знает, что стоит за каждой заповедью и как применить их к своей жизни. Сегодня разбираемся с протоиереем Михаилом Шполянским в значении для современного христианина заповеди о почитании родителей.

ПЯТАЯ ЗАПОВЕДЬ

Почитай отца твоего и мать твою,
чтобы тебе было хорошо
и чтобы продлились дни твои на земле,
которую Господь, Бог твой, дает тебе.

Исх. 20, 12

Удивительная особенность пятой заповеди: из всего Декалога она единственная не только не грозит наказанием (прямо или косвенно, по умолчанию), но, напротив, дает обетование благ, да к тому же благ вполне житейского порядка — «…чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь… дает тебе». Здесь мы слышим оправдание житейских ценностей даже этого падшего мира, слышим и о символе твердого основания мирской жизни — «твоей земле».

Не пытаясь слишком настойчиво объяснить такую специфику пятой заповеди, отметим, что в ней Господь как бы подтверждает естественное человеческое стремление к житейскому благополучию. И ставит это благополучие в зависимость от выполнения естественных, подчеркнем — даже не религиозных, а именно естественных для существа разумного и нравственного обязанностей.

В то же время можно предположить, что пятая заповедь является как бы ветхозаветным предисловием к новозаветной заповеди о любви к ближним. Ибо, по смыслу притчи Господней о милосердном самарянине (см.: Лк. 10, 30–37), ближний есть тот, кто послан нам Богом на путях этой жизни, тот, кому мы нужны. В этом плане — кто нам ближе нашей семьи? И при этом, если с течением времени потребность детей в нашей заботе и помощи умаляется, то потребность в том же наших родителей только возрастает. Таким образом, по мере нашего духовного взросления возрастает и наша естественная обязанность являть жертвенную любовь в заботе о близких. Итак, в этой заповеди смыкается мирское и религиозное начало жизни, нравственное и духовное ее содержание.

В самом звучании текста заповеди интересно умолчание о том, что же такое «чтобы тебе было хорошо». Это умолчание указует нам на то, что «хорошо» — это не набор неких благ, а состояние души; умение благодарно ценить то, что дано тебе Богом. По сути дела, здесь говорится о том состоянии, которое мы называем счастьем. Ведь счастлив, как утверждает народная мудрость, не тот, кто палим огнем неудовлетворимых желаний, но тот, кто, ища лучшее, радуется имеющемуся. Таким образом, эта заповедь как бы двояка: с одной стороны, она обещает необходимые для благополучного долгоденствия житейские блага («твоя земля»), а с другой — призывает к той гармонии души, которая только и делает человека благодарным и счастливым в мире сем.

В житейском смысле польза от соблюдения этой заповеди — в очевидной гармонии жизненного уклада. Преемственность поколений вместо конфликта отцов и детей, спокойствие совести, уважение окружающих, светлая и благодарная любовь стариков — разве все это не необходимые элементы подлинного житейского блага?

И даже когда Господь попускает в отношениях с пожилыми родителями трудности (причиной которых чаще всего бывают духовно-нравственные деформации), подвиг терпения и заботы о них всегда вознаградится в жизни сторицей — как минимум в нашей же старости.

Конечно же, исполнение сей заповеди относится не только к присмотру за пожилыми родителями. Это и уважение к старости как таковой. Это долг уважения и почтения молодых людей к своим родителям, от опеки которых они, возможно, только что отошли, но которые еще считают необходимым активно участвовать в устроении обстоятельств жизни детей (что зачастую гораздо более оправданно, чем это кажется детям). В конце концов, это и умение учиться чужому опыту. А ведь это совсем не маловажно. Как известно, умные люди учатся на ошибках других. А мудрые люди возрастают в духе, учась у других любви и доброте.

И действительно, чем глубже и гармоничнее связь поколений, тем интенсивнее воспринимается молодежью бесценный опыт отцов и предков. Наверное, многие из нас удивлялись той невероятной для нашего времени образованности и личностной зрелости, которая была свойственна с юных лет представителям интеллигенции и высших слоев общества России XIX — начала XX века. Конечно, материальная обеспеченность и традиции образования, культурная среда, возможность учебы в различных, в том числе лучших европейских, учебных заведениях — все это играло огромную роль. Но не была ли основной причиной этого явления живая преемственность поколений? При всех неизбежных психологических проблемах и трениях сохранялось главное — непрерывность культурной, интеллектуальной и, в лучших проявлениях, духовной традиции.

И именно тогда, когда дети, повторяя трагический опыт древнего Хама, перестали почитать отцов, — тогда и пошли «лишние люди», Печорины и Онегины, за ними Базаровы да Рудины, вырождающиеся в Шигалевых и Ставрогиных. Сначала их были единицы — тех, кто с неизбежной «водой» личностных ошибок и недостоинств старшего поколения выплеснули и «ребенка» — благой опыт их жизни. Но когда таковые стали определять лицо поколения, тогда «золотой век» культуры скрылся в «серебряном»; а за ним маячил уже «железный на крови», ХХ век.

Отвратительную антитезу пятой заповеди — примат ценностей не нравственных, но классовых — пыталась насадить большевистская власть. Выдать, предать, обречь на мучение и смерть родного отца, сестру, сына, жену или друга ради мертвых идеологических схем представлялось не только доблестью, но и обязанностью. Как страшен известный исторический факт: у многих приспешников Сталина — Калинина, Молотова и других — жены сидели в лагерях; это была проверка на лояльность, так «повязывали» подлостью.

Однако «идеал» этот, несмотря на давление, все-таки к жизни не привился — настолько чужда человеческому естеству такая классовая «нравственность». Показателен другой пример: вот в издательстве «Русский путь» вышла книга «Офицеры русской гвардии» — список из 45 тысяч имен, и более ничего. Поразительно — раскупают, книга пользуется спросом! Люди, ужаснувшись и отшатнувшись от большевистской антиутопии, ищут своих предков и родственников, расспрашивают стариков, роются в архивах и составляют родословные. Так оживает память, а с памятью — любовь.

Религиозное понимание пятой заповеди самой формулировкой стыкуется с житейским. По сути дела все, что было сказано выше, относится и ко второму уровню понимания, только подкрепленное уже Божественным обетованием. Не только блага житейские как следствие гармоничного устроения жизни, но блага как дар свыше — смысл пятой заповеди. И существенно то, что именно с этой заповеди, соединяющей духовное и плотское, освящающей законные интересы плоти, начинается вторая — так сказать, «поведенческая» — часть Декалога. Таким образом, дух и плоть в нашем бытии как бы соединяются воедино.

Актуализация любви в конкретных делах, школа послушания и рассудительности — эти фундаментальные для христианства духовные состояния коренятся и в выполнении пятой заповеди.

Естественно, что именно в религиозном контексте исполнение этой заповеди обретает свою полноту и красоту: только присутствие Господа в отношениях между людьми придает им законченную гармонию.

Церковь учит: «Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью; в почтительности друг друга предупреждайте… со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью… Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, века длится день».

Для верующего человека эти слова — не красивая абстракция, а богоустановленная норма жизни, свыше благословенная и благодатно даруемая. Любовь и молитва соединяют близких людей в вечности, являют и в земной жизни дивную красоту гармоничных отношений в семье. В качестве примера вспомним житие преподобного отца нашего Сергия, игумена Радонежского.

«Он (отрок Варфоломей) стал питаться хлебом и водой, воздерживаясь от принятия всякой пищи в среды и пятницы. Мать свою он убедил не мешать ему. Когда Варфоломею было 15 лет, родители его, сильно обедневшие от татарских набегов, оставили древний Ростов и переселились в Московское княжество, в маленький город Радонеж, под покровительство московских князей. Двадцати лет Варфоломей стал просить родителей благословить его постричься, но родители умоляли его не оставлять их до кончины. И любящий сын повиновался».

Варфоломей, будущий преподобный, уважив просьбу родителей, не отступился тем от Бога, ибо верой и любовью он всегда и везде пребывал с Господом, но ради любви к родителям отступился он от своего душевного влечения — как можно скорее исполнить явленное буквально с младенчества предназначение его жизни: оставить мир ради единения с Богом. Легко ли было это? Ведь просьба «пожить с нами до смерти» предполагала неопределенное многолетие, а тут еще наверняка помысл о благости его монашеского выбора нашептывал оправдание небрежения стариками. Однако трезвенный дух преподобного, во всем являвшего чудную гармонию христианской духовности, подсказал ему решение в духе Христовой любви и смирения, в духе пятой заповеди Закона Божьего.

И вот он, удерживая свои стремления, покоит старость родителей до времени, угодного Господу. И Господь венчает их семью общей святостью: родители, постригшись в Хотьковском монастыре, отходят в Царство Небесное как преподобные, а сам Сергий становится родоначальником великой семьи подвижников и праведников — сонма как прославленных Церковью святых отцов и жен, так и ведомых только Господу учеников и духовных последователей.

А теперь обратим внимание еще на одну особенность пятой заповеди: не послушание родителям, но почитание их заповедал нам Господь. Ведь это далеко не одно и то же; здесь как раз и есть место христианской добродетели рассуждения. «Почитание» в тексте ветхозаветной заповеди вместо естественного в мирском сознании «послушания» власти родителей как бы готовит нас к новозаветному наказу: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня…» (Мф. 10, 37).

Почитание предполагает выполнение определенного круга душевных и житейских обязанностей: заботы, внимания, уважения, также и разумного послушания в должном порядке иерархии ценностей. При этом ничто на свете, даже и святыня семьи, не должно занимать в жизни и в сердце христианина место Бога. Не до́лжно пренебрегать первыми заповедями Закона Божьего, и кто к этому не чуток — тот недостоин Бога. Именно безрелигиозное послушание подавляющему влиянию родителей ведет или к срыву семейных отношений, или к катастрофическим деформациям личности потомков. И потому Богом мы призваны именно к почитанию родителей.

Мистический уровень. Прежде всего, вдумаемся в мистический смысл деторождения. Очевидно, что чудо рождения жизни бесконечно мало зависит от нашего произволения и нашего разумения. Своими действиями мы только даем на то согласие, но что от нас зависит далее в сем таинственном явлении, начиная с промысла соединения определенных первоклеток до их фантастически сложного процесса умножения и развития? Во всем этом, яснее чем где бы то ни было, являет себя промысел Божий, и наше участие в сотворении нового человека — наше сотворчество Богу.

В чем здесь разница с воспроизводством потомства в животном мире? В том, что, рождая человека, мы участвуем в рождении «души живой» (Быт. 2, 7), простирающейся в Божественную вечность, а рождение бессловесной твари есть не более чем воспроизводство детерминированного биологического механизма. Понимание величия такого «сотворчества» обязует нас к величайшей трепетности в отношениях с нашими «сотворцами» — родителями, к чему и призваны мы пятой заповедью Закона Божьего. И небрежение этой заповедью, пошлое низведение богодарованного чуда до грубого физиологизма полового акта с небрежным отношением к его последствиям (подробнее об этом в беседе по седьмой заповеди), несомненно, является одной из существеннейших причин расколотости нашего бытия, утерянности обетованного «хорошо» в этом мире.

Далее, обратим внимание на связь слов «отец» из пятой заповеди Декалога и «Отец» из молитвы Господней. Эта связь не случайна. Почитание земного отца есть подобие почитания Отца Небесного и берет в нем свое начало. Действительно, от сотворения мира человек имел единого Отца — Бога, и в райском состоянии почитание Бога было тождественно полному с Ним единению. После грехопадения смерть вторглась в жизнь, но не допустил Господь ее всевластия: смерть не завершила жизнь, но только ее прервала. Пораженные смертным недугом родители промыслом Божиим преодолели смерть человечества рождением детей. Созданная еще от сотворения райского мира (см.: Быт. 1, 27–28) цепочка «отец — сын/отец — сын/отец…» стала богоучрежденным способом преодоления всевластия смерти.

И начало этой цепочки — Отец/Сын, где Отец — Творец мира, а Сын — Спаситель мира. Потому почитание земного отца (и матери, ибо Богородицей включена в эту мистическую цепочку жизни также и мать) есть вхождение в Божий промысел спасения. Таким образом, сознательно выполняя заповедь о почитании родителей, мы не только исполняем условие Божьего обетования о благоденствии в жизни, но и мистически включаемся в систему спасения как ее часть, восходя от малого к великому. И великое познается в малом, и достойные отношения с земным отцом созидают условия личностных отношений с Отцом Небесным. А ведь только эти отношения реализуют основной принцип христианства — любовь. Таков высший смысл пятой заповеди.

О значении других заповедей читайте в книге протоиерея Михаила Шполянского «10 заповедей: как выжить в современном мире».

Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе

Как Священное Писание учит относиться к родителям?

Пятая заповедь предписывает особые обязанности по отношению к родителям, учит почитанию их: почтительно обходиться с ними; повиноваться им; питать и покоить их во время болезни и старости; после их смерти, также как и при жизни, молиться о спасении их душ и верно исполнять их завещания, не противоречащие закону Божию и гражданскому (см. 2 Мак. 12:43-44; Иер. 35:18-19; Святого Иоанна Дамаскина. Слово об усопших).

Насколько тяжек грех непочтения к родителям?

Насколько легко и естественно любить и почитать родителей, которым мы обязаны жизнью, настолько тяжел грех непочитания их. Поэтому в законе Моисеевом за злословие по отношению к отцу или матери полагалась смертная казнь (см. Исх. 21:16).

Почему к пятой заповеди присоединено обещание благополучия и долголетия?

Для того, чтобы очевидной наградой побудить к исполнению заповеди, на которой утверждается порядок как семейной, так и общественной жизни.

Каким образом исполняется обещание благополучия и долголетия?

Примеры древних патриархов и праотцов показывают, что Бог даёт особую силу благословению родителей (см. Быт, гл. 27). Благословение отца утверждает домы детей (Сир. 3:9). Бог особенно хранит жизнь и устраивает благополучие тех, кто почитает родителей на земле; и, как награду за совершённую добродетель, дарует бессмертную и блаженную жизнь в Отечестве небесном.

Почему в заповедях о любви к ближним прежде всего упоминаются родители?

В заповедях, в которых предписывается любовь к ближним, прежде всего упоминается о родителях, потому что родители, естественно, к нам ближе всех.

Кого, кроме родителей, следует нам почитать?

В пятой заповеди под наименованием родителей следует понимать всех, кто в разном отношении бывает для нас вместо родителей.

Кто для нас может быть вместо родителей?

Вместо родителей для нас являются: отечество, потому что оно есть великое семейство, в котором Государь есть отец, а подданные — дети Государя и Отечества; пастыри и учителя духовные, потому что они учением и Таинствами рождают нас в жизнь духовную и воспитывают в ней; старшие по возрасту; благодетели; начальствующие в разных отношениях.

Как Священное Писание говорит о почтении к государю?

Священное Писание так говорит о почтении к Государю: Всякая душа да будет покорна высшим властям: ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению (Рим. 13:1-2). Потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести (Рим. 13:5). Бойся, сын мой, Господа и царя; с мятежниками не сообщайся (Притч. 24:21). Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу (Мф. 22:21). Бога бойтесь, царя чтите (1 Пет. 2:17).

Как далеко должна простираться наша любовь к государю и отечеству?

Наша любовь к Государю и Отечеству должна простираться до готовности отдать за них свою жизнь (см. Ин. 15:13).

Как Священное Писание говорит о почтении к пастырям и учителям духовным?

Священное Писание о почтении к пастырям и учителям духовным говорит так: Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны: ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет; чтоб они делали это с радостию, а не воздыхая: ибо это для вас не полезно (Евр. 13:17).

Как Священное Писание говорит о почтении к старшим по возрасту?

В Священном Писании есть особое указание почитать старших по возрасту, так же, как и родителей. Апостол Павел пишет к апостолу Тимофею: Старца не укоряй, но увещавай, как отца; младших, как братьев; стариц, как матерей; молодых, как сестер (1 Тим. 5:1-2). Пред лицем седаго вставай и почитай лице старца, и бойся (Господа) Бога твоего (Лев. 19:32).

Как Священное Писание говорит о почтении к благодетелям?

Удостовериться, что благодетелей следует почитать, как родителей, можно на примере Самого Господа Иисуса Христа, Который повиновался Иосифу, несмотря на то, что Иосиф не был Его отцом, а только воспитателем (см. Лк. 2:51).

Кого ещё следует почитать подобно родителям?

Есть ещё начальствующие, которых следует почитать после родителей, подобно им. Это те, кто заботится о нашем благочестивом воспитании, т.е. Учителя и наставники; кто охраняет нас от беспорядков и неустройства в обществе, т.е. Начальники гражданские; те, кто защищает нас от обид силой законов, т.е. Судьи; те, кому Государь вверяет сохранение и защиту общественной безопасности от врагов, т.е. Начальники военные.

Как Священное Писание говорит о почтении к начальствующим?

В Священном Писании об обязанностях по отношению к начальникам разного рода говорится: Отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь (Рим. 13:7).

Священное Писание говорит так о подчиненности служителей и рабов господам:

Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу, не с видимою только услужливостию, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души (Еф. 6:5-6). Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым (1 Пет. 2:8).

Какие обязанности предписываются в отношениях с детьми?

Священное Писание предписывает обязанности к детям, соответственно обязанностям в отношении родителей. Отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем (Еф. 6:4).

Как Священное Писание предписывает относиться духовным пастырям к своей пастве?

Священное Писание о долге и обязанности пастырей по отношению к духовной пастве говорит так: Пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду (1 Пет. 5:2-3).

Как Священное Писание говорит об обязанности начальствующих и владеющих?

Священное Писание о долге и обязанностях начальствующих и владеющих говорит так: Господа, оказывайте рабам должное и справедливое, зная, что и вы имеете Господа на небесах (Кол. 4:1).

Как следует поступать, когда требуют от нас противного Священному Писанию?

Если случится, что родители или начальники потребуют чего-либо противоречащего вере или закону Божию, тогда следует сказать им, как сказали апостолы начальникам иудейским: Судите, справедливо ли пред Богом — слушать вас более, нежели Бога? (Деян. 4:19). И следует претерпеть за веру и закон Божий всё, что бы ни последовало.

Как называется добродетель, которую требует от нас пятая заповедь?

Добродетель, которую требует пятая заповедь, называется послушанием.

Пространный Православный Катeхизис Православной Кафолической Восточной Церкви. О пятой заповеди

«Должности в отношении к родителям предписывает пятая заповедь под общим наименованием почитания их: Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет и да долголетен будеши на земли (Исх. 20: 12)» 1). Сила этой заповеди особенно раскрывается из сравнения ее с другой: возлюбиши Господа Бога твоего (Мф. 22:37). «Как? Отца почитать, а Бога любить? Мы обыкновенно любим то, что к нам ближе и нам подобнее; а что выше нас, то почитаем. Посему, кажется, свойственнее было бы требовать любви к отцу и почтения к Богу. Нет, говорит Божественный закон: чти отца; возлюбиши Бога. Как бы так сказано: отца любить тебе свойственно и без заповеди, также и чтить Великого Бога; заповедь учит тебя тому, что трудно было бы тебе разуметь без нее; итак, отца не только люби по естеству, но и чти по воле Отца Небесного; Бога не только чти по внушению естества и совести, но дерзай приступить к Нему ближе, чего не дерзнул бы ты сделать без благодатной заповеди; возлюби Бога, яко отца; нареки твоим Богом, Богом сердца твоего и частию твоею во век (Пс. 72:26)» 2). «Чтобы показать важность семейственных должностей и добродетелей для подчиненных членов семейства, довольно указать на один пример, сильнейший самого закона, потому что это пример Законодателя, покоряющегося закону. Когда юного Иисуса преблагословенная Матерь Его и мнимый отец нашли во храме в собеседовании о предметах духовной мудрости и жаловались, что Он оставил их, тогда Он дал было им на сие такой ответ, которым, по-видимому, разрешал Себя от закона покорности земным родителям, потому что занимался делом Отца Своего Небесного. Что яко искаста Мене? Не веста ли, яко в тех, яже Отца Моего, достоит быти Ми? (Лк. 2:49). Но что же потом? Несмотря на столь высокое право, смиренно преклонил Он выю под иго заповеди, повелевающей чтить отца и матерь: И сниде с нима и прииде в Назарет и бе повинуяся има (Лк. 2:51). Так важен долг повиновения семейственного, что Единородный Сын Божий отсрочил Свое вступление в дело Божие, чтоб исполнить сей долг перед земной матерью и даже перед одним именем отца, которое носил Иосиф до благовременного открытия тайны не имеющего отца на земле, и чтобы Своим примером вновь освятить обязанности и возвысить добродетели жизни семейственной» 3). «И наконец, когда страдания крестные раздирали душу и тело Спасителя, когда пронзенными членами так тяжко висел Он на гвоздях между жизнью и смертью, а на Нем целый мир висел над погибелью в ожидании спасения, ни муки всего ада, ни попечения всего мира, всех времен и вечности не заглушили в Нем чувства законной обязанности к Матери. Сию обязанность, исполнение которой пресекалось для Него вместе с земной жизнью, Он передал тогда Иоанну, которого девство и любовь соделали достойным служителем Девы Матери; а через то и в этой части закона, подобно как во всех других, показал нам совершенство, состоящее в том, чтобы почтение к родителям и попечение о них простиралось на все обстоятельства жизни, до гроба и далее гроба» 4).

«Если же в столь трудных обстоятельствах столь совершенное почтение Матери Своей оказал Господь наш, то, без сомнения, должно заключить, что и в других случаях, хотя Он, по-видимому, чуждался Ее, чуждался отнюдь не в предосуждение духовному величию, которое сотворил Он Ей Своим от Нее рождением, а только по уважению других высоких обязанностей Своего земного служения. Вспомним Его учение: Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин: и иже любит сына или дщерь паче Мене, несть Мене достоин (Мф. 10:37). Так поучая, так должен Он был и творить, и примером дать силу поучению, по собственному Его правилу, что велий в Царствии Небесном должен сотворить и научить (Мф. 5: 19). Посему надлежало Господу Иисусу когда-нибудь в земной жизни Своей делом показать, как совершенно любит Он земную Матерь Свою, только не паче Отца Своего Небесного, и как сыновнюю по человечеству любовь приносит в жертву делу Божию, Им совершаемому». Так «Матерь Иисуса требует, чтобы Он чудесно произвел вино на браке. Но чудеса назначены не для угождения Матери, а для явления славы Божией. Итак, здесь угождение Матери надлежало принести в жертву, и для совершенства этого жертвоприношения пожертвовано и самой мыслью о Матери и самым наименованием Матери: что (есть) Мне и Тебе, Жено? не у прииде час Мой (Ин. 2:4). Впрочем, час явить славу Божию, который не пришел прежде этой жертвы, наступил вслед за ней, и потому чудо, в котором, по-видимому, отказано Матери, через минуту совершается.

Матерь Иисуса и братья Его приходят, чтобы взять Его из дома, где Он многочисленному народу проповедует небесную истину. Они предприняли это по доброму побуждению, почитая Его находящимся в опасности, потому что Его враги оглашали Его то неистовым, то действующим через князя бесовского, и умышляли погубить Его. Но если бы Он покорился воле Своих сродников, то был бы нанесен вред делу Божию не только потому, что безвременно прервалась бы Его проповедь, но и потому, что враги Его употребили бы взятие Его сродниками как доказательство клеветы – будто Он имеет нужду в их попечении. Итак, должно было и здесь угождение Матери принести в жертву, и сия жертва опять была полным всесожжением, т.е. Господь принес в жертву всю Свою любовь к возлюбленной Матери и самую мысль и память о Ней: кто есть Мати Моя? Как бы так говорил Он: «Для чего волей земной матери хотите вы отвлечь Меня от исполнения воли Отца Небесного? Когда сии две воли влекут в разные стороны: Я знаю и тотчас покажу, которой из них и с какой решительностью должно последовать. Оставляя земное рождение и родство, как бы Я забыл его, как бы его совсем не было: совершенно предан есмь воле Отца Небесного, и делу Его, и Царствию Его; здесь ищу Себе и родства, если его иметь надобно: кто есть Мати Моя, и кто суть братия Моя? (Мф. 12:48). Кто же они? Чада Божии, верующие во имя Его, иже не от крове, ни от похоти плотския, ни от похоти мужеския, но от Бога родишася (Ин. 1:12–13); или иначе: иже бо аще сотворит волю Отца Моего, Иже есть на небесех, той брат Мой, и сестра, и мати (Ми) есть (Мф. 12:50)» 5).

Итак, пятая заповедь предписывает следующие «особенные должности в отношении к родителям: 1) почтительно обходиться с ними; 2) повиноваться им». «Когда родители, сродники, наставники, начальники требуют от вас того, что противно мудрованию вашему, вашей склонности, вашему вкусу, но что нужно, или полезно, или, по крайней мере, безвредно, пожертвуйте мудрованием вашим, вашей склонностью, вашим вкусом обязанности повиновения; вспомните Иисуса, Премудрость Божию, Который бе повинуяся Иосифу древоделю (Лк. 2:51)». «Но когда несчастный пример и желания родителей отвлекают (детей) от исполнения священных обязанностей к Богу, вовлекают в дела, противные закону, нарушающие мир совести, противные истинному благу и спасению безсмертной души»; когда «родители или начальники требуют чего-либо противного вере или закону Божию, тогда должно сказать им, как сказали Апостолы начальникам иудейским: аще праведно есть пред Богом вас послушати паче, нежели Бога, судите (Деян. 4: 19). И должно претерпеть за веру и закон Божий все, что бы ни последовало» 6). 3) Дети должны «питать и покоить родителей во время болезни и старости». «Когда ваши родители требуют помощи, утешения, служения, между тем как вы сами в нужде, в скорби, в немощи, соберите последние силы ваши, забудьте свою скорбь для облегчения их скорби; разделите с ними последнюю крупицу и последнюю каплю. Вспомните Иисуса, среди мучений крестных пекущегося о спокойствии Своей Матери» 7). 4) «После их смерти, так же как и при жизни, молиться о спасении душ их и верно исполнять их завещания, не противные закону Божию и гражданскому» (2 Мак. 12:43–44; Иер. 35:18–19; Св. Иоан. Дамаск, слово о усопших). «Бог по премудрому и праведному Своему провидению особенно хранит жизнь и устраивает благополучие почитающих родителей на земле; к совершенному же награждению совершенной добродетели дарует безсмертную и блаженную жизнь в отечестве небесном». «Сколь легко и естественно любить и почитать родителей, которым мы обязаны жизнью, столько тяжек грех непочтения к ним. Посему в законе Моисеевом за злословие против отца и матери положена была смертная казнь (Исх. 21:16–17)» 8).

Учение о семейной жизни.

Часть серии по

Эти десять заповедей

  • Я ЛОРД твой Бог
  • Никаких других богов до меня
  • Никаких изображений или изображений
  • Не принимайте имя L ORD напрасно
  • Помни день субботний
  • Почитай отца своего и мать
  • Ты не должен убивать
  • Не прелюбодействуй
  • Не укради
  • Не лжесвидетельствуй
  • Не желай

Статьи по Теме

  • Таблетки из камня
  • Ритуальный декалог
  • Палец Бога
  • Моисей
  • ковчег Завета
  • Библейская гора Синай
  • В католическом богословии

» Почитай отца твоего и мать твою » (иврит: כַּבֵּד אֶת אָבִיךָ וְאֶת אִמֶּךָ לְמַעַן יַאֲרִכוּן יָמֶיךָ) — одна из десяти заповедей в еврейской Библии . Заповедь обычно рассматривается в протестантских и иудейских источниках как пятая как в списке Исход 20: 1–21, так и во Второзаконии (Дварим) 5: 1–23. Католики и лютеране считают его четвертым.

Эти заповеди соблюдались как закон во многих юрисдикциях, и некоторые до сих пор считают их подлежащими исполнению законом. Исход 20, 1 описывает Десять Заповедей как сказанные Богом , начертанные на двух каменных скрижалях перстом Бога , сломанные Моисеем и переписанные Господом на заменяющих камнях.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *