Андреевский скит

Коркино. Троицкая Александро-Невская лавра. Скит Андрея Первозванного.

В 1998 г. у возрождаемого главного монастыря Санкт-Петербургской епархии — Александро-Невской Лавры — появился свой первый скит, расположенный близ д. Коркино в Колтушской волости Всеволожского района на Агафоновом лугу (земельный массив «Генетика»), месте, связанном памятью о первоученике Иисуса Христа святом Апостоле Андрее. Скит находится на старинном сухопутном пути из Скандинавии в Византийскую империю («Из варяг в греки»). По церковному преданию, Апостол Андрей, проповедуя слово Божие, двигался по этому пути и, направляясь в Рим, проехал по сухопутной дороге вдоль Невы. Дальнейшая история Российского государства тесно связана с этой дорогой, ратными и торговыми делами. Агафонов луг находится на сухопутном пути примерно на одинаковом расстоянии между двумя бывшими охраняемыми стоянками, а затем крепостями Ниеншанц и Орешек, водный путь между которыми проходил по Неве. Сухопутный путь от места впадения р. Охта в Неву шел через возникшие позднее деревни Кудрово, Новосергиевку, Колтуши, Агафонов луг вдоль Черной речки и далее по нынешней Морозовской дороге до Петрокрепости. Луг был очень удобен для остановок в середине пути для кормления лошадей и отдыха, т.к. вокруг большого поля текли чистые родниковые речушки, питавшие реку Дегтярку. Видимо, на лугу постоянно располагались сторожевые посты, он исстари выкашивался и потому среди леса никогда не зарастал кустарником и деревьями. Богатый травостой обеспечивался в любое лето, потому что близкая от поверхности земли супесь уводит в плывун лишнюю влагу в дождливую погоду и хорошо пропускает к корням травы родниковую влагу от близких грунтовых вод.

Недалеко от дороги на лугу находится огромный древний валун. По рассказам местных старожилов, еще в начале прошлого века, приезжая косить сено, крестьяне прикладывались к этому камню, обязательно сажали на него детей, чтобы получить исцеление или зарядиться здоровьем и добрыми силами, так как от своих предков знали, что скрывает камень великую благодать, отдавая ее людям с чистым сердцем. «Камень, хранящий великий клад Божьей благодати», – так об этом поведала приезжавшая в 2003 г. в скит монахиня Варвара – уроженка этих мест.

Может быть, у этого камня в 1240 г. после разгрома шведского войска отдыхали дружинники св. кн. Александра Невского. И позднее здесь неоднократно проходили идущие на врага новгородские дружины, а в октябре 1702 г. – войска Петра I, освобождавшие приневские земли от столетнего шведского владычества. В годы Великой Отечественной войны путь получил название «Дорога смерти» или «Дорога скорби». По ней 19 сентября 1941 г. шли тысячи солдат для взятия плацдарма на левом берегу Невы (легендарного «Невского пятачка»), чтобы больше уже никогда не вернуться. Не менее 250 тысяч воинов пало в сентябре 1941 – январе 1943 гг. на «Невском пятачке», и их самоотверженная гибель стала одной из самых трагических страниц войны. На территории Всеволожского района (единственного неоккупированного фашистами в кольце блокады) добывалось топливо и выращивались овощи для осажденного города, здесь размещались госпитали и эвакопункты, располагались аэродромы и дальнобойная артиллерия. В конце 1942 г. в районе Агафонова луга формировались и готовились войсковые подразделения, форсировавшие вскоре Неву и прорвавшие 18 января 1943 г. кольцо смертельной блокады в ходе операции «Искра». И штаб этой операции также находился в лесу поблизости от места скита.

Скит возник на базе крестьянского хозяйства «Краеугольный камень», созданного 27 июня 1994 г. Главой хозяйства был Владимир Михайлович Елгин, его заместителем – Иван Владимирович Елгин. Узнав историческую и духовную значимость места, отведенного под хозяйство, его глава доложил обо всем митрополиту Санкт-Петербургскому и Ладожскому Иоанну. 19 сентября 1995 г. Владыка благословил установление поклонного креста, утвердил проекты часовни и звонницы (составленные архитектором И.Я. Холяковым) и высказал предвидение о создании в перспективе на этом месте скита святого Апостола Андрея Первозванного. Утверждая проект часовни, митрополит сказал: «Наконец-то и на «Дороге смерти» появятся православные кресты…»

Группа энтузиастов начала обустраивать территорию и готовить основу для будущего строительства. 5 июня 1996 г. у старинного валуна был установлен деревянный поклонный крест, освященный настоятелем церкви св. Иоанна Кронштадтского в пос. Колтуши о. Сергием Тарасовым. В течение двух лет В.М. Елгин со своими единомышленниками обустраивал территорию, а в июне 1998 г. обратился к архим. Назарию с просьбой о принятии послушником в состав братии Александро-Невской Лавры. 17 июня начальник Всеволожского РСУ А.Д. Чистяков выделил строительный вагончик, в него в этот же день на Агафоновом лугу по благословению наместника Лавры поселился В.М. Елгин. 6 июля о. Назарий известил митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира о том, что к нему обратились В.Д. Чистяков и В.М. Елгин с просьбой о «кураторстве» строительства часовни, которое берет на себя Всеволожское РСУ, и предложением об устройстве на этом месте скита Лавры. На следующий день Владыка поставил резолюцию: «Благословляется принять послушником Владимира Елгина, контролировать строительство часовни и других объектов и оформить дарственную на землю».

В начале июля 1998 г. В. Елгин был зачислен послушником в состав братии Александро-Невской Лавры. С этого времени он занялся созданием скита под руководством и контролем архимандрита Назария. Архитектором и инженером-строителем стал Андрей Павлович Зайцев. 1 августа 1998 г. наместник Лавры издал распоряжение № 23-С, в котором приказал образовать скит в честь святого Апостола Андрея Первозванного, назначить ответственным за организацию и ведение строительных работ В.М. Елгина, а также составить и утвердить положение о ските. 18 октября архимандрит утвердил подготовленное положение.

К осени 1998 г. были построены две деревянные келии. Летом 1999 г. состоялась закладка часовни святых преподобных Зосимы и Савватия Соловецких, а к осени следующего года были окончены основные работы по ее возведению, освящен и водружен крест. Часовню срубили из калиброванных бревен в традициях северного деревянного зодчества. 6 апреля 1999 г. В.М. Елгин был пострижен о. Назарием в рясофор с наречением именем в честь св. преподобного Зосимы Соловецкого. 28 апреля 2000 г. инок Зосима принял постриг в мантию в Свято-Троицком соборе Лавры с наречением именем в честь прп. Серафима Саровского, а 1 мая архимандрит Назарий утвердил монаха Серафима в должности строителя скита.

Через несколько месяцев митрополит Владимир благословил освятить строящуюся часовню по чину церкви. 22 января 2001 г. архим. Назарий утвердил проект пристройки к часовне алтарной части с преобразованием ее в церковь, а также проект возведения вместо планировавшейся раньше звонницы колокольни с трапезной и библиотекой (автор проектов А.П. Зайцев). К этому времени был выкопан колодец, устроены некоторые хозяйственные постройки, начато оборудование монастырской пасеки с целью производства меда для братии и воска для свечей. 22 февраля 2001 г. наместник Лавры представил митрополиту рапорт о делах в ските, на котором 26 марта Владыка написал: «Читал с интересом и радостью. Сердечно благодарю монаха Серафима (Елгина) за труды и за предпринятый подвиг по созданию скита Александро-Невской Лавры. Призываю Божие благословение на дальнейшие труды».

28 июня 2001 г. о. Назарий обратился к главе администрации района с просьбой предоставить хозяйству около 5 гектаров леса, которые составят основу медосбора, и 3 апреля 2002 г. участок лесного фонда площадью 2,5 га передали в аренду монаху Серафиму (Елгину) на 5 лет, а дальнейшем этот договор был переоформлен на Лавру, и срок аренды продлен до 49 лет. Постепенно развивалось подсобное сельскохозяйственное производство: начато разведение гусей, кур, кроликов, выращивание картофеля. 13 сентября 2002 г. было завершено оформление факта дарения Лавре здания церкви с подворными постройками и земельного участка крестьянского хозяйства. 8 апреля 2003 г. архим. Назарий благословил начало проектных работ братского корпуса, бани, привратницкой, архиерейского дома, дома паломников, мастерской и двухкомнатного дома для скита (23 апреля 2004 г. форэскизы этих строений были согласованы с районным Комитетом по архитектуре и градостроительству). 15 октября 2003 г. было подписано постановление администрации Всеволожского района № 3877 о разрешении Лавре строительных работ по возведению православного скита, таким образом, его строительство получило полное юридическое обоснование. Осенью 2003 г. началось возведение деревянной колокольни с постоянным звоном, переносящим в вечность память о трагических событиях войны и блокады.

27 декабря 2003 г. церковь свв. Зосимы и Савватия была освящена иерейским чином, и в этот же день архим. Назарий и духовенство Лавры отслужили первую Божественную литургию и совершили крестный ход. Началось регулярное еженедельное совершение служб. 21 августа 2004 г. в день памяти свв. Зосимы и Савватия архим. Назарий возглавил праздничное богослужение в скитском храме. В это время продолжалось возведение колокольни, братского корпуса, овощехранилища и ворот с оградой.

Создаваемый скит будет достойным престолом для ушедших в вечность и для ищущих пути ко спасению, ярким факелом молитвенной памяти о погибших воинах и «Краеугольным камнем» для спасения каждого с любовью и верой приходящих к нему. В скиту будет круглосуточное чтение псалтыри о всех ушедших в вечность, в том числе и о незахороненных по христианскому обычаю. Из многих святых мест и монастырей, в том числе из Иерусалима, со св. Горы Афон, с Кипра уже привезены паломниками благословения, иконы, земля, лампадное масло, свечи, фотографии, открытки. Количество людей, которым Господь открыл пути участия в строительстве скита или молитвенного посещения его, растет. Люди идут сюда с вопросами, раздумьями, за советами, в поисках ключей к спасению своих душ. Пока они размышляют здесь сами со своей совестью, озаряемые светом Божьей благодати. Но появятся в скиту монахи-старцы, и тогда поток людской многократно возрастет.

Фото: архив infpol.ru

Чем в Бурятии может удивить туристов «Озеро-Нож»

Котокель, или Котокельское озеро, некогда было одним из самых излюбленных мест отдыха для тысяч горожан и приезжих из других регионов.

И было отчего: озеро поражало своим природным великолепием и обилием рыбы. Даже самый неопытный рыбак мог запросто наловить тут окуней или плотвы. Берега удивляли живописными пейзажами с пышной растительностью, а озеро манило теплой водой, так сильно отличающейся от холодного Байкала.

От села Котокель до Байкала 9 км. А в самом узком месте ширина перешейка между озерами составляет всего 2 км. Раньше туристы, искупавшись в ледяных водах Байкала, тут же шли на Котокель, чтобы отогреться в соседней теплой лесной «ванне».

К сожалению, идиллия на Котокеле закончилась в 2008 году, когда водоем вдруг стал опасен не только для жизни, но и для здоровья. В Котокельском озере обнаружили загадочную «гаффскую болезнь». Тем не менее мы, надеясь, что в ближайшие годы ситуация все-таки изменится и Котокель обретет свою былую славу, решили немного рассказать о «райском озере». Так сказать, на будущее.

Озеро-нож

Котокель вполне мог бы заслужить звание одного из самых великолепных мест Бурятии. Одни только истории, связанные с этим озером, могли стать прекрасным «туристическим якорем», манящим приезжих побывать на берегах водоема. Начнем с названия. Первыми поселенцами на берегах лесного озера стали эвенки, которые и дали водоему название «Кото-Кель», что означает «Озеро-Нож». По одной легенде, такое имя эвенки присвоили водоему из-за того, что Котокель имеет вытянутую форму. Ширина озера всего 5 километров, зато длина – почти 15 километров. По другой версии, одон из эвенкийских охотников обронил на озере свой нож. Какая из гипотез соответствует действительности, сейчас уже и не выяснить.

Монастырский остров

Не каждый знает, что история Котокеля связана со Свято-Троицким Селенгинским монастырем. В XVII — XVIII веках озеро вместе со всеми прилегающими к нему землями принадлежало церкви. Священники обследовали водоем и, обнаружив на нем небольшой остров, соорудили там скит и церковь Николая Чудотворца. Остров нарекли Монастырским (местные называют его Монаховым). Остатки церковных построек – амбары и коптильни – можно найти и поныне.

Поселившиеся на острове монахи были просто поражены изобилием рыбы. Кстати, до сих пор считается, что самая лучшая рыбалка как раз у Монахова острова. Поэтому церковь решила сдавать озеро в аренду. По данным из открытых источников, рыбаки-арендаторы ежегодно вылавливали здесь до 75 тысяч пудов (почти полторы тонны) окуней, плотвы, язей и т.д.

Весть об озере, где рыба просто кишит, достигла самых дальних уголков Бурятии. На Котокель потянулись переселенцы. Большая часть из них прибыла из Чикоя. Они-то и основали на берегах водоема села Исток, Котокель и Черемушки. К сожалению, переселенцы в погоне за прибылью нередко перекрывали нерестовые реки Коточик, Исток и Турку. На промысел ежедневно выходило по полторы тысячи человек, что в итоге и привело к резкому снижению численности рыбы. К 1924 году на Котокеле было добыто всего 12 тысяч пудов рыбы. Это в три раза меньше, чем раньше!

Годы лихолетья

Мало кому известно, что озеро Котокель стало ареной противоборства между красными и белыми в годы Гражданской войны. Напомним, что Советская власть в Прибайкалье и Баргузине была установлена сразу после Октябрьской революции. Тогда же красногвардейцы прибыли на Котокель и, узнав о монастырском ските на острове, немедленно высадили там десант. К тому времени в монастыре обитали лишь несколько монахов. Красногвардейцы тут же арестовали их. Что произошло дальше, покрыто легендами. Местные утверждают, что всех монахов расстреляли на одном из мысов Котокеля. Поэтому-то он и носит зловещее название Убиеновка.

Однако красногвардейцы не смогли надолго удержать ни Прибайкалье, ни Баргузин. С юга на них двинулись отряды Каппеля, которые, перейдя замерзший Байкал, рвались на восток. Один из маршрутов проходил по побережью Байкала. Белогвардейцы рассчитывали дойти до Баргузина, а затем, перевалив через Икатский хребет, уйти в Забайкалье. Этот поход им удался. Ведь каппелевцы были грозной силой, легко опрокидывающей красные отряды, состоявшие из крестьян и рыбаков. Проходя мимо Котокеля, белогвардейцы атаковали отряд красных и полностью уничтожили его. Место сражения называется Полковая падь, или просто Полковая. Там до сих пор можно найти старинные гильзы, пуговицы, прочую армейскую утварь. Отметим также, что о сражении на Котокеле мало кому известно. Исследователям стоит обратить внимание на эту загадочную страничку истории Гражданской войны.

Не выдержало нагрузки

С 70-х, а особенно 80-х годов озеро становится туристической достопримечательностью. Котокель стал знаменит. На берегах водоема появилось около 40 турбаз и лагерей отдыха. К сожалению, обилие туристов принесло озеру не только славу, оно сослужило и плохую службу. Дело в том, что Котокель – слабопроточное озеро. В него впадает лишь несколько ручьев. Вытекает только одна речка. Рекреационная нагрузка была столь велика, что озеро стало заиливаться, Котокель «зацвел» — вся толща воды была пронизана мелкими водорослями, похожими на крупу. Свою лепту внесли и базы отдыха, которые нередко сливали сточные воды прямо в водоем. В советское время пытались спасти озеро. Даже начали рыть канал, который должен был наполнить Котокель водой. Но проект так и не завершили. Пришли другие времена, и остатки канала до сих пор можно увидеть близ села Черемушки.

Беда грянула в 2008 году. Вода и рыба озера оказались отравлены бактериальным токсином. Это произошло за счет попадания в озеро неочищенной сточной воды. Сперва начали погибать собаки и кошки, отведавшие выловленной рыбы. Затем жертвами «гаффской болезни» стали люди. В результате ЧП заболели несколько десятков человек, один из них погиб. Кроме того, на Котокеле массово гибли рыба и водоплавающая птица. С 2009 года на озере был введен карантин.

Так выглядело озеро в 2015 году. Фото: russianstock.ru

Озеро оживает

С тех пор прошло почти 10 лет. Большинство баз на Котокеле прекратили работу, туристы сюда почти не наведываются. И, что самое интересное, резкое снижение нагрузки привело к тому, что озеро стало оживать. Исследования, которые ведутся на Котокеле, показали, что ситуация нормализуется. Результаты биопроб оказались отрицательными, токсинов в рыбе обнаружено не было. Однако пока о полном открытии озера для отдыхающих все-таки говорить рано. Согласно рекомендациям, карантинные ограничения с озера можно будет снять после получения всех результатов исследований. Но, думаем, это произойдет очень скоро.

Однако, прежде чем снова открыть озеро и запустить турбазы, следует хорошо продумать систему очистных сооружений. Республиканским властям, мечтающим превратить Бурятию в общероссийскую туристическую зону, следует озаботиться этим вопросом уже сейчас. Если пустить дело на «самотек», беда может повториться.

Думаем, что вопрос об организации очистных сооружений на Котокеле решить возможно. Ведь сумели же создать такую же систему в особой экономической зоне «Байкальская гавань». И тогда, через пару лет, мы сможем смело зазывать туристов на живописные берега прекрасного озера Котокель.

Спас планктон?
По мнению ученых, некогда Котокель был заливом Байкала. Эту версию подтверждает наличие в Котокеле байкальского планктона – микроорганизма, способного очищать воду. Не исключено, что именно планктон и спас озеро от гибели. Но справиться с грязью микроорганизм смог только тогда, когда все базы на берегу водоема прекратили работу.

Вина Болгарии

715 30.09.10

Болгария — древняя винодельческая страна. Местное виноградарство и виноделие связывают с фракийцами, жившими на территории современной Болгарии около 4000 лет назад. После спада в развитии виноделия, вызванного тюркским завоеванием и принятием христианства, началось его бурное возрождение.
Роженский, Бачковский и другие монастыри стали центрами виноделия. Им мы обязаны рождением популярных вин с оригинальными названиями, указывающими на монастырское происхождение напитков — Монастырская изба, Монастырское шушуканье и т. д.
После турецкого завоевания виноделие и виноградарство не были прекращены, несмотря на строгий запрет ислама.
Нашествие филлоксеры, две мировые войны — все это сдерживало болгарское виноделие. После второй мировой войны в Болгарии были основаны мощные государственные винодельческие предприятия. Большой объем производства, его высокие темпы развития, ориентир на количество, а не на качество — все это способствовало тому, что в 70-е годы Болгария являлась одним из крупнейших мировых экспортеров дешевого вина. В настоящее время Болгария проводит большую работу по повышению качества своих вин.
Принятые в 1978 году законы направлены на осуществление контроля за качеством продукции, которая делится на столовые вина (Tables wine), производимые из смеси сортов винограда, для которых район происхождения не имеет значения; местные вина (Bulgarian Conntry wines), производимые в определенных винодельческих районах и из отдельных сортов винограда.
Что касается марочных вин, то они также подразделяются на две категории: вина декларированного географического региона и контролируемые вина.
Вина декларированного географического региона вырабатываются в определенном районе, который в обязательном порядке указывается на этикетке.
Самая высшая категория болгарских вин — контролируемые вина (Controliran wines) — присваивается напиткам, которые производятся в районах с контролируемыми наименованиями. Но в отличие от более низкой категор ии марочных вин эти напитки подвергаются двойному контролю со стороны института виноградарства и виноделия и Национального комитета по качеству.
Марок вин в Болгарии вырабатывается чрезвычайно много, как столовых белых и красных, так и десертных, игристых и ароматизированных.
Среди белых сухих столовых вин следует отметить Дымят, Пино, Шардоне, Ркацители, Карловски мискит; среди красных сухих столовых вин — Мавруд, Мелник, Загоре, Тракия, Гымза, Каберне и т. д.
В России хорошо известны болгарские вина с остаточным сахаром. Среди них белые — Монастырская изба, Тамянка, Троян, Хемус; красные — Кадарка, Балканский огонь, Меча кровь, Руйно, Мелник и т. д.
Среди белых десертных вин особой популярностью пользуются Тамянка, Славянка, Варна, Бисер; среди красных десертных — Поморка, Рубин, Тырново и т. д.
Во всех болгарских селах производятся также великолепные вина собственного изготовления, которые, естественно, не экспортируются и не известны в мире.

— Речь идет об иконе византийского письма, она филигранно выписана монахинями монастыря святого Николая. Писалась икона довольно продолжительное время (около года — прим. ред.), причем иногда монахини выписывали определенные детали под увеличительным стеклом. В нее вмонтированы частички мощей и креста. Это уникальная работа. Уверен, для многих она станет живым откровением, — рассказал «Российской газете» директор Фонда Андрея Первозванного Владимир Бушуев, который возглавил в Патрах группу паломников из России и Украины.

Событие является знаковым для православной семьи народов и напоминает россиянам и украинцам об общих истоках. Именно в Патрах на X-образном кресте был распят Андрей Первозванный, являющийся небесным покровителем Киева и памятники которому находятся на Валааме, в Крыму, Москве и Запорожье.

— По преданию апостол Андрей Первозванный высадился в Крыму и прошел по землям той страны, которая позже стала называться Русью, через Киев и дошел до Валаама, — рассказал Бушуев.

Задумка привезти из Греции икону Андрея Первозванного возникла давно, сообщил Петр Кононенко, директор московского представительства крупнейшего производителя авиационных двигателей «Мотор Сич» и член Совета Фонда Андрея Первозванного. — Это знаковая икона. Можно заметить, что многие святыни сейчас возвращаются на Русь. Но Андрей Первозванный — особая фигура в нашей истории, отметил он.

Передаче святыни предшествовали большие праздничные мероприятия в Патрах. В Греции в целом и в Патрах в особенности 30 ноября (по календарю Элладской Православной Церкви память апостола Андрея совершается именно в этот день) имеет огромное значение. Здесь это официальный выходной — не работают не только государственные учреждения, но и офисы, супермаркеты, многие кафе. В Андреевском кафедральном соборе, где хранятся глава и мощи Андрея Первозванного, с утра отслужили Божественную литургию, после которой состоялся многотысячный общегородской Крестный ход с главой апостола Андрея. Этот собор считается крупнейшим на Балканах и одним из самых больших в Европе. В прошлом году сюда на праздник приезжал президент Греции, в этот раз уровень представительства оказался чуть ниже, тем не менее в числе гостей оказались министр внутренних дел Греции, видные политики, крупнейшие греческие телеканалы, обычные верующие из Афин и других городов — многие ради этого не поленились проделать многочасовой путь из-за грандиозного ремонта на трассе из столицы Греции, растянувшегося на сотню километров и десятки лет — как рассказали местные жители, реконструировать автобан планировали еще к Олимпиаде 2004 года.

Крестный ход в Патрах.

Митрополит Патрский Хризостом, который позже и передавал икону в дар, во время своей праздничной речи особо отметил присутствие на литургии братьев и сестер из России и с теплом вспомнил о поездке в Москву, Белоруссию, Украину, куда в 2013 году привозил крест апостола Андрея. Бушуев в свою очередь вручил владыке копию чудотворной иконы Матроны Московской, хранящейся в Покровском монастыре.

— Радостно, что отношения между Россией и Грецией неизменно хорошие, — отметил Владимир Бушуев. — Сейчас такой период, когда многим не нравится православие, не нравится, что оно является фундаментом российского народа. Многие пытаются вбить клин между православными поместными церквями. Мы видим последовательное давление на Грузию, Украину, серьёзное давление оказывается на Афон. Нельзя закрывать на это глаза. Поэтому такие события приобретают особое значение для поддержания и укрепления связей.

Православная общественность может выступить за учреждение в России официального выходного дня 13 декабря. «Католический мир широко отмечает День святых апостолов Петра и Павла. Во многих странах это официальный выходной. У нас таким праздником мог бы стать день святого апостола Андрея. Чтобы люди в этот выходной день могли спокойно — хотя бы раз в году — отдать должное великому апостолу», — заявил Петр Кононенко. Впрочем, этот вопрос требует дополнительной проработки и широкого обсуждения, а окончательное решение останется за законодателями и правительством, добавил он.

Игумен Антоний (Бутин)

Андреевский скит на Святой Горе и его подвижник схимонах-миллионер Иннокентий (Сибиряков)

В десяти минутах от Кареи с удивлением и нечаянной радостью посреди греческого мира открывается маленькая Россия – так не похожий на суровые афонские монастыри открытый, без высоких стен русский Андреевский скит.

Именно Андреевский скит стал первым русским общежитием на Афоне. Когда он был основан, на Святой Горе не имелось ни одной обители великороссов. Жили в то время русские и в Пантелеимоновом монастыре, но их было в пять раз меньше, чем греков, а после греческого восстания 1821 года на Афоне вообще не осталось ни одного русского монаха .

В 1757 году известным подвижником, творителем «умной молитвы», переводчиком святооотеческих творений, возродителем традиции православного старчества преподобным Паисием (Величковским) был основан скит святого пророка Илии . В 1770 году малочисленная братия оставила древний Нагорный Руссик и переселилась в маленькую обитель возле моря, где ныне стоит Свято-Пантелеимонов монастырь .

После заключения Россией в 1830 году мира с Турцией в Ильинский скит пришли запорожские казаки и выходцы с Дуная. В короткое время скит вместо смиренного монашества наполнился вольными казаками, в душах которых бушевала историческая вольность и гордыня. Через малое время между вольными монахами малороссами и великороссами, составлявшими меньшую часть скита, произошла жестокая распря. В результате русские иноки были изгнаны вместе с выдающимся подвижником иеромонахом Павлом, ставшим вскоре духовником Пантелеимонова монастыря .

«На Афоне есть малороссийский скит, Пророко-Ильинский, – писал известный журналист и писатель, досконально изучивший монашеский быт, Николай Благовещенский , – в котором вместе с малороссами жили прежде и великороссы. Мало-помалу между теми и другими начались ссоры, которые дошли однажды до того, что малороссы выгнали из своего скита всех москалей и заперли за ними ворота. Москали постояли несколько времени у ворот, а потом, увидев, что дело пошло не на шутку, пошли искать приюта по другим монастырям. А малороссы после этого снова святили свою церковь и кельи, оскверненные присутствием москалей. Нынче, впрочем, москали опять начинают понемногу собираться в этот скит «.

Явным наказанием Божиим насельникам за позорную распрю стала чума, явившаяся только в Ильинском скиту, очищенном от «москальской» скверны .

Изгнание из Ильинского скита подтолкнуло великороссов к созданию собственной обители, которой вскоре стал Андреевский скит. А Ильинский скит потом еще долго лихорадило .

Русские монахи Виссарион (Толмачев) и Варсонофий (Вавилов) († 1850), прежде бывшие богатыми купцами и подвизавшиеся на Афоне более 12 лет, жили мечтой о возрождении на Афоне общежительной русской обители, в которой бы могли спокойно спасаться великороссы.

Господь через юродивого грека Яни (Иоанна) указал им келью Серай . Блаженный Яни на ломаном русском пророчествовал: «Вот Серай, скит руссов и москов». Ватопедский монастырь готов был продать свою келью Серай, и ее выкупили отцы Виссарион с Варсонофием.

Основанием скита Серай послужила уединенная келия «Мониндрия» в честь преподобного Антония Великого, существовавшая с X века. В 1651 году патриарх Константинопольский Афанасий III Пателларий, удалившийся на покой, избрал эту келию для своего проживания, но вскоре вынужден был покинуть Афон – сначала будучи восстановленным на Константинопольской кафедре, а позднее вызванный в Москву для устроения церковных дел; здесь, в России, он и скончался в 1654 году в Лубенском Преображенском монастыре Полтавской епархии. Личная келейная икона патриарха Афанасия «В скорбех и печалех Утешение» позднее была передана в Ватопедский монастырь, а в 1849 году возвращена в скит, где почиталась в качестве святыни.

В 1761 году на Афон прибыл для проживания на покое другой Константинопольский патриарх Серафим Анина, который приобрел келию Антония Великого и воздвиг в ней красивый трехэтажный дом, устроив в нем на первом этаже церковь во имя святого Андрея Первозванного и преподобного Антония Великого, а на втором этаже — церковь в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Келия за свой величественный вид получила среди афонитов новое наименование — Серай («красивый дворец»). Патриарх Серафим, как и его предшественник, по политическим обстоятельствам выехал в Россию и по дороге также скончался в Лубенском монастыре. Оставшийся в келии после отъезда патриарха архидиакон, узнав о смерти святителя, переселился в Ватопедский монастырь и за дарование ему там приюта передал Серай в ведение Ватопеду. После этого Серайская келия постепенно пришла в запустение.

В 1830-х годах на Афон из России прибыли иноки Виссарион (Толмачев) и Варсонофий (Вавилов), происходившие из богатых купеческих родов. Они первоначально поселились в Иверском монастыре, здесь они были рукоположены в сан иеромонахов, а позднее, ища уединения, были пострижены в великую схиму и подвизались в Преображенской и Свято-Троицкой келиях, а также в Ильинском скиту. После печальных событий в Ильинском скиту схимники Виссарион и Варсонофий проявили желание устроить собственный скит. В 1841 году они приобрели у Ватопедского монастыря Серайскую келию, собрали в ней около 20 русских монахов и благоустроили скитское общежитие. В 1845 году, после посещения Афона великим князем Константином Николаевичем, начались переговоры о получении разрешения на устройство русского скита.

В 1849 году на Афон прибыл известный ревнитель православия Андрей Николаевич Муравьев. При его посредничестве келия Серай была возведена в ранг скита, а Ватопедский монастырь при этом предоставил новому скиту право избирать собственного игумена и иметь скитскую печать. А.Н. Муравьев получил титул ктитора скита. Торжественное открытие скита состоялось 22 октября 1849 года при участии проживающего на покое в Ватопеде Адрианопольского митрополита Григория (Визандиоса), который во время литургии возвел в сан игумена скита Виссариона (Толмачева), вручив ему в качестве благословения икону «В скорбех и печалех Утешение». После этого игумен Виссарион совершил визит к Константинопольскому патриарху Анфиму IV, который выдал ему грамоту на «вечное утверждение нового русского скита». В том же году Андреевский скит получил от монастыря Ватопед устав (Омология), определяющий порядок внутренней жизни скита и его отношение к монастырю Ватопед.

В 1867 году был заложен первый камень в основание будущего величественного собора Андрея Первозванного. При закладке Андреевского собора присутствовал сын русского императора Александра II великий князь Алексей Александрович.

Спустя 30 лет после образования скита, в феврале 1879 года, по соглашению с Ватопедским монастырем обитель была переименована из Ново-Русского Ватопедского скита в Русский Свято-Андреевский общежительный скит.

Удивительна история постройки собора апостола Андрея Первозванного и больничного корпуса с церковью во имя святителя Иннокентия Иркутского, уходящая корнями в 1868 год. Тогда Андреевский скит в качестве паломника посетил преосвященный Александр епископ Полтавский, который уговорил братию скита заложить храм во имя святителя Иннокентия Иркутского и предсказал, что «Бог пришлет сюда из Сибири благодетеля, соименного сему святителю, и этот благодетель выстроит на сей закладке церковь и больницу».

Пророчество, прозвучавшее из уст русского архипастыря, исполнилось в лице 35-летнего миллионера-золотопромышленника и выдающегося русского благотворителя Иннокентия Михайловича Сибирякова, который, раздав ради Христа все свое достояние на нужды благотворения и Святой Церкви, стал монахом Свято-Андреевского скита.

Родился Иннокентий Михайлович Сибиряков в Иркутске 30 октября (по церковному календарю) 1860 года в семье купца первой гильдии, потомственного почетного гражданина (было и такое сословие в дореволюционной России) Михаила Александровича Сибирякова. Мать Иннокентия Михайловича Варвара Константиновна происходила из купеческой семьи Трапезниковых. Иркутские купеческие роды Сибиряковых и Трапезниковых были известны всей Сибири. Основными источниками дохода этих семей были золотопромышленность и пароходства.

Семья Сибиряковых ведет свое начало от Афанасия Сибирякова, известного с XVII века выходца из Устюжского уезда Архангельской губернии. И Сибиряковы, и Трапезниковы передавали из поколения в поколение традиции христианской благотворительности, щедро жертвуя на храмы и монастыри, нужды страждущих и неимущих. Представители как той, так и другой семей щедро жертвовали на строительство и благолепие иркутских храмов, верно понимая, что главное народное достояние надо приносить Богу. Являлись они и попечителями различных богоугодных заведений. Памятники благотворительности семьи Сибиряковых до сих пор встречаются не только в Сибири, но и в Санкт-Петербурге, Ницце, на Валааме, Дальнем Востоке, Афоне… Не случайно родовое древо Сибиряковых было увенчано монашеским подвигом схимонаха Иннокентия.

Отец И.М. Сибирякова Михаил Александрович считается первооткрывателем золотых месторождений в бассейне реки Бодайбо, входящих в Ленский золотоносный район, и основателем города Бодайбо, важного центра золотодобычи России и в наши дни.

В семье Михаила Александровича и Варвары Константиновны Сибиряковых было много детей, но совершенного возраста достигли шестеро. Из них – три дочери и три сына. Двадцати лет от роду скончалась Антонина, в замужестве Кладищева. Почти все дети М.А. Сибирякова, за исключением старшего сына Александра, известного своей активной деятельностью по освоению Северного морского пути, проживали в столице России. Иннокентий Михайлович был младшим из братьев Сибиряковых. Средний брат Константин в свои годы был близок с кругом писателей-разночинцев, также много благотворил.

Старшая сестра Сибиряковых Ольга была замужем за князем Вяземским. Младшая сестра Анна долгие годы семьи не имела, о ее замужестве имеются разноречивые сведения. О том, где и как сложились судьбы Константина, Ольги и Анны Сибиряковых, сведений не сохранилось. Известно лишь о старшем брате: Александр Михайлович Сибиряков доживал свой век в Ницце на пенсию шведского короля, которая была назначена ему за заслуги перед географической наукой. В Ницце он и похоронен.

Иннокентий Сибиряков, получив начальное образование дома, учился в Иркутском реальном училище, преобразованном на последнем году учебы Иннокентия Михайловича в Промышленное училище. Здесь он освоил курсы точных наук. В семь лет оставшийся без матери, а в четырнадцать – без отца, Иннокентий Сибиряков в 1875 году оказался в Петербурге под присмотром брата Константина.

Поколения предков Иннокентия Михайловича построили множество храмов по всей Сибири. И он свой первый крупный вклад в дела благотворения внес именно на строительство храма, причём еще в юном возрасте. Вот как описывали этот эпизод в те годы: «Когда брат его (И.М. Сибирякова) Александр Михайлович строил собор в Иркутске, то позаимствовал на время у него несколько сот тысяч рублей. Когда же Александр Михайлович стал отдавать позаимствованные деньги ему, то его природная доброта не позволила взять от брата деньги, и он сказал: «Я брат тебе, пусть и моя лепта будет с твоей в святом деле»».

Щедрость как характерная черта личности Иннокентия Михайловича Сибирякова проявилась в нем очень рано. Он стал благотворить уже с гимназической скамьи, помогая своим сверстникам получить образование.

В столице Иннокентий Михайлович Сибиряков поступил в частную гимназию Ф.Ф. Бычкова с правами казенной, которую и закончил в 1880 году. В год его приезда в Санкт-Петербург здание гимназии было выкуплено на имя И.М. Сибирякова, отремонтировано и перестроено. Домовладельцем этого здания Иннокентий Михайлович оставался почти двадцать лет, давая возможность существовать учебному заведению в этих стенах .

Иннокентий Сибиряков стремился получить образование и приложил к этому много усилий. В 1880 году он поступил на естественно-математическое отделение Санкт-Петербургского Императорского университета, затем он перешел на юридический факультет. С ранних лет Иннокентий Михайлович страдал чахоткой. По состоянию здоровья несколько раз прерывал учебу, уезжал на лечение. Пытаясь получить частные уроки, Иннокентий Михайлович столкнулся с тем, что профессора, к которым студент обратился за помощью, стали назначать ему немыслимо высокие гонорары. Это оттолкнуло Иннокентия Сибирякова как от университета, так и от науки.

Оставшись в университете вольнослушателем, Иннокентий Михайлович поступил на надомные курсы выдающегося российского биолога, анатома, антрополога, врача, педагога, создателя научной системы физического воспитания Петра Францевича Лесгафта. В отличие от народников, которые теоретически «радели» о русском народе, но мечтали «просветить» его по лекалам западной цивилизации, П.Ф. Лесгафт был горячим российским патриотом. В кругу его педагогических идей русский патриотизм был необходимым элементом. Он считал обязательным «приучить ребенка относиться с уважением к тому, что он русский. Исторически, под влиянием немецких и французских педагогов, русский образованный человек стыдился своего русского происхождения…».

В то же время Сибиряков учился у историка В.И. Семевского. Много времени Иннокентий Михайлович Сибиряков уделял и самообразованию. Он собрал большую библиотеку по Сибири, в которой было много редких изданий. Это позволяло современникам называть Иннокентия Сибирякова просвещенным благотворителем.

Иннокентий Михайлович помогал ученым, спонсировал экспедиции, открывал бесплатные библиотеки и музеи. Огромные средства Сибиряков пожертвовал знаменитому физиологу и педагогу Лесгафту, благодаря чему была основана современная Академия физической культуры (получившая имя Лесгафта). В 26 лет у Сибирякова было 70 личных стипендиатов, которых он обучал в России и за рубежом, а потом помогал встать на ноги. На деньги миллионера и его сестры Анны содержалось первое в России высшее учебное заведение для женщин – Бестужевские курсы. С его участием был основан в Петербурге и первый женский медицинский институт. В то время Сибиряков делал ставку на науку и просвещение, полагая, что это и есть способ изменить мир к лучшему.

Внутренний духовный перелом произошел у золотопромышленника после длительного путешествия по Европе. Ознакомившись с главными центрами европейской науки и культуры, за внешними успехами так называемого прогресса русский душою капиталист рассмотрел главное – безудержную страсть европейского общества к наживе. Домой он вернулся разочарованным. Сибиряков сетовал, что в Европе царят дух наживы и поклонение «золотому тельцу». Будучи миллионером, Сибиряков всю свою жизнь искал духовного и нравственного совершенства, и все в своей жизни подчинял именно этой цели. Тогда же он утвердился в мысли: чтобы изменить мир, прежде всего нужно изменить себя.

Вернувшись в Россию в начале 90-х годов XIX столетия, Иннокентий Михайлович Сибиряков, увлекавшийся до этого толстовскими идеями и разделявший радикальные взгляды по преобразованию России, резко поворачивается лицом к православной духовной традиции. Начинается новый этап в жизни выдающегося сына Сибири, который вступает на путь подготовки к монашескому подвигу. Размах его благотворительности этого времени мало с кем сравним. Сибиряков начинает принимать всех нуждающихся у себя на дому. Порой к Иннокентию Михайловичу приходило в сутки до четырехсот человек. Об Иннокентии Михайловиче Сибирякове в конце XIX века писали его почитатели: «Цель всей его жизни заключалась в служении истине, добру, в стремлении к идеалу».

Около 30 тысяч руб. было истрачено Иннокентием Михайловичем на устройство библиотек и музеев в городах Сибири (Минусинске, Томске, Барнауле, Ишиме, Ачинске, Красноярске и других). Некоторые исследователи пишут о том, что все города Сибири обязаны созданием публичных библиотек именно Иннокентию Сибирякову. Шесть тысяч рублей было выделено им на расширение музея Восточно-Сибирского отдела Русского географического общества в Иркутске. Десять тысяч рублей пожертвовал Иннокентий Михайлович на экспедицию Императорского Русского географического общества в Сы-Чуань и столько же на Якутскую этнографическую экспедицию, вошедшую в историю географической науки под названием «Сибиряковской». Более 600 тысяч рублей истратил И.М. Сибиряков на издание книг научного и культурного содержания. Некоторые из них следует перечислить. Это «Сибирская библиография» в трех томах В.И. Межова и его же «Русская историческая библиография»; «Сибирские инородцы, их быт и современное положение» Н.М. Ядринцева и его же «Сибирь как колония»; «Историческое обозрение Сибири» в двух томах П.А. Словцова, «Рабочие на сибирских золотых промыслах» В.И. Семевского и другие. Эти книги вряд ли бы увидели свет без попечения Сибирякова.

Иннокентий Михайлович Сибиряков говорил своим друзьям: «Я обладаю богатством. Как это случилось, думал я, что в моих руках скопились такие средства, которыми могли бы прокормиться тысячи людей? Не есть ли это средства, случайно попавшие ко мне, достояние других людей, искусственно перешедшее в мои руки? И я нашел, что это действительно так, что мои миллионы – это результат труда других лиц, и чувствую себя не правым, завладев их трудами». Подобные размышления побудили И. М. Сибирякова выделить капитал в сумме 420 тысяч рублей для выдачи пособий рабочим, получившим увечья на приисках Якутской области, и семьям погибших.

В начале девяностых годов Иннокентий Сибиряков возвращается к религиозному образу жизни. Его паломничества по православным монастырям и храмам Петербурга и окрестностей, щедрые пожертвования на нужды Церкви вызывают недоумение у прежнего окружения И.М. Сибирякова, а вслед за этим – недобрые слухи, неприятие и даже гонение. В 1894–1895 годах заинтересованные в присвоении его миллионов лица предприняли попытку взять капиталы Иннокентия Михайловича под арест. С этой целью он был объявлен безумным, а в вину благотворителю вменили «безрассудную расточительность» на помощь Православной Церкви и ближнему. За желание раздать свое имущество нуждающимся и уйти в монастырь Иннокентию Сибирякову пришлось пережить два унизительных освидетельствования его душевного здоровья губернской комиссией в составе докторов, юристов, государственных чиновников и общественных деятелей. «Что сделал я им, — говорил Иннокентий Михайлович близкому по духу человеку, — ведь … я не разбойникам раздаю, а ко славе Божией жертвую!».

Это испытание, закончившееся полным оправданием И.М. Сибирякова, привело его к бесповоротному решению об оставлении мира. Губернскими комиссиями 1894 и 1895 годов миллионер был полностью оправдан, капитал ему был возвращен.

Вот что примечательно: получив в наследство после смерти отца всего около 900 тысяч рублей, постоянно и помногу благотворя, Иннокентий Сибиряков при уходе из мира имел состояние в десять миллионов рублей. Воистину: не оскудевает рука дающего!

После оправдательного решения своей судьбы золотопромышленник переходит жить на подворье Свято-Андреевского скита под покровительство своего духовного отца иеромонаха Давида (Мухранова). В течение двух лет Иннокентий Михайлович Сибиряков проходит монастырский искус и сворачивает свои дела, обильно жертвуя имеющееся имущество и наличные средства.

Иннокентий Михайлович передал иеромонаху Давиду 2 миллиона 400 тысяч рублей, предоставив раздавать эти средства по своему усмотрению. Отец Давид раздал половину на благотворительные дела и в бедные монастыри России, а другую половину отдал в Свято-Андреевский скит на Афоне. На эти средства в скиту был построен и благолепно украшен собор апостола Андрея Первозванного — «Кремль Востока» — самый крупный православный храм на Балканах и в Греции, выстроен больничный корпус с церковью во имя святителя Иннокентия Иркутского, произведены другие постройки.

1 октября 1896 года на праздник Покрова Пресвятой Богородицы Иннокентий Сибиряков на подворье афонского Свято-Андреевского скита в Санкт-Петербурге был пострижен настоятелем архимандритом Давидом в рясофор. После этого инок Иннокентий уехал на Святую Гору Афон, в Свято-Андреевский скит для молитвенного служения Церкви и благу Отечества. Впоследстви он трижды возвращался в Санкт-Петербург.

Прежде чем уйти в монастырь, Иннокентий Сибиряков жертвует 420 тысяч рублей на пособия и пенсии рабочим золотых приисков, которым, как считал Иннокентий Михайлович, он был обязан своим богатством. Свою дачу отдает детскому приюту для девочек, вторую дачу в Выборгской губернии жертвует Линтульской женской общине. В 1896 году он жертвует 10 тысяч рублей на строительство Воскресенского скита на Валааме.

В 1897 году инок Иннокентий занимается и благотворительными подвигами: он жертвует Литейно-Таврическому кружку Общества для пособия бедным женщинам свою дачу в Райволо (ныне Рощино) для устройства сиротского приюта для девочек от четырех до десяти лет. Выделяется приюту и капитал в размере 50 тысяч рублей. Этот приют уже после смерти схимонаха Иннокентия стал носить имя И.М. Сибирякова. На его средства был устроен храм во имя святителя Николая в 7-й гимназии Санкт-Петербурга.

В 1898 году инок Иннокентий вновь отправляется на Святой Афон вместе с архимандритом Давидом. В Андреевском скиту 28 ноября 1898 года отец Давид постригает Сибирякова в мантию с новым именем Иоанн в честь Иоанна Предтечи и Крестителя Господня. А менее чем через год, 14 августа 1899 года, монах Иоанн (Сибиряков) принимает постриг в великий ангельский чин — святую схиму — с именем Иннокентий в честь святителя Иннокентия Иркутского.

Келья архимандрита Давида и его духовного послушника схимонаха Иннокентия находилась рядом с афонским Андреевским скитом. Множество паломников из России и других православных стран, желавших лично посмотреть на монаха из бывших миллионеров, создавали определенную помеху для уединенного молитвенного делания. Схимонах Иннокентий в вечное пользование приобретает участок на склоне Карули, принадлежащий Великой Лавре. На Карули русские монахи-отшельники начали селиться с XIX века, и там образовалось целое сообщество подвижников духа из России. По благословению отца Давида схимонах Иннокентий (Сибиряков) создает на Каруле келлию с трехпрестольным храмом. Главный престол был посвящен святителю Иннокентию Иркутскому, а приделы были освящены во имя преподобного Давида Солунского (небесного покровителя архимандрита Давида) и священномученика Дионисия Ареопагита, епископа Афинского — духовного наставника монахов-исихастов, подвижников неусыпной Иисусовой молитвы. К моменту появления И.М. Сибирякова на Афоне собор апостола Андрея Первозванного и больничный корпус находились лишь на начальном этапе постройки, и только благодаря тайным пожертвованиям бывшего капиталиста, а теперь уже монаха отца Иннокентия, за 1894—1900 годы они были достроены.

В 1897 году были достроены две церкви: во имя святителя Иннокентия Иркутского и Благовещения Пресвятой Богородицы. Также были построены храмы во имя Михаила Клопского, великомученицы Варвары при скитской келье схимонаха Иннокентия (Сибирякова) и во имя Ильи Пророка при скитской мельнице. На западной стороне скита был устроен четырехэтажный корпус, где размещались хлебная, библиотека, столовая для гостей; там же была построена ктиторская церковь в честь преподобных Виссариона и Варсонофия и священномученика Феодорита, в память основателей скита.

16 июня 1900 года Константинопольским патриархом Иоакимом III в сослужении с епископом Волоколамским Арсением (Стадницким), в то время ректором Московской духовной академии, был освящен знаменитый афонский Андреевский собор, рассчитанный на 6000 человек. Это самый большой собор не только на Святом Афоне, но и во всей Греции, благодаря ему Андреевский скит называют «Кремль Востока». Об этом событии писали многие газеты и журналы, были даже изданы книги, но о том, благодаря кому был построен собор, стало известно только через несколько месяцев после смерти схимонаха Иннокентия (Сибирякова) благодаря настоятелю скита — игумену Иосифу. Схимонах Иннокентий увидел воочию духовный плод от богатств семи поколений рода Сибиряковых. К этому времени большая часть наследия отца Михаила Александровича Сибирякова и средств, заработанных его старшим сыном Александром Михайловичем, была уже вложена в дела благотворительности Христа ради, и все дети М.А. Сибирякова жили очень скромно на остатки своих богатств.

Схимонах Иннокентий скончался 6 ноября 1901 года. Его погребли на кладбище Андреевского скита, а через три года по афонскому обычаю из земли извлекли останки. Плоть истлела полностью, а кости имели желтый янтарно-медовый цвет, что по афонскому церковному преданию свидетельствует об особой праведности человека, угодившего Богу, о святости. Кости скелета по традиции сложили в общую братскую костницу Андреевского скита, а честную главу поместили там же в деревянном киоте, в костнице Андреевского скита на Афоне на почетное место, где она пребывает и ныне.


Примечания

2016 год

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *