Блаженная феоктиста Воронежская

Молитва блаженной феоктисте воронежской

Блаженная Феоктиста (Воронежская)

Блаженная Феоктиста (в миру Феоктиста Михайловна Шульгина) родилась, в многодетной семье казака в селе Оськино (под Новочеркасском). Смолоду блаженная Феоктиста любила страннствовать по святым местам. Странствовать она отправилась, как только получила паспорт, к этому времени умер ее отец. Из вопоминаний блаженной старицы Феоктисты: «Смолоду я босиком ходила 7 лет». Она ходила из Новочеркасска в Воронеж, из Воронежа в Задонск , побывала на Соловецком острове и в Киеве. ).(По воспоминаниям Агнии Я. Лихоносовой)

Известно, что замуж Феоктиста вышла за морского офицера. После гибели мужа, он погиб во время Русско-Японской войны 1904–1905 годов, Феоктиста Михайловна взяла на себя подвиг юродства во Христе.

Из воспоминаний духовной дочери старицы Агнии Лихоносовой: «. матушка говорила, будто она неграмотная, а сама как-то называла латинские буквы на серебряных ложках. Матушка знала и все Евангелие, и всю церковную службу, а одна старая монахиня, у которой я, будучи в Новочеркасске, ночевала, сказала, что матушка знает такие церковные молитвы и песнопения, которые редко, иногда в году раз читаются и поются, и даже не все священники их знают. «

По рассказам современников у блаженной Феоктисты была особая внешность :» Она была низкого роста, худощавая, уставшая, с особыми чертами лица и добрейшими глазами».

Блаженная Феоктиста подвизалась в Воронеже в 1920–1930 годах. В Воронеже она жила в одной из келий Алексиево-Акатова монастыря, а после его закрытия (1931г.) ей приходилось скитаться по разным местам, часто проводить ночи под открытым небом. Многие жители Воронежа высоко почитали Феоктисту Михайловну за высоту и святость жизни и желали получить от нее наставления, однако были и недоброжелатели, ненавидевшие ее за обличения. Блаженная Феоктиста, со смирением переносившая все тягости выпавшие на её долю, терпела насмешки, не уклонялась от побоев, всегда молилась за своих обидчиков. За великое смирение и терпение подвижница и удостоилась даров Святого Духа – прозорливости и дара исцеления по молитве.

Первое время во время своих странствий Христа ради юродивая ходила босиком. Позже, надевала не на ту ногу большие ботинки, с разрезанными задниками, которые постоянно спадали, растирая ей ноги. Феоктиста Михайловна посещала Новочеркасск, села Воронежской области, Задонск. До Новочеркасска блаженная старица в последние годы жизни добиралась поездом, но в Задонск по-прежнему ходила пешком, еле передвигая ноги, выбирая подчас самую неистовую погоду. В пути она непрестанно молилась. И по городу и в дальних путешествиях ее обычно сопровождала какая-нибудь девушка.

Блаженная Феоктиста Михайловна была в духовной дружбе с архиепископом Воронежским Петром (священномучеником Петром (Зверевым, † 1929)), который искренне уважал подвижницу за высоту духовной жизни.

Осенью 1927 года архиепископ Петр прибыл на Соловки. В своих письмах с Соловецкого лагеря к своей воронежской пастве (архиепископ Петр был сослан в Соловки осенью 1927 г .) Владыка, неизменно просил молитв блаженной Феоктисты.

Выдержки из писем священномученика Петра: «4 марта 1928 года. За всех молюсь непрестанно, всех искренне желаю видеть. Не будем ослабевать духом в скорбях, будем жить надеждой на милосердие Божие. Попросите молитв Феоктисты Михайловны. «

«25 декабря 1928 года. Непрестанно молю Господа нашего, да хранит Он вас всех в правой вере, в мире, в здравии и благополучии и да благословит С воим небесным благословением. Я за ваши святые молитвы пока жив и здоров и на новом своем уединенном и пустынном местожительстве. Бодр духом, покоряюсь воле Господней, меня не оставляющей скорбями и испытаниями.. .Н е ослабевайте в молитвах и доброделании, да сподобимся все в свое время милости Господней. Поклон и просьбы о молитвах Феоктисты Михайловны. Предаю вас всех Господу и Его Пречистой Матери. С любовью о Господе грешный архиепископ Петр».

Протоиерей Митрофан Бучнев так отзывался о старице Феоктисте: «Эта раба Божия в меру Антония Великого». Оставшись без прихода ( в Воронеже), отец Митрофан продолжал регулярно служить молебны, во время которых многим изливалось исцеление. По благословению Оптинских старцев, отец Митрофан окормлял общину девушек, собравшихся вокруг него, за неимением монастырей. К концу 20-х годов девушки были распределены по хуторам и благочестивым городским семействам, но связь сохранялась. Отправляясь в ссылку, из которой он уже не вернулся, отец Митрофан оставил свою общину под покров матушки Феоктисты.

Из воспоминаний Агнии Я. Лихоносовой: «Первые встречи мои с матушкой Феоктистой Михайловной относятся к 1928 году . Лето, больной сердцем батюшка (отец Митрофан) лежит в маленьком своем палисадничке на складной кровати. Он в белом холщовом подрясничке, как всегда бодрый духом. Около него на табуретке сидит матушка Феоктиста Михайловна и кормит его виноградом. Это маленькая сгорбленная старушечка, покрытая белым платком. Глаза у нее большие, голубые, и лицо в морщинках. Батюшку она очень любит и пришла проведать его. Батюшка отвечает ей такой же любовью. Он чтит ее и внушает глубокое уважение к ней всем своим домашним и окружающим его.

22 марта (по церковному календарю) 1930 года скончался наш батюшка. Мы осиротели, стали страшно одиноки душой, и вот тогда пришла к нам в дом матушка Феоктиста Михайловна.

Мы все привыкли к матушке и делились с ней всеми нашими горестями и радостями. Нина, как ребенок, непосредственно верила, что матушка всегда может помочь. У Нины болят зубы, она лежит и от боли плачет. Матушка у нас. Нина говорит: «Матушка, помолись, чтобы зубы скорее прошли». Матушка с большим трудом становится на колени перед образом, говоря: «Я помолюсь, помолюсь», и молится: «Спаси, Господи, Нинку, спаси, Господи, девчонку», – и, оборачивая свою седую головочку к Нине, так просто спрашивает ее: » Ну как, легче тебе?»; та сквозь слезы отвечает: «Легче».

Однажды Нина серьезно заболела с высокой температурой, а матушки не было. У соседей напротив нас болел ребенок, и к нему вызвали хорошего врача. Я попросила его зайти послушать Нину. Он, прослушав, сказал, что, очевидно, начинается воспаление легких. Прописал лекарство. После его ухода пришла матушка, мы ей все рассказали. Она осталась ночевать, обещала помолиться. Ночью Нина сильно стонала, и я слышала, что она громко молится своими словами. А матушка велела мне ночевать с нею в столовой, хотя сердце мое рвалось к Нине. Матушка спала мало. То и дело спустит ножки с кровати и сядет, потом встанет и скажет: «Я послужу», и ходит по комнате. Она молилась, и девочке нашей к утру стало лучше. Матушка ушла, а через день пришел тот же врач, послушал Нину и был очень удивлен: «Совсем непонятно: было воспаление легких, а сейчас ничего нет – никаких хрипов». Много-много раз помогала нам матушка своей молитвой.

Феоктиста Михайловна любила кормить народ. Мне рассказывали о том, что еще много лет тому назад она ходила на базар и в лавках покупала белые булки, а потом раздавала их частью здесь же, иногда около церкви, а иногда несла их своим знакомым в те дома, куда она ходила. Булочники зазывали блаженную, чтобы она у них покупала булки, так как матушку все знали и говорили, что у кого она покупала, те весь свой товар распродавали с особой удачей. И извозчики, тоже хорошо знавшие матушку, старались, чтобы она садилась в их коляску, веря, что это принесет им счастье. И вот матушка с полными руками булок или батонов едет на извозчике через весь город к кому-либо из знакомых. И к нам нередко приходила она, а иногда и приезжала, держа в руках кулек с пряниками или булку. Детям нашим это очень нравилось, но матушка давала, кому сама хотела, а иногда и не давала кому-либо, кто очень хотел от нее получить. Матушка говорила: «Я народ кормлю, надо кормить».

В январе 1931 года я собиралась поступить на службу. Матушка незадолго до этого как-то пришла к нам, стала около окна и смотрела на проходившие мимо трамваи. «Я приставлена за трамвайчиками глядеть , как они бегают», – сказала она. Скоро после этого я поступила на работу в трамвайный парк статистиком по учету трамвайных пробегов. Тогда и вспомнила слова матушки.

Великая раба Божия была матушка, и ее чтили и знали и епископы, и священники, и многие в городе из самых разнообразных слоев общества. Матушка не имела места, где бы она постоянно жила, и в последние годы своей жизни так же приходила и уходила во всякую погоду, иногда вся мокрая и обледенелая. Кашляла и болела, но только изредка перележит у близких знакомых дня два и опять пойдет.

В последние годы своей жизни матушка стала слабеть, приступы сильного кашля с мокротой не давали ей спать. Худенькая и сухонькая фигурка уменьшалась на глазах. А ходила, все ходила сама во всякую непогоду и в морозы. По-прежнему – пальто нараспашку, иногда позволит подвязать пальто пояском. В декабре 1939 года ей стало совсем уже худо. Придет к нам на несколько дней, полежит. Однажды матушка велела Поле проводить ее к Анне Александровне на Чижовку. На мой вопрос, зачем она уходит, сказала: «Мне у тебя умирать нельзя, тебя за меня тягать будут».. .П оля проводила ее, по дороге попросила кого-то подвезти матушку на санях-розвальнях. Поля рассказала нам, когда вернулась, что по пути матушка говорила о своей скорой кончине.

В домике Анны Александровны матушка осталась до последнего дня. Мы ходили к ней туда опять с горестями, с заботами и не думали, что матушка совсем уйдет от нас.

Мне говорили хозяйка дома и Настя – девушка отца Митрофана, что в день ее кончины, к вечеру, она спрашивала: «Где вы меня положите спать?» Ей указали на кровать, где она спала в эти дни. Матушка ответила: «Нет, не здесь вы меня положите. » Слова блаженной исполнились. В эту ночь она скончалась, и ее положили на небольшую постель, а потом на стол.

Ночью с 21 на 22 февраля по церковному календарю (6 марта н.ст.) 1940 года нас разбудили: пришли от Анны Александровны сообщить, что матушка только что скончалась. Мы все вскочили.. .В ероятно, это было около часа ночи. Матушка лежала на узенькой небольшой постели. Ее уже обмыли и одели.. .М ария Алексеевна, врач, видевшая много умерших людей, сказала: «Таких покойников я еще не видала – это мощи». Матушка лежала светлая, чудная, уснувшая вечным сном блаженных и праведных людей. До рассвета мы пробыли около матушки. В эти дни до погребения около Феоктисты Михайловны перебывало много народу. Читали Псалтирь и просто сидели около ее драгоценного тела. Хоронили в субботу, 9 марта 1940 года. С утра положили ее в небольшой белый гроб. Когда клали в гроб, я держала ножки и вспомнила матушкины слова: «Ты меня, мать, в гроб будешь класть с девчонкой», то есть с Ниной.

День был солнечный. Матушкин гробик не поставили на сани, а так и несли на руках до самого кладбища на Придаче. Провожающих было много, всем хотелось нести гроб».

В 1961 году останки блаженной были перенесены на новое кладбище «на баках». Перезахоронение осуществлял протоиерей Николай Овчинников (в схиме Нектарий), которому, когда он еще был врачом, матушка предсказала священство.

День памяти блаженной Феоктисты – 21 февраля по церковному календарю.

Блаженная мати Феоктиста, моли Бога о нас.

1.Житие блаженной Феоктисты

2.Житие священномученика Петра (Зверева), архиепископа Воронежского

Как разместить платную(важную.коммерческую) тему – ИНСТРУКЦИЯ ЗДЕСЬ!

Не в сети

О Блаженной Феоктисте (Воронежской) можно почитать здесь:

Молитва Блаженной Феоктисте Воронежской

В годы неверия Ты приняла подвиг молитвенный и как Блаженная сестра Твоя Ксения из града Петра именем другим назвалася для мира умерев. Прими духовное водительство над нами недостойными и в земных нуждах помоги нам преобресть терпение и смирение, противников прощение, преодолеть насмешки непонимания и неприятие человеческое . Соделай нас духовными детьми Своими, не ищущих путей легких и славы земной, но желающих душами своими войти во Обитель Отца Небесного со Христом Господом нашим, где и Ты пребываешь ныне и присно и во веки веков. Аминь.

И да сойдет Благодать Христа Бога нашего в души наши под сенью крыл Твоих, Ангела Небесного во плоти исповедуем Тебя и просим молитв чистых Твоих. Аминь.

Прославление Феоктисты Воронежской

Для славы суетной и бренной

Но дух Твой как Небес Магнит

Меня притянет во Вселенной

И человеческим устам

Теперь мы волю предоставим,

И Храм – из дел Твоих Святейший Храм

Мы над Воронежем поставим

Как Ты жила, молилась Ты,

И снег и бурю пересиля.

Черты, столь милые черты

Теперь узнает вся Россия.

Твои глаза, Твоя улыбка

Небесной чистой красоты,

И Материнские морщинки.

Сквозь душу мне все смотришь Ты

Сестер имеешь Ты Духовных,

Ничуть не меньше сотворив,

И от мирского так свободных-

Матроны, Ксении мотив.

Твоя молитва, близкий голос

И мудрость высшая Небес,

Твоя душа – что спелый колос,

С тобой из праха я воскрес.

Людей молящих вереницы

Уж потянулись. Помоги.

Страницы судеб, словно птицы

От зла и боли сохрани

Улыбка. Даже взгляд веселый,

Ты Любишь всех – так знаю я,

Твоя судьба мирским нам школа

И веры ясная стезя.

Copyright ©2000 – 2017, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot

БЛАЖЕННАЯ ФЕОКТИСТА ВОРОНЕЖСКАЯ

«Эта раба Божия в меру Антония Великого»

Похоронена блаженная матушка на левобережном кладбище, в р-не «Баки», на третьем участке, в шестом ряду.

Воспоминания о блаженной Феоктисте ее современницы Агнии Лихоносовой.

Из писем протоиерея Николая Овчинникова, который совершил перезахоронение останков блаженной в 1961 г.

Блаженная Христа ради юродивая Феоктиста Михайловна Шульгина в 20-30-е годы ХХ столетия совершала свой подвиг в Воронеже.

В этот богоборческий период русской истории, когда все церкви в городе постепенно были захвачены обновленцами, три подвижника благочестия – протоиерей Митрофан Бучнев и Христа ради юродивые Максим Павлович и Феоктиста Михайловна укрепляли веру православную в выбитых из привычной жизненной колеи людях. Максим Павлович и матушка Феоктиста беспрерывно обходили город, поддерживая в нем дух благочестия.

Феоктисту Михайловну в городе знали все, но если верующие почитали ее, искали у нее наставления, утешения и помощи, то для прочих она была просто дурочка.

До 1931 года, то есть до закрытия Алексиево-Акатова монастыря блаженная жила в одной из келий обители. Потом ютилась у разных людей. Был у нее свой круг, который она постоянно навещала. Ночи матушка Феоктиста не спала, проводила их в молитве и бодрствовании.

О людях, несущих подвиг Христа ради юродства, обычно мало, что известно из доподвижнической жизни. О Феоктисте Михайловне знали, что она родом из Новочеркасска. По некоторым ее высказываниям и оборотам речи наблюдательные люди заключали, что она получила хорошее образование, хотя и говорила, что не грамотна. Позже стало известно, что матушка Феоктиста родилась в дворянской семье, отец ее был офицером.

Одним из подвигов блаженной было «ходить по дорогам». Странствовать она отправилась, как только получила паспорт, к этому времени умер ее отец. Смолоду матушка Феоктиста посетила многие святые места – от Соловецких островов до Киева. Побывала и в Почаеве, хотя монастырь этот находился за границей. Первые семь лет своих странствий Христа ради юродивая ходила босиком. Когда же стала носить обувь, подвиг ее от этого не уменьшился, так как носила она большие ботинки, надетые не на ту ногу и непременно с разрезанными задниками. Они постоянно спадали, растирая ноги. Зимой блаженная ходила в пальто нараспашку, несмотря на кашель и другие болезни. Феоктиста Михайловна постоянно посещала Новочеркасск, села Воронежской области и непременно – Задонск. До Новочеркасска матушка в эти годы добиралась поездом, но в Задонск по-прежнему ходила пешком, еле передвигая ноги, выбирая подчас самую неистовую погоду. В пути она непрестанно молилась. И по городу и в дальних путешествиях ее обычно сопровождала какая-нибудь девушка.

В описываемый период матушка Феоктиста была уже очень стара. Все, знавшие ее, отмечают, что она была маленькой, хотя, по словам подвижницы, в молодости она была среднего роста. Воронежские старушки вспоминали, что в прежние времена, когда они были помоложе, Феоктиста Михайловна была уже старой. Она любила закупать в лавках целые охапки разных булок и на извозчике развозила их по тюрьмам и больницам, а то и раздавала у церквей. Булочники и извозчики зазывали юродивую, по опыту зная, что чьими услугами она воспользуется, у того в этот день будет хорошая выручка. Кормить людей было частью подвига блаженной. И после революции, в 20-30-е годы, посещая опекаемые ею семейства, она часто приходила с булками и пряниками, а когда эти семьи постигала нужда, под видом юродства помогала им продуктами и деньгами.

В Воронеже тогда был известен духовным авторитетом и праведной жизнью протоиерей Митрофан Бучнев. Оставшись без прихода, он продолжал регулярно служить молебны, во время которых многим изливалось исцеление. По благословению Оптинских старцев, отец Митрофан окормлял общину девушек, собравшихся вокруг него, за неимением монастырей. К концу 20-х годов девушки были распределены по хуторам и благочестивым городским семействам, но связь сохранялась. Отправляясь в ссылку, из которой он уже не вернулся, отец Митрофан оставил свою общину под покров матушки Феоктисты. На вопрос, почему он почитает юродивую, батюшка ответил, что «эта раба Божия в меру Антония Великого».

Высоко ценил блаженную Феоктисту Михайловну за духовный подвиг и просил ее молитв и Воронежский архиепископ Петр (Зверев).

Святостью жизни матушка Феоктиста стяжала у Господа дар прозорливости и дар исцеления, которыми не раз помогала своим подопечным. Случалось она обличала кого-нибудь из прохожих на улице. Многие ненавидели ее за то, что она пробуждала в них совесть. Над ней насмехались и даже были ее, но блаженная смиренно сносила поругания.

Врачи определили у Феоктисты Михайловны чахотку и недоумевали, как можно жить со сгнившими легкими. В 1939 году блаженной стало совсем плохо. Она отлеживалась по два-три дня в тех домах, которые обычно посещала. Время кончины было открыто ей. Однажды на ночь глядя, несмотря на большую слабость, она покинула дом Агнии Яковлевны Лихоносовой, у которой лежала из-за болезни. На протесты хозяйки ответила: «Мне у тебя умирать нельзя, тебя за меня тягать будут».

Матушка оставалась до смерти в одном из домов на Чижовке. В вечер перед кончиной блаженная спросила хозяйку: «Где вы меня положите сегодня спать?» Ей указали обычную кровать. «Нет, не здесь вы меня сегодня положите». Ее слова исполнились.

Скончалась блаженная Феоктиста 6 марта 1940 года, в среду, в 10 часов вечера. Все, кому была дорога матушка, были в ту же ночь оповещены. Похоронили ее в субботу, 9 марта, на придаченском кладбище.

В 1961 году останки блаженной были перенесены на новое кладбище «на баках». Перезахоронение осуществлял протоиерей Николай Овчинников (в схиме Нектарий), которому, когда он еще был врачом, матушка предсказала священство.

Память матушки Феоктисты 21 февраля по церковному календарю.

Святая блаженная мати Феоктиста, моли Бога о нас.

О каких чудесах воронежской Ванги рассказали священники

Христа ради юродивая происходила из дворянской семьи и имела хорошее образование, но все равно прикидывалась дурочкой.

Для очень многих воронежцев уже крайне важно знать, какими событиями для них отметится наступивший 2018 год. Неизвестность будущего всегда манила людей, поэтому они от начала мира ходили к астрологам, предсказателям, ясновидящим. Тем не менее, в нашем городе в прошлом веке жила своя воронежская Ванга (легендарная болгарская прорицательница), которая в суровые сталинские времена помогла духовно большому количеству наших предков. Звали ее блаженная Феоктиста (Шульгина).

Родилась эта женщина в 1855 году в Новочеркасске в дворянской семье. При появлении на свет девочки отец, полковник Михаил Шульгин дал ей имя Анфиса. Она получила хорошее образование, которое затем старалась тщательно скрывать. Когда же Анфиса выросла, она вышла замуж за морского офицера. Тем не менее, он погиб во время Русско-японской войны 1904-1905 годов.

Вот, собственно все, что известно о детстве и юности воронежской блаженной Феоктисты. Однако ее дальнейшая судьба стала примером истинного служения и подвижничества, о котором религиозные люди говорят до сих пор. Феоктисту нередко называют воронежской Вангой, поскольку все ее предсказания сбывались с поразительной точностью.

Блаженная Феоктиста (Шульгина)

Православные священники говорят, что трагедия со смертью мужа на Русско-японской войне вызвала в Анфисе Шульгиной решение взять на себя подвиг юродства во Христе. Так православные верующие называют свойства отдельных странствующих монахов и подвижников, которые выглядят настоящими безумцами. Их главной целью является обличение внешнего мира, намеренное сокрытие собственных добродетелей от посторонних глаз. Юродивые специально навлекают на себя оскорбления, побои и унижения. Все это надо им, дабы обрести свой дом в Царствии небесном.

Вообще, юродство, как указывают православные священники – это тяжелый крест, который практически ни один человек вынести не сможет. Однако блаженная Феоктиста (такое имя Анфиса Шульгина получила при постриге в монахини) смогла пронести этот обет до конца своей жизни. Она дурачилась, намеренно скрывала свое дворянское происхождение, но самоотверженно помогала людям и творила чудеса.

Вот, что вспоминала духовная падчерица старицы Агния Яковлевна Ломоносова:

— Матушка говорила, будто она неграмотная, а сама как-то называла латинские буквы на серебряных ложках. Матушка знала и все Евангелие, и всю церковную службу, а одна старая монахиня… сказала, что матушка знает такие церковные молитвы и песнопения, которые редко, иногда в году раз читаются и поются, и даже не все священники их знают, — говорила Агния Ломоносова.

В Воронеже блаженная Феоктиста оказалась в 1920 году. В нашем городе она жила до своей смерти. Сначала юродивая расположилась в одной из келий Алексиво-Акатова монастыря на улице Освобождения Труда (раньше – улица Введенская). Однако после закрытия этого религиозного места Феоктиста начала скитаться по улицам. Частенько ей приходилось спать под открытым небом. Она выносила побои, насмешки и унижения. За все смирение, с которым юродивая выносила страдая, как рассказывают священнослужители, на нее снизошел Святой Дух. И с этого момента начались чудеса блаженной Феоктисты.

Алексиво-Акатов монастырь в 30-е годы XX века

Так, рассказывают, что монахиня в 30-е годы стала частой гостьей в одной из воронежских семей, где главой был один из воронежских партийных боссов. Боясь за свое положение, наши земляки боялись этих визитов. Однако Феоктиста неустанно ходила к этим людям и делала иногда так, чтобы окружающие видели, как она посещает именитое семейство.

Однажды юродивая пришла к воронежцам и застала только одну хозяйку. Монахиня сделала печальное лицо и произнесла:

— Мать, а ты все одна?…

— Как, матушка, одна? Сейчас Дмитрий с работы придет.

— Нет, мать, одна, нет его с тобой.

Хозяйка не знала, что ее мужа уже репрессировали и сослали в концлагеря. Откуда это могла знать юродивая, до сих пор остается загадкой. Тем не менее, блаженная Феоктиста не бросила семейство, а стала постоянно помогать ему то деньгами, то едой, то советами.

Фреска блаженной Феоктисты (Шульгиной)

В другой раз Феоктиста шла с одной женщиной в село под Воронежем. Однако внезапно юродивая остановилась и зашагала в другую сторону. Она подошла к незнакомому дому и вошла внутрь. К блаженной сразу бросилась на шею хозяйка со слезами и стала спрашивать о своем муже. Он, дескать, давно уехал и не подает о себе никаких вестей. «Жив ли он?!» — с рыданиями спросила хозяйка дома. На это юродивая успокоила женщину и сказала, что ее супруг невредим. Он мол вернется к Пасхе. Поразительно, но впоследствии выяснилось, что Феоктиста сказала незнакомке чистую правду. Муж вернулся домой ровно к Пасхе.

А однажды, как рассказали священники, юродивая даже смогла отогнать разъяренного быка. Феоктиста шла с сопровождающей ее женщиной мимо стада коров. Внезапно спутница блаженной заметила огромного быка и сказала, что боится продолжать дорогу.

— Матушка, давай обойдем стадо, я боюсь быка, — сказала Феоктисте женщина.

— Тю, — ответила блаженная, — а ты не бойся.

Феоктиста пошла прямо на быка. Животное начало выпускать пар и бросилось прямо на спутницу блаженной. Та закрыла глаза и приготовилась к смерти. Однако затем она услышала голос Феоктисты:

— Девка, да ты чего там? – звала ее юродивая.

Женщина увидела, что бык отошел в сторону.

— Простите, матушка, больше не буду бояться, — сказала она.

Блаженную многие воронежцы ненавидели за то, что она называла вещи своими именами. Однако для Феоктисты все это не имело никакого значения. Она продолжала нести этому миру правду. Юродивая умерла в 1940 году. Сначала ее похоронили на левобережном кладбище «Баки». Однако в 2009 году ее перезахоронили в некрополь Алексиево-Акатова монастыря. Рассказывают, что тогда владыка Сергий произнес сокровенную речь перед могилой юродивой.

Земные и небесные дары блаженной Феоктисты

Воронеж

С годами начинаешь замечать те тонкие связи, которые существуют в мире и которые дают нам почувствовать, что между здесь и там нет непреодолимой грани, что воистину у Бога все живы.

По рассказам мужа представляю тесную комнатенку старого дома в прибрежной части Воронежа. Его измученную трудной жизнью и тяжкой работой маму, а рядом – его няню, пожилую женщину, прибившуюся к этой семье неведомо как, словно по высшему повелению. Дочь священника и сестра звонаря, незамужняя Анна Андреевна Сафонова горячо полюбила младшего сына приютившей ее женщины, стала ухаживать за ним и духовно окормлять. Глубоко религиозная, она много времени проводила с мальчиком в церкви. По счастью, два действующих в пятидесятые годы воронежских храма, Покровский и Никольский, находились недалеко от их дома.

Несколько раз она рассказывала маме мальчика об одной удивительной старице, которую знавала в 1920-1930-е годы. Тетя Нюра, тогда еще совсем молодая, не имея своего угла, жила, как и некоторые другие бедные девушки, заботами церковных людей. Сейчас трудно сказать, какую роль играла в ее молодой жизни та старица. Но в памяти ее она сохранилась неспроста.

Когда по радио «Радонеж» я услышала сюжет о воронежской блаженной Феоктисте Михайловне, я поняла, что это та самая старица из рассказов тети Нюры. Все, видно, приходит в свое время. Так появилась в моем доме и икона священномученика Петра (Зверева), архиепископа Воронежского и новомученика Соловецкого (+ 1929) – подарок воронежского друга юности. Оказывается, священномученик был хорошо знаком с матушкой Феоктистой, передавал ей приветы в своих письмах из Соловецкого заключения, просил ее молитв.

Маленькая старушка с большими голубыми глазами, в платочке, в расстегнутом – даже в зимнюю стужу – пальто, в башмаках с разрезанными задниками, нарочито надетыми не на ту ногу, – такой осталась она в памяти очевидцев, жителей Воронежа 1920-1930-х годов. Она производила странное впечатление. Посторонним казалось: то ли юродивая, то ли сумасшедшая, сердится на что-то, распекает кого-то. Немудрено, что у некоторых новоявленных атеистов она вызывала агрессию. Те, кто ее знал лучше, кого она сама избирала в свой ближайший круг, вспоминают о ней как об удивительно доброй, даже утонченной по обхождению и оборотам речи женщине, со своей тайной, сокровенной жизнью.

Родилась она под Новочеркасском в 1855 году в семье полковника Михаила Шульгина. Крестили ее как Анфису. Почему Анфиса стала Феоктистой? Есть мнение, что матушка была тайной монахиней и что новое имя она получила при постриге. С юности она отличалась богомольностью, любовью к паломничеству по святым местам. Известно, что была она замужем за офицером, погибшим в Русско-японскую войну. Овдовев, она и приняла на себя подвиг юродства Христа ради – в этом ее родство с Ксенией Петербургской. В начале 1920-х годов она появилась в Воронеже. Нашла приют в Алексиево-Акатовом монастыре. В 1931 году монастырь закрыли, и начались странствия матушки Феоктисты Михайловны по добрым людям.

При этом все, знавшие ее, отмечали, как не любила она обременять собою. Погостит два-три дня, отлежится больная – и уходит, легко одетая, в своих ужасных башмаках. Идет в непогоду в Задонск с одной из своих духовных дочерей. Заходит в неизвестные дома, заранее зная, что там нуждаются в ее утешении. Стяжала она несомненные дары Святого Духа: ее прозорливость, сила молитвы, способность к исцелению болящих были хорошо известны. Многие помнят, как ходила она по домам и угощала булками и детей, и взрослых. Эти булки, которые она покупала на пожертвованные денежки у воронежских булочников, невольно наводят на мысль о евангельском умножении хлебов. Конечно, евангельское чудо неповторимо, но и здесь было чудо любви, чудо дарения – себя. «Кормить людей надо!» – повторяла она.

Вот приходит она к любимому воронежскому батюшке, протоиерею Митрофану Бучневу, кормит его, лежащего в летней тени возле своего домика, виноградом. Батюшка, хоть и слаб совсем, но счастлив видеть Феоктисту Михайловну. Именно он сказал о ней: «Эта раба Божия в меру Антония Великого».

Отправляясь в ссылку, из которой он уже не вернулся, отец Митрофан вверил матушке Феоктисте окормляемую им общину девушек. Не к этой ли общине была некогда близка и тетя Нюра?

Постоянный кашель, больные легкие, возможно, и чахотка приближали кончину. Матушка ее предвидела. Ушла накануне смерти из близкого ей дома, боясь навлечь на семью гонения. В ночь на 22 февраля (по старому стилю) 1940 года умерла там, где полагала меньшую тяготу для окружающих. Но никакие религиозные гонения не помешали близким ей людям объединиться, чтобы похоронить матушку с истинно христианской обрядовостью и любовью.

В посмертной судьбе блаженной Феоктисты Михайловны есть свои удивительные, но закономерные повороты. Похоронили ее на отдаленном кладбище на Придаче. Через год с небольшим началась война, которую она, как говорят, предвидела. Столько смертей, горя, новых захоронений! Казалось бы, тут не до могилки некоей старицы-чудачки. Ан нет! Могилка не затерялась. Когда кладбище стали ликвидировать под новостройки, протоиерей Николай Овчинников, которого матушка знавала как врача и которому сказала однажды, что быть ему попом, осуществил перезахоронение ее останков. Было это в 1961 году. На левобережное кладбище со странным названиям «на баках» пришлось перенести останки блаженной Феоктисты.

Снос кладбищ – особая грустная страница истории и Воронежа, и других советских городов. Воронежцы знают, как на месте одного из старейших городских кладбищ разбили парк. В народе его стали называть ЖИМ – парк живых и мертвых. А потом тут же построили цирк. Помню, девочкой я сначала обрадовалась, что поблизости от нас будет новый цирк, а бабушка сказала: «Неподходящее это место для цирка». И объяснила, что к чему.

Нет, не «на баках» лежать блаженной воронежской старице. 16 сентября 2009 года по благословению митрополита Воронежского и Борисоглебского Сергия состоялось перенесение честных останков блаженной Феоктисты (Шульгиной) на территорию старого некрополя Свято-Алексеева Акатова женского монастыря. Как мы помним, несколько лет в келье этого, мужского тогда, монастыря ютилась чудная и чудная старушка Феоктиста Михайловна. Потом лишилась любимого пристанища из-за закрытия обители. И вот вернулась она, наша воронежская матушка, в свой земной дом. А в Небесном Отечестве молится она о нас, грешных, окормляет православный люд. Как при жизни не переставала кормить нуждающихся, так и Небесные дары ее не иссякают.

Православный Церковный календарь

Краткое житие святителя Феоктиста, архиепископа Новгородского, чудотворца

По пре­став­ле­нии ар­хи­епи­ско­па Кли­мен­та нов­го­род­цы с по­сад­ни­ком сво­им Ан­дре­ем мно­го рас­суж­да­ли о пре­ем­ни­ке его, все, от ма­ла до ве­ли­ка, воз­лю­би­ли Бо­гом на­зна­чен­но­го, му­жа сми­рен­но­го и доб­ро­го, игу­ме­на Бла­го­ве­щен­ско­го мо­на­сты­ря Фео­к­ти­ста. Со­брав зво­ном ве­че у Свя­той Со­фии, князь Бо­рис Анд­ре­евич и все нов­го­род­цы по­чти­тель­но при­ве­ли его и по­са­ди­ли во вла­дыч­ном дво­ре, по­ка узна­ют, где мит­ро­по­лит. В то са­мое вре­мя свя­той мит­ро­по­лит Мак­сим оста­вил Ки­ев и пе­ре­се­лил­ся во Вла­ди­мир на Клязь­ме. В 1300 го­ду при­е­ха­ли в Ве­ли­кий Нов­го­род свя­той мит­ро­по­лит Мак­сим, а с ним епи­ско­пы: Ро­стов­ский Си­ме­он и Твер­ской Ан­дрей. Они и по­ста­ви­ли Фео­к­ти­ста ар­хи­епис­ко­пом Нов­го­ро­ду. «Зна­ме­на­ша его в церк­ви свя­то­го Бо­ри­са и Гле­ба ме­ся­ца июня 28 дня и то­го же ме­ся­ца по­ста­ви­ша его во Свя­той Со­фии, на па­мять свя­тых апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла. И со­вер­ши­ша празд­ник све­тел, и бысть ра­дость Нов­го­ро­ду о сво­ем вла­ды­це». Тор­же­ство для Нов­го­ро­да бы­ло по­ис­ти­не необык­но­вен­ное: толь­ко в пер­вый раз Нов­го­род­ский вла­ды­ка был по­свя­щен в нов­го­род­ском хра­ме Свя­той Со­фии.

О пас­тыр­ской де­я­тель­но­сти свя­то­го Фео­к­ти­ста ле­то­пи­си со­об­ща­ют лишь от­ры­воч­ные све­де­ния. В недол­гие го­ды его свя­ти­тель­ства в Нов­го­ро­де про­ис­хо­дит уси­лен­ная по­строй­ка хра­мов.

В 1300 или 1301 го­ду по бла­го­сло­ве­нию вла­ды­ки Фео­к­ти­ста бы­ла за­ло­же­на ка­мен­ная цер­ковь во имя Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла на Ми­хай­лов­ской ули­це и через два го­да освя­ще­на. В 1301 го­ду нов­го­род­цы сру­би­ли че­ты­ре де­ре­вян­ных хра­ма. В 1302 го­ду за­ло­жи­ли ка­мен­ную цер­ковь во имя свя­тых кня­зей-му­че­ни­ков Бо­ри­са и Гле­ба, «ко­то­рая по­ру­ши­ла­ся». В сле­ду­ю­щем го­ду бы­ли сруб­ле­ны еще че­ты­ре де­ре­вян­ных хра­ма в Нов­го­ро­де.

В 1305 го­ду свя­ти­тель Фео­к­тист участ­во­вал в до­го­во­рах Нов­го­ро­да с ве­ли­ким кня­зем свя­тым Ми­ха­и­лом Твер­ским (па­мять 22 но­яб­ря/5 де­каб­ря) о со­хра­не­нии преж­них вза­им­ных от­но­ше­ний. «Кня­же­ние твое, – го­во­рят нов­го­род­цы, – чест­но дер­жа­ти (долж­ны), по по­шлине (по обы­чаю), без оби­ды, а те­бе, гос­по­дине, та­кож Нов­го­род дер­жа­ти (долж­но) без оби­ды по по­шлине». Пе­чать на до­го­во­ре пред­став­ля­ет Бо­го­ма­терь с Пред­веч­ным Мла­ден­цем на пер­сях, а на обо­ро­те сло­ва: «Фео­к­тист, ар­хи­епи­скоп Нов­го­род­ский».

В том же го­ду нов­го­род­ский по­сад­ник Си­ме­он Кли­мо­вич по бла­го­сло­ве­нию свя­ти­те­ля по­ста­вил ка­мен­ную цер­ковь в честь По­кро­ва Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы на во­ро­тах от Прус­ской ули­цы, на ка­мен­ном де­тин­це (де­тин­цем на­зы­ва­лась в Древ­ней Ру­си внут­рен­няя кре­пость). 9 де­каб­ря ар­хи­епи­скоп Фео­к­тист освя­тил «ве­ли­ким свя­ще­ни­ем» храм во имя свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба и дру­гой, на кня­жес­ком дво­ре, в честь от­цов Пер­во­го Все­лен­ско­го Со­бо­ра. Через два го­да (в 1307 г.) нов­го­род­цы по­жа­ло­ва­лись ве­ли­ко­му кня­зю свя­то­му Ми­ха­и­лу на его нов­го­род­ских на­мест­ни­ков. На жа­ло­бе бы­ла пе­чать свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста. Во­об­ще вре­мя то­гда бы­ло смут­ное: Мос­ков­ский князь Ге­ор­гий Да­ни­и­ло­вич пре­пи­рал­ся с ве­ли­ким кня­зем Ми­ха­и­лом за кня­же­ние в Нов­го­ро­де. Неспра­вед­ли­вые до­мо­га­тель­ства мос­ков­ско­го кня­зя при­чи­ня­ли Нов­го­ро­ду мно­го непри­ят­но­стей. Пи­сец Апо­сто­ла 1307 го­да со скор­бью го­во­рит: «При сих кня­зьях се­я­лись и рос­ли усо­би­цы, и жизнь на­ша гиб­ла от ссор кня­же­ских, и век лю­дей уко­ра­чи­вал­ся». К то­му же в это вре­мя у вла­ды­ки Фео­к­ти­ста и у нов­го­род­цев бы­ло «неми­рье» с пско­ви­ча­ми.

Все это долж­но бы­ло огор­чать свя­ти­те­ля и, мо­жет быть, вли­я­ло на его здо­ро­вье. В том же 1307 го­ду, в де­каб­ре, по­сле вось­ми­лет­не­го управ­ле­ния нов­го­род­ской паст­вой свя­ти­тель Фео­к­тист «сво­е­го ра­ди нездо­ро­вья» оста­вил ар­хи­епис­коп­скую ка­фед­ру. Бла­го­сло­вив нов­го­род­цев, он уда­лил­ся в Бла­го­ве­щен­ский мо­на­стырь, где «из­во­лив мол­чаль­ное жи­тие». Так в без­мол­вии, то есть в сво­бо­де от су­е­ты люд­ской, про­жил свя­ти­тель три го­да в оби­те­ли. Ар­хи­епи­скоп­ское ме­сто свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста по ухо­де его в мо­на­стырь за­нял его ду­хов­ный отец Да­вид, ко­то­ро­го все нов­го­род­цы с игу­ме­на­ми и со всем иерей­ским чи­ном воз­лю­би­ли и с че­стью по­са­ди­ли во вла­дыч­ном дво­ре, а свя­ти­тель Фе­ок­тист бла­го­сло­вил его на свое ме­сто.

23 де­каб­ря 1310 го­да бла­жен­ный свя­ти­тель Фео­к­тист мир­но по­чил. «Он мно­го по­стра­дал для Бо­га», – го­во­рит совре­мен­ник. Ко­гда он пре­ста­вил­ся от этой вре­мен­ной жиз­ни, свя­тая ду­ша его взо­шла на небо, а ли­цо как бы оза­ри­лось све­том. Ви­дев­шие это ди­ви­лись и про­слав­ля­ли Бо­га. Чест­ное те­ло свя­ти­те­ля бы­ло по­ло­же­но всем иерей­ским чи­ном в мо­на­стыр­ской Бла­го­ве­щен­ской церк­ви. «Дай же, Гос­по­ди Бо­же, ему Небес­ное Цар­ство, а Нов­го­ро­ду – мо­лит­ву его и бла­го­сло­ве­ние», – за­клю­ча­ет ле­то­пи­сец свой рас­сказ о кон­чине свя­ти­те­ля.

Та­ко­вы немно­го­чис­лен­ные из­ве­стия о тру­дах и по­дви­гах зем­ной жиз­ни свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста.

По­сле его бла­жен­ной кон­чи­ны Бог про­сла­вил его мно­ги­ми чу­де­са­ми. Упо­мя­нем лишь неко­то­рые из них.

В пер­вый раз Бог про­сла­вил свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста через 300 лет по­сле его пре­став­ле­ния. Су­пру­га цар­ско­го дья­ка Иули­а­ния дол­го бы­ла боль­на, так что по­те­ря­ла вся­кую на­деж­ду на вы­здо­ров­ле­ние. Но вот од­ной но­чью явил­ся ей во сне муж в свя­щен­ном об­ла­че­нии и ска­зал: «По­ищи гроб ар­хи­епи­ско­па се­го го­ро­да Фео­к­ти­ста и по­лу­чишь ис­це­ле­ние». Дьяк спра­вил­ся по ле­то­пи­сям о гро­бе свя­ти­те­ля, при­вез боль­ную же­ну в Бла­го­ве­щен­ский мо­на­стырь, от­пел здесь па­ни­хи­ду и раз­дал ще­д­рую ми­ло­сты­ню. Боль­ная то­гда же по­чув­ство­ва­ла об­лег­че­ние, а ско­ро и со­всем вы­здо­ро­ве­ла. Бла­го­дар­ный дьяк по­же­лал, чтобы то­гда же бы­ла на­пи­са­на ико­на свя­ти­те­ля по яв­ле­нию, быв­ше­му его жене. В то же вре­мя по­но­марь Со­фий­ско­го со­бо­ра Фе­о­дор, за­ни­мав­ший­ся ико­но­пи­са­ни­ем, на­пи­сал ико­ну свя­то­го Фео­к­ти­ста с древ­не­го под­лин­ни­ка, ко­то­рый со­хра­нил­ся на стене Со­фий­ской па­пер­ти. На иконе свя­ти­тель изо­бра­жен в мо­лит­вен­ном по­ло­же­нии пред ико­ной Бла­го­ве­ще­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы.

В 1664 го­ду князь Ва­си­лий Ро­мо­да­нов­ский, на­мест­ник Нов­го­ро­да, по бла­го­го­вей­но­му усер­дию к свя­ти­те­лю ве­лел очи­стить сре­ди остат­ков Бла­го­ве­щен­ской церк­ви от раз­ва­лин гроб свя­ти­те­ля и устро­ить над ним ча­сов­ню, по­том устро­ил ра­ку над мо­ща­ми с ли­ком свя­ти­те­ля и, на­ко­нец, воз­об­но­вил ка­мен­ный храм, ко­то­рый су­ще­ству­ет и до­ныне.

Меж­ду тем свя­ти­тель про­дол­жал из­ли­вать бла­го­дать чу­до­тво­ре­ний.

В 1700 го­ду пе­ред гро­бом про­зре­ла дочь зна­мен­ско­го свя­щен­ни­ка, ослеп­шая по­сле дол­говре­мен­ной бо­лез­ни. Та­кое же чу­до со­вер­ши­лось над до­че­рью свя­щен­ни­ка Ильин­ской церк­ви и над же­ною свя­щен­ни­ка той же церк­ви. Де­ся­ти­лет­ний немой от­рок, сын куп­ца Афа­на­сия, по­лу­чил дар сло­ва по­сле мо­леб­на у ра­ки свя­ти­те­ля. В том же го­ду ис­це­ли­лись два род­ные бра­та – куп­цы По­тап и Иоанн. В 1705 го­ду у ра­ки свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста по­лу­чил ис­це­ле­ние Ан­тон Ми­хай­лов Бо­ро­ви­ков. Он стра­дал умо­по­ме­ша­тель­ством и был без язы­ка.

В 1707 го­ду мо­щи бла­жен­но­го бы­ли по­ло­же­ны от­кры­то, ис­це­ле­ния про­дол­жа­лись. Так, в 1710 го­ду кре­стьян­ка Ма­рия, два­дцать лет быв­шая боль­ной и три го­да сле­пой, мгно­вен­но по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние по­сле то­го, как об­ло­бы­за­ла лик свя­ти­те­ля на гро­бе. Же­на нов­го­род­ско­го дво­ря­ни­на Си­лы Кор­са­ко­ва дол­го стра­да­ла внут­рен­ней бо­лез­нью. Раз во сне явил­ся ей неиз­вест­ный муж в ар­хи­ерей­ской одеж­де и ве­лел ид­ти на гроб свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста. Она ис­пол­ни­ла та­ин­ствен­ное по­ве­ле­ние и при гро­бе чу­до­твор­ца ис­це­ли­лась. В 1703 го­ду по мо­лит­вам у ра­ки свя­ти­те­ля раз­ре­ши­лось неплод­ство жен дво­ря­ни­на Фе­о­до­ра Неля­дин­ско­го и Си­мео­на Са­ве­лье­ва Зе­ле­ни­на.

В 1714 го­ду явил­ся в сон­ном ви­де­нии неиз­вест­ный муж в свя­ти­тель­ском оде­я­нии ку­пе­че­ской вдо­ве Ма­рии, ко­то­рая це­лый год не вла­де­ла ру­ка­ми и но­га­ми. Вспом­нив о свя­ти­те­ле Фео­к­ти­сте, она со сле­за­ми ста­ла мо­лить его о сво­ем ис­це­ле­нии, да­ла обет по­мо­лить­ся пред его ра­кой и дей­стви­тель­но ис­це­ли­лась. По­доб­ное же яв­ле­ние свя­то­го в ноч­ном ви­де­нии и в том же го­ду бы­ло по­но­мар­ской вдо­ве Ев­до­кии, ле­жав­шей в рас­слаб­ле­нии. Свя­щен­но­леп­ный ста­рец явил­ся ей во сне и ска­зал: «Для че­го ты на­прас­но ле­чишь­ся у глу­пых волх­вов?» Ев­до­кия ве­ле­ла сы­ну сво­е­му сне­сти се­бя на гроб свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста и там по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние.

По­след­нее чу­до в ру­ко­пис­ном жи­тии свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста XVIII сто­ле­тия за­пи­са­но под 1727 го­дом. Там ска­за­но, что по­сле про­дол­жи­тель­ной бо­лез­ни ис­це­лил­ся, от­слу­жив мо­ле­бен при гро­бе свя­то­го, по­сад­ский че­ло­век Со­фро­ний.

По­чи­та­ние па­мя­ти свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста на­ча­лось, ве­ро­ят­но, вско­ре по­сле его кон­чи­ны. Мест­ное празд­но­ва­ние ему в Бла­го­ве­щен­ском мо­на­сты­ре уста­нов­ле­но до 1786 го­да, в ко­то­ром был устро­ен при­дел во имя его. В 1786 го­ду по хо­да­тай­ству мит­ро­по­ли­та Пе­тер­бург­ско­го Гав­ри­и­ла мо­щи свя­ти­те­ля Фео­к­тис­та с раз­ре­ше­ния Свя­щен­но­го Си­но­да бы­ли пе­ре­не­се­ны из упразд­нен­но­го Бла­го­ве­­щен­ско­го мо­на­сты­ря в Ге­ор­ги­ев­ский и по­ло­же­ны в се­реб­ря­ной ра­ке под спу­дом в хра­ме, под­ле сте­ны, у ико­но­ста­са, по ле­вую сто­ро­ну ал­та­ря. В 1827 го­ду ар­хи­манд­рит Фо­тий устро­ил здесь при­дел во имя свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста.

Полное житие святителя Феоктиста, архиепископа Новгородского, чудотворца

На Нов­го­род­ской ка­фед­ре с 1299 по 1307 гг.

Пре­ем­ни­ком ар­хи­епи­ско­па Кли­мен­та был свя­той Фео­к­тист. О ме­сте его рож­де­ния и вос­пи­та­ния нет ни­ка­ких све­де­ний. Из­вест­но толь­ко, что он при­нял ино­че­ское по­стри­же­ние в оби­те­ли Бла­го­ве­щен­ской, ко­то­рую ос­но­ва­ли два свя­тые бра­та — Иоанн и Гри­го­рий, быв­шие один по­сле дру­го­го вла­ды­ка­ми Нов­го­ро­да, и по­том был в оной игу­ме­ном. По­сле то­го как Кли­мент пре­ста­вил­ся, нов­го­род­цы с по­сад­ни­ком Ан­дре­ем мно­го рас­суж­да­ли о пре­ем­ни­ке его, и все, от ма­ла до ве­ли­ка, по­лю­би­ли Бо­гом на­зна­ме­на­на, му­жа сми­рен­на и бла­га, Бла­го­ве­щен­ско­го мо­на­сты­ря игу­ме­на Фео­к­ти­ста. Со­брав ве­че у Свя­той Со­фии, князь Бо­рис Ан­дре­евич и все нов­го­род­цы с по­кло­ном при­ве­ли его и по­са­ди­ли на дво­ре вла­дыч­нем, по­ка узна­ют, где мит­ро­по­лит. В сле­ду­ю­щем 1300 г. при­бы­ли в Нов­го­род мит­ро­по­лит Мак­сим, Ро­стов­ский епи­скоп Си­мон и Твер­ской епи­скоп Ан­дрей и по­ста­ви­ли Фео­к­ти­ста в ар­хи­епи­ско­па Нов­го­ро­ду, «зна­ме­на­ша его в церк­ви свя­та­го Бо­ри­са и Гле­ба ме­ся­ца июня 28 дня, то­го же ме­ся­ца и по­ста­ви­ша его в свя­тей Со­фьи, на па­мять свя­тых апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла». Нов­го­род­цы бы­ли весь­ма ра­ды сво­е­му вла­ды­ке и со­вер­ши­ли празд­ник све­тел по это­му слу­чаю. Но что чув­ство­вал сам по­свя­щен­ный, ле­то­пи­си не го­во­рят.

В сле­ду­ю­щем го­ду, по бла­го­сло­ве­нию вла­ды­ки Фео­к­ти­ста, за­ло­жен был ка­мен­ный храм свя­то­го ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла на Ми­хай­лов­ской ули­це, су­ще­ству­ю­щий до­ныне, и через два го­да освя­щен. Кро­ме то­го, в том же го­ду «бы­ли сруб­ле­ны 4 церк­ви: свя­тыя Бо­го­ро­ди­цы в мо­на­сты­ре на зве­рин­це, и свя­та­го Ла­за­ря, и свя­та­го Ди­мит­рия на Ба­я­ни ул­ке, и свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба на По­до­ле, и за­ло­жи­ли ка­мен­ный го­род Нов­го­ро­ду». В 1305 г. бла­жен­ный ар­хи­пас­тырь при­ни­мал уча­стие в до­го­во­рах Но­го­ро­да с ве­ли­ким кня­зем Ми­ха­и­лом Твер­ским о со­хра­не­нии древ­них вза­им­ных от­но­ше­ний. «Кня­же­ние твое, — го­во­рят нов­го­род­цы, — чест­но дер­жа­ти (долж­ны), по по­шлине (по обы­чаю), без оби­ды; а то­бе, гос­по­дине, та­кож Нов­го­род дер­жа­ти (долж­но) без оби­ды, по по­шлине». Пе­чать на гра­мо­те пред­став­ля­ет Бо­го­ма­терь дер­жа­щею Пред­веч­но­го Мла­ден­ца на пер­сях, а на обо­ро­те сло­ва: «Фео­к­тист ар­хи­епи­скоп Нов­го­род­ский». В этом го­ду, по бла­го­сло­ве­нию вла­ды­ки, Се­мен Кли­мо­вич по­ста­вил цер­ковь ка­мен­ную По­кро­ва Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы на во­ро­тах от Прус­ской ули­цы на ка­мен­ном де­тин­це. Нов­го­род­цы по­стро­и­ли но­вый мост через Вол­хов; а вла­ды­ка Фео­к­тист освя­щал цер­ковь Бо­ри­са и Гле­ба ве­ли­ким свя­ще­ни­ем 9 де­каб­ря на За­ча­тие свя­той Ан­ны и дру­гую цер­ковь на кня­жем дво­ре, в честь от­цов Пер­вою Все­лен­ско­го Со­бо­ра.

Спу­стя два го­да, нов­го­род­цы за пе­ча­тью сво­е­го ар­хи­епи­ско­па по­да­ли ве­ли­ко­му кня­зю жа­ло­бу на его Нов­го­род­ских на­мест­ни­ков. В сен­тяб­ре ве­ли­кий князь при­был в Нов­го­род и лич­ны­ми рас­по­ря­же­ни­я­ми успо­ко­ил нов­го­род­цев. Но вре­мя то­гда бы­ло очень смут­ное. Князь Юрий Да­ни­ло­вич пре­пи­рал­ся со свя­тым ве­ли­ким кня­зем Ми­ха­и­лом за Нов­го­род­ское кня­же­ние, и про­ис­ки Юрия мно­го на­но­си­ли непри­ят­но­стей Нов­го­ро­ду. Пи­сец «Апо­сто­ла» 1307 г. со скор­бью го­во­рил об этом: «При сих кня­зьях се­я­лись и рос­ли усо­би­цы, и жизнь ва­ша гиб­ла от ссор кня­же­ских, и век лю­дей уко­ра­чи­вал­ся».

При та­ком по­ло­же­нии дел свя­ти­тель Фео­к­тист, и без то­го сла­бый здо­ро­вьем, в де­каб­ре 1307 г, по сво­ей во­ле оста­вил свя­ти­тель­скую ка­фед­ру «сво­е­го де­ля (для нездо­ро­вия)» и, бла­го­сло­вив нов­го­род­цев, уда­лил­ся в мо­на­стырь Бла­го­ве­ще­ния Бо­го­ро­ди­цы, где в про­дол­же­нии трех лет по­чти по­сто­ян­но был бо­лен и пре­бы­вал в мол­ча­нии. «Он мно­го стра­дал для Бо­га, — го­во­рит ле­то­пи­сец, — и ко­гда он пре­ста­вил­ся от сей вре­мен­ной жиз­ни, свя­тая ду­ша его взо­шла на небо, а ли­це его как бы оза­ри­лось све­том, так что все ви­дев­шие ди­ви­лись и сла­ви­ли Бо­га». Так бла­жен­ный свя­ти­тель Фео­к­тист укра­шен был доб­ро­тою серд­ца и сми­ре­ни­ем еще и то­гда, ко­гда был игу­ме­ном Бла­го­ве­щен­ской оби­те­ли. Но Гос­по­ду угод­но бы­ло по­се­тить его тяж­кой бо­лез­нью, и ду­ша его стра­да­ни­ем те­лес­ным еще бо­лее воз­вы­си­лась в ду­хов­ном со­вер­шен­стве. Свя­ти­тель Фео­к­тист, со­зрев­ший ду­хом в стра­да­ни­ях те­лес­ных мир­но по­чил 23 де­каб­ря 1310 г. на па­мять свя­тых му­че­ник 10-ти, иже во Кри­те. Чест­ное его те­ло с че­стью бы­ло по­ло­же­но всем иерей­ским чи­ном в мо­на­стыр­ском хра­ме Бла­го­ве­ще­ния Бо­го­ро­ди­цы. «Дай же, Гос­по­ди Бо­же, — за­клю­ча­ет свой рас­сказ ле­то­пи­сец о кон­чине свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста, — Цар­ствие ему Небес­ное, а Нов­го­ро­ду мо­лит­ву его и бла­го­сло­ве­ние».

Ма­ло со­хра­ни­лось из­ве­стий о тру­дах и по­дви­гах зем­ной жиз­ни свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста, но мно­гие ис­це­ле­ния про­сла­ви­ли его по­сле бла­жен­ной кон­чи­ны. Пер­вое про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста со­вер­ши­лось спу­стя 300 лет по­сле его пре­став­ле­ния. Су­пру­га цар­ско­го дья­ка Иули­а­ния дол­го бы­ла боль­на, так что по­те­ря­на бы­ла вся­кая на­деж­да на ее вы­здо­ров­ле­ние. Раз но­чью во сне явил­ся ей муж (муж­чи­на) в свя­щен­ном ве­ли­чии и ска­зал: «По­ищи гроб ар­хи­епи­ско­па се­го го­ро­да Фео­к­ти­ста и по­лу­чишь ис­це­ле­ние». Дьяк по­сле спра­вок с ле­то­пи­ся­ми о гро­бе бла­жен­но­го, при­вез боль­ную в Бла­го­ве­щен­ский мо­на­стырь, от­пел здесь па­ни­хи­ду и раз­дал бо­га­тую ми­ло­сты­ню. Боль­ная то­гда же по­чув­ство­ва­ла об­лег­че­ние и ско­ро со­всем вы­здо­ро­ве­ла. По же­ла­нию бла­го­дар­но­го дья­ка то­гда же на­пи­са­на бы­ла ико­на свя­ти­те­ля по яв­ле­нию, быв­ше­му жене его. В то же вре­мя Со­фий­ский по­но­марь Фе­о­дор, за­ни­мав­ший­ся ико­но­пи­са­ни­ем, на­пи­сал ико­ну его с то­го древ­не­го под­лин­ни­ка, ко­то­рый со­хра­нил­ся на стене Со­фий­ской па­пер­ти, и изо­бра­зил свя­ти­те­ля в мо­лит­вен­ном по­ло­же­нии пред ико­ною Бла­го­ве­ще­ния.

Вслед за тем на­мест­ник Нов­го­род­ский, князь Ва­си­лий Ро­мо­да­нов­ский, имея теп­лую ве­ру к угод­ни­ку Бо­жию Фео­к­ти­сту, в 1664 г. ве­лел очи­стить от раз­ва­лин гроб сре­ди остат­ков Бла­го­ве­щен­ской церк­ви и устро­ить над ним спер­ва ча­сов­ню с над­гроб­ным ли­ком свя­ти­те­ля, а впо­след­ствии ка­мен­ную цер­ковь, ко­то­рая су­ще­ству­ет и до­ныне. Меж­ду тем он не пре­ста­вал из­ли­вать бла­го­дать на быв­шую свою паст­ву, Ве­ли­кий Нов­го­род. Так в 1700 г. дочь Зна­мен­ско­го свя­щен­ни­ка Евпла, ослеп­шая по­сле дол­говре­мен­ной бо­лез­ни, про­зре­ла над са­мым гро­бом свя­ти­те­ля. Та­кое же чу­до со­вер­ши­лось над до­че­рью свя­щен­ни­ка Ильин­ской церк­ви и над же­ной дру­го­го свя­щен­ни­ка той же церк­ви. А у куп­ца Афа­на­сия де­ся­ти­лет­ний от­рок, быв­ший без язы­ка, впер­вые про­го­во­рил по­сле мо­леб­на у ра­ки свя­ти­те­ля, по­том ис­це­ли­лись два род­ные бра­та, куп­цы По­тап и Иоанн.

В 1702 г. ку­пец Иоанн Ага­пи­тов, дол­го стра­дав­ший рас­слаб­ле­ни­ем ног, от­слу­жив свя­ти­те­лю мо­ле­бен 30 де­каб­ря, тот­час по­лу­чил ис­це­ле­ние.

В 1705 г. 10 мар­та по­лу­чил ис­це­ле­ние у ра­ки свя­ти­те­ля Ан­тип Ми­хай­лов Бо­ро­ви­ков, ко­то­рый стра­дал умо­по­ме­ша­тель­ством и был без язы­ка. В том же го­ду по­лу­чил ис­це­ле­ние двор­цо­вый кре­стья­нин дер. Ли­пец, дол­го стра­дав­ший рас­слаб­ле­ни­ем (па­ра­ли­чом).

В 1707 г. мо­щи свя­ти­те­ля бы­ли по­ло­же­ны от­кры­то. И с тех пор ис­це­ле­ния на­ча­ли из­ли­вать­ся от них неоскуд­но.

В 1710 г. по­се­лян­ка с по­го­ста Вя­жищ Ма­рия, 20 лет ле­жав­шая в рас­слаб­ле­нии и 3 го­да быв­шая сле­пою, ко­гда об­ло­бы­за­ла лик свя­ти­те­ля на гро­бе, мгно­вен­но по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние. Жене нов­го­род­ско­го дво­ря­ни­на Си­лы Кор­са­ко­ва, дол­го стра­дав­шей внут­рен­нею бо­лез­нью, явил­ся во сне неве­до­мый му­жи ар­хи­ерей­ской одеж­де и ве­лел ид­ти на гроб свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста, ис­пол­ни­ла она та­ин­ствен­ное по­ве­ле­ние и по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние при гро­бе. И дру­гое та­кое же яв­ле­ние бы­ло вдо­ве ку­пе­че­ской Ма­рии в 1714 г., ко­то­рая це­лый год не вла­де­ла ру­ка­ми и но­га­ми. С ве­рой она вспом­ни­ла свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста и на­ча­ла со сле­за­ми мо­лить его о сво­ем ис­це­ле­нии, как са­ма по­том рас­ска­зы­ва­ла игу­ме­ну и бра­тии, ко­гда при­шла ис­пол­нить обет (обе­ща­ние) свой у ра­ки свя­то­го. По­доб­ное яв­ле­ние свя­то­го и в том же го­ду бы­ло вдо­ве по­но­мар­ской Ев­до­кии, ле­жав­шей в рас­слаб­ле­нии, ко­то­рую уко­рил свя­щен­но­леп­ный ста­рец в ноч­ном ви­де­нии: «Для че­го вра­чу­ешь­ся у ту­пых волх­вов»? Боль­ная ве­ле­ла сы­ну сво­е­му вез­ти се­бя на гроб свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста и в ту же ми­ну­ту по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние. Еще ра­нее се­го, имен­но в 1711 г., по­лу­чил ис­це­ле­ние у ра­ки свя­ти­те­ля от про­дол­жи­тель­ной бо­лез­ни дво­ря­нин Ше­лон­ской пя­ти­ны Ла­зарь Пан­те­лей­мо­нов. В 1713 г., по мо­лит­вам у ра­ки свя­ти­те­ля, раз­ре­ши­лось неплод­ство жен дво­ря­ни­на Фе­о­до­ра Неля­дин­ско­го и Си­мео­на Са­ве­лье­ва Зе­ле­ни­на рож­де­ни­ем сы­но­вей, а же­на куп­ца Лав­рен­тия Хав­су­ри­на по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние от про­дол­жи­тель­ной бо­лез­ни.

В 1714 г. кре­стья­нин де­рев­ни Ве­ря­жи Ко­ро­стын­ско­го по­го­ста Ки­рилл Гри­горь­ев по­лу­чил ис­це­ле­ние у ра­ки свя­ти­те­ля от рас­слаб­ле­ния.

В 1715 г. ис­це­ли­лась же­на обоз­ни­ка Се­ме­нов­ско­го пол­ка Вар­ва­ра, стра­дав­шая кро­во­те­че­ни­ем бо­лее 3-х лет. В том же го­ду по­лу­чил ис­це­ле­ние от тяж­кой бо­лез­ни сын Ни­же­го­род­ско­го ви­це-гу­бер­на­то­ра, кня­зя Сте­фа­на Пу­тя­ти­на, Алек­сий, на­хо­див­ший­ся в Санкт-Пе­тер­бур­ге. В 1716 г. ис­це­лил­ся при гро­бе свя­ти­те­ля от про­дол­жи­тель­ной и тяж­кой бо­лез­ни кре­стья­нин де­рев­ни Шим­ска Иере­мия Са­ве­льев, а по­том Сафро­ний — сын кре­стья­ни­на се­ла Ра­ко­ма По­та­па Ми­хай­ло­ва.

В 1717 г. же­на Со­фий­ско­го до­му бо­бы­ля Иусти­на Се­ме­но­ва тот­час по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние от сво­ей бо­лез­ни, как толь­ко да­ла обе­ща­ние по­кло­нить­ся гро­бу свя­ти­те­ля. В этом же го­ду ис­це­ли­лись при гро­бе свя­ти­те­ли стра­дав­шие про­дол­жи­тель­ным рас­слаб­ле­ни­ем сын кре­стья­ни­на Хо­лын­ско­го по­го­ста Ва­си­лия Мар­ко­ва, Лав­рен­тий, и Ев­до­кия, дочь го­су­да­ре­ва стряп­че­го Ма­ка­рия Иоан­но­ва Нели­до­ва.

В 1718 г. 30 мар­та кре­стья­нин дер. Шар­ка Мед­вед­ской вот­чи­ны Фео­к­тист Са­ве­льев, ле­жав­ший без но­ги год и шесть ме­ся­цев, тот­час же по­лу­чил ис­це­ле­ние, ко­гда дал обе­ща­ние еже­год­но хо­дить к гро­бу свя­ти­те­ля.

По­след­нее чу­до в ру­ко­пис­ном жи­тии про­шед­ше­го сто­ле­тия за­пи­са­но под 1727г. (у Му­ра­вье­ва под 1729 г.) Там ска­за­но, что по­сад­ский че­ло­век Со­фро­ний по­сле про­дол­жи­тель­ной бо­лез­ни ис­це­лил­ся, от­слу­жив мо­ле­бен при гро­бе свя­то­го.

Мо­щи свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста, с раз­ре­ше­ния Свя­щен­но­го Си­но­да, по хо­да­тай­ству мит­ро­по­ли­та Гав­ри­и­ла, и 1786 г. из упразд­нен­но­го Бла­го­ве­щен­ско­го мо­на­сты­ря пе­ре­не­се­ны в Юрьев и по­ло­же­ны под спу­дом по ле­вую сто­ро­ну ал­та­ря.

Со вто­рой по­ло­ви­ны XVIII ве­ка в Нов­го­ро­де, кро­ме празд­но­ва­ния па­мя­ти свя­то­го 23 де­каб­ря в день его пре­став­ле­ния, был уста­нов­лен еще один мест­ный празд­ник 23 ян­ва­ря в вос­по­ми­на­ние о пе­ре­не­се­нии мо­щей в Юрьев мо­на­стырь. В 1827 г. при ар­хи­манд­ри­те Фо­тии (Спас­ском) к се­вер­ной стене Ге­ор­ги­ев­ско­го со­бо­ра был при­стро­ен при­дел во имя свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста Нов­го­род­ско­го. Под ар­кой, со­еди­ня­ю­щей со­бор и но­вую при­дель­ную цер­ковь, по­ста­ви­ли ра­ку с мо­ща­ми свя­ти­те­ля. Се­го­дня в Юрье­вом мо­на­сты­ре, как и преж­де, свя­той ар­хи­епи­скоп Фео­к­тист глу­бо­ко по­чи­та­ет­ся как мо­лит­вен­ник и за­ступ­ник за бра­тию.

По­сле ре­во­лю­ции 1917 г. Юрьев мо­на­стырь был под­верг­нут пла­но­мер­но­му ра­зо­ре­нию. В 1922 г. ра­ка свт. Фео­к­ти­ста бы­ла изъ­ята и от­прав­ле­на в Гос­хран для пе­ре­плав­ки, как и бес­чис­лен­ное мно­же­ство цер­ков­ных цен­но­стей, изы­мав­ших­ся из хра­мов яко­бы для по­мо­щи го­ло­да­ю­щим По­вол­жья.

Позд­нее по­гре­бе­ние мог­ло быть вскры­то при про­ве­де­нии ар­хео­ло­ги­че­ских и ре­став­ра­ци­он­ных ра­бот в со­бо­ре в се­ре­дине 1930 гг. В от­че­тах ру­ко­во­ди­те­ля этих ра­бот М.К. Кар­ге­ра по­гре­бе­ние свт. Фео­к­ти­ста не упо­ми­на­ет­ся, рас­коп­ки в се­вер­ной и во­сточ­ной ча­стях со­бо­ра не про­во­ди­лись. В по­сле­во­ен­ных до­ку­мен­тах так же не со­дер­жа­лось ни­ка­ких све­де­ний.

В 2013 го­ду, по бла­го­сло­ве­нию Мит­ро­по­ли­та Нов­го­род­ско­го и Ста­ро­рус­ско­го Льва, от­ря­дом мос­ков­ско­го Ин­сти­ту­та ар­хео­ло­гии РАН под ру­ко­вод­ством В.В. Се­до­ва на­ча­лось се­рьез­ное ар­хео­ло­ги­че­ское изу­че­ние во­сточ­ной ча­сти Ге­ор­ги­ев­ско­го со­бо­ра. Бы­ли по­став­ле­ны крайне ин­те­рес­ные для ис­то­рии цер­ков­ной ар­хи­тек­ту­ры за­да­чи — вы­яс­не­ние уров­ня пер­во­на­чаль­но­го по­ла со­бо­ра, об­на­ру­же­ние пер­во­го пре­сто­ла хра­ма, гор­не­го ме­ста и син­тро­на, и, без­услов­но, по­ис­ки по­гре­бе­ния свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста. И в пер­вые же дни рас­ко­пок, по­сле сня­тия ря­да кир­пи­чей позд­не­го по­ла со­леи сле­ва от ал­та­ря, от­кры­лась над­гроб­ная пли­та.

Пре­крас­но со­хра­нив­ша­я­ся над­пись, вы­се­чен­ная на гра­нит­ной пли­те, гла­си­ла:

МОЩИ СВЯТИТЕЛЯ ФЕОКТИСТА ПЕРЕНЕСЕНЫ В ЮРЬЕВ ПЕРВОКЛАССНЫЙ МОНАСТЫРЬ ИЗ ОРКАЖСКОГО БЛАГОВЕЩЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ СВЯТЕЙШЕГО ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕГО СИНОДА ЧЛЕНА ПРЕОСВЯЩЕННЕЙШЕГО ГАВРИИЛА МИТРОПОЛИТА НОВГОРОДСКАГО И САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАГО В 1786 М ГОДУ МЦА ЯНВАРЯ 23 ЧИСЛА ОНАГОЖ МОНАСТЫРЯ ПРИ АРХИМАНДРИТЕ АФАНАСИИ И ПОЛОЖЕНЫ В СОБОРНОЙ ЦЕРКВИ СВЯТАГО ВЕЛИКОМУЧЕНИКА ГЕОРГИЯ НА ЛЕВОЙ СТОРОНЕ ПРИ ДВЕРЕХ. СИЯ ПЛИТА ВМЕСТО ВЕТХОЙ ПОЛОЖЕНА ВНОВЬ 1814 ГОДА ОКТЯБРЯ 20 ЧИСЛА ПРИ АРХИМАНДРИТЕ ФИЛАРЕТЕ

Из тек­ста сле­ду­ет, что пли­та уста­нов­ле­на в 1814 г. вме­сто об­вет­шав­шей пли­ты 1786 г. ар­хи­манд­ри­том Юрье­ва Фила­ре­том (Дроз­до­вым), впо­след­ствии мит­ро­по­ли­том Мос­ков­ским, в 1994 го­ду при­чис­лен­ным Рус­ской Цер­ко­вью к ли­ку свя­тых.

10 июля 2015 го­да, в ре­зуль­та­те вскры­тия над­гроб­ной пли­ты XVIII ве­ка ар­хео­ло­ги­че­ской груп­пой под ру­ко­вод­ством член-кор­ре­спон­ден­та РАН, док­то­ра ис­кус­ство­ве­де­ния Вла­ди­ми­ра Се­до­ва, в при­сут­ствии Мит­ро­по­ли­та Нов­го­род­ско­го и Ста­ро­рус­ско­го Льва, об­на­ру­же­ны свя­тые остан­ки Нов­го­род­ско­го ар­хи­епи­ско­па Фео­к­ти­ста. Мо­щи свя­ти­те­ля бы­ли тор­же­ствен­но пе­ре­не­се­ны в Спас­ский со­бор Свя­то-Юрье­ва муж­ско­го мо­на­сты­ря и по­ло­же­ны в ра­ке, для по­кло­не­ния ве­ру­ю­щих. То­гда же был со­вер­шен пер­вый мо­ле­бен в честь об­ре­те­ния свя­тых мо­щей свя­ти­те­ля Фео­к­ти­ста.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *