Бог страданий

И снова летят журавли, И клин режет небо рябое. О, если бы только могли Вы взять меня, птицы, с собою!

Но я на земле тут стою, Свое ощущая бессилье. Что ждет вас в далеком краю, О птицы, судьбы моей крылья?

И мысли мои, и мечты Летят без раздумья за вами, И песнь неземной красоты С понятными небу словами.

А я остаюсь на земле, Печальный — без крыльев и песни. И крик ваш прощальный ко мне Летит из глубин поднебесья.

Вы скроетесь скоро из глаз, Прекрасные птицы надежды, Я путник, похожий на вас — Вот только без крыльев мятежных.

Я тоже по свету иду, Но только земными путями. …Я новую песню найду, Как та, что летит вслед за вами.

Три сына

Где скалы пронзают седой небосклон, Где тропы узки и пустынны, Жил хан, говорят. Был он молод, умен. И было у хана три сына.

Но молодость быстро проходит, мой друг, И нету страшнее потери. Состарился хан. И тяжелый недуг Неслышно вошел в его двери.

Что делать? И вот он зовет сыновей И еле скрывает волненье: — Мой тяжкий недуг с каждым днем все сильней, Но есть от болезни спасенье…

— Спасенье? Какое? Скажи нам скорей! Отец, ты нас тайной не мучай! Обшарим глубины далеких морей, Поднимемся к солнцу и к тучам.

Мы сделаем все, но тебя мы спасем — Ни жар нам не страшен, ни холод, — Любое лекарство тебе принесем, И будешь здоров ты и молод!

— Так знайте, болезнь роковая моя Исчезнет, когда не словами — Делами докажут мои сыновья, Что славными стали мужами.

— Ну что ты, отец! Разве мы не мужи? Усы у нас словно у тигров. И каждый владеет кинжалом — скажи, Ужель это детские игры?

— Да что там усы! — отвечает отец.— Растут у котов они тоже. Кинжалом владеет порой и подлец — И этим гордиться негоже.

Я дам поручения вам, сыновья, — Есть прихоти этой причина, — Коль справитесь с ними, поверю и я, Что вы уж не дети — мужчины!

Так вот вам заданье: средь сумрачных скал Под каменной глыбой седою Пробился родник, зазвенел, засверкал Прозрачной живою водою.

Целебная струйка бежит и бежит — И в солнечный день, и в ненастье. Но этот чудесный родник сторожит Дракон с огнедышащей пастью.

И чтоб удостоиться званья мужчин, Умеющих спорить с бедою. Вы мне принесите оттуда кувшин С холодной живою водою.

Вторая задача, пожалуй, трудней — Решить ее сможет лишь сильный. На голой скале среди вечных камней Пылает огонь негасимый.

Он молнией гордой зажжен нам на страх, Но если помочь мне хотите — К нему отыщите тропинку в горах И мне тот огонь принесите.

Трудна будет третья задача моя, И первым двум с ней не сравниться: У снежных вершин, где бесплодна земля, Посейте, взрастите пшеницу.

Сожните ее, размелите в муку, Чурек из нее испеките И дайте чурек этот мне, старику. …Ну что ж, мои дети, идите.

Ушли… И сомнения хана грызут, И встать он с постели не может. И, как черепахи, минуты ползут, А дни — на недели похожи.

И вот наконец возвращается сын — Усталый, босой, запыленный. И держит в руках он огромный кувшин С водою прозрачной, студеной.

Старик улыбнулся и сделал глоток, Чуть-чуть приподнявшись с постели. — Вода хороша. Только жалко, сынок, Что не был ты в дальнем ущелье.

Хоть ростом уже ты, пожалуй, с быка, Полно мое сердце кручиной. Ты вырос, и все же не стал ты пока, Мой сын, настоящим мужчиной…

И вновь ожиданье. И вновь он один. Но что за огонь там во мраке? В воротах второй появляется сын И держит пылающий факел!

Но горестно сыну старик говорит: — Ну что ж, поздравляю с победой. Прекрасный огонь. И красиво горит. Да жаль, он из печки соседа.

Хоть скоро упрешься ты лбом в облака, Полно мое сердце кручиной. Ты вырос, и все же не стал ты пока, Мой сын, настоящим мужчиной…

А самого младшего сына все нет — И смотрит старик на дорогу, И меркнет в глазах угасающих свет, И сил остается не много.

Все меньше надежды, все больше морщин… Прошли, пролетели все сроки. Но кто там стучится? Не младший ли сын? Ну да! Он стоит на пороге!

— Отец, мне казалось, прошел уже век, К тебе я летел словно птица. Решил я задачу… Отведай чурек Из горной, из сладкой пшеницы.

Дрожащей рукою старик разломил Чурек — и глаза посветлели. И, полный откуда-то взявшихся сил, Он твердо поднялся с постели.

Спокойным и радостным стал его взор, И молвил он, глядя на сына: — О, слушайте, слушайте, жители гор, Мой сын — настоящий мужчина!

Достиг я сегодня вершины вершин, И смерть не страшна мне, поверьте, Коль дело твое продолжает твой сын — Ты в нем обретаешь бессмертье!

Пусть всем наукой будет

Всех виноватых все равно Постигнет наказанье! …Жил-был старик давным-давно, Гласит одно сказанье. Однажды в поле он с утра Работал вместе с сыном. Была весенняя пора, Цвели, цвели долины. И вот еще не схлынул зной Среди страды горячей, Пришел домой едва живой Старик — и чуть не плачет. — Сейчас на поле столько дел, Чего ж ушел ты с поля? — …А он как будто онемел От горя и от боли. — Да что случилось? Сын твой где? — Посыпались вопросы. …А у него по бороде Текут обильно слезы: — Зачем караешь ты меня Так беспощадно, боже? И до сегодняшнего дня Зачем, зачем я дожил! Ах, сын мой, сын… Когда б я знал… — Так плачешь ты о сыне? Быть может, в бездну он упал Или погиб в пучине?.. — Он жив…— И головой поник.— Беда страшней, поверьте! — Да что ты говоришь, старик? Что в мире горше смерти? — Меня ударил сын родной,— Старик с трудом ответил.— Скорей бы смерть пришла за мной — Как жить теперь на свете?..

— О, пусть утихнут песни рек! Пусть онемеют горы! Наш гордый край не знал вовек Подобного позора! Кто руку поднял на отца — Того жалеть не смейте! Мы предадим, как подлеца, Его позорной смерти. Он должен быть казнен, распят, Он смерть найдет в ущелье. В грехе он страшном виноват — И нет ему прощенья! — Был гнев народа так велик, Что горы задрожали. …Но тут заговорил старик, Исполненный печали: — Хотя меня ударил сын, К нему явите милость. Виновен только я один В том, что со мной случилось. В те дни, когда я юным был, Страстям давал я волю И тоже честь свою убил На том же самом поле. Отца, седого старика, Ударил я когда-то… Вот эта самая рука В несчастье виновата. Никто не знал про тот позор — Ни мать, ни сын, ни братья. Но не забыл я до сих пор Отцовского проклятья! Сказал он: «Будет прям твой путь, Без горя, зла и жажды. Но пусть твой сын когда-нибудь С тобой поступит так же!» Сбылось проклятье давних дней — Нас судят наши дети. Я понял, что вине моей Прощенья нет на свете!.. Моя великая беда Пусть всем наукой будет…— Никто в горах и никогда Тот случай не забудет. Я не устану без конца Твердить врагу и другу: Позор тому, кто на отца Поднять посмеет руку!

Цада — Цадастан

Тепло гранитного гнезда, Вершин высоких острия. Ты — колыбель моя, Цада, Ты — песня первая моя.

Цада — сто крыш и сто дворов. Вспоил меня ты и вскормил. Храня на сердце отчий кров, Объездил я стоцветный мир.

Снега неслись из темноты — Я холода не ощущал. Своим теплом и светом ты Меня в дорогах защищал.

И пусть в какой-нибудь стране Аварца видели впервой, Клянусь: понятен был вполне Язык твоей любви живой.

Он будто музыка звучал В любви немыслимой дали. Я братьев по любви встречал На всех материках Земли.

Взглянув на мир со всех сторон, Я убедился навсегда: Не сто дворов, а миллион Объединил аул Цада.

Гнездо из камня и тепла, Частица доброго огня, Источник, где, звеня, текла Вода, вспоившая меня.

Ты Родиной влюбленным стал. Тебя я всюду узнаю. Моя держава—Цадастан, Тобой живу. Тебя пою.

Я тебя не забуду

По планете немало постранствовал я, Уходил в никуда, приходил ниоткуда… Ты — мой посох в судьбе, ты — дорога моя. Я тебя никогда и нигде не забуду.

Все, кого я встречал, оставались в душе. Кто — на несколько лет, кто — всего на минуту… Ты была в моем сердце с рожденья уже. Я тебя никогда и нигде не забуду.

Много раз улыбались красавицы мне, Были эти улыбки похожи на чудо… Но в глазах твоих я утонул по весне. Я тебя никогда и нигде не забуду.

yurij_maximov:
Порой люди спрашивают: а почему именно такой образ спасения выбрал Господь? Не слишком ли сложно? Почему бы просто не простить согрешивших людей? Но разве не доводилось всем нам видеть примеры того, как человека прощали, а он потом снова совершал то же самое? Дело не только в прощении. Можно простить человека за устроенный пьяный дебош, но его алкогольная зависимость никуда не денется после этого прощения. Чтобы освободиться от нее, нужно гораздо большее. Вот и для спасения падших людей недостаточно было просто простить. Нужно было разорвать окутавшие человечество цепи зависимости от греха и освободить людей от рабства дьяволу.
Дьявол глубоко презирает нас, людей, и даже все человечество вместе его интересует не как добыча, а как средство борьбы с Богом. Изначально свой мятеж он поднял из стремления возвыситься и стать равным Богу: «Выше звезд Божьих вознесу престол мой… буду подобен Всевышнему» (Ис. 14:13–14). Но когда вместо этого он оказался, как молния, низвержен с неба, дьявол, как мы знаем, соблазнил на грех наших прародителей, и все последующее человечество замазал греховной скверной. Тем самым он поставил ловушку для Бога.
Дьявол вовсе не прочь был бы, если бы Бог насильно отнял из-под его власти людей, изменил бы Своим волевым решением их стремление грешить на стремление к добродетели. Ведь в таком случае оказалось бы, что Бог хуже его, что Бог нарушает собственную справедливость и презирает собственный дар свободы. «Они ко мне пришли добровольно, а Ты отнял их у меня силой, я их убедил словом, а Ты действуешь как грабитель», — таков был бы триумф сатаны, который бы при подобном развитии событий оказался бы лучшее, справедливее и правее Бога не только в своих глазах, но и по понятиям правды Божией.
Итак, дьявол, совратив человечество во грех, приготовил ловушку для Бога, из которой, как ему казалось, у Бога только два выхода: либо поступить несправедливо и отнять у дьявола людей против их воли, либо не предпринимать ничего и смотреть, как все человечество отправляется в вечную смерть. В любом случае дьявол бы вышел победителем. Но Господь избрал такой путь, додуматься до которого лукавый не мог из-за своей гордости. Бог стал человеком и победил дьявола не как Бог, а как человек. Своею кровью Он открыл способ очищения от грехов, во всем согласный с Его справедливостью. Как в апостольском чтении говорилось, Своей смертью Он «лишил силы имеющего державу смерти, то есть, дьявола, и избавил тех, которые… всю жизнь были подвержены рабству» (Евр. 2:14–15). И при всем этом Он ни в малой степени не нарушил свободы ни одного человека, включая Своих убийц. Этот путь открыт для всех людей, но пользуются им лишь те, кто добровольно выбирает его. Бог выбрал самый совершенный, самый благородный и самый удивительный способ нашего спасения. дьявол посрамлен, а мы свободны. Будем же дорожить этой свободой, ибо она куплена дорогою ценою, и будем благодарить Бога за Его любовь и смирение, которые привели Его к нам, а нас — к Нему.

Большинству людей знакома библейская легенда о создании Адама и Евы. Древнегреческая версия сотворения человечества менее известна и более причудлива. Мужчины и женщины не были созданы примерно одновременно, как в Библии. Мужчины существовали долгое время без женщин и со временем деградировали. Первую женщину ― Пандору ― создали не как подарок человеку, а в качестве наказания.

Пять эпох

В древнегреческой легенде о сотворении мира говорится о пяти эпохах. Древнегреческий поэт Гесиод описал их в произведении «Труды и дни» (VIII в. до н.э.).

Во времена «золотого века» мужчины были бессмертными и обитали на Олимпе. Они были из золота и жили, как боги. Затем последовал «серебряный век», когда люди были из серебра. Они утратили бессмертие, но по-прежнему обитали на Олимпе.

Следующие эпохи ― «бронзовый век» и «героический век». В «бронзовом веке люди были уже из бронзы. В эпоху героев Землю населяли герои греческой мифологии. Обе эпохи закончились из-за постоянных войн.

В последнюю эпоху, «железный век», люди трудятся и страдают всю жизнь. «Железный век» ― это наше время.

Поскольку мифы в работах Гесиода даны не в хронологическом порядке, сложно понять, в какую эпоху создали Пандору. Её история тесно связана с титаном Прометеем.

Примерно после «серебряного века» произошло следующее событие. Прометей разрезал быка и разделил на две части. В желудок быка он завернул мясо животного, и это была меньшая часть. Бо́льшая часть состояла из костей животного, покрытых слоем жира. Боги выбрали большую часть, а маленькая часть со съедобным мясом досталась людям. Так Прометей обманул богов.

Разгневанный Зевс забрал у людей огонь, чтобы они не смогли готовить еду. Прометей украл огонь у богов и принёс его людям. Зевс в наказание приковал Прометея к скале, где орёл каждый день выклёвывал его печень. За ночь печень вырастала вновь. Прометея освободил Геракл. После этого Зевс решил покарать всё человечество.

«Прометей несёт огонь», Ян Коссьерс. Wikimedia Commons/public domain

Дары Пандоры

Зевс слепил девушку из земли и воды, вдохнул в неё жизнь, дал человеческий голос и силу. Затем все боги наделили её разными способностями. Афина научила рукоделию. Афродита наделила шармом и умением обольщать. А Гермес поделился с Пандорой плутовским характером. Поскольку девушку одарили все боги, она получила имя Пандора, что означает «всем одарённая».

Гермес послал Пандору Эпиметею, брату Прометея, как дар. Прометей просил своего брата не принимать никаких подарков от Зевса. Но когда Эпиметей увидел Пандору, он забыл о предупреждении и сделал её своей женой.

Пандора была очень красива. Когда Эпиметей увидел её, он забыл о предупреждении не брать подарков от Зевса. Wikimedia Common/public domain

Пандора и запретный ящик

Зевс был доволен: ловушка сработала. В качестве свадебного подарка он дал Пандоре красивый ящик (в оригинальной версии Гесиода речь шла о «пифосе», то есть кувшине. В XVI веке это слово ошибочно перевели как ящик). Было одно условие: Пандора не должна открывать ящик/кувшин.

Помимо прочего боги наделили Пандору любопытством. Её мучил вопрос: что в ящике? Она не понимала, почему Зевс дал ей свадебный подарок, но не разрешил видеть его. Под конец она уже не могла думать ни о чём, кроме как о том, что находится в ящике.

«Пандора и запретный ящик», Уолтер Крейн. Wikimedia Common/public domain

Пандора открывает ящик

Пандора не вытерпела. Когда Эпиметея не было дома, она открыла ящик. Из него вылетели призрачные создания: болезни, нищета, печаль, отчаяние, смерть и всё зло мира. Пандора захлопнула крышку, но было слишком поздно. Содержимое ящика разлетелось по миру, всё, кроме одной вещи, которая лежала на дне ― Надежды.

«Пандора открывает ящик», Уолтер Крейн. Wikimedia Common/public domain

Пандора выпустила и Надежду. Она выпорхнула из ящика, залечивая раны, наносимые освобождённым злом. Даже сегодня, в самую тёмную пору жизни человечества, Надежда по-прежнему жива.

Британскому поэту Александру Поупу принадлежит знаменитая цитата:

«Надежда бьёт вечным ключом в груди человека».

Пост как способ восстановления отношений человека с Богом известен давно. В Ветхом Завете описывается, как постились и отдельные индивидуумы, и целые народы. Бедствия, войны, болезни, природные катастрофы справедливо расценивались как результат греха, как следствие уклонения человека от Бога. Поэтому, чтобы этот разрыв между творением и Творцом уврачевать, человек приносил Богу жертву. Он добровольно отказывался от услаждения своей телесности — пищей или плотскими удовольствиями, этим самым обуздывая плоть и подчиняя ее духу. Причем это были не просто аскетические упражнения для развития духовной стороны личности, нет. Укрощение плоти имело своей целью возвращение к истинному положению вещей, когда человек служит не прихотям и потребностям своего телесного, а делает именно Бога центром своей жизни. Такое возвращение — непростой, долгий путь, и подобно тому, как еврейский народ сорок лет мучительно возвращался из египетского плена на свою Родину, учась быть свободным, так и пост — это путь возвращения человека к свободе из рабства греху и страстям. Возвращение человека к своей духовной Родине — к Богу. Во время поста Церковь напоминает нам о глубоком смысле такой аналогии.

Но это возвращение невозможно без раскаяния, без осознания того, что уклонение было, без искреннего сокрушения о своей немощности. Поэтому для поста так важно покаяние перед Господом.

Бог — сердцеведец, Он ведает, знает человеческое сердце, для Него там нет тайн, и в религии на первый план выходит именно мотивация поступков. То есть то, почему, из каких соображений, человек поступает так, а не иначе. Пытается ли он поститься, предлагая Богу, в сущности, отношения по принципу «баш на баш», «ты — мне, я — тебе» («я тебе отказ от мяса, а Ты мне взамен то-то и то-то»), или он делает это, желая превознестись над окружающими. Ограничивает ли себя ради самого ограничения, потому что слышал, что «так надо», или старается изменить свою жизнь и свое душеустройство таким образом, чтобы отныне Господь стал центром, а не наше «я».

В Нагорной проповеди Иисус объясняет, каким должен быть пост: «Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно» (Мф. 6. 16-18). То есть главная жертва Богу не несъеденный кусок колбасы, не сорокадневное поглощение картошки без масла, главная жертва — наше сердце. Сердце, сокрушенное о своих грехах. Как провидчески открыл царь и пророк Давид в 50-м, покаянном псалме: «Жертва Богу — дух сокрушенный, сердца сокрушенного и смиренного Бог не презрит (то есть «не уничижит»). То есть для Бога важно наше понимание своих ошибок, наше смирение перед Ним, но не только сокрушенное сердце, нет, ведь так недалеко и до уныния. Жертва Богу, наш дар Ему и сердце, исполненное любви — любви ко Господу, к окружающим людям. Кстати, давно выработан следующий критерий, позволяющий определить, правильно ли ты постишься, на пользу ли идет пост? Если ты агрессивен, раздражителен, гневлив, злобен, скор на осуждение других и замедлен в помощи ближнему, если в тебе появилось высокомерие и высокоумие, что-то в твоем пощении не так. А вот если сердце горит любовью к ближнему и Господу, если ты рад возможности нести добро, значит, правильной дорогой идешь, товарищ.

Удивительно заметил Ф. М. Достоевский: поле битвы сатаны с Богом — сердца людей. Замечено, в пост эта борьба, которую верующие называют словом «искушения», усиливается. Подобно тому, как дьявол искушал Христа во время сорокадневного поста в пустыне, он искушает и каждого из нас. И чем значительней наша попытка двигаться по направлению ко Господу, тем сильнее эти искушения: враг рода человеческого активно противится нашему спасении. Своих сил для победы в этой невидимой брани недостаточно. Только действие Благодати Божьей может утишить бури, поднимающиеся в душе постящегося. А значит, надо молиться, надо чаще прибегать к благодатной помощи Таинств Церкви — Исповеди, Причастию.

Рождественский пост, начинающийся 28 ноября и заканчивающийся 6 января, накануне праздника Рождества Христова, в Рождественский Сочельник, установлен для того, чтобы мы смогли встретить пришедшего в наш мир Христа с чистым сердцем. Это долгий путь, возвращение к себе истинным.

Задайте Марии Городовой вопрос, касающийся Рождественского поста:

Почему так получается, что искренние, мягкие и добросердечные люди страдают, и на них никто не обращает внимания? А хитрые, жадные, злые люди процветают и пользуются всеобщим уважением?

Не обязательно верить в судьбу. Не обязательно верить, что люди страдают из-за своих прошлых дурных поступков, из-за кармы. В действительности хорошие люди, милые люди, добродетельные люди вынуждены страдать. Невозможно иметь в жизни всё. Если у вас есть доброта, наслаждайтесь ею; если у вас есть добродетель, наслаждайтесь ею; если у вас есть добрый нрав, наслаждайтесь им.

Зачем завидовать хитрым людям, которые становятся премьер‑министрами, или злым людям, которые становятся богатыми?

Плохим людям суждено побеждать в борьбе с хорошими людьми, если это борьба за деньги, за власть, престиж и уважение.

Но если происходит борьба за внутреннюю тишину, за умиротворенность, покой, невозмутимость, безмолвие, медитацию, божественность, то плохие люди ничего в ней не добьются. И я не вижу в этом никакой проблемы.

По логике вещей хорошие люди не должны страдать, страдать должны плохие люди. Однако в жизни происходит всё наоборот: хорошие люди страдают, а плохие люди занимают видное положение и наслаждаются жизнью.

Реальность проста: добро не имеет ничего общего с деньгами. Доброта зарабатывает нечто более ценное, она зарабатывает покой души.

У добродетельного человека может не быть дворца, но он будет счастливее, живя в своей хижине, чем король, живущий во дворце. Добродетельный человек не сможет иметь дворец, зато он сможет обрести блаженство. Хитрый человек сможет заполучить дворец, но при этом он потеряет покой души, он потеряет контакт с самим собой.

Таким образом, на мой взгляд, всё очень просто. Если хотите внутреннего мира и внутреннего богатства, будьте хорошими, добродетельными, милыми и не завидуйте тем бедным людям, которые хитрят и зарабатывают деньги, которые идут на любые преступления и достигают высокого положения и почета.

Вы хотите и того, и другого? Вы хотите и денег, и медитации? Вы просите слишком многого. Придется что-то оставить и хитрым людям! Они очень стараются. И сильно страдают внутри. Возможно, вы страдаете во внешнем мире, они же страдают внутри – и это гораздо большее страдание, чем ваше.

Жизнь – это простая математика. Вы получаете то, что заслуживаете. Только не просите того, что не связано с вашими качествами, и никаких проблем. Тогда вы не будете воспринимать это так, как сейчас – добродетельные страдают. Нет, ни один добродетельный человек не страдает. Добродетельный человек наслаждается и испытывает блаженство от каждого мгновения. А если он страдает, значит, он не добродетелен, он просто трус. Глубоко внутри он хитер, но не бесстрашен. Он хочет того же, что и хитрый человек, но ему не хватает ни смелости, ни ума быть хитрым. Хитрость – это искусство.

Хитрые люди должны получать то, с чем они умеют обращаться. Плохие люди должны получать то, с чем они умеют обращаться. Но хорошие люди не должны им завидовать, поскольку они обладают истинным сокровищем своей сущности. Они должны смотреть на этих несчастных хитрых политиков и сказочно богатых людей и, видя их внутреннюю бедность, их внутреннюю тьму, их внутренний ад, сострадать им, а не воспринимать их как соперников!

По материалам ОШО

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *