Бог в исламе

Мусульманским народам присущи свои обычаи и традиции и большинство из них объединены воедино, отражая предписание религии Ислама и нормы шариата. На протяжении всего процесса формирования исламской религии племена последователей Пророка Мухаммада ﷺ и других пророков следовали тому, что предписывал делать Пророк ﷺ, и так постепенно формировался набор традиций и обычаев мусульман, норм этикета, которым следуют все мусульманские народы на протяжении всего периода их развития.

Культура арабского народа, который является народом приверженцев тех традиций, которые передал им Авраам, сформировалась еще до того, как родился Пророк Мухаммад ﷺ и принял свою пророческую миссию. Но Пророк Мухаммад ﷺ не стал искоренять существующие традиции и обычаи – он внес лишь некоторые незначительные изменения. Эти обычаи и традиции, которые возникли еще до ниспослания Корана, сохранились и нашли свое отражение в Исламе, какие из них были отменены смотрите в данном видео:

Распространенные обычаи мусульман

К самым распространенным традициям и обычаям мусульман относятся такие, как:

  • Упоминание имени Аллаха до принятия пищи или питья;
  • Использование во время приема пищи правой руки;
  • Традиционное приветствование друг друга произнесением фразы «Ассалам алейкум» и ответ на него «Ваалейкум ассалам»;
  • У мусульман принято благословлять друг друга после того, как человек чихнул;
  • При рождении ребенка — ему в правое ухо читают «азан»;
  • Традиционно мусульмане стригут усы;
  • Сбривать волосы под мышками и с лобка, а также подстригать ногти и делать обрезание;
  • Мусульмане традиционно поддерживают в чистоте свой рот и зубы, а также нос;
  • После туалета обязательно следует подмываться, поэтому в мусульманских странах наличие биде в туалетах обязательно;
  • Воздерживание от сексуальных контактов с женщиной, если она находится в послеродовом периоде или на данный момент у нее период менструации.

Сферы мусульманских традиций

Традиции и обычаи мусульман во многом связаны со сферой семьи и быта, и поэтому в Исламе придают большое значение соблюдению всех обрядов, которые касаются таких событий, как свадьбы или похороны.

  • Одна из важнейших религиозных традиций мусульман – это посещение мечети для совершения намаза, то есть молитвы. Всевышний Аллах предписывал поклонение Ему как первостепенное обязательство для всех мусульман. Человек, исповедующий Ислам, должен поклоняться Всевышнему пять раз в течение дня, и лучше, если он будет совершать это в мечети. Но ежедневное посещение мечети не является обязательным условием для мусульманина.
  • Существует день, который традиционно предназначен для посещения мечети – это пятница. При входе в мечеть необходимо снимать обувь. Также у мусульманских женщин есть обычай носить платок и одеваться в соответствии с нормами Шариата к женской мусульманской одежде. Одежда женщин должна прикрывать ноги.
  • Никах является еще одной традицией у мусульман – брак по Исламу только в том случае считают действительным, если для его установления был проведен обряд никаха, то есть религиозный свадебный обряд. Во время такого обряда опекун невесты выдает замуж невесту в присутствии двух свидетелей. Во время никаха желательно огласить те права, которым обладают мужчины и женщины по Исламу, когда вступают в брак. Церемонию никаха традиционно проводят в мечети.
  • Суннат – еще один религиозный обычай мусульман, который предполагает обрезание у мальчиков семилетнего-десятилетнего возраста крайней плоти. Соблюдение такого обычая предписывает Сунна, которая дополняет текст Священной Книг Аллаха Корана и разъясняет его. Суннат является характеристикой религиозно-национальной принадлежности мусульманского мужчины, и этот обряд тесно связан с мусульманской историей.
  • Существует также традиции и обычаи, связанные с похоронами и джаназа-намазом. Своими корнями погребальный исламский обряд уходит еще в доисламские времена, когда умерших было принято хоронить в течение суток после их смерти. Мусульманский обряд над телом умершего предполагает омовение, обмывание, при котором используют камфару и благовония. Погребальная молитва называется Джаназа-намаз. Его читает несколько человек.

Свадебные мусульманские традиции предполагают несколько общих для всех народов элементов, но для каждой страны есть и свои особенные элементы. Поскольку культуры разных мусульманских народов постоянно проходят процесс смешивания, не все мусульманские народы строго соблюдают законы шариата – некоторые из классических законов религии Ислама претерпели сильные изменения с течением времени.

Но именно свадебные обычаи мусульман сохранили максимальное количество основных законов шариата. Это во многом связано с тем, что мусульмане считают, что от того, насколько традиции и обычаи Ислама будут соблюдены при проведении свадебного обряда, зависит, насколько молодожены будут счастливы в будущем как семейная пара.

Красивый традиционный исламский обряд связан с ночью накануне свадьбы. Этот обряд называется «Ночь хны»: в эту ночь на ладони и на стопы невесте наносят узоры из хны, это называется мехенди.

Правильно ли в Коране отражено учение о «Святой Троице»?

27.03.2008 10:49

Автор и ведущий рубрики Али Вячеслав ПОЛОСИН

Вопрос: «Как можно считать Коран богодухновенной книгой, если Магомет не знал даже нашего учения о Святой Троице и грубо исказил его, написав, что Мария входит в ее состав (5:116)? Кроме того, для христиан неприемлема и является оскорбительной мысль, что Святая Троица — это три бога, а в Коране именно это и утверждается».

Ответ: Священная Книга всех правоверных не является учебником по религиоведению или сектоведению, в ней не рассматриваются абстрактные теории. В ней Аллах, превелик Он и преславен, говорит людям конкретные вещи о конкретных делах: не впадайте в многобожие, не поклоняйтесь человеку как Богу! (Аналогично и в Библии). Поэтому и учение ортодоксального Христианства о «Святой Троице», как оно сложилось к VII веку, в Коране не рассматривается. Однако есть аяты Корана, вызывающие споры и недопонимание со стороны христиан.

«Вот сказал Аллах: «О Иса, сын Марьям! Говорил ли ты людям: «Примите меня и мою мать двумя богами наряду с Аллахом”?” Он сказал: «Пречист Ты! Как я мог сказать то, на что я не имею права? Если бы я сказал такое, Ты знал бы об этом. Ты знаешь то, что у меня в душе, а я не знаю того, что у Тебя в Душе. Воистину, Ты — Ведающий сокровенное”» (5:116).

«Не веровали те, которые говорили: «Ведь Аллах — третий из трех”, — тогда, как нет никакого божества кроме единого Бога” (5:73).

Некоторые европейские исследователи Корана считали, что в аяте 5:116 речь идет о составе христианской Троицы, в которой третьей ипостасью является Мария. В частности, так считал Герок и Хоровиц.

Параллель между коранической Марией и Святым Духом у христиан они видели в том, что у семитов (в т. ч. у арабов) слово Дух (Рух или Роах) символизировал женское начало. Женское начало было весьма почитаемо на Ближнем Востоке и в иных цивилизациях персонифицировалось в лице богинь Исиды, Анахит, Иштар, Артемиды. После официального распространения Христианства в Риме с IV века у части населения на месте запрещенных теперь культов женщины-богоматери появился культ Марии.

Со временем в народной практике ромейского Христианства почитание Мариам достигло таких форм, как коленнопреклоненные молитвы со словами: «О, Преблагословенная Мати Божия, Державная Помощнице, крепкая Заступнице! Благодаряще Тя со страхом и трепетом, яко раби непотребнии, припадаем Ти со умилением, с сокрушением сердечным и со слезами, и молим Тя и стеняще вопием Ти: спаси нас, спаси! Помози нам, помози! Потщися: погибаем!». Позднее сами же христиане, считавшие, что церковь отошла от ряда евангельских норм, где нет понятия «богоматерь», а именно реформаторы-протестанты, выступили против такого ее почитания, в котором они увидели признаки обожествления. Молитвы Марии были ими запрещены.

Однако предположения о том, что в аяте 5:116 речь идет о христианской «Святой Троице» и месте Мариам в ней, не имеют под собой никакого основания! В данном аяте имеет место очень конкретный вопрос Аллаха Иисусу о том, утверждал ли он свою божественность и божественность своей матери? Здесь нет речи о тринитарном понимании сущности Бога. И мусульманские толкователи Корана никогда не придавали такого смысла данному аяту. Например, один из самых авторитетных и классических толкователей Корана Ибн Кясир говорит о том, что данный аят относится к дню Страшного Суда, на котором Аллах будет судить тех, кто обожествил Иисуса и его мать. Смысл аята в том, что Иисус никогда не объявлял Богом ни себя, ни свою мать, а это сделала в последующем некоторая часть их почитателей.

Непосредственным поводом к ниспосланию этого аята предположительно могло быть учение христианской секты, распространенной в тогдашней Аравии, которое наиболее выпукло демонстрировало обожествление Иисуса и его матери. Например, была секта «люди из Найрана», взгляды которых представляли собой некую смесь из язычества и ортодоксального христианства. Привыкнув поклоняться женскому идолу Иштар, в качестве ее замены они объявили «богиней» и «женой Бога» Деву Марию, а «их сына» сделали третьим своим кумиром. Эта ересь отражена в сочинениях Ахмеда аль-Макризи и Ибн Хазма. Ортодоксальная церковь — католическая и православная — официально, на уровне догматов, отрицает такое учение. Но в любом случае, Коран дает характеристику не названиям ортодоксальных или еретических школ и сект, а конкретным проявлениям многобожия.

Ортодоксальные христиане сегодня свидетельствуют, что Мариам не считают богиней, что Иисуса почитают не как отдельного от Аллаха Бога, а как единственного Бога, присутствующего в нем, и охотно присоединяются к словам Корана, направленным против еретиков из Найрана: «Не веровали те, которые говорили: «Ведь Аллах — третий из трех”, — тогда как нет никакого божества кроме Единого Бога”» (5: 73). Еще в IV веке н. э. причисленный к лику «святых отцов церкви» Афанасий Великий говорил: «Христианская вера не велит нам исповедовать, что каждая ипостась (личность) есть особый Бог или Господь. Так же точно наша вера запрещает говорить, что существует три Бога и три Господа. Мы поклоняемся одному Богу, имеющему три ипостаси».

Аллах в Коране повелевает воздержаться от взгляда на Себя через призму любых тринитарных учений: «Веруйте же в Аллаха и Его посланников и не говорите: три! Удержитесь, это — лучшее для вас. Поистине, Аллах — только единый Бог» (4:171). Но из этого никак не следует, что всякое тринитарное учение, например, ортодоксальное, в отличие от «людей Найрана», является ширком, оно может быть просто излишним и неполезным. И это подтверждается следующим аятом: «Скажи: «О, люди Писания! Не излишествуйте в своей религии вопреки истине и не потакайте желаниями людей, которые еще раньше впали в заблуждение, ввели в заблуждение многих других и сбились с прямого пути”» (5:77). То есть это учение — излишество, от которого может быть угроза ввести других в заблуждение вплоть до ширка, но само по себе оно не названо ширком, а названо только «излишеством».

Существенно важно, что тринитарное учение официальной ортодоксальной христианской церкви было утверждено за два века до ниспослания Корана, но нигде в Коране и Сунне все христиане в совокупности не называются мушриками, наоборот, они отделены от мушриков термином «люди Писания» и именно поэтому имеют особый статус покровительства, на их женщинах можно жениться мусульманам, и их пища дозволена для мусульман.

Один из крупнейших исламских ученых, имам Фахретдин ар-Рази, пишет: «Христиане утверждают о Боге так: «Это одно Существо, имеющее три личности (ипостаси). И эти три являются единым Богом, подобно тому, как солнце имеет диск, лучи и тепло”. Они понимают так, что «Отец” — Личность, «Сын” — слово и «Святой Дух” — жизнь. Ису, сына Мариям, они называют «Сыном Бога” в смысле, подобном выражениям: «сыновья пути” или «сыновья света”. Они говорят: «Слово”, являющееся Словом Божиим, соединилось с телом Мессии, Исы, как вода соединяется с вином, и огонь смешивается с огнем».

Таким образом, никакого указания на то, что речь идет об ортодоксальной христианской Троице, в рассматриваемых нами двух аятах нет! Сказано просто: не обожествляйте Иисуса и Мариам! Не говорите, как многобожники, что Аллах есть третий (первый, второй) из трех богов!

Что же касается праведной Мариам (да будет доволен ею Аллах), то запрет на ее обожествление в Коране отнюдь не означает какого-либо ошибочного представления Корана обо всем ортодоксальном Христианстве! В Христианстве есть разные школы, течения, конфессии, а кроме них есть простой народ, в котором всегда имели хождения разные суеверия. Поэтому призыв Всевышнего обращен к тем конкретным людям, которые действительно обожествляли Мариам, прося ее о своем спасении, независимо от того, к каким религиозным течениям они тогда относились. Возникают вопросы и по поводу именования ее Богородицей, вошедшего в словоупотребление у христиан с V века н. э. и вызвавшего немалые волнения в самом христианском мире. Однако никакого намека на то, что Мариам входит в состав официальной христианской Троицы, в коранических аятах нет.

Али Вячеслав ПОЛОСИН,
доктор философских наук

Символ веры мусульман, пять столпов ислама, а также пророки, ангелы, джинны, рай и ад, грехи, добродетели, покаяние и мусульманские святые

Автор Игорь Алексеев

Главной формулой, в которой форму­лируется вероисповедное кредо мусуль­манина, является следующее высказы­вание: «Нет никакого божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — посланник Алла­ха!» Эта формула называется шахада, «свидетель­ство». И произнесе­ние этой формулы с убеждением в сердце являет собой акт перехода человека в ислам. То есть для того, чтобы стать мусульма­нином, необхо­димо, уверовав в истин­ность этого высказывания, публично об этом объявить, произнеся это перед свидетелями-мусульманами. Эта фраза состоит из двух частей: в первой из них утверждается строгое единобожие, отрицание допустимости и возможно­сти поклонения кому бы то ни было, кроме Аллаха. А во второй части утверждается вера в пророче­скую миссию Мухаммада, основателя ислама, в то, что он является посланником Аллаха.

Аллах — так мусульмане называют еди­ного и единствен­ного Бога, понимая это таким образом, что Бог, которому покло­няются мусульмане, — это тот же самый Бог, который являл свои откро­ве­ния пророкам библейской традиции, а также некоторым другим упомянутым в Коране пророкам, про которых Библия не знает. Но в любом случае это тот же самый Бог, что и Бог иудеев и христиан. Не какое-то специальное отдельное арабское божество, которое решили провозгласить единственным, а именно Бог авраамической традиции. И Коран постоянно настаивает на том, что из одного и того же источника ниспосылались откровения всем проро­кам, начиная с первого человека, Адама, и кончая Мухаммадом, и все эти пророки проповедо­вали одну веру, которую впоследствии люди искажали и создавали исторические религии.

Аллах — от арабского ал-илах, Бог с определенным артиклем. Этот же корень для обозначения Бога известен и в других семитских языках, в том числе его можно встретить и в древне­еврей­ской Библии.

Признание кого бы то ни было наряду с Богом обозначается термином ширк — и это важная категория для мусульман­ской богословской мысли. Когда первая часть свидетельства утверждает, что нет никакого другого Бога, кроме Аллаха, то есть кроме Бога с большой буквы, она тем самым настаи­вает на недопусти­мости никаких форм ширка. То есть признание какого-либо соучастника в Божественном промысле. А когда такое допускается, то это рассматривается как шаг в сторону многобожия и язычества. И вот класси­че­ским примером такого искажения изначального единобожия является, например, для мусуль­ман христианский догмат о Троице и о Боговоплощении в целом.

В противоположность этому христиан­скому представлению Коран выдвигает принцип строгого единобожия, утверждает, что Бог не был рожден и не родил. Во второй части свиде­тельства утверждается, что Мухам­мад — посланник Аллаха. Мухаммад действительно считается в исламе последним посланником, после которого больше пророков не будет — до Судного дня. Однако до него пророки были. Первым пророком считается первый человек Адам, затем при­знаются все библейские пророки, а также ряд библейских героев, считающихся пророками, как, напри­мер, царь Соломон — Сулейман в Коране.

Все эти пророки с точки зрения ислама равны, в одинаковой степени полу­чили Откровение от Бога. Среди пророков выделяются посланники, которые, поми­мо Откровения, получили еще и определенную миссию, связанную с введением того или иного закона. Таких наиболее крупных посланников выделяются шесть. Это Адам — первый человек; это Нох — библейский Ной, основополож­ник послепотопного человече­ства; это библейский Авраам — Ибрахим в Кора­не, первый монотеист, первый единобожник и прародитель арабов и евреев (с ним еще отдельно мусульманское предание связывает строи­тельство Каабы, главной ислам­ской святыни в Мекке); затем это Моисей, Муса в Коране; это Иисус Христос —Иса ибн Марьям аль-Масих (Иисус Христос — сын Марии), которого Коран считает также пророком, а не Богом или Сыном Божьим, при­знает его непорочное зачатие, но не признает факта распятия. Говорится, что Иисуса не распяли, но он был забран живым на Небо и вернется в конце вре­мен, перед Судным днем. То есть в любом случае признается его функция как Мессии. Ну и наконец, последний пророк — Мухаммад.

Задача пророков состоит в том, чтобы увещевать человечество, указывать пра­вильный путь, отделять запретное от дозволен­ного (и наоборот — грехи от пра­ведных деяний). И считается, что на протяжении всей истории челове­чества хотя бы один пророк был ниспослан каждому народу — таким образом, Откро­вение, приходящее от Бога через пророков, носит в исламе универсаль­ный характер. Оно не обра­щено к какому-то избранному народу, а предназна­чено всему человечеству в целом. И это касается и Мухаммада. Мухаммад был ниспослан не только для арабов, а ниспослан он был, как гово­рится в Коране, в качестве «милости для всех миров». Через пророков ниспосылаются священ­ные писания, которые все так же являются вариан­тами глав­ной священной книги, которая содержится на так называемой Хранимой Скрижали у престола Божьего и ниспосылается с каждым из пророков в разных формах.

Таким образом, ислам признает Тору — Пятикнижие, ниспослан­ную Моисею в качестве Священного писания; признает Евангелие, ниспосланное Иисусу (именно как ниспосланное писание, а не как биографию, состав­ленную апосто­лами и евангелистами); признает ряд других священных писаний, ниспослан­ных библейским пророкам. Так, Давиду (Дауду) был ниспослан Псалтырь — Забур, который также относится у них к категории священных писаний. Ну и, наконец, Мухаммаду был ниспослан Коран — как последнее священ­ное писа­ние, которое, в отличие от всех предыдущих, не будет искажено людьми и сохра­нится в неизменном виде до Судного дня.

По поводу Корана в мусульман­ском богословии шли споры о его сотворен­ности и несотворенности, его предвеч­ности или существовании во времени — это отдельная тема мусульманских богословских дискуссий. Но в целом надо ска­зать, что священные писания считаются с точки зрения ислама Боже­ствен­ным словом в прямом смысле слова, а не написанными людьми боговдохно­венными книгами.

Мусульмане верят в ангелов, а также в противоположных ангелам джиннов. Ангелы — малаика, или маляк в един­ствен­ном числе, по-арабски — это особые существа, созданные из света и яв­ляющиеся проводниками боже­ственных повелений, не обладаю­щие собствен­ной свободой воли и свободой выборов, они неспособны к соверше­нию греха.

Среди ангелов выделяются несколько приближенных. Таковы, например, ангел Ридван, охраняющий рай, и ангел Малик, охраняющий ад. Таков ангел Джи­бриль, соответствующий Гавриилу иудеохристианской традиции; через Джи­бриля передаются откровения от Бога пророкам: в частности, Джибриль пере­давал откровения Корана Мухаммаду. К ним же относится ангел Азраиль — ангел смерти, изымаю­щий души людей в момент, когда они умирают; Исра­фил — ангел небесной трубы, чей трубный глас возвестит о наступлении конца света, а потом второй раз — о воскрешении из мерт­вых. Микаль, соответствую­щий иудеохристианскому Михаилу, пекущийся о пропитании всех тварей.

Кроме того, в Коране упомина­ются еще ангелы Мункар и Накир, которые допра­­шивают умерших в могиле, благодаря чему пребывание человека в моги­ле, между смертью и Судным днем, становится аналогом чистилища. И если человек пройдет эти испытания, ему легче будет пройти Судный день. Если он не выдержит, то, значит, он не выдержит и в Судный день. Еще также упоминаются ангелы Харут и Марут, которые когда-то в Вавилоне обучали лю­дей колдовству, но, однако, предупреждали их, что это знание является иску­шением, не может никому принести вреда, иначе как с попущения Все­вышне­го. Таким образом, получа­ется, что ислам отрицает изначальность зла, проти­востоящего Божественной благости, и зло оказывается лишь резуль­татом искажения добра, отклоне­ния от истины и прямого пути. На противопо­ложном от ангелов полюсе находятся джинны. Некоторые из которых называются еще также шайтанами. Представле­ния о джиннах были еще у доисламских арабов, которые видели в них стихийных духов природы, во многом напоминав­ших чело­века, но многократно превосходя­щих его своими возможностями и физи­че­скими данными: ростом, силой. Считалось, что они обладают способностью перемещаться в простран­стве — в короткое время на дальние расстояния.

Принципиальное отличие джиннов от ангелов, сближаю­щее джиннов с чело­веком, состоит в том, что у джиннов есть физическая природа и свобода воли. Они могут сознательно делать добро или зло. В отличие от ангелов, созданных из света, джинны созданы из чистого огня. Некоторые из них приняли ислам, другие же остались неверными. Причем не только язычниками: среди джиннов есть иудеи и христиане.

С идеей о том, что джинны созданы из огня, в Коране связана история о глав­ном из джиннов — Иблисе, то есть Сатане, которому было прика­зано покло­ниться только что создан­ному Адаму. И тот отказался, сославшись как раз на то, что Адам был создан из глины: «а меня, Господи, создал Ты из огня, и огонь превыше глины, и поэтому я не буду, — сказал Иблис, — поклоняться этому глиняному человеку». За это ослушание он был низвергнут из рая, но полу­чил отсрочку в наказании и до Судного дня будет совращать людей с истинного пути, подталкивать их ко злу и к ослушанию божественным пове­лениям. И те джин­ны, которые пошли за Иблисом, и он сам называются тер­ми­ном шайтан — это арабский аналог древне­еврейского сатан, то есть Сатана.

Судный день, согласно представлениям мусульман, последует сразу за концом света, время наступления которого есть тайна, известная одному только Богу. Вместе с тем предания — хадисы — указывают на различ­ные знамения, кото­рые предшествуют наступлению Судного дня, или часа, как его чаще называют в мусульманских источниках.

Есть знамения малые и есть большие. К первым обычно относят упадок веры и нрав­ствен­ности у людей. Среди больших знамений называют, напри­мер, приход лже-Мессии (ал-Масиха ад-Даджжаля, мусульманского Антихри­ста); затем последует второе прише­ствие Христа, которого, согласно представле­ниям мусульман, не распяли, а живым взяли на Небо, и вот в Судный день он вернется для того, чтобы победить Даджжаля. Ну а также физические странные явления, такие как раскол Луны, восход Солнца с запада и другие. Затем о наступлении последнего часа возвестит трубный глас ангела Исрафила: при первом его звуке мир уничтожится, а после второго все живое воскреснет и соберется на суд Божий. На этом суде каждый в отдель­ности будет спрошен о его деяниях, которые будут взвешены на весах, и после этого люди пройдут по пере­бро­шенному над адской пропастью мосту Сират, который тоньше волоса и острей меча. Грешники не удержатся на этом мосту и низвергнутся в адскую пропасть, наполненную огнем, а праведники же перейдут и отпра­вятся в сады рая.

В аду, который называется словом джаханнам, или нар (огонь), наказан­ные, отверженные грешники пребы­вают, скованные цепями, окутанные одеждой из смолы или из самого огня, или находятся внутри огня; пищей им будут плоды дерева заккум, отврати­тельного на вкус, горячие, как огонь, словно змеиные головы, питьем — кипяток.

В противоположность им обитатели райского сада, джаннат, наслаждаются всеми желанными благами, изыскан­ными яствами, включая запрещенное в земной жизни для мусульман вино, от кото­рого, правда, в раю не пьянеют, и обществом собственных жен и райских чернооких дев — так называ­емых гурий. Несмотря на то что эти удовольствия описыва­ются как телес­ные, смысл их, как правило, рассматри­вается как духовный, и высшим наслажде­нием рая является созерцание лика Божьего.

Ад и рай вечны, но пребывание человека в аду может быть не вечным по мило­сти Бога. И, скажем, если кто-то из верую­щих попадет в ад за грехи, то потом благодаря вере он может быть из этого ада освобожден, прощен и оказаться в раю.

Самым главным грехом для мусуль­манина считается неверие или вера во мно­гих богов, приравниваемая к неверию. Это единственный грех, который Бог не прощает, в то время как все остальное — меньшее, чем это, — Бог простить может и, более того, обещает прощение грехов, говоря неоднократно в Коране, что Он — прощающий, милосердный, приемлю­щий покаяние; Его милость превосхо­дит Его суровость в наказании и так далее. Тем не менее неверие, согласно мнению всех богословов, не прощается никогда — вне зависимости от коли­чества благих дел, которые совершил человек.

Вслед за неверием идет группа так называемых больших грехов, относительно которых в раннем мусульманском богословии разгорались споры — можно ли считать человека, совершающего такой большой грех, мусульма­нином, или надо считать, что он «благодаря» этому греху из ислама вышел. К этим грехам относятся грехи, связанные с насилием, скажем убийство (убийство без суда, поскольку лишить человека жизни в порядке наказания или в по­рядке мщения в исключитель­ных случаях допускается). Но бессудное убийство, по произволу, является тяжким грехом, можно сказать, вторым после неверия.

Также — лишение имущества, воровство, грабеж, насильствен­ный отъем. Также к большим грехам относится прелюбодея­ние. К ним же относится нару­шение тех запретов, которые непосредственно высказаны в Божественном откровении, но это запреты, в основном связанные с невыполнением обяза­тельств. Если предписано человеку совершать молитву или соблюдать пост, то, не делая этого, он совершает грех, который относится к категории больших грехов. Если ему предписано не употреблять опьяняющие напитки, а он их употребляет — это тоже скорее большой грех, чем малый. Закрытого списка больших грехов нет, в богослов­ской литературе иногда этот список расши­рялся, включая в себя и треть­естепенные какие-то вещи, поэтому здесь окончатель­ной концепции нет. Это предмет дискуссий — таких же, какими они были в раннем мусульман­ском богословии. Но тем не менее некое общее представ­ле­ние о том, что грехи могут быть большие и малые и что удержание себя от больших грехов снимает малые грехи и обеспечивает их прощение, тоже существует.

Равно как существует и пред­ставление о покаянии. Но мусуль­манская концеп­ция покаяния основывается на том, что принять это покаяние может только Бог и это вопрос личных взаимоотношений между человеком и его Cоздателем. То есть никакой институции типа церковной, которая могла бы данной ей вла­стью отпускать эти грехи, в исламе нету. Это тайна между чело­веком и Богом. Поэтому, кстати, еще в мусульманской этике не привет­ствуется человеку говорить о своих грехах: если совершил грех — молчи, это твое частное дело, молись Богу, Бог захочет — простит, не захочет — накажет.

К более мелким грехам относится нарушение разного рода ритуальных запре­тов, например пищевого характера. Запрещено употреблять в пищу свинину, мертвечину, кровь, мясо животных, заколотых во имя кого-то, кроме Аллаха. Известная сейчас широко проблема халяльного мяса с определенной марки­­ровкой, что это дозволено мусульманам, очень похожая на еврейские практики кашрута, связана именно с этим. То есть дозволя­ется употреблять в пищу то, что заколото по правилам. А то, что заготовлено вне мусульман­ских правил забоя скота, оказывается харамом. Но это, конечно, не такие крупные грехи, как убийство, воровство и прелюбодеяние. И специ­ального покаяния, как правило, за них не требуется, а такого рода мелкие грехи прощаются тому, кто не допу­скает грехов крупных. Кроме грехов существуют еще и обяза­тель­ства мусуль­манина. И эти две категории тесно связаны между собой — поскольку несоблю­дение обязанностей является грехом. Воздержание от греха является обязанностью.

Обязанности мусульманина также можно разделить на обязанности ритуаль­ного характера и этического. Ритуальные обязанности образуют так называе­мые пять столпов ислама, в которые, помимо исповедания веры — первого столпа, признания единобожия и пророчества Мухаммада, — входит еще четы­ре практических. Это соверше­ние ежедневной пятикратной молитвы по уста­новлен­ному ритуалу, это соблюдение поста в месяц Рамадан, это паломниче­ство в Мекку (хадж) раз в год, при наличии для этого возможно­сти, и это благотвори­тельный налог, закят, который состоятельные мусуль­мане платят в пользу неимущих и кото­рый расходуется общиной на благотво­ритель­ные цели.

Кроме этого, есть этические обяза­тельства, которые налага­ются на мусуль­ма­нина. Это, например, почтение к роди­телям. Об этом отдельно говорится в Коране — что к родителям необходимо проявлять почтительность, не гру­бить, не дерзить им, не повышать на них голос. Одно­временно вот как дети должны относиться к родителям, жена должна относиться к мужу. Но и муж, в свою очередь, должен соблюдать права жены, не унижать ее достоинство, не прибегать к жесткому и грубому обращению. И хотя говорится, что непо­слушных жен можно ударять, тем не менее большинство богосло­вов трактуют это символически. То есть разрешение ударить непослушную жену трактуется чаще всего как легкий подзатыль­ник, но ни в коем случае не серьезные насиль­ственные действия. Кроме того, в Коране много раз говорится о том, что необ­ходимо быть честным в делах; крайне греховным и преступным является обман, обвешивание, продажа некачественного товара, умышленное соверше­ние подлога и какой-то недобросо­вестно­сти. Вообще образ правильных весов, справедливой и честной торговли сквоз­ной для Корана, и в этих образах часто описывается и посмертная судьба человека. Там о грешни­ках, получаю­щих в Судный день адское наказание, говорится, например, что «плоха была их тор­говля» — и вот они просчи­тались. А, наоборот, о праведниках, вознагра­жден­ных раем, говорится, что торговля их прибыльна. То есть торговая метафо­ра была очень понятна слушателям Мухаммада, обитателям крупнейшего торго­вого города — Мекки. И поэтому в исламской этике честность при сдел­ках является важным отдельным и детально разработанным аспектом.

В этой деловой сфере ислам, например, наряду с нечестно­стью в торговле и в финансах запрещает ростовщи­че­ство, то есть взимание ссудного процен­та за задолженность. Это важный аспект, он связан исторически с торгово-эко­номической этикой доисламской и раннеисламской Аравии, где ростовщи­чество было серьезно распространено, но и при этом было такой очень суще­ственной обузой.

Зачастую проценты по долгам доходили до 300–400, то есть долг взимался в кратном размере. И поэтому бремя вот этих долгов для большинства людей бедных и среднего достатка было совершенно невыносимым, и иногда могли возникать ситуации, когда человек полностью лишался своего имуще­ства и чуть ли не продавал себя в долговое рабство. Поэтому был введен этот запрет. Однако наряду с ним всегда в исламе существовали практики креди­та — без процента, но с при­былью. То есть деньги или какое-то имуще­ство даются в долг не под про­цент от суммы, а, например, под процент от прибыли, если эта сумма кредитуется на какое-то дело. То есть кредитор становится как бы компань­оном должника и делит с ним как дивиденды, в случае если они будут, так и риски. То есть принципиаль­ное отличие этой схемы состоит в том, что ростовщик в любом случае потребует от тебя долг с процентами, не важно, выгорело у тебя или прогорело, а тот, кто оказывает такое беспроцентное кредитование на основе процента от прибыли, тот в случае отсутствия прибы­ли будет делить с тобой и убыт­ки. То есть, таким образом, это важная часть доктрины экономической справедливости, которая развивается в исламе с са­мых ранних времен и сегодня не умирает: в мире суще­ствуют исламские банки, которые оказывают финансовые услуги на осно­ве такого рода принципов (или по крайней мере так в теории декларируется).

Таким образом, целый ряд запретов, касающихся взаимоотношений между людьми, характера сделок, характера взаимоотношений между соседями, родственни­ками, деловыми партне­рами, формирует определенную модель исламского образа жизни. Которая на практике для многих мусульман оказы­вается не менее важной, а иногда и более, чем содержание того, во что мусуль­мане верят.

То есть в обычной бытовой ситуации мусульманин чаще всего определяется по тому, как он действует, что он соблю­дает, что он не соблюдает, и только во вторую очередь начинают задумываться о том, к какой бого­словской школе он прина­дле­жит, каковы тонкости его догматических взглядов и так далее. Нормы ислама — запреты, предписания, обязанности мусульманина — берутся из нескольких источников. О чем-то прямо сказано в Коране, и тогда это при­ни­мается безусловно. А о каких-то нормах мы узнаем из преданий о тех или иных словах и поступках пророка. Таких предписаний гораздо больше, и в основ­ном они касаются не самых главных вещей, а вещей менее главных. То есть, например, из Корана мы узнаем, что предписана молитва — а уже из хадисов (преданий, составля­ю­щих сунну про­рока, то есть представления об обычаях пророка) мы узнаем, что молитв должно быть пять, что они должны совершаться по определен­ному порядку.

То есть обширный корпус пророческих преданий выступает как первый круг интерпретаций коранического открове­ния, Священного писания. Можно даже сказать, что с точки зрения исламской нормативной культуры Коран не суще­ствует вне интерпретации. Очень редко можно непосредственно и исключи­тель­но из текста Корана в деталях понять, что требуется от мусуль­манина делать в тех или иных обстоятельствах. Сколько-нибудь полное пред­ставление об этом можно составить, только сопоставив соответствующие места Корана с разъясняющими их хадисами.

Но часто оказывается и так, что и Корана с хадисами в совокупности также быва­ет недостаточно для понимания каких-то деталей. И тогда включается богословская интерпрета­торская традиция. Та самая, которая сформирова­лась в результате многочис­ленных расколов — как религиозно-политических, так и религиозно-богословских, так и религиозно-правовых — в первые века исла­ма. Все эти школы более или менее согласны в каких-то основных поло­жениях: пять столпов ислама никто не подвергает сомнению, пока он остается мусуль­манином. Но в частных трактовках школы эти могут отличаться. В этой интер­претаторской традиции большая роль и авторитет принадлежит сподвижникам пророка и членам его семьи. То есть те предания, которые восходят к наиболее приближенным сподвижникам и родственникам пророка, считаются наиболее достойными доверия. И в этой связи такие сподвижники и такие родствен­ники, скажем жены пророка, в мусульманской традиции почитаются если не как святые, то по крайней мере заслуживаю­щие почитания и обладаю­щие высоким авторитетом. Вообще три первых поколения мусуль­ман, живших в «эпоху счастья», при первых праведных халифах и несколь­ко позднее, они представ­ляются более поздним мусульманам благочестивыми предками, с деяниями и поступками которых они сверяют свое сегодняшнее поведение.

Кроме того, уже позднее в исламе возник отдельный «культ святых», как его иногда называют, похожий по форме на почитание святых в христианстве, и, видимо, он возник в исламе по тем же сходным причинам, что и во всех других религиях, где подобного рода вещи есть. К этим святым относятся как сподвижники пророка, так и члены его семьи. Но к ним могут относиться и многие другие люди, которые просто в то или иное время, в том или ином месте пользовались духовным, моральным, религиозным авторитетом при жизни и продолжали пользоваться этим авторитетом и почитанием и после смерти.

В частности, особая роль в структуре этого культа святых принадлежит почитанию суфийских шейхов. Считается, что они и места их захороне­ния продолжают сохранять особую благодать после их смерти. И, соответ­ственно, люди посещают их могилы для того, чтобы приобщиться к этой благодати или призвать этих святых выступить заступником и в известной степени посред­ником между грешным рабом Божьим и Всевышним.

Богословы книжной, классической традиции, как правило, к этому культу, почитанию святых относятся как минимум настороженно — зачастую и откры­то его критикуют, видя в этом размывание строгого единобожия. Тем не менее потребности такой народной, повседневной религиозности, видимо, всегда оказывались на протяжении истории сильнее, и поэтому изжить этот культ святых не удалось.

Тем не менее в отличие, например, от христианства, этот культ не носит кано­нического характера. Не существу­ет института причисления к лику свя­тых, не существует критериев, по кото­рым можно было бы считать человека святым или приписывать ему ту или иную степень святости. Это все склады­вается стихийно. И таких людей назы­ва­ют вали — приближенный, или «друг Божий» в буквальном переводе. То есть речь идет о том, что человек достиг некоторой степени близости к Богу и это признано окружающими.   

Кому поклоняются мусульмане?

Мусульмане поклоняются мысленному идолу. Т. е., некоей ментальной конструкции, фантазии о Боге, за которой стоит:

а) естественное чувство богопознания, вложенное в дух человека Творцом, плюс некоторые знания и представления о Едином Боге-Творце, заимствованные в т. ч. из Божественного Откровения;
б) искажённые представления о Боге, включая прямо сатанинские черты, приписываемые Кораном Богу;
в) злая воля диавола, который и внёс искажённые представления о Творце, приписав Ему в т. ч. некоторые свои черты, плюс присутствие диавола в молитве (я имею ввиду именно «молитву», согласно исламскому обряду, т. е. «намаз», а не сердечное обращение к Единому Богу, основанное на естественном чувстве богопознания), поклонении, обрядах и вообще практике ислама. Чтобы мусульманам было понятней, просто проследите параллель с языческими религиями.
В религии каждого народа сохранились отдалённые представления и воспоминания о Едином Боге-Творце. Которого мифология народа со временем окружила искажёнными чертами и пантеоном «богов».
И если, например, североамериканский индеец обращается к Великому Духу, можно ли сказать, что он молится Истинному Богу? Нет. Поскольку представление о Боге в этом образе под именем «Великого Духа» искажено мифологией. То, к кому они обращаются в своих молитвах – это уже не Бог, а фантазия о Боге, мысленный идол.
Аналогичная ситуация и с мусульманами. Отсюда, кстати, видно, что ислам – языческая религия, имеющая некоторые заимствования из Божественного Откровения, но не более того. Бывает, правда, что Бог внимает и молитвам язычника, несмотря на его искажённое представление о Нём (вспомните историю с Валаамом в Свящ. Писании), также и молитвы мусульманина Бог, вероятно, может услышать. Но это, видимо, происходит потому, что и молитва мусульманина, и молитва другого язычника основана не только на искажённом его религией представлении о Боге, но и на естественном чувстве Богопознания, которое присуще любому человеку.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *