Брянчанинов об иисусовой молитве

Будущий святитель Игнатий появился на свет в 1807 году в семье Брянчаниновых, обладавшей неплохим состоянием и имевшей дворянские корни. Родившегося мальчика назвали Димитрием, сначала он воспитывался дома, учился успешно по всем наукам и предметам, но в душе понимал, что хочет связать свою жизнь с монастырём. Однако родители, особенно отец, желали дать ему хорошее образование — в пятнадцатилетнем возрасте юношу отдали в Инженерное училище в Петербурге. Дмитрий Брянчанинов был лучшим учеником, по окончании он получил чин поручика.

Дмитрий поступил на военную службу, но тяжёлая болезнь помешала ему продолжить её, к тому он активно искал смысл жизни, но ни интересное времяпрепровождение, ни сочинение стихов, не давали ему успокоения, он тянулся к монашеству. В 1827 году он стал послушником Александро-Свирского монастыря, в течение нескольких лет он сменил несколько монастырей, следуя за своими духовными наставниками. В 1831 состоялся монашеский постриг послушника Димитрия в Вологодской губернии, его стали звать Игнатий, вскоре он стал иеродиаконом, а затем — иеромонахом. Он остался там руководить Лопотовым монастырём, через два года получил сан игумена.


Свято-Троицкая Сергиева пустынь, Троицкий собор, XIX век

Святитель Игнатий был близок к императорскому двору, царь Николай II поручил ему заниматься Троице-Сергиевой пустынью, находившейся вблизи Петербурга. Это стало его основным делом на ближайшие четверть века. Первоначально пустынь была в серьёзном запустении: благодаря трудам архимандрита (с 1834 года) были восстановлены монастырские здания, стала гармоничной церковная служба, улучшились отношения между братией монастыря. С 1838 года владыка Игнатий исполнял послушание благочинного петербургских монастырей.

Новым поприщем святителя Игнатия с 1857 года стала Кавказская и Черноморская епархия, которую он возглавил, ставши епископом. Тогдашнее положение епархии было плачевным, в том числе из-за продолжавшихся военных действий, но епископ Игнатий прилагал усилия, чтобы поддержать солдат, восстановить церкви. Он объездил всю территорию Кавказа, освятил целебные воды, которыми отдыхающие пользуются и по сей день.


Образ святителя Игнатия Брянчанинова с портрета XIX столетия

В последние годы жизни святитель Игнатий из-за болезни проживал уединённо в Николо-Бабаевском монастыре. В апреле 1867 года там закончился его земной путь, 30 апреля стал днём его памяти.

Святитель Игнатий Брянчанинов оставил после себя богатое литературное наследие: его талант начал возрастать с молодости, когда он общался со светилами литературы — Пушкиным, Жуковским, Батюшковым. Одно из ранних его произведений — «Плач инока», в 40-е годы 19 века была создана повесть о праведном Иосифе, воспевавшая добродетели христианина, тогда же в журналах были опубликованы первые статьи о монастырской жизни.

Что касается духовных трудов, то первое место среди них занимают «Аскетические опыты», которые будут полезны не только монахам, но и мирянам, желающим вести богоугодную жизнь. Кроме того, известны его «Отечник», содержащий повествование о христианских святых и подвижниках. Пользуются популярностью у читателей «Слово о человеке» и «Слово о смерти», включающие философские рассуждения автора. Святитель Игнатий написал много писем, обращенных к его современникам и последующим поколениям, в них он указывает верные духовные ориентиры.

См. также: Творения святых отцов, Жизнеописания, воспоминания, письма, Аскетика

Иеромонах Серафим (Лопухов)

Доклад иеромонаха Серафима (Лопухова), благочинного Успенского мужского монастыря г. Иванова, преподавателя кафедры Священного Писания Ветхого и Нового Завета Свято-Алексеевской Иваново-Вознесенской православной духовной семинарии, руководителя курсов базовой подготовки в области богословия монашествующих РПЦ, на конференции «Иисусова молитва. Еще раз о главном (школа духовной жизни)» («Зосимовские чтения – 2019», Троице-Одигитриевский ставропигиальный женский монастырь Зосимова пустынь, 7 декабря 2019 года)

Тему самопознания обычно связывают с философией или психологией, а вопрос религиозного самопознания всегда остается где-то в стороне. Действительно, многие древние философы и мыслители считали самопознание важным делом в жизни человека, но мало кто из них отмечал роль молитвы в этом процессе. Поэтому для нашего исследования был выбран святитель Игнатий (Брянчанинов) как истинный учитель молитвенного делания и знаток человеческой души.

Для полноты раскрытия темы необходимо совершить краткий экскурс в книгу Бытия. Молитва, как открывает нам эта Книга – есть живое, непосредственное общение человека с Богом. Такое общение имел сотворенный Адам до грехопадения, оно постепенно открывало человеку познание себя как личности, как творения. Именно богообщение сообщало человеку способность возрастать в процессе самопознания. Мы видим, что после преступления Божией заповеди Адам уже совершенно не понимает себя, на воззвание Господа Бога: Адам где ты? – он отвечает: голос Твой я слышал в раю, и убоялся, потому что я наг и скрылся. И сказал Бог: кто сказал тебе, что ты наг? (Быт. 3:10–11). Из этого диалога видно, что видение себя человеком после грехопадения приобретает совершенно другой характер, Адам боится Бога и не понимает себя. В грехопадении человек утрачивает истинное богообщение , и как следствие – истинное самопознание.

Отметим, что грехопадение Адама – это следствие недостаточного или неправильного самопознания. Например, святитель Димитрий Ростовский в своей книге «Алфавит Духовный» отмечал, что первой причиной падения Адама было совершенное непознание себя, причем отсутствие самопознания в человеке он называл – неразумием .

Однако cвятитель Игнатий (Брянчанинов) в своем труде «Слово о человеке» говорит, что падение праотцев совершилось из-за неправильности самопознания, человек устремился к познанию себя и творения без участия Бога, такое познание привело человека к погибели. Владыка Игнатий писал: «Не оставили ли они в раю созерцание Творца, не предались ли созерцанию твари и своего собственного изящества? Прекрасно созерцание себя и твари, но в Боге и из Бога; с устранением Бога оно гибельно, ведет к превозношению и самомнению» . Созерцание есть наивысшая форма молитвенного делания; оставление молитвы, тесного общения с Богом, и рассматривание себя без этого делания приводит человека к падению.

Таким образом, если самопознание было необходимо для сотворенного, то, несомненно, оно должно быть теперь главной задачей человека падшего. Святитель Димитрий Ростовский отмечал, что возвращение к Богу после грехопадения возможно только через самопознание и познание творений, причем необходим последовательный порядок в процессе познания: сначала познание творений, далее самопознание и как венец – познание Бога .

А святитель Игнатий видит процесс самопознания падшего человека в Боге или вместе с Богом; без Бога он носит совершенно пагубный характер.

Следует отметить, что падение Денницы совершилось в результате неосторожного самопознания: оставив созерцание Бога, он увлекся созерцанием и рассматриванием самого себя; увидев свою красоту, свою светоносность, впал в превозношение и гордость; возгордившись, ощутил себя самодостаточным и равным Богу. Поэтому диавол тем же самым приемом увлекает человека, предлагая ему совершить акт самопознания без Бога: в день в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете как боги, знающие добро и зло (Быт. 3:5).

Результатом преступления заповеди человек потерял истинное общение с Богом и вступил в тесное общение с диаволом , в подчинение ему и рабство . По объяснению святителя, человечеству возвращено было истинное общение с Богом в лице Иисуса Христа . Ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись (Деян. 4:12).

Призвание имени Иисуса Христа подразумевает собой истинное богообщение, при котором совершается познание себя. Поэтому святитель Игнатий в молитве Иисусовой видит главное средство самопознания. По его мнению, она доставляет особые познания о внутреннем человеке, раскрывает глубину сердца человека, открывая его гордость, позволяет увидеть душу, убитую грехом, открывает в полноте падение и греховность , а также действие демонов, жаждущих погибели человека, – обличает их цепи и оковы .

Таким образом, Иисусова молитва раскрывает человеку его греховную природу и зависимость этой природы от падших духов, показывая его общение с ними, которое он приобрел в грехопадении.

Святитель Игнатий писал, что главное свойство Иисусовой молитвы состоит в том, что она производит в человеке особое волнение или «вскипание» страстей. Именно это действие, по мнению преосвященного, является характерным признаком правильно совершаемой молитвы, потому что выявление страстей в человеке – свойственное ей действие .

Об этом писали многие святые отцы. Например, преподобный Варсонофий Оптинский писал, что правильно и постоянно совершаемая молитва Иисусова открывает человеку все его недостатки . «Обнаружение душевного устроения» – так характеризует действие Иисусовой молитвы опытно познавший ее преподобный Иоанн Лествичник.

Таким образом, Иисусова молитва, по мысли святителя Игнатия и других отцов, является одним из самых важных духовных подвигов в процессе самопознания, открывающих человеку его внутреннее пленение грехом, а также диаволом, – пленение, которое явным образом проявляется в особой брани помыслов, чувств и ощущений.

По замечанию владыки Игнатия, только внимательная молитва приносит обильные плоды самопознания, рассеянная молитва бесплодна – она никогда не доставит человеку познания самого себя. Святитель Игнатий писал: «…внимательная молитва, особенно молитва именем Господа нашего Иисуса Христа, при усилии соединяет сердце с умом, обличает гнездящегося в сердечной глубине змея и, уязвляя его, побуждает к движению» .

Святитель утверждает, что само имя Господа нашего Иисуса Христа имеет невероятную силу – оно способно не только выявить жительство демонов в человеке, но и изгнать их из него. «Между непостижимыми, чудными свойствами имени Иисуса находится свойство и сила изгонять бесов» , – писал владыка Игнатий. Сила диавола, пребывающая в человеке, лишь услышав имя Иисуса Христа, правильно призываемое молящимся, приходит в неистовство и смятение.

Сущность духовного молитвенного подвига в том, чтобы творить молитву внутренно, скрывая это делание от людей, творить ее с усиленным вниманием и покаянным чувством, непрестанно или хотя бы часто. Именно против такой молитвы падшие духи тайным образом воздвигают трудно понимаемую человеком сильную брань помыслов и сердечных ощущений, особым образом возбуждают в душе тревогу неведомых страстей, которых человек не видел в себе ранее. Святитель Игнатий предостерегает, что прессинг от помыслов бывает очень сильным, может даже выходить за пределы мысленной области и одновременно сопровождать собою действия чувств человека, которые открываются «призрачными представлениями и необыкновенными телесными болезнями» .

Такое нападение падших духов через греховные помышления попускается Богом для полноты опытного познания нашего падения и греховности. Усиленное нашествие греховных помыслов при занятии молитвой Иисусовой есть хороший признак правильности ее совершения. Человеку только необходимо научиться правильной борьбе с греховными помышлениями, обогащающей его духовным разумом, который, в свою очередь, способствует правильному самопознанию . Святитель Игнатий предлагает самый простой образ борьбы: «греховным помыслам дóлжно противиться, а увлечения ими немедленно врачевать покаянием» .

Необходимо отметить, что существует тонкая опасность в этой брани, потому что падшие духи невидимы для человека и действия их ему непонятны, поэтому человек легко может быть обманут и обольщен ими. Правильно же совершаемая молитва обильно обогащает человека светлыми мыслями и благими чувствованиями. Но святитель Игнатий вновь предостерегает: познание этих мыслей и чувствований необходимо строго исследовать и проверять чтением святоотеческих писаний и советом опытного духовника, чтобы не впасть в обольщение и прелесть. Потому что под видом добрых чувствований и ощущений можно принять демонические мысли или усладиться мнимыми духовными состояниями, возбуждаемыми падшими духами .

Поэтому святитель убежден в том, что необходимо искать в молитве не возвышенных мыслей и благодатных состояний, которые принадлежат области святых людей, а раскрывать в себе молитвой процесс самопознания: видение и осознание греховности и падения.

Святитель Игнатий утверждает, что истинная молитва непременно откроет эту греховность, будет способствовать покаянию, ибо истинное покаяние есть ее плод . Эту же мысль мы находим и у преподобного Варсонофия Оптинского, который говорил, что молитва, особенно Иисусова, быстрее других подвигов приводит человека в покаянное чувство и открывает ему его греховность. Поэтому человек быстро приходит в осознание, что он великий грешник .

Святитель Игнатий делает важное замечание, что основанием, на котором воздвигается храм Иисусовой молитвы, должны быть евангельские заповеди, без которых путь молитвенного делания будет совершенно бесплодным. Связь Иисусовой молитвы с евангельскими заповедями очевидна, без соблюдения заповедей молитва бессильна.

Подводя итог сказанному, мы видим, что молитва Иисусова играет главную роль в процессе христианского самопознания. Только духовный подвиг, состоящий из внимательной молитвы Иисусовой, может доставить человеку точное и полное самопознание, которое заключается в видении человеком своей греховности, страстей, личного падения и воздействия падших духов .

Димитрий Ростовский, свт. Алфавит духовный. – М.: Сибирская благозвонница, 2012. С. 22–23.

Димитрий Ростовский, свт. Алфавит духовный. С. 24.

Там же. С. 299.

Там же. С. 300.

Игнатий (Брянчанинов), свт. Собрание сочинений. Т. 1: Аскетические опыты. – М.: Ковчег, 2006. – С. 188.

Иоанн Лествичник, прп. Лествица. Сергиев Посад: Типография Св.-Тр. Сергиевой Лавры, 1908. С. 233.

Игнатий (Брянчанинов), свт. Собрание сочинений. Т. 2: Аскетические опыты. С. 275.

Ищите всюду духа, а не буквы: Полное жизнеописание святителя Игнатия Кавказского, составленное его ближайшими учениками. – М.: Изд-во сестричества во имя свт. Игнатия Ставропольского, 2011. С. 33.

Там же. С. 439.

Ищите всюду духа, а не буквы… С. 33.

Варсонофий Оптинский, прп. Беседы. Келейные записки. Духовные стихотворения. Воспоминания. Письма. «Венок на могилку Батюшки». – Козельск: Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина Пустынь, 2012. С. 41.

Литература

Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. – Киев: Изд. Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры, 2009. – 1536 с.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) Яркой особенностью учения святителя Игнатия (Брянчанинова) об исихазме является его строгий, аскетический реализм, исключение каких-либо мистических восторгов. То, что более всего привлекает обывателя в исихастской традиции – видение нетварного света, обожение и обретение духовного преображения, очевидного даже в телесном естестве, – святитель полностью затушевывает, оставляет в тени: слишком многие, пожелав вкусить благодатных даров и видений, впали в прелесть. Исихазм святого Игнатия – это непрестанный внутренний труд, возделывание своей души без ожидания небесных озарений. Это заключение ума в слова молитвы, покаянный плач сердца, за который большее, что можно здесь ожидать, – утешение как знак приятия Богом твоего покаяния.

В центре умного делания святителя Игнатия, как и многих других отцов-аскетов, – молитва Иисусова. Святитель выявляет определенную последовательность в совершении молитвы Иисусовой, своего рода ступени молитвенного восхождения к Богу. В частности, в аскетическом наследии святителя мы видим следующие ступени:

– молитва устная,

– молитва умная,

– молитва сердечная,

– молитва душевная.

Для правильного прохождения данных ступеней молитвенного делания святитель предлагает один и тот же принцип: заключать ум в слова молитвы, отвергая всякую мечтательность: «Святый Иоанн Лествичник советует заключать ум в слова молитвы и, сколько бы раз он ни устранился из слов, опять вводить его. Этот механизм особенно полезен и особенно удобен. Когда ум будет таким образом во внимании, тогда и сердце вступит в сочувствие уму умилением – молитва будет совершаться совокупно умом и сердцем».

Что показательно, преподобный Иоанн Лествичник всего дважды в своей «Лествице» высказал этот принцип. Наиболее ясно в слове о молитве: «Старайся всегда возвращать к себе уклоняющуюся твою мысль, или, лучше сказать, заключай ее в словах молитвы. Если она, по младенчественности твоей, утомится и впадет в развлечение, то опять введи ее в слова молитвы, ибо непостоянство свойственно нашему уму. Но Тот, Кто силен всё утвердить, может и уму нашему дать постоянство». Данную мысль святой Иоанн Лествичник высказывает также в слове о послушании: «Непрестанно борись с парением твоих мыслей, и когда ум рассеялся, собирай его к себе, ибо от новоначальных послушников Бог не ищет молитвы без парения. Поэтому не скорби, будучи расхищаем мыслями, но благодушествуй и непрестанно воззывай ум ко вниманию, ибо никогда не быть расхищаему мыслями свойственно одному Ангелу». Во второй цитате речь идет о возвращении ума к себе, чтобы мысль, так сказать, не уходила в мечтательность. С первой цитатой второе высказывание роднит рекомендация воззывать ум ко вниманию, что реализуется при внимании словам молитвы. Высказанная преподобным Иоанном Лествичником только дважды мысль становится для святителя Игнатия основным правилом молитвенного делания, постоянно повторяемым, – настолько святитель внимательно, вдумчиво исследовал творения древних святых отцов, извлекая важные правила, существенно необходимые для современных христиан.

Преподобный Иоанн Лествичник Основываясь на данном принципе, святитель Игнатий представляет последовательное прохождение молитвенных ступеней следующим образом.

Первый вид совершения молитвы Иисусовой есть совершение ее устно, гласно, словесно. Он заключается в устном произношении слов молитвы Иисусовой при внимании к ним ума. Молитва устная, поскольку произносится языком, есть явление еще телесного подвига, который, однако, не должен исключаться при вступлении в умное делание. Вместе с тем молитва устная есть начало умной молитвы, когда произносимым словам сопутствует внимание ума, эта неизменная, обязательная принадлежность умного делания. «Устной, гласной молитве, как и всякой другой, должно непременно сопутствовать внимание. При внимании польза устной молитвы – неисчислима. С нее должен начинать подвижник». «Для всех и каждого существенно полезно начинать обучение молению именем Господа Иисуса с совершения молитвы Иисусовой устно при заключении ума в слова молитвы. Заключением ума в слова молитвы изображается строжайшее внимание к этим словам, без которого молитва подобна телу без души».

Во внимании ума к словам молитвы состоит вся связь устной молитвы с умным деланием, без этого устная молитва не может оказать пользы душе. И потому необходимо произносить молитву неспешно, тихо, спокойно, с умилением сердца, произносить ее чуть вслух, отгоняя все приходящие помыслы и заключая ум в произносимые слова. «Внимательная устная и гласная молитва, – говорит святой Игнатий, – есть начало и причина умной. Внимательная устная и гласная молитва есть вместе и молитва умная. Научимся сперва молиться внимательно устною и гласною молитвою, тогда удобно научимся молиться и одним умом в безмолвии внутренней клети».

От частого упражнения в гласной молитве уста и язык освящаются, делаются неспособными к служению греху, освящение сообщается и душе. Поэтому святитель Игнатий приводит в пример преподобных Сергия Радонежского, Илариона Суздальского, Серафима Саровского и некоторых других святых, которые не оставляли устной и гласной молитвы в течение всей жизни и сподобились благодатных даров Святого Духа. У этих святых «с гласом и устами были соединены ум, сердце, вся душа и всё тело; они произносили молитву от всей души, от всей крепости своей, из всего существа своего, из всего человека». Святитель Игнатий достаточно высоко оценивает устную молитву, он советует совершать ее всем без исключения, совершать по указанному способу преподобного Иоанна Лествичника, без самостоятельного поиска последующих видов молитвы, поскольку лишь Господь может преобразовать устную молитву в умную, сердечную и душевную.

Устная молитва, когда в ней приобретено и хранится внимание нерассеянным, сама собой переходит в молитву умную, а затем сердечную, что соответствует определенной духовной зрелости.

Молитва называется «умною, когда произносится умом с глубоким вниманием, при сочувствии сердца». Способ преподобного Иоанна Лествичника уже приносит плод: ум привыкает заключаться в словах молитвы, внимание ума становится более глубоким, при этом уму содействует сердце. Сердце соучаствует в молитве чувствами сокрушения, покаяния, плача, умиления. Впрочем, естество еще не преображено, разъединение ума, сердца и тела влияет на молитву, время от времени умная молитва расхищается чуждыми помыслами. Причина этого заключается в том, что ум, не освободившись совершенно от пристрастий, впечатлений, попечений, не имеет устойчивости и потому предается мечтаниям. Поэтому на данной ступени еще требуется постоянное понуждение себя к правильному совершению молитвы. Для достижения благодатной непарительности ума необходимо постоянно доказывать искренность своего желания подвигом, удержанием ума в словах молитвы.

Собственный подвиг со временем может привести к благодатному, нерасхищаемому вниманию, но сначала «предоставляется молящемуся молиться при одном собственном усилии; благодать Божия несомненно содействует молящемуся благонамеренно, но она не обнаруживает своего присутствия. В это время страсти, сокровенные в сердце, приходят в движение и возводят делателя молитвы к мученическому подвигу, в котором побеждения и победы непрестанно сменяют друг друга, в котором свободное произволение человека и немощь его выражаются с ясностию». Нередко понуждение себя к умной молитве длится всю жизнь. Поскольку молитва противостоит ветхому человеку, то доколе он присутствует в нас, дотоле противится молитве. Противятся ей и падшие духи, стараются осквернить молитву склонением нас к рассеянности, к принятию приносимых ими помыслов и мечтаний. Но часто понуждение себя увенчивается благодатным утешением в молитве, которое способно ободрять к дальнейшему понуждению себя.

Если же будет воля Божия, то, как говорит святитель Игнатий, «благодать Божия являет ощутительно свое присутствие и действие, соединяя ум с сердцем, доставляя возможность молиться непарительно или, что то же, без развлечения, с сердечным плачем и теплотою; при этом греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом». И такая молитва именуется у святителя Игнатия «сердечною, когда произносится соединенными умом и сердцем, причем ум как бы нисходит в сердце и из глубины сердца воссылает молитву».

Состояние при сердечной молитве характеризуется освобождением от расхищения и пленения души наносимыми врагом помыслами, подвижник допускается пред невидимое лице Божие, и если ранее, при нечистой молитве, понятие его о Боге было мертвым, то теперь он «познает Бога познанием живым, опытным». То есть только при сердечной, нерасхищаемой молитве возникает живое познание Бога, не теоретическое и отстраненное, а опытное богопознание. «Тогда человек, обратив взоры ума на себя, видит себя созданием, а не существом самобытным, каким обманчиво представляются люди самим себе, находясь в омрачении и самообольщении; тогда уставляет он себя в то отношение к Богу, в каком должно быть создание Его, сознавая себя обязанным благоговейно покоряться воле Божией и всеусердно исполнять ее». Благодатный духовный плач, как особый дар Божий, сопутствует сердечной молитве.

И далее, по святителю Игнатию, молитва становится «душевною, когда совершается от всея души, с участием самого тела, когда совершается из всего существа, причем всё существо соделывается как бы едиными устами, произносящими молитву». Душевной молитве свойственно благодатное духовное ощущение страха Божия, благоговения и умиления, которое переходит в любовь. Только на этой ступени подвижник испытывает духовное наслаждение в предстоянии лицу Божию, молитва его становится самодвижной, непрестанной.

Святитель Игнатий описывает этот завершительный этап молитвенного восхождения к Богу весьма сходно с тем, как свидетельствуют о состоянии духовного восхищения и созерцания другие святые отцы: «Когда ж, по неизреченному милосердию Божию, ум начнет соединяться в молитве с сердцем и душею, тогда душа, сперва мало-помалу, а потом и вся начнет устремляться вместе с умом в молитву. Наконец устремится в молитву и самое бренное наше тело, сотворенное с вожделением Бога, а от падения заразившееся вожделением скотоподобным. Тогда чувства телесные остаются в бездействии: глаза смотрят и не видят: уши слышат и вместе не слышат. Тогда весь человек бывает объят молитвою: самые руки его, ноги и персты несказанно, но вполне явственно и ощутительно участвуют в молитве и бывают исполнены необъяснимой словами силы». Хотя святитель не употребил ни термина «обожение», ни термина «созерцание», но его описание объятия молитвой всего человека с душой и телом и исполнения «необъяснимой словами силой», несомненно, подводит к этим понятиям.

Итак, подытожим учение святителя Игнатия о ступенях молитвенного делания. Молитва устная – внимательно произносимая вслух. Умная – с глубоким вниманием ума и покаянными чувствами сердца, но время от времени расхищаемая мечтательностью. Сердечная – из соединенных ума и сердца, когда молитва становится непарительной, а греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом. Душевная – это молитва благодатная, произносимая из всего душевно-телесного существа человека, сопутствуемая особым благодатным состоянием и ощущением духовной любви. Причем лишь на этой, завершительной, четвертой ступени подвижник испытывает духовное наслаждение в предстоянии лицу Божию, а молитва его становится самодвижной, непрестанной. На данном пути строжайше запрещается специально искать молитвенных восторгов и скорых переходов на последующую ступень молитвы, что должно совершаться естественным образом по усмотрению Божию.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *