Что едят православные

Как постились святые?

В древности само слово «пост» не означало, как сейчас, перехода с мясной пищи на растительную. Телесный пост понимался тогда как совершенное воздержание человека от пищи.
Постящиеся подвижники позволяли себе поесть только вечером и лишь для того, чтобы подкрепить свои силы.
Образцом такого поста могут послужить жития многих святых.
Например, согласно ранневизантийской легенде, по прошествии 5 месяцев после рождения пророка Иоанна Предтечи ангел повелел его матери, праведной Елисавете, отнять младенца от груди и начать приучать его к акридам и дикому меду. В это время мать с младенцем укрывались в пустыне, спасаясь от воинов царя Ирода, избивавших младенцев в Вифлееме. Так святой Иоанн с самого детства и до своего выхода на проповедь пребывал в пустыне; всю жизнь носил одежду из верблюжьего волоса и кожаный пояс, ел акриды и дикий мед, но и этой пищи употреблял очень мало, так что о нем говорили, что он «не ест и не пьет».

Святитель Николай-Чудотворец начал постническую жизнь с первых же дней своего младенчества. Он принимал молоко матери по средам и пятницам лишь один раз в день, после вечерних молитв родителей. В остальные дни он вкушал молоко, по преданию, только из правой груди своей матери. Бог показал этим, что младенец возлюбит правый путь следования заповедям Господним. Подобной строгой подвижнической жизни святой угодник Божий оставался верен до конца жизни.

Преподобный Сергий Радонежский сразу по рождении начал проявлять удивительнейшее благочестие. Младенец совершенно отказывался от материнского молока по средам и пятницам, а в остальные дни не брал сосцов матери, если ей случалось вкусить мясную пищу. Также он не хотел питаться молоком кормилицы, а только своей матери. Священник, крестивший его, сказал, что мальчик будет верным слугой Святой Троицы.

Такова вера праведников, во всем полагающихся на волю Божию. И мы можем наглядно увидеть в этих примерах следующую истину: здоровье — здоровьем, а пост есть пост. Пост не только не считается подспорьем здоровью, но может оказаться (с точки зрения медицины) и вредным для здоровья телесного. Вот это и есть главное: пост связан для христианина с тем, что важнее и здоровья, и самой жизни. Это — спасение души.

Преподобный Макарий Александрийский во время Великого поста вкушал (хлеб и овощи) только один раз в неделю. Он прожил 100 лет.

Преподобный Симеон Столпник в течение Великого поста вообще ничего не ел. Прожил 103 года.

Преподобный Анфим тоже ничего не ел всю святую Четыредесятницу, и прожил еще дольше — 110 лет.

О СТРОГОСТИ И СНИСХОДИТЕЛЬНОСТИ.

Наиболее строгие правила пощения предписывали древние монашеские уставы. Так, основатель общежительного монашества преподобный Пахомий Великий, следуя примеру своего наставника Паламона, питался только хлебом с солью, а если и разрешал себе масло в праздничные дни, то смешивал его с прахом или пеплом; тем не менее он был достаточно снисходителен к подчиненным монахам. Запретив им употребление вкусных и аппетитных блюд, а также вина, Пахомий установил, чтобы братия ежедневно имели пищу, приготовленную на огне, чтобы у них было достаточно хлеба, и вообще заботился, чтобы монахи имели достаточно сил для полевых и ручных работ. Как‑то раз преподобный Пахомий узнал, что монахи одной из основанных им общежительных общин, ради большего подвига, в продолжение двух месяцев не имели за столом горячей пищи, при этом монастырский повар, пользуясь досугом, приготовил для продажи не менее 500 ручных изделий. Пахомий сильно разгневался за отступление от его предписаний, изделия повара сжег на глазах изумленных монахов и обратился к ним с обличением. Он говорил им, что гораздо легче и удобней отказаться от пищи, которой не готовят и не ставят на стол, чем соблюдать умеренность, когда достаточная и хорошая пища предлагается для насыщения человека. Только в Великий пост монахи должны были питаться более скудной пищей, и некоторые монахи в это время не ели по два-три дня и даже по пять дней подряд.
Для большинства монахов Египта главной пищей был хлеб. В день монахам давалось по два хлебца, один из которых съедался около трех часов пополудни, а другой — после захода солнца. В постные дни монахам выдавалась только вечерняя порция. Более строгие из монахов, как правило, довольствовались одним хлебцем в день, а некоторые из них старались съедать и того менее.
Святитель Василий Великий в своих правилах для монахов дал образец монашеской жизни для всего Православного Востока. Строго предписывая воздерживаться от мяса, а по временам и от рыбы, масла и вина (например, в Четыредесятницу и другие постные дни), святой Василий является, однако, сторонником того правила, что степень пощения нужно соразмерять с состоянием здоровья и с теми трудами, какими занимается монах. Он предписывал избегать как избытка в пище, так и слишком больших лишений в ней. Греческие монастыри последующих времен, следуя примеру Василия Великого, никогда не вводили у себя слишком строгих предписаний касательно пищи. Что касается древних западных монастырей, то и в них предписания о пище были довольно снисходительны. Наибольшим влиянием на Западе пользовался монашеский Италийский устав преподобного Венедикта Нурсийского. Сам Венедикт был строгим постником. (Известно, что его друг Роман в продолжение трехлетнего пребывания Венедикта в уединении в пещере ежедневно приносил ему лишь небольшое количество хлеба.) Но требования, которые Венедикт предъявлял к подчиненным ему монахам, были весьма скромными. Например, всем без исключения монахам, по его правилам, допущено было употребление вина ежедневно, но, разумеется, в небольшом количестве. Многие почитатели святого Венедикта устраивали монастыри по его правилам, однако со временем отступления от них (в сторону увеличения строгости монашеского устава относительно пищи) становились все более значительными. Так, например, святой Бонифаций (Вонифатий), чтобы противодействовать национальной наклонности германцев к напиткам, совсем запретил монахам пить вино, а позволил пить лишь жиденькое полупиво (предположительно, квас).

ПРОИЗВОЛЬНЫЕ ПОДВИГИ.

Много поучительного история сохранила и о подвижничестве преподобного Макария Египетского, названного Великим. Этот святой не позволял себе ни высыпаться, ни есть досыта хлеба, ни пить вдоволь воды. По долгу гостеприимства иногда он позволял себе выпивать с пришельцами немного вина, но за это наказывал себя тем, что потом на столько дней совсем лишал себя воды, сколько чаш вина выпито им было вместе с гостями. Известен также ученик святого Антония Пиор, в продолжение 30‑ти лет живший в скитской пустыне при колодце, соленую и горькую воду из которого никто не мог пить, кроме него. Другие аскеты выражали свое подвижничество в том, что вообще воздерживались от хлеба, как, например, некий Иоанн, который до 90 лет питался лишь плодами деревьев и никогда не употреблял пищи, приготовленной на огне. Некоторые подвижники показывали свое воздержание в том, что они, имея перед глазами пищу, старались как можно дольше не вкушать ее, приучая себя как бы совсем не обращать внимания на еду. Так поступал преподобный Павел Препростой.
О том, какую воздержанность проявляли древние подвижники, когда им представлялся случай съесть что‑либо особенно вкусное и приятное, много скажет следующий факт. Однажды Макарий Александрийский получил в подарок виноградную ветвь с ягодами. Не желая доставить себе удовольствия поесть этого вкусного плода, он переслал подарок одному из подвизавшихся с ним монахов, а этот, по той же причине, — другому, другой — третьему и т. д. В конце концов, виноградная ветвь возвратилась к самому Макарию…

Но мы очень сильно отличаемся от наших предков и здоровьем физическим, и духовным здоровьем, у нас другая экология, темп жизни, перегрузки.Поэтому сейчас так остро встает вопрос о формах физического поста: раньше у людей был больший запас прочности. Люди по-другому питались: молоко было не из пакета, а из-под коровы, хлеб из печи, вода ключевая, воздух чистый.

И КАК БЫТЬ, ЕСЛИ ЗДОРОВЬЕ ПОДКАЧАЛО И БОЛЕЗНЬ НЕ ДАЕТ В ПОЛНОЙ МЕРЕ ВЫПОЛНИТЬ ХРИСТИАНСКИЙ ДОЛГ?

Пост придуман для обуздания тела, а когда оно слабо, то не нуждается в обуздании, а в помощи, чтобы оздороветь и собрать прежнюю силу.
Пост зависит от духовных и физических сил постящегося.

При болезненном состоянии, при плохом самочувствии нужно есть то, что требует организм.
Если плохо себя чувствуешь, то ешь то, что требует организм. Если пищу надо вкушать как лекарство – вкушай, но подкреплять себя в пище, ограниченно.

А мы начинаем мельчить — а то можно, а это?Не нужно просить у духовника утверждать список чего есть, а чего не есть (и в каком количестве). Попросите ,просто, благословение на пост.
Вопросы о питании во время болезни и беременности уместней задавать врачу, у которого наблюдаешься. К духовнику лучше ходить на исповедь с духовными проблемами и переживаниями.

В первую очередь, пост-это маленький подвиг над собой, и он заключается не только в вопросах ограничения питания,его главная цель- стать лучше, духовно.Ограничить себя болящим, а особенно беременным женщинам, надо разумно. Например,лучше ограничить от негативных внешних впечатлений, главным источником которых является телевизор, от привычки осуждать, перемывать друг другу косточки. Апостол Павел говорит «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите» (1 Сол. 5, 16—18). Если ваше состояние такое, ваш пост Богу угоден. Если вы неспособны такую радость хранить, то главную задачу поста вы не выполняете. Но даже если вы как-то себя ограничиваете, то Господь это вознаградит, Он и намерение целует.

Если ваше сердце мирное, радостное, то подвиг правильный, а если же вы относитесь к Богу, как к диетологу, который считает за вами, что вы съели, то вы ошибаетесь. Но при этом человеку очень просто расслабиться и дать себе ненужные послабления. Для этого нужен и самоконтроль, и церковная жизнь, и опора на советы духовника и людей в этой сфере уже имеющих опыт.

Святоотеческое учение призывает в пост совершать дела милосердия и добра, поучаться от Священного Писания, каяться в грехах, молиться усерднее, чем обычно, посещать богослужения (по возможности), причащаться Св. Таинств. Воздерживаться во время поста нужно не от мяса и йогурта, а от того, к чему имеешь пристрастия: от лишних развлечений, суетности ума, праздных разговоров и прочего зла.

Самое главное не обозлиться на окружающих. В конце концов, постараться не осуждать, а ведь это гораздо труднее, чем не съесть кусок мяса.

Составитель Татьяна Якимкина

Количество просмотров(3058)

Глава 42

Воздержание в пище

…Чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством.

Лк. 21, 34

Хорошо, если человек умеет ограничивать себя и не пресыщаться; в последнем случае наступает отупелость, отягощение и расслабление тела, и все силы человека поглощаются пищеварением. Где тогда место Духу Святому в душе человека?

У особенно сластолюбивых натур и плотоугодников наблюдается страсть «чревоугодия»; хорошо, если люди «едят, чтобы жить, и горе, если живут, чтобы есть».

Нам нужно помнить, что с момента грехопадения наша природа очень испорчена. Она часто склонна к сластолюбию и объедению, которые извратили нашу природу — отяжелили тело, сделали его дряблым и склонным к болезням.

Неумеренность в пище и питии еще апостолы считали пороком и ставили его в ряд с другими языческими пороками. Так, апостол Петр пишет христианам, обращенным из язычников: «Довольно, что вы в прошедшее время жизни поступали по воле языческой, предаваясь пьянству, излишеству в пище и питии…»(1 Пет. 4, 3). Вред от пресыщения прежде всего сказывается на здоровье. Тело переобременяется пищею, отчего прежде всего страдает физическое сердце, которое несет лишнюю нагрузку и преждевременно изнашивается.

Кроме того, органы пищеварения плохо справляются со своими функциями и пища проходит непереваренной и малоиспользованной. Кровь приобретает избыток питательных веществ, отчего человек делается нервным, возбужденным, имеет плохой сон. Поэтому особенно вредно насыщаться на ночь. Все это приводит к нервному истощению, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Отсюда — ограничение себя и умеренность в пище являются для многих средством к восстановлению нашей первоначальной добротности тела.

История Церкви свидетельствует, что преподобные достигали при умеренности в пище оздоровления и очищения своей телесной природы, которая становилась долголетней, легкой, неприхотливой, выносливой, требующей очень мало пищи. Достижения в этом некоторых из подвижников при нашей испорченности кажутся нам невероятными.

Так, многие из воздержанных иноков принимали пищу через день или даже реже. Однако эта мера воздержания является, можно думать, уже сверхъестественной. Здесь скорее чудо и преодоление естественных законов природы. Действительно, сами подвижники, достигавшие такой меры воздержания, говорят об особой помощи от Бога.

Так, прп. Варсонофий Великий, принимавший пищу 1–2 раза в неделю, говорит, что при подобном воздержании подвижник питается Духом Святым.

Здесь следует привести и мнение прп. Пимена Великого, одного из великих аскетов. Он говорил, что, употреблял пищу однажды в три дня или четыре, или однажды в неделю; но старцы как сильные испытали все это и признали полезнейшим ежедневное употребление пищи, но не досыта, и передали нам этот царский путь как удобнейший».

Следует заметить, что величайшие постники были вместе с тем и наиболее долголетними людьми. Так, прп. Антоний и Феодосий Великие прожили по 105 лет, Павел Фивейский — 113 лет, Павел Комельский — 112 лет, прп. Макарий Великий — 90 лет, прп. Евфимий Великий — 97 лет, прп. Макарий Александрийский — 100лет, прп. Симеон Столпник более 100лет, прп. Савва Освященный — 93 года, Кирилл Белоезерский — 90 лет, Макарий Желтоводский — 95 лет Из числа близких к нашему времени подвижников благочестия следует упомянуть о схимонахе Амфилохии, восстановителе Реконской пустыни, скончавшемся в 1865 году и питавшемся заплесневелыми корками хлеба и толокном. Амфилохий скончался на 126-м году жизни. Монахиня Рахиль из Бородинского монастыря скончалась в 1928 году после 128 лет жизни. Наконец, старец Антиох, о котором рассказывается в жизнеописании Феодора Сикеота (пам. 22 апр.), питаясь последние 30 лет своей жизни только травами, не вкушая хлеба, прожил более 160 лет.

Но, помимо вредного воздействия на тело, пресыщение влияет и на нашу духовную жизнь, понижая (если не уничтожая совсем) наши способности к духовным переживаниям — к духовной сосредоточенности, умилению и богообщению.

Св. Исаак Сириянин пишет:

«Как облако закрывает свет луны, так испарения наполненного чрева изгоняют из души Божию Премудрость… с наполненным чревом невозможно ведение тайн Божиих».

К этому надо добавить слова св. Симеона Нового Богослова:

«Невозможно и желудок наполнять досыта едой, и наслаждаться умными божественными благами.

Ибо в какой мере кто работает чреву, в такой лишает себя вкушения духовных благ; напротив, в какой мере кто станет утончать свое тело, соразмерно с тем будет насыщен пищею и утешением духовным».

В частности, воздержание в пище имеет существенное влияние на качество молитвы, одухотворяя и окрыляя ее.

Одна игумения так говорила своим духовным детям:

«Не пренебрегайте постом и не думайте много достичь одною молитвою. Как птица не может взлетать на одном крыле, так и инок не сможет жить духовно лишь с одною молитвою, пренебрегая воздержанием в пище и постом».

Другая же игумения (Арсения) говорила:

«Воздержание от пищи учит нас воздержанию от помыслов и чувствований страстных».

А старец Силуан советовал:

«Я считаю, что кушать надо столько, чтобы после вкушения хотелось молиться, чтобы дух всегда горел и ненасытно стремился к Богу день и ночь. Благодать любит жить в сухом теле. Дух Божий не приходит при насыщенном чреве».

За основу в отношении нормы приема пищи следует положить правило св. отцов:

«Есть не до сытости, оставляя место Духу Святому Божию».

А старцы прпп. Варсонофий Великий и Иоанн говорили:

«Кто будет есть досыта, тот и от полезного получит вред» (Отв. 527).

Как говорил и старец Парфений Киевский:

«Излишество в пище наносит душе больший вред, нежели телу».

Зная об этом и вспоминая слова Господа «Горе вам, пресыщенные ныне»(Лк. 6, 25), мы будем избегать опасности пресыщения.

Как пишет о. Иоанн С:

«Пресыщение ведет к лишению веры, страха Божия и сердечного умиления, к холодной бесчувственности, бессилию сердца для всякого духовного делания, обнажению от благодати, потери смирения; пресытившийся не чувствует сердцем Божьего присутствия, и от него далека сердечная молитва… Чем легче и меньше употребляешь и пищи и пития, тем тоньше и легче делается дух».

Как поступать тем христианам, которые захотели бы не только соблюдать посты, но и приучить себя к необходимому воздержанию в пище? Надо победить для этого застарелую привычку к пресыщению!

Очень поучителен в этом отношении рассказ о том, как прп. авва Дорофей отучал от мирских привычек по принятию пищи своего ученика Досифея («Душеполезные поучения» прп. аввы Дорофея).

В монастыре, где они жили, пищу принимали один раз в день. Когда пришло время обеда, авва сказал Досифею: «Ешь до сытости, но скажи, сколько ты съешь». После обеда Досифей пришел к авве Дорофею и сказал: «Я съел полтора хлеба».

Тогда авва сказал ему: «В другой раз съешь один хлеб и 3/8 второго». Досифей исполнил так. Авва спросил: «Голоден ли ты, Досифей?» Он отвечал: «Да, господин, немного голоден».

Через несколько дней авва опять спрашивает Досифея: «Каково тебе, Досифей? Продолжаешь ли чувствовать себя голодным?» Он отвечал ему: «Нет, господин, молитвами твоими мне хорошо». Авва говорит ему: «Теперь отложи еще одну восьмую хлеба».

Еще через несколько дней Досифей перестал чувствовать голод и при этой норме хлеба. Тогда авва велел ему отложить и еще одну восьмую хлеба.

Так постепенно приучился Досифей к употреблению всего 1/6 хлеба, не испытывая большого лишения при сокращении нормы благодаря постепенности.

Поэтому и нам в нашей заботе по оздоровлению своего тела и духа следует приучать себя к новым нормам постепенно и осторожно. И если мы принимали пищу 4 раза в день, то вполне здоровым можно приучить себя принимать 3 раза.

Дальнейшее сокращение приемов следует делать уже с благословения духовных отцов или старцев, так как здесь уже потребуется большая выносливость и достаточное горение духа, чтобы не произошло надрыва духовного состояния или истощения физических сил из-за недостаточной осторожности и постепенности в своем воздержании.

Здесь следует упомянуть и о следующем совете архиепископа Варлаама (Ряшенцева):

«Лучше есть почаще, но понемногу, со страхом Божиим, благодаря Господа, заботясь лишь о необходимой поддержке организма. Хоть один кусочек, и еще лучше — два-три, оставь несъеденными до полной сытости и сделай это ради Господа».

Читая эту рекомендацию, можно вспоминать о том, как настойчиво хозяйки во время обеда и ужина предлагают «доесть» то или другое блюдо.

Очевидно, более прав архиеп. Варлаам, а не хозяйки, склонные к побуждению пресыщать находящихся за столом.

Переход же на двухразовое питание наиболее подходит для лиц здоровых и ведущих уединенную, спокойную жизнь, похожую на монастырскую.

Духовные отцы считают необходимым ограничивать и нашу норму питья.

Излишнее питье также отягощает нас и особенно неблагоприятно влияет на наше физическое сердце, заставляя его работать с перегрузкой, и этим приводит его к болезни и преждевременному ослаблению.

Врачи за норму питья считают обычно 5–6 стаканов жидкости в сутки (в летнюю жару, конечно, больше).

При нездоровом сердце эта норма должна быть и еще снижена и ограничена 4–41/2стаканами. По тем же соображениям надо избегать излишка или совсем не употреблять соленой пищи (в особенности престарелым и с больным сердцем).

Второе, в чем также должен подвизаться христианин, — это в воздержании от изысканной, слишком вкусной пищи, т. е. в борьбе со своим сластолюбием.

Рассказывая нам притчу о богатом и Лазаре, Господь показал нам горькую участь того, кто «каждый день пиршествовал блистательно» (Лк. 16, 19).

Ап. Павел говорит: «сластолюбивая заживо умерла»(1 Тим. 5, 6).

Поэтому все святые, преподобные и подвижники благочестия не считали для себя возможным принимать слишком вкусную, изысканную и, очевидно, дорогую пищу, но питались пищей простой. Они помнили всегда, что «царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17).

Прпп. Варсонофий Великий и Иоанн дают такое указание:

«Мы ежедневно нуждаемся в пище, но не должны вкушать ее с услаждением. Когда мы принимаем ее, благодаря Бога, Который дал ее, и осуждая себя как недостойных, — то Бог делает, что она служит нам в освящение и благословение».

Из этих слов видно, что лишь при известных условиях пища приносит пользу как нашему телу, так и нашей душе.

При следовании за святыми и постниками в этом отношении нам нечего бояться того, что мы потеряем аппетит при простой пище и отсюда плохо будут выделяться желудочные соки и плохо будет совершаться пищеварение.

Французская пословица говорит, что голод — лучший повар. И если только мы будем подвизаться в умеренном питании, то у нас никогда не будет плохого аппетита. А наше пищеварение будет совершаться так хорошо, что мы, вероятно, забудем о том, что такое желудочные заболевания, связанные в ряде случаев с объедением.

Каковы основы воздержания святых и подвижников от сластолюбия?

Как пишет схиархимандрит Софроний:

«Если бы принятие пищи не было бы безусловной необходимостью для физического существования, то подвижник целомудрия никогда бы не коснулся пищи и «не дал бы сна очам своим», все силы ума своего отдавая на мысль о Боге и на молитву».

Вот два примера воздержания в пище египетских подвижников.

К прп. Макарию Александрийскому была прислана кисть свежего винограда. Несмотря на то, что преподобного томил голод, он не стал ее есть, а отослал ее одному больному брату. Больной также не стал ее есть и переслал ее третьему брату.

Этот последний переслал ее четвертому и т. д., пока один из братьев снова не прислал ее прп. Макарию. Узнав кисть, преподобный возблагодарил Бога за проявление подобного воздержания со стороны братии его монастыря.

А вот один из эпизодов жизни в пустыне прп. Пахомия Великого со своим старцем Паламоном.

Когда настал праздник Святой Пасхи, Пахомий счел необходимым улучшить в этот день их скудный стол и влил в приготовленную пищу немного масла. Но старец Паламон, когда заметил это, то заплакал и не хотел принимать пищу, говоря: «Мой Бог был распят за меня, а я буду есть масло». Вот основание крайнего воздержания подвижников. Они так живо переживали искупительную жертву Христа, так пламенно Его любили, что телесные наслаждения на этой земле, облитой кровью Христа, казались им невозможными.

Преклонимся же перед их подвигами и горячностью любви ко Христу и, когда это будет возможно, и нам нужно пробовать в своей, хотя бы и слабой мере, подражать им в этом святом чувстве.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Питание в религиях: христианство

Христианство

Христианство – монотеистическая религия, основанная на жизни и учениях Иисуса Христа. В христианстве две священных книги Библия (Ветхий Завет) и Новый Завет. Если эти две священных книги расходятся в трактовке каких-то событий и вещей, то несомненное предпочтение отдается Новому Завету. Сами верующие считают христианство здоровым образом жизни.

Очень сильные расхождения в этих книгах по отношению к питанию. Христиане считают, что с приходом Христа многие законы и запреты перестали действовать. Законы существовали для достижения духовности, Христос показал, что любой человек духовен, своей смертью он искупил все грехи человечества.

По отношению к питанию примечательны слова: «Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною. Пища для чрева, и чрево для пищи.»(1Кор.6, 12-13)

То есть, человек может употреблять в пищу абсолютно все, но далеко не все полезно. А так как мы должны беречь свое тело как сосуд для души, то наша обязанность думать о здоровье и о том, как быть здоровым. Здоровое питание – залог здоровья, поэтому употреблять в пищу все подряд не рекомендовано, хоть и позволительно.

Именно эти принципы заложены в христианстве, где не существует полных запретов на какие-нибудь продукты, но существуют правила ограничений.
Разберемся более детально в питании христиан.

Первые люди были вегетарианцами, ели траву, плоды деревьев. Этим же питались все, «в ком есть душа живая». Эта пища была благоприятна для развития человека, первые люди, по словам из Библии, жили очень долго. Но условия изменились, люди размножились. Ною было разрешено в пищу «все движущееся, что живет». Строгий запрет был на плоть с кровью (душою), любую другую пищу можно было употреблять.

Такой способ питания существовал до того момента, когда особые указания по употреблению пищи получили евреи через Моисея (Левит и Второзаконие). Евреи были сильной, здоровой и умной нацией. Об этом можно судить по тому, что при переходе через пустыню не было заболевших. Об уме еврейских детей можно судить по рассказу о Данииле, жившему во дворце царя египетского. Даниил старался по возможности придерживаться законов кашрута (что было тяжело среди иноверцев). Питание пророка Даниила состояло из овощей, фруктов и злаков. Даниил перед царем показал себя умнее египетских мудрецов.

Иисус Христос, как иудей, придерживался законов питания своего народа. Но после его смерти и воскресения остался лишь один запрет: не есть идоложертвенное, хотя даже в этом случае, если человек не мог знать точно, что это за мясо, лучше было не задумываться о его происхождении. Тем не менее, в рацион включаются продукты, полезные организму. Давайте разберемся, почему.

Христианин должен быть живым свидетельством правильности учения Христа, здоровое тело во многом зависит от питания. Новый Завет содержит множество сведений об отношении христианина к пище. Главное, не налагать никакого бремени, кроме необходимого: воздерживаться от идоложертвенного, крови, мяса мертвого животного. И все. В христианстве запретов на вид пищи нет. А вот потребление ее строго регламентировано.

Во-первых, актуальна заповедь: не убий, которая распространяется не только на человека, но и на любое животное «с душою». Поэтому убийство животного допускается только при необходимости, когда нет никакой другой пищи. В современном мире другой пищи достаточно, поэтому отказ от мяса животных может только приветствоваться. К тому же, «добродетельный человек чтит жизнь животного».

Во-вторых, хоть и нет явного запрета на употребление в пищу свинины, но все-таки бесов Иисус отправлял в стадо свиней, то есть христианину стоит избегать включения в рацион мяса свиней. Жирное мясо способно вызвать заболевания сердца и психики (стадо свиней в ярости бросалось со скалы, и умирало от разрыва сердца).

В третьих, чем питался Иисус со своими сподвижниками? Как правило, это были плоды деревьев, в тени которых они отдыхали, хлеб, который можно было брать с собой в дорогу, и мед.

Когда проповеди Христа приходили слушать различные люди, которым надо было что-то есть, Христос кормил всех хлебом и рыбой. Он не стал кормить людей более сытным мясом, потому что на переваривание мясной пищи необходимо больше времени, мясо не способствует духовному развитию, кроме того, человеку надо отдохнуть, что непозволительно во время сжатых сроков, которые отводились на проповеди и учение.

Растительное масло применялось не только в пищу, но и в некоторых обрядах, можно сказать, что оно «благословенно», блудница, принесшая Иисусу Христу сосуд с маслом, была допущена к трапезе. Помните, что все сподвижники Христа – иудеи, которым сидеть за столом с не евреем запрещено, а есть продукты, до которых дотрагивался не иудей, – грех.

Как относился Иисус Христос к вину? Вино в рационе допустимо, но оно должно быть качественным (эпизод превращения воды в вино на свадьбе, когда вода стала качественным вином, значительно лучшим, чем подавалось в начале свадебной церемонии). Ни в коем случае нельзя напиваться, это грех.

Иисус Христос соблюдал длительные посты, в которые он практически ничего не ел. Для размышлений он отправлялся в пустыню, чтобы его никто не отвлекал, и не было всевозможных соблазнов. Сам он не говорил, чтобы следовали такой духовной практике все люди, это невозможно, но многие христианские святые, монахи и отцы церкви придерживаются правила соблюдения постов и отказываются от пищи животного происхождения, питаясь растительной пищей. Умеренность в еде необходима, чтобы не плоть руководила нашими поступками, а ум. Нельзя приносить мясо для освящения. Освятить можно плоды, хлеб, растительное масло, кагор, крупяные блюда. В особые дни допускается освящение сдобы (блины, куличи) и яиц. Ритуальная пища раздается голодным и бедным или съедается служителями церкви. Освященную пищу категорически нельзя выбрасывать или отдавать животным. Иисус Христос учил, а позднее повторили его апостолы, что ради еды не надо разрушать божье создание, если есть возможность поесть что-либо другое.

Подведем краткий итог питания в христианстве. Нет никаких запретов на употребление пищи, кроме пищи с кровью и мертвечины. Но употребление мяса не приветствуется, существует множество ограничительных постов и постных дней (в году их более 200). Почти столько же запретительных дней на молочные продукты и яйца (их меньше на неделю, в Масленицу допускается употребление молочных продуктов, а вот мясное уже есть нельзя). Постные дни – дважды в неделю (вне постов). В некоторые постные дни допустима рыба. На способы приготовления пищи запретов нет. Здесь уже можно сказать о традиционной русской кухне, в ней много супов, вторые блюда тушатся, запекаются (еда готовилась в русской печи, жарить на ней было очень трудно). Растительная пища используется по сезону, свежая или подвергшаяся тепловой обработке. Ее можно освящать, значит, именно фрукты и овощи благословенны. Мед не считается пищей животного происхождения, разрешен в пост, он предпочтительнее сахара, особенно в те дни, когда не рекомендуется употребление в пищу приготовленного руками человека. Пост предполагает некоторые дни питаться пищей, которую не надо готовить, то есть орехи, семечки, фрукты и овощи.

В целом такое питание можно назвать здоровым. Для православных, думающих о том, как быть здоровым всем членам семьи, питание в соответствии с канонами религии будет полезным. Разумное чередование употребления животной и растительной пищи, рациональное соотношение по употреблению насыщенных и ненасыщенных жиров. Мучная сдоба и сладости (конфеты, шоколад) по праздникам – это тоже разумно. Недостатки: хоть редко, но разрешена жирная пища животного происхождения (жирное мясо, сало), ограничения только в пост на употребление жирной молочной продукции (сливки, сметану, сливочное масло). Если строго придерживаться постов, то в рационе мало рыбы. Большинство христиан полагают, что рыба не относится к животной пище, и едят ее всегда. Но отношения к рыбе неоднозначны, например, в строгий Великий пост употребление рыбы разрешено всего дважды (Благовещение и Вход Господень в Иерусалим) и один раз икра (Лазарева суббота). Разрешение на свинину и свиное сало можно объяснить климатическими условиями. В России всегда было холодно, поэтому мясная пища необходима. А сало хранится лучше, чем мясо. Поэтому, чтобы продлить возможность потребления мяса, сохранялось и употреблялось в пищу сало.

Каждый человек, придерживающийся тех или иных религиозных убеждений, может подчеркнуть достоинства своего питания и объяснить недостатки (с точки зрения не адепта религии). Например, мусульманин скажет, что еда в пост в вечернее время объяснима жаркими климатическими условиями, днем в пище скорее размножатся всевозможные бактерии, приготовление пищи в вечернее время с этой точки зрения разумнее. Мясо, приготовленное иудеем, мягкое, менее калорийное, бульон от него прозрачен и вкусен. Христианин обилием множества постов и постных дней оправдает ежедневное употребление блинов в Масленицу и куличей в Пасху. Правильность питания своего народа могут отстаивать, причем аргументированно, и врачи. Хочется заметить, что главное при любом питании – умеренность. Если Вы задумываетесь над тем, как быть здоровым, продукты здорового питания можно найти в национальных кухнях любого народа.

Будьте здоровы!

ЗАЧЕМ ХОДИТЬ В ХРАМ?

Статьи — ОСНОВЫ ВЕРЫ

Что есть такого в Церкви, чего не найти нигде больше? Зачем человек ходит в храм?

«Зачем ходить в церковь?» На это ответить невозможно, потому что вопрос задан слишком по существу. Как на этот вопрос ни отвечай, никакого абсолютно полного ответа, наверное, дать невозможно. До конца на этот вопрос ответить нельзя, потому что тайна церкви – неисчерпаема, и что такое церковь не так-то просто объяснить.

Хотя у церкви есть масса разных внешних и внутренних признаков, по которым она определяется как церковь, поэтому она узнаваема, люди знают, что такое церковь, но совершенно не до конца себе представляют, что же в церкви происходит и, действительно, зачем же нужно ходить в церковь?

Дело в том, что церковь представляется многими из нас, большинством из нас, даже теми, кто давно ходит в церковь, как некое место, которое, прежде всего, отвечает твоим потребностям. То есть в церковь ходить надо для того, чтобы получить то, что я нигде кроме церкви получить не могу. Тогда в каком-то смысле ответ на этот вопрос «Зачем ходить в церковь?» может быть дан: в церкви ты получишь то, что нигде никогда в другом месте ты не получишь.

И, собственно говоря, люди за этим в церковь и идут. Они идут в церковь, потому что нигде как в церкви ты не сможешь покрестить своего ребенка, нигде как в церкви ты не сможешь отпеть своего усопшего родственника, повенчать свой брак, подать записки на молебен, освятить воду и масса-масса других вещей, ради которых люди ходят, вернее, не ходят, а приходят в церковь.

Но оказывается, одновременно с этим, если человек поставит вопрос немножко глубже, то он может сказать: «А мне это как раз от церкви не надо. Мне не нужна святая вода, я могу и без нее обойтись. Мне не нужно подавать записки, я и сам помолюсь. Мне не нужно ничего такого от Бога внешнего, потому что, если я верю в Бога, то я могу и сам без церкви сказать Ему главные слова, почитать Его Святое Евангелие, понять как мне жить». И он будет абсолютно прав.

Потому что когда человек немножечко глубже и серьезнее начинает относиться к своей вере и понимать, что, собственно, зажженная свеча перед иконой – это еще не есть вера, это еще не есть осуществление твоей веры. Что заказанный молебен водосвятный – это не есть еще твой путь ко Христу.

Даже крещение, которое совершается в храме, даже те таинства, которые совершаются в храме (когда человек их воспринимает для себя как такие отношения, что «мне это нужно, и я это получу»), когда церковь становится неким таким «комбинатом по оказанию особых услуг», духовных услуг, которые никакой иной институт или комбинат оказания услуг в этом мире не окажет.

Но церковь тогда оказывается очень земным комбинатом по оказанию неземных услуг. И тогда вопрос «Зачем ходить в церковь?», с одной стороны, получает свой маленький ответ, а, с другой стороны, этот вопрос «Зачем ходить в церковь?» начинает звучать еще более и более серьезно. Потому что, если мы ходим в церковь за этим, значит, мы еще в церковь не ходим. Значит, в общем-то, чего-то мы о церкви не знаем того, зачем она существует, для чего вообще она нужна, что это такое – церковь?

К сожалению величайшему, этот стереотип нашего мышления выработан веками, тысячелетиями. Он такой, что за оказанную услугу надо чем-то заплатить. И, если я хочу что-то получить, то это мое приобретение должно быть чем-то отблагодарено, что-то должно быть эквивалентом того, что я получаю. И в церкви люди как-то очень быстро придумали, как можно найти этот эквивалент своим духовным нуждам. И эквивалент оказался тем же самым – деньги, обычные деньги.

И тогда интересным становится, что, когда человек приходит в церковь, главным местом для него становится не алтарь, где совершается самое важное (потому что то, что там совершается, во-первых, никому не понятно в большинстве случаев, а, значит, и не очень интересно, потому что, если бы было интересно, сразу стало бы понятно), а церковный ящик, только церковный ящик!

Именно там происходит самая активная жизнь в церкви, именно там самое интересное. Именно там тебе могут что-то объяснить, что-то рассказать, куда-то направить, потому что там человек получает знание – перед какой иконой ставить свечу, какому святому при каком случае надо молиться, где «за здравие», где «за упокой», сколько стоит сорокоуст… И все! И тогда это оказывается центром нашей жизни. Кому-то именно это и нужно от церкви. К сожалению, большинству людей, огромному количеству людей именно это в церкви больше всего и нужно, и понятно, и очевидно, что, если я прихожу в церковь за этим, мне надо в церкви что-то получить и взять.

Но есть люди, которым это не нужно, которые от Бога хотят иного и от веры своей хотят иного. И тогда они ставят вопрос: «А зачем нужна церковь, если это в церкви мне не очень нужно, я могу и сам молиться. Я понимаю, что оттого, что я поставлю свечу перед иконой в храме или зажгу лампадочку у себя дома, разница невелика. Я и Бог. Зачем церковь?» Этот вопрос надо почаще ставить перед собой всем людям – и верующим, и неверующим – и обязательно искать на него ответ.

Потому что церковь существует не для того, чтобы мы здесь что-то могли вот таким образом приобрести. В церкви ничего нельзя приобрести по одной простой причине: церковь – это место, где раздаются дары. Не гуманитарная помощь, конечно, не какие-то спецзаказы, не надо выстраиваться в очередь, занимать место заранее, тут нет VIP-зоны, просто ЦЕРКОВЬ – ЭТО ТАМ, ГДЕ ХРИСТОС РАЗДАЕТ ДАРЫ.

Когда Господь раздает свои дары, Он от человека ничего не требует, Ему не нужно, чтобы за это Ему платили, нельзя заплатить за самое главное в церкви – за милость Божию, за любовь Божию, за возможность быть услышанным, за возможность быть прощенным. НЕЛЬЗЯ ЗАПЛАТИТЬ ЗА ТО, ЧТО ТЫ СОЕДИНЯЕШЬСЯ СО ХРИСТОМ. Но ведь это и есть самое главное, когда Господь раздает дары.

Вот только дары Божии не похожи на то, что мы хотим приобрести. Потому что обычно человек приходит в церковь именно за тем, что он обычно желает своим близким на Новый год: крепкого здоровья, успехов в работе и счастья в личной жизни. Вот эти три позиции – неистребимые позиции, которые составляют, собственно говоря, сущность нашего представления о счастье, благополучии, правильности нашей жизни. Действительно, прежде всего, человек в этом нуждается: в крепком здоровье, в хорошей работе и в счастье в личной жизни. Что еще надо человеку? Ничего не надо.

Человек исчерпывает себя этими тремя просьбами, пожеланиями, а Бог-то дает совсем другое. Может Господь подать и счастье, и здоровье, и успехи до какой-то степени, до какого-то определенного периода, на какое-то определенное время, когда человеку это необходимо, но вообще-то Он в мир пришел не за этим.

И если человек читает Евангелие, кроме того, что он за ящик подает записки, то он, с удивлением узнав Евангелие, увидит, что ничего подобного Господь в Евангелии никому, во-первых, не обещает, не гарантирует и даже не желает. Какие же тогда дары человек может получить от Бога и хочет ли он этих даров, желает ли он этих даров? Или он от Бога всегда хочет получить только то, что нужно ему в данный момент?

Так чаще всего и бывает, что человек приходит в церковь не потому, что он ждет от Бога даров, а за тем, что «мне нужно сегодня вот столько, а все остальное не надо, ровно настолько мне надо сегодня от Тебя получить, дальше Ты в мою жизнь не вмешивайся, дальше Ты ко мне не стучись». И тогда получается, конечно, нелепость полная, потому что церковь – то место, где Бог встречает человека.

Вообще-то человек встречает Бога обычно вне церкви. И чаще всего так с нами случается, с людьми, которые обратились к Богу, пройдя через какой-то жизненный путь, свои ошибки, через какие-то скорби человеческие, что мы встречаем Бога совсем не в церкви, а встречаем Бога в самых неожиданных местах. Иногда в таких местах, о которых люди неверующие могут только сказать: «Там Бога нет». А вот именно часто человек встречает Бога там, где другим, большинству, кажется, что там Бога быть не может или спрашивают: «Ну, где же Ты, Бог?»

Встречают Бога в жутких, страшных местах, где не место Богу, но человек может там встретить Бога, и эта встреча с Богом может его, и должна, и так обычно бывает, перевернуть, сделать его жизнь совсем иной. И вот так человек после встречи с Богом очень сильно меняется внутренне, если эта встреча произошла.

И понятно – Бог слышит человека везде. Не надо ходить в церковь, чтобы быть услышанным, это же понятно. Будешь ты в самолете лететь на небе – Бог тебя услышит. Будешь ты под землей в шахте замурованным с шахтерами – Бог тебя услышит. Будешь ты в подводной лодке – Бог тебя услышит. Где б ты ни был – на земле, под землей, под водой, на воде, на другой планете вместе с космонавтами, – Бог тебя услышит, потому что Бог рядом с тобой всегда и везде. И, конечно же, когда люди говорят, что Бог у меня в душе – да, в том числе и…

А второй момент, очень важный – Бог-то тебя слышит, а как ты Его слышишь? А важно ли теперь тебе услышать Бога? А нужно ли тебе услышать Бога? Или теперь тебе достаточно того, что Бог тебя услышал, ты Его встретил и теперь как бы все, точка, главное в твоей жизни определено, все стоит на своих местах?

Вот теперь надо понять: а что значит – слышать Бога? А что значит – идти к Нему? Что значит – жить в вере? И тогда вопрос «Зачем ходить в церковь, зачем нужна церковь?» приобретает свою актуальность, потому что церковь – то место, где Бог встречает человека не для того, чтобы тот служил Ему молебны, не для того, чтобы тот ставил Ему свечи перед иконами, не для того, чтобы совершались какие-то атрибуты обрядов, атрибуты веры, из которых человек может взять себе нечто удобное, удобоносимое, и вот сейчас, в данный момент, ему необходимое.

А это то место, где Бог дает человеку дары. ПРЕЖДЕ ВСЕГО, САМЫЙ ГЛАВНЫЙ ДАР, КОТОРЫЙ БОГ ПРИНОСИТ ЧЕЛОВЕКУ – ОН ПРИНОСИТ САМОГО СЕБЯ. НЕСТЕРПИМЫЙ, ТЯЖЕЛЕЙШИЙ, НЕВОЗМОЖНЫЙ ДЛЯ КАЖДОГО ИЗ НАС ДАР. БОГ СЕБЯ ВРУЧАЕТ ЧЕЛОВЕКУ. И ЭТО ПРОИСХОДИТ ТОЛЬКО В ЦЕРКВИ. И больше нигде. Потому что церковь – это обиталище Божественных даров и то место на земле, которое сам Бог определил как место, где Он отдает Себя людям, чтобы люди смогли Его воспринять.

Можно всю жизнь ходить в церковь, как очень многие об этом думают, многие смотрят, и совершенно к этому не имеют никакого отношения. Потому что когда человек приходит к Богу таким образом, те слова, которые Христос сказал на Тайной Вечере своим ученикам, в молитве обращаясь к Своему Отцу, когда Он говорит: «И все Мое Твое, и все Твое Мое» (Ин. 17:10). И вот человек, который приходит к Богу по-настоящему, он не может не сказать этих слов Богу: «Все мое – Твое». Это самые главные слова, которые человек может сказать Богу, отдать себя Богу, в руки Божии, вручить себя Богу.

Но ведь на эти слова такой ответ Христос говорит: «Все Мое – твое». И когда для человека становится очевидным, что Господь ему готов отдать «все Мое – твое», то вообще-то очень часто человек обычно отвечает: «А мне все Твое не надо. Мне-то надо от Тебя только это, это и это. А все Твое – это слишком тяжело. Это слишком страшно. Это слишком невыносимо». Но ведь это и есть дары Божии. Когда человек приходит на исповедь, таинство покаяния, что человек думает, что человек говорит? «Я приобретаю или я отдаю? Конечно, таинство исповеди существует для того, чтобы я снял с себя свои грехи, чтобы я очистил свою душу».

Когда человек к таинству покаяния подходит, что обычно с нами происходит? Ведь для нас же это таинство необходимо для нашего спасения, мы же хорошо понимаем, что без покаяния, без очищения души, без раскаяния человек не может войти в Царствие Небесное. Но ведь когда, например, мы каемся, Господь прощает наши грехи, какое чувство мы испытываем? Чувство облегчения, ведь, правда? Прежде всего, нам важно почувствовать, что мы освобождены, что с нас снят этот груз греха.

А ВООБЩЕ-ТО, ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК НЕ ПОНИМАЕТ, ЧТО БЫТЬ ПРОЩЕННЫМ – ЭТО БРЕМЯ, ЧТО БЫТЬ ПРОЩЕННЫМ – ЭТО ТЯЖЕЛЫЙ ДАР, ЗА КОТОРЫЙ НАДО ОТВЕЧАТЬ, ЧТО ЭТО – БОЛЬШАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, ТО ТОГДА НИКАКОГО ПРОЩЕНИЯ БЫТЬ НЕ МОЖЕТ. Потому что, если человек способен забыть, что он прощен, с легкостью отойти и не воспринимать прощение как бремя, как тяжесть, как тяжелый благодатный дар, тогда он никогда не поменяется. Тогда с ним ничего не произойдет, тогда он будет брать только то, что нужно ему теперь, он никогда не будет отдавать себя после этого.

То же самое происходит в таинстве причащения Святых Христовых тайн с нами, людьми воцерковленными. Потому что мы же сами знаем, когда нам это нужно – причащаться Святых Христовых тайн. И мы даже знаем, зачем нам это нужно, потому что мы воспринимаем таинство причащения Тела и Крови Христовых как тоже благодатный дар, как благодатную помощь нам в нашей жизни. Мы освящаемся, мы наполняемся благодатью, нам Господь дает силы, Он приходит к нам, чтобы очистить нас, чтобы нас с Собою соединить, но мы не понимаем самого главного – почему говорятся слова: «Тело ломимое, кровь изливаемая»?

Что это – причастие? Мы не понимаем и даже не хотим понять о том, что мы причащаемся страданиям Христовых, Его Креста, Смерти, Сошествия в ад и Воскресения. Это значит, что мы говорим, вот сейчас перед причастием мы читаем молитву Иоанна Златоустого: «Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистинну Христос, Сын Бога живаго…» А за этой молитвой стоят слова Апостола Петра: «Господи! с Тобой я готов и в темницу и на смерть…» (Мф.26:34; Мк.14:30; Ин.13:38).

Вот, когда человек причащается Христовых тайн, что он должен мыслить, что он должен говорить. Потому что, если я причастился Страданий Христовых, значит, я буду готов, что вместе с этим причастием мне Господь подаст весь Свой дар, всего Себя отдаст! Не ту часть, которую я хочу получить как приятное благодатное состояние, а вот то, самое главное, что за этим стоит – путь к Воскресению через Крест, страдания и ад. Но вот второй части мы не хотим, нам надо только это, в причастии нам надо только это, в исповеди нам надо это, в Соборовании – здоровья прежде всего, и так далее и тому подобное. И тогда понятно, зачем мы ходим в церковь.

Но за тем ли мы ходим в церковь и затем ли церковь существует, чтобы обслуживать наши религиозные потребности, как это совершенно замечательно поняли для себя советские атеисты, записав это в закон о религиях, что «культ обслуживает…» и так далее. А священник тогда – профессионал, тот, кто раздает и за это деньги получает. И такая церковь, и такое место, конечно, многих может ужасать и многим может не нравиться, потому что там, где торгуют благодатью, там Христа-то нет. Потому что Христос таких из церкви изгоняет, как в Евангелии написано.

А если человек приходит за дарами к Богу, готов сказать «Все мое – Твое» и в ответ не побояться услышать от Бога слова «Все Мое – твое», то церковь может существовать для человека, потому что церковь существует только за одним – церковь то место, где человек может стать похожим на Христа. Нигде, никогда, ни при каких обстоятельствах, ни в каком другом месте, ни в каком другом мире это не может с человеком произойти, а вот ТОЛЬКО В ЦЕРКВИ ЧЕЛОВЕК МОЖЕТ СТАТЬ ПОХОЖИМ НА ХРИСТА. Через церковь Господь подает ему Себя. И через это восприятие Христа, через жизнь по Евангелию в церкви человек потихонечку, понемножечку, через огромные труды несения креста становится похожим на Христа.

Вот так в свое время пришел в церковь князь, воин, женолюб, любитель пиров, вина, грозный, с одной стороны, наказатель и судья, и, с другой стороны, щедрый раздаятель всевозможных почестей, а через какое-то время стал святым равноапостольным князем Владимиром, которого стали звать Красно Солнышко. Вот каким он стал – похожим на Христа.

Вот также пришла в храм страшная отъявленная блудница, гадкая и мерзкая. Пришла в церковь, а потом стала преподобной Марией Египетской.

И таких людей, которые приходили в церковь одни и говорили: «Все мое – Твое, Господи! Мое страшное, ужасное, отвратительное, возьми меня таким, какой я есть, но до конца», а в ответ были готовы принять Христа, их – миллиарды, миллиарды, которые стали похожими на Христа. Церковь только ради этого и существует. Никакой другой задачи у церкви нет, как делать нас похожими на Христа.

Подготовила Тамара Амелина

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *