Что такое догмы

Содержание

Догмат

До́гмат(греч. δόγμα — мнение, решение, постановление), в религии — утверждённое высшими инстанциями положение вероучения, объявляемое непреложной истиной, не подлежащей критике (сомнению). В переносном значении то же, что догма.

История использования термина «догма», «догмат»

В истории были периоды, когда термин «догмат» использовался в различных смыслах, отличных от современного понимания этого термина.

  • В античной литературе у Цицерона словом dogma обозначались такие доктрины, которые, будучи общеизвестными, имели значение неоспоримой истины.
  • «Аттическими догматами» христианские писатели, например, Ориген и св. Исидор, называли некоторые выводы Сократа.
  • Учения Платона и стоиков также именовали «догматами».
  • У Ксенофонта «догматом» называется начальственное распоряжение, которому все, и командующие, и простые воины, должны беспрекословно подчиняться.
  • У Геродиана «догмат» — определение сената, которому беспрекословно должен подчиниться весь римский народ.

Этот смысл термин сохранил и в греческом переводе 70 толковников, где в книгах пророка Даниила, Эсфири, Маккавейских словом δόγμα называется царский указ, подлежащий немедленному исполнению, а также закон царский или государственный, безусловно обязательный для каждого подданного.

  • В Новом Завете, в Евангелии от Луки, δόγμα обозначает повеление кесаря о переписи народонаселения Римской империи.
  • В Деяниях св. Апостолов «догматы» — царские законы.
  • В Посланиях к Колоссянам и Ефесянам «догматы» — имевшие божественный авторитет законы Моисея.

Наконец, в книге Деяний (Деян.15:20-28) в первый раз словом δόγμα обозначаются те определения церкви, которые должны иметь непререкаемый авторитет для каждого ее члена. Из употребления этого слова у Игнатия Богоносца, Кирилла Иерусалимского, Григория Нисского, Василия Великого, Иоанна Златоуста, Викентия Лиринского и других Отцов Церкви понятие о догмате выясняется с большей подробностью:

  1. Догмат есть непререкаемая божественная (данная через божественное откровение) истина, и в этом смысле догматы веры называются Божьими (δόγμα τοΰ Θεοΰ), Божественными (δόγμα Θεία), Γосподними (δόγμα τοΰ Κυρίου). Они противопоставляются продуктам человеческого, особенно так называемого спекулятивного мышления и личным мнениям.
  2. Догмат есть истина, относящаяся к внутреннему существу религии, т. е. истина теоретического, или созерцательного, учения веры, чем он отличается от правил жизни, или практической деятельности христианина.
  3. Будучи происхождения божественного, догмат есть истина, определяемая и формулируемая Церковью, потому догматы обыкновенно называются догматами Церкви (τά τής έκκλησίας δόγματα), или догматами церковными (τά έκκλεσιαστικά δόγματα).
  4. Догмат есть истина, безусловное признание которой совершенно необходимо для христианина, чтобы по праву причислять себя к составу Церкви.

Таким образом, основные свойства догматов в православии (и христианстве), рассмотренные здесь ниже, вытекают из святоотеческого понимания содержания догмата.

В христианстве

Термин «догмат» в собственном значении употребляется преимущественно в христианстве и обозначает теологическую, богооткровенную истину, содержащую учение о Боге и Его домостроительстве, которое Церковь определяет и исповедует, как неизменное и непререкаемое положение веры.

  • Христианские догматы устанавливаются на Вселенских Соборах.
  • Сознательный отход от догмата (полное неприятие или иная трактовка) называется ересью и часто приводит к религиозным конфликтам.
  • Краткое изложение догматов называется катехизисом.

Предпосылки появления догматов

Догматическая база христианской церкви была сформирована в эпоху семи Вселенских Соборов как ответ Вселенской Церкви на еретические движения, распространявшиеся в христианстве (особенно с III по IX век). Каждый догмат устанавливал как бы преграду дальнейшему развитию еретического учения, отсекал ложные направления в развитии понимания учения Церкви.

Сущность всех догматов, богооткровенная истина, уже содержалась в Священном Писании, и сначала не было необходимости в облечении христианского учения в рамки догматической системы. Однако потребность человеческого разума в лучшем, более понятном ему, логичном толковании ещё не оформленного догматически, во многих местах трудно принимаемого христианского учения привела к появлению и развитию философско-богословских школ в первые века христианства. В этих школах (главным образом в Антиохийской и Александрийской) и появились первые ереси. Для их обнаружения и искоренения периодически собирались Вселенские Соборы, на которых и устанавливались догматы — в форме кратких определений истин христианского Откровения. Они ярко и точно обличали еретические учения. Догматические соборные определения в эту эпоху обозначались греческим словом «о́рос» (греч. ὅρος — «предел», «граница»), или латинским «терминус» (лат. terminus). Догмат, или орос — предел, или граница вероучения, — должен был, как граница дороги, вернуть христианскую мысль в верное русло, разграничить истинное церковное учение и еретическое.

Догмат и связанные понятия

Догмат и догматическая формула

Следует различать понятия догмата как такового и догматической формулы. Догмат в своей сущности неизменен, он содержит богооткровенную истину, данную Самим Богом, и именно поэтому его нельзя изменять по воле человеческого разума. Однако догматическая формула может изменяться. Это так называемый способ выражения вероучительной истины, словесная оболочка догмата, которая может дополняться и видоизменяться, не затрагивая при этом заключённого в ней догматического смысла, сути. Так, формулировка догмата о Пресвятой Троице, установленного на I Вселенском Соборе, была дополнена на II Вселенском Соборе.

Догмат и теологумен

Наряду с понятием «догмат» в богословии существуют понятия «теологумен» и «частное богословское мнение». Теологумен — также вероучительное положение, не противоречащее догматам, но не являющееся обязательным для всех верующих. Он должен основываться на высказываниях святых Отцов Церкви. Частное богословское мнение при этом — размышление, мнение отдельного богослова, прямо не противоречащее догматам, не обязательно встречающееся у Отцов Церкви. Догмат таким образом стоит безусловно выше теологуменов и частных богословских мнений.

В православии

В православной догматике принимаются догматы, определённые в оросах только первых семи Вселенских Соборов, принимаемых Восточной церковью. Это не исключает появления новых догматов в дальнейшем, при условии составления их Вселенским Собором, который в Православной церкви не собирался с 787 г.

Свойства догматов

В православной догматике выделяются следующие свойства догматов:

  1. Теологичность (вероучительность) — свойство догматов по содержанию, то есть что догмат содержит только учение о Боге и Его домостроительстве. В догматах не определяются истины нравоучительные, литургические, исторические, естественно-научные и т. д.
  2. Богооткровенность — свойство догматов по способу их получения. Это означает, что догматы не выводятся логическим путём, а происходят из Божественного Откровения, то есть даются человеку Самим Богом.
  3. Церковность — свойство догматов по способу их существования и сохранения. Это означает, что догматы могут существовать только во Вселенской Церкви, и вне её догматы, как основанные на Откровении, данном всей Церкви, не могут возникать. Именно Церковь, на Вселенских Соборах, имеет право закреплять за теми или иными вероучительными истинами именование догматов.
  4. Общеобязательность — свойство догматов по отношению к ним членов Церкви. Догматы выступают в роли правил и норм, не признавая которые, нельзя являться членом Церкви.

Список догматов в православии

Основная статья: Догматы православия

  1. Догмат о Пресвятой Троице.
  2. Догмат о грехопадении.
  3. Догмат об Искуплении человечества от греха.
  4. Догмат о Воплощении Господа нашего Иисуса Христа.
  5. Догмат о Воскресении Господа нашего Иисуса Христа.
  6. Догмат о Вознесении Господа нашего Иисуса Христа.
  7. Догмат о Втором Пришествии Спасителя и Страшном суде.
  8. Догмат о единстве, соборности Церкви и преемственности в ней учения и священства.
  9. Догмат о всеобщем воскресении людей и будущей жизни.
  10. Догмат о двух естествах Господа Иисуса Христа. Принят на IV Вселенском Соборе в Халкидоне.
  11. Догмат о двух волях и действиях в Господе Иисусе Христе. Принят на VI Вселенском Соборе в Константинополе.
  12. Догмат об иконопочитании. Принят на VII Вселенском Соборе в Никее.

Догматы с 1 по 9 содержатся в Никео-Цареградском Символе веры. Приняты на I Никейском и дополнены на II Вселенском Соборе в Константинополе. Догмат о грехопадении (повреждённости духовной природы всего человечества, вслед за Адамом) неявно вытекает из Никео-Цареградского Символа веры, но также является неотъемлемой частью православного вероучения.

Никео-Цареградский Символ веры является единой догматической формулой, подразделяющейся на 12 членов, содержащих догматическую основу христианства.

В католицизме

В католической церкви развитие догматической науки пошло по пути установления новых догматов, в результате чего сегодня количество вероучительных определений, возведённых в достоинство догмата, в римо-католической догматике больше, чем в православной церкви. В римо-католической церкви считается, что необходимость увеличения числа догматов обусловлена продолжающимся уяснением богооткровенной истины, содержащейся в Церкви. До появления нового догмата эта истина сокрыта или неясно переживаема для соборного сознания Церкви.

Список догматов в католицизме

Помимо догматов православной церкви (с поправкой на филиокве) в католической имеются дополнительные, в большинстве принятые на Вселенских Соборах римо-католической церкви.

  • Поправка к Никео-Цареградскому Символу веры, филиокве. Введёна в 589 г., Толедский собор, Испания. Утверждена в Риме на коронации германского императора Генриха II в 1014 году, при папе Бенедикте VIII.
  • Догмат о чистилище. 1439 г., Ферраро-Флорентийский собор, г. Феррары. Подтверждён в 1563 г. на Тридентском соборе.
  • Догмат о непорочном зачатии Девы Марии. 1854 г., постановление Пия IX.
  • Догмат о безошибочности папы по делам веры и морали (ex cathedra: с кафедры). 1870 г., Первый Ватиканский собор.
  • Догмат о Вознесении Девы Марии. 1950 г. — возникновение, 1964 г. — подтверждение, в Lumen Gentium, догматической конституции Второго Ватиканского собора.

Догматы в других религиях

Догматы в значении непреложной вероучительной истины существуют также во многих других основных религиях. Систему догматов имеют иудаизм, христианство и ислам.

В буддизме ни одно из положений учения Будды не является непреложной истиной по определению, а подлежат тщательной критической проверке на личном опыте и результаты зависят от самого человека.

Чем не является догмат

Нижесказанное относится преимущественно к православно-христианскому пониманию понятия «догмат», однако отдельные положения можно отнести и к другим религиям.

Ввиду того, что понятие «догмат», «догматическое мышление» и прочие часто неправильно понимаются в обществе, следует отметить основные ошибки этого понимания:

  • Догмат не есть магическая формула, повторением которой можно чего-то достичь.
  • Догмат не бесполезен (даже вне рамок религиозной философии и богословия). Без знания догматической базы нельзя осмыслить никакое вероучение в его сущности, тем более, если оно претендует на выход за рамки земного бытия.
  • Догмат — не закостенелое, мёртвое, безосновательное утверждение. Лишь наличие догматов в вероучении позволяет ему иметь структуру, онтологический смысл, не ограничиваться лишь нравственным, литургическим, каноническим или каким-либо иным аспектом.

Оросы Вселенских Соборов — не есть могильные плиты, приваленные к дверям запечатанного гроба навек закристаллизованной и окаменелой истины. Наоборот, это верстовые столбы, на которых начертаны руководящие безошибочные указания, куда и как уверенно и безопасно должна идти живая христианская мысль, индивидуальная и соборная в её неудержимых и беспредельных поисках ответов на теоретическо-богословские и прикладные жизненно-практические вопросы.

— Карташёв А.В. Вселенские Соборы

  • Догмат — не чуждое дополнение к Священному Писанию.

Догмат ни в коем случае не новое откровение. Догмат — это только свидетельство. Весь смысл догматического определения сводится к свидетельствованию непреходящей истины, которая была явлена в Откровении и сохранилась от начала.

— протоиерей Георгий Флоровский

  • Догмат не сковывает сознание, а позволяет ему, образно выражаясь, стоять на ногах, иметь опору в рассуждениях богословского характера. В сфере личной религиозной жизни (духовной жизни) догматика лежит в фундаменте и молитвы, и богослужения, и других её осмысленных проявлений.

Православные догматы не суть путы для мысли, не кандалы <…> но разве лишь предохранительные определения, которыми Церковь хочет поставить разум человеческий в надлежащую перспективу, в которой для него открывалась бы возможность беспрепятственного и безостановочного движения вперёд, с исключением опасностей уклонения в сторону, на пути обманчивые.

— проф. Введенский А.И.

  • Догмат нельзя уяснить логическим, рассудочным путём. Он требует святоотеческого толкования. Простое знание догматической формулы ещё не означает проникновение в суть содержащейся в догмате истины.
  • Догмат ненаучен. Он не обязан вписываться в логические рамки. Это предмет веры и, как правило, он содержит алогические элементы.

Credo quia absurdum est («Верую, ибо абсурдно»)

— Тертуллиан, II—III в. De Carne Christi (О плоти Христа)

  • Не всякая бесспорная вероучительная истина является догматом. Догматами являются лишь те из них, которые названы таковыми на Вселенских Соборах.

> См. также

  • Догматика
  • Догматы православия
  • Догматы католицизма
  • Догматизм
  • Адогматизм
  • Аксиома — аналог в науке

Примечания

  1. Неверно: догма́т, однако толковый словарь Ефремовой допускает такое произношение как разговорное. В Словаре правильной русской речи (Соловьев Н. В. Словарь правильной русской речи. Ок. 85 000 слов : Более 400 коммент. / ИЛИ РАН ; Н. В. Соловьев. — М.: ООО «Издательство АСТ» : ООО «Издательство Астрель» : ООО «Транзиткнига», 2004. — 847 с. — (Словари Академии Российской)) приведено так: «догма́т и уход. до́гмат…»)
  2. Энциклопедия Брокгауза и Ефрона. ДОГМАТ.
  3. Домостроительство — здесь: богословское понятие, обозначающее творение Богом человечества и устроение Им пути восстановления его падшей природы.
  4. 1 2 «устанавливаются» — потому что на возможных в будущем Вселенских Соборах могут выделяться новые догматы, как в католицизме, так и в православии. Отдельные католические догматы введены вне Вселенских Соборов
  5. Хотя некоторые христианские церкви отвергают догматы, принятые после II Вселенского Собора, базовый догматический состав, содержащийся в Никео-Цареградском Символе веры, сформированный первыми 2-мя Соборами — общий для всех (с поправкой на filioque в католицизме).
  6. Православная энциклопедия «Азбука веры»
  7. Каноны или Книга правил.
  8. В том смысле, что его нельзя ни доказать, ни опровергнуть.
  9. В этом сочинении выражение стоит в форме prorsus credibile est, quia ineptum est, т.е. «совершенно достоверно, ибо нелепо».

Литература

  1. Давыденков О. В., иерей. Догматическое богословие. — М., 1997.
  2. Каноны или Книга правил. — СПб, 2000 год.

Для улучшения этой статьи желательно?:

  • Викифицировать статью.
  • Переработать оформление в соответствии с правилами написания статей.

Зачем нужны догматы?

Догматизм против догматов

Слову «догмат» (и производным от него) в нашем языке очень не повезло. Для светских людей это слово имеет отчетливо негативный характер. В бытовом языке оно уже вошло в речевые штампы, такие как «наука опровергла религиозные догматы» или «христианские догматы сковывают современного человека». Люди, которые употребляют подобные штампы, обычно затрудняются назвать догматы, о которых идет речь, и указать, в чем их суть. Что же такое догматизм для нецерковных людей? Насколько можно понять, под ним понимается отказ думать, отказ принимать участие в рассмотрении чего-либо, что может поколебать устоявшиеся мнения, то есть интеллектуальная нечестность и закрытость.

В этом понимании догматизм, несомненно, дурное качество: это одно из проявлений гордыни — отказ признать свое мнение ошибочным, даже когда эта ошибочность совершенно очевидна. Людям свойственно ошибаться, а людям нерассудительным — настаивать на своих ошибках. Догматизм такого рода никак не связан ни с Православием, ни с религией вообще — атеизм в этом смысле всем догматикам догматика; хотя, конечно, и люди верующие от него не застрахованы. Однако такой «догматизм» в лучшем случае очень слабо соотносится с догматикой Церкви. Это хотя и однокоренные слова, но, пожалуй, общий корень — это все, что у них есть общего. Мы живем в парадоксальной культуре, которая восхваляет разум — и отказывается думать; превозносит знания — и не желает знать; настаивает на интеллектуальной открытости — и игнорирует все, что не вписывается в ее систему воззрений. В этой культуре принято считать, что духовность менее всего нуждается в четких определениях. Так ли это? Для того чтобы понять, почему Церковь так настаивает на своих догматах, нужен отказ от догматизма; нужна определенная степень свободы и открытости. Нужна готовность усомниться в общих мнениях; нужно — употребим это слово — свободомыслие, чтобы не соглашаться с телевизором. Итак, давайте попробуем разобраться, что же такое догматы и почему они так важны.

Догматом в Церкви называется соборно принятое вероучительное положение; важнейшие догматы приведены в Символе веры, который поется за каждой Литургией и ежеутренне читается христианами. Догматы обязательны для всех членов Церкви; если человек не разделяет их, он не является православным христианином. Многим людям это кажется непонятным. Почему у веры должны быть четкие и обязательные рамки?

О различиях между ангелами и эльфами

Есть разные способы, которыми можно изобразить эльфов — в виде мудрых и прекрасных существ, как эльфы Толкина; в виде существ глуповатых и некрасивых, как домашние эльфы у Роулинг; в виде остроухих девочек с луками, как в японских комиксах, или как-то иначе. Любой человек, который станет горячо уверять, что подлинные эльфы такие и только такие, а любые попытки изобразить их как-то иначе есть гибельное заблуждение, покажется просто сумасшедшим.

Большинство людей согласны, что эльфов не существует — какой смысл спорить о форме ушей вымышленных существ? Даже если человек в определенном смысле верит в эльфов — то есть его согревает мысль о том, что где-то в глухих местах или в иных измерениях эльфы существуют — какая-либо догматика в этой вере покажется ему неуместной. Вера в эльфов — совсем не вопрос жизни и смерти: даже если сам человек относится к ней очень трепетно, он понимает, что другие люди без нее отлично обходятся. Если у них тоже есть какие-то мечты, согревающие душу, то это могут быть совсем другие мечты. Если вы впали в неправильные воззрения относительно эльфов — вам это ничем не грозит; если с верностью держитесь правильного — вам это ничего не обещает. Да и имеет ли вообще смысл говорить о правильных или неправильных взглядах на эльфов? Каждый волен выбирать, что ему больше нравится. Вера в эльфов адогматична.

Когда мы говорим не об эльфах, а, скажем, о токе высокого напряжения, наши взгляды становятся гораздо более жесткими; как известно, инструктор по технике безопасности есть зануднейший из людей. Относительно тока вы не можете верить в то, что вам больше нравится. Есть правильные и неправильные взгляды на ток, и неправильные взгляды могут стоить вам жизни.

Почему можно позволить себе адогматичный подход к эльфам, но не к электричеству? Дело в том, что электричество существует на самом деле. Оно относится к реальному миру. В отношении вымышленных существ всякий волен фантазировать, реальность же такова, какова она есть, независимо от того, что мы о ней думаем. Как говорит школьный учебник физики, «реальность — это то, что существует независимо от нас и наших мыслей об этом». У реальности есть некая упрямая «несговорчивость» — она никак не зависит от наших верований. Это означает, что некоторые представления о реальности верны, некоторые — ошибочны. Когда нам приходится действовать в реальном мире, мы прекрасно понимаем, что руководствоваться неверными представлениями опасно. Не стоит разубеждать человека, который неправильно мыслит об эльфах, но нам определенно стоит попытаться переубедить человека, который неправильно мыслит о токе высокого напряжения. Если люди придерживаются разных представлений о таком месте, как Москва, то некоторые из этих представлений истинны, некоторые — нет. Если человек уверен, что по заснеженным улицам Москвы белые медведи ходят в поисках развесистой клюквы, он ошибается. В реально существующей Москве белые медведи по улицам не ходят, а клюква — кустарник стелющийся и развесистой не бывает, да и на асфальте не растет.

Реален ли Бог? Если правы атеисты и Бог не более реален, чем эльфы или Дед Мороз, а вера — просто мечтание, вымысел, сказка, которая может принести немного утешения и, может быть, нравственного наставления, то в догматах действительно нет никакого смысла. Но если Бог реален — и, как полагает Церковь, более реален, чем что бы то ни было, то некоторые утверждения о Нем истинны, а некоторые — ложны. Одни люди придерживаются глубоко ошибочных представлений о Нем, другие — менее ошибочных, взгляды третьих при возможных непринципиальных ошибках в целом истинны. Признавая это, мы не впадаем в узость; мы просто признаем, что Бог существует на самом деле. Вера как мечтание адогматична; вера как определенные взаимоотношения со сверхъестественной реальностью неизбежно предполагает некое знание и некие правила — догматы.

Есть ли у нас надежда?

Много раз за последние примерно двести лет нам предлагали очищенное, адогматичное христианство. Известным, хотя далеко не единственным его проповедником был Лев Толстой. Да и в наше время популярная писательница Людмила Улицкая говорит в своем романе «Даниель Штайн, переводчик»:

«Достойно и правильно вести себя важнее, чем соблюдать обряды. “Ортопраксия”, правильное поведение, важнее, чем “ортодоксия”, правильное мышление. Это и есть острие разговора. Признание или непризнание Иисуса Мессией, идеи Троичности, Искупления и Спасения, вся церковная философия не имеют никакого значения, если мир продолжает жить по законам ненависти и эгоизма».

Она озвучивает очень популярный в наше время тезис. Этические заповеди — это более-менее понятно, а вот «Троица, Искупление… вся церковная философия» — это что-то непонятное и, по-видимому, ненужное, что только затуманивает «простое учение Христа». Популярность этой точки зрения связана с частичной истиной, которая в ней есть, — религиозность, которая тщательно хранит обряды, исповедует на словах правую веру, но попирает своих ближних, много раз обличена еще пророками. И правильно, по всей форме совершаемое богослужение, и правильное вероучение может быть тщетным перед Богом, если при этом человек «обижает сироту и не вступается за вдову».

Зачем же тогда нужна вера в Божество Христа и другие догматы? Вопрос о том, зачем нужны догматы, как и любой вопрос «зачем», предполагает какую-то цель, которой мы хотим добиться. Зачем нужна карта? Чтобы путешествовать. Зачем нужен номер рейса? Чтобы улететь туда, куда мы хотим, а не на другой конец земли. Зачем нужен телефон друга? Чтобы разговаривать с ним. Если мы не собираемся никуда отправляться и не собираемся поддерживать отношений с друзьями, нам все это не нужно.

Зачем нужны догматы? Может быть, не очень хорошо отвечать вопросом на вопрос, но иначе не ответишь — а что мы вообще хотим от жизни? Для профессиональной карьеры, путешествий в другие страны, заботы о здоровье догматы не нужны. Есть ли в жизни более глубокий смысл? Обещано ли нам что-то большее? Иногда мы переживаем опыт красоты и величия, чуда и тайны, благоговейного трепета; что это: просто иллюзия, побочный эффект биохимических процессов, происходящих в мозгу, или через ткань привычного нам мира просвечивает нечто большее? Завершается ли наша жизнь старостью и смертью или смерть — это дверь, ведущая куда-то? Когда мы в трудную минуту взываем к Богу — есть ли Тот, Кто нас слышит? Иногда смертельная опасность, горе, болезнь вытряхивают человека из привычного, налаженного хода жизни, и он оглядывается в поисках ответов. Иногда внешне ничего необычного не происходит, но человек останавливается, как громом пораженный, и, как внезапно проснувшийся, будто впервые замечает солнце на небе. В самом деле, есть ли Бог? Могу ли я взывать к Нему и надеяться на Него? Иначе говоря, есть ли у нас надежда? Можем ли мы встретить Того, Кто любит нас и спасет?

Церковное христианство и то «христианство без догматов», которому симпатизируют многие наши современники, отделяет друг от друга именно вопрос о надежде. Если нам предстоит смириться с тем, что никакой вечной надежды у нас нет, что никакое небесное спасение нас не ожидает — мы умрем и будем как вода, вылитая на землю, которую уже нельзя собрать (2 Цар 14:14), тогда все, о чем стоит позаботиться, — это по возможности не причинять друг другу боли в те краткие годы, которые у нас есть между рождением и смертью — между небытием и небытием. «Дедогматизация» христианства, сведение Иисуса к учителю доброты означают отказ от надежды: ты состаришься, изветшаешь и умрешь, как и все, кого ты любишь; все, что тебе может дать Иисус, — это немного человеческого тепла и поддержки в общине тех, кто последует его моральному учению всерьез. Фраза из романа Людмилы Улицкой «веруйте, как хотите, только заповеди соблюдайте, ведите себя достойно» прекрасно выражает суть дела — никакой реальной надежды у вас нет, поэтому можете фантазировать как угодно — не имеет значения как.

Впрочем, с человеческим теплом тоже в итоге оказывается небогато: мы, люди, существа эгоистичные и склочные, и нередко беда тех, кто мечтает о бездогматичном христианстве, — в том, что они не могут вписаться ни в одну реально существующую общину.

Низведение Христа до уровня Джона Леннона с его песней Аll you need is love («Все, что тебе нужно, — это любовь») делает христианскую веру столь же бессмысленной, как вера в Джона Леннона, который может лишь напомнить вам, в чем вы нуждаетесь, но не может вам этого дать.

Но Евангелие — это не весть о том, как нам жить так, чтобы по возможности друг друга не мучить; вернее, это в Евангелии не главное. Закон проповедан уже пророками, в небиблейском мире ему можно найти многие параллели, в этом отношении Новый Завет не оригинален. Евангелие — это возвещение о Надежде. Человеческая жизнь глубоко трагична; тот, кто этого еще не понял, непременно поймет. Евангелие провозглашает надежду перед лицом ужаса, отчаяния и неизбежной смерти; оно говорит о том, как Бог стал человеком и погрузился в ужас, муку и смерть глубже любого из нас, и восстал из мертвых, победив все это — победив для каждого, кто обратится и уверует. Это надежда над гробом близкого и любимого человека, надежда на собственном смертном одре; и именно эту надежду и охраняют догматы.

Кто такой Иисус?

Если Иисус — просто учитель нравственности, никакой надежды у нас нет — давайте отдавать себе в этом отчет. Смерть не побеждена. Никакой небесный Иерусалим нас не ожидает. Но помимо толстовства — во всех его многочисленных изводах — в истории христианства были и другие ереси. Многие из них признавали Иисуса выдающимся Божиим посланником, даже (в определенном смысле) Сыном Божиим. Однако Церковь настаивала — и настаивает — на том, что Господь наш Иисус Христос есть совершенный Бог и совершенный человек. Это догмат, и те, кто не принимает его, чужды православной вере.

Почему это так? Давайте обратимся к самым, наверное, известным словам Писания — Бог есть любовь. Множество людей, которые никогда не открывали Библию, знают эти слова; немногие знают, кому они принадлежат, — их приписывают то Льву Толстому, то каким-то индийским учителям, то еще кому-то. На самом деле их произносит апостол Иоанн: Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь. Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него. В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши (1 Ин 4:8-10). О том же говорит и апостол Павел: Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками (Рим 5:8).

Если мы немного задумаемся над словами апостолов, они покажутся нам очень странными. Каким же это образом страшная смерть Праведника может быть свидетельством Божией любви? Нам в голову не придет усматривать Божью любовь в том, что хорошего, праведного человека оклеветали, неправедно осудили, подвергли издевательствам и истязаниям и наконец убили изощренно-мучительной смертью. Человеческую верность тут усмотреть можно — но вера в Божию любовь может скорее поколебаться. Но апостолы видят здесь неколебимое основание и неиссякаемый источник веры именно в Божию любовь. Почему? Потому что для Апостолов жертва Христа есть жертва со стороны Бога; а это имеет смысл только в том случае, если мы разделяем веру апостолов в то, что Христос — Бог. В Иисусе Христе Бог и человек являются одной личностью, и жертва, которую ради нашего спасения приносит Христос, есть жертва, принесенная Богом. Слова Бог есть любовь апостол Иоанн произносит, имея в виду Бога, Который стал человеком и принял муку и смерть ради спасения своих мятежных творений. Это основание нашей веры в любовь Божию и ограждают догматы, и ограждают они ее от попыток ересей эту веру разрушить.

Еретики прошлого оспаривали либо Божество Христа, либо Его человеческую природу; для докетистов (и позже катаров) человеческая природа Христа была иллюзорной; ариане, хотя и признавали Христа сверхъестественным Сыном Божиим, отказывались видеть в нем Бога, совечного Отцу.

То и другое обращало нашу надежду в прах: если Иисус — не человек, то никакого Искупления не произошло. Он остается глубоко чужд тому человеческому роду, который вроде бы пришел спасти; Голгофа — не высшее проявление спасающей любви Божией, а иллюзия, голограмма, киношный спецэффект. Если Он не Бог, то никакой Божией любви в Голгофе нет — более того, есть ее отрицание. В этом случае вовсе не Бог в плоть облекся и был распят и погребен за нас, неблагодарных и злонравных, а Бог отдает на смерть глубоко преданного Ему праведника. Является ли этот праведник просто человеком (как полагают либеральные богословы) или высшим из ангельских творений (как полагал Арий еще в IV веке и полагают современные свидетели Иеговы), в любом случае он — не Бог, и его жертва — это никак не жертва со стороны Бога.

И вот, чтобы защитить нашу надежду, и принимается на четвертом Вселенском Соборе Халкидонский догмат — Церковь четко формулирует свою изначальную веру в то, что Иисус — совершенный Бог и совершенный человек. Мы можем отказаться его признавать, но тогда апостольская вера в то, что Бог есть любовь, — не наша вера. В этом случае Бог (как бы мы Его себе ни представляли) не облекся в нашу плоть и не принял нашу смерть, чтобы спасти нас.

Человек, который отказывается признавать догматы, не может разделить нашей надежды — отнюдь не потому, что мы ему этого не позволяем, но потому, что вся наша надежда держится на том факте, что Бог облекся в человека и страдал ради страдающего, был умерщвлен ради умерщвленного и погребен ради погребенного.

Если вы действительно отправляетесь в путь

Открывая Евангелие, мы оказываемся в ситуации выбора — дверь открыта, нас зовут, мы можем отозваться и отправиться в путь. И тут догматы оказываются предметом не теоретического рассуждения, а повседневной практики. Простейшее и самое очевидное проявление веры — молитва — уже догматична. Вы можете говорить, что «признание или непризнание Иисуса Мессией, идеи Троичности, Искупления и Спасения, вся церковная философия не имеют никакого значения» только до определенного момента: до тех пор, пока не попробуете помолиться. Как только вы приступите к молитве, перед вами неизбежно встанет вопрос — обращаться ли к Иисусу как к Господу и Спасителю или нет; произносить слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу или нет. При этом отказ исповедать Иисуса Господом будет выбором никак не менее догматическим — только выбором других догматов. Любая молитва и любой акт поклонения Богу требуют определенного вероисповедного выбора — и избежать его можно, только отказываясь от молитвы. Пока мы не собираемся никуда идти и только рассуждаем о путешествиях, мы можем считать неважным, каким путем идти, или полагать все пути одинаковыми; но как только мы решаемся идти, мы выбираем вполне определенный путь и отказываемся от других.

Невозможно лукавить в молитве; невозможно обращаться к Иисусу как к Господу и Сыну Божию и в то же время не верить в это или полагать это неважным. Однако речь идет не только о том, какими словами мы обратимся — и какими не обратимся — к Богу. Личное отношение христианина к Богу, его личное доверие и надежда неразрывно связаны с верой в определенные истины о Боге. Доверие и надежда — и как жизненная позиция, и как эмоциональное переживание — стоит на определенном, догматически четком представлении о Боге; если мы разрушаем это представление, мы разрушаем все — доверие, надежду, духовную жизнь и этику.■

ДОГМАТЫ

Догматические определения, принятые на Вселенских Соборах, не создавали какую-то новую веру, но облекали изначальную веру Церкви в четкие формулировки, которые должны были защитить ее от искажений. Все такие формулировки принимались в ответ на выступления лжеучителей-еретиков.

Основная часть догматов сосредоточена в Никео-Цареградском Символе Веры, составленном из решений Первого (Никейского) и Второго (Константинопольского) Вселенских Соборов.

В Символе Веры мы исповедуем веру в Бога, единого в Трех Лицах: Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа. Веру в Боговоплощение, совершившееся в Иисусе Христе, в Его жертвенную смерть ради нас, в телесное воскресение, в вознесение, в предстоящее второе пришествие и в вечное спасение верующих.

Мы исповедуем, что Церковь создана Господом Иисусом и именно в ней Он совершает наше спасение.

На последующих Вселенских Соборах православная догматика была дополнена тремя важнейшими определениями, которые не вошли в текст Символа Веры, так как были приняты Церковью уже после его формирования.

На Четвертом Вселенском Соборе был сформулирован догмат о двух природах Христа: Божественной и Человеческой, которые соединились в воплотившемся Спасителе неслитно, неразлучно, нераздельно и неизменно. Этот догмат также называют Халкидонским, по названию города, в котором проходил Вселенский Собор.

На Шестом Вселенском Соборе был принят догмат, утверждающий, что в Иисусе Христе есть две воли и два естественных действия — Божественное и Человеческое. Они соединены неразлучно, неизменно, нераздельно, неслиянно, подобно двум природам Спасителя. При этом воля человеческая во Христе полностью подчинена воле Божественной.

На Седьмом Вселенском соборе Церковь приняла догмат о почитании святых икон. Смысл его заключается в том, что «честь, воздаваемая образу, переходит к первообразному, и покланяющийся иконе покланяется существу изображеннаго на ней».

Из Последования ко Святому Причащению. Молитва 1-я, Василия Великого. — Ред.

Святитель Мелитон Сардийский. О Пасхе. — Ред.

Запрос «Догма» перенаправляется сюда; о других значениях см. Догма (значения). Догмат об иконопочитании. Книга Правил

До́гма́т, или до́гма (др.-греч. δόγμα, δόγματος «мнение, решение, постановление») — утверждённое церковью положение вероучения, объявленное обязательной и неизменяемой истиной, не подлежащей критике (сомнению).

Термин «догмат» в собственном значении употребляется преимущественно в христианстве и обозначает теологическую, богооткровенную истину, содержащую учение о Боге и Его домостроительстве, которое Церковь определяет и исповедует, как неизменное и непререкаемое положение веры.

В православии существует два подхода к пониманию того, где принимаются догматы. Согласно первому из них, догматами, в строгом смысле этого слова, могут быть названы только те непререкаемые положения православной веры, которые утверждаются на Вселенских соборах, где они получают догматические формулировки. Согласно второму подходу, догматом следует называть всякое неоспоримое и обязательное положение православного вероучения. В этом случае догматы делятся на

  • общие (догматические формулировки Вселенских соборов) и частные (выводимые из общих),
  • раскрытые (обсужденные и утвержденные на Вселенских соборах) и нераскрытые (не определенные в подробностях и не обсуждавшиеся на Вселенских соборах по причине отсутствия в этом необходимости и поэтому не получившие догматических формулировок, но признанные всей Православной Церковью),
  • чистые (основаны только на сверхъестественном Откровении) и смешанные (основаны не только на сверхъестественном Откровении, но и на естественном разуме).

Отличие понимания догмата в православии и католицизме заключается в том, что в православии догматы, принятые на Вселенских соборах (которые признаются высшей вероучительной инстанцией), были ответом на появившиеся фундаментальные искажения церковного учения, а в католицизме признается необходимость появления новых догматов без этой причины.

  • Сознательный отход от догмата (полное неприятие или иная трактовка) называется ересью и часто приводит к религиозным конфликтам.
  • Краткими изложениями догматов могут считаться Катехизис и Закон Божий (дисциплина).

Православная церковь учит, что Христос сообщил и раскрыл людям всё вероучение, необходимое для их спасения. Поэтому догматы не могут внезапно возникать и быть новшествами:

«Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема.» (Гал. 1:6—8)

Божественное учение не столько теоретично, сколько практично, поэтому Оно непостижимо уму, неочистившемуся от греховных страстей. Святой Иларий Пиктавийский подчёркивал:

«Только злоба еретиков вынуждает нас совершать вещи недозволенные, восходить на вершины недостижимые, говорить о предметах неизреченных, предпринимать исследования запрещенные. Следовало бы довольствоваться тем, чтобы с искренней верой выполнять то, что нам предписано, а именно: поклоняться Богу Отцу, почитать с Ним Бога Сына и исполняться Святым Духом. Но вот мы вынуждены пользоваться нашим слабым словом для раскрытия тайн неизреченных. Заблуждения других вынуждают нас самих становиться на опасный путь изъяснения человеческим языком тех Тайн, которые следовало бы с благоговейной верой сохранять в глубине наших душ» (О Святой Троице. 2:2). ,

Догматическая база христианской церкви была сформирована в эпоху семи Вселенских Соборов, как ответ Вселенской Церкви на еретические движения, распространявшиеся в христианстве (особенно с III по IX век). Каждый догмат устанавливал как бы преграду дальнейшему развитию еретического учения, отсекал ложные направления в развитии понимания учения Церкви.

Сущность всех догматов, богооткровенная истина, уже содержалась в Священном Писании, и сначала не было необходимости в облечении христианского учения в рамки догматической системы. Однако потребность человеческого разума в лучшем, более понятном ему, логичном толковании ещё не оформленного догматически, во многих местах трудно принимаемого христианского учения привела к появлению и развитию философско-богословских школ в первые века христианства. В этих школах (главным образом в Антиохийской и Александрийской) и появились первые ереси. Для их обнаружения и искоренения периодически собирались Вселенские Соборы, на которых и устанавливались догматы — в форме кратких определений истин христианского Откровения. Они ярко и точно обличали еретические учения. Догматические соборные определения в эту эпоху обозначались греческим словом «о́рос» (греч. ὅρος — «предел», «граница»), или латинским «терминус» (лат. terminus). Догмат, или орос — предел, или граница вероучения, — должен был, как граница дороги, вернуть христианскую мысль в верное русло, разграничить истинное церковное учение и еретическое.

Следует различать понятия догмата как такового и догматической формулы. Догмат в своей сущности неизменен, он содержит богооткровенную истину, данную Самим Богом, и именно поэтому его нельзя изменять по воле человеческого разума. Однако догматическая формула может изменяться. Это так называемый способ выражения вероучительной истины, словесная оболочка догмата, которая может дополняться и видоизменяться, не затрагивая при этом заключённого в ней догматического смысла (содержания). Так, формулировка догмата о Пресвятой Троице, установленного на I Вселенском Соборе, была дополнена на II Вселенском Соборе.

Наряду с понятием «догмат» в богословии существуют понятия «богословское мнение» («теологумен») и «частное богословское мнение». Теологумен — вероучительное положение, не противоречащее догматам, но не являющееся обязательным для всех верующих. Он должен основываться на Священном Писании и высказываниях святых Отцов Церкви. Частное богословское мнение при этом — размышление, мнение отдельного богослова, прямо не противоречащее догматам, не обязательно встречающееся у Отцов Церкви. Догмат таким образом стоит безусловно выше теологуменов и частных богословских мнений.

В православной догматике выделяются следующие свойства догматов:

  1. Теологичность (вероучительность) — свойство догматов по содержанию, то есть что догмат содержит только учение о Боге и Его домостроительстве. В догматах не определяются истины нравоучительные, литургические, исторические, естественно-научные и т. д.
  2. Богооткровенность — свойство догматов по способу их получения. Это означает, что догматы не выводятся логическим путём, а происходят из Божественного Откровения, то есть даются человеку Самим Богом.
  3. Церковность — свойство догматов по способу их существования и сохранения. Это означает, что догматы могут существовать только во Вселенской Церкви, и вне её догматы, как основанные на Откровении, данном всей Церкви, не могут возникать. Именно Церковь, на Вселенских Соборах, имеет право закреплять за теми или иными вероучительными истинами именование догматов, понимаемых к строгом смысле.
  4. Общеобязательность — свойство догматов по отношению к ним членов Церкви. Догматы выступают в роли правил и норм, не признавая которые, нельзя являться членом Церкви.

Догматы в православии

К догматам, принятых на Вселенских соборах, относятся:

  1. Догмат о Боге Отце, Творце видимого и невидимого мира, всё содержащего в Своей власти.
  2. Догмат о Сыне Божием, прежде начала времени рожденного от Бога Отца, имеющего с Ним одинаковую сущность, всё сотворившего и получившего имя Иисуса Христа.
  3. Догмат о Воплощении на земле Сына Божия в человеческой плоти от Святого Духа и Марии Девы ради спасения людей (непорочное зачатие).
  4. Догмат о Крестных страданиях и смерти Иисуса Христа.
  5. Догмат о Воскресении Иисуса Христа.
  6. Догмат о Вознесении Иисуса Христа.
  7. Догмат о Втором Пришествии Иисуса Христа, Страшном Суде и Его вечном Царстве.
  8. Догмат об исхождении Святого Духа, дающего жизнь, от Бога Отца, прославлении Его и поклонении Ему вместе со Отцом и Сыном.
  9. Догмат о единой (одной), святой, соборной и апостольской Церкви.
  10. Догмат об единократном Крещении для оставления грехов.
  11. Догмат о всеобщем воскресении людей.
  12. Догмат о будущей вечной жизни.
  13. Догмат о двух естествах во едином Лице Господа нашего Иисуса Христа
  14. Догмат о двух волях и действиях в Господе нашем в Иисусе Христе.
  15. Догмат об иконопочитании.

Первые 12 догматов утверждены на Первом и Втором Вселенских соборах и составляют Никео-Цареградский Символ веры, являющийся догматической формулой, подразделяющейся на 12 членов и содержащих догматическую основу христианства. Первые его восемь членов выражают догматы о Святой Троице и Христе-Спасителе (со 2-го по 7-й) . Догмат о Святой Троице состоит в том, что Бог един по существу, но троичен в Лицах (Бог Отец, Бог Сын и Святой Дух), которые различаются друг от друга тем, что Бог Отец не рождается и не исходит от другого Лица, Сын Божий предвечно рождается от Бога Отца, Дух Святый предвечно исходит от Бога Отца. При этом, в чем состоит рождение и исхождение и чем отличается исхождение от рождения, является непостижимым для людей.

Догмат о двух естествах во едином Лице Иисуса Христа принят на IV Вселенском Соборе в Халкидоне, догмат о двух волях и действиях принят на VI Вселенском Соборе в Константинополе, догмат о иконопочитании принят на VII Вселенском Соборе в Никее.

Если понимать под догматами непререкаемые и неизменные правила (истины) православной веры, изложенные в Священном Писании и Священном предании и относящиеся к самому существу христианства, но не обязательно утверждаемые на Вселенских соборах, то к числу догматов также относятся:

  1. догмат о том, что Бог есть Дух всеблагой, всесвятой, всесовершенный, всемогущий, всеведущий, вездесущий, беспредельный, неизменяемый, вечный.
  2. догмат о творении мира Богом из ничего по Своей любви.
  3. догмат о падении самого высшего ангела (Денницы) и некоторых других ангелов.
  4. догмат о первородном грехе.
  5. догмат о промысле Божием обо всем существующем.
  6. догмат о искуплении человечества от греха.
  7. догмат о необходимости благодати Божией для освящения человека.
  8. догмат о Таинствах Церкви.
  9. догмат о частном суде человека после смерти.
  10. догмат о именовании Девы Марии Богородицею (именование Девы Марии Богородицей используется в текстах догматов IV и VII Вселенских Соборов).
  11. догмат о приснодевстве Девы Марии.
  12. догмат о различии в Боге сущности и энергии, представляющей собой нетварную божественную благодать. Принят на Пятом Константинопольском соборе в 1351 году.

Нижесказанное относится преимущественно к православно-христианскому пониманию понятия «догмат», однако отдельные положения можно отнести и к другим религиям.

Ввиду того, что понятие «догмат», «догматическое мышление» и прочие часто неправильно понимаются в обществе, следует отметить основные ошибки этого понимания:

  • Догмат не есть магическая формула, повторением которой можно чего-то достичь.
  • Догмат не бесполезен (даже вне рамок религиозной философии и богословия). Без знания догматической базы нельзя осмыслить никакое вероучение в его сущности, тем более, если оно претендует на выход за рамки земного бытия.
  • Догмат — не закостенелое, мёртвое, безосновательное утверждение. Лишь наличие догматов в вероучении позволяет ему иметь структуру, онтологический смысл, не ограничиваться лишь нравственным, литургическим, каноническим или каким-либо иным аспектом.

Оросы Вселенских Соборов — не есть могильные плиты, приваленные к дверям запечатанного гроба навек закристаллизованной и окаменелой истины. Наоборот, это верстовые столбы, на которых начертаны руководящие безошибочные указания, куда и как уверенно и безопасно должна идти живая христианская мысль, индивидуальная и соборная в её неудержимых и беспредельных поисках ответов на теоретическо-богословские и прикладные жизненно-практические вопросы.

— Карташёв А.В. Вселенские Соборы

  • Догмат — не чуждое дополнение к Священному Писанию.

Догмат ни в коем случае не новое откровение. Догмат — это только свидетельство. Весь смысл догматического определения сводится к свидетельствованию непреходящей истины, которая была явлена в Откровении и сохранилась от начала.

— протоиерей Георгий Флоровский

  • Догмат не сковывает сознание, а позволяет ему, образно выражаясь, стоять на ногах, иметь опору в рассуждениях богословского характера. В сфере личной религиозной жизни (духовной жизни) догматика лежит в фундаменте и молитвы, и богослужения, и других её осмысленных проявлений.

Православные догматы не суть путы для мысли, не кандалы <…> но разве лишь предохранительные определения, которыми Церковь хочет поставить разум человеческий в надлежащую перспективу, в которой для него открывалась бы возможность беспрепятственного и безостановочного движения вперёд, с исключением опасностей уклонения в сторону, на пути обманчивые.

— проф. Введенский А.И.

  • Догмат нельзя уяснить логическим, рассудочным путём. Он требует святоотеческого толкования. Простое знание догматической формулы ещё не означает проникновение в суть содержащейся в догмате истины.
  • Догмат ненаучен. Он не обязан вписываться в логические рамки. Это предмет веры и, как правило, он содержит алогические элементы.

Credo quia absurdum est («Верую, ибо абсурдно»)

— Тертуллиан, II—III в. De Carne Christi (О плоти Христа)

  • Не всякая бесспорная вероучительная истина является догматом. Догматами в строгом смысле являются лишь те из них, которые названы таковыми на Вселенских Соборах.

В католической церкви развитие догматической науки пошло по пути установления новых догматов, в результате чего сегодня количество вероучительных определений, возведённых в достоинство догмата, в римо-католической догматике больше, чем в православной церкви. В римо-католической церкви считается, что необходимость увеличения числа догматов обусловлена продолжающимся уяснением богооткровенной истины, содержащейся в Церкви. До появления нового догмата эта истина сокрыта или неясно переживаема для соборного сознания Церкви.

Помимо догматов православной церкви (с поправкой на филиокве в символе веры) в католической церкви имеются дополнительные, принятые на Вселенских Соборах Католической церкви.

  • Поправка к Никео-Цареградскому Символу веры, филиокве. Введёна в 589 г., Толедский собор, Испания. Утверждена в Риме на коронации германского императора Генриха II в 1014 году, при папе Бенедикте VIII.
  • Догмат о чистилище. 1439 г., Ферраро-Флорентийский собор, г. Феррары. Подтверждён в 1563 г. на Тридентском соборе.
  • Догмат о непорочном зачатии Девы Марии. 1854 г., постановление Пия IX.
  • Догмат о безошибочности папы по делам веры и морали (ex cathedra: с кафедры). 1870 г., Первый Ватиканский собор.
  • Догмат о Вознесении Девы Марии. 1950 г. — возникновение, 1964 г. — подтверждение, в Lumen Gentium, догматической конституции Второго Ватиканского собора.

В других религиях

Догматы в значении непреложной вероучительной истины существуют и в других авраамических религиях.

Иудаизм

Согласно хадису Джибриля, главными догматами ислама являются:

  • вера в Аллаха,
  • вера в ангелов,
  • вера в Священные Писания,
  • вера в пророков,
  • вера в Судный день,
  • вера в предопределение.

Буддизм

В буддизме не существует всеобщей и обязательной догматики, что стало одной из главных причин интеграции в себя буддизмом местных верований. Будда указывал «Пусть никто из вас двоих не пойдет по одному и тому же пути» и считал своё учение не истиной, а только средством к её обретению. Он сравнивал своё учение с плотом, который используется для переправы через реку, но после переправы он должен быть отброшен. Истина не может быть выражена через однократно сформированные универсальные догматы в том числе потому, что учение Будды не может быть одинаковым для всех людей. Учение рассматривается только как «предназначенное конкретному индивиду в конкретных обстоятельствах». Также Будда указывал, что принимать его учение необходимо только посредством проверки через собственный опыт: «Не принимайте моё учение просто из веры или из уважения ко мне. Подобно тому, как купец на базаре при покупке золота проверяет его: нагревает, плавит, режет — чтобы убедиться в его подлинности, так же проверяйте и моё учение, и только убедившись в его истинности, принимайте его!».

См. также

В Викисловаре есть статья «]»

  • Догматика
  • Догматизм
  • Аксиома
  1. Словарь церковно-славянскаго и русскаго языка / том I: А–Ж. — СПб.: Императорская Академия Наук, 1847. — С. 336. — 415 с.
  2. Алексеев П. А. Церковный словарь / часть первая: А–Д. — СПб.: Типография Ивана Глазунова, 1817. — С. 276. — 298 с.
  3. догма́т, толковый словарь Ефремовой допускает такое произношение как разговорное. В Словаре правильной русской речи (Соловьев Н. В. Словарь правильной русской речи. Ок. 85 000 слов : Более 400 коммент. / ИЛИ РАН ; Н. В. Соловьев. — М.: ООО «Издательство АСТ» : ООО «Издательство Астрель» : ООО «Транзиткнига», 2004. — 847 с. — (Словари Академии Российской)) приведено так: «догма́т и уход. до́гмат…»). В православной богослужебной литературе и гимнографии: церк.-слав. догма́тъ, в Полном церковнославянском словаре протоиерей Григория Дьяченко: «до́гмат»
  4. Дворецкий И. Х. Древнегреческо-русский словарь. Том 1. — 1958. — С. 418
  5. Барсов Н. И. Догмат // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1893. — Т. Xa. — С. 846—847.
  6. Домостроительство — здесь: богословское понятие, обозначающее творение Богом человечества и устроение Им пути восстановления его падшей природы.
  7. 1 2 Давыденков О. В.Катехизис. Догматическое богословие как наука. Свойства догматов
  8. 1 2 3 4 М. С. Иванов. Догмат // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2007. — Т. XV. — С. 527-532. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 978-5-89572-026-4.
  9. 1 2 Давыденков О. В.Катехизис. Догматическое богословие как наука. Догматы и богословские мнения. Ересь
  10. Митрополит Макарий (Булгаков). Православно-догматическое Богословие. Том 1. Разные деления догматов и значение этих делений в православно-догматическом Богословии.
  11. Eastern Orthodoxy Энциклопедия Британника.
  12. Хотя некоторые христианские церкви отвергают догматы, принятые после II Вселенского Собора, базовый догматический состав, содержащийся в Никео-Цареградском Символе веры, сформированный первыми 2 Соборами — общий для всех (с поправкой на filioque в католицизме).
  13. Православная энциклопедия «Азбука веры»
  14. Протоиерей Серафим Слободской. Закон Божий. О вере христианской. Символ Веры
  15. Догматы Вселенских Соборов
  16. Митрополит Макарий (Булгаков). Православно-догматическое Богословие. Том 1. О различии Божеских лиц по их личным свойствам. Связь с предыдущим, краткая история догмата и учение о нем Церкви.
  17. Митрополит Макарий (Булгаков). Православно-догматическое Богословие. Том 1. Понятие о христианских догматах, как предмете православно-догматического Богословия.
  18. Митрополит Макарий (Булгаков). Православно-догматическое Богословие
  19. В том смысле, что его нельзя ни доказать, ни опровергнуть.
  20. В этом сочинении выражение стоит в форме prorsus credibile est, quia ineptum est, т.е. «совершенно достоверно, ибо нелепо».
  21. У. Читтик, С. Мурата. Хадис о Джабраиле // Мировоззрение ислама. — М. : Ладомир, 2014. — С. 52—57. — 640 с.
  22. Философия буддизма: энциклопедия / Отв. ред. М. Т. Степанянц. — М.: Вост. лит., ИФ РАН, 2011. — С. 17. — 1045 с. — ISBN 978-5-02-036492-9.
  23. Степанянц, 2011, с. 24.
  24. Терентьев А. А. Буддизм // Энциклопедия религий / Под ред. А. П. Забияко, А. Н. Красникова, Е. С. Элбакян. — М.: Академический проект, 2008. — С. 203—212. — 1520 с. — ISBN 978-5-8291-1084-0 ISBN 978-5-98426-067-1.
  25. Урбанаева И. С. Специфика буддизма как философии и религии // Вестник Бурятского государственного университета. — Улан-Удэ: Бурятский государственный университет, 2009. — № 8. — С. 61—69. — ISSN 1994-0866.

  • Давыденков О. В., прот. Догматическое богословие. — М., 1997.
  • Каноны или Книга правил. — СПб., 2000.

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

GND: 4012622-5

Для улучшения этой статьи желательно:

  • Викифицировать статью.
  • Переработать оформление в соответствии с правилами написания статей.

Пожалуйста, после исправления проблемы исключите её из списка параметров. После устранения всех недостатков этот шаблон может быть удалён любым участником.

До́гматы

(43 голоса: 4.8 из 5)

Cм. раздел ДОГМАТЫ

  • Понятие о догматах архим. Алипий (Кастальский)
  • Догмат и ересь Христос Яннарас
  • Догматы и разум преп. Иустин (Попович)
  • Свойства догматов
  • ВИДЕО. Догматы

До́гматы – непререкаемые истины христианского вероучения, данные через Божественное Откровение, хранимые и толкуемые Церковью, общеобязательные для всех христиан (некоторые догматы формулировались и раскрывались на Вселенских Соборах).

Свойствами догматов являются:
– вероучительность,
– богооткровенность,
– церковность,
– общеобязательность.

Догматы, определенные Вселенскими соборами:
– Догматы, кратко изложенные в Символе веры, принятом 318-ю святыми отцами I Вселенского собора (Никейского) и 150 святыми отцами II Вселенского собора (Константинопольского).
– Догмат 630 святых отцов IV Вселенского собора (Халкидонского). О двух естествах во едином Лице Господа нашего Иисуса Христа.
– Догмат 170 святых отцов VI Вселенского собора (Константинопольского). О двух волях и действиях в Господе нашем Иисусе Христе.
– Догмат 367 святых отцов VII Вселенского собора (Никейского). Об иконопочитании.

Среди догматов, не обсуждавшихся на Вселенских соборах, можно назвать: догмат о Богодухновенности Священного Писания, догмат воскресения, догмат искупления, догмат о Церкви, догмат о приснодевстве Богородицы и др.

Догматы – вероучительное определение Православной Церкви, вводящее человеческий ум в познание Бога. «Все догматы или о Боге говорят, или о видимых и невидимых творениях, или о явленном в них промысле и суде», – указывает св. Максим Исповедник. Догмат есть превосходящая разум Богооткровенная истина, обладающая, по слову св. Иоанна Лествичника, неисследимой глубиной. Будучи итогом Божественного Откровения, догматы являются непререкаемыми и неизменными определениями спасительной христианской веры.

Догматические соборные определения Православия обозначаются греческим словом «орос» (oros). В буквальном смысле оно означает «предел», «границу». Используя догматы, Церковь определяет человеческий ум в истинном Богопознании и ограничивает его от возможных ошибок. Формулировка догматических определений в истории Церкви, как правило, связана с ответом на еретические искажения смысла христианства. Принятие догматов не означает введения новых истин. Догматы всегда раскрывают изначальное, единое и целостное учение Церкви применительно к новым вопросам и обстоятельствам.

Наличие строгого и отчетливого вероисповедного сознания – характерная черта Православия. Эта особенность церковного учения восходит уже ко временам апостольской проповеди. Именно апостолам принадлежит первое употребление слова «догмат» в значении вероучительного определения. «Проходя же по городам, они передавали верным соблюдать определения (греч. – ta dogmata), постановленные апостолами и пресвитерами в Иерусалиме», – свидетельствует св. Евангелист Лука (Деян.16:4). У апостола Павла в посланиях к Колоссянам (Кол.2:14) и Ефесянам (Еф.2:15) слово «догмат» употребляется в значении христианского учения во всей полноте. В таком же смысле слово «догмат» использовалось во II, III и начале IV веков, употреблялось святыми Игнатием Антиохийским, Иустином Философом, Климентом Александрийским. Древнейший, предшествовавший периоду Вселенских соборов, догматический памятник Православия – символ веры св. Григория Неокесарийского (Чудотворца), написанный им около 260-265 гг.

С IV века слово «догмат» приобретает более определенный смысл. Непрерывная систематизация христианского вероучения ведет к отделению вероучительных и нравственных истин. С вероучительными истинами догмат отождествляется у святых Кирилла Иерусалимского, Григория Нисского, а на границе IV-V вв. и у Иоанна Златоуста. В эпоху Вселенских соборов значение догмата определяется окончательно. Под догматами стали понимать вероучительные истины, которые обсуждались и утверждались на Вселенских Соборах.

Дарующие, по словам св. Максима Исповедника, свет ведения Божественные догматы Православия могут быть сведены к двум основным. «Предел Православия есть чисто ведать два догмата веры, – Троицу и Двоицу», – указывает св. Григорий Синаит. Почитание неслиянной и нераздельной Пресвятой Троицы, единого Бога в трех Лицах, в Котором Ум – Отец, Слово – Сын, Дух Святой – Дух, как в целом учат святые Отцы, есть якорь христианского упования. Почитание Троицы необходимо связывается с почитанием Двоицы, то есть исповеданием Сына Божия Иисуса Христа в едином Лице, двух естествах и волях, божественной и человеческой, неслиянно и нераздельно соединенных. «Сказанное об этом в Евангелии слово можно разуметь так, – учит св. Григорий Синаит. – Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога в трех ипостасях, и посланного Тобою Иисуса Христа в двух естествах и хотениях (Ин.17:3)».

См. ИСТИНА, ОТКРОВЕНИЕ, ТЕОЛОГУМЕН

* * *

«Только злоба еретиков вынуждает нас совершать вещи недозволенные, восходить на вершины недостижимые, говорить о предметах неизреченных, предпринимать исследования запрещенные. Следовало бы довольствоваться тем, чтобы с искренней верой выполнять то, что нам предписано, а именно: поклоняться Богу Отцу, почитать с Ним Бога Сына и исполняться Святым Духом. Но вот мы вынуждены пользоваться нашим слабым словом для раскрытия тайн неизреченных. Заблуждения других вынуждают нас самих становиться на опасный путь изъяснения человеческим языком тех Тайн, которые следовало бы с благоговейной верой сохранять в глубине наших душ».
свт. Иларий Пиктавийский (О Святой Троице. 2:2).

***

Догматы – это незыблемые аксиомы, спорить с которыми – себе во вред. Эти аксиомы есть везде: в математике, в медицине, в технике, в физике. «Если вы попытаетесь оспорить закон земного тяготения прыжком с самолета без парашюта, то шею вы в конечном итоге свернете себе, а не закону тяготения»…
диакон Андрей

Основные догматы Православной Церкви

Опыт показывает, что знание догматов и канонов позволяет обезопасить себя от влияния опасных мыслей и людей. По тому, как тот или иной человек отзывается о них (не говоря о том, соблюдает или нет) становится ясно, на самом ли деле это православный человек. Даже если внешне у него все исправно, но отношение самое халатное, «творческое», то рано или поздно выясняется, что это волк в овечьей шкуре.

Догматы говорят о Боге в отношении к человеку и о человеке в отношении к Богу. Каноны регламентируют жизнь Церкви и христиан в смысле дисциплинарно правовом, и в нравственной области. Канон (в смысле церковного права) – это основополагающий церковный закон, действующий во всей Православной Церкви.

В идее канона всегда лежит неизменный догматический момент. Однако в буквальном смысле канон отражает преходящие обстоятельства жизни Церкви.

Каноны не подлежат отмене, но их правовые нормы не носят абсолютного характера. Более того, в самих правилах можно найти указание на гибкость. Канон может больше не применяться в связи с тем, кто регулируемое им отношение исчезло. В то же время правило канона может служить ориентиром: так, указание на возраст не существующих ныне дьяконисс (40 лет) ложится в основу рассуждений о возрасте женщины, назначаемой на существующие ныне церковные должности.

Каноны, даже если они уже не применяются, в любом случае остаются критериями церковного законодательства и основы церковного правосознания. Канон – указатель к правильной ориентации в актуальных проблемах церковной жизни.

Церковное знание можно разделить на четыре области:

  • догматы — четкие церковные определения;
  • каноны — регламент жизни Церкви и христиан;
  • литургическое предание, регулирующее богослужебную жизнь Церкви;
  • православная аскетика — опыт богообщения, основные законы духовной жизни и глубокий аскетический аппарат, призванные помочь выстроить православную личную форму духовной жизни.

Догматы о Боге и общем отношении Его к миру и человеку, например:

  1. Бог есть.
  2. Бог:
  1. самобытен (не происходит ни от кого, ни от чего, имеет бытие в Самом Себе), неизменяем («Я – Господь, Я не изменяюсь» (Мал.3:6)), вечен (не зависит от времени), неизмерим и вездесущ (см., напр. Псалом 138) – т.н. апофатические свойства, основанные на отрицании тех или иных качеств, присущих конечной твари;
  2. обладает Божественными разумом и премудростью, всеведением. Бог свят (т.е. руководствуется представлением об одном высшем добре). Бог всемогущ (Быт 17, Лк 1:37) и всеблажен, благ, милостив. Бог есть Любовь. И, одновременно, Бог справедлив.
  1. Бог – Творец мира. Бог создал мир из ничего. Бог создал мир разумом и премудростью, волею и словом. До Бога времени не было. Бог создал совершенный мир.
  2. Бог – Промыслитель мира, т.е. печется о мире, хранит его и правит им.

Догматы о Боге, Троичном в Лицах, например:

  1. Бог един по существу, но троичен в лицах – Отец, Сын, Святой Дух, Троица единосущная и нераздельная (Три самостоятельных Лица, обладающие всеми совершенствами, но не три Бога, а Бог).
  2. Три Лица Троицы различаются по личным свойствам: Отец не рожден ни от кого, Сын рожден Отцом, Дух Святой исходит от Отца.

Догматы о Боге, как Творце и Промыслителе, к миру духовному, например:

  1. добрые ангелы – служебные духи, которые служат Богу, народам, частным лицам, церквям;
  2. злые духи – падшие ангелы, обитают в воздухе, постоянно ищут, как погубить человека. Господь их деятельность попускает и ограничивает.

Догматы об отношении Бога, как Творца и Промыслителя, к человеку, например:

  1. Человек сотворен по образу и подобию Божию.
  2. Только три лица за всю историю человечества произошли особым образом – Адам, Ева и Господь наш Иисус Христос. Все остальные произошли от Адама и Евы.
  3. Человек состоит из души и тела.
  4. Душа – высшая, духовная, самостоятельная, разумная, сознательная, свободная, бессмертная сущность.

Догматы о Боге Спасителе и особенном отношении Его к человеческому роду, например:

  1. Грех праотцов (Адама и Евы) – на всех их потомках, т.е. всех людях. Это всеобщий, первородный грех.
  2. Следствия грехопадения: разрыв Богообщения, утрата благодати, смерть духовная, помрачение разума, извращение воли, склонность к злу, а не к добру, искажение образа Божия.
  3. Вся тварь через грехопадение человека прервала общение с Богом, и мучается доныне (Рим. 8:22).
  4. Господь через Сына своего благоволил спасти людей. Сын совершил это спасение. Святой Дух Своим содействием совершает в сердцах людей дело спасения.

Догматы о Христе Спасителе, например:

  1. Господь Иисус Христос – истинный Бог.
  2. Господь Иисус Христос – истинный, но безгрешный Человек, родившийся сверхъестественным образом, от Девы Марии по действию Духа Святаго.
  3. Мы все искуплены Его смертью и воскресением.
  4. Иисус Христос победил и разрушил ад.
  5. Победив смерть Своим воскрешением, Иисус Христос вознесся на небеса и воссел одесную Отца, тем самым вознес на небо естество человеческое и тем самым отверз для всех людей двери в Царство небесное.

Догматы об освящении, например:

  1. Без Божественной помощи люди спастись не могут.
  2. Благодать – это особая нетварная Божественная сила.
  3. Благодать достигает нас в Ипостаси Святаго Духа, потому часто называется силой Духа Святаго (хотя принадлежит всем Лицам Троицы).
  4. Благодать даруется людям вследствие подвига Иисуса Христа.
  5. Благодать не изменяет природу человека, но преображает ее.

Догматы о Святой Церкви, например:

  1. Церковь – посредница в деле освящения и спасения, основанная Господом нашим Иисусом Христом.
  2. Вне Церкви нет спасения.
  3. Глава Церкви – Иисус Христом
  4. Святой Дух действует в Церкви.
  5. Церковь святая, единая, соборная, апостольская.

Догматы о Таинствах Церкви, например:

  1. Таинства есть священные действия, чрез которые тайным образом действует на человека благодать, т.е. спасительная сила Божия (Пространный катехизис).
  2. Совершитель Таинств – сам Иисус Христос.
  3. Таинство действительно при условии веры в Христа и спасительную силу Таинств, и искреннего желания принять благодать.
  4. Крещение совершается только один раз.
  5. В Таинстве Евхаристии вино и хлеб прелагаются в Кровь и Тело Христово.
  6. Евхаристия есть жертва благодарения, умилостивления и соединения всей Церкви в Тело Христово.
  7. Покаяние врачует от грехов.

Догматы о Таинстве священства:

священство – Божественное установление, предполагает избранничество свыше, совершается через рукоположение (возложение рук).

Догматы о Боге как Судии и Мздовоздаятеле:

  1. Тело смертно, душа бессмертна.
  2. После телесной смерти каждого ожидает частный суд и мздовоздаяние до Страшного суда.
  3. Мздовоздаяние после частного суда – лишь ожидание блаженства или мучения. Божественная Литургия, молитвы, милостыни, посты могут изменить участь умершего.

Догматы о Всеобщем Суде:

  1. Время Второго пришествия знает только Бог.
  2. До Всеобщего суда воздаяние получает только душа (не тело), и праведники, и грешники находятся в предначалии (предвкушении) заслуженного блаженства или мучения, у грешников есть шанс на то, что по молениям Церкви их участь изменится.
  3. Второе пришествие будет во славе и величии.
  4. Воскресение мертвых будет действительным, всеобщим и одновременным, в тождественных телах.
  5. Живые изменятся мгновенно и одновременно.
  6. Грешники будут преданы вечному мучению вместе с диаволом, праведники навечно унаследуют Царство, уготованное от создания мира (Мф. 25:34). Еще раз: и то, и другое – навечно.>

Просмотров: 2 505>Что такое догматы и каноны Церкви? Чем богословское мнение отличается от вероучения Церкви?

Статьи — ОСНОВЫ ВЕРЫ

Догматы веры

До́гматы – это непререкаемые вероучительные истины (аксиомы христианского вероучения), данные через Божественное Откровение, определенные и сформулированные Церковью на Вселенских Соборах (в отличие от частных мнений).

Свойствами догматов являются: вероучительность, богооткровенность, церковность и общеобязательность.

Вероучительность означает, что содержанием догматических истин является учение о Боге и Его икономии (т.е. Божьего замысла о спасении человеческого рода от греха, страдания и смерти).

Богооткровенность характеризует догматы как истины, открытые Самим Богом, ибо Апостолы приняли учение не от человеков, но через откровение Иисуса Христа (Гал. 1:12). По своему содержанию они не являются плодом деятельности естественного разума, подобно научным истинам или философским утверждениям. Если философские, исторические и научные истины относительны и со временем могут уточняться, то догматы – это истины абсолютные и неизменные, ибо слово Божие есть истина (Ин. 17:17) и пребывает вовеки (1Пет. 1:25).

Церковность догматов указывает на то, что только Вселенская Церковь на своих Соборах придает христианским истинам веры догматический авторитет и значение. Это не значит, что Церковь сама создает догматы. Она, как «столп и утверждение истины» (1Тим. 3:15) лишь безошибочно устанавливает за той или иной истиной Откровения значение неизменного правила веры.

Общеобязательность догматов означает, что эти догматы раскрывают сущность христианской веры, необходимой для спасения человека. Догматы – незыблемые законы нашей веры. Если в литургической жизни отдельных Православных Поместных Церквей имеется некоторое своеобразие, то в догматическом учении между ними – строгое единство. Догматы обязательны для всех членов Церкви, поэтому она долготерпит любые грехи и слабости человека в надежде на его исправление, но не прощает того, кто упрямо стремится замутить чистоту апостольского учения.

Православные догматы формулировались и утверждались на 7 Вселенских соборах. Краткое изложение основных истин (догматов) христианской веры, содержится в Символе веры.

Будучи итогом Божественного Откровения, догматы являются непререкаемыми и неизменными определениями спасительной христианской веры.

Догматические определения являются не столько раскрытием учения о Боге, сколько указанием границ, за которыми находится область заблуждений и ереси. В своей глубине каждый догмат остается непостижимой тайной. Используя догматы, Церковь ограничивает человеческий ум от возможных ошибок в истинном Богопознании.

Как правило, православные догматы формулировались только при возникновении ересей. Принятие догматов не означает введения новых истин. Догматы всегда раскрывают изначальное, единое и целостное учение Церкви применительно к новым вопросам и обстоятельствам.

Если любой грех – следствие слабости воли, то ересь – «упорство воли». Ересь есть упорное противление истине и как хула на Духа Истины непростительна.

Таким образом, догматы призваны помочь каждому человеку иметь точное, недвусмысленное представление о Боге и его взаимоотношениях с миром, и ясно понимать, где заканчивается христианство и начинается ересь. Поэтому спор о догматах имеет в христианстве самое важное и острое значение, и именно разногласия в понимании догматов влекут за собой самые серьезные и почти непреодолимые расколы. Именно таковы разногласия между православием, католицизмом и протестантскими церквами, которые в очень многих вопросах более или менее едины, но в некоторых – абсолютно противоречат друг другу, и это противоречие не может быть преодолено дипломатическим компромиссом, потому что они спорят не о вкусах или политике, а о самой Истине, как она есть на самом деле.

Но одного только знания о Боге для верующего человека недостаточно: необходимо ещё молитвенное общение с ним, необходима жизнь в Боге, а для этого нужны не только правила мышления, но правила поведения, то есть то, что называется канонами.

Каноны Православной Церкви

Церковные каноны – это основные церковные правила, определяющие порядок жизни Православной Церкви (ее внутренне устройство, дисциплину, частные аспекты жизни христиан). Т.е. в отличие от догматов, в которых сформулировано вероучение Церкви, в канонах определены нормы церковной жизни.

Спрашивать о том, зачем Церкви нужны каноны можно с тем же успехом, как и спрашивать о том, зачем государству нужны законы. Каноны – это правила, по которым члены Церкви должны служить Богу и организовывать свою жизнь так, чтобы постоянно поддерживать это состояние служения, эту жизнь в Боге.

Как и любые правила, каноны призваны не осложнять жизнь христианину, а наоборот, помочь ему ориентироваться в сложной церковной реальности и в жизни вообще. Если бы никаких канонов не было, то церковная жизнь представляла собой полный хаос, да и вообще само существование Церкви как единой организации на земле было бы невозможно.

Каноны едины для всех православных людей всех стран, утверждены на Вселенских и Поместных соборах и отмене не подлежат. Т.е. авторитет священных канонов вечен и безусловен. Каноны являются непререкаемым законом, определяющим строй и управление Церкви.

Каноны Церкви являют собой образец для каждого верующего, на основании которого он должен строить свою жизнь или проверять правильность своих поступков и действий. Всякий, кто удаляется от них — удаляется от правильности, от совершенства, от праведности и святости.

Раскол по каноническим вопросам в Церкви носит столь же принципиальный характер, что и по догматическим, но его легче преодолеть, потому что он касается не столько мировоззрения – во что мы верим, сколько нашего поведения – как мы верим. Большинство расколов по каноническим вопросам касаются темы церковной власти, когда какая-то группа по каким-то причинам вдруг считает существующую церковную власть «незаконной» и объявляет свою полную независимость от Церкви, а иногда даже считает «истинной церковью» только себя. Таков был раскол со старообрядцами, таковы сегодняшние расколы на Украине, таковыми могут быть очень многие маргинальные группы, называющие себя «истинными» или «автономными» православными. Причем, на практике с такими раскольниками Православной Церкви зачастую бывает гораздо сложнее общаться, чем с догматическими расколами, потому что жажда власти и независимости у людей очень часто бывает сильнее стремления к Истине.

Тем не менее, каноны могут видоизменяться в истории, сохраняя, однако, свой внутренний смысл. Святые Отцы блюли не букву канона, а именно тот смысл, который Церковь в него вкладывала, ту мысль, которую она в нем выражала. Например, некоторые каноны, не относящиеся к существу церковной жизни, в силу изменившихся исторических условий, иногда теряли свое значение и упразднялись. Теряли в свое время и буквальное значение и наставления Св. Писания. Так, мудрое учение св. ап. Павла об отношениях господ и рабов утратило свой буквальный смысл с падением рабства, но лежащий в этом учении духовный смысл имеет, можно сказать, непреходящее значение и слова великого Апостола и теперь могут и должны являться нравственным руководством во взаимоотношениях христиан, стоящих на разных ступенях социальной лестницы, несмотря на провозглашенные начала свободы, равенства и братства.

При попытке применения церковных канонов к современным обстоятельствам необходимо учитывать mens legislatoris – намерение законодателя, т.е. изначально вкладываемый в канон смысл, исторический и культурный аспекты.

Современные революционные церковные реформаторы и обновленцы разного типа, пытаясь внести изменения в церковные каноны, в свое оправдание ссылаются на церковные реформы патриарха Никона. Но едва ли эта ссылка может служить оправданием теперешних реформаторов. Достаточно указать на то, что при Никоне не была нарушена преемственность Апостольской иерархии. Кроме того, тогда не было посягательства ни на вероучение, ни на нравоучение Церкви. Наконец, реформы, имевшие место при патриархе Никоне, получили санкцию восточных патриархов.

В Русской Православной Церкви все каноны издаются в «Книге правил».

«Книга Правил» представляет собою свод законов, исшедших от Апостолов и св. Отцов Церкви – законов, утвержденных Соборами и положенных в основу христианского общества, как норма его бытия.

В этом сборнике находятся правила св. Апостолов (85 правил), правила Вселенских Соборов (189 правил), десяти Поместных (334 правила) и правила тринадцати св. Отцов (173 правила). Рядом с этими основными правилами имеют еще силу несколько канонических сочинений Иоанна Постника, Никифора Исповедника, Николая Грамматика, Василия Великаго, Иоанна Златоустаго и Анастасия (134 правила). Всего канонов православной церкви — 762.

В обширном смысле, канонами называются все постановления Церкви, как относящиеся к вероучению, так и касающиеся устройства Церкви, ее учреждений, дисциплины и религиозной жизни церковного общества.

Богословское мнение

Конечно опыт христианства шире и полнее догматов Церкви. Ведь догматизировано только самое необходимое и существенно важное для спасения. Остается еще немало таинственного и нераскрытого в Священном Писании. Это обуславливает существование богословских мнений.

Богословское мнение не является общецерковным учением, подобно догмату, но является личным суждением того или иного богослова. Богословское мнение должно заключать в себе истину, как минимум, непротиворечащую Откровению.

Безусловно, всякий произвол в богословии исключается. Критерием истинности того или иного мнения является его согласие со Священным Преданием, а критерием допустимости – не противоречие с ним. В основании православных и правомерных богословских мнений и суждений должны лежать не логика и рассудочный анализ, но прямое видение и созерцание. Это достигается через молитвенный подвиг, через духовное становление верующей личности…

Богословские мнения не являются непогрешимыми. Так, в сочинениях некоторых отцов Церкви нередко встречаются и ошибочные богословские мнения, тем не менее не противоречащие Священному Писанию.

По словам святителя Григория Богослова, вопросы творения, искупления, последних судеб человека принадлежат области, где богослову предоставлена некоторая свобода во мнениях.

Ссылки по теме:
Краткий свод Канонов Православной Церкви
О причинах возникновения сект и расколов в России

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *