Дети в норвегии

впечатления о жизни в Осло

Если кратко о Норвегии: устрашающая дороговизна и невероятная скука))
Эти 2 понятия точно описывают страну и ее столицу. Не зря про Осло говорят-самая невзрачная и унылая европейская столица.
Если Вы любите природу, то фьорды, леса, горы, деревушки, озера Вам точно понравятся. Но если Вы-любитель культуры, искусства, красивой архитектуры, ритма больших городов, хорошей кухни и достойного сервиса-можно просто не ездить в Норвегию. Вы не потеряете ровным счетом ничего, а только сэкономите уйму денег на другие путешествия в красивые места.
В Осло всего несколько крохотных музеев. Национальную картинную галерею можно неспешно обойти за час-полтора максимум, крепость Акершус-за 50 минут, музей Мунка-за полчаса, музей Контики-за 15 минут, музей Фрам (внутри поставили корабль и построили вокруг стены, то есть по сути-это музей 1 корабля)-10 минут. Остальные музеи не стоят внимания)).
Еще из достопримечательностей есть парк Вигелан со скульптурами голых и крепких людей. Обнажены все-старики, дети, мужчины и женщины. Зрелище не для слабонервных)) Венчает весь этот комплекс огромный фаллос (называемый монолитом) из переплетенных голых тел. Парк убивает эстетические чувства любого нормального человека. Поблизости расположен музей самого скульптора Вигелана, человека, по-видимому, с какими-то огромными психологическими проблемами. Прах его не захоронен, а лежат в урне в башенке этого музея.
Если Вы любите современное искусство-можно сходить в Астеруп галерею и вдоволь насладиться «триумфом второсортности».
Также можно посетить оперу-странное здание на воде, белое снаружи и деревянное, как сарай, внутри. Норвежцы очень им гордятся. Можно зайти в Национальный театр и посмотреть современный спектакль в некрасивых декорациях, но хотя бы в красивом зале. Сейчас строится новое здание Национального театра и подозреваю, что оно будет в стиле норвежской оперы.
Я не отношусь к любителям современного искусства и хай-тека, поэтому Осло представляет для меня крайне низкий в культурном плане городишко.
2 главных норвежских продукта-это хлеб и картошка. Хлеб жуют все-от грудничков до стариков. В детских садах нет горячих обедов-вместо этого дети едят принесенные из дома бутерброды с хлебом. Такое же питание в школах и университетах. Никто не парится на тему здорового питания. Понятие «бизнес ланч» также отсутствует-большинство людей едят бутерброды, а по пятницам хот-доги. Дома также жуют хлеб, редко кто из молодых готовит что-то кроме пиццы и сосисок с картошкой. Старики готовят))
Картошку подают в качестве гарнира во всех ресторанах-от супердорогих до обычных (цены в обычных ресторанах подчас дороже чем в московском «Турандоте»), ну и, конечно, хлеб.
В каждом магазине в любой точке Норвегии представлен один и тот же товар с одинаковыми сетевыми ценами (в Kiwi дешевле, в Meny дороже). Норвежцы очень консервативны в плане еды. Новые продукты плохо приживаются-их просто не покупают (например, вместо хурмы берут свои норвежские яблоки из соседней коробки или понятные груши, бананы и апельсины с мандаринами). Огурцы круглогодично ТОЛЬКО гигантского размера и безвкусные, помидоры пластиковые и без запаха. Зелень химическая. Морковь мытая и загнивает на 3 день в холодильнике. Сливы без вкуса. Деревянные киви. И так далее))

Молочка производится монополистом Tine, ВСЯ продукция которого гомогенизируется. Невозможно купить фермерское молоко, государство запретило продавать фермерам свое молоко людям напрямую (и мясо тоже). Все молоко собирается и отвозится на производство, где проходит цикл обязательной гомогенизации. В итоге получается молочная продукция с длительным сроком хранения. Купить молоко, творог, кефир или сметану со сроком действия 3-5 дней НЕВОЗМОЖНО нигде по всей стране.
Также НИ В ОДНОМ магазине невозможно купить бездрожжевой хлеб, кроме как в 1 интернет-магазинчике, который привозит свежий хлеб исключительно с 5 до 7 утра….))) ВЕСЬ хлеб с дрожжами и большая часть его с сахаром.
В воскресенье магазины не работают! Нужно ехать в иммигрантский район Грюнлан, чтобы купить продукты. Прогулки среди арабов, негров и пакистанцев мало вдохновляют. Видела неоднократно как в магазинах в этом районе расплачиваются какой-то странной валютой, не норвежской. Грюнлан-это страна в стране. Мусульманское гетто. Норвежцев редко увидишь в этом районе. Страшновато там. Полиции нет, иногда лишь проедут. Но толку от них мало, полиция не имеет оружия.На праздники в Норвегии закрыты все магазины-особенно страшная неделя с 24 декабря по 1 января)) Закрыто все! При этом норвежцы считают, что это правильно. Зачем же иметь открытые магазины в праздники?)) После 24 часовой 365 дней в году Москвы это шокирует.
Вообще, с сервисом там напряг. Вместо реальной помощи в магазине, тебя навязчиво приветствуют «хей-хей» и на этом сервис заканчивается)) не надо «хей-хей»-неси мне размеры нужные))
Новый Год не отмечается практически, в 00.30 люди ложатся спать, а рестораны закрываются в 00.00)) Есть вяленький городской салют, но он мало виден ночью из-за тумана. А туман в Осло часто))) Это также добавляет серости и депрессивности этому городку. Уже днем 1 января можно увидеть выброшенные елки, городские власти и коммуны ждут до середины февраля пока все выбросят елки, а потом их эффективно за 1 прием увозят на переработку. Осло после Рождества-это кладбище елок. Вообще, с уборкой улиц проблемы. Спасает Осло то, что люди не мусорят. Осенью, например, не убирают листву, приходится бродить по мокрой, гниющей массе под ногами. Ее уберут весной, 1 раз, ведь норвежцы-очень эффективные работники)) Выкинутые пакеты, газеты можно наблюдать и месяц, и два,и три на одном и том же месте-лежат себе спокойненько))
Норвежцы гордятся своей страной. Народ, который до 1905 года был то под Данией, то под Швецией, реально верит в свою великую историю. Норвежский язык отсутствует: говорят на датско-шведских диалектах. При этом в каждом селе через 5 км свой диалект, люди могут не понимать друг друга! И это в 5 миллионной стране)) Флаги и вымпелы висят практически у каждого дома, даже если этот дом стоит одиноко в зарослях непроходимого леса. Флажки бережно поднимают и опускают каждый день! Норвежцы-ярые патриоты. Например, предпочитают покупать по бешеным ценам свои яблоки или мороженое, игнорируют шведские и датские продукты (сказываются времена колонии, видимо).
Обожают своего короля и королевскую семью. Особенно короля Олафа V. Мой вопрос «А не думаете ли Вы, что ваш король, который сбежал во время войны в Лондон, испугавшись немцев, поступил неправильно? Это примерно как бы наш Сталин сказал: «Ну вы тут повоюйте, а я в Париже посижу-подожду» вызвал недоумение. Типа: «Короля бы убили немцы». Я ответила: «Ну да. Но он бы остался действительно героем в истории Норвегии». Вообще, спасти свою задницу и моя хата с краю-это ключевое в местном менталитете. Героизм, отвага не ведома современным норвежцам. Не укладывается она в их норвежские головы. Маленькая страна- маленькая душа, скудный язык-скудные мысли.
Странно для них умирать за честь страны. А зачем?)) 99% норвежцев уверены, что 2 мировую войну выиграли американцы, а помогли им англичане и немного русские…Так написано в их учебниках истории.
В стране широко отмечается всего 1 праздник-17 мая, День независимости. Отмечание такое: дети идут с флажками мимо дворца короля в Осло или просто по улочкам городков и сел, а вокруг стоят наряженные в национальные костюмы норвежцы и неприветливые мигранты. На этом празднование и заканчивается-ни концертов , ни фейерверков нет (вообще, за фейерверки в неположенных местах ,а положенных практически нет, крупный штраф). Норвежцы тихонько сидят на балконах вечером 17 мая, жарят сосиски на огне, едят их с хлебом и кетчупом, пьют колу (ведь в каждой семье дети, а при них категорически запрещено распивать спиртные напитки) и тихо разговаривают. Иногда просто молчат и молчание прерывается вздохом «йя»-типа «да»))
Праздник Рождества-это праздник получения подарков. О рождении Христа не вспоминает практически никто. В церковь ходят старики, они же несут на кладбище красные светильники. Ночью в темноте в рождественскую ночь кладбища усеяны красными огоньками)) Пасха-это каникулы на дачах, игра в карты или катание на лыжах-никто не вспоминает истинный смысл праздника. Вокруг зайцы и цыплята, картонные и шоколадные яйца тоже можно купить, но они не в ходу. Остальные христианские праздники не празднуются никак-даже цыплятами)) Зато в христианские праздники норвежцы не работают-это нерабочие дни)) В церковь мало кто ходит, некоторые церкви арендуют мусульмане. Русская церквушка (крохотная часовня, где раньше отпевали норвежских покойников) ютится на кладбище. Слышала, что у нее сложности, чтобы арендовать норвежские кирхи (русофобия зашкаливает).
Отталкивающее зрелище-венчание содомитских пар. Вообще, громадная пропаганда однополой любви по ТВ и в прессе. Парады детей с флагами ЛГБТ-это ужас ужасный.
Норвежцы боятся высказываться о чем бы то ни было: о геях, о политиках, о религии, о мигрантах-за все это можно получить «волчий билет», стать изгоем на работе и в обществе. Иметь собственное мнение запрещается с детства. Растят послушный электорат. В детских садах никто не учит стихи наизусть, не учат считать и писать. В школе не учат думать, анализировать, не задают домашних заданий, большинство детей хотят стать электриками или сантехниками, ну и еще солдатами НАТО (именно НАТО, а не норвежской армии). К знаниям мало тянутся, да и знания у учеников 7 классов на уровне нашего, наверное, 2 класса. Принуждать ребенка заниматься дома учебой или любым трудом наказывается службой Барневарн. Барневарн (для тех, кто не знает и не слышал)-это карательная (ой, социальная) организация, забирающая без суда и следствия детей из семей и отдающая их преимущественно в однополые семьи. Работа Барневарн прикрывается заботой о детях, а на деле это просто бизнес по изъятию детей. Особенно ценятся славянские дети.
Шлепнуть ребенка-категорически запрещено. Есть старая, мудрая русская пословица: лелей дитя и оно устрашит тебя. В Норвегии много детей повсюду, некоторые ведут себя просто безобразно, что хотят, то и делают. Валяются в грязных лужах, едят грязными руками, снимают шапки и варежки в холод, а родители умиляются и улыбаются. «Все для детей»-лозунг современной Норвегии. Кто из них вырастет-покажет время. Отдавать своих родителей в дома престарелых-норма. Вообще, отношения в семьях достаточно отстраненные и прохладные, никто не обнимается при встрече и расставании, очень сдержанные эмоции-ощущение такое, что всем на всех забить)) Спрашивают одни и те же вопросы, обсуждают одни и те же темы, едят одну и ту же еду. Детей, кстати, тоже редко обнимают.
Норвегия-страна фермеров. До сих пор сохраняется традиция, что ферму (стоимость которой часто начинается от 1 миллиона долларов) наследует исключительно старший ребенок (ранее –только старший брат). Все остальные не получают ничего)))
Не дай Бог заболеть в Норвегии. Хорошие и грамотные врачи отсутствуют в принципе. С любой проблемой тебе выпишут парацет, надеясь, что все само пройдет. Я упала на лыжах, пришла в платную клинику (запись на 3 дня вперед или нужно платить двойной, а то и тройной тариф), меня даже не пытались осмотреть, не говоря о рентгене! Я заставила врача посмотреть на мою спину хотя бы. Выписала доктор мне мазь Вольтарол Форте и на этом отпустила)) Приехала в Москву, пошла в 24 часовой травмпункт при городской поликлинике, мне сразу сделали рентген (естественно, бесплатно)).
Все наши соотечественники, проживающие в Норвегии везут по полчемодана разных лекарств. В Норвегии НЕВОЗМОЖНО купить ни одно лекарство без рецепта! Надо записаться к участковому врачу, заплатить за это, получить рецепт, придти в аптеку по месту жительства и получить свое заветное лекарство…Температура 37.5 не считается повышенной, а температура 37 считается нормальной. В аптеках без рецепта можно купить лейкопластыри, стрепсилс, лоцерил, шампуни, крема, зубные пасты, щетки и прочую дребедень. Не в каждой аптеке можно купить раствор для контактных линз-они продаются в специализированных оптиках. В Осло есть всего 1 круглосуточная аптека!
Вообще, сервис 24 часа отсутствует, что крайне осложняет жизнь.Бензин тоже дорогой (как все в Норвегии), на заправках надо самой заправлять машину-для этого нет специальных людей. Народ покупает машины Тесла, так как на них нет налогов и можно бесплатно парковаться, а также это экологично, а норвежцы ратуют за экологию. Парковок бесплатных НЕТ в городе-везде надо платить и платить немало. Есть исключения в выходные, когда можно запарковаться бесплатно, но невозможно найти свободное место. Такси жутко дорогое. Общественный транспорт тоже-штрафы за безбилетный проезд впечатляют. Метро странное в Осло, там легко можно заблудиться. Логика в линиях метро отсутствует на первый взгляд)) Эх, так и вспомнишь добрым словом наше родное московское, красивое, чистое метро!))В Осло 2 катка зимой и оба пустуют по будням, есть немного людей в выходные. Вот уж раздолье-катайся себе на здоровье, никто тебя не толкает и под ноги не падает. Это плюс)) В спортивных магазинах выбор коньков отсутствует-повезет, если там вообще будут коньки))) Про сумку для коньков никто и слыхом не слыхивал. Зато стоят ряды лыж и лыжной экипировки.
По улицам бегают люди в спортивной форме-от мала до велика. Так и хочется весело крикнуть: а что, Динамо бежит?)) цены на все спортивные товары невероятно высокие. Норвежцы покупают какие-то мази для лыж по 1000 долларов за коробочку))) В косметологические салоны мало кто ходит-цены по цене самолета на все инъекции и процедуры. Да и в почете у норвежцев естественная красота. Цены в парикмахерских такие же невероятные. Как пошутила одна знакомая русская девочка-фотограф, которая живет в Норвегии: норвежки ходят в парикмахерскую 2 раза в год-на 17 мая и на Рождество)) При этом встречаются очень симпатичные девочки, натуральные блондинки, некоторые очень даже хорошо и со вкусом одеты. Но средняя норвежка выглядит так: стрижка или волосы в пучок, лицо без грамма косметики, спортивные вещи и кроссовки. «Спортивный шик» тут популярен всегда))) Иногда по вечерам у ресторанов и клубов можно увидеть кого-то на каблуках (крайне редко). В офисах не отмечают дни рождения или другие праздники. Пожуют какой-то пирог во время ланча (в лучшем случае) и расходятся по своим столам. Подарки и цветы не дарят. За распитие любого алкоголя на работе-увольнение. Никаких тостов или пожеланий, только лишь сдержанный «сколь» (типа «будь здоров»). Никаких личных разговоров или, не дай Бог, разговоров о мигрантах или политике. Так и работу можно потерять так все на всех стучат (это не считается зазорным).
Любые праздники дома отмечают также как и в офисе-без пожеланий, зачастую без бокала вина, просто сидят сначала за одним большим пустым столом и едят, передавая миску с салатом или горячим блюдом по кругу 2 раза (это обязательно). Потом все отправляются за журнальный столик пить кофе. Именно кофе-даже если 10 вечера, то норвежцы пьют кофе. Дешевый, растворимый. Кофемашин не видела ни у кого. Чай никогда не предлагают и практически не пьют. А если пьют, то только в пакетиках. Редко подают что-то к чаю\кофе.Вообще, в Норвегии складывается ощущение, что ты находишься в тюрьме-чистой, с цветочками вокруг и улыбками надзирателей. Все табуировано, регламентировано, все как роботы выполняют предписанные функции, ни у кого даже в мыслях нет, что можно нарушить написанный закон, смекалка отсутствует напрочь. Если в газетах написано, что надо принимать орды мигрантов ежегодно-значит так надо. Если написано, что белое-это черное, значит так. Никто не анализирует информацию. Сказывается система норвежского образования. Переходят улицу только строго по зебре и только на зеленый, даже если машин нет в поле видимости на 2 километра. Послушно стоят на красный в горах- иногда рядом с тоннелями установлены светофоры. Стоят, даже если в этих самых горах машина проезжала последний раз 3 дня назад. Америка-лучший друг Норвегии. Посольство США находится ровно через дорогу от дворца короля в нескольких метрах. Американцев тут любят. Копируют. Америка-их защитник. Защитник, конечно, от России. О том, как все плохо в России говорят каждый день по ТВ в новостях. Для норвежцев жизнь в России-это как жизнь в фильме «Левиафан», который с успехом прошел тут. Никто никогда не покажет здесь, например, «Время первых» или другие замечательные фильмы. Благодаря таким «патриотам» как Звягинцев и рисуется образ современной России. Выполнил человек заказ Запада, получил бабло, ну и пусть едет и живет там-но об этом в другом рассказе поговорим)))
В Норвегии есть 2-3 местных канала, остальные-американские и британские. Идут с норвежскими субтитрами. Понятие «дубляж» отсутствует. Также и в кинотеатрах смотрят кино на английском с норвежскими субтитрами. Норвежских мультфильмов или фильмов НИЧТОЖНО мало. Дети воспитываются на американских мультиках. На рождество также смотрят американские и британские фильмы и чехословацкую сказку «Три орешка для Золушки». Еще на Рождество по ТВ можно видеть концерты из церкви, где поют норвежские подростки в мини юбках и задорно бренчат на гитарах-зрелище еще то)) Никаких веселых концертов по ТВ на Рождество или Новый год нет. Телевизор не включают когда празднуют, просто сидят в тишине и слышно как каждый глотает пищу))) Тихонько переговариваются за столом, а потом открывают подарки после ужина. У многих есть пианино-расстроенные как правило (настроить стоит дорого), вот на нем играют 1 раз в год на Рождество. Это развлекуха такая).
Также по норвежскому ТВ можно видеть 5-6 часовые программы, где несколько женщин в прямом эфире что-то вяжут и переговариваются между собой тихонько. Или 5 часов готовят какое-то блюдо в духовке. Еще есть программы о работе в саду: что-то сажают, рыхлят и все это очень медленно и печально или программу «Квартирный вопрос»))) По НРК 1 и НРК 2 зимой и весной показывают в основном биатлон. Биатлон смотрят ВСЕ. Хоккей, фигурное катание, плавание или бокс никто)) также смотрят английский футбол (в основном).Зарплаты высокие и у всех примерно одинаковые, поэтому и не стремятся молодые люди учиться. Электрик будет зарабатывать столько же, сколько финансовый директор (ну, может, процентов на 10-15 меньше). Налоги грабительские, поэтому высокие зарплаты не спасают и по факту экономят все и на всем. Менталитет такой: даже если ты богатый человек, ты не выделяешься, ездишь на велосипеде, ходишь в те же супермаркеты, что и все. Мало кто держит помощников по хозяйству-это не принято. В Осло можно увидеть дорогие машины, но в основном все ездят на старье или на Тесла (молодые люди). Богачи живут в своих домах в Осло или роскошных квартирах где-нибудь в Гимле или на Бюгдой алле. Остальные ютятся в крошечных квартирках в старых домах, ванн нет практически ни у кого, цены на недвижимость растут с каждым годом и уже достигли астрономических цифр. Норвежцы живут на западе Осло, а восток для мигрантов. Дома в Норвегии преимущественно из дерева. Вообще, дерево они любят. Столичный аэропорт Гардемоен тоже деревянный внутри как сарай-так модно в Норвегии. Дома обиты вагонкой внутри, в лучшем случае эта вагонка покрашена краской. Домишки отапливаются дровами (печи и камины) или электричеством (редко). Я замерзала во всех норвежских домах. Местные ходят в толстых свитерах и носках дома. Нам, привыкшим ходить зимой в майках в своих квартирах и открывающим окна зимой, это странно, мягко говоря. Батареи центрального отопления зимой в Осло едва теплые, колотун в квартирах невероятный. Норвежцы экономят. ЖКХ услуги тоже страшно дорогие (уже устала твердить, что все дорого)). Еще одна особенность-крайне маленькие раковины для мытья рук почти у всех, даже в больших санузлах. Кстати, я мало видела норвежцев, которые приходят домой и моют руки или моют их перед едой, дети тоже не моют…Отдельно хочу остановиться на русских, проживающих в Осло. Поговорка «с такими русскими и врагов не надо» часто приходит здесь на ум. Считают свой переезд в Норвегию за счастье. Некоторые поливают грязью Россию. Растят своих детей в норвежской культуре. Особенно неприятно от пар русский-русская, которые переехали сюда и страстно пытаются влиться в норвежское общество.

Не могут понять, что для норгов они никогда не станут своими. В Норвегии зашкаливающая русофобия. Норвежцы лучше будут общаться с поляками и прибалтами, чем с русскими. Национализм и презрение к другим-это скрытая черта норвежцев и общаются они, в основном, друг с другом. Для них русские-это преступники, поляки и латыши с эстонцами-дешевая рабочая сила, литовцы-воруют машины и так далее))) Чуть получше норвежцы относятся к парам русская-норвежец, но при любой ситуации, конечно, выберут сторону норвежца и будут его защищать. Поражаюсь нашим барышням, которые рожают детей для норвежцев. Но это-отдельная тема))Из плюсов в Норвегии:
Экология. Аккуратные домишки везде, даже в глухомани куда редко ступает нога человека и проезжает машина. На окошечках стоят свечечки, цветочки, фигурки.
В садиках тоже все миленько. Заборчики покрашены белой красочкой. На разу не видела балкона, на котором хранят старые вещи-все балкончики как оазисы гармонии и красоты. Не увидишь обшарпанные фасады домов или вонючие подъезды. Все выдержано в одном стиле, нельзя устанавливать, например, окна, отличные от других окон в доме. Вот бы у нас так! Норвежцы постоянно твердят, что они больше всех в Скандинавии тратят денег на ремонт (неудивительно с такими-то ценами). Норвежцы наивны и простодушны. Верят всему. На этом плюсы и заканчиваются вроде))Подытоживая вышесказанное, хочу сказать ,что если иметь богатого норвежца в качестве мужа (именно богатого, а не среднего как 90% тут), то, наверное, хорошо жить в Норвегии. Во всех остальных случаях-лучше жить в своей стране))) 25 апреля 2017

Российские мамы и бабушки стараются одеть детей потеплее, накормить повкуснее, а после школы нередко несут за них тяжелый портфель. В Норвегии же всех с раннего возраста приучают к самоограничению и ответственности за собственную жизнь и здоровье. Возможно, именно в этом кроется секрет долголетия и благополучия жителей северной страны.

— Когда Макс был в четвертом классе, нас вызвала школьная медсестра. Претензия: ребенок слишком мало весит для своего возраста, — рассказывает Катерина. — То есть меня фактически обвиняли в том, что я недокармливаю сына. Этого уже достаточно, чтобы на семью обратила внимание служба социальной опеки. Во время нашего визита медсестра разговаривала исключительно с ребенком. Спрашивала его, ест ли он на завтрак бутерброды. Максимилиан ответил «нет». Затем поинтересовалась, дают ли ему на ужин рыбные котлеты. Когда сын снова ответил отрицательно, медсестра нахмурилась и стала делать пометки в его личном деле. На мои попытки объяснить, что мы все в семье худые, что я готовлю блюда русской кухни, не реагировала. Лишь когда на вопрос, что же он ест, сын ответил «кашу и борщ», медсестра с облегчением выдохнула. Достала таблицу, по которой разъяснила Максу, какие виды хлеба дольше перевариваются, какие лучше выбирать для бутербродов в школу. Медсестра начала разговаривать со мной, лишь когда убедилась, что ребенок все понял и будет в состоянии выбрать в супермаркете нужный сорт хлеба. С тех пор Макс сам читает надписи на упаковках, когда мы ходим за продуктами.

На холодильнике у нас висит список обязанностей Максимилиана, который мы составляли всей семьей. В нем 10 пунктов. Это тривиальные вещи: уборка, вынос мусора, уроки, помощь родителям. Подобные списки я видела в каждом норвежском доме, где была в гостях.

Распределять ответственность поровну — обычная практика в норвежских семьях. С малышами не принято сюсюкать: каждый — самодостаточный член общества.

Холодное питание

С младших классов ребенок сам собирается в школу. Мама лишь контролирует. В школу дети ходят без сопровождения взрослых. Помимо увесистого ранца каждый несет с собой пакет с ланчем. Горячие обеды не предусмотрены. Родители укладывают детям в пластмассовые контейнеры холодные сэндвичи, пирожки, фрукты, йогурты. Между уроками есть один получасовой перерыв, во время которого можно перекусить: отошел в сторонку, достал сэндвич, съел. Сладкое запрещено: никаких лимонадов, конфет, печенья, шоколадок. Орехи тоже нельзя — во избежание аллергии. Во всех школах и садиках висят таблички: Nut free zone («Свободная от орехов зона»).

— Когда сын пошел в первый класс, — вспоминает Катя, — я предложила родителям скинуться и купить в школу несколько микроволновых печей, чтобы наши шестилетки могли получать в течение дня горячее питание. «А кто будет разогревать еду? Учителя не могут отвлекаться от работы», — возразили мне.

Норвежские СМИ бьют тревогу из-за проблемы детского ожирения. Тем не менее многие мамы, сетуя на нехватку времени, даже вечером готовят из полуфабрикатов. Сосиски и замороженная пицца — самая популярная еда. И дело не просто в экономии времени и ресурсов, а скорее в национальной привычке к сдержанности и аскетизму. До обнаружения на территории Норвегии нефти страна была аграрной и бедной. Рацион крестьян состоял из хлеба, сыра, колбасы и молока. Современные норвежцы продолжают питаться так же.

— Даже на детский день рождения необходимо определенное меню: сосиски, пицца и десерт типа шоколадного пирога. Но часто сладкий стол для детей может состоять лишь из морковки, яблок и изюма, — рассказывает Катя. — На восьмилетие сына мы решили устроить тематический праздник в этнографическом музее в Осло. Там большая зеленая территория — есть где побегать — и интересная экспозиция о традициях разных народов. Мы пригласили всех одноклассников ребенка, а угощать их я хотела русскими блинами. Из 14 детей на приглашение ответили только двое — не норвежцы. Остальные не оценили оригинальность идеи. Кроме того, многие родители посчитали траты на билет в музей излишними, о чем не преминули мне сообщить. Вход в музей для детей свободный, а родителям, желающим присутствовать на празднике, пришлось бы заплатить за билет несколько крон.

В официальных письменных приглашениях на детский праздник принято не только анонсировать меню, но и часто обозначать стоимость ожидаемого подарка. Превышать ее не рекомендуется, чтобы не ставить в неловкое положение семьи с ограниченным бюджетом. Кроме времени начала праздника указывается его продолжительность, а также расписываются развлечения. Очень популярны пиратские истории, поиск сокровищ, спортивное ориентирование. Летом день рождения часто справляют просто на пляже, где достаточно места для беготни и активных игр. Поэтому и еда такая, ради которой не нужно устраивать застолье — перехватил сосиску и побежал дальше.

Понятие роскоши в Норвегии не связано с вещами и едой. Здесь роскошь — это чистота воздуха, возможность заниматься спортом рядом с домом, фьорд за окном. Природа — главное богатство, поэтому дети бывают на воздухе максимальное количество времени.

Нет плохой погоды

С восьми утра по улицам Осло семенят первоклашки в непромокаемых комбинезонах и резиновых сапогах. Норвежцы шутят: если человек обут в резиновые сапоги, значит, он местный. Местные выходят из дома готовыми ко всему. Их с детсада учат дружить с погодой.

— Как-то в мой первый месяц в Норвегии я оказалась на улице во время ливня. Проходя мимо садика, увидела, что малыши гуляют. Не выдержала и спросила воспитательницу: «Почему дети на улице в такой дождь?» Та даже не поняла вопроса. Здесь не принято ругать погоду: если ты жалуешься на нее, значит, ленивый и не умеешь одеться как следует. О том, как нужно одевать детей, родителям рассказывают на собраниях в школах и садиках. Учительница начальных классов Ингрид так прямо и сказала мне: «На переменке ваш ребенок будет сидеть в луже!» На мой вопрос, почему же в луже, это ведь образовательное учреждение, она развела руками: «Они же дети!»

Все школьные переменки в любую погоду дети должны проводить во дворе: дождь, ливень, ветер, снег — неважно. Считается, что, бегая, прыгая и «проветривая мозги», ребенок отдыхает, настраивается на следующий урок, закаляется и запасается здоровьем.

На уроках окружающей среды детям объясняют, как правильно одеваться в соответствии с прогнозом погоды. Например, если на улице минус десять, нужно быть одетым как капуста — многослойно. Первый слой прилегает к телу: длинные штанишки и пуловер из тонкой шерсти или флисa. Вторым слоем идет платье или джинсы и толстовка. Третий слой — теплый, но легкий водоотталкивающий комбинезон. Плюс прорезиненные утепленные сапоги, непромокаемые варежки, шерстяная шапка-шлем и, если совсем холодно, капюшон.

Есть и уроки правильного питания, на которых объясняют, например, что основной напиток — это вода, а бутерброд можно сделать полезнее, если вместо масла намазать на него авокадо. Все учатся сами заботиться о собственном здоровье. Ведь медицинская система устроена так, что основной упор делается на профилактику болезни, а не на ее лечение.

В гостях у кариеса

На школьных занятиях ученики читают «Приключения Кариуса и Бактуса». Популярная детская книга Турбьёрна Эгнера рассказывает о том, как веселая бактерия вместе с другом кариесом разрушала зубы ленивого мальчика Марка, пока он не начал их старательно чистить. По ней в 1955 году был снят мультфильм. Его видел каждый норвежский ребенок.

— В стране принято тщательно следить за зубами. Медицинские расходы здесь, как правило, покрываются государственной страховкой, но стоматологическая помощь только до 18 лет, — объясняет Катя. — Зубы берегут смолоду. Мамы начинают чистить ребенку зубы, едва у него во рту проклюнется первый. Довольно часто детям прописывают таблетки с фтором. А леденцы и конфеты норвежские дети видят реже, чем северное сияние.

В начале года каждая семья выбирает себе доктора — fastlege — из официального государственного списка. Менять семейного врача можно не чаще двух раз в год. Врач общей практики в Норвегии — универсал: ведет беременность, сам принимает детей и взрослых или направляет на прием к специалистам в больницу, выписывает таблетки от гриппа и так далее.

— По норвежским понятиям если у ребенка температура 38 градусов, это не повод беспокоить врача, а насморк — не основание для пропуска занятий в школе. При определенном списке заболеваний и недомоганий, например при мигрени или простуде, доктор может выписать так называемый зеленый рецепт. Это официальная рекомендация пойти прогуляться по лесу. Норвежская медицина устроена по принципу «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». Сказать, что у тебя барахлит здоровье, все равно что признать, что ты ленивый и безответственный. Не занимался спортом, не закалялся, вот и заболел.

Полный комплект

Спортивной подготовке в школе уделяется, пожалуй, даже больше внимания, чем другим урокам. Весной и осенью — плавание, зимой — лыжи. И круглый год походы.

— В государственных школах дети начиная с девяти лет ходят в трехдневные походы с учителями, ночуют в палатках, жгут костры, готовят еду в котелке. Кроме того, раз в неделю специальный автобус отвозит их на трехчасовую прогулку в лес или в горы, — рассказывает Катя. — Готур весной и осенью (gåtur — от норвежского gå — ходить, tur — поход), лангреннтур зимой (langrenn — беговые лыжи). О том, что мой ребенок будет заниматься горными лыжами, я узнала случайно. За день до начала занятий пришло письмо из школы, что нужно принести лыжи, шлем, ботинки и палки. Вечером мы смогли найти только одни подходящие лыжи, да и те розовые. Максимилиан, конечно, расстроился, но учитель объяснил ему, что если он научится кататься лучше всех, то другие дети захотят такие же лыжи.

Спортивные рекорды, пожалуй, единственное, чем в Норвегии хвастаться не зазорно. Здесь можно увидеть, как папа пятилетнего малыша с гордостью несет вслед за ним лыжи за 40 000 крон. Во всем, кроме спорта, норвежцы, привыкшие не выпячивать свое богатство, более чем сдержанны.

— В школах делается упор на то, чтобы юные норвежцы чувствовали ответственность за то, в какой благополучной стране они живут. Помимо лотерей со сбором средств, существуют благотворительные кроссы в помощь голодающим, например в Африке. Ребенок бежит вокруг школы на лыжах, а родители ставят определенную сумму на каждый круг. Когда такое проводилось в классе Макса в первый раз, я не знала, как правильно, и поставила по 50 крон на круг. Другие родители ставили в среднем по 10 крон. Максимилиан пробежал рекордные 10 кругов и очень гордился, что «заработал» больше всех. Я боялась, что кто-то посчитает, что мы «выпендриваемся», но, к счастью, этого не произошло. Сына похвалили за спортивные успехи, а меня за «щедрость».

«Не думай, что ты особенный… Не думай, что ты важнее нас…» — эти тезисы так называемого закона Янте еще в 1933 году сформулировал писатель Аксель Сандемусе в романе «Беглец пересекает свой след». Он описывал общество, в котором не признается право на индивидуальность. На менталитет норвежцев до сих пор оказывают влияние такие представления о социальном равенстве (см. «Вокруг света» № 6, 2013. — Прим. Ред.).

— В школе это сильно ощущается: никто не должен выделяться. В спорте — пожалуйста. А в учебе все равны. В норвежских школах нет дневников, по понедельникам детям выдают ukeplan — план занятий на неделю, где помимо тем уроков расписаны домашние задания, сообщения родителям. Оценки не ставят до седьмого класса. Наша пожилая учительница объяснила мне, что они травмируют детей. Система образования построена так, что сильные подтягивают слабых. Все получают одинаковые веселые смайлики-наклейки.

Будешь не как все — останешься без друзей. Станут игнорировать, а то и травить. Моббинг (психологическое насилие со стороны толпы) — не такая уж редкость в норвежских школах. Но при этом ссоры и драки разбирают не учителя, а сами ученики.

— В августе прошлого года Максимилиан перешел в пятый класс. После первого учебного дня он пришел домой и с гордостью сообщил, что теперь он мегглер. Так называют дежурных школьников, которые выступают посредниками в решении конфликтных ситуаций между одноклассниками.

Спокойствие, регламентированность, неагрессивность — важные стороны жизни, о которых должны заботиться все. В университете Осло можно даже получить образование по предотвращению конфликтных ситуаций. Аналогов этому курсу нет нигде в мире.

Один шумный выходной

Размеренная норвежская жизнь нарушается лишь раз в году. С 20-х чисел апреля и до 17 мая — Дня конституции — выпускники школ (их называют русс) празднуют вступление во взрослую жизнь. Шумные русс веселятся, выпивают, поют песни, осыпают прохожих конфетти. Традиция эта была описана еще в XVII веке. «Русс» (russ) — название рога, который выпускники носили с момента сдачи заключительного экзамена и до получения результатов. Ритуал «руссефейеринг» означал в буквальном смысле «прощание с рогом» и переход во взрослую жизнь: вчерашние школьники имели законное право как следует повеселиться. Сегодня 18-летние выпускники тратят тысячи крон: арендуют или даже покупают классом автобусы, раскрашивают их, а потом ездят на них ночи напролет.

— Норвежские дети сами стараются заработать деньги на выпускной. Многие копят на это не один год. Часто школьники объединяются в группки и обходят соседские дома, звонят в двери и просят денег. Я к таким звонкам уже привыкла и всегда даю несколько крон, — рассказывает Катя.

Выпускники делятся на группы: например, блорусс (blåruss) идут на парад 17 мая в синих комбинезонах (экономический уклон учебы), а рёрусс (rødruss) — в красных (гуманитарные науки, естествознание, искусство).

К выпускному русс готовят памятные визитки. Кто-то указывает на них настоящее имя с телефоном и электронной почтой, а кто-то пишет прозвище и шутливый адрес. Часто добавляют афоризмы или смешные фразы. Примерные младшие школьники выпрашивают у вырвавшихся на свободу выпускников эти визитки и гордятся своими коллекциями. Когда-нибудь и они напечатают такие визитки, как следует подурачатся и пошумят. А потом… окончательно станут взрослыми.

Героиня
Катерина Багреева

Родилась в Москве в 1979 году. Училась в Московской гуманитарно-социальной академии. В 1998-м вышла замуж за норвежца из Осло. В 2005 году родила сына Максимилиана, позже защитила диссертацию по юридической психологии. Сегодня проводит экскурсии по Осло. Автор книг «О Норвегии и норвежцах с улыбкой и любовью», «Сказки о России» и более 20 научных статей по вопросам психологии миграции. Максимилиан посещает французскую школу в Осло, говорит на четырех языках, занимается дзюдо, шахматами и танцами.

РИГА, 10 окт — Sputnik. По какому принципу норвежская служба опеки (Барневернет) вмешивается в дела семей иностранцев и почему так пристально не следит за норвежскими родителями и не стремится отбирать детей у них, попыталось разобраться норвежское аналитическое издание Agenda Magasin. Полный перевод статьи приводит портал ИноСМИ.

Вопросом норвежского «киднеппинга» особенно озаботились в Чехии, где в последние годы эта проблема стала предметом острых общественных дебатов.

Норвежка Малин, живущая в Праге с 2012 года, рассказывает, что ее чешский бойфренд однажды заявил, что нет ничего удивительного в том, что Норвегия вынуждена отбирать иностранных детей, ведь в стране настолько распространены инцест и инбридинг, что для спасения генного материала ей просто необходима свежая кровь.

«Мой парень был совершенно убежден в том, что именно так и обстоят дела, и я была просто в шоке. Вполне интеллигентный парень думал, что в Норвегии настолько распространен инцест, что норвежские власти совершенно сознательно крадут детей», — возмущается Малин.

Ингвар Бренна, который работает в Чехии переводчиком и ведет блог о жизни Норвегии, рассказал, что его часто приглашают на радио и телевидение, где задают вопросы о том, какими критериями руководствуется Барневернет и насколько квалифицированы сотрудники службы.

Бренна заявил, что многое объясняется одним делом 2011 года, когда двух детей чешских родителей забрали у матери по подозрению в том, что она их бьет. Несмотря на серьезные обвинения, против родителей никогда не было выдвинуто никакого официального обвинения и не было вынесено приговора, а мальчики до сих пор продолжают жить в норвежской приемной семье.

© Sputnik / Табылды Кадырбеков Это дело привлекло к себе большое внимание в чешских СМИ, в частности в таблоиде Blesk — одной из самых читаемых газет в Чехии. Здесь деятельность Барневернет уже несколько лет описывается как «киднеппинг» и «психологический террор», а сама служба характеризуется как «государство в государстве», которое может действовать независимо от законов, если ему это удобно.

«Очень быстро создалось впечатление, что служба опеки чаще вмешивается, если речь идет о семьях иностранцев, нежели когда речь идет о норвежцах, причем вмешивается она в дела семей из каких-то определенных стран. Но самым худшим было высказывание чешского президента Милоша Земана о том, что Барневернет — продолжение программы «Лебенсборн», — заявил Бренна.

Программа СС

Лебенсборн — организация, основанная 12 декабря 1935 года по личному указанию рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера с целью подготовки молодых расово чистых матерей и воспитания арийских младенцев. В рамках этой программы детей с «арийской внешностью» во время войны вывозили из оккупированных стран для компенсации потерь населения.

Земан лично подключился к дебатам о норвежской Барневернет. В 2015 году он даже заявил, что присутствие норвежского посла на праздновании Национального дня в пражском дворце было нежелательно, и тем самым дал ход теме норвежского «киднеппинга» в прессе.

Более того, в последние годы в Праге неоднократно проводились демонстрации на эту тему. Примечательно то, что в Норвегии также появилось движение против Барневернет. Сторонникам движения мощную поддержку оказывает Facebook, благодаря которому стало гораздо легче находить единомышленников и организовываться.

Группы в Facebook, которые движение собирает, рассказывают много душераздирающих историй от лица людей, у которых либо отобрали детей или внуков, либо их в свое время самих отобрали у родителей. Кроме того, многие пользователи в соцсетях попросят совета или просто поддерживают друг друга морально в сложных ситуациях, связанных с опекой над детьми.

Здесь также можно найти серьезные обвинения в адрес Барневернет: службу обвиняют в торговле детьми и сравнивают норвежскую политику с политикой авторитарных государств. Есть также много примеров, когда в соцсетях размещались фотографии и имена сотрудников Барневернет с пожеланиями, чтобы они тоже подверглись насилию.

Семейные ценности

Чешская журналистка Саша Ухлова объясняет озлобленность в отношении Барневернет тем, что в Чехии другие семейные ценности: здесь семья — это святое, а все права на ребенка принадлежат матери.

«В Чехии разрешается наказывать детей физически, и многим становится очень не по себе только от одной мысли, что государство будет вмешиваться в дела семьи», — объясняет журналистка.

Кроме того, по ее мнению, страх перед вмешательством государства в семейную жизнь смешан с национализмом и теориями заговора. Ухлова утверждает, что запугивание чехов норвежской службой опеки – это часть политики государства по демонизации ЕС, ведь многие граждане не знают, что Норвегия в ЕС не входит.

Ухлова ссылается также на теорию заговора, согласно которой «какие-то международные силы хотят помещать детей в семейные детские дома, чтобы сделать их легкой добычей педофилов или гомосексуалистов».

«Страх перед таким заговором тесно связан с ненавистью к ЕС и боязнью массовой иммиграции», — считает журналистка.

Кроме того, в Чехии довольно распространены альтернативные СМИ — сайты в интернете, странички в Facebook и блоги, для которых также характерен протест против иммиграции и страх перед исламом, а также продвижение теорий заговора, часто обращенных против США, НАТО и ЕС. Барневернет здесь занимает не последнее место. Утверждается, что норвежские власти предоставляют детей для различных издевательств, а чешское правительство не в состоянии защитить своих несовершеннолетних граждан.

Российский след

Мало того, альтернативные источники нашли даже российский след в этом деле. Журналист Михаил Дорд — активист, борющийся за реформу чешской службы опеки, утверждает, что шумиха вокруг Барневернет организована для отвода глаз от ситуации, которая сложилась в самой Чехии, и разговоры вокруг норвежской службы опеки идут в ущерб реформе чешской службы.

© Sputnik / Константин Чалабов Дискуссии о теориях заговора и планах подрыва христианских ценностей муссируются в СМИ с целью привлечения в них видных политиков, считает журналист. А инициатором этих «сплетен» Дорд называет российскую газету «Завтра», которая защищает православный и империалистический ультранационализм. Активист отмечает, что среди авторов газеты были люди, которые сыграли немалую роль в создании «Донецкой Народной Республики».

Газета много лет отстаивала утверждения о том, что в Норвегии жестоко обращаются с детьми, причем на организованном уровне, и утверждала, что Барневернет — часть «гомосексуального заговора», организованного норвежскими властями.

Бренна считает, что основной проблемой чехов в этом вопросе является то, что они не понимают, насколько мало волнует самих норвежцев проблематика Барневернет. По его мнению, если люди так тщательно пытаются отыскать червоточину в том месте, где ее на самом деле нет, то им просто нечем заняться.

«Многим к тому же трудно понять, что дети не могут вернуться домой в Чехию и жить, например, у своих бабушек и дедушек. Но даже те, кто особенно жестко нападал на Норвегию, признавали позднее, что вполне возможно, они чего-то не знают про семью, о которой шла речь», — подчеркивает Бренна.

Разосланный на места циркуляр, предписывает органам опеки прежде, чем принимать какие-либо решения в отношении детей из смешанных семей или семей иностранцев, связываться с их родственниками за рубежом, сообщает официальный интернет-сайт правительства Норвегии.

«Если у ребёнка есть тесная связь с другой страной, служба, занимающаяся заботой о детях, должна оценить не является ли наилучшим решением для ребёнка сопроводить его за границу, вместо того, что бы выносить решение о взятии под опеку, что означает, передачу в приёмную семью в Норвегии», — цитирует правительственный сайт слова Солвейг Хорне — министра по делам детей, равенства и социального вовлечения.

Новые инструкции разъясняют сотрудникам норвежской службы опеки, как они должны проверять и исследовать семейную ситуацию детей, связанных с несколькими странами, как сотрудничать с норвежскими иммиграционными властями, если документы детей ещё находятся у них на рассмотрении, как реагировать на запросы иностранных властей, в частности посольств.

Если ребёнок и родители захотят связаться с посольством своей страны , циркуляр рекомендует сотрудникам службы опеки содействовать установлению такого контакта.

«Первое и самое важное для службы защиты детей — это оказание помощи, — говорит норвежский министр. — Если мы вмешиваемся в ситуацию в семье на ранней стадии и налаживаем продуктивный диалог, мы можем выработать доверие и рассчитывать на сотрудничество при оказании помощи, и, таким образом, заняться проблемами до того, как они станут слишком большими».

По мнению интернет-издания The Local, норвежские власти были вынуждены сделать более прозрачной работу Службы заботы о детях (Barnevernet) под давлением международной общественности. Своими действиями норвежские органы опеки создали себе такую репутацию в мире, что в феврале 2015 года Милош Земан, президент Чехии, сравнил их работу с программой Третьего рейха «Лебенсборн». В рамках этой программы, детей, внешне соответствовавших представлениям нацистов об «арийской расе», изымали у матерей-одиночек, а на оккупированных территориях и у семей, и передавали на воспитание в семьи офицеров СС.

Томаш Здеховски , депутат Европарламента от Чехии, в интервью изданию The Local приветствовал готовность властей Норвегии пересмотреть своё отношение к деятельности службы опеки: «Я рассматриваю эти новости с большим удовлетворением, поскольку Норвегия, наконец, признала существование проблемы. Да, можно сказать, что на данный момент это сделано лишь косвенно, тем не менее, это не отменяет того факта, что это громадная перемена. Это первый шаг и, я надеюсь, что за ним последуют другие».

Чешский политик был одним из тех, кто поддержал международные акции в защиту очередной иностранной семьи, на этот раз — румынской, у которой норвежские органы опеки изъяли детей.

Посольства Норвегии в нескольких странах сообщили, что они получают множество писем протеста против действий Службы опеки. В некоторых странах у дипломатических представительств королевства прошли акции протеста. 20 февраля демонстрация против действий Службы защиты детей состоялась в Осло.

Я, конечно, основательно подготовилась к поездке, а норвежские друзья снабдили меня последними публикациями в самой авторитетной и тиражной национальной газете Aftenposten.

«Детская полиция» — в каждой деревне

Вот, к примеру, статья от 15 мая этого года — «Киднеппинг родной дочери и переезд из Норвегии». Подзаголовок вынесен на первую полосу — «У иностранцев, приезжающих в Норвегию, отнимают детей». 18 мая — «Европа критикует норвежскую систему охраны детей», 30 мая — «Цена беспокойства».

В этих публикациях герои шокирующих историй порой откровенно называют норвежскую службу защиты детей — Barnevern —»гитлерюгендом», «террористами», а уж «детская полиция» — совершенно общее выражение, которое я сама слышала и читала не раз.

Нашу журналистскую группу собирались разубедить в уже ставшем почти стереотипном общественном мнении. Для этого провели по многим структурам, отвечающим здесь за «охрану детства».

О, их здесь превеликое, потрясающее воображение множество! Возглавляющее систему ведомство — министерство по делам детей, равноправию и интеграции, ниже — Норвежский директорат по делам семьи, детей и молодежи. Потом — Губернские комиссии по защите детей и социальным вопросам и лично губернаторы.

И абсолютно в каждом муниципалитете страны, в каждой деревне, есть служба защиты детей, которая работает непосредственно с жителями. Произвол на самом нижнем уровне порождает больше всего семейных трагедий. Суды, адвокаты, психологи… Утверждают: все это для того, чтобы семье жилось спокойно.

А еще есть бюро Омбудсмена по делам детей, куда нас и направили по программе сразу по приезду.

Учитель-сексот

Кнут Хаансен, заместитель омбудсмена, разоткровенничался — мол, разговоры о правах детей возникли потому, что Норвегия сказочно разбогатела, найдя в 1950-х нефть на своем шельфе.

— Это была действительно очень передовая идея — выделить права детей в отдельную категорию, — считает Хаансен, вещавший на фоне снимка плачущего мальчика. — Видите — это Кристоф, которого бил отчим. Если бы мы не стали заниматься правами детей, никто бы так и не узнал об этом семейном насилии и не спас от него мальчика. Мы исходим из того, что дети — активные члены общества, имеющие собственные права.

Нам с вами привычно, что за маленьких детей целиком и полностью ответственны родители, но наш собеседник утверждает, что дети «сами являются экспертами своего положения». Как же это возможно?

— Мы спрашиваем у ребенка — как ему живется в семье, как с ним обращаются родители, хорошо ли ему? Если ребенок попал в больницу, интересуемся, как он видит свою болезнь, свое лечение. Системе охране детства поставляют информацию учителя, воспитатели, нянечки, медсестры, соседи.

Когда я возмутилась такой ставкой на «стукачество», хозяин офиса возразил, что учителя и нянечки видят ребенка каждый день, и им легче судить о его положении.

Вообще-то, омбудсмен призван разбирать случаи превышения полномочий, а не защищать доносительство. Но уж так построена эта система.

— Да, я читал и слышал мнение, что мы забираем из русских и других восточноевропейских семей детей для того, чтобы «улучшить породу», но это выдумки, — считает Хаансен. — Еще говорят, что забираем детей из семей, где не покупают им достаточно игрушек — тоже вранье.

Да, у нас категорически запрещены телесные наказания, даже простой шлепок, да и повышать голос на ребенка не рекомендуется. Если вы отшлепаете отпрыска в супермаркете, могут вызвать муниципальное отделение службы, чтобы вас забрать.

Самый трудный для распознавания вопрос — психологическое насилие в семье. Вы спрашиваете, какие критерии оценки явления? У нас развернута большая дискуссия на тему, что им можно считать.

Собеседник очень удивил своеобразным экскурсом в Библию — по его мнению, Священную книгу неправильно перевели с греческого. Уже не впервые за последние пару недель такое слышу!

— Там сказано, что если вы любите детей, должны воспитывать их в дисциплине и строгости. А на самом деле там написано — вы должны руководить детьми, направлять их.

Подозреваю, что Хаансен сам ни разу так и не открыл Библию, но не спросила об этом — смущать не хотела…

Малыш с игрушкой опасен!

Так уж получилось, что сразу после омбудсмена мы пришли к коллегам из Ассоциации зарубежных журналистов, работающей при Международном пресс-центре Норвегии.

Рассказ одного из наших собеседников, корреспондента польского телеканала «Полония» Генрика Евгениуша Малиновского волосы, ошарашил. Коллега занимается журналистскими расследованиями по случаям изъятия детей из семей польских мигрантов.

Еще до встречи с ним я посмотрела в «Афтенпостен» статистику этого позорно-печального явления — на диаграмме самое большое число детей было изъято из русских (русско-норвежских, от русской мамы) семей, второе место занимали поляки.

— По статистике поляков в Норвегии — 110 тысяч, а в реальности вдвое больше, — начал Генрик. — Случаи с детьми еще и потому такие сложные, что это абсолютно закрытая для СМИ и других людей информация. Она строго для ведомственного пользования.

Даже место, где содержатся дети, под секретом, а это может быть как приют-детский дом, так и приемная семья.

— Одна польская пара чуть не потеряла сразу обоих детей из-за сущей ерунды — 8-летняя девочка обмолвилась в школе, что ее полуторагодовалый братик ударил сестру игрушкой. И все! Система заработала! Детей сразу же изъяли из семьи — как же, семейное насилие!

Беда в том, что сначала детей забирают, а уж потом суд разбирается в ситуации. Представьте, полгода малыш полутора лет от роду и его старшая сестра жили в норвежской семье. Мальчик не мог спать — его привязывали к кровати ремнем. Вот где насилие!

Потом, слава Богу, суд во всем разобрался и нашел повод для изъятия незначащим. Но представьте, что пережили родители. А малыш потом долго прятался и плакал, завидев людей в форме или полицейскую машину. Он, конечно, еще маленький, забудет, но какая это психологическая травма…

Ищи финансовый след

Этой польской семье выдали 2000 страниц юридического текста на норвежском об их «нарушении» — представьте, как это можно понять! А перевод одной страницы стоит от 800 до 1000 крон. Закон гласит, что это заключение должно быть на родном для родителей языке, но на деле это не так.

Венская конвенция по защите прав детей, принятая в 1961-м, на которую к месту и не к месту постоянно ссылаются в Barnevern, предписывает информировать посольство страны, маленьких граждан которой забрали от родителей. Но чаще всего сами семьи обращаются в посольство. И диппредставительство тоже не может повлиять на действия этой структуры.

В Норвегии есть движение семей за своих детей, работает Redd Barna («Спасите детей»), есть группа из 100 влиятельных политиков, адвокатов, депутатов, отстаивающих права родителей на воспитание собственных детей. Они стараются изменить законодательство в этой сфере, вследствие чего изменится и ситуация. Доказывают, что эти институции работают не по закону, и к тому же это очень закрытая система.

В документах норвежской службы защиты детей я читала, что ребенка можно изъять только в крайнем случае и на срок до шести недель. Но, как видим, двое малышей провели в чужой семье полгода. Бывает, детей не отдают года два или вообще никогда…

Помни имя свое…

— В Barnevern утверждают, что иностранцы не понимают местную систему заботы о детях. Но на самом деле забота получается лицемерная, это дьявольское передергивание — детей психологически ломают, калечат под предлогом заботы их судьбы.

Я уже не поднимаю такую огромную проблему, как потеря национальных корней. Мы все читали в их документах, как, мол, они стараются, чтобы в приемных семьях дети сохранили свои «этнические, культурные, лингвистические и религиозные корни». Но на деле это совершенно не так! Дети даже родной язык забывают, не говоря уже о более глубоких вещах — там им просто неоткуда взяться, и никого это не заботит.

Бывает, детей передают в семьи с криминальной историей или гомосексуальные — родители не имеют возможности это опротестовать или обжаловать! В таких семьях находится 52 ребенка. За приемными семьями нет никакого контроля, труд социального работника, призванного за ними присматривать, оплачивается неважно. А права у него широкие.

А если поискать финансовый след? В Barnevern его найти несложно. По моим данным, за одного взятого на воспитание ребенка приемная семья получает 700 тыс. крон в год — это род бизнеса и способ заработка. (Цифры, правда, не подтвердили, но и не опровергли в «детских» службах, как-то замяли вопрос, поэтому точных данных нет. — Прим. автора.).

Годовой бюджет Barnevern составляет 1,3 млрд. крон. Дело еще и в том, что эта разветвленная структура на 60 процентов — в частных руках. (Это подтвердили. — Прим. автора). То есть частные фирмы, входящие в нее, конечно, должны работать не в убыток себе. Если бизнес не приносит прибыли, он закрывается. У них есть дома по всей стране, где содержатся дети. Правда, говорят, что участвуют там и бесприбыльные коммерческие структуры.

Но родители не сдаются, хотя вынуждены заниматься порой… похищением собственных детей. Есть для этого такие организации в диаспорах — марокканские, испанские. Есть и польские. Кшиштоф Рутковский, по кличке «Рембо», вернул родным родителям уже около 30 ребят. И это не только польские дети. Причем когда он все подготовит, берет с собой «на дело» мать или отца — тогда это не считается с его стороны киднеппингом, а со стороны родных тем более.

Лучше помогите родителям!

— Мы занимаемся расследованиями ситуации в семьях, — сообщили нам старшие советники Норвежского директората по делам детей, молодежи и семьи Андерс Хенриксен и Унни Нигаард. — В нашей стране есть определенные нормы, правила, законы, регламентирующие положение ребенка в семье.

В семьях мигрантов представления о воспитании и о том, как растить детей, другие. Поэтому мы с 12 лет опрашиваем ребят — как ему живется в семье, что он думает о своих родителях?

Конечно, мы не делаем выводов только на основании их слов. У нас есть молодые помощники из неправительственных организаций (НГО), которые тоже наблюдают за тем, как обращаются в семьях с младшим поколением.

Мы больше смотрим, наблюдаем и стараемся оказать в случае надобности помощь на дому. Нужно убедиться, что обстановка для родителей и отпрысков в семье благоприятная. И это касается всех — как норвежских семей, так и семей мигрантов. Забрать ребенка от биологических родителей — крайняя мера.
Но применяем и ее. Получив сигнал о том, что что-то неблагополучно, мы приступаем к расследованию. Психолог составляет отчет по положению дел в семье. Губернская комиссия по защите детей и социальным вопросам, в составе которой 3-5 судей, делает вывод по ситуации. Затем она принимает решение о перемещении ребенка в патронатную семью или специальное учреждение против воли родителей. У семьи есть право обжаловать решение в местном суде.

Судя по таблицам и диаграммам, которыми нас снабдили в директорате, 47 семей латвийцев, где дети родились еще в Латвии и 11 из тех, где дети появились на свет в Норвегии, попали под наблюдение. Итого 58 семей. А изъяли из тех и других вместе 7 детей. Так же и по литовским семьям, только там под контролем 108 семей первой категории и 25 второй (итого 133), и 14 детей изъяли из обоих. Кажется, не так много, но за каждой историей — семейная трагедия. И в процентном отношении доля отобранных детей — немаленькая.

Мы спросили насчет российских детей. Оказалось, службы опеки детей контролируют 486 (!) семей и 26 ребят изъято. А всего в Норвегии живет 4421 российская семья. То есть больше 10 процентов взяты под контроль. Ненамного больше «повезло» и полякам — у них наблюдают за 447 семьями.
Резонный вопрос — зачем так пристально смотреть за семьей и вообще вмешиваться в ее внутренние дела? Полезно ли это для «погоды в доме»? Наверное, помощь нужна только в том случае, если родители о ней попросят?

«Назовите их гитлерюгенд…»

Наши коллеги Мона Клауссен и Стейнар Дирнес дали статье «Похищение дочери и переезд из Норвегии» говорящий подзаголовк — его вынесли на титульную страницу: «Не ездите в Норвегию — там отберут ваших детей». Авторы пишут, что 60 детей родные родители «украли» из приемных семей и увезли на родину.

На снимке — девочка с мамой уже дома, в поселке недалеко от Паланги. Женщине, которую условно назвали Даля, очень трудно было общаться с дочерью, несмотря на положение Barnevern о беспрепятственном общении.

И к тому же малышка вскоре забыла родной язык, поскольку с ней говорили только по-норвежски. В статье приводятся слова Санне Хофман из организации Redd Barna («Спасите детей») — мол, органы опеки врут, что стараются поддерживать национальную культуру и традиции приемышей. А ведь это обязательно.

— Такие действия Barnevern подрывают политические контакты между странами, — утверждают коллеги. — Так, премьер-министр Чехии Богуслав Соботка обратился к норвежскому премьеру Эрне Солберг с просьбой о содействии в возвращении детей его земляков и привел конкретные примеры. А та отказалась — под предлогом, что не может вмешиваться в работу Barnevern.

Свыше 3000 детей приезжих взяты под контроль. Норвежская сторона утверждает, что выходцы из Восточной Европы не понимают положений Конвенции ООН по защите детей. А польский консул Славомир Ковальский на это возражает — напротив, это в Норвегии толкуют положения конвенции наоборот. Один из сотрудников польского посольства даже назвал систему Barnevern «гитлерюгенд».

40 процентов детей, изъятых из родительского дома в Осло, перемещают в другие коммуны, и среди них 20 процентов — из семей иностранцев.
Норвежское правительство собирается выделить еще 5 млн. крон (!) для рекрутинга (набора) приемных семей, об этом постоянно размещаются объявления в газетах: «Нам нужны приемные родители». В таковые принимают и людей из ЛГБТ-сообщества.

В Стране невыученных уроков

Уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Павел Астахов прямо говорит, что таким образом Норвегия решает свои демографические проблемы:

— «Барневерн» занимается терроризмом. Я лично знаю 55 дел в отношении русских родителей, по которым было вынесено в Норвегии неправосудное решение».

Одно из таких дел — то, что произошло с Ириной Бергсет, вышедшей замуж за гражданина Норвегии и уехавшей со своим семилетним сыном в эту страну. Там у нее родился еще один мальчик.

Ирина говорит, что ее старший сын считался вундеркиндом в норвежской школе, потому что там с 1 по 7 класс — начальная школа. Детей должны за это время научить читать и считать, но вслух в классе читать нельзя, и учитель выводит ученика «для опроса» по чтению в коридор, «чтобы не позорить малыша», если что.

— Литературы, истории, физики, естествознания не преподают, — читаем со слов Ирины в отчете Международного общественного движения «Русские матери». — Есть природоведение, которое называется «обзор».

Дети знают, что Вторая мировая война была, все остальные подробности — насилие над ребенком и его психикой. Самая богатая страна мира не кормит детей в школе и детских садах. В школах висят объявления от службы «защиты» детей: «Если родители попросят тебя сделать уроки — позвони. Мы поможем освободить тебя от таких родителей».

Единственным способом тренировки памяти сына стали домашние занятия на пианино. «Только пикни где-нибудь, что у тебя такая требовательная мама», — предупреждала Ирина мальчика.

Гром грянул через шесть лет жизни в Норвегии, когда сыну, родившемуся в Норвегии, исполнилось три года. Родители расстались, Ирина, имея диплом факультета журналистики МГУ и степень кандидата филологических наук, владея многими языками, работала учителем в скромной сельской школе в Аурскоге. Социальными пособиями никогда не пользовалась, взяла кредит в банке, купила квартиру, уделяла детям много внимания. Считала себя хорошей матерью.

В Норвегии разведенные родители по закону имеют право каждый на продолжительное общение с детьми. Мать сумела уберечь от этих свиданий старшего сына, потому что отчим его обижал, но закон обязывал к общению с младшим, его родным ребенком.

— Я держалась, как могла, чтобы ребенок у отца не ночевал — была угроза избиения. Но детский сад, иные госструктуры давили на меня, чтобы я отдавала ребенка. Поэтому маленький сын оставался у отца сначала по два часа в субботу или воскресенье. Но последний раз провел у него почти неделю — ребенок был с температурой, когда он его увез в тридцатиградусный мороз к родственникам в Тронхейм.

Седьмого марта 2011 года я пошла в полицию поселка Бьоркеланген, потому что мой маленький мальчик рассказал, что тети и дяди, родственники его папы, делали ему больно в ротик и в попочку. Рассказал о вещах, в которые я не могла поначалу поверить. Есть в Норвегии некая народная традиция, увязанная на интиме с детками, мальчиками и девочками, учиняемая кровными родственниками.

У них есть образцово-показательная система защиты детей, созданная для вида, что они борются с инцестом. Потом я поняла, что центры Barnevarn, имеющиеся в каждой деревне, нужны только для того, чтобы выявить проговорившегося ребенка и недовольную мать или отца и изолировать их, наказать.

Малышам — об инцесте

Давайте разберемся в этом вопросе. Много шума наделало около двух лет назад заявление Инги Марте Тордкильдсен, предшественницы нынешнего министра по делам детей, равноправия и интеграции Сильвии Хорне, у которой мы сейчас побывали, о том, что в Норвегии нужно учредить «Центр инцеста» и ввести со второго класса в школе обязательные «уроки инцеста».

Но для чего? Якобы для того, объясняла экс-министр, чтобы уберечь их от этого позорного явления, от учиняемого над ними насилия, чтобы они могли его распознать. «В настоящее время я серьезно занята тем, чтобы уберечь как можно больше детей от жестокости и сексуальных домогательств. Очень важно как можно раньше установить с детьми контакт и рассказать им о том, что законно, а что нет», — говорила Торкильдсен.

Можно только вообразить себе, КАК выглядят эти «уроки»! Восьмилетним малышам рассказывают — что? Страшно представить! Что, оказывается к ним может «пристать» папа, и это бывает (!), а иной раз секс случается у братика с сестричкой. И ничего не подозревавший «розовый» младенец узнает ТАКИЕ подробности!…

Для чего? Чтобы осознать, что это нехорошо и немедленно рассказать взрослым? Но подумайте только, какую психологическую травму неокрепшему сознанию наносит эта фактически чудовищная реклама инцеста. И что будут показывать на теоретических занятиях, практических? Жуть. Под видом просвещения детей с младых ногтей развращают.

Адвокат Екатерина Рейерсен, живущая в Норвегии с 1993-го и тесно работающая с органами опеки и спорами по родительским правам, считает, что в случае с уроками инцеста речь идет о защите детей. Но почему такими чудовищными методами?..

— На уроках детям расскажут, как уберечься от жестокости, насилия и сексуальных домогательств, чтобы они могли защитить себя и попросить помощи. Глава 19 Уголовного закона Норвегии регулирует сексуальные преступления, в частности, совершенные против несовершеннолетних.

Сексуальные отношения с лицом младше 16 лет наказуемы лишением свободы. Причем в некоторых случаях срок может доходить до 21 года, когда действие совершено несколькими лицами, особо болезненным и унизительным образом, в отношении детей до 10 лет, и неоднократно. Когда нанесен значительный ущерб здоровью потерпевшего. Дети неприкосновенны. Норвегия — правовое государство. Закон работает, нормы установлены, границы жестко определены, полиция не спит, суды судят, — утверждает адвокат.

А как же тогда быть с данными, что в Норвегии в целом изъято из родных семей 200 тысяч детей — пятая часть всего их числа? Целое украденное поколение! Зачем?..

Задача: перепрофилировать

— По всей Европе введены сексуальные стандарты, которые регламентируют воспитание детей в определенном ключе, — утверждает Ирина Бергсет. — Этот регламент обязателен для всех стран, подписавших соответствующую конвенцию, принятие которой активно лоббируется сейчас в России.

Прямым текстом говорится, что родители совместно с медиками и детсадовскими работниками обязаны учить крохотных детей «разным видам любви».

А специальный раздел этого общеевропейского сексстандарта сообщает, почему учить европейских детей мастурбации родители и сотрудники детсадов обязаны строго до четырех лет и никак не позже.

В одной только Норвегии 19 тысяч (!) негосударственных обществ (НГО) по перепрофилированию детей из «древних» (мужчина, женщина) в иные нетрадиционные гендеры. (Чиновники нам говорили о сотрудниках многочисленных НГО, способствующих «Барневерн», но что они конкретно делают, не сказали. — Прим. авт.) Ребенок принудительно развивается в определенной нетрадиционной гендерной категории.

Все это в современной Европе преподносится как вид толерантности. Мол, дети якобы имеют право на сексуальные предпочтения с нуля лет, имеют право на секс-разнообразие. В этом смысле Россия выглядит островком христианского семейного уклада.

Когда мальчиков Ирины забрали и увезли в неизвестном направлении (в этой системе никто ничего матери не сообщает), свидание разрешили раз в полгода на 2 часа (!). Но 13-летний Саша смог чудесным образом вырваться из семейного детского дома, где его держали (младшего поместили в другое место).

Сообразительный мальчик заходил в библиотеку, где стоял компьютер, и по интернету неожиданно нашел Кшиштофа Рутковского, «Рэмбо». Они вдвоем и организовали побег. Но Кшиштоф обратился в последний момент к Ирине, чтобы она поехала с ним на «киднеппинг», а потом увез всех троих в Польшу. В Норвегии остался младшенький… Страшный выбор для матери.

То, что дает карты в руки системе «Барневерн» — конфликт культур, различие традиций и менталитета, разные подходы к семье, браку, воспитанию детей.

Народ из бывшей большой страны разъезжается по планете — будьте бдительны!

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *