Дочь отзывы о фильме

Фильмография Александра Касаткина невелика. Режиссер в большей степени занимался постановкой сериалов, однако, помимо полнометражного фильма СЛУШАЯ ТИШИНУ, многие, наверное, помнят его забавную новеллу Mosco, ti amo из альманаха МОСКВА, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!, в которой незадачливый итальянский любовник вынужден балансировать на карнизе высотки МГУ, когда в комнату общежития нагрянула проверка. Наталья Назарова, автор сценариев ко многим российским фильмам и сериалам (МОЙ ПАРЕНЬ – АНГЕЛ, КОМПЕНСАЦИЯ, ВНУК ГАГАРИНА, ДУРА, «Я вернусь»), решила попробовать себя в режиссуре. Их совместной работой с Александром Касаткиным стала картина о жертвах серийного маньяка, орудующего в провинциальном городке.

ДОЧЬ

Россия, 2012, 110 мин.

Режиссеры Александр Касаткин, Наталья Назарова

Автор сценария Наталья Назарова

Оператор Андрей Найденов

В ролях: Мария Смольникова, Яна Осипова, Игорь Мазепа, Олег Ткачев, Владимир Мишуков, Кирилл Назаров

Продюсеры Сергей Зернов, Светлана Кучмаева

Производство Киностудия им. Горького, кинокомпания «Валдай»

НАТАЛЬЯ НАЗАРОВА: «МЫ ВАРИЛИ КАШУ ИЗ ТОПОРА»

БК: Наталья, чем вас не устроила сценарная деятельность? Почему режиссура?

Наталья Назарова: Я давно хотела снять фильм как режиссер – это вечная тоска сценаристов. К тому же еще до того, как стать сценаристом, я училась на режиссерском факультете во ВГИКе, но по семейным обстоятельствам не закончила его. Продюсеры мне говорили: «Напиши что-нибудь недорогое и мы тебя запустим». Я написала ДОЧЬ. Но проект долго не запускали – продюсеры не хотели связываться с дебютанткой. Два года сценарий лежал, его у меня пытались выкупить, но я не продавала в надежде, что все-таки мой час наступит. Однажды Саша Касаткин, который снял СЛУШАЯ ТИШИНУ по моему сценарию, стал сетовать, что нет истории, а ему очень хочется снять какое-нибудь серьезное кино. Я к тому времени уже немного отчаялась и сказала: ну давай я тебе тогда ДОЧЬ отдам, но имей в виду, что от сердца отрываю. И Саша предложил мне снять фильм вместе. С ним, конечно, было гораздо проще. Хотя финансово немного труднее – какие-то расходы увеличились вдвое, например, на проживание в гостинице. А снимали мы на средства министерства культуры – деньги мизерные, 600 или 800 тысяч долларов, каждая копейка на счету.

БК: Что вдохновило вас написать эту историю?

Назарова: Идея сценария родилась из моего сильного эмоционального впечатления в детстве. У нас в школе училась очень милая девочка. Однажды я с ужасом узнала, что ее отец сел в тюрьму за то, что заводил девочек в лес и там их насиловал. У меня был шок, я не могла понять, как вообще ребенок может такое пережить. Второе, что меня «вдохновило» – во время работы над каким-то сценарием мне нужно было читать про всяких серийных убийц, и в одной из биографий было написано, что после того, как обнародовали страшную правду, семьи пострадавших не смогли жить в городе. У меня сразу включилась фантазия, я стала представлять, что в действительности там было с этими людьми. Вот из этих двух впечатлений и родился фильм.

БК: Есть какие-то различия между написанием сценария для себя и на продажу?

Назарова: Нет. На самом деле я вообще об этом не думаю. Для меня главное – писать искренне. Всегда как для себя.

БК: Вы сказали, что давно хотели попробовать себя в режиссуре. И как впечатления?

Назарова: Режиссура действительно очень тяжелая профессия. В общем-то, я так и предполагала, но получила возможность убедиться на собственном опыте. Тяжело, особенно в условиях малого бюджета. Мы иногда буквально чуть ли не стоя работали, потому что элементарно не хватало денег на стулья для группы. Как сказал наш оператор Андрей Найденов, мы варили кашу из топора – отлавливали людей на улице, просили их, чтобы они бесплатно снялись в массовке. Но несмотря на сложности мне понравилось – охоту не отбило, скорее, наоборот.

БК: Как долго велась работа над проектом?

Назарова: Мы сделали фильм очень быстро. Проект запустился в середине августа того года, а уже в октябре начались съемки. Отсняли все за 28 дней. Мы сами удивились, что так все быстро получилось.

БК: Можете сказать, в каком жанре выдержан фильм? Или это больше авторское высказывание?

Назарова: Да, это ближе к авторскому высказыванию, но жанр можно обозначить достаточно широким термином «драма». Я бы даже сказала, что это трагедия. Хоть в конце и есть какая-то надежда на лучшее, но история получилась грустная.

БК: Грустная или мрачная?

Назарова: Те, кто уже видел картину, не употребляют слово «мрачный». Они говорят, что фильм тяжелый. У нас не было задачи «нагнать мрачняка». Скорее – провести героев через страдания. На мой взгляд, света в картине достаточно. Все зависело от главной героини – ее играет Маша Смольникова, и это выдающаяся актерская работа, без преувеличения говорю. Есть сцены, которые просто за душу берут. И все остальные актеры какой-то свет принесли с собой. У нас снимался совершенно замечательный Володя Мишуков в роли священника. Таких священников, на мой взгляд, в кино давно не было. Одна из интриг кастинга – брат Гены Назарова, моего мужа. Гена – актер, а Кирилл – настоящий следователь в милиции. Вот мы и сняли его в роли следователя.

БК: И какие впечатления от работы с непрофессиональными актерами?

Назарова: Они дают огромный бонус во время более спокойных сцен, потому что от них идет какая-то потрясающая информация. Вот, например, мы попросили следователя говорить на своем языке, которым он обычно на допросах пользуется или просто в разговоре с коллегами. И он иногда даже корректировал какие-то фразы в сценарии. Но при этом с непрофессиональными актерами немножко сложнее снимать сцены, где нужен открытый темперамент, глубокие и яркие эмоции. Требуется больше времени на репетиции этих сцен.

БК: Как распределялись обязанности между двумя режиссерами?

Назарова: Первое, что спросила продюсер Светлана Кучмаева на стадии переговоров: «А вы не переругаетесь?» Но у нас с Александром была договоренность все решать вместе. Если одному не нравится, другой не должен тупо настаивать. В таких ситуациях мы старались найти решение, чтобы оно устраивало обоих. И это оказалось гораздо проще, чем мы ожидали. К концу съемок мы не только не разругались, а нам стало ужасно удобно друг с другом, потому что всегда есть сомнения, когда ты смотришь и уже не понимаешь, хорошо это или плохо. И нужен человек, с которым можно посоветоваться.

БК: Ваш замечательный оператор Андрей Найденов не был случайно третьим режиссером на площадке?

Назарова: Я совершенно спокойно могу назвать его соавтором фильма, потому что его видение картины, образа города – это взгляд настоящего художника. У Андрея есть великое качество – такт. Мы сразу закладывали, что у нас часть текста будет сымпровизирована – хотели, чтобы речь, особенно школьников, была живой. Однако импровизация проявлялась не только в словах, но и в действиях. Конечно, мы выстраивали сцены, очерчивали рамки, но актеры все равно двигались достаточно свободно. У Андрея настолько живая камера и прекрасная реакция, что он умудрялся их ловить и крайне редко сердился. Еще он всегда был готов раньше других. У нас была хорошая камера – обычно все ждут оператора, а на этой картине Андрей ждал нас.

БК: Вы упомянули образ города. Где снималась картина?

Назарова: В двух городах Рязанской области, в основном в Елатьме и кое-какие сцены – в Касимове. Нам по сюжету обязательно нужен был провинциальный город – в фильме очень много совпадений, которые могут случиться, если пространство маленькое, где все друг друга знают.

БК: Каким вы видите своего зрителя? Для кого делалось кино?

Назарова: Я бы сказала, что это кино для людей от 25-ти и до бесконечности. Не то чтобы мы претендовали на какую-то универсальность. Дело в том, что все герои разных возрастов. Есть десятиклассники, есть поколение их родителей. Поэтому аудитория должна быть достаточно широкой.

07.06.2012 Мария МУХИНА

 Шестнадцатилетняя Инна живет вместе с папой и младшим братом в маленьком провинциальном городке. Обычно там ничего не происходит, но в последнее время стали просачиваться новости о жестоком маньяке, который орудует в окрестностях. Он действует тихо и незаметно, а его жертвами становятся преимущественно девочки 13-15 лет. Казалось бы, Инне стоит проявить беспокойство, но девушка настолько устала от своей скучной и однообразной жизни, что даже сообщение о маньяке не пугает ее.

Однако, вскоре в жизни героини все меняется. К ним в класс приходит новая ученица Маша, которая приехала в городок недавно. Через некоторое время они с Инной становятся хорошими подругами. Маша рассказывает героине о мальчиках, моде, отношениях, сексе, и постепенно замкнутая, закрытая Инна начинает расцветать и интересоваться жизнью. Впервые она чувствует себя по-настоящему счастливой, открытой, живой. Девочки живут в предвкушении летних каникул и первой любви.

Но эти счастливым девичьим мечтам не суждено сбыться. Как гром среди ясного неба, по школе проносится известие о том, что Маша стала жертвой маньяка. Инна не может поверить, что ее любимой подруги больше нет. Маша была для нее не просто одноклассницей – она стала единственным человеком, которому Инна решилась открыться.

Убитая горем, подавленная, разочарованная в жизни, Инна страдает дома и сначала даже отказывается идти на поминальную службу, но потом все-таки решает в последний раз попрощаться с подругой.

На отпевании героиня знакомится с сыном священника Ильей, чья сестра тоже недавно погибла от рук маньяка. Герои удивительно легко находят общий язык и даже после похорон продолжают общение. В Илье Инна находит ту поддержку и опору, которую не могла обрести в семье. Вместе ребята легче справляются с горем от потери близких людей.

Через некоторое время Инна начинает замечать, что ее чувства к Илье переросли в нечто большее, чем простое сочувствие. Героиня испытывает все волнения, радости и горести первой любви, но впереди ее ждет еще одно страшное открытие…

Есть фильмы, которые никогда не попадут на экраны современных кинотеатров и не соберут миллионы в кинопрокате. Но это не означает того, что они неудачные или неинтересные. Да, в них нет шокирующих спецэффектов, в них не играют актеры с громкими именами. Но, наверное, именно такая «тихость» некоторых фильмов делает их особенно яркими и буквально бьющими зрителя наповал. Одним из таких кино является недавнее творение двух российских режиссеров, Александра Касаткина и Натальи Назаровой, «Дочь» (2012).

Путь через страдание

В одном из интервью режиссер Наталья Назарова сказала, что задачей авторов фильма было «провести героев через страдания». Да, «Дочь» — кино о страдании. О страдании обычных людей из обычного маленького города, каких очень и очень много в России. В таких маленьких провинциальных городах все друг друга знают — и это делает большую трагедию еще более ужасной и жестокой.

Сюжет фильма мог бы стать стержнем для захватывающего триллера. В небольшом поселке происходит серия убийств девочек-подростков. Но это, в общем-то, не меняет обычного ритма жизни в городке, где есть школа, детский сад, пекарня, больница, полиция. Есть в поселке и дискотека — центр притяжения для городской молодежи, особенно по вечерам. Есть и православный храм. Сюжет для триллера снят как глубокая драма в очень узнаваемых декорациях. Большая часть сцен фильма снималась в расположенном на берегу реки Оки поселке городского типа Елатьме Касимовского района Рязанской области. Трудно было бы представить более естественный русский пейзаж. Может быть, поэтому и в фильме все настолько естественно, буднично, привычно…

В фильме немного действующих лиц. Инна и ее младший братик Вовка, их отец — Виктор Иванович. Илья — сын отца Валентина, местного священника. Маша — новенькая в классе Инны, очередная жертва убийцы. Следователь Бахметьев. Молодой помощник прокурора Титов, сестра которого тоже в списке жертв. Своеобразный центр фильма — это Инна. Милая и простая девочка, которую отец воспитывает в строгих правилах. Страдание не обошло семью Инны: ее мама умерла — «перепутала таблетки».

Совсем неожиданно в жизни Инны появляются два новых человека. Сначала — Маша. А потом, совсем неожиданно — Илья. Сестра Ильи тоже была убита. И дружба с Инной открыла для парня возможность пережить трагедию. Но дружба становится началом пути к правде, которую, как окажется, пережить будет еще тяжелее…

Правильность или нормальность

Маша: Ты такая правильная… Ты боишься, что тебе по шапке дадут, или ты реально такая правильная?

Инна: Почему я правильная? Я — нормальная…

Девочка Маша готова соблазнить Илью. Прямо во время поминального обеда по его убитой сестре. Для нее подобное — нормально. Маша любит играть в боулинг и ходить на дискотеки. Быть правильной для нее значит быть не такой, как все, быть такой, как Инна. Ведь Инна даже не знает, где находится в городке дискотека. Инна посещала музыкальную школу, которую закрыли по причине отсутствия учеников, — и теперь она занимается дома самостоятельно. На уроке физкультуры шестнадцатилетняя Маша вдруг говорит, что пора бы бросить курить. Для нее это тоже — нормально. А шестнадцатилетняя Инна даже не пользуется косметикой. Видимо, для нее это — нормально.

Маша: А отец сейчас с кем?

Инна: С нами…

Маша: Понятно, что с вами. Есть у него кто-то?

Инна: Ну… Кто?

Маша: Кто, кто! Женщина какая-нибудь?!

Инна: Нет. Ты что! Он знаешь как маму любил! Больше жизни…

Маша: Ну и что? Он же мужик, ему надо.

Инна: Что ему надо?

Маша:… У тебя вообще было?

Инна: Что?

Маша: Что, что!!!

Инна: Парень?..

Маша: Ты дура?!

Пусть Инна еще не знает страшной правды, которая откроется потом, но все равно для нее нормально (нет — не правильно, а — нормально, естественно), когда отец хранит верность умершей супруге. Маша удивляется, что Инна еще не была с парнем, и поэтому решает просветить «отсталую от жизни» одноклассницу откровенным журналом.

Маша и Инна — две противоположности. Противоположности во всем. Маша просто берет от жизни все. С ее точки зрения, Инна — до глупости «правильная», а это скучно. Нормальная Инна не укладывается в ритмы современной жизни. Но может ли быть «нормальной» та жизнь, в которой сами понятия правильного и нормального становятся в лучшем случае старомодными, а в худшем — ругательными? Не подумайте, что авторы осуждают современную жизнь. Они просто задают вопросы. Но каждый вопрос требует ответа. И от наших личных ответов зависит состояние мира вокруг нас.

Как бывает в жизни, или Добро и зло

Виктор Иванович (отец Инны): Гражданство сколько оформляют?

Галина (работает вместе с Виктором Ивановичем): По-разному…

Виктор Иванович: План такой: оформляем фиктивный брак, я вас временно прописываю на своей территории. Гражданство, все дела по-быстрому делаешь, потом развод. Живешь, конечно, у себя.

Галина: Я вам… нравлюсь?

Виктор Иванович: Нет.

Галина: А зачем тогда?

Виктор Иванович: Просто так.

Галина: Просто так ничего не бывает.

Виктор Иванович (уходя): Значит, бывает.

Виктор Иванович, отец Инны, — простой рабочий, в свободное время почти задаром ремонтирующий неисправные холодильники. Замкнутый и даже мрачный человек. В итоге именно он оказывается главным отрицательным героем — убийцей. Но в самом начале фильма он совершает всего лишь одно доброе дело. Совершает сухо и мрачно. Он ничем не обязан Галине, и о том, что ей грозит увольнение, а значит, и полное отсутствие средств на лечение больного ребенка, Виктор узнает практически случайно. Но почему-то он решает помочь. Помочь просто так. Ему ничего не нужно от Галины. И эта частичка участия в горе другого человека в итоге спасает жизнь его дочери и совсем маленькому сыну Вовке. Частичка добра не оправдывает убийцу. И это не попытка «спасти» маньяка, показав, что даже самые отъяв­ленные злодеи способны на добрые дела. Это скорее вопрос ко всем нам: а на что способны мы — те, кто не убивает и не грабит, не прелюбодействует и не ворует и ведет в целом правильную жизнь?

Провинциальная теодицея

Отец Валентин: Бог добр, но Он не сентиментален. Иногда Его доброта выглядит как жестокость, Он может и ударить…

Илья: Он меня не ударил, Он меня убил!

Главный вопрос фильма — вопрос страдания. Через страдание проходят все герои. Даже самые невинные и беззащитные. Почему люди страдают, если есть Бог? Ответ на этот вопрос можно искать очень долго, но так и не найти.

Есть специальный термин — теодицея, или богооправдание. Под теодицеей обычно подразумевается попытка доказать или оправдать то, что мир управляется добрым Богом, несмотря на наличие в этом мире зла и страданий. Говорят, легко быть верующим, когда идешь через цветущий луг и видишь яркое солнце в небесной синеве. А вдруг в одно мгновение цветущий луг превратится в выжженную землю, а небо покроет непроглядная мгла? Проходящие через боль, страдания и даже смерть герои фильма обретают свою веру.

Конечно, возникает другой вопрос: чтобы поверить, обязательно нужно страдать? Таких вопросов будет бесконечное множество. Но есть то, что нельзя выразить словами или логически понять. Любить отца, даже узнав, что он убийца. Хранить тайну исповеди человека, отнявшего жизнь у твоего же ребенка. Вновь обрести потерянную было веру…

Фильм «Дочь» заставляет остановиться и задуматься. И если вы все-таки решитесь посмотреть его, то будьте готовы, что он ударит по струнам вашей души, и отзвук его будет очень долгим. Просто потому, что в фильме все живое. Да и в основе фильма вполне реальная история…

Фото из открытых интернет-источников

Газета «Православная вера» № 19 (519)

Фильм «Дочь» — это притча об отношениях человека и Бога, который является Отцом и Творцом.
Жесткое начало неумолимо заставляет задуматься над непростыми вопросами: почему произошла очередная трагедия, кто виноват в этом, каковы мотивы у преступника, кто он.
Детективная составляющая погружает в психологическое расследование внутренних, глубинных причин нестроения земного бытия.
В центре внимания отношения «отцов» и «детей». Мы видим разные «плоды воспитания»: одинокая, пьющая мать бьет своего малолетнего сына за вранье, курение, мелкое воровство; 16-летняя дочь представляет, как она «из жалости отпинала ногами» гулящую мать; дочь маньяка внушает братишке: «Наш папа – самый лучший!»; сын священника говорит об отце: «Он настоящий». Роль родителей в мироощущении своих детей – одна из сильнейших линий в фильме.
Семья для ребенка как крепость от внешнего мира, как носительница ценностей и смыслов разрушена: «Зачем жить?! Я не хочу! Я же сюда не просилась!.. Жизнь – такая фигня!.. Это просто капец, когда человека никто не любит!» Уже в 16 лет тоска, разочарование, цинизм, пороки, ощущение бессмысленности бытия. Проблемы «детей» – это проблемы «отцов» в миниатюре, это тот же онтологический вопль поиска смысла, только с иными очертаниями.
На что же опереться человеку? Как выстоять под ударами судьбы? Экзистенциальные проблемы вынуждают вспомнить об Отце Небесном. Герои фильма задумываются над главными вопросами: «Бог есть? Только честно?»; «Зачем жить?»; «Ты меня любишь?»; «А Бог какой?»; «Почему Бог такое допускает?»; «Что вы будете делать, если к вам придет человек и скажет, что он убивает других?»; «Ты можешь отцу поверить?! – А ты мне?»
Оказывается, что исступленная родительская любовь по отношению к своему ребенку может привести к череде преступлений, хрупкая юношеская любовь может разбиться о рифы житейского моря… И только Бог любит всех своих сынов и дочерей, ждет с распростертыми объятьями их покаянного возгласа: «Отче наш…». А любовь человека к Небесному Отцу постоянно испытывается: «Бог добрый, но Он не сентиментален. Иногда Его доброта выглядит как жестокость. Он может ударить». Вот тогда происходит испытание нашей веры и любви: «Он меня не ударил – Он меня убил!!!» И отворачиваемся, отпадаем, мучаемся. Страшное ощущение богооставленности и покинутости! Возвращение же преображенной страданиями души происходит в момент обретения истины, когда всего себя, без остатка, человек готов отдать в волю Божию ради спасения другого.
Кульминационным является момент разговора двух отцов. Мы содрогаемся от крика израненной души одного («Живете и не видите, что творится: грязь кругом, разврат, всё загадили, души загадили, всё отравлено, а дети дышат этим воздухом! А вы стоИте и смотрите, а я не могу на это больше смотреть!!!»), а другой с состраданием положит руку на плечо убийце своей дочери, станет заступником для детей-сирот маньяка. Происходит столкновение «правды чистильщика этого мира» и правды Божией, носителем которой является священник.
Кто имеет право судить? «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете…» (Лк. 6:37). Борьба с внешним злом порождает новое зло: «жалость» к пьяненьким девочкам выливается в их физическое уничтожение «одним ударом по голове», черная месть забивает долго и мучительно беззащитную жертву, самосуд окружающих направлен на неповинных детей. Но как трудно признаться самому себе, что зло находится внутри тебя! «Это ты во всём виновата!» — тупиковый путь. Нам следует видеть свои грехи, осуждать их в себе, учиться просить прощения и прощать других.
Тема вины и покаяния – одна из важнейших в картине. Мы видим, как убийца бежит в храм на исповедь, но не слышим его слов. Мы вздрагиваем от рыданий священника, который должен теперь выбирать между жгучей болью и состраданием, милостью к «падшему творению Божиему», между тайной исповеди и необходимостью предать маньяка в руки правосудия. «Исповедуется» следователь, его душа кричит: «Одного поймал – другой появился! Потом третий! Потом четвертый! Они же вечные!!! Это так Христос повелевает?!»
Примечателен разговор влюбленных об исповеди (за прямым проступает глубинный смысл). Это наши отношения с Отцом Небесным: данная нам свобода выбора, страх и ужас от нашего постоянного падения, вера в милосердие Бога, радость от присутствия благодати в очищенной покаянием и преображенной таинством Евхаристии душе.
Создатели фильма показывают, что ношение креста, писание икон, вообще, нахождение в церковной ограде не «гарантируют рай», если человек не победил зверя в себе, не сделал осознанный выбор в пользу Света и Добра. А люди, ищущие правду, истину, приближаются к Богу. Символично, что одни бегут, чтобы догнать и растерзать невинную жертву, другие – чтобы спастись, а священник с сыном – чтобы спасти. Как напоминает нашу жизнь, где мы все стремительно несемся, только вот с кем и зачем?!
Открытый финал дает надежду: крепкое отцовское объятие и напутствие сыну всей своей жизнью укрепляют его в желании посвятить себя служению людям; бескорыстное добро неожиданно возвращается. На сотню тех, кто уже поднял камни, чтобы тебя забить, может найтись один человек, который не побоится выступить против них и за тебя.
Концовка символична: сын отправляется в свободное плавание по житейским волнам; дочь вступает на берег, обретает семью; многодетная мать ведет своих детей к дому; а духовный отец помогает всем приблизиться к Отцу Небесному.
Как же удалось создать такой глубокий фильм в условиях мизерного бюджета (700 тысяч), снять за 28 дней, бесплатно привлечь людей для участия в массовке, «поймать» идеальную погоду? Секрет в том, что картина снималась по благословению. Это во многом помогло сохранить мир и творческую радость на площадке.
Вообще, вся картина выдержана максимально естественно: минимум света и грима, никаких декораций. Никакой игры, а проживание предлагаемых обстоятельств. Так, следователя Бахметьева сыграл настоящий полковник милиции, работавший в московском уголовном розыске.
Хотя в фильме играет много начинающих актеров и даже дебютантов, однако именно актерская игра была отмечена многими как одна из самых сильных сторон «Дочери». Конечно, всё зависело от главной героини (Марии Смольниковой): есть сцены, которые просто за душу берут. Можно сказать, что это выдающаяся актерская работа. И все остальные актеры какой-то свет принесли с собой.
Так, священник – живой, мучающийся, страдающий человек, не знающий готовых ответов, но ищущий и думающий, возрастающий до «любви к врагам».
…Путь человека к Богу – это каждодневное следование Его заповедям, потому что мы всю жизнь учимся любить Отца через сострадание, принятие другого, кем бы он ни был, ведь все мы сотворены по образу и подобию Божию, все мы Его любимые чада.
Посмотрите «Дочь», чтобы и ваше сердце размягчилось, отозвалось на Божий призыв о милосердии, любви к «ближним» и «дальним».
10 из 10

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *