Домострой о жене

Дмитрий КУБАРЕВ

Слово «домострой» давно уже стало синонимом средневекового мракобесия, особенно по части семейных отношений. Если какой-нибудь либеральный умник желает напомнить своей аудитории о жутком насилии над «несчастной, забитой» женщиной, что творилось в те ужасные былые времена, когда люди еще не облагородились Прогрессом и Эмансипацией, в таких случаях принято говорить коротко и ясно: «домострой». И все всё понимают.

Однако, если разобраться в этом вопросе не поверхностно, не на уровне журналистских штампов, а всерьез и по-взрослому, то легко можно убедиться, что как и многое другое в нашей славной истории — «Домострой» был банально оклеветан. Оклеветан вполне логично, ибо либеральная и социалистическая парадигмы невозможны без уничтожения традиционного общества. А основа всякого традиционного общества — традиционная семья. Потому и судьба «Домостроя» была предопределена.

Если вы желаете по-настоящему узнать семейные и бытовые традиции наших предков, не опираясь на чьи-то пропагандистские клише, а исследуя первоисточники, мы предлагаем посмотреть и послушать интереснейшую беседу об этой несправедливо забытой и во многом оболганной книге. Беседу научных сотрудников Института российской истории РАН — к.и.н. Найдёновой Людмилы Петровны и д.и.н. Богданова Андрея Петровича (видео №1 и видео №2). Профессиональные историки. Никакой пропаганды.

Краткие выдержки из их разговора, заслуживающие отдельного здесь упоминания:

1) Главная цель «Домостроя» — христианизация семьи и быта. Крещение Руси в днепровской купели было только первым шагом. Подлинное воспитание общества в христианском духе, смена его ментальности с языческой на православную — это непростая задача для множества поколений и растягивается сей процесс на века интеллектуального и культурного совершенствования наших пращуров. «Домострой» как раз и являлся одним из инструментом данного процесса. Перед нами — один из этапов христианского просвещения русского общества, дошедшего до понимания того, что порядок в доме, построение своей личной жизни на началах любви, гармонии и добрососедских отношений с окружающими — дело богоугодное.

2) «Домострой» — книга о самоуправлении человека своей жизнью. Русские люди не случайно были до революции чрезвычайно самостоятельны и предприимчивы, несмотря ни на какое крепостное право (крепостные крестьяне порой и богачами становились). Согласно Домострою, доведение ситуации до вмешательства властей в отношения внутри семьи и между соседями категорически не приветствуется. Визит в суд это последнее дело. Будь порядочен к себе и к окружающим — и к тебе будут относиться также. Община свободных хозяев, глав семейств — вот домостроевский мир.

3) Женская доля. Пожалуй, самая животрепещущая тема в фантазиях либеральных умников. Несколько интересных моментов.

Жена не имеет никакой внешней нагрузки (вне дома). Даже покупка продуктов — всё это зона ответственности мужа. Он же, понятное дело, и деньги в семью приносит. При этом жена имеет право зарабатывать (заниматься, например, рукоделием) — но это так, сугубо дополнительно, чисто скуку прогнать. Хотя русское общество тех времен знает и примеры жен-предпринимательниц.

Чем же занимается неработающая супруга? Если судить по «Домострою», то она постоянно ходит в гости к своим подругам или приглашает их к себе. В общем, райская жизнь, дорогие женщины — пока мужья работают, жены калякают. Под вино и пиво, между прочим! Да, да, женские посиделки сопровождаются алкоголем. Но проходят без мужчин. А сам характер ведомых разговоров «Домострой» ограничивает, пресекая сплетни о соседях и прочие небогоугодные злословия.

4) Телесные наказания. Еще один излюбленный стереотип борцов со «средневековым мракобесием».

В целом тема бытового насилия достаточно серьезно проработана в «Домострое». Однако, здесь следует четко понимать: он вовсе не вводит телесные наказания и уж, тем более, их не ужесточает. Напротив, «Домострой» (см. пункт 1) старательно умягчает общественные нравы, регулируя эту сферу в духе христианской любви и всячески ограничивая и нормируя данные вопросы:

«Ни за какую вину ни по уху, ни по лицу не бить, ни под сердце кулаком, ни пинком, ни посохом не колоть, ничем железным и деревянным не бить. Кто в сердцах так бьет или с кручины, многие беды от того случаются: слепота и глухота, и руку и ногу, и палец вывихнет, наступают головные боли и боль зубная, а у беременных женщин и дети в утробе повреждаются».

Кстати, если мальчиков воспитывать таким образом прямо рекомендуется, то девочек (до замужества) — ни-ни. Вот вам и неравенство полов в средневековой России.

Ну и бить просто так ту же жену категорически не позволяется. Если соблюдать все правила «Домостроя», ее вообще не поколотишь. Ибо без установления вины такое запрещено, а какая ж жена признается, что она виновата. Я таких еще не встречал.

Ну, а если муж — буян и лупит вторую половинку почем зря, для таких случаев предусмотрена защита прав невинно пострадавшей — ей позволяется обратиться к приходскому священнику (который лучше кого бы то ни было знал своих прихожан, их горести и радости). Священник проводил расследование и по его результатам (безо всякой судебной волокиты) мог отправить нерадивого мужа в монастырь. Временно, на исправление.

5) За бесчестье (оскорбление, клевета) жены — штраф 1,5 годовых дохода мужчины. Наказания за оскорбление женщин на порядок жестче, чем в случае с мужчинами. Вот вам еще одно неравенство полов в средневековой России.

6) Об ответственности и обязанностях. Муж отвечает за всех остальных членов своей семьи и домочадцев. За мужа отвечает община. Жена отвечает за все происходящее в доме (за поведение слуг, за их занятость и т.д.), здесь она — госпожа, «государыня». Она же поддерживает добрую домашнюю атмосферу, выступая перед мужем заступнцией за детей и за слуг. Обязанности между членами семьи хоть и распределяются, но без какого-либо антагонизма. Жена хочет работать? Продавать свои платки вышитые и зарабатывать денег? Да, пожалуйста. Если справляешься со своими прямыми обязанностями — кто ж против. Вот они, ужасы средневекового тоталитаризма.

7) Главный принцип построения взаимоотношений между мужем и женой — любовь и уважение. Это обязательное требование. Супругам предписывается постоянно, каждый день советоваться друг с другом, рассказывать о своих делах и планах. С точки зрения авторов «Домостроя» таково первостепенное условие семейной жизни.

Стоит отметить, что пренебрежительное отношение к женщине, как к какому-то недочеловеку — продукт скорее буржуазной культуры. Если дворянин, идя вместе с женой, пропускал ее вперед, то именно у купца и мещанина — наоборот, жена идет сзади. Именно в буржуазном обществе господствует представление о том, что женщина не может быть субъектом. И только в 20 веке начинается движение за эмансипацию.

А вот квинтэссенция «Домостроя»: «Если дарует Бог кому жену добрую — дороже это камня многоценного».

Книги, которые влияют на наше мировоззрение. Книги, которые отвечают на главные вопросы людей своей эпохи. Книги, которые стали частью христианской культуры. Мы знакомим наших читателей с ними в литературном проекте «Фомы» — «Легендарные христианские книги».

Когда и кем была написан знаменитый «Домострой»? Действительно ли эта книга «проповедовала» тиранию в семейных отношениях? Если нет, то о чем она?

Автор-составитель

Время написания

Автор-составитель:

Священник Сильвестр, настоятель Благовещенского собора Московского Кремля, один из сподвижников молодого царя Ивана Грозного, государственный деятель и церковный писатель.

Время написания:

1547 г.

В книге изложены основы уклада православной семейной и хозяйственной жизни. «Домострой» — это своего рода учебник по домоводству, этикету, семейной этике, воспитанию детей, домашней и общественной православной жизни.

Один из разворотов современного издания — «Если муж сам не учит добру»

Слово «домострой» появилось в русском языке как калька с греческого «экономика». Ойкос — дом, номос — закон, отсюда экономика — домоводство или домостроительство.

Первый «Домострой» был составлен в Новгороде в конце XV века. Сборники наставлений для домохозяина были известны и до знаменитого сильвестровского «Домостроя». Но именно его редакция получила широкое распространение в России с середины XVI века и использовалась как практическое руководство семейной жизни в течение почти 200 лет.

Если подарит кому-то Бог жену хорошую — дороже это камня многоценного. Такой жены и при пущей выгоде грех лишиться: наладит мужу своему благополучную жизнь <…> Доброй женою блажен и муж, и число дней его жизни удвоится — добрая жена радует мужа своего и наполнит миром лета его: хорошая жена — благая награда тем, кто боится Бога, ибо жена делает мужа своего добродетельней: во-первых, исполнив божию заповедь, благословлена Богом, а во-вторых, хвалят ее и люди. <…> За жену хорошую мужу хвала и честь.

«Послание и наказание от отца к сыну» — 64-я глава «Домостроя», которую Силь­вестр написал сам, как наставление своему единственному сыну Ан­фи­му. Она написана нежным, мягким языком. Именно с нее лучше все­го начать знакомство с «До­мостроем».

«Послание и наказание от отца к сыну». Лист из рукописи XVI в.

Вера, закон и любовь — три основания, на которых стоит настоящий Дом. Закон обеспечивает порядок, Любовь обогащает порядок милосердием, без которого он переродился бы в деспотизм. Вера придает смысл всему зданию.

Благословляю я, грешник <…> и поучаю, и наставляю, и вразумляю сына своего <…> и его жену, и их детей, и домочадцев: следовать всем христианским законам и жить с чистой совестью и в правде, с верой творя волю Божью и соблюдая заповеди Его, и себя утверждая в страхе Божьем, в праведном житии, и жену поучая, также и домочадцев своих наставляя, не насильем, не побоями, не рабством тяжким, а как детей, чтобы были всегда упокоены, сыты и одеты, и в теплом дому, и всегда в порядке…

Сильвестр постоянно обращается к собственному опыту. Он призывает сына вспомнить, сколько сирот брали они к себе в услужение и всем им потом помог­ли устроиться. Одни стали купцами, у других теперь свое хозяйство, а скольких матушка удачно выдала замуж — и всем собрала приданое.

Академик Д. С. Лихачев писал: «В «Домострое” перед читателем развертывается грандиозная картина семейного быта и идеального поведения хозяев и слуг <…>. Идеал «Домостроя” — это идеал чистоты, порядка, бережливости, почти скупости, и вместе с тем гостеприимства, взаимного уважения, а одновременно и семейной строгости — запасливости и нищелюбия».

«Домострой» стремился к смягчению нравов своего времени, экономически и богословски обосновывая умеренность в наказаниях. Он запрещает бить по глазам и ушам, «под сердце кулаком», деревянными и железными предметами, чтобы битье не приводило к порче здоровья. При этом битье может быть применено только в качестве крайней меры, за очевидную вину и лишь тогда, когда другие способы воспитательного воздействия исчерпаны.

Читать также:

7 фактов о духовнике Иоанна Грозного

«Домострой»: руководство по избиению домашних?

Кнуты и пряники «Домостроя»

22. Как детям почитать и беречь отца и мать и повиноваться им и утешать их во всем(75)
Чада, вслушайтесь в заповеди господни: любите отца своего и мать свою и слушайтесь их, и повинуйтесь им божески во всем, и старость их чтите, и немощь их и страдание всякое от всей души на себя возложите, и благо вам будет, и долголетними пребудете на земле. За то простятся грехи ваши, и Бог вас помилует, и прославят вас Люди, и дом ваш пребудет во веки, и наследуют сыновья сынам вашим, и достигнете старости маститой, в благоденствии дни свои проводя. Если же кто осуждает или оскорбляет своих родителей или клянет их, или ругает, тот перед Богом грешен и проклят людьми и родителем. Кто бьет отца или мать – тот отлучится от церкви и от святынь, пусть умрет он лютою смертью от гражданской казни(76), ибо сказано: «Отцовское проклятье иссушит, а материнское искоренит». Сын или дочь, не послушные отцу или матери, сами себя погубят и не доживут до конца своих дней, если прогневят отца или досадят матери. Себе он кажется праведным перед Богом, но язычника хуже он, сообщник нечестивых, о которых пророк Исайя сказал: «Погибнет нечестивый и пусть не увидит славы господней»(77). Он назвал нечестивыми тех, кто обесчестит своих родителей. И еще сказал: «Кто насмехается над отцом и укоряет старость матери, – пусть склюют его вороны и сожрут орлы!»(78)
Воздающие же честь отцу-матери, повинующиеся им во всем по-божески, во всем станут утешением для родителей, и в день печали спасет их Господь Бог, молитву их услышит, и все, что попросят, подаст им благое. Утешающий мать свою творит волю божью и угождающий отцу в благости проживет. Вы же, дети, делом и словом угождайте родителям своим во всяком добром замысле, и вас благословят они: отчее благословение дом укрепит, а материнская молитва от напастей избавит. Если же оскудеют разумом в старости отец или мать, не бесчестите их, не укоряйте, и тогда почтут вас и ваши дети. Не забывайте трудов отца-матери, ибо о вас заботились и за вас печалились, упокойте старость их и о них позаботьтесь, как и они о вас некогда. Не говори: «Много сделал добра им и одеждой и пищей и всем, что нужно», – этим ты еще не избавлен от них, ибо не сможешь и ты их родить и позаботиться так, как они о тебе. Потому-то с трепетом и раболепно служи им, тогда и сами от Бога награду примете и вечную жизнь получите, как исполняющие заповеди Его.

Чем оправдывается власть мужа?

Для традиционных обществ, к которым относится и допетровская Россия, свойственна патриархальная семья, где глава семьи — мужчина авторитарно господствовал над всеми домочадцами1. Авторитет главы семьи подкреплялся и позицией церкви, которая, опираясь на Евангелие, проводила параллель между властью Бога над Христом и Христа над людьми с властью мужа над женой: «Всякому мужу глава Христос, жене глава — муж, а Христу глава — Бог»2.

Такая власть главы семьи над женой и остальными домочадцами, включая право применять насилие по отношению к ним, не только нашла свое отражение в народных обычаях, но была обоснована религиозными поучениями и закреплена нормами канонического права.

В «Слове Иоанна Златоустого о добрых женах» власть мужа над женой объяснялась происхождением последней: «От мужа взята еси и той тобою да обладает, ты же в молчании повинися ему». Это произведение так определяло характер отношений между супругами: «Услышите жены заповеди Божия, и научитеся в молчании повиноватися мужем своим… И не супротивляйтеся жены мужем своим, но во всем покоряйтеся им, и повинуйтеся жены мужни воли»3.

Рекомендации учительной литературы нашли закрепления в нормах канонического права. Так церковный устав князя Ярослава вменял мужу «казнить» жену в случае, если она у «мужа крадет», «клеть крадеть» и «аще жена будеть чародеица, наузница, или волхва, или зелейница»5.

Свидетельством глубокого проникновения в народное сознание мысли о необходимости применения насилия к жене являются пословицы и поговорки. Для сохранения семейного счастья они рекомендовали мужьям начинать воспитательный процесс сразу после женитьбы («Бей жену в младости, покой будет при старости») и повторять наказание регулярно («Бей жен к обеду, к ужину опять, чтобы щи были горячи, каша маслена»)6.

Советы «Домостроя»

Рекомендации по правилам наказания жены, которая по-мужнему «научению и наказанию не живет», подробно расписаны в «Домострое». Воспитывать провинившуюся рекомендовалось наедине, «а люди бы того не ведали и не слыхали». Суровость наказания должна была зависеть от размера вины, степени «ослушания, и небрежения». В любом случае супругу рекомендовалось только «плеткою вежливенько побить за руки держа». При этом муж должен был соблюдать сдержанность и бить «бережно» без гнева. В этом случае, считал автор, наказание достигнет цели, будет «и разумно и больно, и страшно и здорово». По выполнении своего супружеского долга муж обязан был жену «пожаловати, и примолвити»7.

«Домострой» запрещал даже «с сердца или с кручины» бить жену «по уху, ни по виденью не бити, ни под сердце кулаком, ни пинком; ни посохом не колоть; никаким железным или деревянным не бить», так как подобная суровость могла привести к тяжелым для здоровья последствиям: «слепота и глухота, и руку и ногу вывихнут, и перст, и главоболие, и зубная болезнь»8.

Жестокая правда жизни

В жизни мужья не всегда следовали этим «гуманным» советам. Многочисленные источники рисуют страшную картину внутрисемейного насилия, царившего в России. В большой семье в воспитательном процессе принимали активное участие не только законный супруг, но и его ближайшие родственники, чаще всего отец. Так, Матренка Климантова дочь сбежала из дома «для того, что де ее муж и свекор били и увечили»9. Крестьянин Гришка Попов жаловался, что его зять Ведений и сват Арист «не любя дочеришко моего, били и увечили на смерть без вины»10.

Иногда на помощь мужу приходили и другие родственники. Аксинья Гурьева, жалуясь на жестокость своего зятя по отношению к дочери Натальице, писала: «Зять мой, держит … свою женку, Натальицу незаконно: повсегда и з дядею своим с Иваном биють и мучат без вины»11. А Дарья Мазлыкова в насилии и грабеже обвиняла своего мужа Шумило и его брата Прокопия: «А он Шумило с тем братом своим с Прокопьем… пришод во дворишко ко мне, и меня… оне хотели убить полением до смерти…»12

Бывали вопиющие случаи, когда пособником главы семьи становился его сын. Так, в явке посадского Устюжского человека Кузьмы Попова указывалось, что «выдал я Куземка свою падчерицу Олександру … за того Тимофеева…; и тот Тимофей с своим сыном падчерицу мою… держали незаконно, били ее не по делу»13.

Как показывает актовый материал, воспитательные методики тоже были далеки от рекомендованных «Домостроем». Вместо «вежливенького» и «бережного» наказания плетью в грамотах практически всегда говорилось, что жену не только били, но и увечили. Так, в уже упоминавшейся челобитной Григория Попова автор жаловался, что он дважды был вынужден забирать домой избитую до полусмерти дочь Иринку, а в третий раз «сват мой Арест … у соные правю руку долонь розшиб, и от того удара жилы и персты сволокло крюком, никакие работы работать не может; и сын его Ведений дочеришко мое бьючи изувечил, — руками и ногами немочна ж»14.

За что били жен?

Каковы же причины столь широкого распространения семейного насилия в России и его жестокости? Порой женщины давали повод для недовольства. Как указывал в своем «Описании путешествия в Московию» Адам Олеарий, в основе супружеских конфликтов бывало недостойное поведение самой жены: «Если между мужем и женой у них часто возникают недовольство и драки, то причиною являются иногда непристойные и бранные слова, с которыми жена обращается к мужу… Иногда же причиной является то, что жены напиваются чаще мужей или же навлекают на себя подозрительность мужа чрезмерной любезностью к чужим мужьям и парням. Очень часто все эти причины встречаются у русских женщин одновременно»15.

Актовый материал подтверждает слова Олеария. Так, пеший казак Семейко Лученин «зашол … под клетью» свою жену Оксиньицу, когда «воровала она с конным казаком с Первушкою Сидоровым»16. А стрелецкий десятник Нефед Сидоров жаловался, что его жена Онтонидка «для своего пьянсково воровства заложила свое ожерелье жемчюжное …, а иной… живот, шапку и серьги, она, не ведаю где, испроворовала безвесно» 17.

Однако гораздо чаще женщина становилась жертвой семейного насилия без какого-либо повода с ее стороны. Иногда, опасаясь за свою честь, муж бил жену только по подозрению в супружеской измене. Так, Н.И. Костомаров писал, что ревнивый муж приставлял к супруге «шпионов из служанок и холопов, а те, желая подделаться в милость к господину, нередко перетолковывали ему в другую сторону каждый шаг своей госпожи»18.

В некоторых случаях мужья использовали побои для расторжения надоевшего брака, путем склонения жены к принятию монашества. Например, Гаврилка Олександров «бил и увечил розными муками на смерть» свою жену Татьяницу, пока она уже «силно беременна» не согласилась постричься в монастырь. А сам Гаврилка «как ее постриг неделю спустя на другой женился жене»19.

Побоями принуждали гулящие мужья своих жен платить их долги. Так, некий Авраамка, большой любитель азартных игр, «зернью играет, кабалы на себя наигрывает, а жену свою…бьет и мучит: с собою в те зерновые кабалы велит писатца»20. Пьянство мужей часто становилось проблемой для имущества и безопасности жен. Устюжанка Анна Осокина сетовала на мужа своего Клемента, который мало того что пропил двор на Устюге, «поносил неведомо куда из домишка» платье Аннино, и «всякой житейский завод…», так еще, как придет домой пьяный, ее «бедную бьет и увечит на смерть по многое время, и … хвалитца убийством»21. О распространении практики пьяного насилия в семье свидетельствуют и народные поговорки: «Дома сидят пьют да жену бьют»22.

Сильнее бьет — больше любит?

В России бытовало представление о взаимосвязи между крепостью супружеской любви и побоями. В качестве аргумента обычно приводится рассказ, содержащийся в «Записках о московитских делах» Сигизмунда Герберштейна. В нем говорится о том, что некий немецкий кузнец по прозвищу Иордан женился на русской, и супруга обвинила его в нелюбви к ней на основании того, что Иордан ее ни разу не побил. И как писал Герберштейн, «немного спустя он весьма жестоко побил ее», и позже «в этом занятий он упражнялся очень часто», пока «наконец, сломил ей шею и голени»23.

Однако здесь стоит согласиться с мнением Олеария, который заметил: «Чтобы, однако, русские жены в частом битье и бичевании усматривали сердечную любовь, а в отсутствии их — нелюбовь и нерасположение мужей к себе… этого мне не привелось узнать, да и не могу я себе представить, чтобы они любили то, чего отвращается природа и всякая тварь, и чтобы считали за признак любви то, что является знаком гнева и вражды…»24 Многочисленные жалобы избитых жен и их родственников, обращенные представителям светской и духовной власти, говорят о том, что они не видели в проявлении мужней жестокости признаков какой-то особенной любви.

В актовом материале обращают на себя внимание многочисленные проявления немотивированной жестокости: «Били и увечили на смерть без вины», «биють и мучат без вины». Скорее всего причины семейного насилия коренились в особенностях общественных отношений в России в рассматриваемый период. Государство воспринималось правителем как личная вотчина, а все его подданные независимо от их социального статуса считались холопами государевыми. Аналогичным образом в собственной семье муж мог ощутить себя полновластным владыкой, имевшим право карать и миловать жену, отданную ему в безраздельную власть. Самоутверждаясь за счет бесправной супруги, мужчина частично компенсировал свое ущербное общественное положение. Поэтому многие главы семей в отношении к женам руководствовались принципом «убью и застегаю до смерти, яз над нею волен»25.

Жены в бегах

Вследствие бесчеловечного обращения жены бежали из семей, предпочитая скитания «меж двор» регулярным побоям. Так, Матрена Горбовских шесть лет жила в бегах, пока не была возвращена мужу Стенке26. «Неведомо куды» после постоянного битья «ушла безвесно» из дома жена Ивана Моховика Александра. И положение ее, по всей видимости, было столь отчаянное, что отчим Александры высказывал подозрение о возможном суициде несчастной женщины («в воду потопитца»)27.

Если же жертва семейного насилия не уступала требованиям мужа принять постриг или у нее не хватало сил и храбрости уйти из семьи, все могло закончиться серьезными увечьями, как в случае с Иринкой Поповой, которую муж изувечил так, что она «руками и ногами немочна» стала28.

Порой угрозы мужа убить жену реализовывались на практике. Супруг, как писал Н.Н. Костомаров, мог бить жену по десять раз на день, и тогда она умирала медленно29. А мог убить ее сразу в состоянии алкогольного опьянения, как это сделал, например, стрелец Еремеев30. Бывали случаи, когда мужья лишали жен жизни в состоянии аффекта. Например, Ивашко Долгой «убил де ту жену свою до смерти за то, что она от него воровала блудно»31, а крестьянин Баженов за то, «что утаила она у него два аршина сукна сермяжного»32.

Что касается ответственности мужа за убийство своей жены, то она отличалась мягкостью и зависела от степени виновности самой жертвы. Так, упоминавшийся выше стрелец Еремеев, убивший жену беспричинно, был казнен «смертию». А пьяный стрелец, зарезавший супругу «за невежливые слова», и крестьянин Баженов — за утайку аршина сукна — убили жен «не за великое дело», но все-таки не без вины со стороны погибших, поэтому были приговорены к отсечению левой руки и правой ноги, а потом переданы на поруки33. Причина же убийства жены Ивашкой Долговым показалась судьям настолько уважительной («она от него воровала блудно»), что «за смертное убивство» было «учинено ему, Ивашке, наказание бить кнутом и отдать на чистые поруки»34.

Таким образом, русской семье допетровского периода были свойственны патриархально-авторитарные отношения, характерной чертой которых являлось господство мужа над женой и другими домочадцами. Распространению семейного насилия способствовала практически безграничная власть мужа над женой, часто вырождавшаяся в произвол, и низкий уровень юридической ответственности за семейное насилие.

Да простят меня мои эмансипированные подруги. Очень полезная книжка, зря пугают ею женщин. Меня больше пугает статистика: сегодня в России на 100 браков приходится 50 разводов. А начиналось все очень даже красиво. Белая фата, цветы, платье… Разве думает половина молодоженов, вступая в брак, что будет считать развод единственным спасением от несложившейся жизни? Только вот развод не спасает от самого себя — повторные разводы тому подтверждение.

И уже не столь важно, обо что разбилась семейная лодка. Даже самый благоустроенный быт не спасет семью, если люди перестают разговаривать, отвыкают друг от друга. Живут не единомыслием, а каждый своими интересами.

Открываю «Домострой»: «Следует мужьям воспитывать жен своих с любовью примерным наставлением: жены мужей своих вопрошают о всяком порядке, о том, как душу спасти. Богу и мужу угодить и дом свой подобру устроить, и во всем покоряться мужу; а что муж накажет, с любовью и страхом внимать и исполнять по его наставлению и согласно тому, что здесь писано».

Конечно, времена уже не те, и женщина больше не хочет быть бесплатной домработницей, поваром, официанткой, уборщицей, медсестрой и психотерапевтом. Домашняя техника взяла на себя львиную долю женских забот. Ею с успехом пользуются и мужчины, тогда как женщины обучились практически всем мужским профессиям, успешно делают карьеру и зарабатывают больше мужчин.

Да и современные мужчины вряд ли захотят жить по «Домострою» — ведь это не только рабски покорная жена и послушные дети, это прежде всего колоссальная ОТВЕТСТВЕННОСТЬ за них. Их нужно обеспечить всем необходимым — чтобы жили в сытости и порядке. Что и говорить, патриархальный уклад приносит мужчинам больше издержек, чем привилегий. Возникает вопрос: зачем вообще создавать семью? Ради того, чтобы «завести» детей?

Но многодетные семьи сегодня редкость. В лучшем случае современные родители могут себе «позволить» одного ребенка, объясняя контрацепцию и аборты нехваткой средств на воспитание других детей — «поднять» бы единственного. Но что стоит за этим словом «поднять»? Не просто накормить, одеть и обуть, но приобрести дорогостоящие игрушки, добавьте к этому расходы на здоровье и образование — если в старину хватало одного кормильца на десятерых детей, то сегодня в стремлении соответствовать «должному потребительскому уровню» двое работающих родителей действительно могут «не потянуть» второго ребенка. Проще избавиться от него, чем продать, скажем, вторую квартиру, оставшуюся в наследство и заботливо припасенную для старшего, отказаться от дорогой машины, дачи, компьютера последней модели или модного телефона. Логика неоспорима: пусть лучше будет один ребенок, но у него будет все, чем «плодить нищету». Конечно, у него будет все… кроме братьев и сестер. И стоит ли удивляться, когда вместо сочувствия в трудной жизненной ситуации горячо любимое избалованное чадо однажды заявит родителям: «Это ваши проблемы».

В потребительском мире дети — уже не объединяющая семью сила. Скорее — обуза, которая мешает, требует внимания, сил, постоянной заботы. Поколение «чайлдфри» — так называют себя те, кто сознательно выбирает бездетность, — поколение «по-настоящему свободных» людей, которым не стыдно быть счастливыми. Это особая философия и видение мира. У меня есть знакомые, которые придерживаются этой теории. Они объездили уже полмира, но все чаще отпуск он проводит на одной половине земного шара, а она — на другой.

Те же, кто отваживается на продолжение рода, часто отдают своих детей бабушкам и дедушкам. Многие мамы торопятся поскорее выйти из декрета, стремясь к самореализации, к карьерному росту.

Для работающей мамы бабушка, няня или детский сад — это единственный выход. До сих пор помню, как плакал сынок, когда я вела его в группу. И как плакала сама, чувствуя себя предательницей. Стоили ли эти слезы моих сомнительных творческих успехов?

Бывает, что и неработающие мамы сдают детей в сад, мотивируя это тем, что им «нужно время для себя». Верная жена, заботливая мать — больше не идеал. Идеал — забронзовевшая в солярии шопоголичка, мечущаяся между ночными клубами, бутиками и SPA-курортами. А если речь идет о домохозяйке — то это отчаянная и отчаявшаяся когда-нибудь вернуться в «нормальную» жизнь замотанная истеричка.

— Как же надо себя не уважать! Ты что, хочешь превратиться в свиноматку? — услышала я от знакомой, узнавшей о моем желании подольше оставаться во втором декретном отпуске.

Почему же тогда при своей успешности во всех отношениях женщины жалуются на инфантилизм мужчин?

— Я не могу по-другому, я — кормилец в семье. — Моя подруга водит машину, зарабатывает приличные деньги, активно занимается благотворительностью. Ее муж зарабатывает много меньше. Двое маленьких детей почти все время на бабушке. А когда мама забирает их домой, они чаще видят ее спину: почти все свободное время она проводит у компьютера — благотворительная деятельность отнимает очень много времени. Муж готовит, кормит детей, меняет им памперсы, моет посуду…

Поначалу такое равноправие меня вдохновило — так приятно было бы сбросить часть своего груза на сильные руки мужа! Но, увидев чужого супруга за сугубо женскими в моем представлении занятиями, я испытала безмерную к нему жалость. Такую вызывает женщина, укладывающая шпалы или орудующая отбойным молотком.

А дети постоянно болеют, требуют все больше внимания, консультаций дорогих врачей — и это сигнал маме: значит, нужно еще больше работать!

— Может, ты бросишь работу и займешься детьми? — робко интересуюсь я.

— А кредит за новую машину кто будет выплачивать?

Впрочем, у моей подруги еще не все так плохо. Гораздо чаще приходится слышать другое: «Все, устала, больше не могу. Работа, дети, дом — все на мне. А муж лежит на диване, пьет пиво и смотрит телевизор…».

Знакомая матушка, жена священника, как-то сказала мне: «В той семье муж на диване лежит, где жена дома — командир». Но разве мы, женщины, не сами виноваты в этом? Мы надели мужские брюки, выбрали мужскую модель развития, взвалили на себя мужские обязанности, но ведь с нас никто не снимал обязанностей женских. Поэтому, добившись эмансипации, все чаще мечтаем о сильной спине, за которую всегда можно спрятаться. Может, попробовать заглянуть в «Домострой», чтобы найти ключик к семейному счастью?

Анна Владимирова

* * *
Прокомментировать эту ситуацию мы попросили председателя Дисциплинарной канонической комиссии Покровской епархии протоиерея Александра Писларя.
— В самом названии статьи Анны видна некая полемическая заостренность, преувеличение. В наше время семье жить по домострою, конечно, нельзя, но в статье выражена главная потребность современных супругов — иметь некое руководство в семейной жизни. В XVI веке была написана замечательная книга «Домострой», которая давала развернутое руководство по устроению отношений в семье, домашнего хозяйства на основе христианских заповедей. В наше время такого руководства нет, но то, что сейчас многие люди с большим интересом читают «Домострой», как раз выражает необходимость такого руководства.
Одна из проблем, обозначенных автором статьи, — ведение домашнего хозяйства. Если в древности оно ложилось на женщину, то сейчас женщины работают наравне с мужчинами, и потому необходимо разделение и домашнего труда. Но, на мой взгляд, главная проблема современной семьи заключается даже не в том, что отдельные мужья соглашаются разделять заботы по ведению домашнего хозяйства, а отдельные категорически против. Гораздо более опасно, когда муж не просто отказывается помогать в ведении хозяйства, а еще и занимает совершенно инфантильную позицию, когда он самую главную свою обязанность — быть ответственным за семью — перекладывает на жену.
Если семья живет полноценной церковной жизнью, то с Божией помощью проблемы, вызванные негативными тенденциями современного мира, будут более или менее успешно преодолеваться. Если же семья не в полной мере воцерковлена, то супругу-христианину нельзя свой взгляд на жизнь пытаться автоматически передать еще невоцерковленному супругу. Нельзя говорить о перевоспитании взрослого человека, а вот вымаливать своего супруга, конечно, можно и нужно.
Не надо забывать, что мы даже жизнь полностью воцерковленной семьи называем подвигом, тем более удвоенный подвиг — когда живет верующий с неверующим. Нужно быть готовым нести этот крест и верить, что обязательно будут добрые плоды, просто они никогда не бывают быстрыми.
Что касается развода, я могу привести примеры, когда расторжение брака считается допустимым. Эти причины изложены в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви». Они выработаны опытом церковной жизни, написаны потом и кровью. И поверьте, там нет таких причин, что кто-то из супругов недостаточно трудолюбив, недостаточно деятелен, имеет скверный характер или супруга плохо готовит (кстати, такая причина была в канонах ветхозаветной Церкви, есть в исламе). Вы одна плоть и одна душа. Если у кого-то плохой характер, терпите. Это ни в коем случае не может быть причиной для расторжения брака. Иначе у нас просто начнется хаос, ведь враг спасения рода человеческого будет использовать все скверные стороны наших характеров. А они у нас есть у всех, и семейная жизнь именно поэтому называется подвигом. Недаром апостол Павел пишет: Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов (Гал. 6, 2).
Есть радикальные случаи, когда семейная жизнь становится невозможной, например хроническая наркомания или алкоголизм одного из супругов. Причины эти очень серьезны, и можно сразу понять их отличие от не очень покладистого характера, или лености в ведении семейного хозяйства, или пристрастия к футболу с пивом, которые нужно терпеть, совместными усилиями исправлять, но именно в процессе семейной жизни.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *