Движение непоминающих

Знакомый мне священник перестал поминать Патриарха. Неизвестно, как далеко зашёл он в противлении, однако, боюсь, обычный «ревнительский» путь к расколу повторится. Почти в каждом подобном случае это выглядит сходно. Сначала человек не видит оснований своих поступков и мыслей. Он допускает своеволие и осуждение, будучи занят подробным критическим разбором слов и поступков вышестоящих лиц. Интересная мысль посещает его: сделать конфликт идейным. Право же, лучше представить это борьбой принципов, стоянием за правду, против экуменизма и унии, а вовсе не банальным брюзжанием в адрес начальства. Его, отца N, украсит роль защитника самого важного и дорогого, тогда как иерархи ‒ объекты его критики ‒ окажутся не просто людьми с несовершенствами, допускающими ошибки, но лицемерами и изменниками, посягнувшими на святое. По сему поводу примеряется тога ревнителя чистоты Православия, а пафосная театральность входит в привычку.

Печальная реальность разрыва канонической и литургической связи с иерархией терзает Поместные Церкви

Литургическое поминовение Патриарха и епархиального епископа – залог канонической общности, как бы маячок, подтверждающий своевременный выход на связь, распознавание «своего» от «чужого». Однако упоминание за богослужением «Великого отца и господина нашего Святейшего Кирилла, Патриарха Московского и Всея Руси и господина, преосвященного епископа С-ского…» болезненно отзывается в самолюбии, заставляя переживать униженность перед теми, чьи самые низкие, злодейские скрытые мотивы он раз за разом поставлял перед мысленным взором.

Увы, печальная реальность разрыва канонической и литургической связи с иерархией терзает Поместные Церкви. Не только Русскую, но и Элладскую, Сербскую, Румынскую, Болгарскую. Ежегодно значительное число клириков в разных местах «хлопают дверью», извещая о своем намерении отложиться. Видимая простота действия подталкивает новые души к совершению этого духовного самозаклания.

«Непоминающий»: этапы разрыва

В его устах обличение, в руках его знамя истины, он «истинный христианин», учитель веры

Отложиться от «зараженного ересью архиерея» – только начало. О, если бы «непоминающим» двигали соображения осторожности, благоговения, осознания хрупкости веры и опасения нечаянно пасть! Тогда бы он постарался выйти из отношений, смущающих совесть, прилепившись к архиерею, чье правоверие к него не вызывает сомнений. Зилота интересует другое. Не существует внутренних целей воздержания и самодисциплины. В его устах обличение, в руках его знамя истины, он «истинный христианин», учитель веры, подобен Максиму Исповеднику и Фотию, и долг его – одолеть изменников и врагов веры. Каждый шаг обставляется и провозглашается им наиболее громким образом.

Первый тупик: как быть с поминающими Патриарха? Множество друзей и братьев по вере оказываются на другом берегу стремнины. «Необходимо как-нибудь срочно заставить остальных думать, как я, присоединиться ко мне, а всего лучше ‒ поступить в послушание мне, иначе дело моё будет казаться слишком малозначительным, чтобы не сказать ‒ идиотской глупостью», ‒ рассуждает он. В попытках продавить идею отступничества иерархии ревнитель домышляет, расцвечивает в тона судьбоносного выбора цитаты из выступлений иерархов, отдельные эпизоды церковной дипломатии. Тут-то и происходят подлинное каноническое отступление и раскол, который, по словам Златоуста, не лучше ереси, и степень вины за который столь велика, что не смывается даже мученической кровью. Каноны разрешают блюсти совесть и не иметь общения с ложноучащими. Но прежде соборного определения не дозволяется выносить собственный суд и тем более обвинять в еретичестве кого-либо во всеуслышание.

Совестные дилеммы и полутона мало интересуют «истинного христианина». Он сыплет готовыми обвинительными вердиктами вроде: «лжепатриарх», «лжеепископы», «разбойничья иерархия», «христопродавцы», «иуды» и прочие. По одному собственному решению ему не составляет труда низвергнуть иерархию, перестать признавать духовные звания, считать своих оппонентов лишенными сана и благодати совершения таинств, называть по фамилиям… Постыдная самодеятельность!

Примитивная апология раскольников

Свое положение раскольник расценивает как определенное и прочное. Достаточно один раз сказать волшебную формулу: «Прещения в мой адрес еретичествующих епископов вменяю ни во что», ‒ и: «чик-чирик, я в домике», ‒ наступает состояние полной безмятежности. «Непоминающий» становится неуязвим и самодостаточен, не нуждается ни в засвидетельствовании своего канонического статуса, ни в субординации. Воистину памятник человеческой самоуверенности и утраты здравого смысла!

Раньше или позже «непоминающий» встанет перед фактом своего разрыва не с одной иерархией Церкви, но и с ее полнотой, продолжающей сохранять верность каноническому порядку. Выбор небогат: признать отступниками всех принадлежащих к мировым Поместным Церквям либо согласиться, что цели спасения души достигаются без диссидентских истерик с заламыванием рук и метанием громов и молний.

Раскольники с жаром предаются тому, что умеют и знают лучше всего, – продолжать раскалываться!

На данном моменте «истинное христианство» впадает в умоисступление. Анафемы и ругательства оказываются едва ли не единственным его вдохновением. Меж полюсов своего девиза ‒ «Ортодоксия или смерть» ‒ оно избирает второй, то есть смерть: неуклонное духовное разложение под отравляющим действием яда злословия.

Ряды зилотов разделяются. Некоторая часть всерьез считает себя последними и единственными на всем земном шаре хранителями истинного Православия; «умеренные» вступают в спор с этим самодовольным вздором. «Непримиримые» не сдаются, они упрямо стоят на своем. Их опасения несложно понять: а что, если в качестве не «единственно и исключительно истинной» их юрисдикция окажется никому не нужна?

На почве обсуждения отношения к мировым Поместным Церквям происходят многочисленные разделения. Раскольники с жаром предаются тому, что умеют и знают лучше всего, – продолжать раскалываться! Недавние соратники по борьбе, они хронически не переносят друг друга, огревают прещениями, извергают из сана, отлучают и признают благодать не действующей… Право, комично, если б не так грустно.

Болезненный, искривленный мир раскола

Ригоризм – сущностная основа движения «непоминающих». Ригорист не желает видеть сути дела, за которое взялся, а выбирает внешнюю видимость и служит ей. На увещания совести такой человек отвечает не делами совести, а удвоенным, утроенным упорством. Неважно, зло ли выходит из поступка или добро. С дотошностью он следует выбранной программе и игнорирует любые обстоятельства или отрицательные последствия своих действий.

То, что психология «непоминающих» представляет духовное повреждение и срыв, доказывает одновременно несколько признаков. Дробление – характернейший из них. Так же, как раскольники-старообрядцы некогда разделились на десятки толков и согласий, не имеющих общения друг с другом, современный мир «истинно православных церквей» составлен десятками юрисдикций, являющимися, как правило, не более чем сектами или самосвятами. В Греции насчитывается около 20 враждующих друг с другом раскольничьих групп; в России их около десяти.

В то же время внутреннее брожение охватывает большинство раскольничьих групп. Любой из «непоминающих» являет отдельную единицу, печётся о своей собственной неприкосновенности. Вот вам тайный, не афишируемый источник вдохновения: в вопросах вероучения быть самому себе головой, толковать каноны по собственному усмотрению. Лидеры раскольников признают: «Я боюсь положить запрет в служении на своего клирика даже на десять дней, поскольку он уйдет к другим». Некоторые и впрямь успели покочевать уже между нескольких юрисдикций. Чуть что-то не нравится – возникает желание нового, более «истинно православного» сообщества. Нередки самочинные хиротонии с нарушениями. Больно видеть, как, начав однажды с пристрастного исследования чужих прегрешений, «непоминающие» приходят к ужасающему расстройству канонической дисциплины.

Трудно понять, чего больше во всём этом: консерватизма и заботы о строгом следовании Преданию или же современного диссидентства и свободы слова? Зилотство оказывается знаком уныния и неспособности наладить собранную, аскетическую молитвенную жизнь. «Расцерковление» ‒ не в одном обмирщении; им сопровождается любая остановка в духовном развитии. Переход на позиции политизированного «протестного движения», пропагандистская война с иерархией вполне отвечают образу внутреннего застоя и охлаждения в вере.

Совет недоумевающим от Златоуста

«Церкви грозят две опасности, ‒ пишет известный греческий автор, архимандрит Епифаний (Феодоропулос), ‒ с одной стороны, приводимый в движение диаволом экуменизм, а с другой – душепагубный фанатизм, который в конце концов ведет к ужасным богохульствам и ересям и затемняет истину. Да убоимся этих зол, и да минуют они нас. Не будем уклоняться ни направо, ни налево, но шествовать – царским путем».

Немногочисленные примеры, в которых архиереи и клир прекращали поминовение священноначалия, всегда были вызваны чрезвычайной крайностью обстоятельств. Например, в обстановке жестоких советских гонений 1920–1930-х и неопределённости с наследованием поста Патриаршего Местоблюстителя некоторая часть Русской Церкви под началом митрополита Кирилла (Смирнова) отказалась подчиняться митрополиту Сергию (Страгородскому). Монастыри Афона после самовольного «снятия» Патриархом Афинагором анафем с католиков в 1965 г. прекращали на некоторый срок возношение его имени за литургией. Тем не менее Афон сегодня продолжает признавать каноническую юрисдикцию над собой Патриарха Варфоломея (Архонтониса), ведущего подчас рискованную экуменическую политику. Риторике ультиматумов большинство святогорского братства предпочитает тон братского вразумления своего Первоиерарха.

Не секрет, что для Русской Православной Церкви экуменизм, соглашательство также представляют проблему. Приходят на память размытые формулировки по церковно-дипломатическим и церковно-политическим вопросам, высказывания либерально настроенных священников и отдельных официальных лиц. Естественно не соглашаться с подобными заявлениями и оппонировать им. Однако не меньшее беспокойство вызывают назойливая раскольничья агитация и демарши «непоминающих». Необычайно легкомысленно и опасно отважиться на разрыв с Церковью в условиях, когда допускающие модернистские, расходящиеся с духом Предания сентенции находятся в меньшинстве, а соборный голос Поместной Церкви выражает здравое учение.

Пример разрешения дилеммы сложного морального выбора в церковной истории дает святитель Иоанн Златоуст. «Церквей ваших не оставляйте, общение (со священноначалием) имейте, дабы не произвести раскол в Церкви, а подписей своих (под сомнительными, противоречащими учению и канонам документами – А. Р.) не ставьте», ‒ говорил он своим ученикам накануне беззаконного изгнания из Константинополя. Вот общее правило для православных христиан, как ревновать о вере, не удаляясь в раскол. Благой выбор для христианина заключается в том, чтобы ограждать себя одновременно и от лжеучения, и от соблазнов личного произвола.

Итак, братья и сестры… и все остальные, кто к таковым себя не относит — снова всех приветствую.
После публикаций моих прошлых двух статей о Патриархе и непоминающих (ссылки: первая статья, вторая статья), комментаторы сами себя показали, кто есть кто и о чем они думают.
А сейчас давайте разберемся в истории и терминах.
Непоминающие — термин эпохи СССР. Они не поминали на службе Патр. Сергия (Страгородского), который пытался найти компромисс с большевистскими властями (обновленческое движение). Но при этом поминали бывшего под арестом митр. Петра (Полянского), местоблюстителя Патриаршего престола.
Большая их часть погибла в 30-х годах, а после избрания Патриархом Алексия I (Симанского) часть из них примкнуло к Церкви, а часть — осталась вне. Новых последователей не было, остатки умерли от старости, оставаясь в расколе.
Нашего же Патриарха современные «непоминающие» обвиняют в униатстве и экуменизме. Непонятные термины? Проясним.
Уния. Начать стоит, пожалуй, с разделения Церквей.
Изначально, от Христа до 1054 года у нас была Единая, Святая, Соборная, Апостольская Церковь (именно ее мы поминаем в «Символе веры»). Но на созванном в Никее соборе в 1054 году папа Римский Лев IX издал документ на притязание власти.
Объяснял он это так: поскольку апостол Петр был первым епископом Римским, а самому ап.Петру Христос сказал, что на нем (на сем камне) Он создаст Церковь Свою и даст ему ключи от Царства Небесного, то престол Рима — самый главный престол в христианском мире. А значит — он, папа Римский и остальные папы в дальнейшем должны быть главными над всеми христианами всего мира. Ну.. если разбирать вопрос, то у него на это было много личных политических причин, а не духовных. Но сейчас не об этом.
В ответ Патриарх Византийский, а с ним и все восточные Патриархи объявили себя Православными и независимыми от Римского престола. А Запад подчинился папскому примату («первенству» от лат. prima).
К слову, этот Собор в православном мире не признали, а в католическом до сих пор считают Восьмым Вселенским.
Так вот уния — это прекрасная, но несбыточная мечта. Ее сторонники пытались обратно соединить католиков и православных в одну Церковь. Но проблема в том, что вопрос подчинения папе и многие догматические и богослужебные вопросы устоялись в обеих Церквях настолько, что никто не откажется от своего вероучения в пользу другого.
В Истории те или иные деятели пытались создать униатские церкви, но все эти попытки были безуспешными.
Если простыми словами, то модель была такова: кто-нибудь власть имущий объявлял, что теперь вот тут-то будет уния. Вот эти догматы (вероучительные истины) берем от Запада, а вот эти от Востока и теперь верим так. Разумеется, все эти потуги долго прожить не могли: униатские утверждения не признавались ни католиками, ни православными. Самыми известными в Истории были Лионская уния (1274) и Ферраро-Флорентийская (1439)
Экуменизм — это примерно то же самое, но включает в себя абсолютно все христианские конфессии. В частности — Православие, Католицизм и все ветви Протестантизма (христианское движение против Римо-Католической Церкви, изначально основанное в 16 веке Мартином Лютером, а позже разделившееся на множество ветвей со своими нюансами в догматике и традициях). Иногда у деятелей экуменизма даже заходила речь об объединении с иноверцами (мусульманами, иудеями) в одну религию.
Началось это движение в 1910 году, но ничего исторически важного эти деятели не сделали. Лишь несколько встреч с представителями различных религий и конфессий. Ну и несколько раз у них были межконфессиональные службы, участники которых потом были анафематствованы в своих конфессиях. Тут стоит объяснить, что к чему.
Евхаристическое общение (Полное сопричастие, Литургическое общение) — возможность совместного участия в Евхаристии (Литургии). В разных христианских доктринах этот термин употребляется в разных значениях. Близким по значению является термин Интеркоммунион — возможность совместного причастия.
Суть в том, что канонами Церквей как Православной, так и католической запрещено вступать в евхаристическое общение с представителями иных религий и конфессий.
То есть можно встречаться, общаться, может даже о чем-либо договариваться, как добрые соседи. Православный может даже в качестве туриста-наблюдателя присутствовать в католическом или иноверческом храме во время службы, но не имеет права участвовать в ней. Так же и в обратную сторону.
Но служить совместную Литургию — запрещено. Это, опять же, объясняется разной догматикой: мы по-разному понимаем и воспринимаем Тело и Кровь Христовы.
В общих чертах:
— Католики верят, что хлеб и вино, освящаясь на Престоле на Литургии, пресуществляются. Это значит, что под внешним видом хлеба и вина после освящения на Престоле находятся Кровь и Плоть Христа. То есть прям физически Кровь и, простите, живое мясо. Происходит изменение материи одной в другую. Но поскольку нам такое поедать несвойственно, для нас остается, как бы, иллюзия хлеба и вина.
— Православные верят, что когда хлеб и вино, освящаются в Тело и Кровь Христовы, с ними происходит преложение. То есть Святые Дары истинно и полноценно становятся Телом и Кровью Господа, но в то же время Они истинно и полноценно остаются хлебом и вином. Как? Нам не ведомо, это Таинство Господне. Так же, как Христос был на Земле одновременно полноценно Богом и так же полноценно Человеком. В нашем понимании на Престоле земное соединяется с Божественным и хлеб становится Телом Христовым. Не куском мяса (о какой бескровной жертве тогда может идти речь?), а полноценным Телом, соединяющим через Причастие человека с Создателем.
— У многих ветвей протестантизма учение сводится к тому, что они причащаются лишь символического образа Тела и Крови. Поэтому недопитое вино из общей чаши они могут спокойно вылить в раковину: это просто вино. Кстати, возникло это значение, как и само движение, в качестве протеста против Римо-католической Церкви: протестантские деятели в догмате о пресуществлении видели своеобразный каннибализм.
Согласитесь, объединить ЭТО невозможно. Поэтому желание объединить христиан мира — это мечта красивая, но несбыточная. Единственный путь объединения, приемлемый лично для меня — это если все остальные конфессии мира всецело и полностью примут наше Православие и перейдут к нам, желательно в РПЦ.
Конечно, этого тоже не произойдет, ведь каждый уверен в своей правоте.
Разумеется, Патриарх это знает и понимает. Да, я тоже видел записи, где он с восторгом говорит о том, что хотел бы восстановить то древнее единое христианство. Но это лишь его личные человеческие мечты, не более.
У католиков, например, есть догмат о непогрешимости папы «ex cathedra». То есть если папа Римский говорит с церковной кафедры, то в этот момент на него (по мнению католиков) действует особая благодать и все, что он говорит — истина. У нас же все точно понимают, что Патриарх — человек. Он может и ошибиться и быть неправ, высказывая свое мнение.
Обратите внимание, что в подобных вопросах он никогда не говорит от лица всей Русской Православной Церкви. Когда он вслух размышляет о воссоединении Церкви, он говорит только от своего имени, это его частное мнение, его мечты. И никогда его слова на этот счет не звучали, как официальная позиция РПЦ.
Многие начали возмущаться, услышав о том, что в 2016 году РПЦ хотела принять участие в соборе поместных Православных Церквей. Заметьте, там не участвовали ни католики, ни протестанты, но уже тогда началось множество обвинений Патриарха в экуменизме и униатстве. И обвинения продолжились даже тогда, когда Патриарх отказался от участия в нем: «Собор предстоятелей и представителей поместных Православных Церквей пройдет с 18 по 26 июня на острове Крит без участия Антиохийской, Болгарской, Грузинской и Русской Православных Церквей, предложивших отложить Собор из-за несогласия с проектами некоторых документов и организационными моментами».
А потом случился беспрецедентный случай: встреча владыки Кирилла и папы Римского Франциска 12 февраля 2016 года…
И началось. Огромный шквал осуждений и обвинений в унии и экуменизме. Это при том, что Литургию они служить не собирались (и не служили), а встреча проходила абсолютно прозрачно. Причина встречи — притеснение христиан (и наших, и католических) на Ближнем Востоке и в ряде стран. При этом везде официально отдельно подчеркивалось, что между православием и католицизмом сохраняется множество непримиримых разногласий, но существующая проблема требует диалога.
Сдается мне, что основатели раскола, узнав о запрете на евхаристическое общение, просто убрали непонятное для себя слово «евхаристическое». И осталась только фраза «запрещается общение». Другого объяснение этим экзальтированным выступлениям я не вижу.
Подробное объяснение всех причин и целей этой встречи, а также гневные комментарии от многих будущих раскольников можете почитать .
Ну серьезно. Неужели у Вас, дорогие читатели, нет иноверцев и людей иных конфессий среди друзей/коллег/соседей/одногруппников? Не доводилось ли Вам покупать еду, стройматериалы или пользоваться услугами по ремонту обуви или изготовлению ключей у иноверцев? Или вы бежите от них, как от огня? А как тогда должны были проповедовать апостолы в языческих странах, если христианам «нельзя» общаться с иноверцами?
Можно общаться. Даже нужно, особенно если Вы сможете привести эту душу к православной вере. Но участвовать в их службах и причащаться с ними нельзя.
И, кстати, одним из результатов этой встречи стало привезение в Москву мощей Николая Чудотворца из его гробницы в городе Бари (Италия). Для справки: столица Италии — Рим. Дать такое разрешение может только папа Римский.
И я не припомню, чтобы мощи святителя Николая кто-либо обозвал католическими или еретическими. Напротив! Огромная очередь (в том числе и «непоминающие») собралась пред этой святыней. А вас не смутило, что это результат встречи предстоятелей? Или взыграли лицемерные двойные стандарты?
И обвинители говорили, что Патриарх создает унию, отдает РПЦ во власть католикам и так далее. НО! Уже 2020 год, прошло 4 года, а я служу точно такую же Литургию, какая была и при патриархе Алексии II, без каких либо (в т.ч. католических) нововведений. И не было никаких указаний на поминовение на службе римского папы, что тоже было бы достойной причиной для обвинений. Но нет, служба не менялась.
Встреча прошла, как диалог между соседями: «вы к нам не лезете, мы к вам тоже не лезем, но вот эту проблему надо решить».

Гаваннская встреча Патриарха Кирилла с папой римским
Да, наш Патриарх проводит встречи и беседы с иноверцами, но он не вступает с ними в евхаристическое общение. Это просто встречи. Абсолютно мирные, иногда даже продуктивные. Предстоятель, понимая огромную разницу между всеми религиями и конфессиями, просто ведет мирный диалог. А если вдуматься — то и ведет для них своеобразную проповедь Православия, рассказывая им о своей вере.
Но современным «непоминающим» это неугодно. Они, видимо, желают разжечь религиозную войну. Не любовью к ближним пытаться «ловить души человеческие», не нести свет Христов к тем, кто тоже является творением Божиим (между прочим), к которому мы призваны относиться с любовью. Нет, они всякого, кто живет не по их мировоззрению, желают убить, порвать и закопать.
Христос учил любви, Сам, повторюсь, молился о тех, кто приколачивал Его ко кресту! А вам хочется оскорблять, ненавидеть и протестовать, против того, кто ищет мирного сосуществования с другими. Стоит вам лишь услышать, что Патриарх исполнен любви даже к тем, кто не является православными, вы жаждете яростной, не побоюсь этого слова, нацистской «справедливости». Напомню лишь, что превыше справедливости бывает только милость.
Если владыка где-то и ошибается, это не повод ненавидеть и анафематствовать его. Сами-то к себе вы относитесь с милостью или справедливостью? Или вы святые и безгрешные, никогда не совершаете ошибок?

Увидев врага в Патриархе вы теперь ищите вообще любой повод очернить его, даже если это слухи из желтой прессы. А вы вообще помните, как происходит избрание Патриарха? Несколько избранных митрополитов подчиняются воле Бога и, помолившись, тянут жребий. Сам Господь его над всеми нами поставил: кто вы такие, если вам не нравится решение Господа? Вы вообще верующие?
Чтобы называться христианами, следуйте тому, чему учил Христос: любовь и милость к ближним. Ко всем. После жизни Господь не спросит, скольких «неверных» вы оскорбили и прокляли. Он спросит, сколько вы сотворили милости. Вспомните о милосердном самарянине.
Знаю, что опять поднимется много грязи. Но призываю вас, дорогие братья и сестры, не срываться на гнев в ответ на колкости. Не уподобляйтесь тем, кто желает расколоть Церковь в стремлении доказать кому-нибудь свою правоту. Отвечайте либо с любовью и кротостью, либо не отвечайте вообще, не мечите бисер. Да помилует их и нас Господь!
(С) Источник.

Предлагаем Вашему вниманию цикл видео передач по истории Русской Церкви (РПЦ) в 20 веке (новейший период). Беседа пятая: Движение непоминающих аналитика событий. В данной видео передаче мы рассматриваем, как отреагировали на издание декларации 1927 года митрополита Сергия (Страгородскаго) другие архиереи Русской Православной Церкви. А также, анализируем образование протестного движения против митрополита Сергия, которое получило в исторической науке название «движение непоминающих». Впоследствии, это протестное движение против грубого попрания канонов Церкви и полного и безоговорочного служения безбожной Советской власти, которое установилось после декларации митрополита Сергия, трансформировалось в отдельную ветвь Русской Православной Церкви, которое получило названия, такие как Истинно Православная Церковь и Катакомбная Церковь. Надо отметить, Катакомбная Церковь не имела должного административного оформления, поскольку находилась на нелегальном положении в Советском Союзе, но, тем не менее, она всегда признавалась Русской Православной Церковью Заграницей (РПЦЗ), как единомысленная и законная часть РПЦ. Иеромонах Амвросий (Тимрот) — Принял монашеский постриг и рукоположен в сан священника в Новодевичьем монастыре в 1990 году. В 2014 году присоединился к РПЦЗ под амофором митрополита Агафангела. В настоящее время занимается пастырской деятельностью, катехизацией, иконописью и переводами. Сайт: http://wertograd.org Ведущий передачи: священник Алексей Иванов, настоятель русского православного прихода РПЦЗ свт. Спиридона Тримифунтского в г. Кирения (Гирне) на Северном Кипре. Сайт: http://pravkipr.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *