Дядюшка шорох и шуршавы

Избранные произведения

Автор более сорока книг, среди них — цикл исторических романов и повестей, где писатель исследует ключевые, переломные моменты русской истории, пишет об истоках русского национального характера, который даже под давлением самых суровых обстоятельств оставался неизменным:

  • «Хождение встречь солнцу»,
  • «Всполошный колокол»,
  • «Василий Иванович Шуйский, всея Руси самодержец»,
  • «Смута»,
  • «Свадьбы»,
  • «Долгий путь к себе»,
  • «Тишайший»,
  • «Никон»,
  • «Аввакум»,
  • «Страстотерпцы»,
  • «Столп»,
  • «Ярополк»,
  • «Детство Баяна»,
  • «Разбойник Кудеяр»
  • «»,
  • «Боярыня Морозова»,
  • «Савва Мамонтов»,
  • «Повесть о преподобных Савве Сторожевском и его учителе Сергии Радонежском»,
  • «Святейший патриарх Тихон»,
  • «Похороненный среди царей»,
  • «Морозовская стачка» и др.

  • пьесы «Голодный поход».
  • сборников рассказов и повестей «Кипрей-Полыханъ»,
  • поэтических сборников:
    • «Лошадиная поляна»,
    • «Золотые к сердечку ключи».

В. А. Бахревским написан ряд повестей, рассказов и сказок для детей и юношества, в том числе:

  • «Агей»,
  • «Глаза ночи»,
  • «Дядюшка Шорох и шуршавы»,
  • «Жемчужина окатная»,
  • «Ждите нас волшебниками» (сокращённый журнальный вариант (Мурзилка, 1975) под названием «Фонтан «Три Кита»»),
  • «Семён Дежнёв»,
  • «Медвежьи сказки»,
  • «Мальчик из поднебесья»,
  • «Неведома зверюшка»,
  • «Арсюша и другие шестилеточки»
  • «Дом с жабой»
  • «Дворец Золушки»
  • «Кот в сапогах с секретами»
  • «Лекарство от семидесяти семи болезней»
  • «Первоклассник Митя и кролик Ушки-на-Макушке»
  • «Нормальная температура»
  • «Солдат-Орешек»
  • «Строение пера»
  • «Тихая плакса»
  • «Желуди»
  • «Собака на картофельном поле»
  • «Журавлик» и др.

Отрывок, характеризующий Бахревский, Владислав Анатольевич

Перед обедом княжна и m lle Bourienne, знавшие, что князь не в духе, стояли, ожидая его: m lle Bourienne с сияющим лицом, которое говорило: «Я ничего не знаю, я такая же, как и всегда», и княжна Марья – бледная, испуганная, с опущенными глазами. Тяжелее всего для княжны Марьи было то, что она знала, что в этих случаях надо поступать, как m lle Bourime, но не могла этого сделать. Ей казалось: «сделаю я так, как будто не замечаю, он подумает, что у меня нет к нему сочувствия; сделаю я так, что я сама скучна и не в духе, он скажет (как это и бывало), что я нос повесила», и т. п.
Князь взглянул на испуганное лицо дочери и фыркнул.
– Др… или дура!… – проговорил он.
«И той нет! уж и ей насплетничали», подумал он про маленькую княгиню, которой не было в столовой.
– А княгиня где? – спросил он. – Прячется?…
– Она не совсем здорова, – весело улыбаясь, сказала m llе Bourienne, – она не выйдет. Это так понятно в ее положении.
– Гм! гм! кх! кх! – проговорил князь и сел за стол.
Тарелка ему показалась не чиста; он указал на пятно и бросил ее. Тихон подхватил ее и передал буфетчику. Маленькая княгиня не была нездорова; но она до такой степени непреодолимо боялась князя, что, услыхав о том, как он не в духе, она решилась не выходить.
– Я боюсь за ребенка, – говорила она m lle Bourienne, – Бог знает, что может сделаться от испуга.
Вообще маленькая княгиня жила в Лысых Горах постоянно под чувством страха и антипатии к старому князю, которой она не сознавала, потому что страх так преобладал, что она не могла чувствовать ее. Со стороны князя была тоже антипатия, но она заглушалась презрением. Княгиня, обжившись в Лысых Горах, особенно полюбила m lle Bourienne, проводила с нею дни, просила ее ночевать с собой и с нею часто говорила о свекоре и судила его.

– Il nous arrive du monde, mon prince, – сказала m lle Bourienne, своими розовенькими руками развертывая белую салфетку. – Son excellence le рrince Kouraguine avec son fils, a ce que j’ai entendu dire? – вопросительно сказала она.
– Гм… эта excellence мальчишка… я его определил в коллегию, – оскорбленно сказал князь. – А сын зачем, не могу понять. Княгиня Лизавета Карловна и княжна Марья, может, знают; я не знаю, к чему он везет этого сына сюда. Мне не нужно. – И он посмотрел на покрасневшую дочь.
– Нездорова, что ли? От страха министра, как нынче этот болван Алпатыч сказал.
– Нет, mon pere.
Как ни неудачно попала m lle Bourienne на предмет разговора, она не остановилась и болтала об оранжереях, о красоте нового распустившегося цветка, и князь после супа смягчился.
После обеда он прошел к невестке. Маленькая княгиня сидела за маленьким столиком и болтала с Машей, горничной. Она побледнела, увидав свекора.
Маленькая княгиня очень переменилась. Она скорее была дурна, нежели хороша, теперь. Щеки опустились, губа поднялась кверху, глаза были обтянуты книзу.
– Да, тяжесть какая то, – отвечала она на вопрос князя, что она чувствует.
– Не нужно ли чего?
– Нет, merci, mon pere.
– Ну, хорошо, хорошо.
Он вышел и дошел до официантской. Алпатыч, нагнув голову, стоял в официантской.
– Закидана дорога?
– Закидана, ваше сиятельство; простите, ради Бога, по одной глупости.
Князь перебил его и засмеялся своим неестественным смехом.
– Ну, хорошо, хорошо.
Он протянул руку, которую поцеловал Алпатыч, и прошел в кабинет.
Вечером приехал князь Василий. Его встретили на прешпекте (так назывался проспект) кучера и официанты, с криком провезли его возки и сани к флигелю по нарочно засыпанной снегом дороге.
Князю Василью и Анатолю были отведены отдельные комнаты.
Анатоль сидел, сняв камзол и подпершись руками в бока, перед столом, на угол которого он, улыбаясь, пристально и рассеянно устремил свои прекрасные большие глаза. На всю жизнь свою он смотрел как на непрерывное увеселение, которое кто то такой почему то обязался устроить для него. Так же и теперь он смотрел на свою поездку к злому старику и к богатой уродливой наследнице. Всё это могло выйти, по его предположению, очень хорошо и забавно. А отчего же не жениться, коли она очень богата? Это никогда не мешает, думал Анатоль.
Он выбрился, надушился с тщательностью и щегольством, сделавшимися его привычкою, и с прирожденным ему добродушно победительным выражением, высоко неся красивую голову, вошел в комнату к отцу. Около князя Василья хлопотали его два камердинера, одевая его; он сам оживленно оглядывался вокруг себя и весело кивнул входившему сыну, как будто он говорил: «Так, таким мне тебя и надо!»
– Нет, без шуток, батюшка, она очень уродлива? А? – спросил он, как бы продолжая разговор, не раз веденный во время путешествия.
– Полно. Глупости! Главное дело – старайся быть почтителен и благоразумен с старым князем.
– Ежели он будет браниться, я уйду, – сказал Анатоль. – Я этих стариков терпеть не могу. А?
– Помни, что для тебя от этого зависит всё.

В это время в девичьей не только был известен приезд министра с сыном, но внешний вид их обоих был уже подробно описан. Княжна Марья сидела одна в своей комнате и тщетно пыталась преодолеть свое внутреннее волнение.
«Зачем они писали, зачем Лиза говорила мне про это? Ведь этого не может быть! – говорила она себе, взглядывая в зеркало. – Как я выйду в гостиную? Ежели бы он даже мне понравился, я бы не могла быть теперь с ним сама собою». Одна мысль о взгляде ее отца приводила ее в ужас.

«За Садовой Изгородью» («За изгородью», «По ту сторону изгороди», «Over the Garden Wall») — прекрасный мультфильм, нарисованный в духе старой анимации, представляет собой восхитительную смесь «Алисы в стране чудес», фольклора и сказок. Его неподражаемая, местами мрачноватая атмосфера придется по душе любителям таинственного фэнтези, а сюжет не оставит равнодушным даже самого скупого на эмоции зрителя.
Но не все так просто и однозначно. Почти в каждой серии создатели спрятали разнообразные отсылки и пасхалки, раскрывающие всю суть сюжета и помогающие внимательному зрителю глубже понять мир загадочного «Неизведанного». В этой статье я попытаюсь найти их и объяснить (внимание, содержит спойлеры!).
И начнем с названия. До самого мультфильма было, как минимум, три других шоу, названных «За Садовой Изгородью», и, по крайней мере, два из них – это романтические фильмы о любви между мужчиной и женщиной, которые, заприметив мельком друг друга из-за садовой стены, влюбляются. Но, тем не менее, более правдоподобной выглядит версия о том, что название произошло из детского стишка:
Over the garden wall
I let the baby fall.
My mother came out
And gave me a clout
Over the garden wall.
Это стихотворение является одним из многих в английской поэзии, что превозносит смерть близких родственников.
Одна из главных тем в «За Садовой Изгородью» — это нежелание старшего брата нести ответственность за младшего (ровно так же, как и в фильме «Лабиринт» (1986 года) Сара не желала заботиться о своем брате Тоби, за что и была наказана).
Немного о персонажах. Два главных персонажа, Вирт и его младший брат Грэг, теряются в лесу. Имя «Вирт» довольно необычно и встречается нечасто, но в Германии само слово «wirt» используется для обозначения домовладельца или, иными словами, хозяина. Возможно, это указывает на то, что именно Вирт главный герой, буквально хозяин этой истории и именно тот персонаж, с которым должен идентифицировать себя зритель. Кстати, изначально, данного персонажа хотели назвать Уолтом, но позже создатели остановились именно на Вирте, потому что, по их мнению, это имя было более загадочным и точнее раскрывало характер персонажа. Имя Грэг наоборот довольно распространено и означает «внимательность», «предупреждение». Эти значения находят свое отражение и в характере героя – именно он оказывается наиболее наблюдательным в новых местах.
Во время путешествия к братьям вскоре присоединяется еще одна героиня, птичка по имени Беатрис, обещающая проводить их. Имя «Беатрис» означается «путешественник», но еще более занимательным является тот факт, что это еще и имя женщины, которая ведет Данте в «Божественной Комедии».
(Спойлер: Это является одним из многих подтверждений тому, что на самом деле мир Неизведанного — это потусторонний мир, загробная жизнь).
«Эпизод 1: Старая мельница» («The Old Grist Mill»). Кратко об эпизоде: Вирт и Грэг теряются в лесу и встречают Лесника, рубящего дерево, который рассказывает им, что находятся они в загадочном «Неизведанном» («the Unknown») и проводит братьев до старой мельницы, где предостерегает об опасности, о некоем «Звере» («the Beast»), что водится в лесах.
Лесник использует мельницу, чтобы перемалывать ветки эдельвудских деревьев в масло. На самом же деле конкретно «эдельвудских» («edelwood») деревьев не существует, но название очень напоминает немецкое слово «edelweiss», что переводится как «благородно-белый». Соответственно, исходя из этого, можно сделать вывод, что слово «эдельвудский» означает «благородное дерево». И по какой-то причине только масло эдельвудских деревьев можно использовать для фонаря Лесника.
«Эпизод 2. Постфильдский культ» («Hard Times at the Huskin’ Bee»). Кратко об эпизоде: Беатрис соглашается проводить Вирта и Грэга к «Аделаиде с Пастбища», которая поможет детям найти путь домой, Вирт решает пойти в Поттсфилд, и в итоге троица оказывается в городке, жителями которого являются люди с тыквами вместо голов, празднующие день урожая.
Празднование этого дня является старой английской (и не только) традицией. Оно часто сопровождалось веселыми песнями и танцами во время сборов урожая.
Тыква довольно часто является заменителем головы. Вспомнить хотя бы «Волшебника страны Оз» и Страшилу или, например, хэллоуинские «Светильники Джека», представляющие собой тыквы с вырезанным лицом, подсвеченным изнутри.
Город (населенный на самом деле скелетами), через который проходят герои, называется Поттсфилд, что является отсылкой к названиям кладбищ для нищих и некрещеных – Potter’s field (на русском это называют скудельница). Любопытен еще тот факт, что лидером в городе является кот по имени Энох. По библейским сказаниям Энох (предок Ноя), не умер (хотя про всех других сообщается «и он умер»), он «ходил пред Богом» и прожил 365 лет, после чего «не стало его, потому что Бог взял его».
Сам танец жителей Поттсфилда по одной из версий является отсылкой к серии диснеевского мультика «Веселые мелодии — Танец скелетов» («Silly Melodies — The Skeleton Dance») 1929 года (). По другой версии, которая, на мой взгляд, гораздо более правдоподобна, учитывая любовь создателей к истории и фольклору, то, что танцуют жители – это макабр, пляска смерти. По средневековым верованиям, в нем кружились мертвецы всех возрастов и званий. Также, это средневековый обычай, состоящий в пляске, которая происходила на кладбище и заключалась в подражании воображаемой пляске мертвецов.
Можно заметить, как один из жителей, подойдя к Вирту сообщает, что тот явился «немного раньше». Возможно, это еще один признак того, что братья не умерли, но уже путешествуют через загробную жизнь.
«Эпизод 3: Школьные глупости» («Schooltown Follies»). Кратко об эпизоде: Вирт, Грэг (вместе с лягушкой) и Беатрис натыкаются в лесу на школу мисс Лангтри (Langtree), где обучаются только животные. Отец мисс Лангтри недоволен ею и угрожает закрыть школу. По округе бродит горилла.
Термин «follies» (глупости, безумства) прежде всего, напоминает о бродвейских кабаре-шоу, популяризованных Безумствами Зигфелда (Ziegfeld Follies) (серия театральных постановок на Бродвее в Нью-Йорке, которые ставились с 1907 по 1931 год). Сама песня Грэга «Картошка и меласса» напоминает песню Ширли Темпл из фильма «Кудряшка» ().
Имя Лангтри (Langtree) происходит от староанглийского, что означает «длинное дерево». Также такое название имеют несколько английских школ. Интересно, что при прослушивании полной версии песни «Плач Лангтри» («Langtree’s Lament»), выясняется, что ее любовь всей жизни, Джимми Би, разбил ей сердце, отсутствовав всего три дня.
«Эпизод 4: Песни Темного Фонаря» («Songs of the Dark Lantern»). Кратко об эпизоде: Вирт, Грэг и Беатрис в поисках дороги на пастбище Аделаиды натыкаются в лесу на захудалую таверну, где у каждого посетителя своя роль и своя песня.
Песня Разбойника является явной аллюзией на мультфильм Бэтти Буп «Minnie the Moocher», где главную партию исполнил Кэбелл «Кэб» Кэллоуэй (1932 г) (). Даже хозяйка таверны одним своим видом и голосом напоминает саму Бэтти Буп.
«Эпизод 5: Безумная любовь» («Mad Love»). Кратко об эпизоде: Вирт, Грэг, Беатрис и Конь Фред оказываются в особняке Куинси Эндикотта, потому что нуждаются в деньгах, чтобы на пароме переправиться на пастбище к Аделаиде. Однако, Эндикотт оказывается немного не в себе, полагая, что влюблен в призрака.
Название «Безумная любовь» («Mad Love») использовалось довольно редко и наиболее известными произведениями с таким названием являются фильм ужасов 1935 года и оригинальная история Харли Квинн. Изначально это название происходит от французского выражения «amour fou» («insane love»), что означает неуправляемую и даже навязчивую страсть.
Портрет, в который так пылко влюбляется Куинси Эндикотт, имеет некое сходство с портретом леди Грей (Streatham portrait), только вместо красного платья – синее. Примечательно то, что на портрете изображена леди Джейн Грей, в то время как Эндикотт влюбляется в Маргарет Грей. Кроме того, Куинси Эндикотт является чайным бароном (или, как это звучит на английском, «tea earl»). Соответственно, если во время женитьбы он перейдет на фамилию Маргарет, то станет буквально Эрл Греем (Earl Gray).
Беатрис упоминает, что для того, чтобы попасть на паром, нужны две монеты. Это является еще одним признаком того, что Неизведанное — это загробный мир, потому что две монеты, которые мертвым клали на глаза, должны были стать платой Харону за перевозку их душ по рекам Стикс и Ахерон, чтобы достичь земли мертвых.
«Эпизод 6: Колыбельная в Стране Лягушек» («Lullaby in Frogland»). Кратко об эпизоде: Вирт, Грэг и Беатрис тайно пробираются на паром, полный лягушек в маскарадных костюмах, чтобы попасть к Аделаиде. Их несколько раз почти ловят, но песня лягушки Грэга спасает троицу от изгнания.
Паром называет «Братья МакЛафлин Ферри» («McLoughlin Brothers Ferry»), что является отсылкой к Братьям МакЛафлин, которые опубликовали множество детских книжек с 1828 по 1920 годы.
Название и лягушки в платьях имеют прямое сходство с мультфильмом Владислава Старевича «Как лягушки выпросили себе короля» (1922 г) ().
Песня «За Садовой Изгородью» («Over the Garden Wall»), которую поет лягушка Грэга, является своего рода предвестником тех вещей, которые, как позже выясняется, произошли с Виртом и Грэгом в реальном мире. Например, строчка, «И песня души одинокой чуть грустно звучит до утрам» вызывает явную ассоциацию с Виртом, с его песнями и внутренним одиночеством.
Встретив Аделаиду с пастбища, Вирт и Грэг поняли, что она вовсе не хорошая женщина, а злая ведьма. То, что ведьма использует нити и ножницы говорит о ее сходстве с Атропос, старшей из трех мойр, богинь судьбы, именно она пе

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *