Ереси

Торжество Православия 2016

Сегодня мы отмечаем день Торжества Православия. Этот праздник был установлен в IX веке после победы православного учения над ересью иконоборчества.

В мире никогда не бывает спокойствия. Оно заключается не только в том, что дует ветер, плывут тучи, происходят землетрясения или еще что-то, не бывает спокойствия, в первую очередь, в духовной жизни. Постоянно происходит невидимая духовная брань. Именно духовная брань является основой нестабильности в мире. От этого происходят какие-то неприятные катаклизмы, как в мире, так и в семье, в обществе, в жизни каждой отдельной человеческой личности. Эта борьба не прекращалась никогда, и не прекратится до конца существования нашего мира. Господь — Творец есть Любовь, Ему противостоят силы ненависти, злобы, которые пытаются всех отделить от Бога. Но, так как мир, в основном, состоит из личностей умственных: из Ангельского мира и человечества, то, в первую очередь, конечно, злой дух пытается совратить умы людей, чтобы человек мыслил неправильно. А от нашего мышления, собственно говоря, и строится наша жизнь, наше поведение, совершаются наши дела плохие и хорошие. И всегда враг Божий, которым являются не только духи злобы, но и каждый, отступивший от Бога, старается придумать что-то свое. Потому что слово «ересь» в переводе с греческого означает «выбор». То есть, человек что-то выбирает сам лично для себя. Или он выбирает Бога и послушание Ему, или какою-то свою определенную цель, идеологию и начинает жить, как он считает, независимо ни от кого. На самом же деле, вопреки законам, которые установил Господь во вселенной, вопреки законам, которые установил Творец и для всего Своего создания.

Эта борьба началась еще до сотворения человека, потом в Раю, когда диавол внушил неправильную мысль Еве, и Адам поддался на эту мысль и отступил от Бога. Так происходит и сейчас. Ничего в мире не поменялось. Мы очень часто желаем, чтобы законы исходили не от Бога, а от нашего хотения и желания, от нашего выбора. И мы вводим свои ереси, которые кажутся сначала безобидными, но, в конце концов, являются трагедией для нас. Потому что мы теряем Бога, теряем основу своей жизни и никогда не найдем никакой другой основы, что бы мы не выдумывали, что бы не предпринимали. Так происходило и в Ветхом Завете. Мы знаем, там были саддукеи, фарисеи, иессеи, разные секты, которые что-то для себя выбирали, забывая, что истина едина. А когда пришел Господь, принес одну единственную чистую Истину, то сразу же диавол стал внушать различным людям множество всяких неправильных мыслей, сначала о Святой Троице. Первые ереси были направлены против святой Троицы, потом против Божией Матери, потом против различных других учений Православной Церкви, стараясь внести хоть маленький, но раскол, маленькую ересь, маленькое непонимание, которое потом само собой разрастется.

Наша Церковь провозглашает, что мы храним истинную веру Апостольскую, которую преподал Господь, в которой нет никакой лжи, никакого обмана, никакой червоточины. Нужно это ценить и изучать, не придумывать что-то новое, стараясь исказить, ввести себя и других в соблазн, а стараться эту истину изучить и хранить. Потому что за хранение этой истины Господь возблагодарит многократно. Конечно, может быть, тяжело хранить эту истину, весь мир восстает против Бога, стараясь исказить Его учение, но все равно Господь Творец и Владыка этого мира. Это Он сотворил космос, небесные тела, время, все Он сотворил, установил законы, и бессмысленно с этим бороться. Эти законы непреложны.

Постараемся, дорогие братья и сестры, хранить истину Православия, ценить ее, зная, что только эта истинная вера соединяет нас с Богом, дарует нам спасение и вечные блага.

Аминь.

Настоятель храма Архангела Михаила протоиерей Роман Уточкин.

Назад к списку

Статьи — ОСНОВЫ ВЕРЫ

Догматы веры

До́гматы – это непререкаемые вероучительные истины (аксиомы христианского вероучения), данные через Божественное Откровение, определенные и сформулированные Церковью на Вселенских Соборах (в отличие от частных мнений).

Свойствами догматов являются: вероучительность, богооткровенность, церковность и общеобязательность.

Вероучительность означает, что содержанием догматических истин является учение о Боге и Его икономии (т.е. Божьего замысла о спасении человеческого рода от греха, страдания и смерти).

Богооткровенность характеризует догматы как истины, открытые Самим Богом, ибо Апостолы приняли учение не от человеков, но через откровение Иисуса Христа (Гал. 1:12). По своему содержанию они не являются плодом деятельности естественного разума, подобно научным истинам или философским утверждениям. Если философские, исторические и научные истины относительны и со временем могут уточняться, то догматы – это истины абсолютные и неизменные, ибо слово Божие есть истина (Ин. 17:17) и пребывает вовеки (1Пет. 1:25).

Церковность догматов указывает на то, что только Вселенская Церковь на своих Соборах придает христианским истинам веры догматический авторитет и значение. Это не значит, что Церковь сама создает догматы. Она, как «столп и утверждение истины» (1Тим. 3:15) лишь безошибочно устанавливает за той или иной истиной Откровения значение неизменного правила веры.

Общеобязательность догматов означает, что эти догматы раскрывают сущность христианской веры, необходимой для спасения человека. Догматы – незыблемые законы нашей веры. Если в литургической жизни отдельных Православных Поместных Церквей имеется некоторое своеобразие, то в догматическом учении между ними – строгое единство. Догматы обязательны для всех членов Церкви, поэтому она долготерпит любые грехи и слабости человека в надежде на его исправление, но не прощает того, кто упрямо стремится замутить чистоту апостольского учения.

Православные догматы формулировались и утверждались на 7 Вселенских соборах. Краткое изложение основных истин (догматов) христианской веры, содержится в Символе веры.

Будучи итогом Божественного Откровения, догматы являются непререкаемыми и неизменными определениями спасительной христианской веры.

Догматические определения являются не столько раскрытием учения о Боге, сколько указанием границ, за которыми находится область заблуждений и ереси. В своей глубине каждый догмат остается непостижимой тайной. Используя догматы, Церковь ограничивает человеческий ум от возможных ошибок в истинном Богопознании.

Как правило, православные догматы формулировались только при возникновении ересей. Принятие догматов не означает введения новых истин. Догматы всегда раскрывают изначальное, единое и целостное учение Церкви применительно к новым вопросам и обстоятельствам.

Если любой грех – следствие слабости воли, то ересь – «упорство воли». Ересь есть упорное противление истине и как хула на Духа Истины непростительна.

Таким образом, догматы призваны помочь каждому человеку иметь точное, недвусмысленное представление о Боге и его взаимоотношениях с миром, и ясно понимать, где заканчивается христианство и начинается ересь. Поэтому спор о догматах имеет в христианстве самое важное и острое значение, и именно разногласия в понимании догматов влекут за собой самые серьезные и почти непреодолимые расколы. Именно таковы разногласия между православием, католицизмом и протестантскими церквами, которые в очень многих вопросах более или менее едины, но в некоторых – абсолютно противоречат друг другу, и это противоречие не может быть преодолено дипломатическим компромиссом, потому что они спорят не о вкусах или политике, а о самой Истине, как она есть на самом деле.

Но одного только знания о Боге для верующего человека недостаточно: необходимо ещё молитвенное общение с ним, необходима жизнь в Боге, а для этого нужны не только правила мышления, но правила поведения, то есть то, что называется канонами.

Каноны Православной Церкви

Церковные каноны – это основные церковные правила, определяющие порядок жизни Православной Церкви (ее внутренне устройство, дисциплину, частные аспекты жизни христиан). Т.е. в отличие от догматов, в которых сформулировано вероучение Церкви, в канонах определены нормы церковной жизни.

Спрашивать о том, зачем Церкви нужны каноны можно с тем же успехом, как и спрашивать о том, зачем государству нужны законы. Каноны – это правила, по которым члены Церкви должны служить Богу и организовывать свою жизнь так, чтобы постоянно поддерживать это состояние служения, эту жизнь в Боге.

Как и любые правила, каноны призваны не осложнять жизнь христианину, а наоборот, помочь ему ориентироваться в сложной церковной реальности и в жизни вообще. Если бы никаких канонов не было, то церковная жизнь представляла собой полный хаос, да и вообще само существование Церкви как единой организации на земле было бы невозможно.

Каноны едины для всех православных людей всех стран, утверждены на Вселенских и Поместных соборах и отмене не подлежат. Т.е. авторитет священных канонов вечен и безусловен. Каноны являются непререкаемым законом, определяющим строй и управление Церкви.

Каноны Церкви являют собой образец для каждого верующего, на основании которого он должен строить свою жизнь или проверять правильность своих поступков и действий. Всякий, кто удаляется от них — удаляется от правильности, от совершенства, от праведности и святости.

Раскол по каноническим вопросам в Церкви носит столь же принципиальный характер, что и по догматическим, но его легче преодолеть, потому что он касается не столько мировоззрения – во что мы верим, сколько нашего поведения – как мы верим. Большинство расколов по каноническим вопросам касаются темы церковной власти, когда какая-то группа по каким-то причинам вдруг считает существующую церковную власть «незаконной» и объявляет свою полную независимость от Церкви, а иногда даже считает «истинной церковью» только себя. Таков был раскол со старообрядцами, таковы сегодняшние расколы на Украине, таковыми могут быть очень многие маргинальные группы, называющие себя «истинными» или «автономными» православными. Причем, на практике с такими раскольниками Православной Церкви зачастую бывает гораздо сложнее общаться, чем с догматическими расколами, потому что жажда власти и независимости у людей очень часто бывает сильнее стремления к Истине.

Тем не менее, каноны могут видоизменяться в истории, сохраняя, однако, свой внутренний смысл. Святые Отцы блюли не букву канона, а именно тот смысл, который Церковь в него вкладывала, ту мысль, которую она в нем выражала. Например, некоторые каноны, не относящиеся к существу церковной жизни, в силу изменившихся исторических условий, иногда теряли свое значение и упразднялись. Теряли в свое время и буквальное значение и наставления Св. Писания. Так, мудрое учение св. ап. Павла об отношениях господ и рабов утратило свой буквальный смысл с падением рабства, но лежащий в этом учении духовный смысл имеет, можно сказать, непреходящее значение и слова великого Апостола и теперь могут и должны являться нравственным руководством во взаимоотношениях христиан, стоящих на разных ступенях социальной лестницы, несмотря на провозглашенные начала свободы, равенства и братства.

При попытке применения церковных канонов к современным обстоятельствам необходимо учитывать mens legislatoris – намерение законодателя, т.е. изначально вкладываемый в канон смысл, исторический и культурный аспекты.

Современные революционные церковные реформаторы и обновленцы разного типа, пытаясь внести изменения в церковные каноны, в свое оправдание ссылаются на церковные реформы патриарха Никона. Но едва ли эта ссылка может служить оправданием теперешних реформаторов. Достаточно указать на то, что при Никоне не была нарушена преемственность Апостольской иерархии. Кроме того, тогда не было посягательства ни на вероучение, ни на нравоучение Церкви. Наконец, реформы, имевшие место при патриархе Никоне, получили санкцию восточных патриархов.

В Русской Православной Церкви все каноны издаются в «Книге правил».

«Книга Правил» представляет собою свод законов, исшедших от Апостолов и св. Отцов Церкви – законов, утвержденных Соборами и положенных в основу христианского общества, как норма его бытия.

В этом сборнике находятся правила св. Апостолов (85 правил), правила Вселенских Соборов (189 правил), десяти Поместных (334 правила) и правила тринадцати св. Отцов (173 правила). Рядом с этими основными правилами имеют еще силу несколько канонических сочинений Иоанна Постника, Никифора Исповедника, Николая Грамматика, Василия Великаго, Иоанна Златоустаго и Анастасия (134 правила). Всего канонов православной церкви — 762.

В обширном смысле, канонами называются все постановления Церкви, как относящиеся к вероучению, так и касающиеся устройства Церкви, ее учреждений, дисциплины и религиозной жизни церковного общества.

Богословское мнение

Конечно опыт христианства шире и полнее догматов Церкви. Ведь догматизировано только самое необходимое и существенно важное для спасения. Остается еще немало таинственного и нераскрытого в Священном Писании. Это обуславливает существование богословских мнений.

Богословское мнение не является общецерковным учением, подобно догмату, но является личным суждением того или иного богослова. Богословское мнение должно заключать в себе истину, как минимум, непротиворечащую Откровению.

Безусловно, всякий произвол в богословии исключается. Критерием истинности того или иного мнения является его согласие со Священным Преданием, а критерием допустимости – не противоречие с ним. В основании православных и правомерных богословских мнений и суждений должны лежать не логика и рассудочный анализ, но прямое видение и созерцание. Это достигается через молитвенный подвиг, через духовное становление верующей личности…

Богословские мнения не являются непогрешимыми. Так, в сочинениях некоторых отцов Церкви нередко встречаются и ошибочные богословские мнения, тем не менее не противоречащие Священному Писанию.

По словам святителя Григория Богослова, вопросы творения, искупления, последних судеб человека принадлежат области, где богослову предоставлена некоторая свобода во мнениях.

Ссылки по теме:
Краткий свод Канонов Православной Церкви
О причинах возникновения сект и расколов в России

Непрерывная традиция связывает первых гностиков — Евфрата, Симона, Менандра, Керинфа и особенно сирийской школы Сатурнина, Кердона, Маркиона, египетского Василида — с теми катарами, против которых в XIII столетии Рим поднялся на бескомпромиссную войну.

Два Бога — добрый и злой; борьба духа и материи; победа над демоном, над телесной темницей человека, отречение от плоти, воздержание от супружества, вина, мяса — все эти признаки дуалистического альбигойского верования были высказаны еще Сатурнином.

Василид объясняет загробную жизнь так, как объясняли ее некоторые альбигойцы: добрые души возвращаются к Богу, злые переселяются в создания низшие, тела же обращаются в первобытную материю. Прочие гностики прибавляют к этому целую самостоятельную космогонию, которая не могла не оказывать непосредственного влияния на историю позднейшего сектантства.

В эпоху, современную развитию гностицизма, появилось столько других самостоятельных теорий, сколько не производил никакой век ни до, ни после. Количество ересей увеличивалось удивительным образом. Некоторые церковные писатели первых веков христианства занимаются исключительно изучением ересей, они насчитывают огромное количество мистических и обрядовых христианеких сект. Иероним знает их не менее сорока пяти, но Августин насчитывает уже восемьдесят восемь, Предестин — девяносто, а Филастрий, писатель конца IV столетия, жив ший в эпоху арианства, находит возможность указать более ста пятидесяти. Исидор, епископ севильский, один из авторитетных свидетелей, насчитывает в VII веке около семидесяти сект, большая часть которых вела свое начало с первых веков, и замечает, что «есть другие без основателей и без названий».

В эпоху возникновения христианства были самые разнообразные общества, секты, всевозможно толковавшие каждый церковный догмат, следовавшие самым противоположным правилам жизни. Многие из них отличались странностью, невежеством, суеверием. Антропоморфиты придавали верховному Существу человеческие члены; артотириты, следуя примеру первых людей, принимали в пишу исключительно хлеб и сыр. как «плоды земли и стад»; адамиты, следуя тому же указанию, ходили нагими, как мужчины, так и женщины; николаиты предавались крайнему разврагу, по примеру вождя, который предлагал свою жену всякой общине, и т. п. Одни поклонялись исключительно Каину, другие считали Сифа Спасителем, третьи спорили о Мельхиседеке, четвертые, точно следуя нищете апостольской, отказывались от собственности. Но в большинстве этих сект господствовали учения, которые содержали в себе дуалистический элемент позднейшего катарства.

Ереси и секты первых трех веков христианства

© Горидовец В.В.

Первые три века христианской истории отличаются беспримерным брожением религиозных идей. Никогда после этого не появлялось в христианстве такого множества разнообразных сект и больше никогда споры сектантов с христианской церковью не касались таких важных и существенных вопросов, как именно в это время. Еретические секты первых трех веков христианства отличались от позднейших ересей тем, что в них, как правило, искажался не один какой-нибудь догмат, но противопоставлялись христианству целые системы мировоззрений. Многие из этих систем при очевидной странности формулировок своих воззрений, отличались как глубиной философской мысли, так и творчеством поэтической фантазии. Поэтому секты первых веков христианства имеют важное значение не только в истории христианской церкви, но и в истории развития человеческого духа и человеческой мысли. Безусловно, само появление различных сект в христианском мире не прошло бесследно для церковной жизни.

Церковь с самого начала своего существования развивала свои силы в борьбе с ересями и расколами. В этой борьбе сложились и церковное богословие, и церковная дисциплина, и сама церковная обрядность. Недаром почти во всех памятниках древнехристианской жизни и письменности—богословских произведениях, правилах и постановлениях древних соборов, в молитвах и песнопениях, даже в церковных обрядах—находится множество прямых и косвенных указаний на еретические секты того времени. Теперь, понимая необходимость изучения сект, возникших в ранний период развития христианской церкви, можно перейти к краткому обзору существовавших тогда сект.

Самыми ранними еретиками в христианской церкви явились евиониты и евиониты-гностики. Эта ересь возникла от значительного, на первых порах, соприкосновения с иудейством. На Апостольском соборе в 51 г. было решено, что ветхозаветный закон (временный и прообразующий)—потерял свою силу в христианстве. Часть христиан из иудеев не согласилась с этим, через это и появилась секта иудействующих христиан. Они отрицали догмат троичности, божество Иисуса Христа, Его сверхъестественное рождение, признавая в Нем лишь великого пророка, подобного Моисею. Всю его деятельность сводили к разъяснению и дополнению ветхозаветного закона новыми правилами. Евхаристию они совершали на опресноках, употребляя в чаше одну воду. Царствие Христово понимали как 1000-летнее видимое земное царство, для основания которого Христос вновь воскреснет, покорит все народы и обеспечит еврейскому народу господство над всем миром. В то же время евиониты не признавали искупительной Жертвы Спасителя, то есть отрицали главнейший догмат, составляющий основу христианства. Евиониты-гностики примешивали к иудейским воззрениям много языческих. Так, они даже отрицали ветхозаветную религию еврейского народа, изложенную в священных книгах евреев. Согласно их учению первобытная истинная религия была дана первому человеку, но утрачена им после грехопадения, причем ее неоднократно восстанавливал Божественный Дух, являвшийся на землю в лице ветхозаветных праведников. От Моисея эта религия сохранилась среди небольшого круга израильтян. Для восстановления и распространения ее среди всего рода человеческого Божественный Дух явился в лице Иисуса Христа. Таким образом, согласно учения евионитов-гностиков, Христос не является Искупителем, а только учителем, причем Его учение не новое откровение, а только возобновление того, что было известно небольшому кружку избранных людей. Надо сказать, что при всем этом евиониты-гностики придерживались строгого аскетизма: вообще не ели мяса, молока, яиц—для возвышения духовного над чувственным.

В то же время надо помнить, что в христианство обращались не только иудеи , но и язычники. Некоторые из них пытались соединить христианское учение с философскими и религиозными воззрениями язычников, причем в таких компилляциях язычества даже было больше, чем христианства. Ереси язычествующих христиан получили название гностицизма. Во всех религиях гностики видели элемент божественного, пытались из различных религиозных и философских учений создать религиозно-философскую систему, стоящую выше других религий. В это время сформировалось два центра гностицизма: в Александрии и в Сирии. Гностики считали материю источником зла, признавали Иисуса Христа простым человеком, с которым соединился во время Крещения высший эон (т. е. духовная сущность) после Верховного Бога—Христос. Также гностики отрицали и догмат искупления, считая, что на Кресте страдал либо простой человек, либо сами страдания Иисуса Христа были недействительными, призрачными. Наблюдались два течения гностицизма: крайние аскеты, которые измождением тела пытались получить духовное освобождение, и антиномисты, которые разрушали телесную оболочку (материю) разгулом, пьянством, вообще отрицанием нравственных законов. До нас дошли имена Симона Волхва и Керинфа, являвшимися известными апологетами гностицизма апостольского века. Связь Ветхого и Нового Заветов понималась некоторыми христианами искаженно, превратно. Одним из них был Маркион—сын епископа, впоследствии самим отцом отлученный от Церкви.

Маркион признавал христианство абсолютно новым учением, не имеющим никакой связи с ветхозаветным откровением. Более того, он объявил противоречивыми ветхозаветное откровение и новозаветное учение, так же как противоречивы карающий Судия и Бог благости и любви. Ветхозаветное откровение он приписал демиургу—ветхозаветному Богу правды, а новозаветное учение—Богу Благости и любви. Создание видимого мира он приписал таки опять демиургу, а вот источником чувственного бытия признал материю со своим властителем—сатаной. По учению Маркиона для поддержания в мире нравственного порядка демиург дал людям закон, но не сообщил силы для его исполнения. Строгие требования этого закона создали только мучения как в этом мире, так и в аду, за гробом. Для освобождения людей от власти демиурга и полной победы духа над материей, Бог в образе Сына сошел на землю и принял призрачное тело, не рождаясь от Девы Марии, а спустившись прямо в Капернаумскую синагогу. Он открыл людям истинного Бога благости и любви и указал средства для освобождения от власти демиурга. Маркион полагал, что страдания Спасителя на Кресте были призрачными, также как для Него на Кресте необходима была только смерть без страданий, поскольку доступ в ад был только для умерших. Надо отметить, что при всех своих заблуждениях Маркион не делает ссылок ни на какое тайное предание, а пользуется только каноническими книгами самой Церкви, но одни из священных книг он изменяет, а другие—исключает.

В начале первой половины II века появилось новое течение в жизни некоторых христианских общин, явившееся противовесом гностицизму. Основателем этого учения был Монтан, до обращения в христианство являвшимся языческим жрецом. Жизнь тогдашнего христианского общества представлялась ему недостаточно строгой. Существенным в христианстве он считал дисциплину и предписания о внешнем поведении христианина. Монтан создал целое своеобразное учение о церковной дисциплине, которое ввело в заблуждение его последователей. Такое лжеучение касательно внешних порядков церковной жизни (богослужения, церковного управления и дисциплины)—называется расколом. Но монтанизм занял среднее положение между расколом и ересью. Монтан был убежден в скором наступлении 100-летнего царства Христова на земле, а усилением церковной дисциплины он хотел подготовить христиан к достойному вступлению в это царство. Более того, он стал выдавать себя за пророка, органа Духа Утешителя, которого обещал послать Иисус Христос. Надо сказать, что Монтан был человеком болезненно нервным, с развитым воображением. Как правило, его пророчества появлялись в состоянии экстаза, эйфории, сна. Само содержание этих пророчеств не касалось церковного учения, а только правил внешнего поведения христиан. На основании этих откровений монтанисты ввели новые посты, увеличили их строгость, стали считать вторые браки прелюбодеянием, запрещали военную службу, отвергали светскую ученость, роскошь в одежде и все увеселения. Последователь их лжеучения, тяжко согрешивший после принятия крещения, навсегда отлучался от церкви, даже при наличии искреннего раскаяния. Надо сказать, что во время гонений монтанисты всячески стремились к мученическому венцу. Последователи Монтана считали, что Святой Дух более сказал в Монтане, нежели во всех пророках и апостолах, а в пророчествах монтанистов открывались более высокие тайны, чем в Евангелии. Заслуживает внимания и тот факт, что в иерархическом отношении у монтанистов была создана промежуточная ступень между патриархом и епископом—кенон. Церковь осудила монтанизм и это было сделано своевременно. Ведь оградившись чрезмерными дисциплинарными установками, имея строго отрицательное отношение к нужде и искусству, церковь не смогла бы развить ни богословской науки, ни церковного искусства, а также утерять влияние на общественную жизнь. Все эти факторы привели бы к невозможности становления церкви всемирной исторической силой.

Вспомним теперь, что монтанизм мы классифицировали как нечто среднее между расколом и ересью. В это же время возникали такие взгляды среди христиан, в которых открывались скорые надежды на пришествие Господа, выражалось резко отрицательное отношение к миру. Почва для возникновения таких взглядов и мнений была, ведь это было время постоянных гонений на христиан. Такие взгляды и мнения получили название хилиазма, для которого характерной чертой было толкование ветхозаветных и новозаветных пророчеств в строго буквальном смысле. По своей сути хилиазм является ошибочным богословским мнением, а не ересью, поскольку в нем не изменен ни один христианский догмат. Ну, а эти ожидания очень скорого пришествия Спасителя и видимого царства Христова, были принесены в христианскую церковь обратившимися в христианство иудеями. С IV века гонения на христиан прекратились, они стали пользоваться покровительством властей и законов. После этого хилиастические ожидания прекратились сами собой. Надо сказать, что со второй половины III века иудейская и языческая традиции стали исчезать. Внимание христиан все более и более стало сосредотачиваться на выяснении отдельных вопросов своего вероучения. Соответственно, стали возникать и заблуждения, и лжеучения по иследуемым вероучительным вопросам. Произошло это потому, что непостижимые тайны откровения стали подвергать рассудочному анализу. Например, каменем преткновения для таких исследователей стал догмат о Святой Троице. Отказавшись от языческого многобожия, некоторые христиане принимали догмат о Святой Троице как трехбожие, то есть вместо политеизма возникал тритеизм. Но в новозаветном откровении даны настолько ясные и определенные указания на троичность лиц в Божестве, что отрицать их просто невозможно.

Тем не менее, некоторые христиане, не отрицая догмата о Святой Троице, дали ему такое толкование, которое вело к отрицанию второго и третьего лица Святой Троицы, как самостоятельных живых сущностей, и к признанию в Боге только одного лица. Поэтому они получили название антитринитариев и монархиан. Одна часть антитринитариев видела в лицах Святой Троицы только божественные силы—это динамисты, а другая часть считала, что лица Святой Троицы являются только формами и образами Откровения Божества; они получили наименование модалистов. Учение антитринитариев-динамистов заключалось в том, что Бог есть абсолютное единство, не существует ни второго, ни третьего лица. То, что называют лицами Святой Троицы—это не живые сущности, а Божественные силы, которые проявляют себя в мире. Так, второе лицо Святой Троицы—это Божественная мудрость, а Святой Дух, по их толкованию, является Божественной силой, проявляющейся в освящении людей и сообщении им благодатных даров. Характерным представителем этого течения антитринитариев является антиохийский епископ Павел Самосатский. По его учению Христос был лишь простым человеком, которому в высшей степени была сообщена Божественная мудрость. Выразителем учения антитринитариев-модалистов явился Савелий, пресвитер Птолемаидский. Согласно их учения, Бог Сам в Себе, вне своей деятельности и отношения к миру—есть безразличное единство. Но в отношении к миру Бог принимает различные образы: в ветхозаветный период—является Бог Отец, в новозаветное время—Бог принял образ Сына и пострадал на Кресте, а с момента сошествия Святого Духа явился третий образ Божества—Святой Дух.

Освещая внутреннюю жизнь христианских общин и христианской церкви, не будем забывать и о внешних обстоятельствах, создававшихся в то время—время величайших гонений на христиан. Во время правления императора Декия велико было гонение на христианскую церковь, велико было и число христиан, не устоявших в исповедании веры, отпадших через это от Церкви. Вопрос о принятии в Церковь отпавших от нее во время гонений и стал причиной раскола в некоторых церквях. Так, в карфагенской церкви были сильны монтанистические воззрения, благодаря деятельности просвитера Тертулиана. Епископ Киприан разделял их в части отношения к отпадшим от Церкви и высказывался за пожизненное покаяние совершивших тяжкие грехи, причем даже после смерти раскаявшегося грешника Церковь не должна была давать прощения ему. Но исповедники Христовы ходатайствовали перед епископом за падших. В результате этого епископ Киприан изменил свое мнение и собирался изменить порядок приема падших в Церковь. Гонение Декия помешало этому и Киприан вынужден был спасаться бегством. После удаления епископа, в карфагенской церкви возник раскол, во главе которого стали пресвитер Новат и диакон Фелициссим, которые претендовали на главенство в церкви. Пресвитер Новат имел личное недовольство к епископу Киприану, поэтому для достижения своей цели нарочито использовал другую крайность, а именно, развил самую снисходительную дисциплину в вопросе о приеме падших. Это привело к полному развалу дисциплины в Карфагенской церкви и игнорированию епископа Киприана. Но гонение Декия стало затихать, епископ Киприан возвратился в Карфаген. По его настоянию в 251 году был созван собор епископов для решения вопроса о падших, на котором пресвитер Новат и диакон Фелициссим были отлучены от Церкви. Но остановиться и покаяться они уже не могли, поэтому пытались найти себе сообщников. Впрочем, широкой поддержки найти им не удалось, и к IV веку раскол прекратил существование. Вопрос приема в Церковь отпадших, вызвавший раскол в карфагенской общине, волновал и христиан Рима, ведь во время гонений Декия римская церковь более года управлялась пресвитерами, из которых Новациан выделялся ученостью и красноречием. После избрания на епископскую кафедру Корнилия, Новациан посчитал себя обиженным и незаконно добился епископского сана, ратуя за пожизненное отлучение падших от церковного общения. Это вызвало раскол в римской общине, но широкой поддержки себе Новациан не нашел. Впрочем, в местах, где прошло монтанистическое движение, сторонники Новациана получили некоторую поддержку и просуществовали до VII века. Это было вызвано тем, что в догматическом учении они не допускали погрешностей, но отличались более суровой дисциплиной и ошибочным мнением, что святость Церкви зависят от святости и поведения ее членов.

Надо сказать, что во II веке христианство настолько распространилось, настолько было известно в мире, что даже появились люди, которые хотели использовать христианское вероучение в качестве некой ширмы или прикрытия, чтобы употребить возникшее доверие и интерес людей в своих корыстных целях. Одним из таких авантюристов был некто Манес, ученый человек, выдававший себя за посланника Божия, захотевший во второй половине III века реформировать персидскую религию Зароастра. Получив отпор, он в 270 году бежал из Персии и путешествовал по Индии и Китаю, познакомившись при этом с учением буддистов. В результате своих странствий Манес создал поэтическую книгу, иллюстрированную картинами, которая получила значение евангелия у манихеев—его последователей. В 277 году Манес вернулся в Персию, где был казнен за искажение религии. Его учение в первоначальной стадии своего развития ничего не имело общего с христианством. Это была совершенно новая религия с претензией на мировое господство. Христианским понятиям в манихействе был дан такой смысл, который ничего не имеет общего с первоначальным. Манихейство имеет большое сходство с гностицизмом, отличаясь ярко выраженным дуализмом. Согласно учения Манеса, от вечности существовало два начала: доброе и злое. Доброе—это Бог с двенадцатью чистыми, истекшими из него эонами, стоящий во главе царства света. Злое—это сатана с двенадцатью злыми духами, стоящий во главе царства тьмы. В царстве света царит порядок и гармония, а в царстве тьмы—беспорядок, хаос, постоянная внутреняя борьба. Между этими царствами началась борьба. Один из эонов царства света—Христос, вооруженный пятью чистыми стихиями, спускается в царство тьмы и вступает в борьбу с демонами. В борьбе он изнемогает: демоны захватывают как часть его самого, так и часть его светлого оружия. Новый эон царства света—Животворящий Дух—исторгает половину Христа из опасности и переносит на солнце. Другая половина первочеловека Иисуса остается в царстве тьмы. Из смешения элементов мрака и света образуется третье, среднее царство—видимый мир. Находящийся в нем в материи Иисус сделался мировой душой, но Он стремится избавиться от матери. Начинается мировая борьба противоположных сил. Освобождению духовных элементов из материи помогают находящиеся на солнце Иисус и Животворящий Дух. Для противодействия этому освобождению сатана создает человека по образу первочеловека Христа, причем разумную его душу составляют элементы света. Но чтобы удержать дух этого человека в рабстве, сатана дает ему еще и другую, низшую душу, состоящую из веществ материи и полную чувственности и плоти. Между двумя этими душами ведется постоянная борьба. Для питания чувственной души, сатана позволил человеку вкушать от всех древесных плодов, за исключением плодов от дерева познания, потому что эти плоды могли открыть человеку его небесное происхождение. Но находящийся на солнце Иисус в образе змия склоняет человека к нарушению этой заповеди. Чтобы помрачить прояснившееся сознание человека, сатана создает жену и возбуждает к плотскому сожитию с ней. С умножением человеческого рода, используя ложные религии—иудейство и язычество—, сознание разумной души людей настолько было подавлено сатаной, что он стал полным обладателем человеческого рода. Для освобождения духа и света из материи и мрака Иисус сходит с солнца на землю и принимает призрачное тело, призрачно страдает на Кресте. Эти страдания символически представляют страдания попавшего в материю Иисуса, не имея искупительного значения. Значение имело только учение Христа, но только не то, которое изложено в евангельских и апостольских посланиях. По учению Манеса апостолы не поняли учения Христа и впоследствии исказили его. Это учение восстановил впоследствии сам Манес, в лице которого явился Параклит—Дух Утешитель. Манес—последний и самый совершенный из всех посланников Божиих. С его появлением мировая душа узнала о своем происхождении и постепенно освобождается от уз материи. Последователям Манеса предлагалось средство к освобождению духа—строжайший аскетизм, в котором запрещались брак, вино, мясо, охота, сбор растений, земледелие. Если в течение одной жизни душа не очистилась, то процесс очищения начнется в новой жизни, в новом теле. Через сожжение мира совершится последнее очищение и наступит восстановление первобытного дуализма: материя снова погрузится в ничтожество, сатана будет побежден и вместе со своим царством сделается совершенно бессильным. Общество манихеев делилось на два класса: избранные или совершенные; простые слушатели (народ); Совершенные подвергались строгой дисциплине, всякого рода лишениям, каких требовала манихейская система. Они одни удостаивались крещения и почитались за людей, находящихся в ближнем общении с Богом. На них возлагалась задача посредничества между Богом и несовершенными членами секты. Совершенные давали прощение тем, кто по роду своих занятий соприкасался с материей и тем самым осквернялся и грешил (земледелие и т. п.). Церковная иерархия манихеев: глава, двенадцать учителей, семьдесят два епископа со священниками и диаконами. Богослужение—самое простое, намеренно противопоставлялось богослужению православной церкви. Так, манихеи отвергали праздники, воскресный день, в молитве обращались к солнцу, крещение совершали маслом. Ересь манихеев имела широкое распространение и имела отголоски в ересях более позднего времени. Это произошло благодаря воззрениям, которыми легко и наглядно объяснялись и проблемы зла в мире, и тот дуализм, который каждый человек чувствует в своей душе. В заключение необходимо отметить, что существующие в наше время секты широко используют в своих учениях заблуждения древних сект и учений. Конечно не всегда это выдается открыто, как, допустим какой-нибудь клуб по изучению славянского язычества. В большинстве случаев истинная цель учения секты не разглашается, известна только узкому кругу посвященных. Тем большее значение приобретает вопрос изучения ересей и сект первых трех веков для того, чтобы грамотно объяснить людям опасность следования сектантским учениям и твердо противостоять сектантской проповеди.

Список литературы

Гарнак А. Из истории раннего христианства. Москва, 1907 г.

Добшюц фон Эрнст. Древнейшие христианские общины. Культурно-исторические картины. Санкт-Петербург, изд. Брокгауза и Ефрона

Жизнь древних христиан. Без автора. Москва, 1892 г.

Иванцов-Платонов А. М., прот. Ереси и расколы первых трех веков христианства. Москва, 1877 г.

Малицкий П.И. История христианской церкви. Тула, 1912 г.

Первые четыре века христианства. Без автора. Санкт-Петербург, 1840 г.

Смирнов Е. История христианской церкви. Петроград, 1915 г.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *