Феодосий тотемский

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

Широка Россия… Переезды между городами немалые. От Вологды до Тотьмы более двухсот километров, дорога незнакомая, мягко скажем, не идеальная — не очень-то разгонишься, а доехать хочется побыстрее. Ох, и нахватали мы ям на наши бедные колеса! Приехали за полночь. Темень, провинциальный город, навигатор совсем стушевался, не знает, куда повернуть, как Спасо-Суморин монастырь найти, где нам предоставили кров. Спросить не у кого — на улицах пусто. И вдруг, после очередного поворота в никуда, перед нашим взором возникает чудо, что-то невообразимое — на темном северном небе высокая легкая стройная великолепная церковь, как белый многомачтовый корабль с надутыми ветром парусами. Совсем не напрасно мы так долго кружили по городу! Этот образ и спустя время живет в моей памяти, восхищая своей величественностью и неотмирностию. Церковь как будто не имела объема, воспаряла над землей, над миром, всеми своими формами устремляясь ввысь. Впечатляющее зрелище!

Монастырь оказался неподалеку. Даже в темноте было видно, как сильно он руинирован. Встретил нас сам иеромонах Феодосий, настоятель монастыря, он ждал нас. Постарались как можно тише разместиться, чтобы никого не побеспокоить. Нас предупредили, что Литургия будет не в монастыре, а во Входоиерусалимской церкви.

Наутро с радостью обнаружили, что это как раз и есть тот самый храм, что так поразил нас своей необычной красотой ночью.

Служба на праздник прп. Сергия совершалась на втором этаже Входоиерусалимской церкви, в верхнем Никольском храме. Освящен он был в 2017-м году. На первом этаже пока располагается Музей мореходов, который был открыт к 300-летию российского флота.

Церковь реставрирована только снаружи, внутренний же интерьер почти полностью утрачен. В советское время здесь находился завод по производству напитков, в т.ч. алкогольных. В семидесятые годы тотемские храмы впервые обратили на себя пристальное внимание искусствоведов, на то, какое наследие может исчезнуть с лица земли. Началась их реставрация.

Высота церкви Входа Господня в Иерусалим впечатляет и внутри — иконостас, тоже очень высокий, закрыл всего лишь треть, или даже только четверть пространства. Как нам сказали, грязный этап внутренних реставрационных работ уже завершен, стены доскоблены до твердого, до элементов росписи. Теперь дело за иконописцами, скульпторами. Кое-где сохранилась лепнина. На стенах остатки росписи — живописные, в сиренево-фиолетовых, сине-розовых, голубых тонах. «Иона в чреве китовом», «Празднование пасхи иудейской», еще что-то ветхозаветное. Конечно, живопись, конечно, не Дионисий. Но и это тоже уже история, наше достояние, отражение эпохи. На контрасте удивил иконостас — ничего себе! — иконы в нем великолепного канонического письма, можно сказать, рублевские! Оказалось, что не писаные — бумажные, временные. Что ж, не все сразу. Видно, как прихожане любят свою церковь, как стараются ее украсить. Простые деревянные подсвечники обернуты остатками церковной парчи и выглядят очень достойно, будто расписаны золотом. Средств на покупку дорогой церковной утвари недостаточно, однако, на свечи, записки, книжицы с житием и акафистом прп. Феодосию Тотемскому установленных цен нет — все на пожертвования.

После службы о. Феодосий сказал проповедь, из которой запомнилось, что человеку Богом заповедано трудиться. А мы не хотим трудиться на своей земле, и последствия этого таковы, что уже сейчас вынуждены наниматься к чужим, пришедшим на нашу землю.

Тотемские церкви уникальны, они имеют совершенно особенный, своеобразный, ни с чем несравнимый облик, впечатляют своей красотой и монументальностью, декоративностью оформления. Не могу сказать, что барочный стиль церквей меня ранее привлекал, все же больше по душе новгородский, строгий. Но здесь — исключение.

Тотемское барокко, действительно, что-то необычное, уникальное. Как образно написано в одном из буклетов: «тотемское барокко оказалось последним ярким вздохом барочного стиля в северных краях, надолго уступив место провинциальному, зачастую скучному классицизму». Есть мнение, что это было подлинно народное, свободное церковное зодчество. Оно как раз удачно совпало с относительно веротерпимым «женским» правлением и наличием богатого купеческого капитала, что и привело к созданию местной школы барокко. На смену же ему с воцарением Павла I пришел строго регламентированный стиль классицизма.

Тотемские церкви как будто в кружеве облаков. Это ощущение дарят пышные узоры картушей — каменных украшений на стенах церквей. Это не лепнина, не нарисованные узоры — это часть кладки стены. Цветы, раковины, кресты, звезды… Они и сами как облака, сделанные не по штампу, а живой рукой мастера, разные на каждом храме. Они словно оживают, задерживая на себе свет северного солнца.

Все тотемские церкви хороши, но Входоиерусалимская (к которой, как вы, наверное, уже поняли, автор неравнодушна, покорена с того самого момента, как ее увидела) по праву считается вершиной тотемского барокко! Ее называют жемчужиной тотемской архитектуры.

После службы нас пригласили на трапезу в Спасо-Суморин монастырь. Сначала настоятель показался нам немного замкнутым, очень строгим, неразговорчивым. Но, неожиданно, он раскрылся совсем с другой стороны. Бодрый, легкий, стремительный, несмотря на свой, далеко не подростковый, возраст. Оказалось, что он лиричен, сентиментален и в меру эмоционален. Трапеза была скромная, но было гораздо более важное — душевное открытое общение, множество воспоминаний. С воодушевлением о. Феодосий рассказывал, как был направлен из Кирилло-Белозерского монастыря сюда, в Спасо-Суморин, возрождать его из руин — Успенский собор монастыря был полностью разрушен, колокольню в 30-е годы также под корень уничтожили.

О Тотемском монастыре знали русские цари. Когда в 1693 году монастырь посетил Пётр I, он подарил Распятие на янтарном камне. Феодосий Суморин дважды был у Ивана Грозного. Получил разрешение на строительство обители и на безпошлинное солеварение. Когда Феодосий почил, его стали омывать и обнаружили, что железные вериги, которые он носил, впились в его тело. Частые пожары в монастыре, набеги поляков, разорение… Всё это привело к тому, что в XVIII веке уже не было известно, где захоронен основатель монастыря.

В конце 18 века стали перестраивать Вознесенский храм, и в земле обнаружили гроб, от которого шло благоухание. Тело было нетленным, по надписям на схиме поняли, что это основатель монастыря, захороненный более 200 лет назад. В 1798 году Феодосий Суморин был канонизирован как св. Феодосий Тотемский Чудотворец. Вхождение на престол Павла I совпало с обретением мощей прп. Феодосия. Он увидел в этом особый знак и прислал в монастырь полную бархатную ризницу для церковного богослужения. Александр I подарил много серебряной утвари и икону Александра Невского, украшенную бриллиантами.

Сейчас в монастыре настоятель да два послушника и около десяти трудниц. Им было интересно, как проходят службы у нас на Берсеневке, по старому обряду, с особым знаменным пением. Мы даже исполнили что-то из богослужения, желая показать, какое молитвенное, по сравнению с нынешними «трелями», древнее церковное пение. Однако, о. Феодосий отметил, что если правильно регентовать, то и обычное в наших храмах пение тоже может быть молитвенным. После чего он смиренно попросил у нас разрешения вместе со своими певчими пропеть Великое славословие. «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение»… О. Феодосий задал такт, ритмично хлопая ладонями по колену. Он при этом весь преобразился, глаза его сияли…

Простота, смирение, отсутствие хитрости, нравственная чистота. Таким Бог помогает. У нас не было сомнения, что посетив Тотьму в следующий раз, мы увидим преображенный восстановленный Спасо-Суморин монастырь со множеством монахов, послушников, трудников и паломников. На следующий день, кстати, о. Феодосий также как и мы намеревался ехать в Великий Устюг, сослужить на архиерейской Литургии на праздник прп. Прокопия Устюжского.

После трапезы и общения мы отправились знакомиться с городом.

Тотьму мы сначала рассматривали как «перевалочный пункт», только чтобы переночевать, но еще в Вологде экскурсовод заметила нам, что это напрасно: «Там есть, что посмотреть — Тотьма очень самодостаточный купеческий городок, с красивыми постройками и множеством музеев. А сказочные храмы, от которых невозможно глаз оторвать!» И она оказалась более чем права.

«Очаровательный узорный городок, с церквами в стиле рококо, на берегу громадной реки, за которой тянутся темные леса…» — писал в своих воспоминаниях Луначарский, который в 1903-04 годах был здесь в ссылке.

Дата возникновения города условная — 1137 год, хотя по документам Карамзина впервые Тотьма упоминается лишь за 1535 год. Но местные краеведы любят сказать, что Тотьма на 10 лет старше Москвы и Вологды. А еще в городе очень любят легенду о том, что название ему дал Петр I, который плыл мимо по реке Сухона. Город находится как раз посредине между Вологдой и Великим Устюгом.

Место, где в 16 веке находился Тотемский кремль, очень удобное — между реками Сухона, Песья Деньга и искусственным рвом, заполненным водой. В 1613 году до Тотьмы доходил польский отряд. Есть предание, что жители города выставили на стену Кремля икону Божией Матери и когда вражеские стрелы попадали в эту икону, то враги сразу слепли.

В середине 18-го века из-за пожара выгорел весь деревянный город, храмы, Кремль. Тогда решено было строить из камня. Единственный храм конца 17 века — это Преображенский храм Спасо-Суморина монастыря.

Городское кладбище — на этом месте был Богородицкий женский монастырь. Здесь ожидала пострига в Суздальский монастырь Евдокия Лопухина (в Тотьме в почётной ссылке в качестве воеводы находился ее отец). В 1764 году, когда Екатерина II выводила за штат маленькие монастыри, его закрыли, и в 19 веке на этом месте были приходские храмы, которые в свою очередь в советское время были разрушены.

Удивительно то, что на небольшом пятачке очень много церквей, от храма до храма буквально 300 метров. Все они построены на средства купцов, занимавшихся пушным промыслом. На гербе города неслучайно изображена черная лисица — с американских Лисьих островов привозили шкуры черной красавицы. Купцы имели достаточно капитала и будто соревновались между собой — храмы один краше другого. Сохранился документ, в котором сольвычегодский крестьянин, нанятый строить храм, подписывается: «Я, Фёдор Титов, обязуюсь класть холодную Троицкую церковь, а между верхними и нижними окнами сделать клейма как наилучше возможно», имея в виду узоры-картуши.

Учительская семинария, женская гимназия, петровское ремесленное училище. Игрушки, поделки петровской школы экспонировались даже на европейских выставках, в Бельгии получили Гран-при. На 4 тысячи жителей было такое большое количество учебных заведений.

На улице Торговой сохранилось несколько купеческих домов, купеческие лавки. Проезжали мимо памятника Ленину — на этом месте когда-то стоял Георгиевский храм. Церквей было очень много, но многие не сохранились. Город выиграл грант, по которому на месте каждого утраченного храма будут установлены памятные щиты, где будет указана вся информация об этих храмах. Действующих храмов в городе шесть, три из которых находятся в Суморином монастыре. Тотьма по численности не очень большой город, поэтому о передаче остальных храмов епархии речь не идет.

Помимо пушнины город жил и солеварением. В устье реки археологами было обнаружено более 70 рассолоподъемных труб. Первоначально солёную воду доставали из колодцев, потом начали замечать, что чем глубже копают, тем крепче рассол. Под землей оказались соляные озера. Стали копать глубже, потом бурить. 250 метров глубина — это кажется немыслимым. По мере бурения в землю загоняли трубы. Рассол, который поступал на поверхность, выпаривали, оставалась соль. Соль была в то время очень дорогой, многие северные города за счет этого разбогатели. Тотьма была древнейшим центром солеварения. В московских архивах хранится документ 16 века из Тотьмы по бурению скважин, им пользовались мастера вплоть до 19 века. Но в 18 веке тотемское солеварение приходит в упадок, т.к. открыт Баскунчак, где соль лежала буквально на поверхности.

Из множества музеев Тотьмы из-за нехватки времени мы успели посетить только Музей церковной старины, расположенный в Успенском храме. В 90-е годы музей получил это полуразрушенное церковное здание. Уровень пола был на уровне окон. Устраивали субботники, пытались всё восстановить так, как было когда-то в этом храме. Долгое время все предметы хранились в запасниках краеведческого музея, но старанием реставраторов им дали вторую жизнь.

Экспозиция выставлена в нескольких залах музея с 1995 года. Представлены иконы тотемских иконописцев, северная деревянная скульптура, предметы церковного быта.

Коллекция формировалась в 20-30-е годы из разрозненных частей иконостасов и отдельных поступлений. Музейные работники, иногда рискуя жизнью, всё это собирали, хранили. Тогда были указы о том, чтобы культовые произведения списывать. В архивных книгах поступлений пестрит от записей «Списано. Списано», но на самом деле всё максимально стремились спрятать и сохранить.

Как и тотемская архитектура тотемская икона имеет художественные особенности. Когда реставраторы освободили от олифы первые тотемские иконы, они сделали вывод, что эта иконопись представляет собой самобытный пласт северной народной культуры.

Заинтересовались иконой святителя Николы 16 века. Икона поступила в музей в 1928 году из тотемской церкви Рождества Христова (ныне действующая). На иконе 84 житийных клейма, среди которых есть малоизвестные и вообще неизвестные чудеса, которые очень подробно написаны. Например, чудо в Киеве. Половчанин уже целый год в плену. Однажды ему сказали, что отпустят на родину, если он вернет в Киев выкуп, и предлагают ему поручиться перед иконой святителя Николая. Дали пленнику коня, оружие, наказали: «Не солги!» Родственники половчанина, узнав об условиях освобождения, посоветовали выкуп не давать. Проходит время и в дом его начинает являться Святитель и напоминать ему о долге. А однажды половчанин упал с коня, забился в судорогах. Когда очнулся, понял, что необходимо выкуп в Киев вернуть. Он направляет туда табун лошадей. И мы видим, как, уверовав в силу святого, он стоит в храме перед его образом.

Немного сохранилось икон с географическими названиями. На иконе святого Феодосия Тотемского надписи: «Град Тотма», «Река Кофта». Интересно также, что Феодосия, жившего в XVI веке, иконописец переносит в век восемнадцатый.

В экспозиции музея представлен напрестольный крест и походный складной иконостас из Николо-Маркушевского монастыря, от которого сейчас ничего не осталось. Основан монастырь был в 1576 году иноком Агапитом. Через восемь лет его убили местные крестьяне, боявшиеся, что монастырь заберет их земли. Тело сбросили в реку. Убийц казнили. Тело нашли и похоронили между церквями, а над могилой возвели часовню. А через два века опять убийство, и вновь игумена монастыря — Кесария. Спустя десять лет после этого монастырь был упразднен. Преподобномученик Агапит Маркушевский — местночтимый святой.

На территории тотемского края нашли форму для отливки крестов, икон — литье было характерно для этих мест. Большие иконы создавали для храмов, а в крестьянском быту — медные. В старой Тотьме были обнаружены небольшие запасы медной руды, но, в основном, использовали медь привозную.

В музее хранятся царские подарки. Икона Покрова Божией Матери, которую в 1729 году подарила Евдокия Лопухина в Троицкую пустынь. Лампада, один из подарков Александра I. Ещё одна знаковая икона 19 века, на которой Иннокентий Иркутский и Феодосий Тотемский. В экспозиции есть и более ранние иконы конца 15 — нач. 16 вв.

Успенский храм закрывался последним, в 1940 году, поэтому здесь находились предметы, принесенные из уже закрытых храмов. Все передали в краеведческий музей, где главным хранителем работал Павел Евгеньевич Сибирцев, сын священника, служившего ранее в Успенском храме. И он, конечно же, сохранил все культовые предметы, которые в музей поступали. Церковной утвари сохранилось довольно много: все церковные сосуды, подсвечники, накладка на потир, коллекция покровцов, хоругви, выносной запрестольный крест, предметы облачения.

Сохранились документы, в которых сказано, что иконостас Успенского храма был небольшим, но в нём была чудотворная икона 17 века. Тотемский воевода, страдавший головной болью, пожаловался юродивому Андрею. Юродивый велел ему приложиться к иконе Всемилостивого Спаса. Боль прошла. Воевода заказал икону, на которой изображена Божия Матерь в полный рост, внизу страждущее человечество. Между небом и землёй ангелы со свитками, на которых написано «алчущих Питательница, печальным — Утешение, нагим — Одеяние, больным — Исцеление». Икона находилась на воротах наказного двора. После пожара ее перенесли в Успенский храм. 25 лет ее реставрировали. В 2015 году икона вернулась в родной город. Был отслужен молебен при огромном стечении горожан. Раз в год 23 октября обязательно служится молебен — в день памяти томского святого Андрея. Горожане просят, чтобы молебны проходили чаще, так как многие исцеляются у этой иконы.

Наряду с иконами в экспозиции музея представлена и скульптура. В православных храмах долгое время скульптура не приветствовалась, даже запреты были, т.к. в этом усматривалось католическое влияние. Тотемские мастера прошли хорошую школу подрядных работ в обеих русских столицах, в частности, в Санкт-Петербурге, где было очень сильно западноевропейское влияние. Приехав домой, они, создавая иконостасы, тоже стали использовать скульптуру.

В музее есть возможность увидеть только фрагменты иконостаса и некоторые скульптуры из Входоиерусалимской церкви. Есть фигурки ангелов из липы, лёгкие изящные; есть напротив, довольно массивная скульптура ангела в полный человеческий рост — четыре таких ангела в алтаре поддерживали надпрестольную сень.

Цельного иконостаса в городе не сохранилось. Но в 25 км вверх по течению Сухоны в селе Усть-Печеньга есть церковь, очень интересная своей историей. Еще в 1623 году по указу Ивана Грозного, который останавливался здесь по пути в Устюг, в маленькой глухой деревне была построена деревянная церковь. А каменный храм на этом месте возвели в 1781 году; неотапливаемая часть, которую называют летним храмом, осталась нетронутой с тех самых времен. Сохранена и архитектура и внутреннее убранство, в частности, иконостас. Через 120 лет на средства потомка князя Пожарского были пристроены колокольня и два теплых придела. В них иконостасы из итальянского мрамора. Говорят, что подобной красоты на Вологодчине больше нет. Храм не был поруган в годы советской власти. По местной легенде, настоятель церкви о. Философ был сокурсником Ленина по университету и ходатайствовал перед вождем за свой храм. После Великой Отечественной прихожане в течение двух лет искали священника в свою церковь. В то время из тюрем стали освобождать сидевших «за религию». Пришлось обойти многие дальние деревни, спрашивая, не остановился ли где освободившийся из лагерей батюшка. И нашли такого! После десятилетней отсидки возвращался о. Николай, ему и выпала воля Божия в 1946 году на Пасху совершить первое богослужение. Люди шли на эту службу за 20-40 километров. Старожилы до сих пор помнят эту Пасхальную ночь, когда по окончании крестного хода о. Николай долго не мог произнести «Христос воскресе!» — рыдания сковали. Люди плакали — слезы радости сами текли из глаз. Этого ждали так долго, так много лет! Вспоминают об этой службе с особым душевным трепетом. У меня написать об этом тоже без слез не получилось, очень тронуло. Трудно себе представить, что на таком огромном расстоянии между Великим Устюгом и Вологдой (более 500 километров) долгое время был только один действующий храм — Покровская церковь в селе Усть-Печеньга.

В музее также выставлены работы череповецкого мастера Валентина Петровича Поклада. Бывший инженер-сталевар, выйдя на пенсию (сейчас ему 76 лет), по чертежам архитекторов и реставраторов создавал макеты деревянных храмов России 14-18 веков, многие из которых существуют только в памяти, а теперь, благодаря мастеру, можно увидеть их точные миниатюрные копии. В его коллекции 56 макетов в масштабе 1 к 50. Миниатюрная Святая Русь!

Экскурсовод, она же директор музея, немного нервничала, торопилась, так как должен был приехать губернатор Вологодской области. Да и нам пора было отправляться дальше, на Великий Устюг. Но перед самым выездом произошла непредвиденная задержка: прихожанка Входоиерусалимской церкви стала рассказывать нам об известном местном священнике о. Василии Чугунове, который отошел ко Господу лет 12 назад, показывала тетрадь с воспоминаниями о нем.

Игумен Кирилл, настоятель нашего храма, был с ним лично знаком: «Мы познакомились в кладбищенской Лазаревской церкви, в один из моих приездов в Вологду в конце 80-х годов. Мы много общались, потом переписывались. В моем архиве есть фотография, где о. Василий в какой-то деревне в окружении белобрысых местных детей».

Когда о. Василий был ребёнком, в их доме жил митрополит Крутицкий Петр. Он помнил, как митрополит гладил его по голове. Помнил о том, как уводили ссыльных священнослужителей: и тихоновцев и обновленцев. Больше они не возвращались. Его отец был комиссаром, который отказался участвовать в осквернении мощей прп. Феодосия Тотемского, за что ему грозил расстрел. В итоге отец был снят с должности и исключен из партии.

В первые дни войны был выпуск химфака московского университета, на котором учился о. Василий. Как и школу, университет он закончил с отличием. Вскоре был отправлен на фронт, участвовал в боях, в том числе на Бородинском поле. В его дивизии из 10 тысяч солдат осталось в живых 500. После одного из боев о. Василий лежал, раненный в ногу и голову. Немцы ходили и добивали наших раненых. О. Василий дал обет, что если останется в живых, посвятит себя служению Богу. Прозвучал приказ, что в связи с религиозным праздником дать возможность русским забрать своих раненых. Это его спасло. Ещё один военный эпизод. Не выдержав натиска немцев, наши стали отступать без приказа. За это перед строем был расстрелян военачальник. Его последними словами были: «Прости Родина за то, что не умел воевать». Его разжаловали, и он погиб уже не как офицер. За то, что часть отступила, о. Василия избили.

После войны о. Василий заканчивает с отличием Московскую семинарию и академию, женится. У них рождается двое детей. Впоследствии жена погибает. Жил в маленькой комнате, любил ходить в гости. Был такой драматичный момент, когда сто деятелей написали Хрущёву, чтобы закрыли кафедральный храм в Вологде. Архиерей вызвал о. Василия и сказал, что поскольку он человек авторитетный здесь, то он поручает ему это дело осуществить, т.е. сдать ключи. И в случае если он этого не исполнит, то снимет с него крест. О. Василий спросил: «А нельзя ли отстоять собор?», последовал ответ: «Пробуйте». Благодаря своей тактичности и деликатности о. Василий наладил нужные контакты, даже уполномоченный встал на его сторону. А Хрущев подготовил резолюцию: «По просьбе трудящихся закрыть этот очаг мракобесия». О. Василия вызывали несколько раз в облисполком, но он то приходил без ключей, ссылаясь на забывчивость, то еще какую причину находил. А потом сняли Хрущева и в итоге всё само собой рассосалась. О. Василий помог в годы хрущевских гонений Тверскому епископу, которому уполномоченный приказал закрыть 18 храмов. О. Василий приезжал и тоже разрулил ситуацию — закрытия не произошло.

О. Василий приложил свои силы к открытию 18 храмов на Вологодской земле, первый храм был открыт еще в годы перестройки. Есть описание таких чудес, когда не гасли свечи в очень ветреную погоду, когда батюшка служил панихиду на кладбище; как густое комариное облако не могло сесть на руку о. Василия, находясь в 2-х см от неё — их не допускала какая-то неведомая сила. О. Василий был очень внимателен к людям, всегда откликался, был отзывчив на просьбы. Общительный, ровный, спокойный. Особенный батюшка. Царство ему Небесное!

Анна Андреева, Руководитель Издательского отдела церкви свт. Николы на Берсеневке

Придел в цокольном этаже нового храма Торжества Православия освящен в честь преподобного Феодосия Тотемского.

Житие прп. Феодосия Тотемского

Память – 10 февраля (28 января по старому стилю);

15 сентября (2 сентября по старому стилю) – обретение мощей.

В миру

Преподобный Феодосий Тотемский был одним из самых почитаемых святых в прежней Вологодской епархии. Слава его, как чудотворца, выходила за пределы вологодских границ.

Родился он около 1530 года в городе Вологде в благочестивой семье дворян Сумориных. Воспитанный родителями в страхе Божием, Феодосий с детства отличался боголюбивым настроением.

По требованию родителей он вступил в брак и имел дочь Марину. Но семейная жизнь его оказалась непродолжительной. После смерти родителей и супруги Феодосий, отдав все свое состояние родственникам для воспитания дочери, вступил в Спасо-Преображенский монастырь преподобного Димитрия Прилуцкого, расположенный близ Вологды (фото 1 – Прилуцкий монастырь).

На иноческом пути

Видя благочестие нового инока, игумен постриг его в монахи без обычного в таких случаях испытательного срока и поручил опытному старцу.

Все возложенные на него послушания Феодосий исполнял с радостью и усердием, стараясь услужить каждому из числа братии. При этом он не пропускал ни одного богослужения и первым приходил в храм.

По поручению игумена преподобный был направлен в город Тотьму для надзирания за монастырскими солеварнями. Он заботливо относился к рабочим, был с ними кроток и милостив. Никогда прежде солеварни не приносили столько дохода.

Рождение новой обители

Видя, что среди местных жителей много ревнителей иночества, Феодосий решился устроить здесь обитель. На высоком мысу, между двумя речками, впадавшими в Сухону, он нашел удобное живописное место, окруженное лесистыми горами.

Земля эта принадлежала посадской вдове Марье Истоминой, и старец попросил ее: «Да дасть ему место создати церковь и монастырь возградити на собрание монахов», на что она ответила согласием.

Взяв благословение игумена Прилуцкого монастыря на строительство новой обители, преподобный Феодосий водрузил здесь крест и с 1553 г. стал подвизаться сначала в шалаше, потом в землянке, а затем построил своими руками деревянную келию.

С радостью восприняли жители Тотьмы известие о намерении преподобного основать в этих местах монастырь. Они стали приносить ему все необходимое для жизни, а многие делали крупные пожертвования.

Такое усердие населения побудило старца отправиться с челобитной в Москву к царю Иоанну Васильевичу Грозному. 20 февраля 1554 года он получил благословение митрополита Макария и разрешение государя на создание монастыря и царскую грамоту, освобождавшую новостроющуюся обитель от всяких податей.

На обратном пути преподобный зашел в Прилуцкий монастырь помолиться у святых мощей его основателя и получил от игумена икону Божией Матери, ставшую впоследствии известной под именем Суморинской чудотворной (фото 2 – Суморинский образ Божией Матери). После смерти преподобного икона находилась в Вознесенском храме обители.

Рост и процветание Тотемской обители

Сооружение монастыря началось со строительства деревянного храма во имя Преображения Господня, позже были возведены монашеские кельи и другие необходимые постройки. А в 1555 году Феодосию была выдана другая царская грамота, коей дозволялось устроить при Тотемских солеварнях свою соляную трубу и продавать добываемую соль в пользу обители беспошлинно.

Неутомимый строитель и настоятель (фото 3 – Преподобный Феодосий Тотемский) сумел создать образцовое и слаженное монастырское
хозяйство, что послужило процветанию Тотемской обители и
превращению ее в центр православной духовности.

Умелая распорядительность и поразительное трудолюбие святого позволили архиепископу Ростовскому Никандру поручить ему в 1560 г. устроение запустевшей Спасо-Николаевской Ефремовой пустыни, находившейся в Тотемском уезде. Преподобный возобновил эту обитель и учредил в ней братство.

Попечение о духовной жизни иноков

Благодаря заботам святого, стремившегося к духовному просвещению братии, обитель обогатилась обширной библиотекой, содержавшей не только богослужебные книги, но и дорогие по тем временам богословские труды святителя Иоанна Златоуста, преподобного Ефрема Сирина и других учителей Церкви.

Согласно определенному преподобным Феодосием уставу, иноки его обители должны были питаться от трудов рук своих, творить милостыню и пребывать в непрестанной молитве. Было установлено и непрестанное чтение Псалтири об усопших.

За глубокое смирение настоятеля, все приписывавшего помощи Божией и никогда себе самому, Господь даровал ему успехи во всех делах и начинаниях его.

Будучи настоятелем двух обителей, преподобный Феодосий постоянно находился в молитве и трудах, являя пример для подражания братии.

Тринадцать лет был преподобный игуменом Спасо-Преображенской обители. 1 января (19 декабря по старому стилю) 1567 года, предвидя скорую кончину, святой Феодосий (фото 4 – Преподобный Феодосий в схиме) продиктовал духовное завещание, в котором, в частности, настойчиво подчеркивал необходимость церковной молитвы за всех усопших, какими бы праведниками они ни казались при жизни.

Кончина

Земной путь святого закончился 28 января 1568 года. Благословив и отечески поцеловав каждого из своих духовных чад, он тихо заснул вечным сном. После его кончины изумленные братия открыли, что он носил на себе власяницу и вериги, врезавшиеся в тело. При жизни преподобного этого не подозревали, так как ни тени утомления или страдания на лице его никогда никто не видел.

Погребен он был близ алтаря сооруженного им деревянного Преображенского собора.

Чудеса

Через сорок лет после смерти преподобного Феодосия состоялись первые исцеления на его могиле. Из посмертных чудес его записано 146. Вот рассказ о двух из них.

*

Одна женщина привела в монастырь свою слепую дочь Иустину и испросила разрешения провести ночь в запертой церкви у гробницы преподобного. Ночью она увидела двух монахов, направлявшихся к церкви. Один из них говорит: «Несу святую воду, чтобы промыть глаза слепой Иустине». Потом все исчезло, но Иустина почувствовала, что ей промывают глаза и окропляют ее всю святой водой, а также слышала пение. Утром оказалось, что она прозрела.

*

Некто Фирсов поехал в служебную поездку в Москву; там он заболел, лицо его покрылось язвами. Он думал о святом Феодосии и жалел, что не может помолиться у его гроба. Ночью он увидел во сне, что преподобный приводит его к дому его матери в Тотьме и говорит ей: «Приими твоего сына исцеленным». Проснувшись, он почувствовал, что силы его восстановились, а лицо было совершенно чистым.

Посмертное почитание

Первая икона святого появилась в 1612 году. Написал ее по рассказам знавшего святого столетнего старика тотемский иконописец Яков Попов. С 1626 года иконы преподобного стали широко распространенными.

В 1655 г. церковь, в которой преподобный почивал, обгорела, но деревянная гробница его уцелела.

Император Петр I во время своего путешествия в Архангельск посетил 17 июля 1693 года Спасо—Суморин монастырь и возложил к иконе угодника Божия Феодосия янтарное Распятие. В 1729 году была составлена служба святому, ее служили не только в монастыре, но также в храмах Тотьмы и округи, хотя преподобный еще не был причислен к лику святых.

Обретение мощей. Прославление

С течением времени почитание преподобного Феодосия было забыто. В 1764 году при императрице Екатерине II был издан Указ о штатных и заштатных монастырях, по которому более половины всех монастырей на Руси было закрыто. За штат попал и Спасо-Суморин монастырь.

Обитель стала приходить в упадок. Хотя храмы в монастыре были каменные и недавно построенные, Вознесенская церковь находилась в плачевном состоянии, и было предложено ее разобрать.

2 сентября 1796 года, при перестройке Вознесенской церкви, были обретены нетленные мощи. По вышитым на схиме словам открылось, что во гробе лежало тело преподобного Феодосия Суморина, основателя и начальника монастыря. Тело подвижника пролежало в земле 228 лет. Но при вскрытии гроба вокруг распространилось необычайное благоухание.

28 января 1798 года после троекратного освидетельство­вания мощей состоялась канонизация угодника Божия.

(Фото 5 – г. Тотьма. Спасо-Суморин монастырь. Фото нач. XX века)

Возвращение святыни в Тотьму

В 1919 году мощи Феодосия Тотемского, несмотря на протесты верующих, были вскрыты и выставлены на всеобщее обозрение. Опасаясь дальнейшего поклонения святому, власти Тотьмы отправили вскрытые мощи в Вологду в антирелигиозный музей, где они пролежали в запасниках более 60-ти лет.

В 1988 году в честь 1000-летия Крещения Руси мощи были переданы музеем в Лазаревскую Горбачевскую церковь Вологды. 12 сентября 1994 года состоялось торжественное перенесение мощей в Троицкий храм города Тотьмы, где они помещены в раку. С 2001 года мощи находятся в Рождественском храме Тотьмы (фото 6 – Рака с мощами преподобного Феодосия).

Ансамбль монастыря дошел до нас только частично. Из сохранившихся построек — Вознесенский собор (1796–1801), Спасо-Преображенский собор (1689, переделан до неузнаваемости в конце XIX века), двухэтажный настоятельский корпус, братский корпус, гостиница для паломников, а также часть стены с башнями и въездные ворота, все XIX века. В настоящее время Спасо-Суморин монастырь начал восстанавливаться .

Тропарь, глас 1

От юности, преподобне Феодосие, / желание твое ко Христу Богу вперил еси, / егоже ради град и отечество оставль / и славу суетную, яко прах вменив, / последовал еси преподобному Димитрию / и обители его сожитель был еси, / преселився ко граду Тотьме / и в междоречие вселився, / постом и бдением, и власяным одеянием, / и веригами тело твое удручил еси. / Сего ради Бог, видев твоя труды, / по преставлении твоем чудесы обогати тя: / бесы изгоняеши и слепыя просвещаеши, / от всяких недуг и бед избавляеши приходящия к тебе с верою и вопиющия: / слава Давшему ти крепость, / слава Венчавшему тя, / слава Дающему тобою всем исцеление.

Кондак, глас 8

Воздержанием плоть изнурил еси/ и непрестанными молитвами, яко Ангел, возвысился еси,/ струями же слезными бесовския полки погрузил еси./ И ныне во Свете невечернем ликуеши у Христа Бога/ и приходящим ко святому твоему гробу неоскудно исцеление подаеши,/ верою вопиющим тебе:/ радуйся, отче Феодосие Богомудре.

Молитва

О добрый наш пастырю и Богомудрый наставниче, преподобне отче Феодосие!

Услыши нас, грешных, молящихся тебе и призывающих в помощь скорое предстательство твое, виждь нас, грешных, в толицех обстояниих сущих, виждь нас, немощных, отвсюду уловляемых, всякаго блага лишенных и умом от малодушия помраченных, потщися, угодниче Божий, не остави нас в греховном плену быти, да не будем в радость врагом нашим и не умрем в лукавых деяниях наших.

Моли о нас, недостойных, Спаса Господа, Ему же ты со безплотными лики предстоиши. Милостива к нам сотвори Содетеля нашего в нынешнем веце и в будущем, да не воздаст нам по делом нашим и по нечистоте сердец наших, но по Своей благости да воздаст нам, на твое бо ходатайство уповающе, твоим предстательством хвалимся, твое заступление на помощь призываем и, к цельбоносным мощем твоим припадающе, недостойнии, исцеления просим:

избави нас, угодниче Христов, от злых, находящих на нас, и укроти волны страстей и бед, востающих на нас, да ради святых твоих молитв не обымет нас напасть и не погрязнем в пучине греховней и в тине страстей наших.

Моли, преподобне отче Феодосие, Христа Бога нашего, да подаст нам мирное жительство, оставление грехов, душам нашим спасение и велию милость. Аминь.

При составлении статьи были использованы материалы с сайтов:

Преподобный Феодосий Тотемский

Уроженец Вологды. Был женатым человеком; овдовев, поступил в обитель, основанную прп. Димитрием Прилуцким. Основал Спасо-Суморинскую обитель, где провел в подвигах остаток жизни, поучая братию своим примером. Преставился ко Господу 28 января 1568 года.

Особо почитался св. прав. Алексием и сщмч. Сергием, к которому у него была особенная близость. Икона прп. Феодосия большого размера располагалась на северной стороне Никольского придела, около солеи. Имелся и серебряный крест-мощевик, содержавший частицы мощей прпп. Сергия Радонежского и Феодосия Тотемского, который торжественно выносился из алтаря в дни памяти преподобных.

Праздновались оба дня памяти прп. Феодосия Тотемского – и день его преставления 28.01/10.02, и 2/15.09 – день обретения св. мощей в 1796 г.

В годы лихолетья серебряный крест был украден, о чем пастыри маросейские весьма скорбели, так как получить новую частицу св. мощей из далекой Тотьмы в те годы было практически невозможно.

Но преподобный не посрамил веры и усердных молитв маросейской общины. По рассказу матушки о. Сергия Евфросинии Николаевны, однажды в храм вошел неизвестный, прося проводить его к настоятелю. Его отвели к о. Сергию, он представился подсобным рабочим органов ГПУ и поведал следующее – некоторое время назад он был вызван к начальнику, и не обнаружив того в кабинете, отправился искать по подсобным помещениям. Начальника он нашел стоящим у стола, на котором лежали останки человека в монашеской одежде, лишенные головы. Пришедший задал вопрос, где же голова. «Да вот она!» – ответил начальник и выкатил голову ногою из-под стула. В этот момент его вызвали к телефону и работник остался один, испытывая непреодолимое желание взять частицу лежащих перед ним останков. Отделив от тканей пальца небольшой фрагмент, он спрятал его в карман, успев это сделать до возвращения начальника.

Дня два пришедший к о. Сергию человек чувствовал беспокойство, сознавая, что следует отдать частицу мощей кому-то из священства, но был занят на работе; как только появилась возможность, он принес частицу в один из ближайших к ОГПУ храмов. «Вот только святой, – сказал он с сожалением, – совсем неизвестный – Феодосий Тотемский».

Мария Николаевна Соколова написала небольшой образ прп. Феодосия на доске, в которую был помещен принесенный кусочек мощей. В дальнейшем икона с мощами хранилась в общине как большая святыня и была передана в храм свт. Николая в Кленниках после его открытия в 1990 г.

Сщмч. Сергий призывал паству в трудные годы молиться прп. Феодосию, который «скор на слышание». Ожидая последнего ареста и расстрела, он горячо молился этому угоднику Божию, прося, чтобы кроме него никто из братии храма не пострадал.

Молитва его была услышана.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *