Феофил киевский

Преподобный Иона — непосредственный основатель обители. Ранее он, нося в миру имя Иоанн, был священником в Георгиевском храме Юрьева-Ливонского (ныне г.Тарту). Прозван он был Шестником, т.е. пришельцем, потому что родом происходил из московских пределов. В Ливонию он пришел как миссионер.
В то время православный люд подвергался там жестоким гонениям со стороны немцев-латинян. Опасаясь за жизнь своей семьи, о. Иоанн вместе с женой Марией и детьми покидает Юрьев и поселяется во Пскове.
Здесь он впервые услышал о «Богом зданной пещере”. Сердечное желание с еще большим усердием послужить Господу привело Иоанна с семейством поселиться вблизи святого места. Постройка пещерного храма еще не была завершена, когда Мария, его супруга, тяжело заболела. Почувствовав приближение смерти, она приняла монашеский постриг с именем Васса, таким образом став первой постриженницей обители.
По смерти супруги Иоанн и сам принял иноческий образ с именем Иона. Как и преподобная Васса, он также причислен к лику Псково-Печерских преподобных. Память его и преподобного Марка совершается 29 марта/11 апреля, а преподобной Вассы — 19 марта/ 1 апреля .
Преемник преподобного Ионы иеромонах Мисаил возвел на горе келии и храм, но вскоре монастырь подвергся нападению лифляндцев. Деревянные постройки были сожжены, имущество разграблено. Когда же святотатцы стали бесчинствовать в Успенском храме монастыря, вышедший из алтарной части огонь изгнал их из обители. Тем временем из Изборска подоспел русский отряд, довершивший уничтожение лифляндцев.
Монастырь долго бедствовал после этого потрясения: набеги, хотя и менее дерзкие, продолжались. Иноземные завоеватели еще не раз пытались стереть обитель с лица земли, так как видели в ней прежде всего оплот Православия и русского влияния на близ живущее местное население балтийских племен (эстов и сету), а также организатора хозяйственной деятельности в крае и, наконец, русский военный опорный пункт.
Только через полвека, при игумене Дорофее, вновь поднялась и расцвела обитель: в 20-е годы ХVI века была обновлена и расширена Успенская церковь, устроен придел во имя преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских. Также возводились другие храмы и монастырские строения. Строительством руководил государев дьяк, обладавший властью полномочного представителя великого князя Московского в Пскове, Мисюрь Мунехин, который повел работы с большим размахом. За заслуги по устроению обители он первым из мирян был похоронен в монастырской пещере.
В 1521 году монастырь обрел чудотворную икону Успения Богоматери «в житии” (с житийными клеймами). Этот образ был написан иконописцем Алексеем Малым по заказу псковских «торговых людей” Василия и Феодора (Феодор позднее принял постриг с именем Феофил и скончался в обители).
В этот период монастырь переместился с горы вниз, в долину Каменца, келии были поставлены против Успенского храма.
К концу 20-х годов ХVI века, при игумене Герасиме, упорядочилась внутренняя жизнь обители: игумен составил общежительный устав по образцу Киево-Печерского, учредил чин церковной службы по преданию древних монастырей, постановив, чтобы богослужение совершалось ежедневно в Успенском соборе. И сегодня свято хранит обитель древние традиции, соблюдая строгий общежительный устав.
Настоящий расцвет обители связан с именем ее игумена преподобномученика Корнилия.
Год от года возрастала известность монастыря. Молва о чудесных исцелениях, получаемых по особому заступлению Царицы Небесной не только православными, но и латинянами, привлекала множество богомольцев; некогда «убогое место” пополнялось драгоценными вкладами, обширными угодьями и вотчинами. Но приношения эти шли не только на нужды обители. Монастырские расходные книги сохранили сведения о материальной помощи, которую монахи постоянно оказывали беженцам во время многочисленных войн. За счет монастырской казны восстанавливались разрушенные захватчиками жилища в окрестных селениях, во время перемирий монастырь выкупал у неприятеля военнопленных. Все прочие монастыри псковской епархии, даже более древние: Мирожский (1156 г.), Снетогорский (ХIII в.), Велико-Пустынский (1404 г.), Спасо-Елеазаровский (1447 г.) — уступали первенство Псково-Печерской обители, а игумены других монастырей теперь производились в его настоятели в знак повышения. Печерские же настоятели поставлялись в епископы.
Приграничное положение обители оставалось опасным. В середине ХVI века усиливается натиск на псковскую землю со стороны немецкого ливонского ордена. Это привело к тому, что Псково-Печерский монастырь постепенно становится не только местом спасения христианских душ, не только миссионерским и просветительским центром, но и мощной крепостью северо-западной Руси.
Летом 1581 года стотысячная польско-литовская армия двинулась на Псков. Находившиеся в Печерской крепости-монастыре сторожевые войска перехватывали неприятельские отряды, обозы с оружием, шедшие к осажденному городу.
29 октября разгневанный польский король Стефан Баторий послал многочисленное войско к монастырю, защитниками которого были всего две-три сотни стрельцов, переселенных из Москвы и положивших начало Печерскому посаду.
5 ноября вражеские войска обстреляли монастырь из пушек и разбили стену возле Благовещенсного храма. Сюда тотчас устремился неприятельский отряд. Теперь уже одна только военная сила не могла спасти обитель, и тогда иноки принесли к пролому главную монастырскую святыню — древнюю икону Успения Божией Матери. Все осажденные горячо молились Заступнице рода христианского, и Матерь Божия услышала их молитвы. Битва продолжалась до глубокой ночи, но все приступы были отражены.
Летопись повествует и о других чудесных событиях, в которых была явлена особая милость Божия к обители. Секретарь походной канцелярии Батория ксендз Ян Пиотровский записал в своем дневнике: «Немцам не везет в Печорах, были два штурма и оба несчастны. Пробьют пролом в стене, пойдут на приступ, а там дальше ни с места. Это удивляет всех, одни говорят, что место заколдовано, другие — что место свято, но во всяком случае подвиги монахов достойны удивления”.
Чудотворные иконы Божией Матери «Успение” и «Умиление” были посланы к защитникам Пскова, вдохновляя их на ратные подвиги: за 5 месяцев осады неприятель более 30 раз штурмовал Псковский кремль, но города так и не взял.
В память этого чудесного избавления благодарные печеряне каждый год в 7 неделю по Пасхе ходили крестным ходом с чудотворной иконой «Умиление” во Псков. В 1998 году традиция крестного хода была возобновлена (только икону теперь переносят внутри обители — из Успенского в Михайловский храм и обратно).
В начале ХVII века монастырь пережил множество нападений шведских, литовских и польских завоевателей, которые пользовались внутренними трудностями Русского государства и бесчинствовали на западных его рубежах.
В 1701 году Петр I повелел обнести монастырь земляным валом и глубоким, наполненным водой рвом (остатки земляных укреплений Петровской эпохи сохранились до наших дней). На важнейших пунктах соорудили 5 бастионов, у ворот поставили батарею. Печерская крепость получила значение общегосударственной: в знак этого на главной крепостной Никольской башне был установлен государственный герб.
В 1703 году, благодаря новым укреплениям, маленькому отряду под командованием воеводы Ивана Назимова удалось отбить нападение двухтысячного войска шведов. Это было последнее сражение у стен монастыря. Ништадтский мир (1721 г.) отодвинул границу страны на запад и положил конец оборонной миссии Псково-Печерского монастыря.
В 1812 году Русской земле вновь угрожал завоеватель. Быстро продвигавшиеся наполеоновские войска заняли Полоцк. Угроза оккупации нависла и над Псковом. Тогда, по просьбе псковичей в город принесли из монастыря иконы Божией Матери «Успение” и «Умиление”, хоругвь с изображением Спаса Нерукотворного. 7 октября был совершен крестный ход с чудотворными святынями. В тот же день русские войска отбили Полоцк, Псков оказался вне опасности. В память этого события по инициативе героя войны генерал-фельдмаршала П. Х. Витгенштейна в Печерской обители был воздвигнут храм в честь Святого Архистратига Божия Михаила (1815-1827 г.г.).
2 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Фашистские войска быстро продвигались по Прибалтике. В спешном порядке все советские организации города Печоры были эвакуированы в тыл. В город вошли немцы.
Монастырь продолжал оставаться в двойном подчинении: Таллиннскому Митрополиту Александру (Паулусу) и Экзарху Прибалтики Митрополиту Сергию (Воскресенскому).
В монастыре в течение 1941 года произошли перемены: Архимандрит Парфений ушел на покой по старости, хотя всё ещё продолжал нести послушание эконома. Это был прекрасный хозяйственник и человек большой души. Любимым выражением отца Парфения было: «Слава Богу за всё!». До ухода отца Парфения Игумен Павел только помогал ему, но затем все неприятности, связанные с оккупацией, тяжелейшим бременем легли на плечи одного отца Павла, бывшего уже также в преклонных летах.
В ХХ веке монастырю вместе с Отечеством пришлось пройти через две войны. Но древнии традиции, бережно хранимые в монастыре, не были нарушены даже в самые страшные для русского монашества времена. Молитвами Пречистой Богородицы Псково-Печерская обитель промыслом Божиим была по договору 1922 г. отнесена к буржуазной Эстонии и оставалась там вплоть до 1940 г., чем и была спасена от всеобщего разорения и осквернения.
Бедствия, постигшие наше Отечество в годы Великой Отечественной войны, не обошли стороной и обитель. Подверглись разрушениям Трапезная и Братский корпус, стена Михайловского собора. Другие храмы также пострадали от артиллерийских обстрелов.
Заботы по приведению в порядок монастырского хозяйства в послевоенные годы во многом пришлись на долю архимандрита Пимена, наместника обители с 1949 по 1954 гг., а впоследствии ставшего Патриархом Московским и всея Руси. Его труды были продолжены архимандритом Алипием — воином и художником (1959-1975 г.г.). При нем в 1960 году была начата реставрация крепостных стен и башен (они с 1688 года после опустошительного пожара стояли непокрытыми, постепенно разрушаясь).
В тяжелое время войны обитель возглавлял игумен Павел (Горшков). После освобождения Печор он был арестован, осужден на 15 лет и скончался в тюремной больнице в возрасте 80 лет. Многие годы туристам, посещавшим монастырь, рассказывали о его мнимом сотрудничестве с гитлеровцами. Лишь спустя 52 года игумен Павел был реабилитирован. Тогда, в первый год войны, братия не случайно выбрала его своим наместником. Благодаря избранной им тонкой и умной линии поведения с оккупационным режимом, сохранилась обитель со всеми ее ценностями и святынями, сохранилась братия. Мало того, уповая на милость Божию, он укреплял своей верой других, организовывал продуктовую помощь пленным красноармейцам в лагерном пункте №134 Пскова, больным и престарелым Псковского дома инвалидов и богадельне на Завеличье. Есть свидетельства и о том, что в войну в монастырских пещерах укрывались советские разведчики. Один из них при посещении обители в 1984 году лично подтвердил этот факт.
Так святая обитель-крепость и в минувшей войне оставалась негасимым светильником православной веры, надежной опорой нашим соотечественникам выстоять в это тяжелое для всей страны время.
Прославился монастырь и в мирные годы духовными подвигами своих насельников, по молитвам которых не оскудевает милость Божия к ищущим Небесного утешения у Печерских святынь. Во все время существования обители в ней не гас огонь старческого служения. Все, кто приходили за духовным утешением и советом, находили таковые в беседах с великими молитвенниками.
При посещении Печерской обители семьей Государя Николая II последний имел духовную беседу с подвизавшимся тогда в монастыре старцем Феодосием.
Более 60 лет служил Богу и людям иеросхимонах Симеон (Желнин), духовно окормлявший не только монастырскую братию, но и многочисленных мирян, паломников, приходивших к нему за духовным советом. О его жизни выпущена отдельная книга, в которой читатель найдет множество свидетельств о чудесной молитвенной помощи старца. 1 апреля 2003 иеросхимонах Симеон был прославлен в лике святых.
Схиархимандриты Агапий (Агапов), Пимен (Гавриленко) продолжили подвиг старческого служения в 60-е, 70-е гг.
После Великой Отечественной войны в Псково-Печерскую обитель приехали старцы с Валаама, перед войной перевезенные со святого острова в Финляндию. Иеросхимонахи Михаил (Питкевич), Лука (3емсков) и другие старцы были как бы духовным мостом, соединяющим Старый Валаам и святую Печерскую обитель. В обители провел последние годы жизни Митрополит Вениамин (Федченков).
Обитель все эти годы продолжает благоукрашаться. В 80-е годы по благословению митрополита Иоанна (Разумова) наместником архимандритом Гавриилом (Стеблюченко 1975-1988), ныне Архиепископом Благовещенским и Тындинским, были проведены большие реставрационные работы: обновлена живопись храмовых стен, завершена реставрация монастырских стен, начатая еще при архимандрите Алипии, построен новый братский корпус, в Никольском храме устроен придел в честь преподобномученика Корнилия, отремонтированы помещения пекарни и библиотеки.
Усердием следующего настоятеля (1988-1992) архимандрита Павла (Пономарева), ныне митрополита Рязанского и Михайловского, вернулась в обитель монастырская библиотека, хранившаяся в Тарту, построены новые здания лечебницы, иконописно-реставрационной и швейной мастерских, в городе устроен Дом милосердия для одиноких пожилых людей, возвращены монастырю 100 га пахотной земли.
Наместник архимандрит Роман (Жеребцов) продолжил реконструкцию монастырских построек, храмов, его заботами построен деревянный братский корпус и начато покрытие медью крепостных стен и башен.
Наместник монастыря с 1995 по 2018 г. архимандрит Тихон (Секретарев) продолжил благочестивую традицию своих предшественников по сохранению монастырского устава и благоустройству и украшению обители. Окончено строительство братского каменного корпуса у башни Нижних решеток с баней и прачечной, завершены работы по покрытию медью крепостных стен, ведется строительство хозяйственного комплекса, отреставрированы купола храмов, росписи на фасаде Успенского храма, проведена реставрация в Михайловском храме.
Бережно сохраняются в обители ее многовековые традиции. По благословению Его Святейшества, Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II во Всероссийские святцы внесены местночтимые преподобные отцы Марк, Иона, преподобная мать Васса. С 1994 г. в монастыре в 4-ю неделю по Пятидесятнице празднуется память преподобных отцов Псково-Печерских, а в 1998 г. восстановлено празднование в честь чудотворной иконы Божией Матери «Умиление”, совершаемое в 7-ю неделю по Пасхе. Впервые за много лет (с начала ХХ века) в июле 2000 года чудотворная икона Божией Матери «Умиление” Псково-Печерская побывала во Пскове на освящении часовни в честь св. равноап. кн. Ольги.
Монастырь продолжает катехизаторскую и издательскую деятельность.
На берегу Псковского озера монастырь открыл Приозерный скит. Началось строительство монастырского скита и на берегу Мальского озера.
1 июня 2012 года на территории бывшей воинской части был открыт Паломнический центр, который может принять большое число желающих помолиться в обители и поклониться ее святыням. Также организована Экскурсионная служба.
В монастыре по милости Божией не угасают светильники истинного благочестия, примером для которых служат уже почившие архимандриты — Иоанн (Крестьянкин), Адриан (Кирсанов), Феофан (Молявко), Нафанаил (Поспелов), схиархимандрит Александр (Васильев) — дивные старцы, которых ныне знает едва ли не весь православный мир.

Всей духовной, просветительской деятельностью монастыря руководит Высокопреосвященнейший Тихон, митрополит Псковский и Порховский, священноархимандрит Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря с Духовным Собором старцев, благословляя и освящая труды иноков.
По материалам официального сайта Успенского Псково-Печерского монастыряПреподобный Феофил Киевский Когда один наивный бедняк спросил блаженного старца Феофила, как он достиг того, что умеет и будущее предсказывать, тот ответил: «А ты вырви у себя ресницу и попробуй завязать на ней два узелка». Бедняк попробовал, но у него не получилось завязать даже и одного, и тогда он сказал, что это слишком трудно. «Вот и мне это с таким трудом досталось», – ответил старец.

Богом хранимое дитя

«В мире будете иметь скорбь» (Ин. 16, 33), – говорится в Евангелии, и «если Меня гнали, будут гнать и вас» (Ин. 15, 20). Эти слова в полной мере исполнились в жизни блаженного Феофила от самых первых дней его появления на свет. Произошло это в октябре 1788 года. Тогда в городе Махновке Киевской губернии, в семье священника Андрея Горенковского и жены его Евфросинии, родилось двое близнецов. Одного из них назвали Фомой – это и был будущий святой.

Женщина была подвержена суеверию и стала считать, что ребёнка ей подменили

Избранничество угодника Божия было отмечено с самого рождения тем, что он не хотел принимать молочной пищи и поэтому отворачивался даже от материнской груди. Евфросиния вынуждена была кормить его картофельной кашицей и отваренными овощами. Однако то, что от самого рождения проявилось, как незаурядный аскетизм младенца, мать понимала по-своему и сразу же невзлюбила своё родное дитя. Несмотря на то, что муж её был священником, женщина была подвержена глубокому суеверию, и, подстрекаемая многими соседками, стала считать, что ребёнка ей подменили при рождении. Евфросиния сама называла Фому не иначе, как «уродом» или «упырём», «обменком».

В своём помрачении женщина дошла до того, что решила убить собственное дитя. Для этого она подговорила свою служанку утопить Фому в реке. Но когда та бросила ребёнка в реку, повторилось чудо, некогда произошедшее с пророком Моисеем: Фома не утонул, а бережно был перенесён течением на другой берег. Такое повторилось с ним дважды. Тогда служанка поняла, что необычный ребёнок хранится Промыслом Божиим, и отнесла его назад Евфросинии, отказавшись причинять ему какой-либо вред. Однако даже рассказ о случившемся не остановил озлобленную мать. Она решила сама довести дело до конца.

Схватив Фому, Евфросиния побежала к водяной мельнице и бросила дитя под колесо. Будучи уверена, что ребёнок погиб, она поспешно удалилась. Однако в тот самый момент, когда жернова должны были раздавить дитя, колесо остановилось. От большого напора удерживаемой воды произошёл необычайный шум, на который выбежал мельник. Увидев на воде Фому, над которым нависло колесо, он быстро схватил младенца на руки, и после этого мельница сразу же снова заработала.

Свидетелем всего происходящего была служанка Евфросинии. Она и рассказала мельнику обо всем. Тогда вместе они решили втайне от матери отнести Фому его отцу, поведав обо всём, что с ребёнком случилось. Опечаленный такой нелюбовью матери к сыну, священник подыскал для Фомы кормилицу, которая бы воспитывала младенца подальше от дома. Кормить мальчика пришлось мягким хлебом, смоченным медовой водой. Мальчик стал быстро крепнуть и подрастать. Однако прошло совсем немного времени, как скончался его отец.

Скиталец с юных лет

Перед смертью священник Горенковский просил мельника, бывшего свидетелем чудесного спасения ребёнка, взять к себе Фому на воспитание. Мельник с радостью согласился. Однако быстро ширились слухи о необычном младенце, и вскоре один зажиточный крестьянин из соседнего села, не имевший наследников, попросил мельника отдать ему Фому для усыновления. Желая блага ребёнку, мельник согласился. И действительно некоторое время Фома жил, окружённый любовью и изобилием. Но, по воле Божией, и это длилось недолго. Вскоре скончался усыновивший Фому богач. Его вдова, хотевшая вторично выйти замуж, отдала мальчика на воспитание священнику их села.

У нового опекуна Фома прожил до семи лет. Благодаря ему он приобщился к храму, полюбил богослужение. Когда мальчику исполнилось семь лет, священник начал обучать его грамоте. Однако вскоре и он скоропостижно скончался. Староста того храма, где служил священник, решил отвести Фому назад к матери, надеясь, что сердце её за это время смягчилось по отношению к сыну. Однако Евфросиния, которая в то самое время колола дрова, едва завидев приведённого к ней Фому, бросила в него топором, которым рассекла ему правое плечо.

Тем временем, пока заживала рана мальчика, староста узнал, что в Киево-Братском монастыре служит вдовый священник, приходившийся Фоме дядей. Он-то и стал последним опекуном мальчика. Вскоре под присмотром своего дяди Фома был отдан на обучение на низшие курсы Братской академии.

Примирение Фомы с матерью произошло уже перед самой её смертью. Пораженная страшной болезнью, Евфросиния, обличаемая совестью, сильно терзалась, ей являлись жуткие видения. Осознав в этом гнев Божий, она вызвала Фому, чтобы попросить у него прощения за содеянное зло и попрощаться. Не питая никакой злобы или обиды, юноша с радостью простил свою мать. На его руках она и скончалась.

Церковное служение

После смерти своего последнего опекуна Фома был вынужден сам зарабатывать себе на жизнь. В 1810-м году он стал прислуживать дьячком в Чигирине, однако в том же году был переведён пономарём в Обухов. В 1812-м году он становится послушником Киево-Братского монастыря. Здесь он нёс различные послушания: вначале в хлебной, позже – в трапезной, а затем уже служил пономарём и звонарём.

11 декабря 1821 года исполнилось заветное желание Фомы – он был пострижен в монахи с именем Феодорит. После этого ему назначают новое послушание в ризнице. 30 сентября 1822 года Феодорита рукоположили в иеродиакона, а 6 февраля 1827 года – в иеромонаха. Тогда же он был назначен экономом Братского монастыря.

Подвиг юродства

Китаева пустынь

Он избирает для себя иной путь подвижничества – Христа ради юродство

Новое назначение весьма тяготило Феодорита связанными с ним мирскими заботами, и он написал прошение уволить его с этой должности, с тем чтобы удалиться в пещеры в Лесниках, которые были ископаны ещё преподобным Феодосием Киево-Печерским. Однако последняя просьба иеромонаха не была удовлетворена. И тогда он избирает для себя иной путь подвижничества, не менее трудный – Христа ради юродство.

9 декабря 1834 года Феодорит был пострижен в схиму с новым именем Феофил. Интересно, что сразу после своего пострижения блаженный обшил свой схимнический куколь разными лоскутами и так его всё время носил. Но когда в день его кончины все лоскуты отпороли, куколь оказался совершенно новым. В нём старца и хоронили.

Тяготясь шумной жизнью в Братском монастыре, старец стал подыскивать более уединённое место. И таким местом подвигов временно стал сад у реки Глубочица, хозяин которого И.Н. Диковский весьма почитал блаженного Феофила. А в декабре 1844 года старец написал прошение о переводе его из Братского монастыря в Больничный монастырь при Киево-Печерской лавре. Однако вместо этого он был определён в Голосеевскую пустынь под Киевом.

Блаженный усугубил свой подвиг юродства, за что был удалён в так называемый Новопасечный сад. 29 апреля 1849 года Феофила переводят в Китаевскую пустынь, где он и предавался своим подвигам практически до самой своей смерти. Уединённая местность, окружённая густыми лесами, скрытая от посторонних взглядов, вполне соответствовала духовному настрою святого. К тому времени о нём узнали люди, которые толпами приходили к подвижнику, причём большинство – из любопытства, и здесь он целыми днями мог скрываться от них в лесах, предаваясь молитве и богомыслию.

Внешний вид

Сохранились воспоминания и о внешнем виде святого: «Иеросхимонах Феофил был довольно высокого роста. Светлое лицо его и ясные голубые глаза отнюдь не гармонировали с той угрюмостью, какую он принимал на себя иногда в обращении с людьми. Бороду носил он короткую и узкую, не подрезывая, а выщипывая из нее волосы». О его манере разговаривать и держать себя на людях отмечалось следующее: «Говорил глухо и довольно быстро, употребляя по большей части малороссийское наречие. Никто никогда не видел его смеющимся, а часто – плачущим, и постоянные слезы эти, как драгоценный бисер, служили пред очами Господа искуплением множества наших грехов».

Одевался старец очень неряшливо, внешности он вообще придавал малое значение, заботясь лишь о внутреннем. Одежду он носил грязную и заплатанную белыми нитками, часто испачканную тестом или сажей. Обувь его тоже была всегда изодранной. Случалось такое, что на одной ноге Феофила был сапог, а на другой красовался валенок. Голову он часто обвязывал грязным полотенцем. Многие замечали, что чем неопрятнее был одет старец, тем неспокойнее было его внутреннее состояние. Ещё он, никогда не снимая, носил на себе тяжёлый железный пояс с иконой Богоявления на нём (в память о том, как младенцем был дважды спасён на воде).

Чудачества святого

Много странного и непонятного для мира было в действиях и обычаях Феофила. Он не следил не только за своим внешним видом, но и в келлии у него тоже всегда были грязь и беспорядок. Старец говорил, что такая обстановка должна напоминать ему о беспорядке в собственной душе. Круглый год в его келейке тлели дрова в печи, так что зимой там было всегда холодно, а стены постоянно были покрыты копотью.

Необычным было и угощение святого. Обычно, принимая посетителей, он смешивал в миске разную еду: и кислое, и горькое, и сладкое; первое со вторым и со сладким. «Потому что и в жизни сладкое всегда бывает перемешано с горьким», – объяснял блаженный. Однако, на удивление, эта еда, благословлённая старцем, всегда оказывалась не просто съедобной, но и вкусной.

Денег от посетителей иеросхимонах Феофил никогда не брал, а если ему всё же оставляли какие-то монеты, он тут же раздавал всё нищим. Оставленное же золото мог выбросить и за порог, на что быстро находились охотники.

От людей старец обычно скрывался в лесу. Особенно он не любил «каретных», высокопоставленных гостей и любопытствующих. Чтобы избавиться от последних, блаженный часто перед их приходом смазывал дверную ручку своей келлии дёгтем. Приезжавшим к нему светским барышням Феофил обычно поручал выполнять самые грязные послушания, проверяя тем самым их смирение. Некоторые слушались, другие уезжали от преподобного ни с чем.

Странно вёл себя Феофил и в храме. До своего рукоположения обычно юродивый стоял в притворе, опустив глаза в пол. Бывало, он без благословения поднимался на клирос и начинал читать шестопсалмие. В других случаях он мог вбежать в храм в конце утрени или перед самой Херувимской песнью на литургии. Он падал на колени, воздевал руки к небу и начинал громко молиться. После этого святой так же внезапно удалялся из храма, как правило, сопровождаемый толпой почитателей.

Бывало, что блаженный Феофил «проказничал». Он мог принести в храм целую охапку жуков, прусаков и других насекомых и высыпать их прямо на пол. Что символически хотел показать этим святой, мы можем только догадываться.

Послушный бычок

Был у старца и необычный «послушник» – бычок, которого ему подарили. Он имел то необъяснимое свойство, что во всём слушался святого, без слов понимая его волю. Часто Феофил выезжал на этом бычке в город. Причём удивительно было то, что бычок не имел вожжей и уздечки. Старец обычно становился на повозке спиной к нему и читал Псалтырь. Бычок сам угадывал, куда нужно ехать, и всегда привозил своего хозяина в положенное место.

Ещё животное умело различать людей: добрых и мирно настроенных – от недоброжелателей. Хороших людей он пропускал в келлию к старцу, а злых бодал и не пускал.

Прозорливость старца

Известность блаженного была столь велика, что никто в Киеве не начинал важных дел без его благословения

Люди шли к старцу Феофилу не только за исцелениями, помощью в житейских нуждах, но и за советом, так как знали о его прозорливости. В то время известность блаженного была столь велика, что почти никто в Киеве не принимал никаких серьёзных решений, не начинал важных дел без его совета и благословения. Родители не выдавали замуж и не женили своих детей, не посетив прежде келлии святого старца.

Часто Феофил либо говорил загадками, либо давал какие-то непонятные, на первый взгляд ничего не значащие вещи, символический смысл которых раскрывался впоследствии. Так, однажды семья приехала просить для своей дочери благословение на монашество, описывая, насколько скромна и склонна к монашеской жизни их дочь. На это старец ничего не ответил, но подарил им в дорогу свечу без фитиля. Когда спустя полгода эта скромница родила ребёнка, родители поняли, что означал столь странный подарок.

Известно, что иеросхимонах Феофил предсказал основание трёх обителей в Киеве в то время, когда на их месте ещё ничего не было: Ионинского и Покровского монастырей, а также Спасо-Преображенской пустыни. Относительно первого монастыря сохранились сведения, что, прогуливаясь на том месте с одной послушницей, старец сказал, что некогда на этом месте будет монастырь, в котором, как рыбы в реке бывают разные, большие и маленькие, так и монахи будут разной духовной глубины.

Особо примечательным можно назвать пророчество преподобного об основании Покровского женского монастыря. Как-то, прогуливаясь в том самом саду на Глубочице, где он любил это делать, старец остановился и сказал хозяину этого сада Диковскому, что место, на котором они стоят, – свято. Он также предсказал, что со временем здесь будет женский монастырь, а основательницей его станет «царственная жена». И действительно, в 1888-м году эту землю выкупила великая княгиня Александра Петровна, урожденная принцесса Ольденбургская, с тем, чтобы основать здесь женскую обитель. Позже она сама приняла монашеский постриг с именем Анастасия (преподобная Анастасия Киевская) и стала первой настоятельницей Киевского Покровского монастыря.

Стоит упомянуть, что к самому старцу Феофилу тоже приезжали царственные особы. Дважды его посещал Император Николай I. В первый раз блаженный предсказал ему трудный – тернистый – путь. Когда в 1852-м году Император посетил Киев в последний раз, он решил также съездить в пустынь к Феофилу. Однако последний, завидев издали царский экипаж, расцарапав себе руки и лицо до крови, раскопал ближайший муравейник и улёгся в него, притворившись мёртвым. Так он предсказал Николаю I его скорую кончину.

Недовольство начальства

Когда блаженный начинал служить, он видел росу, сходящую на Святые Дары

Хотя многие почитали иеросхимонаха Феофила ещё при жизни как святого, было у него и много недоброжелателей. В основном они жаловались и наговаривали на блаженного церковному начальству, за что Феофила часто ругали. Он воспринимал эти жалобы спокойно, не оправдывался и обычно отвечал словами из Священного Писания. Да и само священноначалие часто бывало недовольно блаженным, так как не понимало смысла его поступков.

Во-первых, настоятелям обителей, где подвизался Феофил, не нравились огромные толпы народа, которые везде преследовали святого. Во-вторых, тот беспорядок, который он устраивал у себя в келлии и часто вносил в жизнь обители своим непредсказуемым поведением, также смущал многих. Странным казалось и поведение Феофила в алтаре, когда он сослужил с кем-либо из владык и священников. Он часто становился не на то место, поворачивался в обратную положенной по Уставу стороне, так что митрополит вынужден был говорить рядом стоящему священнику: «Поверни этого назад».

В основном это объясняли «малограмотностью» Феофила. Однако старец однажды признался, что причина не в этом. Он прекрасно знал и уважительно относился к Уставу. Но когда блаженный начинал служить, он забывал о себе и видел то, чего никто не видел: луч, крестообразно осеняющий служащих; росу, сходящую на Святые Дары. Именно это невольно заставляло его вести себя так в алтаре.

Долгое время не мог принять иеросхимонаха Феофила митрополит Киевский Филарет (Амфитеатров), пока тот не предсказал ему пожар в Киево-Печерской лавре, вручив обугленную головешку. Со временем владыка так полюбил святого, что даже поселил его вместе со иеросхимонахом Парфением (преподобный Парфений Киевский) у себя в Голосеевской даче для совместного подвига. Однако это общежитие так тяготило Феофила, что он постарался устроить в покоях владыки полнейший беспорядок, а также часто будил всех среди ночи пением «Се Жених грядет в полунощи». Из-за этого вскоре владыка вынужден был отпустить его назад в пустынь.

Преставление блаженного

Незадолго до своей смерти – 23 апреля 1853 года – блаженный был перемещён начальством из Китаевской пустыни в Голосеево. Однако сам он говорил: «Умирать я пойду на старое место». И действительно, спустя несколько месяцев он вернулся в Китаевскую пустынь. Часто он молился в лесу, стоя на коленях на пне или же в дупле огромного срубленного дуба, где у него висело Распятие и теплилась лампада. Приезжал старец для молитв и в Киево-Печерскую лавру, где каждую субботу служил акафист перед Ченстоховской иконой Божией Матери.

О времени своей смерти Феофил знал заранее, он говорил: «Давно бы мне пора умереть, да Прасковья молится обо мне». За неделю до кончины старец попросил послушников навозить земли и ссыпать её возле келлии для будущей могилки. Готов у него был и «гроб» – большой ящик на колокольне, в который складывали церковные свечи.

Блаженной была и кончина старца. Он велел зажечь свечи, спокойно лёг на скамью, которую сам поставил через порог келлии, взял в руки крест. Затем он отправил одного из послушников к начальнику пустыни сказать, чтобы звонили в колокола, так как Феофил умер. Только когда уже зазвонили колокола, начальник был весьма удивлён, узнав, кто именно передал это повеление.

Другой послушник, оставшийся при старце, стал свидетелем ещё более необычного явления. Перед тем как Феофил издал последний вздох, над ним в келлии стала медленно подниматься кровля – так небо готовилось принимать душу праведника. Затем кровля опустилась на прежнее место.

Феофил скончался тихо и безболезненно. Отпечаток блаженства был на его лице, а по комнате разлилось дивное благоухание. Случилось это 28 октября (10 ноября) 1853 года – в день памяти Параскевы, именуемый Пятницей, как старец и предсказывал. Погребли иеросхимонаха Феофила у стен Свято-Троицкой церкви монастыря, рядом с могилой другой подвижницы, ранее подвизавшейся здесь – старицы Досифеи.

27 июля 1993 года, спустя 140 лет, блаженный Феофил был прославлен в лике местночтимых святых. Состоялось обретение его мощей, которые 24 февраля 2009 года были торжественно перенесены в храм Двенадцати апостолов при монастыре. 3 февраля 2016 года Русской Церковью было благословлено общецерковное прославление преподобного Феофила Киевского, Христа ради юродивого.

Из слов и поучений преподобного Феофила

  • Смотри не сей пшеницы между тернием, а сей на тучной земле; да и тут еще хорошо разглядывай, нет ли лебеды, чтоб не выросло плевелов, заглушая ростки пшеницы.
  • Тише едешь, дальше в Царство Небесное попадёшь.
  • Нельзя противиться злому. Грешно предаваться грусти. Мы изгнанники на земле. А изгнанникам не дивны оскорбления и обиды. Мы у Бога под епитимией, а епитимия заключается в лишениях и трудах. Мы больны душою и телом, а больным полезны горькие лекарства.
  • Любите, любите друг друга любовью святой и не держите гнева друг на друга. Не прельщайтесь ничем; не прилагайте сердца ни к чему земному: всё это оставим здесь, только одни добрые дела пойдут с нами на тот свет.
  • Неверов ныне много стало, и многие отстали от стада Христова. Горе им. Ведь Пастырь у нас – Господь. Все Его овцы по Нем идут, следуя Его учению и исполняя Его святые заповеди. Правда, есть больные и слабые овцы – то есть грешники, – но всё же и они плетутся за стадом. Но веру потерявшие – это те, которые совсем отстали и брошены на съедение зверям.
  • Надо больше печься о душе, нежели о теле, чаще молиться и оплакивать свои согрешения, да не только свои, но и ближнего своего; без этого ни одна плоть человеческая не спасётся.
  • Молиться надо за врагов. Они большею частью сами не видят, что творят. Да они даже и благодетели наши: нападками своими они укрепляют в нас добродетели, смиряют на земле дух наш, а на небе сплетают нам райские венцы. Род человеческий приходит в изнеможение, подвижники ослабевают в силах и тем только и спасаются, что их гонят и причиняют им скорби.

Жизнеописание замечательного подвижника, Христа ради юродивого Феофила, написанное священником Владимиром Зноско, впервые было издано в 1906 году Киево-Печерской Лаврой. Владимир Иванович Зноско — митрофорный протоиерей, родной дядя епископа Ми-трофана (Зноско-Боровского). До революции был миссионером в США. После Первой мировой войны оказался в Германии, где стал настоятелем русской посольской Свято-Владимирской церкви в Берлине. Протоиерей Владимир Зноско написал несколько замечательных духовных книг, среди которых наиболее известны жития святых «Христа ради юродивый иеросхимонах Феофил, подвижник и прозорливец Киево-Печерской Лавры» и «Христа ради юродивый старец Паисий». Скончался 12 декабря 1940 г. в Берлине, похоронен на кладбище в Тегеле. Блаженный старец Феофил был причислен к лику местночтимых святых города Киева решением Священного Синода Украинской Православной Церкви в июле 1993 года. Тогда же в Китаевской пустыни совершилось обретение святых мощей преподобного Феофила, которые почивают ныне в монастырском храме 12-ти Апостолов. В феврале 2016 года Архиерейский Собор Русской Православной Церкви благословил общецерковное почитание прп. Феофила Киевского. Память его празднуется 28 октября / 10 ноября (преставление) и 14/27 июля (обретение мощей).

Аудио

Сегодня первый день Великого поста. Великий пост – это особое время воздержания, молитвы, покаяния и духовного делания, в котором святые отцы особое место уделяют богомыслию, то есть рассуждению о Боге через чтение богословских трудов и книг Священного Писания.

За богослужениями в будние дни святой Четыредесятницы Евангелие не читается, и поэтому мы с вами имеем прекрасную возможность внимательно рассмотреть Священную евангельскую историю, сопоставляя тексты всех четырех Евангелистов.

Среди всех новозаветных авторов особо выделяется евангелист Лука. Он единственный начинает свое повествование с небольшого пролога, в котором указывает причины, цель и методы написания книги. Хотя другие евангелисты тоже начинают свое повествование с короткого пролога, их прологи имеют отношение к Иисусу Христу, но ничего не говорят о замысле автора. Кроме того, Лука строит пролог по всем правилам современной ему литературной риторики.

Предлагаю вместе прочитать пролог Евангелия от Луки глава 1, стихи с 1 по 4.

1. Как уже многие начали составлять повествования о совершенно известных между нами событиях,

2. как передали нам то бывшие с самого начала очевидцами и служителями Слова,

3. то рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил,

4. чтобы ты узнал твердое основание того учения, в котором был наставлен.

(Лк. 1, 1–4)

В самом Евангелии мы не встречаем указания на автора данного текста, и Церковное Предание приписывает его апостолу Луке, тому самому, о котором апостол Павел упоминает как о своем спутнике в Посланиях к Колоссянам, Филимону и Тимофею. Вероятно, что Лука написал данное Евангелие в 60-70-е годы по Рождестве Христовом.

Главным поводом к созданию данного Евангелия послужил тот факт, что весть об Иисусе Христе широко распространилась за пределы первоначальных общин и мест, которые посещал Сам Господь.

Из пролога мы узнаем, что к моменту написания своего Евангелия автор уже располагал значительным количеством письменных текстов о событиях земной жизни Спасителя. Возможно, это Евангелия Марка и Матфея, а также различные сборники речений Иисуса или апокрифические тексты, которые в дальнейшем не войдут в канон Священного Писания Церкви.

Примечательно, что евангелист Лука не удовлетворился имеющимися текстами, повествующими о земной жизни Спасителя и Его проповеди Царства Божиего. Он сам начинает исследовать все факты, в том числе и представленные очевидцами. Таким образом, мы узнаем, что автор пользовался не только письменными источниками, но и воспоминаниями очевидцев и участников событий. В прологе они названы служителями Слова. В Евангелии от Луки понятие Слово употреблено в традиционном библейском понимании: это Слово Бога, Его Весть людям, в данном контексте принесенная Сыном Божиим Иисусом Христом. О другом понимании Слова как Самого Иисуса Христа, которое употребляет евангелист Иоанн мы с вами, дорогие братья и сестры, поговорим в нашей завтрашней программе.

Хотя, как мы уже отмечали, автор данного Евангелия ничего не сообщает о себе, тем не менее нам известен конечный адресат: это некий достопочтенный Феофил. Определение достопочтенный, возможно, имеет значение официального титула, наподобие дореволюционного обращения «Ваше превосходительство». А сам Феофил – это некий чиновник Римской империи, с которым Лука был знаком лично.

Но возможно, что автор использует литературный прием, обращаясь к каждому читателю-христианину, потому как Феофил в переводе с греческого языка означает «любящий Бога». Он намекает на то, что достопочтенный Феофил уже был наставлен в учении и знает об Иисусе Христе и о том, что значит следовать за Ним. Таким образом, мы можем предположить, что Лука обращает данный труд к новообращенным, желающим узнать больше о христианском учении.

Мы же с вами, дорогие братья и сестры, может быть, в большинстве и не новообращенные христиане, но очень надеюсь, что «феофилы», то есть те, кто любят Бога и стремятся узнать о Нем больше.

Незадолго до Великого поста в официальной группе телеканала «Союз» в социальной сети «ВКонтакте» мы открыли обсуждение, в котором вы, дорогие братья и сестры, можете задавать вопросы, возникающие у вас при чтении Четвероевангелия. Мы постараемся ответить на эти вопросы в наших передачах во время Великого поста.

Один из вопросов звучит так: «Отец Пимен, дома читают Евангелие на первой неделе поста? Или нет? Вразумите».

Дорогая Ирина, благодарим Вас за вопрос! Святая Церковь никогда не запрещает читать Священное Писание, особенно Евангелие. И если в другие дни Церковь преподает для назидания особо установленные отрывки Священного Писания, то в дни Великого поста предоставляет каждому христианину возможность свободно читать Евангелие в том количестве, которое необходимо ему для богомыслия. Дополнить ответ на Ваш вопрос я бы хотел, процитировав нашего коллегу, отца Михаила Ромадова, который в конце каждой передачи «Читаем Апостол» указывает на «необходимость ежедневного чтения слова Божиего, потому что в нем заключены великая отрада, утешение и наставление». Помогай нам в этом Господь!

Иеромонах Пимен (Шевченко)

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *