Фома брут

Святой Апостол Фома был одним из 12-ти апостолов (учеников) Иисуса Христа. О его жизни нам известно немногое.

Апостол Фома, называемый Близнец (по преданию, апостол Фома внешне был похож на Христа), был родом из Галилейского города Панеада (Северная Палестина) и занимался рыболовством. Услыхав божественное учение Христа и увидев чудеса Его, Фома последовал за Господом и был избран в число двенадцати апостолов (Мф. 10:2-4, Мк. 3:14-19, Лк. 6:13-16). В последующие времена он стал известен как «Фома неверующий».

Он был мало образован, но обладал острым и логическим умом. Из всех апостолов только Фома обладал действительно аналитическим складом ума, лучшим интеллектуальным пониманием Иисуса и способностью по достоинству оценить Его личность.

Когда Фома присоединился к апостолам, он был склонен к меланхолии, но общение с Иисусом и другими апостолами в значительной мере излечило его от этого болезненного погружения в себя.

Фома был одним из самых преданных учеников Господа. Преданность Фомы была плодом искренней любви, сердечной привязанности ко Господу. В Евангелии от Иоанна рассказывается, что когда Христос собирался уже отправиться в последнее Свое путешествие в Иерусалим, где, как известно, Его собирались схватить враги, то святой Фома призвал несколько оробевших апостолов следовать за Учителем до конца и если понадобиться, то и умереть вместе с Ним.

Иисусу очень нравился Фома, с которым он провел много длительных бесед с глазу на глаз. Его присутствие среди апостолов было огромным утешением для всех честных скептиков и помогло многим смущенным умам войти в царство, даже если они не могли целиком понять всех духовных и философских аспектов учений Иисуса. Апостольство Фомы было неизменным свидетельством того, что Иисус любит и честных скептиков.

Однако у Фомы был очень тяжелый и сварливый характер. Кроме того, ему была присуща некоторая подозрительность и пессимизм. Но чем лучше товарищи Фомы узнавали его, тем больше он им нравился. Они убедились в его абсолютной честности и непоколебимой преданности. Фома был в высшей степени искренним и правдивым человеком, однако он был от природы придирчив. Проклятьем его аналитического ума была подозрительность. Он уже терял веру в людей, когда познакомился с апостолами и, таким образом, соприкоснулся с благородной личностью Иисуса. Эта связь с Учителем сразу же начала преобразовывать весь характер Фомы, что привело к огромной перемене в его отношениях с другими людьми.

У Фомы бывали очень тяжелые дни; временами он становился мрачным и унылым. Однако, когда приходило время действовать, именно Фома всегда говорил: «Пошли!»

Фома служит прекрасным примером человека, который испытывает сомнения, вступает с ними в борьбу и побеждает. Это был человек логического склада ума, мыслитель.

Воскресение Христа

Обладая критическим сознанием, апостол Фома не поверил рассказам апостолов о Воскресении Иисуса Христа (его не было среди других десяти апостолов во время явления им воскресшего Учителя): «Пока не увижу на Его руках ран от гвоздей и не вложу в эти раны палец – не поверю!» (Ин. 20:25).

И вот ровно через неделю, на восьмой день после Воскресения опять были в доме ученики Христа и Фома был с ними. И снова явился пред ними Господь и показал Свои раны и предложил Фоме вложить палец (перст) в раны: «Дай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим» (Ин. 20:27).

Уверение Фомы (Ин. 20,24-29); Балканы. Сербия. Печ; XIV в.

После этого Фома уверовал и воскликнул: «Господь мой и Бог мой!» (Ин. 20:28).

Тогда Иисус с укоризной ему заметил: «Ты поверил, потому что увидел Меня, блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин. 20:29).

Евангельское повествование оставляет неясным, вложил ли Фома на самом деле свой перст в Христовы раны или нет. По мнению одних богословов, Фома отказался сделать это, другие же считают, что Фома прикоснулся к ранам Христа.

Сомнение Фомы послужило окончательному утверждению в вере учеников Христа.

Мы видим, что вера апостола Фомы была весьма сильной и даже больше, чем у многих других апостолов. Просто само событие Воскресение Христова настолько невероятно, настолько радостно, настолько преображает весь мир, что даже страшно было в него поверить, поверить, что неужели это правда, неужели такое счастье возможно в этом мире?

Многие комментаторы обращают внимание на то, что апостол Фома олицетворяет рассудочную или интеллектуальную возможность уверования в Бога. Пример благочестивого скепсиса, приносящего свои уникальные плоды.

Фома во многом сомневался и был недоверчив, однако, в Евангелии нет ни одного места, где бы Фома высказывал свои сомнения Христу или бы сомневался в Его мнении, или спорил бы с Ним. И в данном случае, Фома не поверил не Христу, а апостолам! Тем более, что они не раз уже являли своё малодушие (Иуда предал Его целованием; Петр хвалился быть верным до смерти и в тут же ночь отрекся от Него; во время ареста Иисуса, в Гефсиманском саду, все ученики разбежались прочь). Более того, ходил слух, что ученики хотят выкрасть из пещерного гроба тело Христа и симулировать Его воскресение. Вполне закономерно, что Фома не поверил апостолам.

Также никто не доверяет и нам. Мы можем стоить из себя духовных, православных, полных любви, а нам не верят. Нам кажется, что мы, ученики Христа, вещаем глаголы Божии, а никто, слушая эти глаголы, и не собирается стать христианином. В лучшем случае, существует несколько человек , которых мы как-то уговорили прийти в храм. А так к нашим словам равнодушны даже наши ближние. Никто не верит только словам. Вера без дел мертва и абсолютно не убедительна.

Господь не мог не поддержать Фому, так стремившегося к Нему и чуть не упавшего. Он не только явился, но более того, разрешил осязать Его. Обратим внимание, что если до Пасхи Христос и ученики, как мы читаем, могли приветствовать Христа лобзанием, могли возлить на Его главу масло, или прикоснуться к Нему, то после Воскресения возникла некоторая дистанция. Как он сказал Марии Магдалине встретившей Его утром на Пасху: «Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему»

А здесь, напротив, предлагает вложить перста в раны «гвоздиные». Это очень высокая степень доверия и знак близости, и следствие веры Фомы. Касание как аргумент того, что воскресший Христос не призрак, а реальность.

«Фома, бывший некогда слабее других апостолов в вере, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – сделался по благодати Божией мужественнее, ревностнее и неутомимее всех их, так что обошел со своей проповедью почти всю землю, не убоявшись возвещать Слово Божие народам диким».

Апостол Фома. Проповедь в Индии

После вознесения Иисуса Христа на небо и сошествия Святого Духа апостолы бросили между собою жребий, куда каждому из них идти для проповедания Слова Божия. Фоме выпал жребий идти в Индию, чтобы научить истинной вере различные обитавшие там народы — парфян и мидян, персов и гиркан, бактрийцев и брахманов и всех самых дальних обитателей Индии.

Индией в современном географическом смысле называется южная часть Азиатского материка, заключающая средний из трех южных полуостровов материка и соседнюю часть материка до громадных горных цепей, отделяющих ее от центральной Азии. Но древние писатели нередко называли общим именем Индии все южные богатые страны Азии, о которых имели лишь смутные понятия. Мидяне жили по соседству с Персией, в западной части Ирана, к югу от Каспийского моря и были покорены впоследствии персами. Парфяне жили также по соседству с персами, в обширной стране от Евфрата до Окса и от Каспийского моря до Индийского; в III в. до Р. Хр. были покорены Римлянами. Персы обитали в южной части Ирана. Гиркане жили по берегам Евфрата и Тигра и были покорены Персами. Бактряне обитали на северо-востоке Ирана. Брахманы – жители собственно Индии, преимущественно индийские жрецы.

Фома пришёл в ужас, что ему надо идти в такие дикие страны; но ему явился в видении Господь, укрепляя его и повелевая быть мужественным и не страшиться, и обещал Сам пребывать с ним.

И Апостол Фома стал проповедовать в Палестине, Месопотамии, Пирфии, Эфиопии и Индии, основывая там христианские Церкви.

Проповедь апостола Фомы в Индии

О путешествии апостола Фомы в Индию рассказывается в неканонических источниках. Это апокриф «Евангелие святого Фомы» и индийские сборники Маргом Кали и Мапилла Паатту.

Апостол св. Фома приплыл в Кералу и основал там христианскую церковь, окрестив местных жителей. Обычно они упоминаются как сирийские христиане. По преданию, Св. Фома прожил в Керале 12 лет.

Много злоключений выпало на долю апостола. Об этом сохранились древние предания.

На пути в Индию апостолу Фоме встретился богатый купец Аван, который был послан от индийского царя Гундафора в Палестину, чтобы сыскать хорошего архитектора для постройки царского дворца наподобие дворцов римских кесарей. По внушению Господа, св. Фома выдал себя за архитектора и они вместе отправились в Индию.

По прибытии, Аван представил апостола индийскому радже (царю Махадеван) как весьма искусного зодчего, и раджа повелел Фоме построить для него великолепный дворец. Фома сказал, что он построит такой дворец, и он будет даже лучше, чем царь может себе представить. Для постройки апостол получил очень много золота, которое раздал бедным и неимущим. Прошло два года и раджа вновь пригласил к себе апостола и спросил, что удалось сделать за этот период. А апостол Фома ответил, что дворец уже почти готов, осталось лишь только закончить крышу. Обрадованный царь вновь дал Фоме золото, чтобы крыша соответствовала великолепию и красоте дворца. Апостол снова раздал все эти деньги больным, неимущим и бедным людям.

Тогда доложили радже, что на том месте, где должен стоять дворец, еще ничего не построено. Разгневанный царь пригласил Фому и спросил, построил ли он что-нибудь или нет, а Фома ответил, что дворец готов, но построил он его на небесах. «Когда ты перейдешь из этой временной жизни, — сказал Фома, — то там, на небе, ты обнаружишь прекрасный дворец, в котором ты будешь пребывать вечно». Раджа в этом ответе заподозрил обман и решил, что апостол открыто насмехается над ним, и поэтому приказал тяжко его мучить.

В это время умер брат раджи, которого он очень любил. В этом горе он множество дней безутешно оплакивал смерть своего брата. А душа этого брата-язычника также была вознесена на небо и ей, как и всякой другой душе, были показаны и райские обители, и ад. И когда она осматривала рай, то в одном месте увидела великолепнейшее строение, такое прекрасное, что ей захотелось пребывать в нем вечно. И тогда душа спросила Ангела, который водил ее по раю, кому принадлежит это место. И Ангел ответил, что это — дворец его брата, для него построены эти великолепные палаты. И тогда душа стала просить Ангела о том, чтобы он разрешил ей вернуться на Землю для того, чтобы испросить у своего брата разрешение войти в уготованные ему палаты. И Ангел разрешил ей вернуться в бездыханное тело.

И произошло чудо – умерший брат раджи воскрес. Какое было ликование, какая была радость, когда царь услышал, что его брат ожил. Когда состоялась их первая беседа, брат стал ему рассказывать, что произошло с его душой после смерти. И он сказал: «Помнишь, ты когда-то обещал отдать мне полцарства, — не нужно мне этого дара, но дай разрешение, чтобы тот дворец, который уготован тебе в Царстве Небесном, был и моим дворцом». И понял раджа, что Фома не обманывал его, что для него Господь уже уготовал место в Царстве Небесном. Тогда раскаявшийся раджа не только выпустил Фому из заключения, попросив у него прощения, но и принял Крещение.

Успение Богородицы

В то время, когда Фома просвещал проповедью Евангелия индийские страны, наступило время честного преставления Божией Матери. В день Успения Богородицы чудесным образом в Иерусалиме оказались собранными для прощания с Нею почти все апостолы, которые прежде разошлись по разным странам для проповеди Слова Божия. Позже всех прибыл апостол Павел со своими учениками: Дионисием Ареопагитом, Иерофеем, Тимофеем и другими из числа 70 апостолов. Отсутствовал только апостол Фома.

По устроению Божию, только через три дня после погребения Девы Марии апостол Фома вернулся в Иерусалим и был очень опечален тем, что не смог попрощаться и поклониться Божией Матери. Тогда, по общему соглашению святых апостолов, для святого Фомы открыли гробницу Пресвятой Богородицы, чтобы дать ему возможность проститься с Божьей Матерью. Но, к их изумлению, тела Богородицы в пещере не было, остались только погребальные одежды. И отсюда все твердо уверились в том, что Матерь Божия, подобно Сыну Своему, воскресла в третий день и с телом была взята на небеса.

Господь по особому усмотрению Своему замедлил прибытие святого Фомы ко дню преставления Пречистой Богородицы, чтобы для него был открыт гроб, и верующие, таким образом, уверовали, что Матерь Божия с телом была взята на небо, подобно тому как ранее, чрез неверие того же апостола Фомы, уверовали в воскресение Христово.

Утешение апостола Фомы

Существует предание, что на третий день после погребения Богородица явилась апостолу Фоме и бросила ему в утешение Свой пояс с Неба.

Кончина апостола Фомы

После сего Фома снова вернулся в Индийские страны и проповедовал там Христа, обращая многих к вере знамениями и чудесами.

Затем апостол пошел еще дальше, в Каламидскую страну, и, проповедуя здесь Христа, обратил к вере двух женщин, одна из которых была женой тамошнего царя Муздия (правителя индийского города Мелипура). Обе женщины настолько уверовали, что отказались от плотского сожительства со своими нечестивыми мужьями. Это очень разгневало царя и его приближенных и святой апостол был заключен в темницу, где претерпел пытки.

Малипур (ныне часть г.Мадраса)– город на восточном (Коромандельском) берегу полуострова Индостана. Когда Португальцы в первый раз в 1500 г. прибыли к берегам Индии, то нашли в Малипуре поселение христиан, которые говорили, что они приняли веру от Апостола Фомы, и этот город в конце прошедшего столетия называли городом св. Фомы.

Проповедь Евангелия святой апостол закончил мученической смертью: Фома был пронзен пятью копьями на горе во время молитвы перед крестом, вырезанным им лично из камня. Он умер, обнимая этот крест, и был похоронен на том месте, где ныне находится католическая базилика св. Фомы на берегу моря в Ченнае (Мадрасе).

Кончина апостола Фомы

По преданию, царь Муздий уверовал во Христа уже после смерти апостола Фомы и со всеми своими вельможами принял крещение.

Гору, где мученически казнили Фому, в последствии назвали его именем.

Место мученической кончины апостола Фомы указывают в Калурмине – на одной высокой скале, отстоящей верстах в 6-ти от Малипура, куда Фома часто ходил для молитвы.

О мученической кончине апостола Фомы в Индии сообщают, что он принял ее либо в 68 году, либо в 72 году.

Мощи святого апостола Фомы

Части мощей святого апостола Фомы есть в Индии, Венгрии, Италии и на Афоне.

Мощи святого апостола пребывали нетронутыми в Индии до IV века.

Индия, Ченнай (до 1996 года – Мадрас). Собор Святого Фомы

Реликварий в частицей мощей Апостола Фомы в городе Ченнаи (Индия)

Но в 385 году часть мощей апостола Фомы была перенесена из Индии в Месопотамию в город Эдессу (ныне Орфа). В Эдессе над мощами святого апостола была построена, великолепная церковь, куда из отдаленных стран стекались богомольцы. Впоследствии часть мощей апостола Фомы была перенесена в Константинополь, где во имя его был создан храм при императоре Анастасие (490-518 гг.) царским сановником Аманцием.

В 1143 году в результате войны с мусульманами город Эдесса пал. Чтобы сохранить святые мощи от поругания, крестоносцы перенесли их на остров Хиос в Эгейском море.

В 1258 году между генуэзцами и венецианцами произошло сражение за контроль над основными морскими путями, ведущими на Восток. Победу в битве одержали венецианцы, которые перенесли святые мощи апостола Фомы с острова Хиос в свой город Ортона (Италия).

Перенесение свв. мощей апостола Фомы в Ортону с острова Хиос

С тех пор и по сей день мощи святого апостола Фомы хранятся в соборе города Ортоны, в который стекаются многочисленные паломники со всего света для поклонения святыне.

Кафедральный Ортонский собор во имя святого апостола Фомы (Basilica San Tommaso Apostolo) был воздвигнут на месте языческого капища, как это часто случалось в Европе, в знак торжества христианства над язычеством

Внутри собора

Мощи святого апостола Божия хранятся в двух раках – в крипте, в раке из позолоченной меди, на которой устроен престол, и в приделе – в серебрянной раке-бюсте.

В 1566 году гробница апостола в соборе была осквернена турками, захватившими город, но святые мощи не пострадали. Собор, в котором хранятся святые мощи апостола впоследствии еще не раз подвергался нападениям – в 1799 году со стороны французов и в 1943 году его пытались разрушить отступающие немцы.

Память святого апостола Фомы празднуется Православной Церковью 6/19 октября, в Неделю 2-ю по Пасхе и в день Собора славных и всехвальных 12-ти апостолов (30 июня/13 июля).

***

Апостолу Фоме молятся при беспокоящем душу неверии, как самому прошедшему это тяжкое состояние.

Тропарь святому апостолу Фоме, глас 2-й:
Ученик Христов быв, божественнаго собора апостольскаго сопричастник, неверствием бо Христово Воскресение известив и Того пречистую страсть осязанием уверив, Фомо всехвальне, и ныне нам проси мира и велия милости.

Кондак, глас 4-й:
Премудрости благодати исполнен, Христов апостол и служитель истинный в покаянии вопияше Тебе: Ты мой еси Бог же и Господь.

Молитва святому апостолу Фоме
О, святый апостоле Фомо! Молим тя: сохрани и соблюди нас молитвами твоими от искушений диавольских и падений греховных и испроси нам свыше помощь во время неверия, да не преткнемся о камень соблазна, но неуклонно шествуем спасительным путем заповедей Христовых, дондеже достигнем оных блаженных обителей райских.

Ей, апостоле Спасов! Не посрами нас, но буди нам помощник и покровитель во всем житии нашем и помози нам благочестно и богоугодно житие сие временное скончати, христианскую кончину получити и добраго ответа сподобитися на Страшнем Суде Христове; да прославим великолепое имя Отца, и Сына, Святаго Духа во веки веков. Аминь.

Брут
Хома

Вид Человек
Дата рождения 1790-ые
Дата смерти 1829
Род занятий Философ

Богослов
Экзорцист
Охотник за нечистью

Первое появление Хома Брут (роман)
Последнее появление Глава четвёртая. Вий
Прототип Хома Брут (реальный персонаж)
Актёр Алексей Вертков и Илья Летов (дублёр)

Хома Брут – странствующий философ и богослов, профессиональный экзорцист и охотник за нечистью. Верен церкви и своей миссии и прекрасно владеет как Божьим словом и Тёмной латынью, так и боевыми навыками. Прототип Хомы Брута встречается в повести «Вий» Гоголя.

ИсторияПравить

Наконец выследив ведьму Ульяну в селе Диканька, Хома заходит к ней в дом и закалывает осиновым колом, что-то говоря на Тёмной латыни. Когда заходит Гоголь, поспешно сбегает.

Когда ведьму перемещают в сарай Бомгарта, Брут идёт туда позже, чтобы завершить обряд очищения, но, попадает в засаду, устроенную Гоголем и Бинхом. Убийца оказывает сопротивление, но проигрывает в силе.

На допросе у Бинха, Хома называет своё имя и говорит, что он «по образованию богослов, по призванию экзорцист». Освободившись от верёвок при помощи своей съёмной деревянной руки, Брут берёт Гоголя в заложники и сажает Бинха в клетку. После просит Гоголя помочь ему победить Вия и идёт с ним в церковь, забирая с собой Ульяну.

Смерть Хомы

Заперевшись в церкви с мёртвой ведьмой и Гоголем, Хома говорит последнему, что Вий – это подземный демон, из-за которого он и получил протез, а Ульяна – сильная ведьма, способная его призвать. Начертив на полу мелом круг, экзорцист встаёт в него вместе с Николаем. Не обращая внимания на ожившую ведьму, Хома читает заклинания на Тёмной латыни, но, так и не дождавшись прибытия Вия, вскоре погибает от зубов Ульяны, которой удаётся вытянуть его из круга. Позднее, мёртвые тела Гоголя, Ульяны и Хомы обнаруживаются освобождённым Бинхом.

Список появленийПравить

  • Хома Брут (роман) (упоминание)
  • Глава четвертая. Вий (глава 6) (первое и последнее появление в фильме, позже в сериале)

ЦитатыПравить

Меня зовут Хома Брут. По образованию богослов, по призванию экзорцист. Да выживет каждый из нас, несмотря ни на что.

ГалереяПравить

С Ульяной на рукахНа допросе у БинхаЧитает про себя заклинаниеЧертит защитный круг в церквиНе понимает, что с Гоголем Вступает в круг с Гоголем «Чувствую Тёмную сторону Вашу…»
Добавить фото в галерею

Навигация по персонажам

П — Р — ИПерсонажи сериала «Гоголь»

Главные

Николай Гоголь | Яков Петрович Гуро | Тёмный Всадник / Лиза Данишевская | Оксана | Александр Бинх

Второстепенные

Алексей Данишевский | Безносый | Яким | Тесак | Кузнец Вакула | Леопольд Бомгарт | Василина | Отец Варфоломей

Эпизодические

Август Гофман | Чернозуб | Мария | Казимир Мазовецкий | Дьявол | Александр Пушкин | Михаил Лермонтов | Ведьма | Чорт | Захар | Петрусь | Девушка в мешке | Ковлейский | Иван Сомов | Приказчик за прилавком | Никифор | Лаврентьев | Тарасевич | Ганна | Попович | Хавронья | Солопий Черевик | Параська Черевик | Грицко | Богдана | Петро | Дарина | Фёдор | Корж | Басаврюк | Бажана | Отец Гоголя | Мать Гоголя | Лекарь | Ульяна | Хома Брут | Вий | Атаман Данила | Жених Марии | Старуха-отшельница | Тарас | Остап | Степан | Елена Аташинская | Родион Манилов | Сапожник |

Животные

Конь Всадника | Серко | Вороны | Лошадь Данишевского | Лошадь Лизы | Овцы Фёдора | Конь Басаврюка

Кадр из фильма «Гоголь. Вий» (2018)

Враньё про Вия в фольклоре, загадка происхождения имени, злодейская сущность убийцы и другие заблуждения – развеем вместе с вами!

О «Вие» мы с детства знаем, что это отличный ужастик, замешанный на славянском фольклоре. Будущий монашек, а ныне студент по имени Хома Брут должен три ночи читать молитвы над трупом дочери сотника. Дева, между тем, оказывается ведьмой, и смерть ей не помеха. Она бродит по церкви, летает с хохотом в гробу и вообще всячески пытается достать Хому, но тот проявляет догадливость, чертит вокруг себя круг и таким образом спасается. На третью ночь в церковь сползается вся окрестная нечисть и приводит с собой Вия – страшного карлика с веками до земли. Вий ревёт: «Подымите мне веки!», и вот тогда уже дело для героя заканчивается плохо.

Всё это нам известно (хотя пока и не понятно, что нам покажут в фильме с участием Александра Петрова). Но есть несколько распространённых мифов о «Вие», в которые мы вам верить не советуем.

Иллюстрация Эдуарда Новикова к подарочному изданию «Вия»

1. Вий – это персонаж славянской мифологии

Эту распространенную ошибку породил сам Гоголь, который в примечании к тексту назвал Вия «колоссальным созданием простонародного воображения». На самом деле, автор создал грандиозную мистификацию. Хотя он написал, что именем Вий у малороссиян назывался «начальник гномов» с веками до земли, такого персонажа в славянской мифологии не существовало. Это подтверждает большинство современных филологов, которые занимались исследованием вопроса, а не ограничились чтением «Википедии».

Из народных преданий Гоголь взял совсем другие элементы своей истории – дежурство у гроба в течение трёх ночей, брожения якобы умершей ведьмы, обращение нечистой силы за помощью к «главному злодею», от которого героя спасало пение петухов. В старых сказках роль злодея обычно исполняла «старшая ведьма». Вия русский классик придумал сам. Тем более что в славянском фольклоре никаких гномов просто не существовало, и начальствовать над ними было не за чем.

2. Такого страхолюдины, как Вий, больше не существует

Точно такого, как мы уже сказали, в сказках нет. Зато есть кое-какие похожие – например, в «Иване Быковиче», истории из сборника народных сказок А.Н. Афанасьева. В ней трое добрых молодцев разного социального происхождения, сыновья царицы, кухарки и коровы, отправились на поиски приключений. Одолели Бабу-Ягу и Чудо-юдо, а потом самого вёрткого из них, Ивана Быковича, похитила ведьма и притащила в подземелье к своему мужу, старому колдуну. Тот лежал на кровати, и ресницы с бровями у него были такие длинные и густые, что совсем глаза закрывали. Пришлось звать на подмогу 12 могучих богатырей, и те железными вилами подняли это безобразие, чтобы старик смог взглянуть на пленника.

В Интернете эту историю часто называют сказкой о Кощее Бессмертном, хотя имени старого колдуна в оригинале не упоминается.

Кадр из фильма «Гоголь. Вий» (2018)

3. Его имя украинский народ придумал из-за схожести со словом «вія» (ресницы)

Повторим ещё раз – украинский народ вообще Вия не придумывал. Это авторское творение Гоголя. Филологи гарантируют, что само слово «вий» в значении волшебного существа отсутствовало в украинских словарях до появления одноимённой повести. И если у Николая Васильевича Вию поднимали не ресницы, а веки, можно ли быть уверенными, что он использовал для его имени украинские «ресницы»? Скорее, тогда украинский «вий» – вой.

4. Вий – главный злодей всей истории, и именно он убил бедного Хому Брута

У Гоголя Хома Брут фактически умер от страха. Интересно, что современные исследователи нередко трактуют эту историю как пропаганду против пьянства – Брут, вроде бы, слишком много употреблял, словил белую горячку, а дальше помер то ли от привидевшегося в алкогольном угаре, то ли от того, что печень отказала.

Кадр из фильма «Гоголь. Вий» (2018)

5. Это отдельная книга

«Вий» – всего лишь повесть в одном из двух томов сборника «Миргород» (1835). В отличие от «Вечеров на хуторе близ Диканьки», где почти все истории имели сказочные мотивы или мистический элемент, «Миргород» гораздо более серьёзен. К этому же сборнику относится, например, «Тарас Бульба» – повесть о сложностях семейных и политических отношений казацкого гетмана. Два других произведения («Старосветские помещики» и «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем») рассказывают бытовые сатирические истории из жизни самых обычных жителей Малороссии. Как в такую компанию занесло увлекательного, почти хоррорного «Вия» – загадка.

6. Вий – это всегда страшно

О Вие есть несколько удачных анекдотов, например: «В конкурсе детских рисунков на асфальте победила девочка, нарисовавшая круг. Остальных забрал Вий».

Промо-фото к фильму «Гоголь. Вий» (2018)

А вы читали книгу? Собираетесь смотреть фильм?..

Если вам понравилась статья, подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен и будьте в курсе всех обновлений.

До новых книг!

«ВИЙ»,

повесть, впервые опубликованная в 1835 г. в сборнике «Миргород». При переиздании В. в 1842 г. в составе собрания сочинений В. подвергся существенной переработке. Повесть была начата Гоголем в 1833 г. Вий, имя фантастического подземного духа, было придумано Гоголем в результате контаминации имени властителя преисподней в украинской мифологии «железного Ния» и украинских слов «вия» — ресница и «повико» — веко. Отсюда — длинные веки гоголевского персонажа.

В наборной рукописи 1835 г. В. заканчивался следующими словами: «И с тех пор так все и осталось в той церкви. Завязнувшие в окнах чудища там и поныне. Церковь поросла мохом, обшилась лесом, пустившим корни по стенам ее; никто не входил туда и не знает, где и в какой стороне она находится». Сохранился единственный экземпляр «Миргорода» с этим финалом. Однако по ходу набора в конце В. возник пробел страницы, который необходимо было заполнить. И Гоголь дописал дополнительный финал, слегка изменив предыдущий: «Так навеки и осталась церковь с завязнувшими в дверях и окнах чудовищами, обросла лесом, корнями, бурьяном, диким терновником; и никто не найдет теперь к ней дороги. Когда слухи об этом дошли до Киева и богослов Халява услышал наконец о такой участи философа Хомы, то предался целый час раздумью. С ним в продолжение того времени произошли большие перемены. Счастие ему улыбнулось: по окончании курса наук его сделали звонарем самой высокой колокольни, и он всегда почти являлся с разбитым носом, потому что деревянная лестница на колокольню была чрезвычайно безалаберно сделана (намек на пристрастие звонаря к «зеленому змию» и связанные с этими затруднениями в подъеме и спуске по высокой и крутой лестнице, иносказательно уподобленной «лествице Иакова». — Б. С.).

— Ты слышал, что случилось с Хомою? — сказал, подошедши к нему, Тиберий Горобець, который в то время уже был философ и носил свежие усы.

— Так ему Бог дал, — сказал звонарь Халява. — Пойдем в шинок да помянем его душу!

Молодой философ, который с жаром энтузиаста начал пользоваться своими правами, так что на нем и шаровары, и сюртук, и даже шапка отзывалась спиртом и табачными корешками, в ту же минуту изъявил готовность.

— Славный был человек Хома! — сказал звонарь, когда хромой шинкарь поставил перед ним третью кружку. — Знатный был человек! А пропал ни за что.

— А я знаю, почему пропал он: оттого, что побоялся. А если бы не боялся, то бы ведьма ничего не могла с ним сделать. Нужно только, перекрестившись, плюнуть на самый хвост ей, то и ничего не будет. Я знаю уже все это. Ведь у нас в Киеве все бабы, которые сидят на базаре, — все ведьмы. На это звонарь кивнул головою в знак согласия. Но, заметивши, что язык его не мог произнести ни одного слова, он осторожно встал из-за стола и, пошатываясь на обе стороны, пошел спрятаться в самое отдаленное место в бурьяне. Причем не позабыл, по прежней привычке своей, утащить старую подошву от сапога, валявшуюся на лавке». Хома Брут гибнет от страха, но ценой своей жизни губит нечистую силу, бросившуюся на философа и не услышавшую вовремя крик петуха — после его третьего крика духи, не успевшие вернуться в подземное царство мертвых, погибают. История Хомы допускает и реалистическое объяснение. Видение Вия можно представить себе как плод белой горячки большого любителя горелки, от которой он и погибает: «…Он упросил Дороша… вытащить сулею сивухи, и оба приятеля, севши под сараем, вытянули немного не полведра… Вдруг… среди тишины… с треском лопнула железная крышка гроба и поднялся мертвец… У Хомы вышел из головы последний остаток хмеля. Он только крестился да читал как попало молитвы. И в то же время слышал, как нечистая сила металась вокруг его, чуть не зацепляя его концами крыл и отвратительных хвостов…

— Приведите Вия! ступайте за Вием! — раздались слова мертвеца… «Не гляди!» — шепнул какой-то внутренний голос философу. Не вытерпел он и глянул.

— Вот он! — закричал Вий и уставил на него железный палец. И все, сколько ни было, кинулось на философа. Бездыханный грянулся он на землю, и тут же вылетел дух из него от страха». Но подобное рациональное объяснение — лишь камуфляж магического у Гоголя. Неслучайно он подчеркивает, что «последний остаток хмеля» вышел из головы у философа.

В. Г. Белинский в статье «О русской повести и повестях г. Гоголя» (1835) писал о В.: «…Картины малороссийских нравов, описание бурсы… портреты бурсаков и особенно этого философа Хомы, философа не по одному классу семинарии, но философа по духу, по характеру, по взгляду на жизнь. О, несравненный Dominus Хома! как ты велик в своем стоистическом равнодушии ко всему земному, кроме горелки! Ты натерпелся горя и страху, ты чуть не попался в когти чертям, но ты все забываешь за широкою и глубокою ендовою, на дне которой схоронена твоя храбрость и твоя философия; ты на вопрос о виденных тобою страстях машешь рукою и говоришь: «Много на свете всякой дряни водится!», у тебя половина головы поседела в одну ночь, а ты оттопываешь трепака, да так, что добрые люди, смотря на тебя, плюют и восклицают: «Вот это как долго танцует человек!» Пусть судит всякий, как хочет, а по мне, так философ Хома стоит философа Сковороды! Потом помните ли вы невольное путешествие философа Хомы, помните ли попойку в шинке, этого Дороша, который, нагрузившись пенником, вдруг захотел узнать, непременно узнать, чему учат в бурсе (шуточное дело!), этого резонера, который божился, что «все должно оставить так, как есть, что Бог знает, как нужно», и, наконец, этого казака с седыми усами, который рыдал о том, что остался круглым сиротою… А эти поучительные беседы на кухне, где «обыкновенно говорилось обо всем: и о том, кто пошил себе новые шаровары, и что находится внутри земли, и кто видел волка»? А суждения этих умных голов о чудесах в природе? А портрет пана сотника, и кто перечтет?.. Нет, несмотря на неудачу в фантастическом, эта повесть есть дивное создание. Но и фантастическое в ней слабо только в описании привидений, а чтения Хомы в церкви, восстание красавицы, явление Вия бесподобны».

В статье «Гоголь и его последняя книга» (1847) А. А. Григорьев утверждал, что в В. у Гоголя «вся природа его страны говорит с ним шелестом трав и листьев в прозрачную летнюю ночь, и где между тем в тоске безысходной, в замирании сердца мчащегося с ведьмою по бесконечной степи философа Хомы слышится невольно тоска самого художника, переходящая и на читателя».

А. Ф. Лосев в «Диалектике мифа» (1929) использовал образы В. для иллюстрации противоположности мифологии и метафизики: «Я приведу замечательный пример одного мифического изображения; и мы на нем должны убедиться, что мифология очень мало имеет общего с метафизикой. Это — похождения философа Хомы Брута в гоголевском «Вие». Некая «бабуся» с страшным блеском глаза приближается к Хоме. «Философ хотел оттолкнуть ее руками, но, к удивлению, заметил, что руки его не могут приподняться, ноги не двигались; и он с ужасом увидел, что даже голос не звучал из уст его: слова без звука шевелились на губах. Он слышал только, как билось его сердце; он видел, как старуха подошла к нему, сложила ему руки, нагнула ему голову, вскочила с быстротою кошки к нему на спину, ударила его метлою по боку, и он, подпрыгивая, как верховой конь, понес ее на плечах. Все это случилось так быстро, что философ едва мог опомниться и схватить обеими руками себя за колени, желая удержать ноги, но они, к величайшему изумлению его, подымались против воли и производили скачки быстрее черкесского скакуна. Когда уже минули они хутор и перед ними открылась ровная лощина, а в стороне потянулся черный, как уголь, лес, тогда только сказал он сам себе: «Эге, да это ведьма!» Он чувствовал какое-то томительное, неприятное и вместе сладкое чувство, подступавшее к его сердцу». Далее ему видится какая-то русалка. «Она оборотилась к нему, — и вот ее лицо, с глазами светлыми, сверкающими, острыми, с пеньем, вторгавшимся в душу, уже приближалось к нему, уже было на поверхности и, задрожав сверкающим смехом, удалялось: и вот она опрокинулась на спину, — и облачные перси ее, матовые как фарфор, непокрытый глазурью, просвечивали перед солнцем по краям своей белой эластически-нежной окружности. Вода в виде маленьких пузырьков, как бисер, осыпала их. Она вся дрожит и смеется в воде… Видит ли он это или не видит? Наяву ли это или снится? Но там что? Ветер или музыка? Звенит, звенит и вьется и подступает и вонзается в душу какою-то нестерпимою трелью. Что это? думал философ Хома Брут, глядя вниз, несясь во всю прыть. Пот катился с него градом. Он чувствовал бесовски-сладкое чувство, он чувствовал какое-то пронзающее, какое-то томительно-страшное наслаждение. Ему часто казалось, что будто сердца уже вовсе не было у него, и он со страхом хватался за него рукою». Гоголь проявляет во всем этом отрывке не просто поэтическую, но именно мифическую интуицию, давая гениальным образом целую гамму мифических настроений. И мы прекрасно понимаем, что это экстатическое состояние, доводящее до сердечного припадка и до мистически-сексуального бреда, очень мало имеет общего с метафизикой, которая тоже как-то говорит о «сверхчувственном», но которая не имеет и следа этих реальных, этих чувственных, часто почти животных аффектов».

А. К. Воронский в книге «Гоголь» (1934) отмечал: «В «Вии» «милая чувственность», земное, «существенное» ведет борьбу со смертными очарованиями, с темными душевными наслаждениями, стремящими вихрем, с погибельным миром, но таящим «неизъяснимые наслажденья». Хома Брут так же общечеловечен и в то же время национален, как Чичиков, Хлестаков, как Манилов, Петух. Самое характерное в нем — именно это соединение полной заурядности, утробности, незадачливости со способностью переживать болезненно-мечтательные обольщения… Бурсак околдован пронзительной красотой мертвячки-панночки, и в то же время он ищет натурально-физического удовлетворения своих страстей: он не брезгует вдовой-торговкой, пристает к молодкам. Там нездешние, томительные и сладкие очарования, здесь грубое и простое влечение. У Хомы Брута физическая и психическая стороны половой жизни резко разобщены. Чувственное влечение не совпадает с высшими психическими состояниями. Когда у людей наблюдается подобное разобщение, не только половая, но и вся материальная жизнь представляется низменной, грязной, грешной, а высшая духовная жизнь — отрешенной от всего земного, вещественного. Не осложнились ли «страшные перевороты» в жизни Гоголя какими-то интимными, половыми происшествиями?! Это весьма вероятно».

А. М. Ремизов в книге «Огонь вещей» (1954) писал: «Нигде так откровенно, только в «Вии» Гоголь прибегает к своему излюбленному приему: «с пьяных глаз» или напустить туман, напоив нечистым зельем. Да как же иначе показать скрытые от трезвых те самые «клочки и обрывки» другого мира, о которых расскажет в исступлении горячки Достоевский. И нигде, только в «Вии» с такой нескрытой насмешкой над умными дураками применяет Гоголь и другой любимый прием: опорочить источники своих чудесных откровений. «Но разве вы, разумные, — говорит он, подмигивая лукаво, — можете поверить такому вздору?» А простодушным, этим доверчивым дуракам, прямо: «Чего пугаться, не верьте, все это выдумка глупых баб да заведомого брехуна». Или ничего не говоря, представляет своих действующих лиц в таком виде, когда все, что угодно, покажется: философ натощак сожрал карася — а затем следует волшебная скачка и полет над водой, а все видения философа в церкви у гроба Панночки — «с пьяных глаз»».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Самое долгожданное событие для семинарии — вакансии, когда бурсаки (казённокоштные семинаристы) распускаются по домам. Группами они направляются из Киева по большой дороге, зарабатывая пропитание духовным песнопением по зажиточным хуторам.

Три бурсака: богослов Халява, философ Хома Брут и ритор Тиберий Горобец, — сбившись в ночи с дороги, выходят к хутору. Старуха хозяйка пускает бурсаков переночевать с условием, что положит всех в разных местах. Хома Брут уже собирается заснуть мертвецки в пустом овечьем хлеву, как вдруг входит старуха. Сверкая глазами, она ловит Хому и вспрыгивает ему на плечи. «Эге, да это ведьма», — догадывается бурсак, но уже несётся над землёй, пот катится с него градом. Он начинает припоминать все молитвы и чувствует, что ведьма при этом ослабевает. С быстротою молнии успевает Хома выпрыгнуть из-под старухи, вскакивает ей на спину, подхватывает полено и начинает охаживать ведьму. Раздаются дикие вопли, старуха падает в изнеможении на землю — и вот уже перед Хомой лежит с последними стонами молодая красавица. В страхе бурсак пускается бежать во весь дух и возвращается в Киев.

Продолжение после рекламы:

Хому призывает к себе ректор и приказывает ехать в дальний хутор к богатейшему сотнику — читать отходные молитвы по его дочери, возвратившейся с прогулки избитой. Предсмертное желание панночки: отходную по ней три ночи должен читать семинарист Хома Брут. Чтобы он не сбежал по дороге, прислана кибитка и человек шесть здоровых Козаков. Когда бурсака привозят, сотник спрашивает его, где он познакомился с его дочкой. Но Хома сам этого не знает. Когда его подводят к гробу, он узнает в панночке ту самую ведьму.

За ужином бурсак слушает рассказы Козаков о проделках панночки-ведьмы. К ночи его запирают в церкви, где стоит гроб. Хома отходит к клиросу и начинает читать молитвы. Ведьма встаёт из гроба, но натыкается на очерченный Хомой вокруг себя круг. Она возвращается в гроб, летает в нем по церкви, но громкие молитвы и круг защищают Хому. Гроб падает, позеленевший труп встаёт из него, но слышится отдалённый крик петуха. Ведьма падает в гроб, и крышка его захлопывается.

Брифли существует благодаря рекламе:

Днём бурсак спит, пьёт горилку, слоняется по селению, а к вечеру становится все задумчивее. Его опять отводят в церковь. Он чертит спасительный круг, читает громко и поднимает голову. Труп стоит уже рядом, вперив в него мёртвые, позеленевшие глаза. Страшные слова ведьминых заклинаний ветер несёт по церкви, несметная нечистая сила ломится в двери. Крик петуха вновь прекращает бесовское действо. Ставшего седым Хому находят утром еле живого. Он просит сотника отпустить его, но тот грозит страшным наказанием за непослушание. Хома пытается бежать, но его ловят.

Тишина третьей адской ночи внутри церкви взрывается треском железной крышки гроба. Зубы ведьмы стучат, с визгом несутся заклинания, двери срываются с петель, и несметная сила чудовищ наполняет помещение шумом крыл и царапаньем когтей. Хома уже поёт молитвы из последних сил. «Приведите Вия!» — кричит ведьма. Приземистое косолапое чудовище с железным лицом, предводитель нечистой силы, тяжёлыми шагами вступает в церковь. Он приказывает поднять ему веки. «Не гляди!» — слышит внутренний голос Хома, но не удерживается и смотрит. «Вот он!» — указывает Вий на него железным пальцем. Нечистая сила кидается на философа, и дух вылетает из него. Уже второй раз кричит петух, первый прослушали духи. Они бросаются прочь, но не успевают. Так и остаётся навеки стоять церковь с завязнувшими в дверях и окнах чудовищами, обрастает бурьяном, и никто не найдёт к ней теперь дороги.

Узнав об участи Хомы, Тиберий Горобец и Халява поминают в Киеве его душу, заключая после третьей кружки: пропал философ оттого, что побоялся.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *