Гипатия александрийская

Западному миру испокон веков было свойственно обвинять исламскую религию в невежестве, регрессе и отставании в цивилизационном плане. На этом наборе слов выросло не одно поколение европейцев. «Мы и они», «остальные», «страны третьего мира», «высшая раса» – вот неполный список понятий, которые прочно укоренились в сознании европейцев различных поколений. Хотя тот же самый Ренессанс, избавивший Запад от мракобесия, костров инквизиции и охот на ведьм, стал возможен благодаря достижениям арабо-мусульманской науки.

Для убедительности можно вспомнить Ибн Рушда (Аверроэса), который способствовал популяризации Аристотеля в Европе, а также Ибн Сину (Авиценну), чей энциклопедический трактат по медицине европейцы на протяжении многих столетий не выпускали из рук.

Тем удивительнее выглядят обвинения мусульман в сожжении знаменитой Александрийской библиотеки, в которой хранилось по меньшей мере 500 тысяч книг. Это беспочвенное обвинение подаётся как свершившийся исторический факт, но сами факты, как бы ни звучало парадоксально, не предоставляются. Один из тех, кто пытался перевести эту теорию в практическую плоскость – церковный деятель Бар Эбрей. Согласно его версии, после падения Александрии философ по имени Иоанн Филопон попросил у ‘Амра ибн аль-‘Аса право распоряжаться книжным фондом Александрийской библиотеки.

Затем ‘Амр якобы обратился к халифу Умару за разрешением этой ситуации, и Умар в ответном письме вынес библиотеке суровый приговор: «Если в этих книгах есть то, что соответствует книге Аллаха, то Корана нам достаточно, а если эти книги идут вразрез с книгой Аллаха, то нам они не нужны. Так займись же их уничтожением». Бар Эбрей заканчивает свой рассказ тем, что ‘Амр сжигал книги в банях Александрии, и утилизация заняла у него целых шесть месяцев.

Прежде всего, надо отметить, что эта версия не получает подтверждения у таких признанных мусульманских историков, как Табари, Ибн Аль-Асир, Ибн Халдун и других. Нестыковка также выходит и с упомянутым выше Иоанном Филопоном, который якобы ходатайствовал за библиотеку. Исследования показали, что Иоанна к моменту покорения Александрии уже не было в живых, с момента его смерти прошло по меньшей мере 30 лет. Неправдоподобно, а то и смехотворно также выглядит шестимесячное сожжение литературы. Даже с учётом большого количества книг и рукописей полугодичное уничтожение макулатуры в рамки логики никак не вписывается.

Что касается самой библиотеки, то её история берет начало в Древнем Египте, когда она была основана египетским царем Птолемеем II. Тогда же, до нашей эры, значительная её часть сгорела во время пожара, возникшего в результате осады Александрии. Римляне, устроившие поджог морского порта, перестарались, огонь перекинулся и на библиотеку. Согласно азербайджанскому религиоведу Али-Заде, оставшаяся часть библиотеки была уничтожена христианскими фанатиками, которые в Средневековье, как известно, имели «особые отношения» с наукой.

Профессор Исмаил Рафат Бек вполне обоснованно пишет, что к тому времени Александрийская библиотека вовсе не существовала. По его словам, часть библиотеки сгорела в результате упомянутой выше осады Александрии, а другая часть была преднамеренно уничтожена по приказу епископа Готье. И этому есть логическое объяснение. В ту пору античная философия, впрочем, как и вся наука, считалась ересью и отходом от общепризнанных христианских норм. Занятие ею могло поставить крест на карьере, а то и вовсе лишить жизни. Сожжённый заживо за свои идеи Джордано Бруно не даст соврать.

Возвращаясь к Александрийской библиотеке – американский философ Джудит Батлер опровергает версию вышеупомянутого Бар Эбрея и не видит связи между её уничтожением и взятием арабами Египта. «Надо признать, что рассказ Бар Эбрея является вздором, противоречащим историческим фактам», – заявляет она.

Английский историк Эдвард Гиббон, говоря об отсутствии рационального зерна в этой версии, пишет: «Эта версия входит в противоречие с вероучением Ислама. В нём (учении) говорится, что запрещается сжигать иудейские и христианские книги, полученные в качестве военной добычи. Что касается трудов по философии, поэзии и других отраслей нерелигиозной литературы, то они могут быть даже полезны».

Да и без научного опровержения Гиббона сложно представить мусульман, громящих библиотеки и ликующих по поводу сожжения очередной книги. По меньшей мере, это алогично и идет в противоречие с общепризнанной гуманностью мусульман не только к представителям других религиозных общин, но и к их историко-культурным памятникам. В противном случае на территории Шама, где долгое время господствовал халифат, не уцелело бы ни одно иудейское или христианское культовое сооружение.

Оппоненты могут возразить – а как же деятельность экстремистов различного толка и уничтожение объектов исторического значения в Пальмире? Но мы не ставим знак равенства между ними и Исламом, а проводим жирную разделительную линию. Такая разделительная позиция отчасти признается и в немусульманской среде. На одной чаше весов Ислам, а на другой – его последователи, истинные и мнимые. Только так можно разрушить ничем не обоснованные стереотипы. Давно уже пора…

Хаджимурад Алиев

История философа будоражила и до сих пор волнует умы людей искусства и науки. О ней писали Вольтер и Чарльз Кингсли, её именем назвали лунный кратер и астероид. В 2009 году режиссёр Алехандро Аменабар снял историческую драму «Агора», повествующую о судьбе Гипатии Александрийской. Фильм критиковали за исторические неточности, но многие детали из жизни этой личности до сих пор остаются в области дискуссий.

С прицелом на достоверность TED-Ed выпустил анимированную видеолекцию «Убийство величайшего учёного древней Александрии» по тексту Сорайи Филд Фиорио (Soraya Field Fiorio). Создатели придерживаются версии, в которой ответственность за чудовищную смерть учёного, возлагается на Отца Церкви, святого Кирилла, якобы ставшего идейным вдохновителем христианских фанатиков. Расшифровка на русском языке ниже под видео.

В городе Александрии в 415 году н. э. епископ и префект находились в состоянии борьбы. Всё началось с разногласий по поводу поведения ополчения монахов, а закончилось обвинением в чародействе, выдвинутом против одной из самых влиятельных фигур в городе.

Гипатия Александрийская была выдающимся математиком, философом и советником правителей города. За прошедшие столетия подробности её жизни стали предметом многочисленных споров и почти обрели мифический статус. Принято считать, что ни одно из собственных сочинений Гипатии не сохранилось, но рассказы современников и студентов о её работе и жизни рисуют картину качеств, которые сделали её известным учёным, любимым учителем и в итоге привели к гибели.

Гипатия родилась примерно в 355 году в Александрии, тогда входившей в состав египетской провинции Преторианской префектуры Востока Римской империи, и славившейся интеллектуальным центром. Её отец Теон Александрийский – греческий математик и астрономом; мать неизвестна. Вероятно, Гипатия была единственным ребёнком в семье, и Теон сам её воспитывал. Повзрослев, она превзошла своего отца как в математике, так и в философии, стала самым выдающимся учёным города и заняла его место во главе школы неоплатонизма Теона-Гипатии, похожей на современный университет. Она усовершенствовала научные инструменты, написала учебники по математике и разработала более эффективный метод деления чисел.

Но, пожалуй, самый значительный вклад в интеллектуальную жизнь Александрии она внесла благодаря своему учению.

Философия, которой обучала Гипатия, основывалась на наследиях Платона и Аристотеля, а также мистического философа Плотина и математика Пифагора. Объединение таких влиятельных идей сформировало школу под названием неоплатонизм. Для неоплатоников математика имела духовный аспект, разделённый между четырьмя ветвями – арифметика, геометрия, астрономия и музыка. Эти предметы изучались не только ради любопытства или практической пользы, но и потому, что они подтверждали веру в то, что числа – священный язык Вселенной. В повторяющихся узорах алгебраических формул и геометрических фигур, орбитах планет и гармонических интервалах музыкальных тонов неоплатоники видели рациональную космическую силу в действии. Студенты углублялись в этот упорядоченный математический мир, чтобы достичь высшего единства с силой, что называют «Единое».

Гипатия считалась язычницей – традиционное римское верование до христианства – она не поклонялась никакому конкретному божеству или божествам, и её идеи могли применяться наряду с несколькими религиозными точками зрения. Иудейские, христианские и языческие студенты приезжали из самых дальних уголков империи, чтобы учиться у неё. Беспартийная среда, которую поддерживала Гипатия, где все студенты могли чувствовать себя комфортно, была особенно замечательной, учитывая религиозные и политические беспорядки, которые разрушали Александрию в то время.

Христианство недавно стало государственной религией империи. Местный архиепископ Кирилл неуклонно наращивал политическую власть, призывая ополчившихся ревностных христианских монахов разрушать языческие храмы и изводить иудейское население. Поступая таким образом, он посягнул на светскую власть римского префекта Ореста, который был умеренным христианином, что привело к ожесточенной общественной вражде между ними.

Поскольку Гипатия считалась мудрой и беспристрастной фигурой, префект Орест обратился к ней за советом, и она рекомендовала действовать честно и сдержанно. Но когда группа монахов спровоцировала бунт, сильно ранив при этом Ореста, он замучил их предводителя до смерти. Кирилл Александрийский и его последователи обвиняли Гипатию, заявив, что она занимается колдовством, чтобы обратить Ореста против христианства. В марте 415 года ополчившиеся монахи архиепископа схватили Гипатию на улице города и жестоко убили, расчленив тело.

Смерть Гипатии стала поворотным моментом в политике Александрии. После её убийства другие философы в греческой и римской традиции бежали, и роль города как образовательного центра уменьшилась. В самом деле, пытливый, открытый и беспристрастный дух, который она продвигала, умер вместе с Гипатией.

Элберт Хаббард — Гипатия

Альфред Сайферт — Гипатия

Считается, что трудов Гипатии не сохранилось и поэтому мы не можем судить, каковы были её философские и научные взгляды. Впрочем, существует другая точка зрения на сохранность её трудов. В книге «История диофантова анализа от Диофанта до Ферма” И. Г. Башмакова и Е. И. Славутин ставят вопрос о создателе текста, положенного в основу найденной немногим более 20 лет тому назад арабской рукописи «Арифметики» древнегреческого математика Диофанта. Известные русские историки математики полагают, что автора трактата, переведенного Костой Ибн Лукой, следует искать в среде александрийских и византийских ученых IV–VI веков. Башмакова и Славутин приходят к выводу, что арабская рукопись является не частью «Арифметики” Диофанта, а самостоятельным произведением на ту же тему, написанным неизвестным, но хорошо разбиравшимся в методах Диофанта комментатором. Но в период между V–IX вв. жил лишь один математик, о котором источники говорят как о комментаторе «Арифметики” Диофанта. Это — Гипатия. Кроме того, нам ничего не известно о других математиках высокого уровня, живших в этот период. «Таким образом, — заключают Башмакова и Славутин, — можно предположить, что арабский фрагмент является переводом аннотированного ею текста. Если так, то это — единственное сочинение Гипатии, сохранившееся до наших дней».

Фрагмент картины «Афинская школа», Рафаэля Санти, где художник изобразил Гипатию

С 395 года Египет становится Византийской провинцией, управляемой императорским префектом. Александрия — третий по величине город империи (после Константинополя и Антиохии). Поскольку большинство населения Александрии в то время составляли христиане, большим влиянием в городе пользовался Александрийский патриарх. Язычество и христианские ереси разъедали единство Византийской империи, которая к тому же находилась под угрозой падения от нашествий варваров, поэтому в 391 году император Феодосий своим указом запретил отправление всех языческих культов. В Александрии под управлением патриарха Феофила началось разрушение языческих храмов, что вызвало столкновение между язычниками и христианами. Вероятно, в этот период была полностью уничтожено хранилище языческой мудрости — Александрийская библиотека. Гипатия в конфликте язычников и христиан сохраняла нейтралитет, т.к. среди её учеников были представители обоих религиозных лагерей.

Иллюстрация к роману Чарльза Кингсли «Ипатия». Художник Ли Вудварт Циглер

Иллюстрация к роману Чарльза Кингсли «Ипатия». Художник Байам Шоу

постановка «Гипатии» в лондонском Королевском театре (1893 год)

Актриса (возможно Мэри Андерсон) в роли Гипатии (1900 год)

В 412 году умирает патриарх Феофил и его место в результате внутрицерковной борьбы занимает Кирилл — племянник Феофила. Кирилл стремится к полноте власти в Египте и решительной рукой устраняет всех недовольных, опираясь на верных ему людей — монахов из Нитрийской пустыни и парабаланов (христианская община, члены которой добровольно ухаживали за больными и хоронили умерших от болезней, в надежде таким образом принять смерть во имя Христа). Кирилл успешно борется с еретиками и иудеями: церкви последователей Новациана (римский антипапа в 251—258 годах) были закрыты, а их имущество конфисковано, иудеи были изгнаны из Александрии и у Кирилла остаётся только помеха в борьбе за абсолютную власть в Египте — императорский префект Орест, ученик Гипатии. Однажды толпа сторонников Кирилла преградила путь колеснице Ореста и принялась оскорблять префекта, обвиняя его в язычестве. Поводом для слухов, что префект принял язычество, стали его симпатии к Гипатии. Защищаясь от брошенного обвинения, Орест сообщил монахам о том, что был крещен константинопольским патриархом Аттиком. Поскольку Аттик был союзником Иоанна Златоуста, противника Теофила (дяди Кирилла), то слова Ореста еще больше разъярили толпу. Противостояние кончилось тем, что один из монахов, Аммоний, бросил в Ореста камень, который попал префекту в голову. Аммоний был схвачен стражей и подвергнут пытке, от которой скончался. Кирилл провозгласил Аммония святым мучеником, за что патриарх подвергся критике со стороны умеренных христиан.
Поскольку противостояние напрямую с Орестом закончилось для Кирилла безуспешно, патриарх решить убрать с пути самого известного в городе союзника Ореста — Гипатию. По городу пошли разговоры, что именно она выступает против примирения патриарха и префекта, а потом появился новый слух: Гипатия якобы практикует черную магию. Слухи достигли желаемого Кириллом результата: мартовским днём 415 года толпа парабаланов напала на Гипатию, вытащила её из повозки и потащила в церковь. Разодрав на Гипатии одежду, христианские фанатики убили ее черепками битой глиняной посуды. Расчленив мёртвое тело, они сожгли его.

Чарльз Уильям Митчелл — Гипатия

Иллюстрация к роману Чарльза Кингсли «Ипатия». Художник Ли Вудварт Циглер

Уильям Мортенсен — Смерть Гипатии

Смерть Гипатии возымела свой эффект: после этого история умалчивает об Оресте. Кирилл сделался полновластным хозяином в Египте. После смерти Кирилл был признан святым. В «Житии святого Кирилла Александрийского» смерть Гипатии представлена совершенно иначе, чем было на самом деле:
«В Александрии проживала одна девица, по имени Гипатия, дочь философа Теона. Она была женщина верующая и добродетельная и, отличаясь христианской мудростью, проводила дни свои в чистоте и непорочности, соблюдая девство. С юности она была научена своим отцом Теоном философии и настолько преуспела в любомудрии, что превосходила всех философов, живших в те времена. Она и замуж не пожелала выйти отчасти из желания беспрепятственно упражняться в любомудрии и изучении книг, но в особенности она хранила свое девство по любви ко Христу». Убили ее «ненавидевшие мир мятежники». Нитрийских монахов, согласно житию, в городе тогда не было. Узнав о происшедшем, они «исполнились скорби и жалости к неповинным жертвам мятежа» и, придя в Александрию, чтобы защитить Кирилла, забросали камнями колесницу префекта.
Существует и другая версия гибели Гипатии, которую выдвинул Ари Алленби, который считает, что Гипатию убили не в 415, а в 416 году из-за конфликта по вычислению точной даты наступления Пасхи 417 года.
В соответствии с современной формулой, Пасха выпадает на первое воскресенье после первого весеннего полнолуния, т.е. полнолуние должно случиться или в сам день или вскоре после дня Весеннего равноденствия. Однако неизвестно, когда это определение было принято — все, что есть в наших руках, это церковные календарные таблицы четвертого — пятого веков. Римская церковь вычисляла Пасху исходя из 84-летнего цикла, а Александрийская — по 19-летнему календарю. Между двумя традициями существовали дополнительные разногласия: если первое весеннее полнолуние выпадало на субботу, то Александрийская церковь праздновала Пасху на следуюший день, а вот Римская церковь задерживала Пасху на неделю, до следующего воскресенья. Александрийская церковь была признана в 325 году Никейским Собором экспертом по датированию Пасхи (возможно, из-за практического «Синтаксиса» — знания знаменитой книги Клавдия Птолемея). Ари Алленби считает, что путём астрономических наблюдений Гипатия выяснила, что весеннее равноденствие выпадает на гораздо более раннюю дату (16 или 17 марта), чем принятое 21 марта. Об этом Гипатия сообщила префекту Оресту. Сообщение префекта в Константинополь могло подорвать доверие к Александрийской церкви в вопросе вычисления дня Пасхи и поэтому Гипатия была убита.
Конфликт Кирилла с иудеями Ари Алленби также связывает с разногласиями по вычислению дня Пасхи. Еврейская Пасха должна выпадать на первое весеннее полнолуние; христианское пасхальное полнолуние является ее прямым аналогом. В 417 г. еврейская Пасха в Александрии выпала на 17 марта — в тот же день как и Римское пасхальное полнолуние. Это заставило Кирилла заподозрить сговор Римской церкви и иудеев Александрии, именно по этой причине иудейская община Александрии была изгнана.

В 2009 году был выпущен испанский фильм «Агора», где роль Гипатии сыграла Рэйчел Вайс. Хотя, как уже сказано ранее, мы не можем ничего знать о научных взглядах Гипатии, в фильме она показана как убежденная сторонница гелицентрической системы Аристарха Самосского и создательница теории об элиптических орбитах планет. Фильм «Агора» вызвал шквал критики со стороны христиан, однако даже в христианской среде нашлись те, кто не воспринял фильм как антихристианский. Например, священник из Нью-Йорка Филипп Грей отметил, что христиане, которые узнали себя в фанатиках и убийцах из фильма, нуждаются в серьезном самоанализе. Гипатия, показанная в фильме, по мнению Грея, выглядит большей последовательницей христианства, чем её гонители, а финальная сцена, где Гипатия спокойно идет на смерть, вызывает ассоциации с путём Христа на Голгофу.

Рэйчел Вайс в роли Гипатии в фильме «Агора»

см. также Лучшие художественные фильмы о Древнем Египте

Гипатия (Ипатия) Александрийская

Ὑπᾰτία ἡ Ἀλεξάνδρεῖα


Портрет Гипатии (Ипатии) из Александрии, 1908

Дата рождения:

370 (?

)

Место рождения:

Александрия

Дата смерти:

415 год)

Место смерти:

Александрия

Научная сфера:

астрономия, математика, механика, философия

Известна как:

схоларх Александрийской школы неоплатонизма

Гипа́тия (Ипа́тия) Александри́йская (др.-греч. Ὑπᾰτία ἡ Ἀλεξάνδρεῖα; 370(?)—415) — женщина-учёный греческого происхождения, философ, математик, астроном. Преподавала в Александрии; схоларх Александрийской школы неоплатонизма

.

Биография

Образование Гипатия получила под руководством своего отца, Теона Александрийского, принадлежавшего к числу учёных Александрийской школы

.

Около 400 года Гипатия была приглашена читать лекции в Александрийскую школу, где заняла одну из ведущих кафедр — кафедру философии. Преподавала философию Платона и Аристотеля; также преподавала математику, занималась вычислением астрономических таблиц. Написала комментарии к сочинениям Аполлония Пергского и Диофанта Александрийского, которые до нас не дошли

.

Историк Сократ Схоластик характеризует Гипатию следующим образом

: Она приобрела такую учёность, что превзошла современных себе философов; была преемницей платонической школы, происходившей от Платона, и желающим преподавала все философские науки. Поэтому хотевшие изучить философию стекались к ней со всех сторон. По своему образованию, имея достойную уважения самоуверенность, она со скромностью представала даже пред лицом правителей; да и в том не поставляла никакого стыда, что являлась среди мужчин, ибо за необыкновенную её скромность все уважали её и дивились ей.

Смерть

Гипатия принимала участие в александрийской городской политике, имея влияние на главу города, префекта Ореста. Это обстоятельство вызывало постоянные трения с епископом Кириллом (впоследствии канонизированным), почему христианская община считала Гипатию виновной в возникшей в итоге смуте. В 415 году группа египетских христиан — парабаланов, сторонников епископа Кирилла, напала на Гипатию и убила её

.

Христианский историк Сократ Схоластик вину в смерти Гипатии возлагает на «некоего Петра»:

Оригинал Перевод, выполненный в Санкт-Петербургской духовной академии

ἐπεὶ γὰρ συνετύγχανε συχνότερον τῷ Ὀρέστῃ͵ διαβολὴν τοῦτ΄ ἐκίνησε κατ΄ αὐτῆς παρὰ τῷ τῆς ἐκκλησίας λαῷ͵ ὡς ἄρα εἴη αὕτη ἡ μὴ συγχωροῦσα τὸν Ὀρέστην εἰς φιλίαν τῷ ἐπισκόπῳ συμβῆναι. Καὶ δὴ συμφρονήσαντες ἄνδρες τὸ φρόνημα ἔνθερμοι͵ ὧν ἡγεῖτο Πέτρος τις ἀναγνώστης͵ ἐπιτηροῦσι τὴν ἄνθρωπον ἐπανιοῦσαν ἐπὶ οἰκίαν ποθέν• καὶ ἐκ τοῦ δίφρου ἐκβαλόντες͵ ἐπὶ τὴν ἐκκλησίαν ᾗ ἐπώνυμον Καισάριον συνέλκουσιν͵ ἀποδύσαντές τε τὴν ἐσθῆτα ὀστράκοις ἀνεῖλον• καὶ μεληδὸν διασπάσαντες͵ ἐπὶ τὸν καλούμενον Κιναρῶνα τὰ μέλη συνάραντες πυρὶ κατηνάλωσαν. Τοῦτο οὐ μικρὸν μῶμον Κυρίλλῳ καὶ τῇ Ἀλεξανδρέων ἐκκλησίᾳ εἰργάσατο• ἀλλότριον γὰρ παντελῶς τῶν φρονούντων τὰ Χριστοῦ φόνοι καὶ μάχαι καὶ τὰ τούτοις παραπλήσια. Καὶ ταῦτα πέπρακται τῷ τετάρτῳ ἔτει τῆς Κυρίλλου ἐπισκοπῆς͵ ἐν ὑπατείᾳ Ὁνωρίου τὸ δέκατον͵ καὶ Θεοδοσίου τὸ ἕκτον͵ ἐν μηνὶ Μαρτίῳ͵ νηστειῶν οὐσῶν

Так как она очень часто беседовала с Орестом, её обращение с ним подало повод к клевете , будто бы она не дозволяла Оресту войти в дружбу с Кириллом. Посему люди с горячими головами, под начальством некоего Петра, однажды сговорились и подстерегли эту женщину. Когда она возвращалась откуда-то домой, они стащили её с носилок и привлекли к церкви, называемой Кесарион, потом, обнажив её, умертвили черепками, , а тело снесли на место, называемое Кинарон, и там сожгли. Это причинило немало скорби и Кириллу, и александрийской церкви, ибо убийства, распри и все тому подобное совершенно чуждо мыслящим по духу Христову. Упомянутое событие произошло в четвёртый год епископства Кирилла, в десятый консульства Гонория и шестой Феодосия, в месяце марте, во время поста

.

Несмотря на слова Сократа Схоластика об ответственности чтеца Петра, позднейшие авторы вину за смерть Гипатии часто возлагают на Кирилла Александрийского (Отца Церкви, канонизированного святого). Так, в сборнике «Реформаторы церкви» (1970), наряду с упоминанием Кирилла как одного из величайших святых, отмечается: «Он, по крайней мере морально, ответствен за подлое убийство благородной язычницы Ипатии». Ф. Тиннефельд замечает: «Можно быть уверенным, что благородная и высокообразованная женщина была самой знаменитой жертвой фанатичного епископа». Такую же версию поддерживают разные авторы.

С. С. Аверинцев отмечает, что Гипатия могла быть принята за мага, что и стало причиной её смерти: «Одного нельзя сказать ни о смерти Сопатра, ни о смерти Максима, ни даже о много более трагической и несправедливой смерти Ипатии: нельзя сказать, что суеверные современники по невежеству приняли учёных за магов. Учёные сами выдавали себя за магов, и притом с глубоким внутренним убеждением. Конечно, они были жертвами суеверия, однако того суеверия, которое сами обосновывали и распространяли. Чем они не были, так это мучениками науки. В лучшем случае они были мучениками языческой религии»..

П. Ф. Преображенский отмечает: «…Христианская церковь чувствовала некоторую неловкость за кровавую расправу с Ипатией. Приходилось тщательно выгораживать Кирилла Александрийского, чтобы снять с этого признанного авторитета клеймо погромщика… По странной иронии судьбы Кирилл, этот ревностный и неутомимый борец за достоинство христианской Богоматери, как Девы и Матери не человека, а именно Бога, оказался идеологическим вдохновителем гнусного растерзания девушки…». По мнению Преображенского, образцовая жизнь и мученическая смерть Гипатии послужила прообразом для жития христианской мученицы Екатерины Александрийской, составленного около X века н. э. Житие св. Екатерины Александрийской почти в точности повторяет жизнь Гипатии. Обе женщины занимаются философией, математикой, астрономией, отличаются редкой красотой, чистотой, красноречием, и обе погибают мучительной смертью в руках разъяренной толпы. «Таким образом, жертва христианского фанатизма и изуверства превратилась в христианскую святую».

В наше время представители Церкви отрицают вину еп. Кирилла в трагической гибели Гипатии. А. Л. Дворкин в «Очерках по истории Вселенской Православной Церкви» указывает на отсутствие документальных источников, подтверждающих версию об ответственности св. Кирилла за гибель Гипатии: «Многие историки обвиняют в этом Кирилла, но нет ни малейших доказательств того, что это убийство произошло с его ведома и одобрения. Скорее всего, нет, ибо, при всем своем горячем темпераменте, он был против ничем не спровоцированного самосуда толпы»

.

Александр Мень отмечает, что «Кирилл не был непосредственным виновником этих преступлений, но нитрийцы ссылались на его авторитет»

.

Вскоре после смерти Гипатии многие из её учеников покинули город, что послужило началом упадка Александрии как научного центра

.

Философская и научная деятельность

Рафаэль Санти. Гипатия (деталь Афинской школы).

«Моё сердце томится по присутствию вашего божественного духа, которое более чем что-либо другое могло бы смягчить горечь моей судьбы». «О, моя мать, моя сестра, мой учитель, мой благодетель! Моя душа очень опечалена. Воспоминания о моих детях, которых я потерял, убивают меня… Когда я слышу вести о вас и узнаю, как я надеялся, что вы более счастливы, чем я сам, тогда я, по меньшей мере, только наполовину несчастен».

Из писем епископа Синезия к Гипатии

В прежние времена Гипатия представлялась языческой мученицей, которая была растерзана толпой за религиозную нетерпимость. Сегодня многие полагают, что Гипатия, наоборот, относилась лояльно к прочим религиям

.

Гипатия признавала примат разума над религиозными верованиями. Сближалась с Порфирием по вопросу об отсутствии субординации в трактовании трех основных ипостасей неоплатонизма, и расходилась с прочими неоплатониками в высокой оценке гражданских добродетелей

.

Гипатия не участвовала в юлианской реставрации древнего язычества; среди своих учеников имела духовных лиц из христиан. После смерти Гипатии Александрийская школа неоплатонизма превратилась в своего рода христианский богословский институт, просуществовавший до VII века. Синезий называл Гипатию «гениальным философским учителем».

Гипатия, как считается, изобрела или усовершенствовала некоторые научные инструменты: дистиллятор (прибор для получения дистиллированной воды), ареометр (прибор для измерения плотности жидкости), астролябию (инструмент для астрономических измерений, усовершенствовав астролабон Клавдия Птолемея) и планисферу (плоскую подвижную карту неба

).

Многие работы, приписываемые Гипатии, как считается, написаны в сотрудничестве с её отцом Теоном. Наиболее известны работы

:

  • комментарий к 13-й книге «Арифметики» Диофанта;
  • редакция третьей книги комментариев Теона к «Альмагесту» Птолемея;
  • редакция комментариев Теона к «Началам» Евклида;
  • комментарии к «Коникам» Аполлония Пергского;
  • «Астрономический канон».

Память о Гипатии

  • Имя Гипатии занесено на карту Луны.
  • в честь Гипатии назван астероид (238) Гипатия. открытый в 1884 году.
  • В 1720 году английский философ Джон Толанд посвятил Гипатии один из очерков своего «Тетрадима», характеризуя свою героиню, как «… добродетельнейшую, ученейшую и достойнейшую даму, разорванную на куски александрийским духовенством, чтобы удовлетворить гордость, завистливость и жестокость своего архиепископа, обычно, но незаслуженно называемого святым Кириллом». Против очерка Толанда резко выступил Клайв Льюис, называвший Гипатию «самым бесстыдным школьным преподавателем Александрии».
  • О Гипатии писал Вольтер. Чтобы яснее представить читателю облик Гипатии, он переносит александрийскую трагедию в современный ему Париж, где кармелитские монахи якобы растерзали некую парижскую красавицу за то, что она предпочитала Гомера поэме кармелита, посвящённой Магдалине.
  • Французский писатель XIX века Леконт де Лиль изображает Гипатию настоящим символом погибавшей эллинской культуры, последним воплощением «духа Платона и тела Афродиты».
  • Знаменитый английский писатель Чарльз Кингсли посвятил ей роман.
  • Олдос Хаксли использует сравнение с Гипатией в романе «Контрапункт»: «Очень мила, но далеко не Гипатия».
  • Гипатия (Ипатия) — один из главных персонажей повести украинского писателя Олеся Бердника «Прометей» (1970—1971 гг.).
  • Астрофизик и популяризатор науки Карл Саган в книге «Космос» подробно останавливается на истории гибели Гипатии, связываемой им с разгромом Александрийской библиотеки.
  • В романе Умберто Эко «Баудолино» описывается загадочное племя гипатий, они являются последовательницами Гипатии. Племя состоит из одних женщин, которые отличаются невероятной красотой и умом. Они утверждают, что являются потомками учениц Гипатии, которые после ее смерти бежали из Александрии.
  • В 2009 году режиссёр Алехандро Аменабар снял высокобюджетный фильм «Агора», рассказывающий историю Гипатии. Роль Гипатии исполнила Рэйчел Вайс.

Примечания

  1. 1 2 Сократ Схоластик. Церковная история, 7, 15.
  2. Гипатия.// Энциклопедия «Религия».
  3. Edward Jay Watts, (2006), City and School in Late Antique Athens and Alexandria. pages 197—198. University of California Press
  4. См. перев. с греческого, выполненный в Санкт-Петербургской духовной академии.
  5. ἐκκλησίας λαῷ — упущено в переводе
  6. τις ἀναγνώστης — слово упущено в переводе. Чтец, читающий в богослужениях тексты Священного Писания
  7. Διασπάσαντες — упущено в переводе
  8. μέλη — слово упущено в переводе
  9. «Скорбь» здесь — некорректный перевод греческого слова μῶμος, «хула, порицание, позор». У Сократа Схоластика фраза звучит так: Τοῦτο οὐ μικρὸν μῶμον Κυρίλλῳ καὶ τῇ Ἀλεξανδρέων ἐκκλησίᾳ εἰργάσατο; «Это навлекло немалую хулу не только на Кирилла, но и на Александрийскую церковь «, то есть убийство Ипатии создало повод для порицания александрийских христиан. См. также англоязычный перевод оригинального текста.
  10. Дешнер Карлхайнц. Криминальная история христианства; в 4 кн. Кн. 2. — М., 1999. — С. 178.// Цит. по: Владимиров А. Кумран и Христос. — М.: Беловодье, 2002. — С. 173.
  11. 1 2 3 4 5 6 Преображенский П. Ф. Вступление.// Кингсли Ч., Маутнер Ф. Ипатия. — Харьков: ИКП «Паритет» ЛТД, 1994.
  12. Соловьёв В. С. Гипатия.// Толковый словарь по философии.
  13. Гипатия.// Большая советская энциклопедия.
  14. Гипатия, Ипатия.// Атеистический словарь. Под общ. ред. М. П. Новикова. — М.: Политиздат, 1986.
  15. Штекли А. Гипатия, дочь Теона. — М.: «Молодая гвардия», 1971.
  16. Аверинцев С. С. Эволюция философской мысли.// Культура Византии. IV — первая половина VII века. — М., 1984, с. 59
  17. ПРАВДА И ЛОЖЬ «АГОРЫ»
  18. Дворкин А. Очерки по истории Вселенской Православной Церкви. — Нижний Новгород: Издательство Братства во имя св. князя Александра Невского, 2005. — 928 с.
  19. А. Мень. Кирилл Александрийский// Библиологический словарь
  20. Цит. по: Блаватская Е. Разоблаченная Изида.// Е. Блаватская; пер. А. Хейдока. — М.: Эксмо; СПб.; Мидгард, 2007. С. 719; См. также: Мирча Элиаде. История веры и религиозных идей. Том второй: от Гаутамы Будды до триумфа христианства. Перевод Н. Б. Абалаковой, С. Г. Балашовой, H. H. Кулаковой и A. A. Старостиной. — М.: Критерион, 2002.
  21. Sineseios. Epistulae, 137, 1525 A.
  22. Гипатия.// Энциклопедия «Кругосвет».
  23. Карл Саган. Космос. Эволюция Вселенной, жизни и цивилизации. — СПб.: Амфора, 2005. — С. 481—482.

Литература

  • Гипатия// Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Hypatia of Alexandria, internet-resources; на англ. яз.
  • Источники о жизни Гипатии: «Суда» (перевод с древнегреческого)
  • Agora: the «Reel» vs. the «Real» Hypatia
  • Hypatia, the flower of learning in Ancient Alexandria

Гипатия и астролябия (свидетельства)

  • The Letters of Synesius
  • Did Hypatia invent the Astrolabe?
  • Synesius, Catastasis

;Неоплатоники

Римская школа
II—III вв

Амелий • Аммоний Саккас • Плотин • Порфирий

Сирийская школа
III—IV вв

Дексипп • Сопатр Апамейский • Теодор Асинский • Ямвлих

Пергамская школа
III—IV вв

Евсевий Миндский • Евстафий Каппадокийский • Евфразий • Максим Эфесский • Приск • Саллюстий • Юлиан Отступник • Хрисанфий • Эдесий

Афинская школа
IV—VI вв

Гиерокл Александрийский • Дамаский • Домнин • Исидор Александрийский • Марин Неаполитанский • Плутарх Афинский • Прискиан Лидийский • Симпликий • Сириан Александрийский

Александрийская школа
IV—VI вв

Аммоний Гермий • Асклепий Тралльский • Гелиодор Александрийский • Гермий Александрийский • Гипатия • Давид Анахт • Иоанн Филопон • Немезий • Олимпиодор Младший • Синезий • Стефан Византийский • Эдесия

;Александрийская школа

Наука

Философия

Филология

Аполлоний Эйдограф • Аристарх Самофракийский • Аристофан Византийский • Дидим Халкентер • Зенодот Эфесский • Эратосфен Киренский

Литература

Аполлоний Родосский • Арат • Каллимах • Ликофрон • Феокрит • Филит Косский

Ипатия – душа Александрии
Чарльз Кингсли
Египет, V век н. э. Александрия, величайший город в дельте Нила, основанный Александром Македонским. Здесь жили и любили отдыхать ученые, поэты, философы. Многие столетия гостеприимные стены и раскидистые сады древнего города внимали великому искусству слова и мысли. Но все течет, все изменяется. Умирающий мир эллинской культуры давно уже подошел к порогу новой жизни.
В это смутное время сочетание воли, ума и обаяния обернулось тяжким бременем для хранительницы древних традиций, носящей греческое имя Ипатия. Имя это вошло в историю, став последним героическим символом былой мудрости, красоты и гармонии.
Известный английский писатель Чарльз Кингсли (1819–1875) посвятил легендарной женщине из Александрии роман, считающийся одним из лучших в его творчестве.
Чарльз Кингсли
Ипатия – душа Александрии
© ООО «Издательство «Вече», 2013
© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2016
Сайт издательства www.veche.ru (http://www.veche.ru/)
* * *
Об авторе
Чарльз Кингсли, английский писатель и проповедник, активный участник движения за социальные и экономические реформы, родился 12 июня 1819 года в деревушке Холн близ Дартмута (графство Девоншир), в семье священника. Учился в лондонском Кингс-колледж; заканчивал образование в Кембридже, в Магдалин Колледж (1842). По окончании учебы получил должность помощника приходского священника в Эверсли (графство Гэмпшир); там же вскоре стал пастором. До самой смерти Кингсли занимал в Эверсли пост пастора. Он также был каноником в Кембридже (1869–1873) и Вестминстере (1873–1875). Кроме того, Кингсли в 1860–1869 годах преподавал новую историю в Кембридже. 10 января 1844 года Кингсли женился на Фани Гренфелл, которая родила ему четверых детей. В обыденной жизни Кингсли отличался либеральными взглядами. Он был основателем Христианского социалистического движения, а также активно поддерживал рабочее движение (чартизм). Свои симпатии к угнетенным классам Кингсли проявил в первых рассказах, опубликованных в 1848 году в журнале «Фрейзерс мэгэзин». Еще сильнее эта симпатия прозвучала в повести «Элтон Локк, портной и поэт» (1849). Кингсли был противником сближения англиканской церкви с римско-католической. Он затеял публичную дискуссию на тему веры с преподобным Джоном Генри Ньюменом (будущим кардиналом Ньюменом). Дискуссия велась в виде писем на страницах журнала «Макмилланс мэгэзин». Позднее письма были опубликованы отдельным сборником. В 1869 году Чарльз Кингсли получил приглашение на должность духовника от самого принца Альберта, а затем стал духовником и его супруги, королевы Виктории. Умер Чарльз Кингсли в Эверсли 23 января 1875 года.
Широкой читающей публике Кингсли известен прежде всего как автор исторических романов и книг для детей. Последние делились на две группы: волшебные сказки и образовательные книжки. К категории волшебных сказок Кингсли относил и собственные пересказы древнегреческих мифов. Популярные книги для детей, которые создавал Кингсли, английские педагоги относили к числу лучших современных работ в этом жанре, поскольку кроме легкости и занимательности изложения эти произведения также решали вопросы теологического воспитания юношества. Пробовал Кингсли силы и в поэзии. В 1858 году увидел свет его поэтический сборник «Андромеда». И все-таки главной литературной заслугой Чарльза Кингсли остаются серьезные исторические романы, такие как «Херевард Бдительный», рассказывающий о жизни национального англосаксонского героя, возглавлявшего народное сопротивление в период нормандского завоевания Англии в XI веке.
Наибольшую популярность у читателей по обе стороны Атлантики обрели два исторических романа Кингсли, которые переиздаются и по сей день: первый, «Ипатия – душа Александрии» («Ипатия, или Новые враги под старой личиной»), посвящен жизни ближневосточной столицы в V веке н. э., события второго, «Вперед, на Запад!», относятся к эпохе правления королевы Елизаветы и повествуют о судьбе Эймиаса Лея, рыцаря из Барроу, отправившегося в Вест-Индию на корабле знаменитого пирата Френсиса Дрейка.
Анатолий Москвин
ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ ЧАРЛЬЗА КИНГСЛИ
«Трагедия святой, или Доподлинная история Елизаветы Венгерской» (Saint’s Tragedy, 1848)
«Элтон Локк, портной и поэт» (Alton Locke, 1849)
«Ипатия – душа Александрии» (Hypatia, 1853)
«Вперед, на Запад!» (Westward Ho! 1855)
«Херевард Бдительный – «последний англичанин”» (Hereward the Wake: «last of the English», 1865)
Глава I
Лавра
Это было в 413 году христианского летоисчисления, за триста миль от Алексадрии. На склоне невысокой цепи скал, окруженных песчаными наносами, сидел молодой монах Филимон. Позади него расстилалась безжизненная, беспредельная пустыня, тусклый цвет которой отражался в прозрачном голубом небе. У его ног струился песок, заливая необъятными желтыми потоками лощины и холмы; порой, когда поднимался легкий летний ветерок, песок окутывал бурыми дымчатыми облаками всю окрестность. На гряде утесов, сгрудившихся стеной над узкой котловиной, виднелись кое-где высеченные в камне гробницы и огромные старые каменоломни с обелисками и незаконченными колоннами, так и оставшимися в таком виде, в каком их бросили рабочие много веков тому назад. Вокруг них кучами лежал песок; кое-где он покрывал их верхушки, словно инеем. Повсюду царило безмолвие и запустение: это была могила мертвого народа в умирающей стране.
Полный жизни, молодости, здоровья и красоты сидел Филимон, погрузившись в раздумье. Он казался юным Аполлоном пустыни. Единственным одеянием ему служила старая овчина, стянутая кожаным поясом. Его длинные черные волосы развевались на ветру и блестели на солнце; все в его облике говорило о здоровой цветущей молодости: грубые мускулистые и загорелые руки, явно не гнушавшиеся тяжелого физического труда, высокий лоб и искрящиеся глаза говорили об отваге, воображении, страсти и казались неуместными в такой унылой обстановке. Что искало среди могил это прекрасное, юное человеческое существо?
Этот вопрос, вероятно, задавал себе и сам Филимон. Как будто отгоняя набегавшие грезы, он провел рукой по лбу и со вздохом приподнялся. Он стал бродить между скал, останавливаясь то у выступа, то над впадиной в поисках дров для той обители, откуда он пришел.
Но даже и этого жалкого топлива, состоявшего преимущественно из низкорослого сухого кустарника пустыни да деревянных брусьев из заброшенных каменоломен, становилось все меньше около Сетской лавры. Чтобы набрать дров, Филимону пришлось отойти от своего монастыря дальше, чем он это делал до сих пор.
У изгиба лощины его взору представилось невиданное зрелище. Он увидел храм, высеченный в скале из песчаника, а перед храмом площадку, заваленную старыми бревнами и сгнившими орудиями. Кое-где в песке белели оголенные черепа, принадлежавшие, вероятно, мастеровым, убитым за работой во время одной из бесчисленных древних войн. Игумен Памва, духовный наставник Филимона и, в сущности, настоящий его отец, – ибо из воспоминаний детства у юноши не осталось ничего, кроме лавры и кельи старца, – категорически воспрещал ему приближаться к этим останкам древнего языческого культа. Но к площадке вела широкая дорога, и множество сухих веток, видневшихся там, было настолько соблазнительно, что он не мог пройти мимо. Филимон хотел спуститься, набрать охапку и вернуться, а потом сообщить настоятелю о найденной сокровищнице и спросить его, разрешает ли он брать из нее и впредь.
Он начал спускаться, едва осмеливаясь смотреть на пестро окрашенные изваяния, красные и синие цвета которых, не поврежденные ни временем, ни непогодою, ярко выступали на фоне мрачной пустыни. Но он был молод, – а юность любопытна; и дьявол, – во всяком случае, в пятом столетии, – сильно смущал неопытные умы. Филимон слепо верил в дьявола и ревностно молился днем и ночью о спасении от его козней. Он перекрестился и воскликнул:
– Отврати взор мой, Господи, чтобы я не узрел эту суету сует!
А все-таки он взглянул… Да и кому бы удалось побороть искушение? Разве можно было оторвать взор от четырех исполинских изваяний царей, восседавших сурово и недвижно на своих тронах? Их огромные руки опирались о колени, а мощные головы, казалось, поддерживали гору. Чувство благоговейного трепета овладело молодым монахом. Он боялся нагнуться, боялся собирать дрова под строгим взглядом этих больших неподвижных глаз.
Около их колен и тронов были выгравированы мистические буквы, символы и изречения, – та древняя мудрость египтян, в которой был так сведущ Моисей. Почему бы и Филимону не ознакомиться с ней? Не были ли скрыты в ней великие тайны прошлого, настоящего и будущего того обширного мира, о котором он еще так мало знал?
Миновав царственные изваяния, Филимон залюбовался внутренним строением храма, – светлой бездной прохладных, зеленоватых теней, которые в анфиладе арок и пилястров постепенно сгущались в непроницаемую мглу. Смутно различал он на погруженных в таинственный полумрак колоннах и стенах великолепные арабески – длинные строки иллюстрированной летописи. Вот пленные в причудливых, своеобразных одеяниях ведут невиданных животных, нагруженных данью далеких стран; вот торжественные въезды триумфаторов, изображение торжественных событий, различных работ; вот вереницы женщин, участвующих в празднестве. Что означало все это? Зачем целые века и тысячелетия просуществовал великой божий мир, упиваясь, наедаясь и не зная ничего лучшего? Эти люди утратили истину за много столетий до их рождения… Христос был послан человечеству спустя много веков после их смерти… Могли они знать что-либо высшее? Нет, не могли, но кара постигла их; все они в аду – все! Возможно ли примириться с этой мыслью? Разве это божественное правосудие?
Подавленный множеством зловещих вопросов, по-детски неопределенных и неясных, юноша побрел назад, пока не достиг выступа скалы, у подножия которой была расположена его обитель.
Лавра была построена в довольно приятном месте. Она представляла собой двойной ряд грубо сложенных циклопических келий, ее окружала роща старых финиковых пальм, росших в вечной тени у южного склона утесов. Находившаяся в скале пещера разветвлялась на несколько коридоров и служила часовней, складом и больницей. По залитому солнцем склону долины тянулись огороды общины, зеленевшие просом, маисом и бобами. Между ними извивался ручеек, тщательно вычищенный и окопанный; он доставлял необходимую влагу этому небольшому клочку земли, который добровольный труд иноков ревностно охранял от вторжения всепоглощающих песков. Эта пашня была общим достоянием, как и все в лавре, за исключением каменных келий, принадлежащих отдельным братьям, и являлась источником радости и предметом заботы для каждого. Ради общего блага и для собственной пользы братья таскали в корзинах из пальмовых листьев черный ил с берега Нила; для общей пользы иноки счищали пески с утесов и сеяли на «искусственно созданной почве зерно, собирая затем урожай, делившийся между всеми. Чтобы приобретать одежду, книги, церковную утварь и все, что требовалось для житейского обихода, поучений и богослужения, братья занимались плетением корзин из пальмовых листьев. Старый монах выменивал эти изделия на другие предметы в более зажиточных монастырях на противоположном берегу. Каждую неделю перевозил туда Филимон старца в легком челноке из папируса и, поджидая его возвращения, ловил рыбу для общей трапезы.
Жизнь в лавре текла просто, счастливо и дружно, согласно уставам и правилам, чтимым и соблюдаемым чуть ли не наравне со Священным Писанием. У каждого была пища, одежды, защита, друзья, советники и живая вера в промысел Божий.
А что еще нужно было человеку в те времена? Здесь скрывались люди из древних городов, в сравнении с которыми Париж показался бы степенным, а Гоморра – целомудренной. Они бежали от тлетворного, адски испорченного умирающего мира тиранов и рабов, лицемеров и распутниц, чтобы на досуге безмятежно размышлять о долге и возмездии, о смерти и вечности, о рае и аде, чтобы обрести общую веру, разделить общие обязанности, радости и горести.
– Ты поздно вернулся, сын мой, – произнес настоятель, не отрывая глаз от работы, когда к нему приблизился Филимон.
– Сушняк стал редко попадаться; мне пришлось далеко уйти.
– Монаху не подобает отвечать, когда его не спрашивают. Я не осведомлялся о причине. Но где ты нашел эти дрова?
– Перед храмом, очень далеко от нашей долины.
– Перед храмом? Что ты там видел?
Ответа не последовало, и Памва поднял на юношу свои проницательные черные глаза.
– Ты вошел в него, тебя влекло к его мерзостям?
– Я… я не входил… я только заглянул.
– Что ты увидел?.. Женщин?
Филимон молчал.
– Не запретил ли я тебе заглядывать в лицо женщины? Не прокляты ли они навеки вследствие непослушания их праматери, через которую зло проникло в мир? Женщина впервые растворила ворота ада и осталась доныне его привратницей. Несчастный отрок, что ты наделал?
– Они были только нарисованы на стене.
– Так, – произнес настоятель, словно освободившись от тяжкого груза. – Но откуда ты знаешь, что то были женщины? Если ты не лгал, – а этого я не могу предположить, – то ведь ты еще никогда не видел облика дочери Евы.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *