Храм в переделкино отец илий

Московская область, станция Переделкино. Здесь, как правило, всегда много народу. С раннего утра сюда стекаются люди со всей России. Чтобы взять благословение, спросить совета, пообщаться, или просто постоять рядом со старцем Илием (Ноздриным). О его молитвенной помощи в народе ходят целые истории. Кто-то оказался в трудной ситуации, кто-то ради интереса занимает очередь и ждет своего часа. Многие не дожидаются…

Еще в машине мы с оператором Вячеславом увидели Георгия Богомолова. Это помощник старца Илия.

Мы с оператором Вячеславом здороваемся с Георгием и выгружаем технику: свет, камеры, удлинители и квадрокоптер, сумки и рюкзаки. Все это для того, чтобы передать настроение и атмосферу, которая царит в одном из самых посещаемых уголков нашей страны.

Мы не знали, состоится ли это интервью.

– В пятницу батюшка Первому каналу отказал. Как пойдет, посмотрим, – сказал Георгий.

Пока мы настраивали квадрокоптер Георгия уже окружила толпа народу. Он что-то рассказывал женщине, которая дала обет Богу. И видимо очень переживала из-за того, что обет не выполнит.

– У нас ничего невозможно, а Богу все возможно, – обращается Георгий к этой самой женщине. – Просто мы, выросшие в коммунистическую пятилетку привыкли так: вот сказали, должны построить и все. Город на ушах, все нервничают.

Квадрокоптер взлетает. На экране мы видим то, что могут увидеть только птицы: цветные купола, огромные кресты, лес, который раскинулся за храмовым комплексом.

Храм Спаса Преображения в Переделкине. Фото: Православие.Ru

День еще в самом разгаре, но мы перемещаемся в домик, где с минуты на минуту отец Илий в свои 83 года начнет принимать народ.

Здание располагается во дворе великолепной церкви Преображения Господня. Кстати, Спасо-Преображенский храм оставался одним из немногих действующих в Московской области в годы советской власти. Летом домик, где принимает батюшка, от солнца отчасти защищают могучие деревья. Сейчас вся территория просматривается на десятки метров вперед.

За большим столом собрались гости: женщины и несколько девушек. Все сосредоточенно дожидаются момента, когда один на один можно будет пообщаться со старцем.

– Про Бородино, про Куликовскую битву отдаем. Как на исповеди. Проблема и имя, – обращается к собравшимся людям Георгий. – И все. Некоторые и тридцать могут записать! Не думая, что при этом человек другой к батюшке не попал. То есть всегда помните о других. Бог воздаст, поверьте мне!

Отец Илий разговаривает с очередным посетителем. Вячеслав набирает картинку. Георгий контролирует ситуацию. Я пью чай.

– Завтра с часу до трех я вас жду. Люблю, обнимаю, целую! — обращается Георгий с кем-то у входа.

Так шли часы. Потом батюшка в сопровождении Георгия и помощника Дмитрия отправились в другой корпус. Мы продолжили набирать материал. Все без лишней суеты. Уже поздно вечером отец Илий вернулся к народу.

– Отец Илий может и до позднего-позднего вечера принимать, – рассказала помощница на кухне.

Разговорились с отцом Рафаилом (Романовым) — келейником старца Илия. Он автор и исполнитель знаменитой песни «Кто пчелок уважает». Наш разговор длится минут двадцать. В комнату, где мы беседуем, заходит отец Илий (Ноздрин).

Схиархимандрит Илий (Ноздрин). Фото: Православие.Ru

– Отец Илий, спасибо вам большое, что согласились дать интервью порталу Православие.Ru.

Первый вопрос: как сегодня людям рассказывать о Христе?

– Говорить, что мир создан Богом. Что наши догматы – только об Истине. Что есть Священное Писание, Библия – Новый Завет и Ветхий завет. Что наша жизнь в Церкви, прежде всего, основывается на Новом Завете, который продолжает Ветхий Завет. Ветхий завет – это время от наших прародителей Адама, Евы и до Рождества Христова. История нынешнего мира, цивилизации определяется Новым Заветом. Это очевидно, потому что мы даже летоисчисление начинаем от Рождества Христова.

Бог, Который создал мир, – он Хозяин всего мира. И всей жизни нашей

Еще говорить, что человек – венец творения, он выше всех. Вот как царь – раньше царь был – или как президент сейчас. Но любой правитель в истории правит в рамках своих возможностей. А Бог, Который создал мир, Вселенную – не только нашу планету, но и Солнце, и весь космос, – он Хозяин всего мира. И всей жизни нашей.

Человек, как высшее творение, особо устроен: как внешне, так и внутренне. Он имеет разум, эмоции и волю – первое и главное качество его души. И Бог сохраняет это.

Говорят: почему существует зло? Зло есть. Но зло – это нарушение воли Божией и отступление от воли Божией. Первое зло случилось в ангельском мире, когда часть ангелов отступилась от Господа. Они восстали против Бога и своим отступлением потеряли то достояние, которое у них первоначально было. Так они стали демонами. Это злые духи. И они постоянно борются с Богом. Но сила, естественно, остается у Бога. Господь по Своей Премудрости не полностью еще их изолировал. Сказано в Евангелии: Сатана, как молния, был сброшен с неба. И он продолжает свои злодеяния – нельзя это не учитывать.

Несчастные те люди, которые не учитывают бытие Бога и не учитывают наличие темной силы

Несчастные те люди, которые не учитывают бытие Бога и не учитывают наличие темной силы. Потому и терпят очень много бед. Конечно, теряют очень многое.

– Отец Илий, сейчас активно пропагандируются нетрадиционные отношения между полами. Просто настоящие рекламные кампании порока ведутся. И вообще отношения между людьми сводят к инстинктам. К чему это приводит?

– Мы знаем, что всё хорошее от Бога. Всё! И сам мир во всем своем величии и красоте – от Бога. Жизнь человека, который живет с Богом, проходит в равновесии сил душевных. Да и физических тоже. Как Сам Бог вечен, так и жизнь человека предназначена к вечности. Но существуют и темные силы. Нельзя решать проблемы, не учитывая наличие Бога, Его доброй воли, Его всемогущества и Его любви к человеку. Но никогда человек не сможет выстроить свою жизнь правильно, если он не учитывает существование в истории и темной силы. А сколько будет длиться этот теперешний период жизни нашей планеты, когда Бог придет судить – мы не знаем.

Чтобы человек не был с Богом – это искушение от диавола, это его вмешательство в нашу жизнь

В мире этом два главных полюса: жизнь в Боге, жизнь с Христом – и отрицание Бога. Но чтобы человек не был с Богом – это искушение от диавола, это его вмешательство в нашу жизнь. Тогда человек находится под пятой темной силы. Он отходит от правильного понятия – понятия Божественного. Но не приходит и к понятию противному, то есть демоническому. Он бродит, как в потемках. Он разное избирает себе, понятия разные, образ жизни, идеи – и все не то. Это как блуждание в потемках. Непонимание самим человеком сути всего происходящего вокруг.

Схиархимандрит Илий (Ноздрин). Фото: Православие.Ru

– Батюшка, а как научиться молитве? И как правильно молиться?

– Во-о-от, дорогие, здесь нет высшей математики. Что такое молитва? Молитва – это беседа с Богом. Мы питаемся каждый день; когда приходится по-иному, то и не каждый день. Поддерживаем свое физическое существование до наших последних минут жизни. Но жизнь духовная, настоящая выходит за рамки этого мира – это и есть наши отношения с Богом, и они происходят через молитву.

Прежде всего мы должны правильно понимать суть нашей жизни, то есть знать, что нужно для того, чтобы, как сказано в Евангелии, наследовать жизнь вечную. Господь Спаситель Сам конкретно сказал об этом: возлюбить Бога всем сердцем, всей крепостию, всем помышлением. И ближнего, как самого себя. Когда человек это исполняет, тогда всё становится на свои места. Правильная расстановка жизни – как ежедневной, так и всей в ее последовательности. Правильно осуществить свое назначение в этом мире.

– Западные СМИ в течение уже многих лет формируют определенный образ России – и это образ крайне непривлекательный: страна-агрессор, воплощение зла… Должны ли мы, русские люди, на это реагировать? И если должны, то как?

Стараются спровоцировать Россию, проявляя свое недоброжелательство, и вызвать ее на какой-то конфликт

– Нужно понять, прежде всего, что каждая страна ведет свою политику и всей своей внутренней жизнью; и она, естественно, защищает свой образ жизни. Наша Россия всегда ставила себе за правило: избавлять не только себя. А попытки подчинить наше Отечество неоднократно предпринимались иными странами и силами. Начиная с монголов, продолжая Наполеоном, Гитлером. Они смотрели на Россию как на место, от которого можно что-то возыметь. Естественно, что наше время – не исключение. На нас смотрят с громадной завистью. Всегда существовала у человека от его испорченности зависть. Это было и в Первую мировую войну, и во Вторую мировую войну. Сейчас ситуация поворачивается тем же краем. Стараются спровоцировать Россию, проявляя свое недоброжелательство, и вызвать ее на какой-то конфликт.

Мы видим по недавней смуте в Малороссии – западном рубеже нашей России. Насколько они просто-напросто вызывающе действовали. В частности, не раз бомбили Ростовскую область. Конечно, выдержка была у нашего Президента. В другом случае это вызвало бы большие осложнения, даже военные. Поэтому и сейчас они считают, что мы виноваты. Стараются показать это перед другими народами. В чем наша вина? Допустим, многие сейчас говорят про Крым. Но Крым – это подлинная часть нашей России. Но мало знают, какой великой была наша Россия. Причины понятны: была революция, Ленин. Он не вождь – он разоритель, предатель и убийца. Из-за него Россия пострадала ужасно. И он устроил геноцид русской нации, русского народа. Из-за него погибли десятки миллионов людей, когда убивали без суда, без следствия. Как Государя убили – по проискам, которые строил этот Ульянов. Злодей в полном смысле слова. Он ненавистник русского народа. Он говорил своим картавым языком, что если останется 10% русских, тогда мы добились своего. Это злодей из злодеев. Его давно выбросить нужно из мавзолея. Через него Господь не дает нам полного развития нашего Отечества – пока не вынесен, не выброшен он из пределов центра нашей России – Москвы.

Многие с подозрительностью смотрят на нас, потому что остается еще прокоммунистическая часть общества. Остался в какой-то степени еще коммунизм. И боятся, что это вызовет большие конфликты, большие неприятности. Наша насущная задача – как можно скорее вынести его, выбросить из Кремля. И это сгладит очень многие напряжения и сгладит подозрительное отношение к России. Мы тем самым покажем, что отходим от коммунизма. Конечно, те, которые слишком начинены этой коммунистической идеей, – они против. Если бы не они, он давно был бы уже выброшен. Эти фанатики находятся под воздействием действительно сатанинской идеи коммунистической, они слишком держатся за… нет, только не вождя. Он губитель. И лучшего слова нет. Ведь геноцид был нашей нации и всей России.

Вот это один из самых важных моментов, из-за которого многие люди смотрят подозрительно на нашу Россию великую, на наше благосостояние. Они думают, что может опять через коммунистов произойти, возможно, новая война, конфликты и всякие неприятности.

Схиархимандрит Илий (Ноздрин)

– Отец Илий, вот проблема – аборты. Мы, с одной стороны, говорим о себе как о великой православной стране – и то, что мы действительно православная страна, особенно проявляется на Пасху, Рождество и в большие праздники. Но, с другой стороны, мы почти лидеры по числу абортов. Как с этим бороться?

– Причина, как я уже сказал, – это революция. Это потеря той морали, той нравственности, которые имела наша Россия, наше Отечество. Устои, крепкие устои нашей семьи, нашего положения, вообще нравственности. Но всё это стало нарушено, когда был брошен лозунг: долой совесть, долой семью. Мне дядя говорил про эти коммунистические затеи под девизом: все дозволено. Это повлекло большое разорение. И сейчас наше Отечество отстало в численности населения. Великий наш ученый Менделеев говорил: около миллиарда должна иметь наша Россия. Сколько она потеряла! Понимаете? Потому что был подрыв морали. «Грабь награбленное!» Бандитизм и всякое нарушение совести, сделка с совестью, с моралью. Вот это самая главная причина потери крепкой семьи, множества абортов…

Когда будет выброшен этот гадкий труп – лучше его нельзя назвать, – тогда Россия пойдет своим правильным путем, правильным направлением.

– Сегодня не редкость, что стариков-родителей отдают в дома престарелых, когда не хотят за ними ухаживать. Какой совет вы могли бы дать таким людям?

– Это все то же самое – потеря морали, потеря совести, потеря благочестия. Надо почаще заглядывать в басни Крылова. Сколько он обличает наше поведение! Люди совершенно не понимают, кто их родил, кто их воспитал. Теряют такое отношение к родителям. Это грозит очень страшным, утратой семьи нормальной. Если они оставили родителей, то будут ли у них настоящие дети, которые смогут им помочь, найти для них время, когда они сами станут стариками? Смогут ли вообще помогать им в старости?

– А какой бы вы могли совет дать таким детям?

Должна быть вера. Должен быть страх Божий

– Прежде всего, должна быть вера. Должен быть страх Божий. Понятие, что они будут такими же – окажутся в возрасте и в старости. Хорошо еще, если будут. А может и не быть таких хосписов, домов престарелых.

– Отец Илий, в последнее время все чаще поднимается вопрос об отмене Юлианского календаря. Видите ли, Новый год – самый радостный праздник – выпадает на дни, когда надо поститься. Что бы вы могли сказать тем, кто так сильно хочет отмены Юлианского календаря?

– У нас два календаря: старый стиль и новый стиль. Старый стиль – это Юлианский календарь: назван по имени Цезаря Юлия. Новый календарь, новый стиль – Григорианский. Ввел его папа Григорий: он решил точным его сделать, когда заметили, что наше летоисчисление отстает от астрономического, – монах какой-то это подсчитал. Юлианский календарь отстает от григорианского, нового календаря на несколько дней. Через много лет разница будет не 14 дней, а, очевидно, 15 дней. Но здесь, конечно, вопрос устоев. Они складываются годами. Вот, например, у нас есть старообрядцы. После реформы патриарха Никона они остались дониконовскими. Патриарх Никон заметил, что греки крестятся тремя перстами, а в России – два перста. Крестимся в честь святой Троицы тремя перстами. А старообрядцы крестятся двумя перстами: как два естества во Христе. Пальцами мы показываем так же и при крещении, что два естества во Христе: Божественное и человеческое. Когда резко повел свою реформу патриарх Никон, то, безусловно, возникло такое разделение – очень уж многие отреагировали так на эти резкие реформы. Так и с календарем, по которому Пасхалии очень точно подсчитаны. Замечательный ученый-богослов Василий Васильевич Болотов однажды, коснувшись темы календаря, около двух часов, не сходя с кафедры, вел лекцию.

Если реформы делать сейчас, переводить жизнь церковную на новый календарь – это, конечно, повлечет многие недоразумения. Поэтому не время еще этим заниматься!

(Окончание следует.)

Личный духовник патриарха Кирилла призвал всех россиян присоединиться к общему обращению к Богу в молитве.

«Братья и сестры!

Это не просто предупреждение личного духовника патриарха Московского и всея Руси Кирилла и духовника братии Оптинской пустыни, пережившего мальчишкой невзгоды и трагедию Великий Отечественной войны. Это призыв 87 летнего духоносного старца схиархимандрита Илии. Старец призывает каждого из нас усилить молитву как домашнюю по соглашению в 16.00 местного времени. Это обращение к Богу много времени не займёт, но потребует сильнейшего душевного переживания. Только представьте себе, о чем в «колокола бьет» не только старец Илия, но и Афонские старцы, призывающие читать ежедневно акафист Казанской Божией Матери, защитницы России.

Вот-вот все рванет, и извне, но более опасен для России всегда был враг внутренний. И тогда не нужно уже будет многое нам: ни сотовые, ни квартиры, ни образование детям, ни машины, ни отдых комфортабельный за границей, ни растущие цены на продукты, ни даже так отдалившаяся пенсия, ни многое другое… А только мир и жизнь, которые мы перестаём ценить, и не смолкает внутренний и не только безмолвный ропот и недовольство.

Так настроим свои часы на 15.55 на каждый день, хотя бы неделю и уединимся на 5 минут и прочтём сердечно с вниманием и покаянием коротенькую молитву о спасении России и нас, грешных.

А в воскресный день исполним четвертую заповедь Божию и наполним храмы молитвой благодарения Господа нашего Иисуса Христа и едиными устами восхвалим Имя Его святое!

Не будьте безразличны, не отмахивайтесь, потом будет поздно….

Господь по молитве нашей соборной и отведёт беду и ещё даст нам спокойной мирной жизни в Боге. МОЛИМСЯ ЗА РОССИЮ: Молитва дана о. Илием после Литургии на патриаршем подворье в Ново-Переделкино. Батюшка просил каждого молиться за Россию из-за сложного положения. С каждого присутствующего в храме брал обещание, что человек будет молиться сам и передаст эту молитву близким и знакомым».

о. Илий. Сугубая молитва. Молитва за Россию: «Господи, прости нас грешных и помилуй, и избавь страну нашу Россию от внутренних ссор, распрей, раздоров, глада, мора, разрухи, войн с иноземными захватчиками по бесконечному Твоему милосердию. Даруй на земле нашей мир и благоденствие. Аминь».

Справка авторов сайта www.peredelkino-land.ru

К знаменитому старцу отцу Илию раньше ездили в Оптину пустынь. Но с 2009 г., когда Поместный собор избрал его духовником Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла, попасть к нему можно в Центре Православного Наследия Переделкино, в составе которого несколько храмов и летняя резиденция Святейших Патриархов.

Расписания пребывания отца Илия нет. Находится ли он в Переделкино, можно узнать, позвонив по телефону храма +7 495 435-53-67 или помощнику батюшки Георгию Богомолову +7 920 871-71-62.

Смотрите страницы сайта о том, как добраться, что такое Переделкино. Схема заповедного Переделкина .

* * *

«ГЛАВНОЕ – ЖИТЬ ПО-ХРИСТИАНСКИ»

Старец Илий об ИГИЛ, простоте русского человека и правильном понимании жизни

Никита Филатов

Как два журналиста – русский и американец – ездили в Переделкино к старцу Илию, чтобы задать ему вопросы, волнующие сегодня многих людей.

К этому интервью готовилась вся редакция. За день до него в кабинете руководителя мы долго обсуждали, что спросим у старца. Отцу Илию (Ноздрину) 83 года – возраст почтенный, и просто так тревожить батюшку неправильно. Но старец до сих пор принимает народ, который приезжает к нему со всех уголков нашей страны, да и со всего мира.

Со мной поехал коллега – журналист английской версии нашего портала Джесси Доминик. Он американец, православный, окончил семинарию.

Если собираешься брать интервью у старца – будь готов к трудностям или искушениям. Они начались на Киевском вокзале. Электричка в Переделкино должна была отправиться в 12:22. Мы приехали за семь минут до отхода поезда. И началось!.. Беготня по перронам, поиск нужного состава… Пассажиров было так много, что в вагоне мы оказались только в 12:30. Нам повезло: электричка задержалась.

И вот мы в Переделкино. У храма нас встретил Георгий Богомолов – помощник отца Илия. Он одновременно и строгий, и добрый. Всегда приветлив, но злоупотреблять его добротой никому не советую. Нам он подарил по книге и предложил согреться и попить чаю. Отец Илий пока никого не принимал – совершал Таинство Крещения.

Батюшку мы дожидались в храме во имя святого благоверного великого князя Игоря Черниговского и Киевского. Будний день, народу в храме не очень много. Литургия закончилась. Просто наблюдать, как молится батюшка, – уже радостно.

Старец читает молитву. За спиной отца Илия мужчина держит ребенка на руках. Пока старец молится, малыш пытается дотронуться маленькой ручкой до его спины.

Но вот Таинство завершено. С амвона старец обращается к народу с напутственным словом. Его снова окружают люди. Отец Илий, кажется, готов выслушивать просьбы, вникать в проблемы абсолютно каждого человека. С одной женщиной он говорит минут 20. Георгий Богомолов просит народ поберечь батюшку: он с раннего утра на ногах. Люди понимающе молчат, но расходиться никто не собирается. Меньше чем через три часа начнется праздничная вечерняя служба. На отдых у отца Илия времени уже практически не остается. А народ всё прибывает… Мы с Джесси как-то не очень уверены, состоится ли беседа со старцем.

Выходим из храма и направляемся к домику, где обычно отец Илий принимает народ. По дороге нам удается получить благословение.

Домик батюшки уютный и теплый. Каждому предлагают чай и угощение.

Обычно у отца Илия вслух читают духовную литературу. Он в это время принимает очередного человека. Уверен: многие ответы на свои вопросы можно получить и до беседы со старцем. Не раз замечал, что фраза, например, случайно оброненная Георгием, оказывалась к месту.

Я отдал батюшке подготовленные и распечатанные вопросы. Отец Илий внимательно ознакомился с ними. И вот его ответы.

***

– Россия объявила войну ИГИЛ. Батюшка, что бы вы могли сказать тем, кто поднимает истерику и говорит, что террористы начнут мстить нашей стране на ее территории?

– ИГИЛ не слушает никого. Они делают, что хотят. Ничего, у нас есть сила. У нас есть защита, мы можем защититься.

А те, кто поднимает истерику, пускай сами и смиряют ИГИЛ. Они по категории социальной равны ИГИЛ.

– Всё больше стран, в том числе и православных, где государственная власть участвует в дехристианизации народа: принимаются «антидискриминационные законы», защищающие содомию; под охраной полиции проводятся гей-парады, например в Сербии. Что, на ваш взгляд, происходит?

– Это провокация. Это провоцируют специально. В Сербии этого не было. Всё было сделано, якобы сербы были такие. Всё переворачивается с ног на голову.

– Батюшка, папа Римский сегодня выступает везде: в ООН, на международных встречах… А голос Православной Церкви звучит не так громко.

– Будет, может, со временем. Потому что был у нас государственный атеизм. Он не давал России свободно выразить свое мнение. Церковь не могла себя защищать. Она была ограничена в своих действиях. Да и сейчас у нас, собственно, много коммунистического. Поэтому Церковь еще не вышла из окопа по-настоящему, поскольку у нас еще много коммунистов, которые держат этого проклятого Ленина.

– А молодежь сегодня вообще не знает о Православии…

– Да они знают! Знают! Просто не хотят. Так их настроили атеистически. У нас был государственный атеизм. Церковь опорочили. Лили грязь на Церковь 80 лет. Поэтому молодежь верит всему этому. Самое страшное, что преподавательский состав, профессура – все они воспитаны в атеизме. Они и молодежь так же оболванивают. Так же и в семьях. Вырастают семьи, где Церкви нет. Семьи не воспитывают детей своих по-нормальному. Нет понимания жизни.

– Какова, на ваш взгляд, роль России в современном мире?

– Как и всегда, как и во все времена. Бог дал каждому человеку место жительства. Всё необходимое, возможности, чтобы прожить в стране жизнь. Россия хочет жить как православная страна, законным путем. Она не выходит из рамок своих. Как и любое цивилизованное государство. Чтобы исполнять нормы моральные и нормы политической жизни.

– Святые Николай Японский и Иоанн Шанхайский смогли перевернуть мировоззрение сотен тысяч людей в Японии, Китае, странах Европы и в США. Всего два человека смогли достучаться до многих и многих. Что могут сделать простые прихожане, чтобы улучшить духовно-нравственный климат вокруг себя?

– Как и все. Ну что можно? Сделай, как вот святой Серафим Саровский говорит: мир создай себе в душе! Посей мир в душе – и многие сотни вокруг спасутся. Главное – жить по-христиански. На Западе есть католический апостолат мирян. Есть проповедь. Если ты знаешь хороших людей. Мы знаем, что есть Бог, что есть Истина. Правильно жить. Чтобы человек себе создал нормы правильной жизни. Чтобы он не страдал и не мучился душой от внутренних грехов своих. Совершенно очевидно: есть Бог, есть диавол. И сказано в Священном Писании: идут многие в муку вечную! Если человека мучают, допустим, десять минут, час мучают – это страшно, да? А если человек попадет в вечные мучения? Этого отрицать нельзя. Как человека праведного, понимающего отвернуть? Не допустить до этого. Нас Евангелие учит, чтобы человек жил правильно. Церковь всегда говорила, чтобы человек жил нормально, духовной жизнью. Боролся с диаволом, который «яко лев рыкает и хочет поглотить».

– В чем, на ваш взгляд, красота, глубина и загадка русской души, о которой так любят говорить иностранцы?

– Простота русского человека. Доверчивость. Почему революция победила? Сказали: «Сложите оружие» – складывают. Всё обманом, на лжи. Революция на лжи, деньгах и простоте русского человека.

– Батюшка, что бы вы могли сказать молодежной аудитории нашего портала?

– Молодежь должна следовать совести и закону Божию. Вот так!

***

После интервью мы с Джесси поговорили с батюшкой, задали личные вопросы. Отец Илий обратил особое внимание на увлечение футболом, природу этой игры, причины страсти к ней.

Через десять минут возвращались в редакцию. Шли к электричке довольные и счастливые. На улице толпились люди. И слышался самый популярный в Переделкино вопрос: «А старец Илий принимает?»

Со схиархимандритом Илием (Ноздриным) беседовал Никита Филатов

14 октября 2015 года

* * *

Видео. Старец монах Илий Ноздрин

о будущем России

* * *

КОММЕНТАРИИ ЧИТАТЕЛЕЙ

2015-10-14
22:33

Михаил Бондаренко:
О футболе…Все просто… Интересоваться и заниматься для здоровья — одно, быть фанатом, когда страсть управляет человеком — другое…Дальше думайте и анализируйте сами!

2015-10-14
22:13

Алексей:
А что с футболом? Смотреть или заниматься?

2015-10-14
20:36

михаил:
да!

2015-10-14
19:40

валера:
Спасибо за статью.Спасибо отцу Илии.

2015-10-14
18:47

2015-10-14
18:41

Елена:
Пожалуйста, уважаемый Никита Филатов, раз уж затронули тему о футболе, напишите, что говорил старец. Это важно многим, у меня два сына занимаются футболом.

2015-10-14
18:26

ТАМАРА:
МНОГАЯ И ДОЛГАЯ ЛЕТА О. ИЛИЮ И ВАМ,НИКИТА.СПАСИ И СОХРАНИ ВАС ВСЕХ,ГОСПОДИ.

2015-10-14
18:23

Светлана:
Кому надо попасть к батюшке, тот попадёт.Я вот попала очень легко. Не загадывала даже. Меня подруга просто перед фактом поставила. Едем к батюшке. Одним днём собрались, и поехали. Помолились на литургии, потом, когда батюшка отдыхал, читали акафисты.когда батюшка начал принимать, меня практически одну из первых келейник позвал к батюшке. И в домике у батюшки и чай, и пирожки необыкновенно вкусные. Хотя я и не избранная какая. Господь так устроил.Мы когда ждали, келейник на рассказывал, что кто-то по несколько раз приезжает, попасть к батюшке не может. Так вот тоже бывает. Я заранее ничего не загадывала. Представляла как трудно к батюшке попасть. Просто молилась, и верила,будет воля Божия, поговорю с батюшкой. А когда воля Божия есть, все легко устраивается.Слава Богу за все!

2015-10-14
17:34

Святослав Рязанцев:
Нормальные люди, которые любят футбол, а не воспринимают игру, как повод напиться и подраться, и ходят на стадион, чтобы насладиться игрой команд, выплеснуть эмоции. А потом идут на площадки и играют, ведут здоровый образ жизни. Я думаю, что будь выбор у любого родителя — куда пойдет сын — во двор играть в футбол или в на хату колоться или пить пиво, все выбрали бы первое.
Дальше. Так однобоко и негативно воспринимают футбол только люди, которые в нем не разбираются и разбираться не хотят. Таким бы вообще все запретить на свете. И наступит благодать. А меж тем, человек, с детства интересующийся и занимающийся футболом, расширяет свой кругозор и углубляет познания во многих областях — географии, языках, медицине, истории, финансах, тактике, стратегии и многом другом.Из личного опыта могу отметить, что люди, активно проявляющие интерес к футболу, намного умнее, грамотнее и рассудительнее тех, кто говорит, что футбол — это просто беготня 22 придурков за одним мячиком и фанатики в метро вечером.

2015-10-14
17:09

Влад Кузьменков:
всякий вид спорта на котором делают деньги ,и есть страсть

2015-10-14
16:52

Ирина:
«Домик батюшки уютный и теплый. Каждому предлагают чай и угощение.» Избранным наверное предлагают. Но уж точно не простым людям….
Мы с дочкой (9 лет) были в воскресенье в Переделкино, немного запоздали на раннюю службу, потому что приехали из Нижнего Новгорода, решили отстоять и помолиться ещё и на поздней Литургии.
Потом вышли из храма и пошли по тропиночке к батюшкиному домику. На крыльцо резко вышла инокиня и строго спросила как мы сюда попали и ходим без спроса.
Мы извинились и сказали, что приехали просить молитв батюшки Илия. Нам сказали покинуть территорию, якобы потому что батюшка отъехал. (хотя предварительно мы в храме узнали, что батюшка на месте, только накануне не принимал).
Ушли мы не солоно хлебавши и расстроились. Никто никакого чая с угощением нам не предлагал :))
Пошли мы в местную пирожковую и там попили, а потом уехали домой….Грустно…Второй раз уже приезжаем и всё напрасно. И причащаемся накануне у себя в городе и благословение на поездку берём и сами усиленно молимся, но…

2015-10-14
15:07

Мария Ф:
Преподобный старец Варсонофий Оптинский так говорил о футболе: «Не играйте в эту игру и не ходите смотреть на нее, потому что эта игра также введена диаволом, и последствия ее будут очень плохие»
Посмотрите на ребят-ультрас, которые поливают друг друга помоями, устраивают массовые драки!
Я, живя в Москве, иной раз опасаюсь ездить в метро вечером, и когда вижу массу полиции на определенных станциях, понимаю — сегодня матч…

2015-10-14
14:26

Константин:
Про футбол действительно интересно!

2015-10-14
14:00

Евгения:
Марии
«Не так» со спортом вообще, потому что «выше, быстрее, сильнее».
Да здравствует физкультура!

2015-10-14
12:58

Галина Ганичева:
Слава Богу за всё!

2015-10-14
12:56

Вероника:
Дорогой батюшка!

2015-10-14
12:38

Алексей:
Спасибо Вам за Ваш труд (статью), большая благодарность Старцу Илию.
Если у Вас будет возможность, напишите (может быть тут в комментариях), что Старец Илий сказал про футбол?
Думаю многим будет интересно, у многих дети занимаются в секциях.

2015-10-14
12:07

Мария:
а что «не так» с футболом?..

Оригинал материала: Православие.Ру

Схиархимандрит Илий (Ноздрин)

«У нас есть сила. У нас есть защита. Мы можем защититься”

«Россия хочет жить как православная страна, законным путем. Она не выходит из рамок своих”

«Молодежь должна следовать совести и закону Божию. Вот так!”

Со схиархимандритом Илием (Ноздриным)

Великий пост, который в этом году начался 23 февраля, для верующих — не только воздержание от определенной пищи, но и время особых духовных испытаний. В общении со священнослужителями кто-то задает вопросы о душе, о жизни, кто-то стремится укрепить веру, а кто-то получить наставление и надежду на исцеление.

Об отце Илие говорят, что он один из тех праведников, на которых держится мир. Их называют старцами, и они всегда занимали особое положение в русской православной церкви.

Люди со всех уголков страны приезжают к ним за помощью, исцелением, благословением, наставлением, каждое слово старца воспринимают как пророчество. Считается, что его молитва обладает двойной силой, потому как это молитва просветленного.

К знаменитому старцу отцу Илию раньше ездили в Оптину пустынь. Но с 2009 г., когда Поместный собор избрал его духовником Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла, попасть к нему можно в Патриаршей резиденции в подмосковном Переделкино.

Преображенский храм в Переделкино —
резиденция Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла

В Преображенском храме рассказали, что расписания приезда отца Илия нет, добавив, что в первые две недели Великого Поста он обычно не приезжает. Находится ли он в Переделкино, можно узнать, позвонив по телефону храма +7 495 435-53-67 или помощнику батюшки Георгию Богомолову +7 920 871-71-62. Также на сайте «Одинцово-ИНФО» читатели делятся информацией, когда о. Илий бывает в Одинцовском районе.

Старец Илий

Говорят, чтобы попасть к отцу Илию, люди приезжают в Переделкино ни один раз. Но верующие не отчаиваются, так как считают, что встреча произойдет тогда, когда должна произойти, по воле Божьей. В день старец принимает всего несколько человек — беседы занимают много времени. Да и приезжает он почти всегда только на богослужение, а принимает после него.

Как добраться до храма в Переделкино

На автобусе № 468 со станции «Одинцово» до платформы «Переделкино».

На электричке (или автобусе) со станции «Одинцово» до станции «Баковка». Далее — пешком, пересекая Минское шоссе, вдоль асфальтированной дороги, соединяющей Минское и Боровское шоссе.

На электричке из Москвы до станции «Переделкино» с Киевского вокзала ехать примерно 20 минут.

До Преображенского храма от станции «Переделкино» нужно идти по ходу движения электрички вдоль автомобильной дороги, пути не переходить. У переезда повернуть направо. Дальше пройти через ворота — храм резиденции будет слева от вас. Проходить на территорию подворье нужно через арку, которая слева от храма.

На машине в Переделкино можно добраться по Боровскому или Минскому шоссе. Из Одинцово через Лесной городок выехать на Минское шоссе, развернуться на ближайшей развязке в сторону Москвы, и в районе деревни Баковка свернуть налево (на светофоре) на Буденновское шоссе и ехать до Переделкино примерно 2 км.

Принимает о. Илий в Преображенском храме в Филипповском приделе (слева) после богослужения с 9 часов утра. Обычно на беседу к нему люди попадают в будни и непраздничные дни. Советуют перед походом к старцу сначала помолиться на службе (7:30—9:00).

Старец принимает в храме или в помещении трапезной. Ближе к 16 часам отец Илий удаляется отдыхать, в 18:00 иногда возвращается, а иногда и нет.

Адрес Преображенского храма: город Москва, 7-я ул. Лазенки, 42.

Говорят, что схиархимандрит Илий из Оптиной пустыни — чуть ли не последний настоящий старец в России. И что он — духовник патриарха. И чуть ли не Путина. И уверяют, что интервью он не дает, а если и дает, то редко и только православным изданиям. Я все звоню и звоню его келейнику, но тот не говорит ничего определенного. Ничего не выйдет, решаю я и перестаю звонить. И тут старец звонит мне сам. Ты, что ль, хотела со мной встретиться? — спрашивает он в трубку. — Так приезжай, я тебя жду.

Предлагаем нашим читателям переступить порог храма с нецерковным человеком. Корреспондент «Русского Репортера» посетила старца Илия (Ноздрина).

Старец Илий и Оптина пустынь

Старец Илий.

— Куда? — останавливают меня охранники у ворот Оптиной пустыни. — Платок быстро надела!

Передо мной вырастает стена из четырех немолодых мужчин. Они вжимаются друг в друга плечами. Рядом останавливаются богомолки и одна монахиня в черном. И все вместе начинают меня распекать. К ним присоединяется проходивший мимо батюшка:

— Я вас не благословляю.

— Вообще-то для меня не принципиально сюда попасть, — говорю я ему. — А вот для вас почему-то принципиально меня не пустить…

Батюшка смотрит строго и молчит. Я поворачиваюсь ко всем спиной и удаляюсь. Они все никак не могут поверить, что я могу вот так уйти.

Я иду в сосновую рощу, хожу от сосны к сосне, прокладываю между ними узкие дорожки своих следов, словно ниточки, соединяющие их, и спрашиваю себя: «Почему никто никого не любит?» Две тысячи лет назад Христос сказал: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Теперь эту заповедь знает, похоже, любой ребенок, но выполнить ее почему-то не по силам и восьмидесятилетнему старику. С чего бы мне любить того батюшку, с которым я только что говорила? Да и он вряд ли меня любит. Почти у каждого из нас есть хотя бы короткий список тех ближних, которых мы явно не любим. К примеру, я не люблю своего соседа за то, что он выставляет в общем коридоре свой хлам. И я никогда не поверю, что кто-то или что-то сможет заставить меня его полюбить. Все просто: мой сосед любви не заслуживает.

Схиархимандрит Илий (Ноздрин). Фото священника Игоря Палкина

Сосны одинаковые — тихие и неподвижные. Я петляю по дорожкам, пока не набредаю на две сосны, скрестившиеся стволами. Они представляются мне идеальным примером любви к ближнему. С виду кажется: спили одну сосну, другой только лучше будет — больше солнца, больше места. Но это только с виду, ведь в земле они так срослись корнями, что у них давно уже одна кровеносная система. Если бы я была сосной, то любить своего соседа мне было бы легко и даже полезно: сосна не нагадит мне под дверью и не скажет строго: «Не благословляю». Но как только я начинаю представлять, что рядом со мной сосна-сосед или сосна-батюшка, сразу чувствую нелюбовь. И, задрав голову к вершинам, с этого кажущегося близким расстояния я спрашиваю уже не себя, а Бога: «Ну почему никто никого не любит?!»

Звонит келейник. Я возвращаюсь в Москву — старец остается в Переделкине, в Оптину не поедет.

***

Двенадцатый час ночи. Узкая скамейка в трапезной у закрытой двери. За дверью старец. Я сижу с краю, рядом беременная, за ней худая суетливая женщина. Беременная держится двумя руками за живот и вздыхает так глубоко, что кажется, будто вместе с ней вздыхает ее ребенок. Я поглядываю на соседок и думаю, что беременная вот-вот родит, а суетливая никогда не успокоится. У скамейки, подпирая стену плечом, стоит еще одна молодая женщина с каким-то убитым лицом.

— Уложи детей спать, — устало говорит она в телефонную трубку. — Я не приеду, буду ждать.

Открываю Евангелие от Иоанна и нахожу нужные слова: «Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь». И запутываюсь еще больше. Где тут ставить ударение? Речь о Боге, который есть любовь, или о любви, которая есть Бог?

Дверь открывается, и в коридор выходит худой согнутый старичок. Его седая борода свисает до пояса черной рясы. Он делает шаг к скамейке, женщины вскакивают, сложив ладони для благословения.

— Ты, что ль, меня ждешь? — старец обращается ко мне и смотрит внимательными старыми глазами. — Завтра утром приезжай.

Он медленно, еще больше согнувшись, идет к выходу.

— Батюшка! — бегут за ним женщины, а я остаюсь на месте.

Старец оборачивается.

— Напоите их чаем и спать уложите, — чуть слышно говорит он вышедшей следом за ним матушке. — Завтра, — обещает он женщинам. — Завтра…

— Батюшка совсем без сил, — объясняет келейник. — Еле языком ворочает.

***

— А беременная-то ночью родила! — встречает меня утром суетливая. — Роды были тяжелые, с ребеночком совсем плохо!

В трапезной длинная очередь. Ближе всех ко мне по-прежнему суетливая и молодой человек в черном пальто с кожаным портфелем. У стола с противоположной стороны на коленях стоит женщина и что-то шепчет, опустив голову. За ней виден только подол черной рясы и кончик седой бороды.

Матушка подводит меня к старцу и объявляет, что теперь он будет давать интервью и всем надо выйти за дверь. Люди прождали его всю ночь и утро. И вот, когда кончик его седой бороды уже так близок, появляется неожиданная преграда, то есть я.

Для тысяч людей даже фотография старца — уже повод задуматься о вечном. Фото: Татьяна Плотникова.

— Дайте мне подойти… — просит меня женщина, которая вчера ночью ждала вместе со мной, лицо ее по-прежнему убито.

Я пропускаю ее и встаю сбоку, в стенную нишу. За этой женщиной идет вторая, за второй третья. Появляется мужчина в дорогом костюме в полоску и броских наручных часах. Все они опускаются перед старцем на колени. А я всех пропускаю.

— Они будут идти бесконечно, — выговаривает мне матушка. — Если хотите взять интервью, берите сейчас, старцу через час уезжать.

Она выталкивает меня вперед, но я еще глубже забиваюсь в свое укрытие. Я пропускаю людей не потому, что волнуюсь за них, просто мне кажется, этот инок с длинной бородой за всем наблюдает и не позволит мне прервать цепочку просителей.

Я точно не знаю, кто такой старец, но, по-моему, это человек, отказавшийся от своей воли, посвятивший себя Богу, беспрестанно молящийся и способный лучше других разделять помыслы и планы людей на добрые и злые. Он может разложить их пришедшему, как на ладони: вот, смотри, здесь добро, а здесь зло, и между ними черта.

Слышу обрывки шепотом произносимых фраз. Эти люди преодолели расстояние и потратили уйму времени лишь для того, чтобы спросить, мириться ли с сестрой, увольняться ли с работы, менять ли квартиру на другую, упоминать ли племянника в завещании… Вопросы, больше подходящие для визита к психологу или гадалке. Я еще раз убеждаюсь в том, что никто никого не любит. А старец? Любит ли он их? И за что ему их любить?

***

Наконец остаюсь в трапезной наедине с иноком. Сажусь на стул рядом с ним. Он, наверное по многолетней привычке, подставляет к моему лицу ухо, готовый принять тайную исповедь.

— А вы правда за всех приходящих переживаете? — громко говорю ему в ухо.

Старец выпрямляется, смотрит на меня, потом сгибается снова.

— Переживаю? — переспрашивает он тихо. — Естественно… Как же иначе? Совсем быть бесчувственным?

— Но вы ведь не можете помочь всем приходящим…

— Ну как помочь? — чуть громче говорит старец. — Материально? Не могу. А духовно могу. Наставить человека, чтобы он разобрался в своей ситуации. Может, человек считает себя несчастным, а у него никакой особой печали. На земле ведь нет абсолютного. Вот мы — хрис­тиане. В чем суть христианства? — старец делает паузу. — Ты понимаешь это?

— Я?

— Да. Ты понимаешь это?

— Наверное, по-своему понимаю, может быть, неправильно и не так, как понимаете вы…

— Ну, говори, как понимаешь.

— Я думаю, что суть христианства, — громко говорю я и оглядываюсь по сторонам, но на меня смотрят только иконы, никого в трапезной нет, — я думаю, что она такая же, как и суть других религий, — говорю я смелее. — Сделать людей добрее… Помочь им любить! — последние слова я зачем-то кричу ему в ухо.

Старец отстраняется от меня и молчит. Его худое тело заваливается на колени, кажется, что под рясой уже мощи. Седая борода струится по ногам вниз.

— Ну, это не главное, — наконец говорит он.

— Как не главное? — громко удивляюсь я. — А что главное?

Инок Илий с келейником и духовной дочерью за беседой в резиденции патриарха в Переделкине. Фото: Татьяна Плотникова.

— В чем суть жизни — скажи? — спрашивает старец, но на этот раз я упорно молчу. — Суть жизни — приобрести вечность. Когда Бог создал человека, он был вечным. Христос… Для чего страдал Христос? Чтобы человеку дать возможность побеждать не только свои немощи, свои страсти, но и побеждать дьявола, который существует непременно. Признай, — говорит он, и я киваю головой, признавая. — Вот, скажи, например, может человек прожить десять минут без воздуха? — старец снова умолкает. Он делает много пауз, словно бережет слова, ведь его за дверью трапезной ждут десятки людей, и на всех слов может не хватить. — Крайняя есть нужда у нас в воздухе, да? Посади человека в камеру, пять минут — и человек умрет. Мы воздуха не признаем, потому что не видим его. И не щупаем. Но воздух — реальный. И ангелы с бесами реально существуют.

— Но как знать наверняка, что они есть? — спрашиваю я.

— Мы постоянно ощущаем бесов, столько зла они делают. Ведь в мире происходит борьба. Идет война, так? И каждый должен изучать противника и его силы. Иначе он легко будет побежден. А главный противник человека — это дьявол. Какая задача у дьявола? Человека отвратить от Бога.

— А почему Бог с дьяволом сам не разберется? Бог ведь сильнее слабого человека, и дьявола сильнее… — размышляю я. — Ну вот и разобрался бы с ним одним разом, и человеку бы искушений не было…

Старец смеется в нос, как робкая мышка.

— Он ведь не спрашивает у нас. Слишком мы мелкие букашки… — высвистывает он букву «ш». — Бог, который не только творец всей планеты и всего на ней живущего, а еще создавший человека и всю Вселенную… Подумай, насколько человек прекрасно устроен. Не нашим умом живет Бог… — продолжает шелестеть старец.

И на меня опускается древность. В век высоких технологий слова старца — архаика, слишком простая и примитивная. Но сказанные им здесь и так они кажутся самыми важными, древними и глубокими, как ядро Земли.

— Значит, Он нас не слышит? — шепотом спрашиваю я.

— Бог все слышит, — шепотом отвечает старец.

— Но… если мы такие мелкие букашки… — чуть прибавляю звук.

— Из любви к нам, букашкам, Он страдал, — громко говорит старец. — Кто еще мог из любви страдать, прибиваемый гвоздями?! И висеть несколько часов на кресте?! Вот какая любовь… — снова переходит он на шепот. — Кто бы еще мог?

— Вы могли бы? — шепчу ему в ухо.

— А ты могла бы? — не поднимает он головы.

— Я нет… — шуршу я еле слышно, вспоминая о соседе. — А вы?

— Кто? Я? Не знаю… Конечно, языком можно сказать, а в действительности знаешь как? Вот когда людей на казнь вели, самые крепкие — и то… — вздыхает он.

— Но все равно, скажите, — очень громко говорю, снова оглядываясь на иконы, — вместо того чтобы вот так за нас страдать, почему Бог просто не сделал нас достойными любви?

Старец усмехается.

— Он и делает нас достойными. Понимаешь? Но не все сразу делается, все постепенно. Плод растет, зерно созревает, так идет созидание. Созидание человека. Бог его создал разумным, свободным существом. Каждому дан выбор. И Бог не может сделать этот выбор за человека… — эти слова он наверняка произносил тысячу раз, но я и сейчас вижу, как они рвут его сердце.

— А почему люди так поверили в Него только после казни, вы не знаете? Так полюбили Его? Не верили не верили, а тут взяли и поверили. Почему? — пристаю я.

Схиархимандрит Илий (Ноздрин). Фото священника Игоря Палкина

Монах устал. Он стар. Видно, как он дрожит под рясой. Я протягиваю к нему руку, чтобы поддержать.

— Он дал новую заповедь — любите друг друга. Потому и поверили, — старец вдруг поднимается и смотрит на меня ясными сильными глазами. Он больше не кажется мне сухим и немощным, я почти физически ощущаю в нем тот стержень любви, который делает его крепким, как сосновый ствол. — Это было новое в сравнении с прошлым, дохристианским миром. Новое в сравнении с Ветхим Заветом. Христос сказал: если тебя ударят, ты подставь другую щеку, если будут отнимать одежду, отдай.

Я живо представляю, как подставляю щеку соседу, и зрелище это для меня невыносимо. Вздыхаю.

— Но до христианства жили люди, которых тот же Бог сотворил, — замечаю я. — Так почему же они до Христа не могли любить друг друга? Почему не могли подставить вторую щеку и отдать рубашку? Почему им понадобились слово и смерть Христа? — меня так и подмывает добавить: «понадобилась заповедь, которая не работает».

— Тогда не было искупления. Христос заплатил, искупил грех проклятия и смерти, Он дал возможность каждому человеку покаяться, возвратиться к тому состоянию, в котором был создан, то есть к богопознанию. А прежде человек не мог, он находился под проклятием.

— А человек рождается добрым или злым?

— Прежде всего, в него заложена совесть и стремление познать смысл жизни. Сейчас каждый человек под промыслом Божиим. Бог нам дал все для жизни. Он дал нам то, что мы можем родиться, размножаться. Он дал нам возможность приобретать познание, дал нам воздух, дал нам плоды земные.

— Но человек все это разрушает и скоро окончательно разрушит…

— Если каждый человек будет жить так, как требуют наши государственные законы, и законы веры христианской, и законы совести, то нам хватит всего. Ведь с чего началась Россия? С веры. И жила, побеждала все невзгоды, татаро-монгольское иго, Смутное время, наполеоновское нашествие, две всемирные войны.

— А вы думаете, человек может жить и по государственным законам, и по законам совести, и по законам веры? Иногда это — сочетание несочетаемого…

— У каждого есть возможность так жить.

— Вы просто не видели, на что способен человек, живущий по всем этим законам… Человек, за грехи которого Христос заплатил… — я хочу продолжить и сказать старцу, что на земле идут войны, что люди убивают друг друга и, наконец, что заповедь «возлюби ближнего своего, как самого себя» не работает и никогда работать не будет. Но меня останавливает то, что он устал, и еще вдруг пришедшее воспоминание о сосновой роще в Оптиной пус­тыни. Вековые сосны, дым, уходящий в небо из печных труб скита, многовековое монастырское спокойствие — вот мир старца. И незачем уводить его в другой. Из любви к ближнему.

— А кто их заставляет убивать? — громко спрашивает вдруг старец, будто прочитавший мои мысли.

— Человека можно убить просто так… — усмехаюсь я.

— Вот террористы, — так же громко продолжает он, — в Беслане сколько детей… несколько сот детей погибли. Конечно, это — злой умысел человека.

— Так как же, если Бог его создал хорошим… И добрым… И совестливым… Да еще и любовью наделил…

— Он его наделил, но человек сам вправе выбирать между добром и злом. Потому что, если это право у человека отнять, он перестанет быть человеком. Если отнять у него волю, он будет как кукла: куда его повернул, туда и пошел. А полноценен человек потому, что ему дана воля. Для испытания. В раю еще была дана. Если он исполнит заповеди Божии, он остается тем, кем его Бог создал. А человек не исполнил — он нарушил и был изгнан из рая. И сейчас продолжает нарушать.

— А почему? Ну, вот вы не нарушили, другой не нарушил. А он нарушил. Почему? У нас в стране так много злости: то Кущевка, то еще что-то. Но ведь и этих людей Бог создал. Так почему же они, созданные Богом, спокойно убивают?

Отец Илий — братский духовник Оптиной пустыни, под его духовным руководством протекает жизнь всей обители. Но большая часть времени у него уходит на общение с посетителями из числа мирян и даже атеистов. Фото: Татьяна Плотникова.

— Они думают, что цель оправдывает средства. Они убивают, считая, что делают добро — добиваются своей цели. Понимаешь? Вот скажи, почему коммунисты убивали? Они хотели построить светлое будущее, они не видели в человеке Божие творение, наделенное свободной волей. Поэтому всех инакомыслящих — на мушку или на Соловки. Даже детей. Даже тех, кто уже и сам умирал. Настоятель Троице-Сергиевой лавры — он уже при смерти был, они потащили его в Бутово и убили! — Старец легонько подпрыгивает на месте. И тут я понимаю, что события тех лет для него важнее и острее, чем то, что происходит сегодня. Потому что они случились до того, как в его жизнь вошла сосновая роща, и я действительно не должна уводить его в настоящее.

Что я знаю о старце? Что он родился в 1932 году в деревне Становой Колодезь. Что звали его Алеша Ноздрин. Его семью выслали на хутор за то, что не пожелала вступать в колхоз. А когда Ноздрины вернулись в деревню, дед, староста Покровской церкви, выковал себе железные сапоги и ходил в них в знак протеста против коллективизации. Мальчишки-ровесники дразнились, когда, зажав под мышкой ботинки, будущий инок босиком бежал к церкви. У храма Лешка надевал свои ботинки и шел молиться. Знаю, что он попрошайничал. Знаю, что не любит об этом рассказывать. Говорят, в 43-м он повлиял на исход Курской битвы: немцы проезжали мимо него на мотоцикле по деревенской дороге и обронили планшет с картой укрепрайона на Курской дуге, мальчик карту поднял и передал взрослым, а те по цепочке — Рокоссовскому. Но этого мне старец точно не расскажет. А я и спрашивать не буду.

— Так что делать с этими людьми — коммунистами, террористами? — продолжаю я проверять старца на любовь. — Убивать, потому что они никогда не исправятся?

— Смертная казнь запрещена, — говорит старец.

— А как надо? Как правильно?

— Как правосудие признает государственное, вот как.

— Но вы за смертную казнь или против?

Старец вздыхает:

— Ой… я должен подумать, сразу сказать не могу…

Я молчу в надежде, что он подумает прямо сейчас, но и он молчит.

— Вот так, — разводит он руками.

Я еще какое-то время жду. Нет, прямо сейчас не скажет, а вот уйти в себя может.

— Скажите, а старец — это кто? — спрашиваю я громко.

— Старец… старец… Что такое христианство? Идеал. Каждый человек должен достигнуть своего возраста духовного… Живя молитвой, идеалом христианства, человек достигает высокого качества духовной жизни. Вот таких в народе называют старцами.

— А вы старец?

— Я старик. Какой я старец?

— Но так вас в народе называют.

— Ну… что назвать? Назвать легко…

— Люди к вам приходят как к старцу.

— Ну так что ж?

— А еще вас называют чуть ли не единственным старцем в России…

— Я не знаю, я старик только, — тихо говорит инок.

— Так что бы вы сказали о тех, кто устраивает теракты?

— Фанатизм! Все тот же фанатизм! — снова выпрямляется он. — Разве это не фанатизм, когда миллионы людей из-за человека погибли, а ему поставили пьедестал, памятник ему на площади красуется! — старец снова уходит от настоящего в сторону коммунистического прошлого. — Сколько он душ загубил?! Сколько душ отвратил от Бога?! А его терпят, держатся фанатики за него, — частит он, как молитву, но не монотонно, а горячо. — Выбросить его надо. Выбросить! — задыхается старец, а у меня округляются глаза. — Потому что проклятие оттуда. Проклятие на Россию — оттуда оно!

— Вы думаете? — холодно спрашиваю я, не принимая того, что старец мне хочет сказать, отказываясь верить, что и у него есть свой «сосед», которого он ненавидит. — Вы всерьез полагаете, что теракты в нашей стране совершаются оттого, что Ленин лежит в мавзолее?

— Конечно! — говорит он так нетерпеливо, будто ему хочется стукнуть меня по лбу.

— Да ну, не будет же Бог из-за этого всю страну проклинать, — смеюсь я. — Мы же все разные… Да и Он нас любит.

— Бог дал человеку свободу. Если плохо себя человек повел, то наказание человеку должно быть. Грех — это не только уголовное преступление. Плохо подумать — тоже грех. Мысли грязные принял — уже есть грех. Понимаешь?

— Но мы не властны над своими мыслями. Они… сами лезут.

— Как мухи, — строго шутит старец. — Вот почему надо молиться. Молитва укрепляет в добре, и человек тогда разумно мыслит и действует. Во благо и себе, и другим.

— И все же, если бы к вам пришел террорист, что бы вы ему сказали?

— Люди каются, даже убийцы. И они исправляются. Дается им наказание — епитимья.

— Неужели епитимья искупит такое?

— Ну, может быть, не каждый из них исправится, но хоть кто-то… — отвечает он, и я начинаю понимать некоторые различия между человеческой справедливостью и Божией. Для человека убийство — преступление, за которое надо отомстить, потому что убитого не вернешь. Для Бога убийство — это проявление болезни, которую надо вылечить, потому что даже у террориста есть душа, которая хочет спасения. А убитый — он совсем не убитый. У него тоже есть душа, и она уже спасена или погублена, но не в результате его физической гибели, а в силу его веры или безверия.

— Вы устали, — говорю я, и старец, не выпрямляясь, просто поднимает на меня взгляд. — Тяжело быть старцем?

— Ну… старцем… Ну как тяжело? Всем тяжело. А кому не тяжело? Вот наше правительство — его сейчас все ругают, а ведь они… по двенадцать часов в день работают.

— Вы так снисходительно относитесь к властям, а ведь там очень много коррупционеров, да и просто людей, которые не ценят свой народ. А батюшки? Как верить священнику, если он нетерпим, а иногда живет во много раз лучше, чем его прихожане. Как его любить, если гонит тебя от ворот за то, что ты не в платке.

Детский приют «Рождественский» в поселке Нижние Прыски. Благословение старца Илия стало для него не только духовной опорой, но и главной «инвестицией»: узнав, кто является духовным попечителем заведения, спонсоры помогают не раздумывая. Фото: Татьяна Плотникова.

— А вот так и верить, так и любить. Ты знаешь, как живут в селах батюшки? Ты бы посмотрела. Ты говоришь, трудно… А им по сто человек в день надо исповедовать. Ну а если есть возможность жить хорошо, то и живут хорошо. Ну так и что ж…

— Сегодня утром вы о чем молились?

— Что сказано в молитвослове, так и молился. Чтобы был в стране мир, благоденствие, чтобы не было смуты, чтоб войны не было.

— И Он вас услышал?

— Ну а как же?!

В трапезную входит женщина. Она несет большую банку с чаем.

— Батюшка, тут вам чай передали, — говорит она.

— Отдай тем, кто пить будет, — отвечает старец.

— И сыр адыгейский принесли.

— Отдай тем, кто есть будет.

Я не понимаю этого старца. За время нашего разговора он, раз тридцать произнеся слово «любовь», так и не дал мне ответа, а, напротив, лишь уводил меня от него. Я смотрю на инока внимательно. Он копошится в стопках книг на столе, ищет для меня святоотеческую литературу. Потом вдруг выпрямляется и спохватывается: «Замерзли! Замерзли стоять! Всех веди, всех! Чаю, скорее, чаю им наливай! Веди, веди, скорее!»

В голосе его любовь, это очевидно. Любовь к тем людям, которые сейчас опять начнут донимать его своими совсем не духовными вопросами. Я снова забиваюсь в нишу. В трапезную тянется длинная очередь, все стараются занять место поближе к старцу. Усмехаюсь, снова увидев суетливую.

— Так беременной плохо, то есть ребеночку ее… — как бы оправдываясь, говорит она мне. — Вот решила про нее спросить.

Она бросается на колени перед старцем и продолжает суетиться. Она наверняка будет приходить к нему по любому поводу только лишь потому, что этот человек ее любит. А она, пришедшая из мира, в котором люди приняли заповедь Христа о любви, но не исполнили ее, всего лишь хочет прикоснуться к этой любви, унести капельку ее с собой, а когда та иссякнет, прийти снова. Вот и ответ.

Суетливая поднимается с колен, ее лицо светится. Глядя на ее счастливое лицо, я чувствую легкий укол совести. Да почему я решила, что она любви старца недостойна?! Почему я вообще взялась делить людей на тех, кто заслуживает любви, и на тех, кого любить не следует?

Я снова наклоняюсь к старцу и тихо, на ухо, задаю свой главный вопрос:

— Да почему же вы такой добрый? Почему вы их любите?

— У кого совесть есть, тот и добрый, тот и любит… — шепотом дает он свой главный ответ.

Возвращаясь из Переделкина, пытаюсь осмыслить эти слова и поражаюсь тому, насколько тяжело современному человеческому сознанию даются простые вещи. Ум постоянно сопротивляется, отвлекается. Я проезжаю еще одну сосновую рощу, но она вдалеке, и рассмотреть каждую сосну я не могу. Вспоминаю оптинские сосны, виденные вблизи, когда различимы и кривой ствол, и редкая крона, и сломанная ветка — все сосновые немощи и недостатки. Рощу издали мне полюбить гораздо легче, думаю я, и снова ощущаю укол совести.

А может, правду сказал старец — совесть нам дана как инструмент любви? И учиться любви вообще не надо, она лишь побочный продукт чистоты? Будет мой сосед чист перед Богом — и не станет он ставить хлам под мою дверь. А я это увижу, во мне тоже проснется совесть, и я перестану проходить мимо него не здороваясь. И если так, то в утверждении «Бог есть любовь» ударение падает все же на первое слово. Все-таки речь не о какой-то непонятной любви, которая есть какой-то непонятный бог. Речь о Боге, которого можно полюбить, а через Него и соседа, и нетерпимого батюшку, и Путина с Медведевым, и даже раскаявшегося террориста. Ну или хотя бы одного лишь соседа, который хлам не выбрасывает. Соседа, кажется, можно попробовать. Если не полюбить, то хотя бы не ненавидеть.

Читайте беседы старца Илия на портале «Православие и мир»:

Старец Илий: Семья как малая Церковь

Старец Илий: «Молитва – это пища нашей души»

Старец Илий о семье: «Семья – это избрание двух»

Старец Илий о воле против греха

Старец Илий о греховных состояниях

Старец Илий о соблазнах

Старец Илий о грехе

Старец Илий о совести

Cтарец Илий о смысле жизни

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *