Иисус и самарянка

Беседа Христа с самарянкой. Монастырь Карея, Афон, XIII в.

Иисус пробыл со Своими учениками в Иудее еще некоторое время. Многие тогда хотели послушать Его проповедь и стать Его учениками. Но когда Иисус узнал, что это начинает вызывать волнение у иудейских фарисеев, Он решил оставить Иудею и вернуться в Галилею, где прошли Его детство и юность. Прямой путь из Иудеи в Галилею лежал через Самарию — область, которую населяли потомки смешанных браков между израильтянами и язычниками. Самаряне признавали Пятикнижие Моисея как Священное Писание, но в их религии были и элементы язычества. Главным предметом спора между самарянами и иудеями был вопрос о том, где поклоняться Богу: иудеи со времен Давида приносили жертвы в Иерусалиме, а самаряне поставили жертвенник на горе Гаризим. Между самарянами и иудеями существовала вражда, так что само слово самарянин считалось у иудеев бранным и презрительным.

В полдень Господь и ученики остановились у колодца близ самарянского селения Сихарь. Зной мешал продолжать путь, и ученики, оставив Учителя у колодца, пошли в селение купить еды. В это время к колодцу пришла самарянка. Иисус обратился к ней: «Дай мне пить». Видя по одежде и речи, что перед ней иудей, она удивилась: «Как же ты, будучи иудей, просишь пить у меня, самарянки?» Иисус сказал ей в ответ: «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит с тобой, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую». Женщина не поняла духовного смысла слов Иисуса и возразила: «Тебе и почерпнуть-то нечем, а колодец глубок. Откуда же у Тебя живая вода?» Иисус сказал ей в ответ: «Всякий, кто пьет эту воду, захочет пить снова, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек, эта вода сделается для него источником, текущим в вечную жизнь». Иисус говорил о даре Святого Духа, но женщина Его вновь не поняла: «Тогда дай же мне такой воды, чтобы я больше не хотела пить и мне не нужно было приходить сюда за водой». Иисус сказал ей: «Пойди, позови мужа твоего», на что самарянка ответила, что у нее нет мужа. Господу не было нужды знать о человеке по рассказам, Он видел насквозь каждого человека и поэтому сказал: «Ты права, сказав, что у тебя нет мужа. Ведь у тебя было пять мужей, и тот, с кем ты сейчас живешь, не муж тебе». Женщина удивилась Ему: «Господин! Я вижу, что Ты пророк. Тогда скажи, где должно поклоняться Богу — на горе Гаризим, как говорят наши отцы, или в Иерусалимском храме, как учат иудеи?» Иисус ответил ей: «Поверь Мне, настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Богу в духе и истине везде, где бы они ни находились».

Фреска Живоносный Источник

В Пятикнижии Моисей говорил о Христе как о великом пророке и наставнике народа, поэтому самарянка спросила Иисуса: «Я знаю, что должен прийти Мессия, то есть Христос; когда Он придет, то возвестит нам все». И тут Иисус открыл ей великую тайну: «Это Я, Который говорю с тобою». В это время вернулись ученики Его с пищей, а женщина, бросив водонос, побежала в селение, чтобы рассказать всем людям о своей удивительной встрече. Между тем ученики предложили Господу еду, на что Он сказал им: «Моя пища есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его. Возведите очи ваши и посмотрите на нивы, как они побелели и поспели к жатве». Господь пробыл в этом самарянском селении два дня, и за это время многие самаряне из Сихаря с охотой слушали Его и уверовали в Него. После этого Иисус и ученики продолжили свой путь в Галилею.

Придя в город Кану, где Он некогда претворил воду в вино, Иисус совершил Свое второе чудо в Галилее. К нему обратился придворный, у которого в Капернауме лежал при смерти больной сын. Услышав о том, что Иисус совершал в Иудее, он просил Его прийти и исцелить мальчика. «Иди, сын твой здоров», — сказал Иисус. Поверив этому, придворный поспешил домой и узнал, что болезнь оставила ребенка именно в тот момент, когда он говорил с Иисусом.

Надежда Пшенко

Преподаватель Института иностранных языков

Впервые о Себе как о Мессии Господь открыто сказал женщине, которую должны были презирать не только иудеи, но и её единоплеменники самаряне. Именно её Он первой приобщил тайне поклонения Богу в Духе и Истине. Картина Рембрандта «Христос и самарянка», хранящаяся в Эрмитаже, предоставляет нам замечательную возможность поразмышлять над этим удивительным эпизодом, который рассказывается в Евангелии от Иоанна (Ин. 4, 4-42).

Живописные изображения этого события, описанного евангелистом Иоанном, в истории мирового искусства немногочисленны и тем более интересны. Рембрандт — один из тех немногих художников, которые обращались к этому сюжету неоднократно: помимо нескольких рисунков, им были написаны два офорта и, по крайней мере, две картины (авторство третьей, которая находится в музее Метрополитен в Нью-Йорке, исследователи склонны приписывать неизвестному мастеру его школы). Интересно сопоставить даты создания этих произведений с датами жизни самого художника..

ОФОРТ 1634 ГОДА

Первый офорт датируется 1634 годом, одним из самых счастливых в жизни Рембрандта: он молод, богат, его свадьба в июне месяце с Саскией даёт ему новый социальный статус. И если хорошенько всмотреться в лицо самарянки на офорте, то можно найти определённое портретное сходство с его юной супругой.

Полдень, ибо был «шестой час», солнце в зените и нещадно палит. Христос, уставший от долгой дороги, присел у колодца. Можно вслед за блаженным Августином задаться вопросом: как Тот, Кто является воплощением самой силы, мог устать? Как Тот, Кто является Источником жизни, мог испытывать жажду?

Положение сидя выражает «смиренную скромность», но «немощное Божие», которое «сильнее человеков» (1 Кор. 1, 25). Иисус ведет с самарянкой оживлённую беседу, их взоры обращены друг на друга. Приближаются ученики, они стараются не смотреть в сторону сомнительной женщины, возможно, они даже не видят своего Учителя, а, может быть, и просто отворачиваются, чтобы не осудить Его за эту беседу с самарянкой, ибо это было не принято.

Через много лет, возвращаясь к этому же сюжету, Рембрандт повторит жесты правой руки Христа, обращающегося к своей собеседнице, и правой руки самарянки, держащейся за цепь колодца, но, между тем, он напишет и несколько других композиций.

Христос и самарянка.
Офорт 1634 года.
ГМИИ имени А.С. Пушкина. Москва

ЖИВОПИСНОЕ ПОЛОТНО 1655 ГОДА

Примерно через двадцать лет после написания офорта, возможно в 1655 году, художник вновь обратится к этому евангельскому повествованию. Речь идет о живописном полотне, хранящемся в Берлине (Согласно французскому искусствоведу Луи Рео, до 1931 года оно хранилось в Эрмитаже и было продано большевиками).

В жизни мастера наступили трудные дни: над его очагом нависла угроза нищеты и полного банкротства. Чтобы хоть как-то облегчить финансовое положение семьи, Рембрандт предпримет в декабре отчаянную попытку самостоятельно распродать часть домашней мебели и некоторые из своих картин. Несмотря на все усилия, ему так и не удастся погасить все долговые обязательства.

С этой точки зрения примечательна композиция картины, которую в целом знатоки живописи оценивают не очень высоко: взгляд зрителя направлен словно со дна колодца, из глубокого мрака, то есть оттуда, где никого не могло быть.

У края колодца на этом полотне рядом с Христом и самарянкой, к великому удивлению, мы видим маленького ребёнка, присутствующего при этом разговоре. Как тут не вспомнить об одном из немногих счастливых событий в жизни Рембрандта, произошедших за год до написания этой картины, — рождении дочери Корнелии. Вероятно, в момент написания картины она делала свои первые шаги и лепетала первые слова.

На эрмитажном полотне мы также видим ребёнка, стоящего рядом с самарянкой. О нём ни слова не сказано в Евангелии, но ничто не исключает вероятности его присутствия при разговоре.

ПРОИЗВЕДЕНИЯ КОНЦА 1650-Х ГОДОВ

В 1658 и в 1659 годах Рембрандт напишет ещё два произведения, повествующие о разговоре у колодца: один офорт и год спустя картину. Тяжёлый период в жизни мастера продолжается. Вообще последние шестнадцать лет его жизни стали самым трагическим периодом. После смерти его жены Саскии остаётся сын Титус. Появление в его жизни женщины-подруги Хендрике позволяет сохранять некое подобие семейной жизни. Рембрандту этого было достаточно для того, чтобы по-прежнему считать себя хозяином празднеств, чтобы проводить жизнь в роскоши и внешнем блеске. Напрасно в его дверь стучались судейские приставы…

Рембрандт ван Рейн сопротивлялся до конца, защищая своё искусство от злословия критиков, мелочной злобы врагов. Несмотря ни на что, художнику удавалось держаться той лучезарной жизни, которая была его подлинным призванием. Всё имущество художника в эти годы распродаётся с молотка за 5000 флоринов, но и этого оказывается недостаточно, приходится продавать дом, оцененный всего в 13000 флоринов и перебираться в квартал для бедных. Отныне его ближайшее окружение будут составлять простолюдины, вышедшие, как и он, из крестьянской среды, или собратья по живописному ремеслу.

«Под предлогом большей свободы, — пишет историограф Зандрарт, — Рембрандт общался только с людьми низкого происхождения, и они оказывали колоссальное влияние на его искусство. Напрасно его друг, Ян Сикс, старался удержать его; сварливый и упрямый по характеру, Рембрандт не поддавался уговорам».

Христос и самарянка.
Офорт 1658 года.
ГМИИ имени А.С. Пушкина. Москва

Такое настойчивое обращение к сюжету с колодцем, возможно, связано и с тем, что в период раннего христианства это изображение было типичным для надгробных памятников. Колодец становился символом надежды — бездонный гроб, на дне которого вечно струились живительная влага. Положение мастера становится поистине критическим: у него почти не остаётся учеников и он уже не пользуется популярностью в свете.

Композиционное решение офорта напоминает изображение 1634 года, но художник идёт ещё дальше: Христос, по-прежнему находясь слева, теперь показан стоящим, лицо Его измождено, самарянка стоит всё так же справа, но её руки сложены, а у её ног мы видим кувшин для воды, в глубине виднеется фигура всадника на коне. Следует отметить также, что всё это событие теперь очерчено сверху словно сводом, как будто бы всё это наблюдается через какое-то закругленное окно или проход.

Вершиной в разработке сюжета встречи Христа с самарянкой у колодца, несомненно, является картина, которая хранится в Санкт-Петербурге, в Государственном Эрмитаже. Об этом шедевре и пойдёт речь ниже.

ПОЛОТНО В ЭРМИТАЖЕ

История появления этого полотна в эрмитажной коллекции довольно занимательна. Примерно в 1780 году в Гааге его покупает князь Григорий Потемкин, а после его смерти в 1792 году картина приобретается для Эрмитажа и оказывается в личных апартаментах Императрицы в Екатерининском дворце Царского Села, где её обнаруживает уже в 1898 году старший хранитель Картинной галереи Императорского Эрмитажа того времени Андрей Сомов. Картину реставрируют и, наконец, выставляют в залах музея.

Перед нами одно из самых важных событий, о котором рассказывается в Евангелии. Сын Божий впервые открывает людям свою сущность, он напрямую говорит о Себе как о Мессии, Который проповедует крещение не водой, а Духом. Ему непременно надлежало пройти через Самарию, через город Сихарь и остановиться именно у колодца Иакова, из которого местные жители с незапамятных времен брали воду, ибо именно здесь, в этом городе, жила женщина, которая так нуждалась в Нём.

Благодаря сводчатой сени колодца, изображение встречи напоминает собой двустворчатый алтарный образ; на его левой стороне мы видим Христа, а на правой — самарянку с ребёнком. Диптих заметно смещён влево, поэтому главный персонаж — самарянка с ведром у источника — оказывается в самом центре композиции. Справа видны башни городских ворот и фигуры учеников, которые возвращаются из города.

Рембрандт избегает яркой мимической выразительности; лица неподвижны, в то время как позы и жесты красноречиво свидетельствуют о происходящем. Иисус первым обращается к самарянке; жест Его правой руки явно говорит о том, что инициатива исходит от Него. «Дай мне пить», — просит Он её. Своим поведением Христос нарушает все правила еврейского благочестия: еврейские учителя в принципе предостерегали от разговора с женщинами, тем более с самарянками, которые считались нечистыми от рождения. Было немыслимо попросить у самарянки напиться, ибо считалось, что вода самарян омерзительнее, чем кровь свиней.

Эта встреча могла выглядеть двусмысленно ещё и потому, что в памяти народа ещё живы были предания о том, как и Исаак, и Иаков встретили своих жён у колодца. Христос опирается на край сени колодца, в глубине виднеется скала или густые заросли деревьев. Свет, словно на восходе солнца, струится из-за Его спины. Это особенно подчеркивается тёмным плащом, который перекинут через левое плечо Иисуса.

Главным средством художественной выразительности Рембрандту служит техника светотени, которую он, в частности, заимствует у Караваджо. Но под кистью голландского мастера она обретает новый смысл. Полумрак, окутывающий лица, изображённые на холсте, содействует подлинному претворению в живописный образ. Свет падает лишь на часть лица. Благодаря этому образ начинает золотиться, играть множеством оттенков. Это придаёт полотну таинственно-прекрасный ореол. Полумрак связывает изображенную фигуру человека и пейзаж в глубине картины. Оба воспринимаются как части единого целого. Рембрандт здесь избегает резкого противопоставления света и тени, которым он охотно пользовался до этого. У зрелого мастера мы находим скорее некое взаимопроникновение двух начал.

Христос и самарянка.
Холст, масло. 1659.
Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург

В Евангелии сказано, что в тот момент, когда Иисус пришёл к колодцу, был полдень, но ничего не сообщается о том, как долго длился этот разговор с самарянкой. Художник, насколько можно судить по изображению сумеречного неба, представлял себе, что эта беседа могла продолжаться до самого захода солнца.

Рембрандт стремится к правдоподобию, о котором он однажды напишет в одном из своих писем: «Я во всём и всегда искал только естественности. Нет, я лучше, чем кто-либо из вас, знаю: для естественности не существует никаких пределов, как нет пределов для Бога и Его вечности. Ваши холодные расплывчатые краски, заимствованные у тихого весеннего вечера, так же естественны, как и скрытый огонь, пылающий за моими ночами, а я его черпаю из недр моей души. Наш внутренний мир связан с окружающим нас миром, и все это единая природа. Её проявления — зримые, незримые, осязаемые, воображаемые — сама действительность. Она привлекает и притягивает меня, и я должен её изобразить вот этими руками, этой рукой».

Самарянка изображена на фоне деревьев и неба, облака простираются до самых очертаний города, который она покинула, чтобы подняться в гору. Она одета богато и празднично, на ней красное платье, белая сорочка и живописная шляпа, в ушах серьги, а на шее у неё подвеска. Никто из подруг не пошел с ней к колодцу.

Скорее всего, жителя города Сихарь презирают эту женщину, ведь у неё было пять мужей, а тот, с которым она живет теперь, ей не муж. Самаряне не менее иудеев отличались благочестием и строгостью нравов. Она вполне могла оказаться в полной изоляции, отвергнутой из жизни общества. Быть может, она намеренно отправилась за водой в самый полдень, чтобы скрыться от осуждающих взглядов, просто никому не попадаться на глаза. Кто решится идти в полуденный зной, под палящим солнцем за водой? Только мучимый жаждой и нуждой человек!

Некоторые богословы считают, что число мужей самарянки имеет символическое значение: пять мужей означают пять богов, которым поклонялись самаряне. Таким образом, живя с шестым мужем, эта женщина встречает седьмого. Как известно, число семь символизирует собой полноту. По мнению других богословов, Оригена например, число пять ассоциируется с пятью телесными чувствами. Те, кто хочет отличиться от других, жить разумом, часто впадают в ошибочные учения и понимают это, лишь встретив Христа.

ОБРАЗ КРЕЩЕНИЯ

Уже в середине II века этот рассказ о самарянке связывался с таинством Крещения. Уже в первые века существования Церкви чтение евангельского эпизода о встрече Христа с самарянкой во время Великого поста было неотъемлемой частью подготовки катехуменов к принятию Таинства Крещения. Слова пророка Иеремии о том, что сделал народ Господу — забыл источник воды живой и высек себе водоёмы разбитые (Иер. 2, 13), — толковались как противопоставление еврейских омовений («водоемы разбитые»), способных очистить лишь тело, «воде живой», то есть крещальной купели, которая одна только способна очистить человеческую душу от гнева, похоти, зависти и злобы.

Христос приходит именно к тому колодцу, где некогда патриархи заключали браки, ставшие знамением Завета с Богом, таинственного союза человеческой души с Господом. Таким образом, мы видим, как два таинства перекликаются между собой: там, где некогда патриархи впервые встретили своих будущих супруг, теперь сама Церковь соединяется со Христом в крещальной купели. В пустыне, то есть в земле, не знающей Бога, Христос высекает из камня источник воды живой, которому человек приобщается в Таинстве Крещения.

В Библии вода выступает синонимом жизни, без её животворящей силы земля остаётся пустыней. Проточная или питьевая вода воспринимается на Востоке как дар небес, как благодать: вода мудрости, вода познания Божия. Без этой воды человек погибает. У источника Спаситель очистил самарянку от бесчестия, потому что Он Сам является Источником для тех, кто жаждет и стремится к потокам воды живой, чтобы омыть грехи плоти, чтобы погасить языки пожирающего душу пламени страстей.

На самарянке мы видим красно-белые одежды, которые при таком прочтении обретают глубину символа. Её грехи прощены, она рождена для новой жизни! Иначе бы зачем она побежала обратно в город, к тем, кто презирает её? Во всеуслышание она возвестит, что этот человек — Христос, потому что сказал ей всё, что она сделала.

Рядом, по правую руку от неё, ближе к Спасителю, изображен ребёнок с яблоком в руке. Кто он? Быть может, это её дитя — немой свидетель разговора. А быть может, он символизирует собой рождение нового человека, нового Адама. Ведь в Таинстве Крещения каждый из нас становится Новым Адамом. Его внимательный взгляд обращён ко Господу.

В Евангелии не говорится о том, почерпнула ли женщина воды из колодца, но она утолила свою жажду. Ей открылось, что Бог — это Дух и неиссякаемый источник Жизни. Она сама становится «садовым источником, колодцем живых вод и потоков с Ливана» (Песн. 4, 15). У источника Христос взял только одну душу, но через неё был спасен целый город, который услышал свидетельство о том, что сотворил с ней Иисус. Он — Мессия, которого ждали иудеи. Он уже пришел, об этом она будет свидетельствовать перед жителями города. Самарянка является не только символом обратившихся в христианство язычников, но и всей Церкви: она сохраняет заповеди Божии и верит во Христа.

В правой части картины мы видим фигуры учеников, которые возвращаются из города. Они несут с собой пищу, чтобы разделить с Учителем вечернюю трапезу. Они переглядываются, их лица выражают недоумение: Спаситель не выглядит уже ни измученным, ни голодным. Как будто они спрашивают друг друга: «Кто мог накормить Его в столь негостеприимном месте?» Они ещё не знают о том, что произошло. Яркое красное пятно, будто солнечный зайчик, отражается на них от колодца. Этот луч света перемещается вместе с ними, словно печать дара Духа Святого.

В глубине картины, неподалеку от городских стен, Рембрандт изобразил всадника на белом коне. Он напоминает собой белого коня из книги Откровения Иоанна Богослова. Когда была снята первая печать, появился «конь белый, и на нём всадник, имеющий лук, и дан был ему венец, и вышел он как победоносный и чтобы победить» (Откр. 6, 2). Это символ выражает собой чистоту, силу и победу Благовестия Христова над язычеством. Белый цвет нередко в Священном Писании выступает символом чистоты. «Если будут грехи ваши как багряное, — как снег убелю» (Ис. 1, 18). Так говорит Исаия о чистоте жизни прощёного человека. Это ещё одно свидетельство о том, что только что свершилось у колодца.

Через несколько мгновений самарянка, взволнованная всем тем, что с ней произошло, поспешит в город, чтобы рассказать соплеменникам о наступлении того времени, когда и не на горе Гаризим, и не в Иерусалиме они будут поклоняться Отцу, ибо они не знают, чему кланяются. Она же знает теперь, чему кланяется, ибо спасение от Иудеев. Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Она передаст им слова Спасителя о том, что Бог есть дух и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине (см. Ин. 4, 21-24).

18 мая после воскресной службы состоялась очередная встреча молодёжи с отцом Игорем в скайпе, на которой мы поговорили о беседе Иисуса Христа с самарянкой. Как раз в это воскресенье — пятое воскресенье после Пасхии — служба была посвящена воспоминанию беседы Иисуса Христа с самарянкой. (Ин, 20:5-42) В этом Евангельском чтении Господь открывается нам.

В беседе о.Игорь рассказал нам о том, кто такие самаряне и как образовался этот народ, а также мы попытались понять разговор Иисуса Христа с самарянкой.

Самаряне — народ, который возник на территории Северного, или Израильского царства, в результате смешения евреев и переселенцев. Когда евреев угнали в Вавилонский плен, их города (вместе со столицей Самарией) заняли переселенцы.

Ассирийский царь приказал вернуть в Самарию одного из взятых в плен израильских священников, чтобы он научил переселенцев-язычников бояться и почитать Бога (4Цар 17:27 и далее). От языческих богов отказываться было необязательно. После возвращения из плена евреи заключали браки с переселенцами, их потомков стали называть самарянами. Неоднократно упоминаются они в Евангелии.

В одной из притч Иисуса Христа (Лк 10:33-35) именно милосердный самарянин приводится как пример исполнения заповеди о любви.

В ходе разговора самарянки и Иисуса Христа выясняется, что иудеи с самарянами не собщаются. (Ин 4:9).

Этому есть своя предистория:

Поскольку самаряне не отрицали языческих богов, иудеи, вернувшиеся из Вавилонского плена, отказали им в участии в восстановлении храма в Иерусалиме.

Самаряне построили себе храм на горе Гаризим. Это противоречило иудейским представлениям о том, что храм может быть только в Иерусалиме. Между иудеями и самарянами возник настолько острый религиозный конфликт, что они даже перестали разговаривать друг с другом.

Этот конфликт повлиял не только на их дальнейшее общение, но и на познании Бога. У самарян было только пятикнижье Моисея. А дальнейшие Книги Пророков Старого Завета, которые были известны иудеям, им были уже неведомы.

В соответствии с евангельским повествованием беседа Христа и самарянки произошла в Самарии, неподалеку от города Сихарь, у колодца Иакова. Иисус, утрудившись от пути, сел у колодезя. В это время подошла женщина к колодцу почерпнуть воды. Она была самарянкой.

Иисус Христос попросил её дать попить. Самарянка удивилась, что иудей обращается к ней, поскольку иудеи с самарянами не сообщаются.

Иисус сказал ей в ответ: если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую.

Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную. Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе.

Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине.

Услышав всё это, женщина удивилась, что же это за вода такая и откуда она у него, если ему даже нечем почерпнуть воду. И кто же он, говорящий о себе так, как будто он выше самого отца Иакова, давшего им этот колодезь. Эта самарянка попросила у него такой воды, чтобы не иметь жажды и не ходить туда каждый раз.

Она напоминает нам наше с вами время, когда мы тоже всё время испытывем жажду радости, счастья, удовлетворения каких-то земных потребностей, и мы ни как не можем утолить эту жажду. Мы тоже всё время в поиске такого источника. И только встретившись с Иисусом Христом в духе и истине, дающего жизнь вечную, мы стремимся утолить жажду, прийти в церковь на Божественную Литургию, участвуем в Таинстве Евхаристии. Исходя из их беседы думается, что самарянку волновал вопрос о том, где правильно поклоняться Богу — в храме или на горе — и получает ответ от Христа, что не в храме и не на горе, не в каком-то месте. Отец ищет людей, которые будут поклоняться Ему не «где», а «как». Не в каком-то месте, но «в духе и истине».

Стоит отметить также, что в ответ на такой искренний интерес самарянской женщины к вопросам веры Христос открылся ей как Мессия.

Эта беседа даёт нам понять, что для Иисуса Христа не существовало разделения между людьми на свои и не свои, а главным было внутреннее состояние и расположение сердца человека.

Цель же Господа привести всех нас к Себе.

Подготовил Валерий Матвейчук

3.2. Беседа с самарянкой

Не так много в Евангелиях приведено бесед Христа с женщинами, но и среди этих бесед встреча с самарянкой выделяется, так как собеседница не только женщина (а беседовать с женщинами еврейские законоучители считали делом весьма недостойным), но и иноплеменница. Самаряне – мерзость для иудеев, и если иудеи хотели кого-то грубо оскорбить, то могли назвать самарянином (см.: Ин. 8: 48). Наконец, самарянка сменила шестерых мужей и живет в блуде.

Но, сравнивая эту встречу с беседой Господа с Никодимом, мы видим очевидный контраст – первый, знаток закона и правил благочестия, боится верно понять Христа, вторая же, будучи иноверной и грешницей, открыта для благовестия. В Евангелии немного случаев, когда описывается вера неиудеев: случай с исцелением дочери хананеянки (язычницы), исцеление слуги сотника (язычника), этот разговор с самарянкой, исповедание сотника Лонгина у Креста. Первые три случая имеют общую черту – глубокое смирение этих людей, открывшее дорогу вере, противопоставляемой неверию иудеев: «Благопослушание самарян служит изобличением жестокосердия иудеев, и бесчеловечие их (иудеев) раскрывается в кротости тех (самарян)». Свт. Кирилл Александрийский отмечает еще один момент: «Опять поражаются ученики Спасителя Его кротости и изумляются Его смиренному поведению, ибо Он не страшится, подобно некоторым неумеренным ревнителям благочестия, разговора с женщиной, но на всех простирает Свое человеколюбие и самым делом показует, что один есть Творец всего, определяющий жизнь чрез веру не одним мужчинам, но привлекающий к ней и женский пол».

Господь, направляясь в Галилею, проходит через Самарию. Близ города Сихарь, утрудившись от пути, Он сел отдохнуть у колодца; было около шестого часа. Библейский шестой час – это двенадцать часов по-нашему времени, то есть полдень, самое пекло. В это время иудеи старались быть дома и не выходить на улицу. Отсутствие других женщин у колодца – места, более чем удобного для общения, – это подтверждает. Очевидно, что самарянка, стыдясь и избегая общего осуждения и презрения, нарочно пришла к колодцу в заранее исключающее присутствие там других людей время – и нашла там Христа.

Это евангельское повествование обнаруживает перед нами удивительную силу слова, с которым Господь обращается к самарянке и которое оказало такое стремительное воздействие, что спустя короткое время уже не только она, но и весь город вышел ко Христу, и они просят, чтобы Он остался с ними, и исповедуют Ему свою веру, хотя – в этом опять-таки поразительное отличие от иудеев – Господь не творил там чудес. Он только заронил семя слова, и оно тотчас принесло свой плод.

Из содержания беседы видно, что самарянка знает местные предания (что колодец и город Сихарь связаны с именем патриарха Иакова); ждет прихода Мессии (Ин. 4: 25), ее, как и весь самарянский народ, волнует вопрос, бывший предметом противоречия между иудеями и самарянами: иудеи считали, что Иерусалим – единственное место для общественного почитания Бога, и храм здесь был построен по воле Божией, самаряне же, основываясь на указанном в Пятикнижии значении находившейся на их территории горы Гаризим, считали эту гору местом богопочтения.

Христос в ответе на вопрос говорит самарянке, что на настоящий момент истинным – не по месту, но по духу – является почитание Бога иудеями и именно от них придет спасение миру (то есть в еврейском народе родится Искупитель). Но в то же время наступает новый порядок жизни, когда люди будут поклоняться Богу как Отцу и сыновний характер почитания Бога освободит их от всех временных, местных и национальных ограничений, это поклонение будет в «духе и истине» – соответственно существу и свойствам Божиим (Ин. 4: 21–24).

В силу того что Священное Писание самарян было ограничено Пятикнижием Моисея, основной образ беседы – живая вода, которую Христос обещает дать этой женщине, не вызывает у нее никаких ассоциаций, очевидных для иудея: в Книге пророка Иеремии Господь дважды называет Себя источником живой воды (Иер. 2: 13; 17: 13); подобным образом и псалмопевец говорит: «Боже… у Тебя источник жизни» (Пс. 35: 10). Выражение «живая вода» для самарянки не более чем синоним проточной или просто чистой, живительной воды. Когда Господь говорит самарянке: «Тот, кто будет пить воду, которую Я дам ему, не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4: 14), она не понимает таинственного, духовного смысла этих слов и связывает с ними только одну надежду – больше не приходить на этот колодец, чтобы более не терпеть позор, не ходить сюда каждый день по полуденной жаре, таясь и скрываясь от всех: «Женщина говорит Ему: господин! дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать» (Ин. 4: 15).

В продолжение разговора отношение самарянки к Христу меняется. Для нее Он поначалу только иудей, ведущий Себя довольно странно – заговорил с женщиной, и притом иноплеменницей; затем господин, Которого она сопоставляет с праотцем Иаковом, выкопавшим их колодец; затем после мягкого обличения в грехе блуда – пророк и под конец беседы – Мессия. Удивляет, как быстро происходит преображение этой души. Несмотря на долгое время пребывания в тяжком грехе, у этой женщины оставался в душе стыд. Она могла бы после обличения отринуть Христа ради дальнейшего пребывания в грехе, но она желает исправиться и, обращаясь к Христу как к пророку, переступает через свой грех и принимает помощь Божию. Сам Христос открывается этой женщине в разговоре как Бог (Ин. 4: 10), Сын Божий (Ин. 4: 21, 23) и, наконец, как Мессия (Ин. 4: 25–26) – это единственный случай такого прямого Самосвидетельства в Евангелии.

Когда самарянка возращается в город, то говорит очень осторожно: «Пойдите, посмотрите Человека, Который сказал мне все, что я сделала: не Он ли Христос?» (Ин. 4: 29–30). В этом опасливом свидетельстве и общенародном признании своего греха видно не сомнение (ведь она уже точно знает, что Он Христос), а смиренное осознание своего недостоинства, опасение, что от нее такой, от грешницы, люди не воспримут благую весть. «Заметь, как искусно она вела речь к самарянам. Не говорит тотчас же, что нашла Христа, и не с самого начала дает им сообщение об Иисусе: по справедливости она и не была достойна этого, так как превышала меру подобающих ей слов, зная притом, что слушателям небезызвестно ее поведение. Поэтому она подготовляет их чудом и, поразив удивительным, подготовляет путь к вере».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Иисус и самаритянка

4 Фарисеи узнали, что Иисус приобретает и крестит больше учеников, чем Иоанн. 2 На самом же деле Иисус не крестил людей, это делали Его ученики. Иисусу стало известно, что о Нём говорили, 3 и поэтому Он покинул Иудею и отправился обратно в Галилею. 4 Однако Ему нужно было пройти через Самарию.

5 В Самарии Иисус остановился в городе, называемый Сихарь, неподалёку от земли, которую Иаков подарил своему сыну Иосифу. 6 В той местности находился колодец Иакова, и Иисус, устав с дороги, сел у того колодца. Было около полудня. 7 Одна самаритянка пришла к колодцу набрать воды, и Иисус попросил её: «Дай Мне попить». 8 Его ученики в это время отправились в город купить еду.

9 Самаритянка спросила: «Как это Ты, иудей, просишь у меня, самаритянки, воды?» Иудеи не общались с самаритянами.

10 Иисус ответил: «Если бы ты знала, что Бог даёт людям и Кто это просит тебя: «Дай Мне попить”, то ты сама просила бы у Меня, и Я дал бы тебе живой воды».

11 Женщина сказала Ему: «Господин, ведь у Тебя даже ведра нет, а колодец глубок. Где же Ты возьмёшь эту живую воду? 12 Неужели Ты превосходишь нашего праотца Иакова, который дал нам этот колодец и сам пил из него со своими детьми и скотом!»

13 Иисус ответил ей на это: «Всякого, кто попьёт этой воды, вскоре снова будет мучить жажда, 14 тот же, кто попьёт воды, которую дам ему Я, больше никогда не испытает жажды. А вода, которую дам ему Я, превратится внутри него в источник, из которого бьёт вечная жизнь».

15 Женщина попросила: «Господин, дай мне этой воды, чтобы я никогда больше не испытывала жажды и чтобы мне не пришлось больше приходить сюда за водой».

16 Он сказал ей: «Пойди, позови своего мужа и возвращайся».

17 Женщина ответила: «У меня нет мужа».

Иисус продолжил: «Ты правильно сказала, что у тебя нет мужа. 18 У тебя было их пятеро, а тот, с кем сейчас живёшь, тебе не муж. Ты правду сказала».

19 Женщина молвила: «Господин, я вижу, что Ты пророк. 20 Наши отцы приходили для поклонения на эту гору, но вы, иудеи, утверждаете, что люди должны идти для поклонения в Иерусалим».

21 Иисус ответил: «Женщина, поверь Мне, приближается время, когда вы будете поклоняться Отцу не на этой горе и не в Иерусалиме. 22 Вы, самаритяне, поклоняетесь тому, кого не понимаете. Мы же, иудеи, понимаем, Кому поклоняемся, так как спасение приходит от иудеев. 23 Но приближается время, и оно уже настало, когда истинно поклоняющиеся Отцу станут поклоняться Ему в духе и в истине. Именно таких поклонников ищет себе Отец. 24 Бог есть Дух, и потому те, кто Ему поклоняются, должны поклоняться Ему в Духе и истине».

25 Женщина сказала: «Я знаю, что приближается Мессия, что означает Христос. Когда Он явится, то расскажет нам обо всём».

26 «Это—Я,—ответил ей Иисус.—Я, говорящий с тобой,—Мессия».

27 В это время возвратились Его ученики и очень удивились, что Он разговаривает с женщиной. Но никто не сказал: «Чего Ты хочешь?»—или: «Почему Ты разговариваешь с ней?»

28 Женщина оставила свой кувшин с водой и возвратилась обратно в город. Она сказала людям: 29 «Пойдёмте со мной, и вы увидите Человека, Который рассказал мне обо всём, что я делала в жизни! Может быть, Он Христос?» 30 Они вышли из города и направились к Нему.

31 Тем временем ученики Иисуса упрашивали Его: «Учитель, поешь чего-нибудь!»

32 Но Он сказал им: «У Меня есть пища, о которой вы не знаете!»

33 Тогда Его ученики стали спрашивать друг у друга: «Может быть, кто-то принёс Ему еду?»

34 Иисус же ответил на это: «Моя пища в том, чтобы исполнять волю Пославшего Меня и закончить порученную Мне работу. 35 Засевая поле, вы часто говорите: «Ещё четыре месяца, а там и жатва”. А Я вам говорю: «Откройте свои глаза и посмотрите на поля, которые уже созрели для жатвы. 36 Тот, кто жнёт, уже получает плату и собирает урожай для вечной жизни, чтобы и сеятель, и жнец оба могли радоваться”. 37 Правдива пословица: «Один сеет, другой жнёт”. 38 Я послал вас, чтобы вы жали то, над чем не трудились сами. Другие трудились, а вы собрали плоды их трудов».

39 Многие самаритяне из того города поверили в Иисуса, потому что эта женщина сказала им о Нём: «Он рассказал мне обо всём, что я когда-либо делала». 40 Самаритяне пошли к Иисусу и попросили Его остаться с ними, и Он оставался с ними два дня. 41 И многие уверовали, услышав Его учения.

42 Они сказали той женщине: «Сначала мы поверили благодаря твоим словам. Теперь же мы верим, потому что сами услышали и знаем, что Этот Человек в самом деле Спаситель мира».

Иисус исцеляет сына чиновника

(Мф. 8:5-13; Лк. 7:1-10)

43 Два дня спустя Иисус покинул Самарию и отправился в Галилею. 44 Ещё ранее Иисус Сам сказал, что пророка не чтут в Его отечестве. 45 И когда Он пришёл в Галилею, галилеяне радушно приняли Его. Эти люди видели всё то, что Иисус совершил в Иерусалиме во время праздника Пасхи, потому что они также были на том празднестве.

46 Иисус снова пришёл в город Кана в Галилее, где Он превратил воду в вино. В это время в городе Капернаум жил один из царских чиновников, у которого был болен сын. 47 Этот чиновник, услышав, что Иисус пришёл из Иудеи в Галилею и, придя к Нему, стал умолять, чтобы Тот отправился в Капернаум и исцелил его сына, который был при смерти. 48 Иисус сказал ему: «Пока не увидите знамений и чудес, вы не поверите в Меня!»

49 Царский чиновник просил Иисуса: «Господин, приди, пока мой ребёнок не умер!»

50 Иисус ответил: «Иди домой. Твой сын будет жить».

Человек поверил словам Иисуса и пошёл домой. 51 По дороге он встретил своих слуг, которые сказали ему, что его сын чувствует себя хорошо.

52 Чиновник спросил их, когда ребёнку стало лучше, и они ответили: «Жар спал у него вчера около часа пополудни».

53 И тогда отец мальчика понял, что это случилось в тот самый час, когда Иисус сказал ему: «Твой сын будет жить». И он поверил в Иисуса, а вместе с ним и все его домашние.

54 Это было второе знамение, которое Иисус сотворил после того, как Он вернулся из Иудеи в Галилею.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *