Иконоборческий собор 754

Ересь иконоборчества, отвергающая почитание священных изображений под предлогом борьбы с идолопоклонством, возникла во 2-й четв. VIII в. при самом активном участии императоров Льва III и Константина V. Со 2-й пол. 20-х гг. VIII в. началась борьба с почитанием икон, в которой имп. власти и епископам-иконоборцам противостоял патриарх свт. Герман (715-730).

В 754 г. иконоборчество было провозглашено в качестве офиц. церковной доктрины Византийской империи на соборе в Иерии (т.н. 7-м вселенском, именуемом также «безглавым», так как ни один патриарх не присутствовал на его открытии), утвержденной подписями более 330 епископов.

Рьяное иконоборчество имп. Константина V, имевшее много приверженцев в военной среде, не пользовалось особенной популярностью в Константинополе, у правосл. же монашества оно вызвало самое сильное неприятие. Стремясь обеспечить преемство своей политики, имп. Константин при бракосочетании своего сына Льва с афинянкой Ириной потребовал от невесты клятвы не возобновлять почитание икон. Взойдя на престол, император Лев IV (775–780) прекратил гонения против монахов, но не пожелал открыто порывать с иконоборческими убеждениями отца и деда. Весной 780 года на Константинопольский престол был избран патриарх Павел IV; тайный иконопочитатель, он перед поставлением был вынужден дать письменное обещание не поклоняться иконам. Вскоре императору было доложено о дворцовом заговоре. Обнаружив в ходе расследования иконы в покоях имп. Ирины, Лев возобновил гонение против иконопочитателей, обвинив их в злоупотреблении его добрым отношением. Несколько высокопоставленных придворных и сановников за сокрытие икон были подвергнуты жестоким наказаниям и заключению. Императрица была обвинена в нарушении клятвы и подверглась опале.

В конце того же 780 года император Лев IV скоропостижно скончался. Императрица Ирина, мать малолетнего императора Константина VI, сумела предотвратить заговор в пользу Никифора, единокровного брата ее мужа, и сосредоточила всю власть в своих руках. Никифор и его братья были посвящены в духовный сан; в то же время состоялось торжественное возвращение в Халкидон мощей мц. Евфимии, вывезенных иконоборцами на Лемнос; началось возрождение монастырей, пользовавшихся открытым покровительством императрицы. Вскоре, подавив мятеж стратига Сицилии, Ирина вернула под контроль Византии владения в Юж. Италии. Началось сближение с Римом, отношения с которым были разорваны со времен первых иконоборческих мероприятий в Константинополе.

К этому времени франк. кор. Карл Великий, покорив Лангобардское королевство (774), стал не только самым могущественным государем Запада, но и соседом Византии. Папа Адриан I (772–795) поддерживал с королем Карлом самые тесные отношения и в 781 г. получил от него значительные территориальные владения в Центр. Италии (см. ст. Папская область); в то же время политическая зависимость Рима от императора в Константинополе формально еще не считалась упраздненной. В 781/782 г. состоялись успешные переговоры Ирины с кор. Карлом, окончившиеся помолвкой имп. Константина VI с его дочерью Ротрудой.

Главным препятствием на пути нормализации отношений Византии как с Римом, так и с православными Востока оставалось иконоборчество. Имп. Ирина была убежденной защитницей икон, и позиции иконоборцев, оставшихся без поддержки имп. власти, резко ослабли. В обществе началось обсуждение вопроса о необходимости восстановления почитания икон.

Иконоборчество было осуждено как ересь на Вселенском Соборе, который состоялся в Никее в 787 г. Подробнее о подготовке к Собору, его проведении и решениях см. в ст. VII Вселенский собор.

После тяжелейших военных неудач при императорах-иконопочитателях, в Византии состоялся «рецидив» иконоборчества (815–843). Эта ересь была окончательно устранена при имп. св. Феодоре и имп. Михаиле III; на церемонии, получившей название Торжество Православия (843), были торжественно подтверждены решения VII Вселенского Собора.

Иконоборческое богословие

Споры о священных изображениях возникали и в древности. Противниками их были Евсевий, еп. Кесарийский (Послание к Констанции ), и свт. Епифаний Саламинский (Против устрояющих образы; Послание имп. Феодосию I; Завещание ). Пример свт. Епифания убедительно свидетельствует, что в конце IV в. иконопочитание имело весьма широкое распространение, даже такой авторитетный епископ ничего не мог против него сделать, не только во вселенском масштабе, но и на о-ве Кипр, где он был первоиерархом. В последующие века иконописание и иконопочитание осуждались извне — со стороны иудеев. От них в VI–VII вв. защищали иконы Стефан Бострийский и Леонтий, еп. Неаполя на Кипре . Происхождение визант. иконоборчества VIII в. приписывалось иудейским и мусульм. влияниям (соч. «Против Константина Копронима», написанное незадолго до VII Вселенского Собора ), но на самом деле корни его уходят в восточнохрист. ереси и секты. Первые иконоборческие императоры Лев III Исавр и Константин V Копроним с большими успехами воевали с арабами и насильственно христианизировали евреев. Из переписки свт. Германа Константинопольского известно, что в середине 20-х гг. VIII в. Константин, еп. Наколийский, выступал против икон, ссылаясь на Исх 20. 4, Лев 26. 1 и Втор 6. 13; он видел влияние многобожия не только в почитании икон, но и в почитании святых . VII Вселенский Собор назвал этого епископа ересиархом. Др. малоазийский епископ, Фома Клавдиопольский, начал бороться с иконопочитанием в своей области . В М. Азии и в самом Константинополе сложилось движение против икон, в которое все более активно включался имп. Лев III Исавр. 7 янв. 730 г. состоялся «силентион» (высшее собрание светских и церковных сановников), на котором Лев III предложил свт. Герману, патриарху Константинопольскому, согласиться на иконоборческую реформу. Патриарх заявил, что решение вероучительного вопроса требует Вселенского Собора, и удалился на покой в имение неподалеку от Константинополя. Если у мусульман действовал запрет изображения живых существ вообще, визант. гонение на священные изображения вовсе не было запретом искусства как такового, его весьма ценили и иконоборцы, при которых светское искусство процветало. Его произведениями украшались церкви, превращавшиеся в «огороды и птичники» , то есть расписывались изображениями растений и животных. Но в первую очередь светское искусство служило почитанию императора. Иконоборчество коснулось даже монет. Образ Христов, со времени имп. Юстиниана II чеканившийся на золотой монете, был заменен крестом, изображения которого иконоборцы не отвергали. Первоначальная идеология иконоборчества сводилась к примитивному утверждению, что иконопочитание есть новое идолопоклонство. Только 2-й император-иконоборец Константин V Копроним предложил иконоборческую теологию. Он мог отталкиваться от уже имевшейся правосл. полемики прежде всего у прп. Иоанна Дамаскина, разработавшего основы правосл. учения об иконе. Главный довод прп. Иоанна — христологический: икона возможна, потому что Бог воплотился. Прп. Иоанн устанавливает принципиальное различие между поклонением — чрезвычайно широким понятием, охватывающим все степени почитания, от почитания Бога до уважительного отношения к себе равным, и служением (традиц. слав. передача греч. latre…a), подобающим одному Богу . Изображение принципиально отличается от изображенного . Образ имеет «анагогический» характер, возводя человеческий ум к горнему посредством земного, сродного человеку . Прп. Иоанн применяет к обоснованию иконопочитания то, что свт. Василий Великий сказал в контексте тринитарных споров: «Почитание образа восходит к первообразу». В образе Иисуса Христа воздается поклонение самой Ипостаси Богочеловека: «Как боюсь коснуться раскаленного железа не из-за природы железа, но из-за соединенного с ним огня, так Плоти Твоей поклоняюсь не ради природы плоти, но ради по Ипостаси соединенного с нею Божества… Поклоняемся Твоей иконе. Поклоняемся всему Твоему: Твоим слугам, Твоим друзьям и прежде их — Матери Богородице» . Оспаривая иконопочитание, имп. Константин V утверждает, что истинный образ должен быть единосущен своему первообразу, из чего следует, что единственный истинный образ Христов — Св. Евхаристия, «ибо Хлеб, Который мы приемлем, есть образ Тела Его… не так, что всякий хлеб — Тело Его, но только тот, который священническим служением вознесен превыше рукотворенного, на высоту нерукотворенного» . Вещественный образ, которым желали бы «описать» Первообраз, мог бы представить лишь человеческую природу Христа, а не Божественную Его природу. «Богомужное», объединяющее божество и человечество, изображение Христа и невозможно, и еретично: если изображать одну человеческую Его природу, раздвояется Его Личность и в Св. Троицу вводится четвертое лицо, если же пытаться изобразить единую Личность, получится слияние природ и притязание на описание неописуемого Божества. И в том и в др. случае иконопочитатели еретичествуют, впадая или в несторианство, или в монофизитство . К своему сочинению имп. Константин приложил патристический флорилегий.

Имп. богословие легло в основу вероопределения Иерийского Собора 754 г., который иконоборцы объявили «вселенским». Собор анафематствовал защитников иконопочитания: свт. Германа, Георгия, еп. Кипрского, и прп. Иоанна Дамаскина. Вероопределение Иерийского Собора было впоследствии включено в Деяния VII Вселенского Собора вместе с опровержением, составленным, по-видимому, свт. Тарасием Константинопольским. В сознании обеих сторон спора о св. иконах речь шла прежде всего об иконе Иисуса Христа, и спор таким образом был прямым продолжением христологических споров предшествующих веков. Иерийский Собор, детально доказывая невозможность изображения Христа, не мог отрицать богословскую возможность изображения святых, однако почитание и этих икон признавал идолослужением . Иерийский Собор постановил, что «всякая икона, сделанная из какого угодно вещества, а равно и писанная красками при помощи нечестивого искусства живописцев, должна быть извергаема из христианских церквей. Если же кто-либо с этого времени дерзнет устроить икону или поклоняться ей, или поставить ее в церкви или в собственном доме, или же скрывать ее», то клирик лишается сана, а монах или мирянин анафематствуется . В то же время этот Собор запретил под предлогом борьбы с иконами присваивать для недолжного употребления церковные сосуды и облачения , что свидетельствует об имевших место еще до Собора эксцессах иконоборчества. В собственно догматическом определении Иерийского Собора сказано:

«Кто свойства Бога Слова по воплощении Его старается представить посредством вещественных красок вместо того чтобы поклоняться от всего сердца умственными очами Тому, Кто ярче света солнечного и Кто сидит на небесах одесную Бога,— анафема. Кто неописуемое существо Бога Слова и Ипостась Его старается, вследствие воплощения Его, описывать на иконах человекообразно, посредством вещественных красок, и более уже не мыслит как богослов, что Он и по воплощении тем не менее неописуем,— анафема. Кто старается написать на иконе нераздельное и ипостасное соединение естества Бога Слова и плоти, то есть единое неслиянное и нераздельное, что образовалось из обоих, и называет это изображение Христом, между тем как имя Христос означает вместе Бога и человека,— анафема. Кто одною чистою мыслию отделяет плоть, соединившуюся с ипостасью Бога Слова, и вследствие этого старается изобразить ее на иконе,— анафема. Кто одного Христа разделяет на две ипостаси, отчасти считая Его Сыном Божиим, а отчасти Сыном Девы Марии, а не одним и тем же, и исповедует, что единение между ними совершилось относительное, и потому изображает Его на иконе, как имеющего особенную ипостась, заимствованную от Девы,— анафема. Кто пишет на иконе плоть, обоготворенную соединением ее с Богом Словом, как будто бы отделяя ее от воспринявшего и обоготворившего ее Божества и делая ее таким образом как бы необоготворенною,— анафема. Кто Бога Слова, сущего во образе Божием и в Своей ипостаси приявшего зрак раба и соделавшегося во всем нам подобным кроме греха, старается изобразить посредством вещественных красок, то есть как будто бы Он был простой человек, и отделить Его от неотделимого и неизменяемого Божества, и таким образом как бы вводит четверичность во Святую и Живоначальную Троицу, — анафема» .

Все эти анафематизмы говорят о том, что иконопочитатели впадают или в монофизитство, или в несторианство. Следует анафема против изображающих на иконах святых, но также анафемы против непочитающих Богородицу и всех святых. Последние 2 анафемы направлены, конечно, против радикального иконоборчества. Предложенное Иерийским Собором собрание высказываний св. отцов немногим полнее предложенного императором. После Собора, разворачивая гонения на иконопочитателей и прежде всего монахов, имп. Константин V Копроним, не считаясь с соборными постановлениями, занимал более радикальную позицию. Есть немало свидетельств, что он выступал против почитания святых и даже Богородицы . Имп. Константин явился во многом дальним предтечей Реформации XVI в., за что и стяжал симпатии мн. протестант. историков. Первая визант. «реформация» была непродолжительна: в 780 г. воцарилась Ирина, восстановительница иконопочитания.

Использованные материалы

  • Статья «VII Вселенский собор» из IX тома «Православной энциклопедии», М.: 2005. С.645 — 660

PG. 20. Col. 1545–1549

Holl K. Gesammelte Aufsдtze zur Kirchengeschichte. Tьb., 1928. Bd. 2. S. 351–398

CPG, N 7790

CPG, N 7885; PG. 93. Col. 1597–1609

05.11.2009
Дмитрий Стешин
На фоне быстро реформирующегося «западного» христианства русское православие продолжает стоять незыблемой глыбой. Недаром христиане на Западе православных называют «ортодоксами». И не понять, чего в этом слове больше — снисходительности к нашей дремучести или уважения к нашей твердости в вере. Да, в России до сих пор невозможно появление женщины-священнослужителя или освященный церковью однополый брак. При этом церковь продолжает испытывать давление человеческих страстей. И виды у этого давления могут быть самыми разными. Несколько лет назад автор этой заметки случайно узнал о «неканонических» иконах и начал собирать их изображения. Большая часть была написана с добрыми намерениями, но были и откровенно кощунственные, злые. Авторство некоторых «икон» не удалось установить, хотя они давно ходят по рукам, а иногда встречаются в храмах и в церковных лавках. «Комсомолка» попросила прокомментировать эти «образы» отца Михаила (Прокопенко) из храма Троицы Живоначальной в Хорошеве.

От редакции. См. комментарий: http://expertmus.livejournal.com/45268.html

«Святой мученик отрок Андрюша Ющинский Киевский» (См.: http://www.ruskline.ru/news_rl/2011/03/24/ssha_sdelali_vyzov_presvyatoj_troice/?p=0 )
Местночтимый киевский святой, ученик приготовительного класса Софийского духовного училища в Киеве. Его обескровленное тело было найдено 20 марта 1911 года. Расследование убийства вылилось в громкий судебный процесс — так называемое «дело Бейлиса». В ходе процесса еврейское население Киева было обвинено в ритуальных убийствах. Одним из инициаторов прославления мученика был философ Василий Розанов. Самочинная икона пользуется популярностью среди прихожан так называемой Украинской православной церкви Киевской патриархии.
Отец Михаил: — Господь только знает, какой стала судьба этого мальчика. Вне сомнений, он погиб страдальчески. Но такое принесение политических страстей на иконописную доску никогда не было свойственно церкви. Такие изображения встречаются крайне редко. Политика разделяет людей, и именно по этой причине церковь от нее отдалена. Потому что Христос пришел спасти всех людей, не различая их по политическим взглядам. Если церковь будет ассоциировать себя с одной политической силой, куда же деваться ее противникам? Вот в нашем храме, например, вместе молятся грузины и абхазы. Эти люди в ином месте смотрели бы друг на друга через прицел. Мне приходилось здесь крестить скинхедов и крестить людей, которые, скажем так, не находят со скинхедами общего языка. Христос примиряет всех. Принесение суетных политических идей на церковную почву неизбежно калечит религиозное сознание.

«Иосиф Петроградский, попирающий Патриарха Сергия»
Лубок в виде иконы написан по мотивам афонской фрески, на которой св. Марк Ефесский попирает Римского Папу. На этом изображении, изготовленном кем-то из иконописцев РПЦЗ в 80-х годах, отображен внутрицерковный конфликт 20-х годов прошлого века между церковью «белой» и «красной».
Отец Михаил: — Несмотря на то, что эта картиночка выполнена вполне в традиционной иконописной стилистике, иконой ее язык не повернется назвать. Нарисована хорошо — соблюдено даже портретное сходство. Но без жгучей ненависти к Патриарху Сергию этот образ не мог бы быть написан. Одержимость автора видна в парадоксальной ненависти к собственному народу и своей церкви. При том, что автор этой картинки, скорее всего, был крещен в нашей церкви. Не знаю, как нужно было обозлиться, как нужно было открыть свою душу для таких страстей.

«Новомученик святой старец Владимир Ленин»
«Образы» с изображением вождя пролетариата характерны для раскольников-беспоповцев, которые восприняли советскую власть как антагониста власти царской. А враг моего врага — мой друг. Этот «образ» был сфотографирован в Республике Коми в середине 90-х годов, когда-то он помещался в одной из молелен.
Отец Михаил: — Ленин — это человек, о христианском мировоззрении которого неизвестно ничего, кроме пятерки по Закону Божьему в его аттестате. Все остальное его отношение к христианству — это злоба и сатанинская одержимость. По рассказам современников, его просто корежило при упоминании Имени Божьего. Изображать его на иконах — кощунственно.

«Светский образ»
Их тысячи. Живописные изображения Христа Спасителя не запрещены. Но в последние годы подобные неканонические образы можно встретить в храмах.
Отец Михаил: — Перед такой иконой сложно молиться. Перед картиной «Христос в пустыне» Ивана Крамского можно лишь поразмышлять. Иными словами, эти изображения щекочут нервы. Творчество может питаться священными сюжетами. Другое дело, что их нельзя называть иконами. Есть и другие примеры. У нас есть признанные чудотворные иконы, которые написаны с отступлением от канонов. Например, икона «Умиление Пресвятой Богородицы» — келейная икона преподобного Серафима Саровского. Икона написана в стилистике светской живописи XVIII — XIX веков, тем не менее эту икону мы почитаем, и ее каноничность не вызывает сомнений.

«Великомученик император Павел I» (См.: http://expertmus.livejournal.com/45268.html )
Самочинный образ был явлен 24 марта 2006 года в Петропавловском соборе на панихиде по убиенному императору некими монархистами-радикалами. Автор неизвестен.
Отец Михаил: — Это тоже привнесение политических страстей в церковь. Несомненно, что человек претерпел мученическую кончину. С другой стороны, его политика в отношении церкви была по меньшей мере странная. Именно он ввел в титул российского императора именование Глава церкви. Это кощунство, глава церкви — это Христос. Мне не очень понятно упорство этих людей, написавших этот неканонический образ. В эпоху Павла Первого было множество людей святой жизни. Например, митрополит Санкт-Петербургский Гавриил, возродивший монашескую традицию в России. При этом нет свидетельств народного почитания императора Павла на протяжении двухсот лет.

«Чернобыльский Спас»
Икона была создана на народные пожертвования и даже была освящена 31 августа 2008 года в Вознесенском кафедральном соборе Новосибирска. Написана в Задонском Богородицком мужском монастыре.
Отец Михаил: — Это скорее наивное искусство. Больше живопись, и я вполне представляю себе такую картину, написанную светским художником. Это искренне сделано, с живым религиозным чувством.

«Воскрешающая Русь»
Образ написан по видению некой жительницы Пятигорска Ольги Павленко в конце 90-х годов. В настоящий момент икона распространена в списках, ксерокопиях, ее можно купить у «странников» и в церковных лавках некоторых монастырей.
Отец Михаил: — Церковь учит крайне осторожно относиться к своему мистическому опыту. Человек может демонское обольщение принять за что-то благодатное. Он может принять за откровение нервное дрожание, переживания какого-то соматического характера. Но Господь найдет способ открыть человеку свою волю посредством других людей. Богу угодно, чтобы люди наставлялись людьми же. «Чтобы друг другу тяготы носили и так исполняли закон Христов» — так говорил апостол Павел.

«Григорий Распутин (Новых)» (См.: http://rublev-museum.livejournal.com/134571.html )
Эта самочинная икона написана художником из так называемой «Церкви Иоанна Богослова», предположительно неким братом Романом, проживающим в Германии. Образ Григория Распутина крайне популярен в разных околоправославных течениях. Существуют и известны около трех десятков самочинных и неканонических образов с Григорием Распутиным.
Отец Михаил: — Очень яркий пример такого воспаленного сознания. Это крайне пререкаемая личность, очевидно, принадлежавшая к хлыстовской секте. Есть свидетельства многих святых, что этот человек был крайне вреден для царской семьи и России. Этот человек, очевидно, принадлежал к хлыстовской секте. Конечно, не может быть и речи, чтобы изображения этого человека находились в православных храмах.

«Мученики Беслана» (См.: http://expertmus.livejournal.com/38705.html )
Образ написан санкт-петербургским иконописцем Михаилом Осипенко сразу после трагических событий. В основу сюжета легло библейское повествование об избиении вифлеемских младенцев. К сорока дням икона была доставлена в Аланский Успенский мужской монастырь в Беслане. По слухам, самочинный образ был освящен, но впоследствии РПЦ этот факт категорически опровергла.
Отец Михаил: — Понятно желание и чувства того, кто написал этот неканонический образ. Мы верим, что Господь, конечно, принял невинных страдальцев в свою небесную обитель. …Но есть один важный момент. Человек в церкви должен уметь ждать и доверяться солидарному церковному мнению. В настойчивом желании добиться почитания чьей-то памяти слишком много человеческого. Сергий Преподобный пролежал в могиле 30 лет, прежде чем его мощи подняли. А прославлен и причислен к лику святых он был еще позже. Необходимы были свидетельства подлинного, всенародного почитания. Очень ярко это проявилось в истории с канонизацией царской семьи. Люди много лет смиренно ожидали церковного решения. Но были и те, кто с упорством изображал царскую семью и ставил эти изображения в храмах. Но все материалы по канонизации были оглашены на Поместном соборе лишь в 2004 году. Высшей церковной властью было принято решение причислить их к лику святых, в одном из пунктов этого решения особо указывается на разрешение писать иконы.

«Великомученик Евгений Родионов» (См.: http://rublev-museum.livejournal.com/31425.html )
13 февраля 1996 года Евгений Родионов попал в плен к чеченским боевикам и после отказа снять нательный крест был зверски убит. Евгений Родионов считается местно-чтимым святым, но пока не канонизирован церковью. Существуют два образа Евгения Родионова, написанных по канонам иконографии.
Отец Михаил: — Понятно стремление людей причислить его к лику святых, но нужно набраться терпения. То, что Евгений Родионов формально не причислен к лику святых, в его судьбе уже ничего не изменит. Если человек отказался отречься от Христа и был за это убит, несомненно, он находится в числе мучеников. Тем не менее, прежде общецерковного решения о прославлении святого иконы писать не следует.

«Царь Иван Грозный» (См.: http://expertmus.livejournal.com/62054.html )
Считается местночтимым святым во Владимире. Известно несколько десятков неканонических и самочинных икон.
Отец Михаил: — Если деятельность Ивана Васильевича сравнить с деятельностью его современников — европейских правителей, его личность покажется травоядной, вегетарианской. Но это не повод так настойчиво добиваться причисления его к лику святых. Церковь в свое время высказалась по этому поводу — оснований для причисления его к лику святых пока нет.

«Николай Псковоозерский (Гурьянов)»
Один из самых почитаемых праведников и старцев нашего времени. Последние годы жизни провел на острове Залит в Псковском озере, который стал местом народного паломничества. Обладал провидческим даром. Якобы был сторонником канонизации Ивана Грозного и Григория Распутина.
Отец Михаил: — По свидетельству многих, это был очень достойный батюшка, но нужно понимать, что вокруг него было множество корыстных и прельщенных людей. Вообще взыскание такой неординарной благодати не является признаком нормальной духовной жизни человека.

Адольф Гитлер: «Атаульф Мюнхенский, великомученик Берлинский»
Творчество адептов «Русской Катакомбной Церкви Истинных Православных Христиан». Само название секты звучит как диагноз. Психические заболевания заразны — существует три вида «иконы» с Атаульфом, которые в списках расходятся по России.
Отец Михаил: — Это за пределами добра и зла. Без комментариев, хотя пару слов хочу сказать. Думают ли православные люди, защищающие Власова, Гитлера, о том, какая судьба была им уготована в Третьем рейхе?
«Плач Иисуса Христа об абортах»
Это действительно «народная» икона. Образ известен не менее двух десятков лет и распространен среди верующих. По словам современного сибирского иконописца Сергея Колько, он делал один из списков этой иконы по просьбе настоятеля храма Святых царственных мучеников (Омско-Тарская епархия), с маленького карманного образка. Наверное, это единственная из неканонических икон, которая не вызвала резкого отторжения иерархов церкви. 23 ноября 2007 года состоялся чин освящения этой иконы. По мнению отца Михаила, это все-таки живопись…

СПРАВКА «КП»
Признаки канонической иконы — Условность изображения. Изображается не предмет, а идея. Портретные сходства условны. По каноническим требованиям русской иконографии на православных иконах нет признаков чувственной и плотской привлекательности. — Для канонической иконы характерна обратная перспектива: точка схода располагается не на линии горизонта (в глубине образа), а в стоящем перед иконой человеке. При этом удаленные предметы увеличиваются в размерах, а в прямой перспективе наоборот. По мнению богословов, это облегчает молитву. Восприятие изображения получается панорамным, напряжение с глаз снимается, и образ воспринимается сердцем. — Нет внешнего источника освещения. Свет идет из глубины, свечение образа «внутреннее». — В канонических иконах изображение единовременно, композиция статична. Если необходимо изобразить движение, иконописец делает его малореалистичным, подчеркивая статику образа.
От редакции. См. по теме статью «Топ-50, слабое звено и приговор кощунникам»: http://expertmus.livejournal.com/56762.html© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева.
Tags: #Музей, #МузейАндреяРублева, #МузейРублева, #МузейноеЕдинство, #Православие, #Рублев, #Рублева, #монастырь, #музей_имени_Рублева, #протест, Русская Православная Церковь, лекторий, расследование

Введение
1 Предыстория иконоборчества
2 Причины иконоборчества
2.1 Богословские
2.2 Политические
3 Репрессии
3.1 Уничтожение икон, мозаик и фресок
3.2 Преследование и казни иконопочитателей
3.3 Преследование иконописцев
4 Хроника иконоборчества
4.1 1-й период иконоборчества (730—787)
4.1.1 Константин V и Иконоборческий собор
4.1.2 Седьмой Вселенский собор
4.2 2-й период иконоборчества (814—842)
4.2.1 «Торжество Православия»
4.3 Период реакции
5 Искусство периода иконоборчества
6 Источники и историография
Список литературы
Введение

В 730 году император Лев III Исавр запретил почитание икон. Результатом иконоборчества стало уничтожение тысяч икон, а также мозаик, фресок, статуй святых и расписных алтарей во многих храмах. Иконоборчество было официально признано на Иконоборческом соборе в 754 году при поддержке императора Константина V Копронима, сурово ополчившегося против иконопочитателей, особенно монахов. При поддержке императрицы Ирины, вдовы Льва IV Хазара, в 787 году состоялся Седьмой Вселенский собор, утвердивший догмат иконопочитания и отменивший решение церковного собора 754 года, лишив его статуса «вселенского». Императоры, правившие после неё, — Никифор ? Геник и Михаил I Рангаве — придерживались иконопочитания. Однако сокрушительное поражение Михаила I в войне с болгарами в 813 году привело на престол Льва V Армянина, при котором было возобновлено иконоборчество и вновь были признаны решения собора 754 года.

В период регентства императрицы Феодоры Патриарх Иоанн VII был свергнут, и на его место возведен защитник иконопочитания Мефодий. Под его председательством в 843 году состоялся церковный собор, утвердивший и одобривший все определения VII Вселенского собора и подвергший снова отлучению иконоборцев. Тогда же был установлен и впервые совершён (11 марта 843 года) чин провозглашения вечной памяти ревнителям православия и анафематствования еретикам, совершаемый в православной церкви и до нашего времени в Неделю Православия («Торжество Православия»).

1. Предыстория иконоборчестваДревнейшее известное изображение Богородицы с младенцем Иисусом
(II век, Катакомбы Присциллы, Рим)

Изображение Христа, Богородицы, святых, библейских сцен известны в христианстве начиная со II века. К IV веку стены христианских храмов уже повсеместно украшались живописными изображениями. Василий Великий в слове, посвящённом памяти мученика Варлаама, призывает живописцев изобразить подвиги святого, Иоанн Златоуст пишет о распространении изображений Мелетия Антиохийского, а Феодорит Кирский сообщает о портретах Симеона Столпника, продаваемых в Риме.

Несмотря на такую поддержку изображения лиц и событий Священной и церковной истории, в этот же период появляются первые возражения против употребления икон. Так, Евсевий Кесарийский отрицательно высказывается про желание сестры императора иметь икону Христа. Это он объясняет не ветхозаветным запретом, а тем, что божественная природа неизобразима. Известны и активные иконоборческие действия в этот период: Епифаний Кипрский, увидев в церкви завесу с изображением человека, разорвал её и отдал на покрытие гроба нищего; в Испании на Эльвирском соборе (начало IV века) было принято постановление против стенной живописи в храмах:

чтобы живописи в церквах не было, и чтобы не служило предметом почитания и обожания то, что изображается на стенах.

К началу VI века иконоборческие позиции усилились из-за распространения в византийской империи монофизитов. Лидер монофизитов Севир Антиохийский отрицал не только иконы Христа, Богородицы, святых, но даже и изображение Святого Духа в виде голубя. О широте движения отрицания иконопочитания в этот период свидетельствуют сообщения, что Анастасий Синаит писал в защиту икон, а Симеон Столпник (младший) жаловался императору Юстиниану II на оскорбляющих «икон Сына Божия и Всесвятой Преславной Богородицы». Усиление иконоборчества пришлось на конец VI—VII века. В Марселе епископ Серен в 598 году уничтожил в церкви все иконы, которые, на его взгляд, суеверно почитались прихожанами. Папа Григорий Великий писал к нему об этом, хваля за ревность в борьбе с суевериями, но требовал, чтобы иконы были восстановлены, так как они служат простым людям вместо книги, и просил разъяснить пастве истинный способ почитания икон.

Большое значение в росте иконоборчества сыграло появление ислама, враждебно относящегося к изображениям одушевлённого. В районах империи, граничащих с территориями арабских племён, издавна процветали христианские ереси — монтанизм, маркионитство, павликианство. Для их адептов ислам оживил сомнения в законности икон. Византийские императоры, стремясь обеспечить мирное соседство с мусульманами, шли на уступки иконоборцам. Так, император Филиппик, перед своим свержением в 713 году, собирался издать закон против почитания икон. Защитники иконопочитания называли таких императоров-иконоборцев «сарацински мудрствующими».

2. Причины иконоборчества 2.1. Богословские»Никейский ангел», мозаика, смущавшая своей чувственностью иконоборцев
(VII век, восстановлена после разрушения)

Иконоборцы основывали свои взгляды на одной из десяти заповедей, данных Богом Моисею: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им…» (Исх.20:4-5). Хотя живописные изображения Христа и святых были известны уже древней церкви, но единообразный канон отношения к иконам отсутствовал. При этом в народных массах иконы окружались суеверным поклонением:

Произошёл «рост магических несуразностей в почитании священных предметов, грубое фетишизирование иконы». Такое поведение и вызывало обвинения в язычестве и идолопоклонстве. Ещё до начала иконоборчества Анастасий Синаит (VII век) писал: «Многие думают, что крещение достаточно чтится тем, кто войдя в церковь, перецелует все иконы, не обращая внимания на литургию и богослужение».

Также академик В. Н. Лазарев отмечает, что для религиозного искусства в тот период уже была характерна излишняя чувствительность, которая для некоторых ставила под сомнение святость иконы. При этом, как отмечает историк Карташёв, просвещение в Византии к этому времени значительно понизилось, по сравнению с временами императора Юстиниана, и «тонкие проблемы догматики стали непосильны большинству богословских умов».

2.2. Политические

Исследователи разделяют политические причины иконоборчества на две группы:

Связанные с иудаизмом и исламомЧерез иконоборчество византийские императоры хотели уничтожить одну из главных преград для сближения христиан с иудеями и мусульманами, которые отрицательно относились к иконам. Через это планировалось облегчить подчинение империи народов, исповедующих эти религии.Борьба с властью церквиК VIII веку политическая роль церкви в империи значительно усилилась, наблюдался значительный рост церковной собственности и монастырей. Духовенство начало активно участвовать в делах управления империей, так, в 695 году министром финансов стал авва Феодот, а в 715 году диакон собора Святой Софии был назначен главнокомандующим войсками. По этой причине императоры-иконоборцы считали необходимым отвлечь людские силы и денежные средства от церкви и направить всё в государственную казну. Поэтому, как отмечает греческий историк Папарригопуло, «параллельно с религиозной реформой, осуждавшей иконы, запрещавшей мощи, уменьшившей число монастырей и вместе с тем не коснувшейся основных догматов христианской веры, производилась реформа социальная и политическая».3. Репрессии 3.1. Уничтожение икон, мозаик и фресок

В период иконоборчества художественные произведения, посвященные христианской тематике, безжалостно уничтожались: иконы сжигались, украшавшие стены храмов мозаики и фрески сбивались. К наиболее известным фактам вандализма относится уничтожение убранства храма Богородицы во Влахернах, в котором проходил иконоборческий собор 754 года. Житие Стефана Нового, пострадавшего за иконопочитание, сообщает: «…иконы ввергались — одни в болото, другие — в море, третьи — в огонь, а иные были рассекаемы и, раздробляемы секирами. А те иконы, которые находились на церковных стенах, — одни сострагивались железом, другие замазываемы были краскою».

3.2. Преследование и казни иконопочитателей

Многих начальников и воинов по клевете, что они покланяются иконам, предал разным казням и жесточайшим мучениям. Он обязывал присягою всех в своем царстве не покланяться иконам и заставил даже Константина, лжеименного патриарха, взойти на амвон, и возвысив честные и животворящие древа клясться, что он не принадлежит к почитателям святых икон. Он убедил его из монахов перевенчаться, есть мясо и присутствовать за царским столом при песнях и плясках.

Хронография Феофана (766 год)

Преследование в первую очередь затронуло византийское монашество: Константин V объявил их звание неблагонадёжным политически. Сторонники Константина публично гнали и поносили монахов, кидали в них камнями: «…многих монахов умертвил ударами бичей, и даже мечем, и бесчисленное множество ослепил; у некоторых обмазывали бороду спуском воска и масла, подпускал огонь и таким образом обжигал лица их и головы; иных после многих мучений отсылал в изгнание». От гонений пострадал Стефан Новый со своими учениками, их казни, по словам А. В. Карташёва, заставили сравнить времена Копронима с временем Диоклетиана. За сочувствие этим иконопочитателям 25 августа 766 года на ипподроме публично были подвергнуты осмеянию и наказанию 19 высокопоставленных лиц. Ряд из пострадавших от гонений монахов были позднее канонизированы (например, Иоанн Психаит, преподобномученик Андрей Критский и другие).

Византийский император в 741-75 г., соправитель с августа 720 г., сын императора Льва III и Марии, представитель Исаврийской (Сирийской) династии, выдающийся военачальник и администратор.

Будучи теоретиком и практиком иконоборческого движения Константин V получил от ортодоксальных писателей резко негативную и очевидно искаженную посмертную оценку личности и правления, «удостоившись» прозвищ Копроним («Гноеименный») и Каваллин («Кобылятник»).

Взойдя на престол 18 июня 741 г., Константин V уже год спустя едва не потерял царство. Летом 742 г. вспыхнул крупный мятеж, вдохновителем которого стал Артавазд – комит фемы Опсикий и муж старшей сестры василевса Анны. В июле 742 г. Артавазд объявил себя императором и при участии войск Опсикия, Армениака и Фракии, а также константинопольского чиновничества и духовенства быстро занял столицу. Новое правительство пошло на поводу у симпатизировавшей ему клики и немедленно реабилитировало иконопочитание, что оттолкнуло от Артавазда многих из фемной аристократии. Провинциальная военная знать, прежде всего, в областях Анатолик, Фракисия, Кивирреоты сплотилась вокруг Константина V: в итоге и за Артавазда, и за молодого василевса выступили примерно равные армейские группировки. Удача, однако, приняла сторону Константина. Он избрал своей ставкой Аморий (близ нынешнего села Хисаркей под городом Эмирдаг), где и перезимовал, а в мае 743 г. разбил бунтовщиков при Сардах. 2 ноября 743 г. Константин V штурмом овладел Константинополем, после чего плененный Артавазд и его сыновья (родные племянники Константина) Никифор и Никита были ослеплены.

Подавление восстания Артавазда подняло авторитет Константина V: он отказался от курса отца, стремившегося к полюбовному соглашению со стратигами и игравшего на противоречиях между ними. Уже в 743 г. по обвинению в заговоре против императора был арестован и лишен зрения стратиг Фракисийской фемы патрикий Сисиний – племянник Льва III и двоюродный брат Константина V. Сисиний поддержал Константина против Артавазда, но с разгромом мятежа влияние стратига Фракисиев чрезмерно возросло: скрытые амбиции Сисиния представляли для Константина V не меньшую угрозу, чем явные притязания Артавазда, и царь нанес по вероятному сопернику упреждающий удар. Далее Константин поставил армию и ее руководство под жесткий личный контроль, став не номинальным, а подлинным военным вождем империи. Василевс переподчинил себе мобильные отряды фемной конницы, ранее находившиеся в ведении стратигов, а также реализовал масштабную военную реформу, краеугольным камнем которой было появление тагм – регулярных кавалерийских частей. Они предназначались для наступления и составили главную силу ромейской армии, тогда как приоритетной функцией фемного ополчения оставалась оборона. Учреждение постоянных армейских «полков», расквартированных в столице, отвечало и насущным военным потребностям Византии, и решало серьезную внутреннюю проблему – пресечение провинциального сепаратизма и восстановление власти центра над периферией. «Константинополь вернул себе доминирующее положение в империи, т.к. помимо гражданских структур управления в столице теперь были сосредоточены отборные воинские контингенты» (А.С. Мохов).

В течение десятилетия с момента мятежа Артавазда – очень опасного неожиданным рецидивом иконопочитания – Константин V возобновил твердую иконоборческую политику (см. Лев III), добившись консолидации правящей верхушки. Для василевса было принципиально важно сделать по-настоящему «своим» Константинополь: благословение узурпатора Артавазда столичной знатью подорвало доверие Константина к ней. Правда, осада города 742-43 гг., вызванный ею голод и штурм с последовавшей расправой над сторонниками Артавазда, а также постигшая Константинополь в 747-48 гг. чумная эпидемия обескровили столичное население и ослабили константинопольскую аристократию, чем и воспользовался василевс. Царь предпринял шаги, улучшившие столичное хозяйство и городской быт. Константин V наводнил поредевший Константинополь ремесленниками из Греции и выходцами из самых верных фем – Анатолик и Фракисия. С дислокацией в столице и поблизости от нее регулярных воинских подразделений (тагм) константинопольские ремесленники обзавелись стабильными заказами на свою продукцию от императорских солдат. Василевс озаботился и благоустройством столицы: специальный налог – дикератон (см. Лев III) – позволил в 766 г. возродить константинопольский водопровод (т.н. акведук Валента), разрушенный аварами в 626 г.

Ища поддержки у константинопольцев, царь в известной мере жертвовал интересами деревни: в 766-67 гг. он перевел часть государственных налогов в денежную форму (см. Налогообложение в Византии). Это особенно отразилось на крестьянах, которые в поисках монеты для уплаты податей были вынуждены реализовывать свою продукцию на городском и в том числе столичном рынке, т.е. снабжать Константинополь продовольствием по заниженной стоимости, поскольку император еще и установил фиксированные цены на хлеб. Иными словами, поощряя подъем торговли и ремесла в столице, василевс не смущался тем, что это исподволь усиливало потенциально нелояльную группировку – константинопольскую аристократию, которая по-прежнему экономически господствовала в столице. Интенсифицируя городское хозяйство путем нажима на деревню, Константин V, таким образом, ущемлял тех, кто являлся опорой его режима – провинциальную военную знать и свободное общинное крестьянство. Впрочем, последствия данного шага сказались не сразу, а тогда, сумев закрепиться в Константинополе, иконокласты уже в начале 750-х гг. активизировали борьбу против иконодулов.

Являясь фанатичным приверженцем иконоборчества, император дал его теологическое обоснование в т.н. «Вопрошаниях» (ок. 751 г.) – богословско-полемическом трактате, составленном в виде вопросов и ответов. Адресованные духовенству, «Вопрошания» должны были доказать правоту иконокластов и развеять сомнения по поводу соответствия их воззрений православному вероучению, которое царь взялся очистить от атавизмов идолопоклонства (например, Константин V развивал тезис о том, что истинный облик Христа – причастие, а наиболее значимый символ веры – крест). В своем труде (правда, вполне дилетантском), и в не менее чем 13 публичных речах Константин защищался от нападок ортодоксальной оппозиции, с середины 740-х гг. распространявшей слухи о неисправимом еретичестве императора. Радикальные идеи василевса, в частности, отвержение не только почитания икон Богоматери и святых, но и их культа вообще, не встретили широкого отклика, так и оставшись чем-то вроде личного мнения. Тем не менее, Константин V задал генеральную линию всему иконоборческому движению. В 752-53 гг. была развернута агитационная кампания в столице и крупных городах: на специальных сходках царские эмиссары зачитывали инструкции, фрагменты сочинений Константина, разъясняя правительственный курс. Сам царь регулярно обращался к армии и константинопольскому населению на особых собраниях на столичном ипподроме – т.н. силенциях, – что также играло роль в популяризации иконоборчества.

На фоне побед на восточном фронте (об этом ниже) Константин V обрел необходимое могущество, чтобы организовать церковный собор, призванный догматически и дисциплинарно закрепить торжество иконоборчества. Нареченный «вселенским» собор заседал в Иерии (пригород Константинополя) с 10 февраля по 27 августа 754 г.: он пребывал под влиянием умеренной партии, которая желала отмежеваться от различных ересей и в целом стояла на позициях православной церкви. Осудив почитание икон и святых мощей как идолопоклонство, соборные декреты в то же время предписывали прекратить изъятие храмовых сокровищ и устранить в данном вопросе перегибы на местах. Хотя постановления собора никак не касались монашества, именно с этого момента оно громко заявило о себе как о яростно-непримиримом критике официальной идеологии. Реакцией Константина V на антиправительственную деятельность ортодоксальных фанатиков стал террор. В 760-70-е гг. по столице и в провинции прокатились волны монастырских погромов: немалое число обителей было упразднено и перестроено в общественные здания (от зернохранилищ до казарм), а сами насельники бежали на Запад, в Сицилию, Южную Италию, Крым, или переходили в разряд обычных земледельцев; лояльные императору монастыри оказывались под государственным надзором. После уничтожения ряда монастырей их земельный фонд был превращен в государственную собственность, что высвобождало средства для возобновления внутренней колонизации Малой Азии и стимулировало хозяйственное развитие Византии. Идя по стопам Юстиниана II, Константин V не упускал случая, чтобы пополнить число подданных: так, в 763/64 г. большая группа славян покинула Болгарию и была переселена на северо-запад Анатолии в провинцию Вифиния.

В 766 г. против василевса созрел заговор логофета дрома патрикия Константина, в котором были замешаны представители высшей бюрократии и даже константинопольский патриарх Константин II. Провал неудавшегося переворота, раскрытого на подготовительной стадии, привел к кровавой чистке управленческого аппарата и дальнейшему упрочению царской власти. Централистские тенденции нашли выражение в разделении ненадежной еще с эпохи Артавазда фемы Опсикий на три региона – собственно Опсикий, Вукелларии и Оптиматы, которые лучше поддавались контролю Константинополя, чем один большой военно-административный округ. К 766 г. во главе ключевых азиатских фем Константин V расставил ближайших и, безусловно, преданных ему соратников – стратигом Анатолика стал Михаил Мелиссин, Фракисии – «правая рука» василевса в претворении иконоборчества Михаил Лаханодракон, Вукеллариев – Манис.

Несмотря на иконоборческую воинственность Константина V, к концу его царствования обнаружились признаки угасания движения иконокластов. Обогащение фемного офицерства в том числе за счет реквизированных церковных ценностей привело к тому, что оно все больше отрывалось от своих социальных корней – общинного крестьянства – и отказывалось от религиозно-хозяйственного ригоризма. Это перерождение провинциальной знати воплотилось в ее сближении с константинопольской аристократией, что притупляло их антагонизм и, как следствие, унимало прежнее иконоборческое рвение: между иконодулами и иконокластами наметилась тяга к компромиссу.

Внешняя политика Константина V была на редкость успешной: впервые за несколько десятилетий Византия атаковала и в Малой Азии, и на Балканах. В Анатолии Византия со второй половины 740-х гг. перешла от глухой обороны к тактике приграничной войны, все чаще и смелее беспокоя мусульман. Константин воспользовался смутам в халифате, вызванными сменой династии Омейядов Аббасидами: в 744/45 г. ромеи вступили в Германикею (Кахраманмараш) – родину Льва III, – в 747 г. рассеяли флот сарацин у Кипра, а в 754-55 гг. захватили Мелитену (Малатья), Самосату (Самсат) и Феодосиополь (Эрзурум). В 756/57 г. арабы попытались взять реванш, но на р. Пирамос (Джейхан) в Киликии путь им преградили внушительные силы византийцев, и сарацины предпочли заключить перемирие и обменяться пленными. Однако затруднения арабов носили временный характер, а полноценную кампанию на Востоке Константинополь вести не мог. Не имея возможности долгосрочно удерживать освобожденные районы, Константин V опустошал их и дотла разрушал сарацинские крепости, а местных жителей массово депортировал в Византию.

В середине 750-х гг. основным театром боевых действий Константин V сделал Балканы, где наибольшую опасность для Византии представляла Болгария. Вчерашние кочевники, болгары, даже смешавшись со славянским населением, не вполне перешли к оседлому образу жизни, а правящая династия Дуло контролировала далеко не все болгарские роды, часть из которых беспрестанно тревожила византийцев во Фракии. Для борьбы с этой угрозой, равно как и для противостояния сарацинским рейдам Константин развернул строительство новых и капитальный ремонт старых фортификационных сооружений: оно затронуло долину р. Гебр (Марица), византийско-арабское пограничье на юго-западе Малой Азии, острова Эгейского моря. Укомплектовывая форпосты на византийско-болгарском порубежье, василевс переселял во Фракию пленных арабов, армян, сирийцев и др. К 770-м гг. были реконструированы и важнейшие дороги на Балканах, в частности, от Константинополя до Фессалоники и Сердики (Софии), что обеспечило быстрое перемещение войск от столицы к границе с Болгарией. В итоге грамотная организация армии, ее руководства и снабжения привели к тому, что львиная доля ресурсов, выделявшихся на военные нужды, шла не на содержание воинских подразделений, особенно, в порубежных районах, а на сооружение оборонительных линий.

Между тем укрепление северо-фракийской границы болгары восприняли настороженно, а прекращение империей выплаты дани (ок. 754 г.) – и вовсе как объявление войны. Очевидно, василевс был к ней готов, поскольку дальнейшие события показали, что Константин V перешел в активное наступление, поставив конечной целью полное покорение Болгарии и восстановление ромейской границы на Дунае. Опираясь на хорошо экипированные и укомплектованные войска, византийцы вторгались на болгарскую территорию с нескольких направлений одновременно, что дезориентировало неприятеля и вынуждало его распылять собственные силы. Хотя главную ударную часть ромейской полевой армии, – регулярной и компактной (ок. 10-12 тыс. солдат) – составляла конница, большое значение принадлежало и военно-морскому флоту. Он еще больше повышал уровень мобильности византийских войск и способствовал их высадке в самых неожиданных для болгар пунктах. Не обладая собственным кораблестроением, болгары здесь целиком проигрывали ромеям, которые безраздельно господствовали на Черном море и, таким образом, уверенно владели инициативой. Как и на Востоке, болгарские кампании Константина были скоротечными: он проводил вылазки вглубь вражеских областей, стремясь нанести максимальный материальный ущерб.

Болгаро-византийские войны открылись в 755 г. набегом хана Кормисоша на Фракию, который был отбит. Год спустя в 756 г. уже Константин V, как всегда, лично командуя армией, атаковал хана и наголову разбил его у Маркелл (вероятно, близ нынешнего города Кюстендил), тогда как ромейский флот вошел в устье Дуная и опустошил северную Болгарию. В 759 г. новая схватка с болгарами закончилась неудачно, византийцы не смогли одолеть хана Винеха, но он не сумел развить успех и организовать преследование ромеев. Новое обострение византийско-болгарских отношений повлекло разгром болгар 30 июня 763 г. у Анхиала (Поморие), после чего бежавший с поля боя хан Телец был вскоре убит, а Болгария на десятилетие погрузилась в междоусобицу. Однако, несмотря на блестящие победы, длительного мира на северо-западных рубежах, равно как и подчинения Болгарии, Византии достичь не удалось. В 765 и 774 гг. болгарские кампании Константина срывались из-за гибели в шторм ромейских эскадр под Варной и Месемврией (Несебр) соответственно, а в 768 и 773 гг. василевс ограничился вторжениями в Болгарию без прямого столкновения с ее войсками. Хотя империя закрепила за собой северную Фракию вплоть до Месемврии, периодические сшибки византийцев и болгар, ответные экспедиции продолжались вплоть до кончины Константина V во время очередного (девятого) болгарского похода.

В царствование Константина положение Византии упрочилось повсюду, за исключением Италии: разрозненные византийские владения на Апеннинах оказались предоставлены сами себе и едва выживали. В 751 г. лангобарды (см. Фока) вступили в Равенну, ликвидировали ромейский экзархат в серединной Италии и создали непосредственную угрозу Риму. Отсутствие военной помощи из Константинополя побудило папу Стефана II (III) обратиться за защитой к фактическому правителю (майордому) франков Пипину Короткому: его свидание с понтификом 6 января 754 г. и последовавшая затем 28 июля 754 г. королевская коронация Пипина в парижском аббатстве Сен-Дени ознаменовали переориентацию папства с Византии на франков. На такой демарш Рима Константин V отреагировал выводом из-под юрисдикции папы эллинизированных провинций Калабрии, Сицилии и Иллирика: их епархии отошли к константинопольскому патриарху.

С поражением и осуждением иконоборчества в середине IX в. прах Константина Копронима был изъят из императорской усыпальницы в церкви св. Апостолов в Константинополе, сожжен и выброшен в море.

Константин V был трижды женат. В 732 г. в знак укоренения связей с Хазарией Лев III женил наследника на дочери или сестре кагана Вирхора Чичак, крестившейся под именем Ирины. После рождения ее единственного сына Льва (IV) 25 января 750 г. Ирина скончалась, и Константин обвенчался с Марией, умершей бездетной ок. 751 г. Третьей женой Константина V стала Евдокия Мелиссина, родившая ему пятерых сыновей и дочь.

Исторические источники:

Никифора патриарха Константинопольского краткая история со времени после царствования Маврикия / Пер. и комм. Е.Э. Липшиц // Византийский временник. Т. III (28). 1950;

КОНСТАНТИ́Н V КОПРО́НИ́М (718, Кон­стан­ти­но­поль – 775, Строн­ги­лон), ви­зант. им­пе­ра­тор (с 741). Сын Льва III Исав­ра. По­сле всту­п­ле­ния на пре­стол был вы­тес­нен из Кон­стан­ти­но­по­ля узур­па­то­ром Ар­та­ваз­дом (741–742), но к кон. 743 вновь ов­ла­дел сто­ли­цей. Уже в 740 он уча­ст­во­вал вме­сте с от­цом в раз­гро­ме ара­бов при Ак­рои­не. Одер­жал неск. круп­ных по­бед над бол­га­ра­ми (при Ан­хиа­ле в 763, при Ли­фо­со­рии в 773) и ара­ба­ми. Взял Гер­ма­ни­кию (ны­не Ма­раш, 746), Фео­до­сио­поль и Ме­ли­те­ну (ны­не Эр­зе­рум и Ма­ла­тья, 752), пе­ре­се­лив мно­гих из их жи­те­лей во Фра­кию. По­сле опус­то­ши­тель­ной чу­мы 745/746 за­се­лил Кон­стан­ти­но­поль жи­те­ля­ми Гре­ции. В 767 вос­ста­но­вил ак­ве­дук Ва­лен­та в сто­ли­це. К. V К. про­дол­жил ико­но­бор­че­скую по­ли­ти­ку от­ца и в 754 со­звал цер­ков­ный со­бор в Ие­рии, офи­ци­аль­но за­пре­тив­ший по­чи­та­ние икон. Из­вест­но, что К. V К. – ав­тор не­сколь­ких со­чи­не­ний про­тив свя­щен­ных изо­бра­же­ний, по край­ней ме­ре од­но из них («Во­про­ша­ния») со­хра­ни­лось во фраг­мен­тах. По­сле ра­зо­бла­че­ния за­го­во­ра выс­шей зна­ти в 765, уча­ст­ни­ки ко­то­ро­го ис­поль­зо­ва­ли во­прос об ико­нах в сво­ей про­па­ган­де про­тив им­пе­ра­то­ра, К. V К. об­ру­шил­ся с ре­прес­сия­ми на ико­но­по­чи­та­те­лей (пре­ж­де все­го мо­на­хов). В боль­шин­ст­ве ис­точ­ни­ков – в хро­ни­ках Фео­фа­на Ис­по­вед­ни­ка и по­сле­дую­щих ис­то­рич. со­чи­не­ни­ях, в об­шир­ной ан­ти­ико­но­бор­че­ской по­ле­мич. лит-ре, в ча­ст­но­сти у пат­ри­ар­ха Ни­ки­фо­ра I и Фео­до­ра Сту­ди­та, – об­раз К. V К. и его религ. взгля­ды по­да­ют­ся не­га­тив­но, за­ча­стую в край­не ис­ка­жён­ном ви­де.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *