Император Константин 11

Церковная политика святого императора Константина.

После издания в 313 году Миланского эдикта императором Константином и Ликинием христианская Церковь вступила в новый период своей истории. Прекращение гонений и поддержка со стороны государства, создавшая, казалось бы, наиболее благоприятные условия для христианства и воцерковления всего античного общества.

Миланский эдикт Константина Великого представляешь собою очень важный документа всемирной истории. Начиная с самого того дня, когда был подписан этот законодательный акт, мысль христианина часто обращается к Миланскому эдикту. В нем справедливо указывается основа церковной политики в христианском государстве. Поэтому всегда полезно изучать этот первый закон о свободе христианской религии в государстве. При этом надо иметь в виду, что в наше время политическая жизнь выдвигает на первую очередь сложный вопрос о взаимоотношении церкви и государства. Обратиться за руководством в решении этого вопроса к начальному моменту, когда Римское государство перестало быть чисто языческим, весьма поучительно во всех отношениях.

Миланский эдикт и его правовые предпосылки

В истории греко-римского законодательства толерантный эдикт Галерия, от 311-го года, означает собою зарю совершенно новой эпохи. Как известно, религия, по римскому законодательству, разделялись на два разряда. Исторически известные религии народов, вошедших в состав Римской державы, назывались „дозволенными» религиями. Oни были под защитой закона и охранялись сложившимся строем гражданской жизни. Bсе другие религии были недозволенными. Христианской религии особенно трудно было стяжать себе титул «religio licita». Это религия не какого-либо отдельного народа, и при том религия новая. Не капитулировал пред силой римского меча какой-либо народ, исповедовавший христианство. Но теперь наступила пора, когда само римское правительство капитулировало пред нравственной силой христианства. По эдикту Галерия, христианство объявлено было религией «дозволенной» в Римском государстве. Кровавая борьба с христианами объявлена бесполезною. «Пусть будут христианами (ut denuo sint Christiani)», сказано в эдикте. Но законодатель все-таки не забыл назвать их фанатиками и людьми неразумными, а также запретил христианам пропаганду. Эго показывает, что много колебаний и нерешительности было тогда побеждено добрым влиянием христианства на Галерия и его соправителей. Но и то была уже большая победа. Если бы после толерантного эдикта Галерия не появилось в скором времени Миланского эдикта, история записала бы на своих страницах эдикт Галерия как первое открытое признание христианства «дозволенной» религией.

Много неясного и, может быть, намеренно двусмысленного скрыто было в эдикте Галерия. Например, было оговорено, что христиане могут оставаться христианами, если только «ничего незаконного не совершается ими». Между тем языческое законодательство предшествовавших веков нередко ставило христиан в то положение, когда они вынуждались нарушать закон. Принести жертву идолам требовалось иногда законом. Но христиане совершали нечто противозаконное, когда решительно отказывались это сделать. Можно думать, что сейчас указанная оговорка для того внесена была в текст закона, чтобы любой правитель мог, опираясь на нее, преследовать христиан, если бы этого потребовали обстоятельства. Соправители Галерия дали свои подписи к эдикту 311-го года. Максенций, Максимин и Ликиний сделали это лишь из дисциплины. Скоро каждый из них показал, как он понимает возвещенную эдиктом «дозволенность» христианской религии. Они опубликовали новый закон в своих провинциях, но ничего не изменили в своих отношениях к христианам. Первый открыл гонение на христиан Максенций. Максимин также не замедлил упражнять свою жестокость на христианах Египта и Сирии. Ликиний дольше всех держался прямого смысла толерантного эдикта; однако, и он с течением времени стал преследовать христиан.

Смерть императора Галерия, последовавшая в том же 311-м году, была обстоятельством, которое содействовало выяснению дальнейшей политики правительства. Оставшиеся в живых четыре соправителя умершего Галерия разделились на две партии. Ликиний сначала примкнул к Константину, а Максенций и Максимин, наоборот, объединились в своей вражде к христианству. Население всей империи оставалось в нерешительности. Никто не знал, держаться ли последнего эдикта Галерия, или ждать новых законов. И вот в 312-м году издается вероисповедный акт. Он подписал лишь Константином и Ликинием. В этом эдикте вновь возвещается свобода христианской религии от преследований. Основания приводятся те же, что и в эдикте Галерия. Так Константин Великий вместе с Ликинием отмежевали себя от других соправителей. Своей декларацией они объявили о намерении поддерживать последние распоряжения скончавшегося Галерия. Как в эдикте 311-м года, так в этой декларации правительство не выражало сердечной убеждённости в правоте христианской религии, но заявляло только о бесплодности кровавых против христиан преследований. Еще не наступило то время, когда христианство было бы объявлено религией самих цезарей. Для этого недоставало, чтобы в сердце Константина Великого произошел внутренний перелом.

В опасном состоянии оставалась христианская религия и церковь после эдиктов 311-го и 312-го годов. Законодатели ничем не выразили сердечной преданности христианству. Особенно рельефно выступает это из заявления, сделанного позднее Константином Великим в Миланском эдикте 313-го года. Говоря об эдикте 312-го года. Константин Великий прямо свидетельствует пред своими подданными, что эдиктом 312-го года имелось в виду препятствовать распространению христианской религии. Правительство, таким образом, разрешало быть христианином, но никак не новообращенным. Можно было исповедовать христианство, но не иначе, как под условием, чтобы это была религия предков.

Миланский эдикт

Непосредственным результатом победы над Максенцием было политическое объединение всего Запада. Константин Великий стал единоличным правителем на западе. Вторым столь же непосредственным результатом блестящей победы Константина Великого было торжество христианства. Новые убеждения императора побуждали его заявить нечто большее, чем простую снисходительность к «суеверным безумцам» как трактовались христиане в толерантных эдиктах. Им дано было право существования в Римской империи. Теперь, из признательности благодарного сердца, Константин Великий не довольствуется этим. Он еще в Риме замышляет расширить их права. Ему желательно, чтобы не только христиане оставались бы христианами, но чтобы и самые язычники прозревали бы и обращались бы в христианство. Поэтому Константин Великий предоставляет христианам право пропаганды. Чтобы в глазах народной толпы возвысить значение христианской церкви, Константин повелевает возвратить христианам отнятый у них в предшествовавшее гонение имущества. Таковы руководящие принципы Миланского эдикта.

Миланский эдикт указывает права и привилегии христианской церкви. В глазах законодателя это вполне сформировавшееся, правильно организованное сообщество. С его потребностями считаются. Цели его отныне признаются вполне законными. Подлинный эдикт подписан в Милане Константином и Ликинием, но не указано времени, когда это было совершено. В некоторых выражениях эдикта сделаны важные оговорки, которые заставляют с несомненностью утверждать, что он издан никак не позднее одного года после поражения Максенция, но и не раньше начала 313-го года.

Константин Великий вместе с его зятем утвердили свою власть в империи провозглашением начал широкой веротерпимости. Вырвана с корнем самая возможность какой-либо несправедливости в отношении к христианам. Греко-римское законодательство явно ступило на новый путь. Вся страна чувствовала облегчение. Язычники охотно принимали крещение. Но и те из них, которые упорно держались суеверия, были спокойны за свою участь. А христианство, свободное от внешних гонений, устремилось со всем жаром обновленной энергии на благоустроение внутренней жизни церкви. Так положено было начало новому строю общественной и частной жизни. Было приостановлено внутреннее саморазложение греко-римского языческого миpa. Против варварства диких народов северной Европы было выковано оружие, превратившее в могучих деятелей прогресса те элементы, которые до сих пор все истребляли, что встречалось им на пути.

Конечно, столь решительный шаг был сделан Константином Великим не без серьезных для того оснований. Сам он признается в этом. Но как человек своего времени, он не предвидеть всех последствий нового законодательного акта. Поэтому нам представляется глубоко знаменательным, что Константин Великий объясняет моральную сущность Миланского эдикта тем, что законодатель приложил заботу о „благоговении пред Божеством». Это была дань признательного сердца. Наряду с этим знаменательно и то, что Константин Великий старается успокоить язычников. Он далек от мысли воздавать гонителям тою монетою, которою они платили христианам. Язычники с чувством облегчения выслушали определения нового законодательства.

Главным вопросом было место императора в Церкви. Ранее императоры могли принимать участие в церковных делах. Например, Аврелий изгнал Павла Самосатского из Антиохии по просьбе италийских епископов, однако Константину удалось внушить христианам, что он служит их Богу и действует в их интересах, не только прекратив гонения, но и обратив Европу в их веру. На Константина большое впечатление произвели слова христиан о том, что путь к миру и благополучию лежит через дружбу с единственным истинным Богом, а идолопоклонство влечет за собой кары небесные. Бесславная смерть гонителей вместе с друзьями и союзниками подтверждала это, а собственные победы во всех сражениях окончательно убедили молодого императора.

Последствия политической линии Миланского эдикта.

Собственные убеждения Константина отражают его положение: Бог призвал его из западных земель, чтобы освободить и возродить Империю, и благословил на царство. Победа в новой войне с Лицинием, привела в 324 г. к покорению Византии. Успех был отмечен основанием «нового Рима», или Царьграда (Константинополя), на долгие годы ставшего столицей христианской империи. В 330 г. состоялось его освящение. Из языческих храмов изъяли статуи богов и украсили ими улицы и здания, дав бывшим идолам мирские или даже христианские имена. Суд и сенат стали работать по-новому, без языческих ритуалов, которых все еще придерживались в Риме. В торжественных речах император затрагивал вопросы морали и религии, а его гвардейцы в обязательном порядке посещали воскресные богослужения и маршировали, салютуя Богу победы. Представителем гражданской власти был император – глава государства, в котором проходило собрание. Кстати говоря, на Вселенский собор епископы приглашались самим императором, и им поручалось дело решения вопросов, волновавших Церковь.

Константин стремился сделать христианство государственной религией. В 324 г. он направил послание восточным землям, где недвусмысленно советовал поклоняться единому Богу (хотя запрещал принуждение в этом вопросе) и опровергал слухи о своем указе против языческих жертвоприношений (хотя добавлял, что хотел бы отменить их). Он выделил средства из казны на строительство церквей, способных вместить растущее число новообращенных, и в Тире, Никомидии, Иерусалиме, Антиохии, Царьграде и Риме поднялись роскошные здания новых храмов. Теперь их воздвигали на те средства, которые раньше направлялись на пантеоны. Так Империя влилась в Церковь, а Церковь оказалась поглощена Империей.

В день двадцатилетнего юбилея царствования императора Константина Великого, 25 августа 325 года, состоялось торжество закрытия заседаний I Вселенского Собора. Христианская Церковь не знала до этого еще ничего равного тому, что было в Никее. Все собрания епископов носили ранее только локальный характер, ограничивались пределами диоцеза или провинции Римской империи и были стеснены угрозой со стороны государственной власти. Император Константин Великий призывает на Никейский собор епископов и к ним именно обращается с приветственной речью, говоря: «Радуюсь, видя ваше собрание; но думаю, что мои желания тогда только совершенно исполнятся, когда увижу, что все вы оживлены единым духом и блюдете общее мирное согласие, которое вы, как посвященные Богу, должны и внушать другим».

Политика Константина Великого и разделение Римской империи

Начиная с IV в. Церковь заняла особое положение в системе государственного управления и административного деления Римской империи. Этот процесс не мог не отразиться и на системе церковного управления. Император Константин Великий в начале IV в. разделил империю на четыре префектуры (Восток, Иллирия, Италия, Галлия), которые в свою очередь делились на диоцезы, состоявшие из провинций. Низшей административно-территориальной единицей была парикия (включавшая несколько маленьких городов, сел и деревень). Диоцезами управляли высокого ранга сановники, называвшиеся (обычно на Востоке) экзархами, что повлияло и на развитие процесса централизации и укрупнения в системе церковного управления. Начался процесс объединения автокефальных митрополий в церковные диоцезы или экзархаты. Уже в IV в. Василий Великий управлял не только как митрополит Каппадокии, но и как экзарх всего Понтийского диоцеза, аналогично митрополит Ефесский стал фактическим экзархом всего Асийского диоцеза, митрополит Ираклийский – экзархом Фракии (до II Вселенского собора ему подчинялся епископ Константинополя), митрополит Антиохийский – экзархом Восточного диоцеза.

Когда Константин Великий избирал незначительную в то время Византию своей столицей, этим актом он решил также вопрос об отделении Запада от Востока; в то же время этим намечались новые пути дальнейшего исторического развития для Западной и Восточной империй. Хотя ближайшие преемники Константина пытались некоторое время направлять к одной цели политику Востока и Запада, но уже со времени Аркадия и Гонория, то есть с 395 года, Западная и Восточная империи не соединялись более под властью одного императора, но та и другая пошли своим собственным путем и испытывали различные судьбы. Путь, которым шла Западная империя до 476 года, обозначается внешними поражениями, внутренними бедствиями и смутами, приведшими империю на край гибели. Основанная Константином столица на Босфоре довольно успешно выдержала удары, под которыми пал мировластительный Рим, и дала – правда, довольно странный политический организм, называемый Восточной или Византийской империей.

Требует разрешения вопрос о причинах, обусловивших разные судьбы Восточной и Западной империй. Если Рим неминуемо должен был пасть под влиянием разрушительных сил, и на месте Римской империи должны были возникнуть новые государства, то почему не постигла тогда же и подобная же участь Византию, в которой с не меньшей энергией действовали подобные же разрушительные силы? Когда идет речь о падении Рима, при этом разумеется громадной важности исторический переворот – переход от древнего мира в средние века, сопровождавшийся большими потрясениями как в нравственной, так и в материальной жизни общества.

Ответ в действиях Константина. Выбор места для новой столицы, устройство Константинополя и создание из него всемирно-исторического города составляет неотъемлемую заслугу политического и административного гения императора Константина Великого. Не в эдикте о веротерпимости его мировая заслуга: не он, так его ближайшие преемники принуждены были бы даровать господство христианству, которое от того нимало не потеряло бы; между тем как своевременным перенесением столицы мира в Константинополь он в одно и тоже время и спас древнюю культуру, и создал благоприятную обстановку для распространения христианства. В течение всего известного исторического периода Константинополь играл несравненную роль в смысле посредника торговых и вообще культурных сношений между Востоком и Западом. Понимая мировое значение Византии, Константин перенес сюда столицу империи, и его выбор оправдан историей. Торговым центром Константинополь оставался в течение всего Средневековья: военное значение его доказывается всей его многовековой судьбой. Между тем, ввиду темной эпохи, которая наступила с 4-5 веков, когда варварские полчища нахлынули на слабеющую Римскую империю и уничтожили все завоевания в области науки, искусства и общежития, природой и техникой укрепленная Византия дала в себе приют культуре и умственной производительности. Если она не приумножила приобретений, полученных от древности, то, во всяком случае, старательно оберегала их.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Законодательная деятельность императора с того времени проникнута высокой решимостью противодействовать нравственной распущенности язычников. Таким же характером отличаются, за этот период в жизни царя, все выступления его по делам церковным. Это время просветлённого нравственного состояния. Так, он ополчился против половых извращений. Вот он возлагает на себя обязанность епископа внешних дел церкви. Задачей правителя он объявляет служение Богу, дабы род человеческий призвать на служение священнейшему закону и возрастить на земле блаженнейшую веру. Вот он запрещает распинать на кресте, преломлять голени осужденным на смерть, отменяет гладиаторские бои, смягчает законы, враждебные девству, дает Церкви право освобождать из рабства, а епископам дает полномочия так называемого посредствующего суда.

Этими мероприятиями Константин Великий запечатлел свою глубокую преданность христианским началам жизни. Когда же наступило время закончить земные счеты и завершить подвиги временной жизни, Константин Великий достойно приготовился к переходу в блаженную вечность. В Асквиронском дворце, который был построен в предместье Никомидии, он принял св. крещение от руки епископа Никомидийского Евсевия. Это, неповторяемое, при условии правильного совершения, таинство было совершено над ним еретическим епископом. Но великий царь был возрожден еретиком не для укрепления его духа в заблуждениях арианской ереси, а для непосредственного следования в небесные обители. В сиянии душевного восторга, великий император отошел к Богу в день Пятидесятницы 337-го года.

Курганов Ф. А. Отношения между церковною и гражданской властью в Византийской империи. – Казань. 1880, стр. 10.

Толерантные эдикты предшествовавших царствований не были столь значительны по своим последствиям, как Миланский эдикт 313-го года.

См. Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 305-346.

Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 315.

Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 315 – 316.

Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 316 – 317.

Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 318.

Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 326 – 327.

Успенский Ф., свящ. Миланский эдикт Константина Великого. – Православный собеседник, 1913, II, с. 326 – 327.

Евсевий Кесарийский. «Церковная история», 7.30.19

См.: Холл С. Учение и жизнь ранней церкви. – Новосибирск, «Посох», 2000.

См.: Холл С. Учение и жизнь ранней церкви. – Новосибирск, «Посох», 2000.

См.: Холл С. Учение и жизнь ранней церкви. – Новосибирск, «Посох», 2000.

Сократ. Церковная история. – Саратов, 1911. С. 28.

Там же. С. 38.

Цыпин В., прот. Административное устройство Вселенской Православной Церкви // Православная Энциклопедия. М., 2000. Т. 1. С. 304 – 305.

Евсевий Кесарийский. Жизнь Константина, II, 28, стр. 129. III, 55—58: стр. 201—214. IV, 25; стр. 245.

Евсевий Кесарийский. Жизнь Константина, II, 28, стр. 129. III, 55—58: стр. 201—214. IV, 25; стр. 245.

Созомен. I, 8; р. п., стр. 35—36.

Иерей Максим Мищенко

Константин XI Палеолог

1428 — 1449

Константин XI (XII) Палеолог
Κωνσταντίνος ΙΑ’ Παλαιολόγος
деспот Мореи
Совместно с Феодор II Палеолог (1428 — 1443),
Фома Палеолог (1428 — 1460)
Предшественник Феодор II Палеолог
Преемник Фома Палеолог
Византийский император
6 января 1449 — 29 мая 1453
Предшественник Иоанн VIII
Преемник государство пало
29 мая 1453 г. султан Мехмед II захватил Константинополь.
Рождение 8 февраля 1405

  • Константинополь, Византия
Смерть 29 мая 1453 (48 лет)
Константинополь
Род Палеологи
Отец Мануил II
Мать Елена Драгаш
Супруга Маддалена Токко
Медиафайлы на Викискладе

У этого термина существуют и другие значения, см. Константин Палеолог.

Константи́н XI (XII) Палеоло́г Дра́гаш (или Дра́гас); греч. Κωνσταντίνος ΙΑ’ Παλαιολόγος, Δραγάσης; 8 февраля 1405 — 29 мая 1453, Константинополь) — последний византийский император, правивший в 1449—1453. Погиб во время захвата Константинополя турками.

Происхождение

Константин был сыном Мануила II, восьмым из десяти детей Мануила II и Елены Драгаш, дочери сербского князя Константина Драгаша. По византийской традиции, позволявшей принимать фамилию по материнской линии, в случае если она достаточно престижна, Константин предпочитал называться фамилией матери — Драгаш. Большую часть детства он провёл в Константинополе, под наблюдением своих родителей.

Деспот Мореи

Основная статья: Морейский деспотат

До своего вступления на престол, Константин снискал себе уважение как управляющий (деспот) провинции Морея. Он не блистал образованием, предпочитая книгам воинские упражнения, был вспыльчив, но обладал здравым рассудком и даром убеждать слушателей. В период отлучки своего старшего брата в Италию Константин был правителем Константинополя с 1437 по 1439.

Император Византии

Памятник Константину Палеологу напротив кафедрального собора в Афинах (автор — Спирос Гоггакис)

Когда умер Иоанн VIII Палеолог, Константин находился в Мистре. Его младший брат, Димитрий, первым прибыл в Константинополь в надежде, что императорский трон достанется ему, но его никто не поддержал. Сам Константин был провозглашён императором в начале января в Мистре. В марте 1449 года он прибыл в столицу и принял власть. Вопреки традиции, Константин не был коронован патриархом. Следующие годы он занимался тем, что готовил город к обороне на случай осады, искал помощи и союза на западе в борьбе с турками и пытался примирить церковные смуты, вызванные унией с католиками. Во всём этом он преуспел только отчасти, но бо́льшего в его положении трудно было ожидать.

В 1452 году, воспользовавшись войной османского султана Мехмеда II в Азии, Константин потребовал от него увеличения денежного взноса за надзор над жившим в Константинополе османским принцем Урханом, который мог, при случае, явиться опасным претендентом на султанский престол. Мехмед не только ответил отказом на это требование, но совсем прекратил уплату взноса и начал войну. Константину не удалось добиться своевременной помощи от западных государств. Обращение к папе Николаю V привело лишь к возобновлению вопроса об унии. Лично ничего не имея против неё, Константин разрешил присланному папой кардиналу отслужить обедню в Софийском соборе, в присутствии двора, сената и высшего духовенства. Это вызвало среди масс, возбуждаемых враждебным унии монашеством, сильное негодование, нашедшее себе выражение в заявлении мегадуки Луки Нотараса, что он готов видеть Константинополь «скорее под властью чалмы, чем под властью тиары». Военная помощь, какую мог оказать папа, оказалась запоздавшей.

Византийская империя времён правления Константина Драгаша

5 апреля 1453 года началась осада Константинополя войсками султана Мехмеда II, имевшая цель захват города. Султан предложил Константину в обмен на сдачу города сохранить ему жизнь и оставить в его власти Мистру, но он ответил отказом. Следующие два месяца шли бои между византийскими и турецкими войсками. 29 мая 1453 года в город ворвались войска султана; последние сохранившиеся в истории слова императора были: «Город пал, а я ещё жив», после чего, сорвав с себя знаки императорского достоинства, Константин бросился в бой как простой воин и был убит.

Достоверных сведений о судьбе его останков нет; в греческой среде существует ряд легенд на сей счёт, одна из которых утверждает, что он был погребён в храме Святой Феодосии, где накануне ночью он молился вместе с Патриархом.

Ходила легенда, что Константин не умер, а унесён ангелом от ворот Святого Романа в пещеру под Золотыми Воротами и вернётся, когда грекам будет нужна помощь. Однако считается, что это было одно из толкований пророчества Косьмы Этолийского о грядущем падении Османской империи, возвращении Константинополя грекам и изгнании турок до местечка Коккини Милья.

Нумерация

В некоторых исторических исследованиях он числится не Константином XI, а Константином XII. При этом Константином XI в них считается Константин Ласкарис, провозглашённый византийским императором 13 апреля 1204 года, бежавший в тот же день из Константинополя ввиду его захвата крестоносцами и никогда фактически не правивший Византией.

Константин XI Палеолог в искусстве

Константин Палеолог. Защищая Константинополь — 1453. Художник Тасос.

  • Георгиос Леонардос. «Последний Палеолог»
  • Никос Казандзакис. «Христа распинают вновь»
  • Агония Византии (L’agonie de Byzance) — реж. Луи Фейад (Франция, 1913). В роли Константина XI Палеолога — Люитц-Мора.
  1. History of the Later Roman Empire by J. B. Bury. published by Macmillan & Co., Ltd., 1923
  2. Philip Sherrard. Constantinople: iconography of a sacred city, Oxford University Press, 1965, стр. 139.
  3. Mamboury, Ernest. The Tourists’ Istanbul. Istanbul: Çituri Biraderler Basımevi, 1953, стр. 299.
  4. ПРОРОЧЕСТВА СВЯТОГО КОСМЫ ЭТОЛИЙСКОГО И СТАРЦА ПАИСИЯ СВЯТОГОРЦА ОБ ОСВОБОЖДЕНИИ БАЛКАН И КОНСТАНТИНОПОЛЯ (рус.)
  • Дашков С. Б. Императоры Византии. — М., 1997.
  • Рыжов К. В. Все монархи мира. Древняя Греция. Древний Рим. Византия. — М., 2001.

«Последний бой императора святого Константина XI»

«Последний бой императора святого Константина XI»

«Нет большей той любви, аще кто положит душу свою за други своя» (Ин 15; 13.). Эти слова Христа особенно актуальны для лиц, на которых лежит ответственность не только за себя, но и за вверенное им Богом отечество, для государей. Понимание того, что любая оплошность, всякое нерадение станут причиной их гибели, для благородного сердца и христианской души определяет особую ответственность. Для таких людей смерть является меньшим злом, чем жизнь с осознанием собственного греха, ощущением того, что его долг перед Богом и людьми не выполнен. И не случайно в истории христианской цивилизации обыденной является картина, когда цари и императоры вместе со своими воинами делили тяжесть и лишения войн, бросались в атаку или в первых шеренгах отражали нападения врагов; нередко ценой собственной жизни. Об одном из таких подвигов мы сейчас и расскажем.

* * *

Весна 1453 года выдалась очень тревожной для Византийской империи. Некогда могущественная держава, охватывающая территорию от Шотландских гор до Палестины и от Рейна до Северной Африки, колыбель христианской цивилизации, к тому времени занимала небольшую территорию близ своей столицы – великолепного Константинополя, детища святого и равноапостольного Константина Великого. Все остальные византийские территории были уже захвачены турками-османами. В этих непростых условиях император св. Константин XI Палеолог предпринимал отчаянные меры, чтобы спасти любимый город. Но все же силы были неравны. Вместе с добровольцами из Шотландии, Генуи, Венеции, Каталонии, Кастилии, Германии, Франции, Швеции набралось не более 7 тысяч защитников. А им противостояла 150 тысячная армия турок, прекрасно вооруженная и обладавшая крупнокалиберной артиллерией, которую возглавил султан Мехмед II.

Пасха 1453 г. выдалась ранняя и пришлась на 1 апреля. Но константинопольцы думали не о весне, многоцветно пришедшей на берега Босфора, а только о том, чтобы светлый день Христова Воскресения не был омрачен османами. По счастью, только 2 апреля передовые турецкие части показались на горизонте. Они были отбиты с потерями разведывательными отрядами византийцев, но вскоре подошла уже вся османская армия во главе с султаном Мехмедом II и 5 апреля окружила Константинополь.

Вечером 6 апреля 1453 г. начался первый штурм столицы Византии. Вначале пустили в ход легкую артиллерию, которая разрушила часть стены. Но защитники города сумели под покровом темноты восстановить разрушения. А 12 апреля начался обстрел города из тяжелой артиллерии. Хотя пушки стреляли очень редко (не более 7 раз за день), и каждый выстрел требовал больших усилий прислуги, зато разрушения от них были очень существенны. Грохот от выстрелов и падающих камней стоял страшный. Непривычные к такому шуму константинопольцы в панике выбегали из домов, крестились, плакали: «Кирие элейсон!», «Господи, помилуй!». И, рыдая, восклицали: «Господи! Господи! Как мы далеко отступили от Тебя. Это Твой суд за наши грехи!». Чтобы немного успокоить сограждан, император св. Константин XI приказал постоянно звонить колоколам, и теперь шум орудий, страшный, как в день последнего Суда, перекликался с серебряным звоном храмовых колоколов.

Защитники попытались обкладывать стены тюками кожи и шерсти, чтобы смягчить удар громадных ядер, но это мало помогало. Однако византийцы и их союзники проявляли замечательную стойкость и терпение. Каждую ночь они восстанавливали развалы, заграждая пробоины в стенах камнями, землей и деревьями. День проходил за днем, и всю первую половину апреля византийцы успешно отражали турецкие атаки.

Мехмед II воспринял неудачи, как кровное оскорбление и приказал армии 18 апреля начать новый штурм Константинополя. Как обычно, под конец дня стройные отряды османов поднялись в атаку под шум труб и грохот барабанов. Византийцы не ожидали нападения, а потому вначале несколько смешались. Но потом пришли в себя и открыли мощный огонь из пушек, пищалей, арбалетов и луков. Вот турки заполнили собой ров, вот они уже лезут на стены. Началась рукопашная схватка, самый страшный вид боя. По словам современника, участника тех событий, «от грохота пушек и пищалей, и звона колоколов, и воплей и криков с обеих сторон, и треска доспехов – словно молния, блистало оружие сражающихся, — а также от плача и рыдания горожан, и женщин, и детей казалось, будто небо смешалось с землей, и оба они содрогаются. И не слышно было, что один человек говорит другому: слились вопли, и крики, и плач, и рыдания людей, и грохот пищалей, и звон колокольный в единый гул, словно гром великий. И тогда от множества огней и пальбы пушечной и пищальной с обеих сторон клубы дыма густого покрыли город и все войско так, что не видели сражающиеся, кто с кем бьется».

Несмотря на мужество и отчаянную храбрость османов, византийцы сбросили их в ров. Туркам пришлось отступать в свой лагерь. Потери были столь велики, что ни о каком продолжении атаки не могло быть и речи. Но вскоре осажденные стали испытывать серьезный голод. Когда в начале мая он стал совершенно одолевать защитников города, царь создал специальный фонд и скупил все продовольствие в Константинополе с последующим распределением его между жителями и гарнизоном. Деньги жертвовали и Церковь, и частные лица. В эти дни среди высших государственных сановников Византии возникло предложение об эвакуации императора. Очень многие полагали, что св. Константин XI должен покинуть город и отправиться на Запад, чтобы оттуда организовать сопротивление османам. Но царь спокойно и решительно отклонил данное предложение, решив разделить свою судьбу с судьбой остальных византийцев.

6 мая 1453 г. турки возобновили обстрел города, а на следующий день бросились в атаку. И этот штурм не удался: османы отступили с большими потерями, весь ров наполнился трупами павших турецких солдат. Мертвые грудами лежали в канавах, и кровь стекала с их безжизненных тел.

Но все же голод, постоянный артобстрел и тяжелые потери негативно сказывались на моральном состоянии защитников города. Кое-где на улицах на императора изливалась хула и сквернословие. Однако св. Константин XI отвечал своим обидчикам словами пророка Давида: «А я, как глухой, не слышу, и как немой, который не открывает своих уст; и стал я, как человек, который не слышит и не имеет в устах своих ответа. А враги мои живут и укрепляются, и умножаются ненавидящие меня безвинно» (Пс. 37, 14, 15, 20). А потом даже пошутил, вспомнив старую пословицу: «У счастливых все друзья, а у несчастных сам Создатель не друг».

…Казалось, даже Небо отвернулось от греков. Когда ночью 24 мая 1453 г. икону Богородицы «Одигитрие» водрузили на носилки и понесли вокруг стен, наступило Лунное затмение, а затем в полной темноте икона упала на землю. Все закричали и бросились поднимать святыню, но она как будто налилась свинцом и никак не поддавалась человеческой силе. А под утро над куполом Святой Софии видели таинственное свечение, как будто Святой Дух покидал храм и сам город. Примечательно, что это явление видели не только византийцы, но и османы из своего лагеря. От радости турки кричали: «Бог оставил христиан!». Императору вновь предложили покинуть Константинополь, но он мужественно отказался.

Всем стало ясно, что наступают последние дни православного Константинополя. Весь понедельник 28 мая в обоих лагерях царила странная тишина, даже турецкие орудия молчали. Во многих храмах снимали иконы, и священники забирали их к себе домой. Звонили колокола, по улицам проходили многочисленные процессии со святынями, которым все молились в последний раз. Все шли рядом – православные и католики, все пели одинаковые молитвы и псалмы. Император св. Константин XI вышел из дворца и присоединился к шествию. А затем напомнил окружающим, что каждый должен быть готовым умереть за веру и родину. Царь просил защитников не падать духом, но бороться за Христа до самой смерти. «Если за мои грехи, — закончил император свою речь, — Бог отдаст победу нечестивцам, то мы будем биться за нашу святую веру, дарованную нам кровью Христа, — и это важнее всего. Какова польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?». Все присутствующие встали и заверили императора, что готовы отдать свои жизни за отечество. Св. Константин XI обошел всех, обнял и поцеловал, испрашивая прощение за вольную или невольную обиду, которую он мог причинить кому-нибудь. Все остальные последовали его примеру.

Ночью 28 мая 1453 г. весь турецкий лагерь пришел в движение. Десятки тысяч людей устремились на штурм, с другой стороны византийцы поднялись на стены. Пошел сильный дождь, но он не мог помешать османам. Загрохотали барабаны, вверх понеслись звуки флейт и труб, турки двинулись к крепостным стенам. Все константинопольцы, до сих пор еще стоявшие в храме Святой Софии, включая женщин и детей, бросились помогать солдатам. Немощные старики остались в храмах и продолжали молиться о победе христианских воинов.

А сражение уже началось. Противники яростно обстреливали друг друга, тучами летели стрелы, пращники метали камни и свинцовые снаряды, повсеместно мелькали дротики и копья. Слышались проклятия раненых и стоны умиравших воинов. Вначале султан бросил на приступ башибузуков – нерегулярные части своей армии, за спинами которых стояла военная полиция и янычары, подгонявшие нерешительных воинов вперед мечами. Но эта атака захлебнулась. После двух часов боя башибузуки выдохлись и получили команду отойти. Они выполнили главную задачу – измотали гарнизон в тяжелом бою. Теперь в бой пошла вторая линия – анатолийские янычары. Целых три часа продолжался их штурм, подкрепляемый артиллерией. В один момент ядро пробило широкую брешь, в которую рвануло около трех сотен янычар, но конная дружина царя во главе со св. Константином XI перебила их всех до одного. На остальных участках фронта турки также не имели решительного успеха.

Приближалось утро, и византийцы надеялись, что штурм окончен. Но Мехмед II, разгневанный неудачей анатолийцев, пустил в бой свой последний резерв – гвардейских янычар. Те продвигались вперед стройными колонами, демонстрируя удивительное презрение к смерти, под грохот канонады с распущенными знаменами. Хотя христиане были уже истощены, бой продолжался с переменным успехом еще 4 часа. Падали убитые, кричали раненые, а за спинами византийцев звенели храмовые колокола.

Возможно, и этот штурм мог быть отбит, хотя османы дрались уже на внутренних укреплениях, но тут все решил случай. В самом углу крепостной стены находилась одна башня, имевшая скрытую дверь для вылазок осажденных. По чьей-то небрежности, она оказалась открытой, и в нее проникло около 50 янычар. Этот успех не укрылся от глаз султана, находившегося неподалеку, и он тут же бросил в прорыв новый отряд своих солдат. И хотя византийцы почти всех их уничтожили, подоспело подкрепление, и османы проникли внутрь города. Наконец, над одной из башен взвился турецкий флаг. Раздался громкий вопль сотен глоток: «Город наш!», и османы с новыми силами рванули вперед. Император с остатками отряда своей гвардии поспешил на помощь последним защитникам, но не в его силах было отбить ворота.

Тогда св. Константин XI поспешил назад, чтобы собрать хоть какой-то отряд для контратаки, однако сопротивление было уже сломлено. Последние защитники пытались отбиться от турок и скрыться в городе. Брат царя Феофил Палеолог прокричал, что умрет, но не пустит османов в Константинополь, и смело бросился на врага. Тут же император св. Константин XI сбросил с себя знаки царского достоинства и устремился за братом. «Город захватывают, а я все еще жив?!» — крикнул св. Константин XI. И это были последние слова, которые слышали от него; больше царя никто не видел ни живым, ни мертвым.

Константинополь пал, но султан удержался и до вечера не въезжал в него. Он с нетерпением ждал результатов поиска трупа императора. Впоследствии утверждали, что на поле боя было найдено обезглавленное тело, на ножных латах которого красовался герб Палеологов. И вроде бы султан приказал отдать его византийцам для погребения. Даже приводили подробности его гибели – будто бы раненый царь просил умертвить себя, и двое турок, не узнав его, убили героя.

Но насколько эта история правдива, не знает никто. Однако ни у кого, включая султана, не осталось сомнений в том, что император св. Константин XI Палеолог погиб. Надо сказать, храбрость св. Константина XI поразила даже османов. Как писал об императоре турецкий хронист, «правитель Константинополя отличался храбростью и не просил пощады». И вплоть до начала XX века в одном из уголков бывшего Константинополя, а ныне Стамбула местные жители показывали могилу императора, над которой постоянно горела лампада. Нет сомнения в том, что эта безымянная могила не имела ничего общего с последним Византийским царем, но сам факт ее оберегания со стороны турок-мусульман весьма красноречив.

Ни далекие потомки византийцев, ни Православная Церковь не забыли подвига нашего героя, и в 1992 г. Священный синод Элладской церкви утвердил тропарь и другие песнопения, посвященные «святому Константину Палеологу, славному Царю-мученику».

Анастасий I

В Википедии есть статьи о других людях с именем Анастасий.

Анастасий I

греч. Ἀναστάσιος A΄
лат. Flavius Anastasius


Монета Анастасия I

Византийский император

491—518

Предшественник

Зенон

Преемник

Юстин I

Консул Римской империи

492, 497, 507

Рождение

ок. 430
Диррахий

Смерть

8 или 10 июля 518
Константинополь

Место погребения

  • Церковь Апостолов

Род

Львов

Супруга

Ариадна

Вероисповедание

Энотикон, Миафизитство

Медиафайлы на Викискладе

Анаста́сий I Дикор (ок. 430, Диррахий — 8 или 10 июля 518) — император Византии с 11 апреля 491 года. За свои монофизитские взгляды получил от поздних ортодоксальных христианских авторов прозвище «Нечестивый».

Биография

Анастасий родился в Диррахии. Дата его рождения не известна, но принято считать, что это событие произошло не позже 430 или 431 годов. Он родился в семье иллирийцев, сын Помпея (род. ок. 410 г.), аристократа из Диррахия, и его жены Анастасии Константины (род. ок. 410 г.). Его мать была арианкой, сестрой Клеархуса, также арианина, и внучкой по отцу Галла (род. ок. 370 г.), сына Анастасия (род. ок. 352 г.) и мужа дочери Флавия Клавдия Констанция Галла и его жены Константины.

У Анастасия были один глаз карий, а второй голубой (гетерохромия), и по этой причине он получил прозвище Дикор (Dicorus) (греч: Δίκορος, «двух-зрачковый» или в свободном переводе «разноглазый»).

Приход к власти

При императоре Зеноне Анастасий, имевший придворный чин силенциария, обладал отличной репутацией. Ариадна, будучи вдовой императора, возвела Анастасия на трон Восточной Римской империи, отдав ему предпочтение перед родным братом Зенона Лонгином. Вскоре после его прихода к власти 20 мая 491 года Ариадна вышла за него замуж.

Правление Анастасия I начиналось благоприятно, однако позже было расстроено войнами и религиозными распрями. Он снискал популярность народа благодаря смягчению налогового бремени, проявив силу и энергию в управлении империей.

Внутренняя и церковная политика

После длительной борьбы Анастасий I добился полного подчинения военно-землевладельческой исаврийской знати, пользовавшейся огромным влиянием при предыдущих императорах Византии.

Анастасий I опирался на торгово-ростовщическую знать. Стремился упорядочить государственные финансы. В 498 году провёл денежную реформу, введя в обращение медные монеты, фоллисы, которые достигли весомости римских ассов. Это реформа считается началом Византийской монетной системы. Отменил хрисаргир — налог на горожан, занимавшихся торговлей и ремеслом, введённый в 314 году; ввёл денежный поземельный налог (хрисотелию) взамен поставок провианта и рекрутов для войска. В 500 году издал закон, закреплявший за арендаторами земельный участок после 30-летнего срока аренды (при условии выплаты ими положенных взносов).

Анастасий I придерживался церковной политики, начатой его предшественником, и поддерживал единство церкви Византии на основе унионального исповедания Энотикона императора Зенона. Таким образом, при Анастасии Византийская церковь терпимо относилась миафизитской христологии внутри Церкви и не признавала Символа веры Халкидонского собора, по этой же причине продолжался церковный раскол между Константинополем и Римом в т. н. Акакианской схизме.

Внешняя политика и войны

За время правления Анастасия I восточная граница Византии подверглась масштабному укреплению, включая строительство такого фортификационного сооружения, как крепость Дара, предназначенная противостоять персидской Нусайбине.

После смерти Зенона в среде исавров возникло движение против нового императора. Их влияние было одной из проблем, с которой столкнулся Анастасий I. Император лишил их должностей, конфисковал имущество и изгнал из столицы. В последовавшей упорной шестилетней войне (492—497 года) с исаврами Анастасий окончательно смирил их в самой же Исаврии. Многие из исавров были переселены во Фракию.

Летом 502 года царь Персии Кавад I вторгся в Византийскую Армению и без сопротивления захватил не подготовленные к осаде города Феодосиополь и Мартирополь. Осада Амиды, которая продолжалась в течение осени и зимы, остановила продвижение Кавада. Город пал только в начале 503 года. За это время византийцы успели вернуть Феодосиополь. После взятия Амиды персы перешли к осаде Эдессы, а византийцы попытались вернуть Амиду. В 504 году после длительной осады персидский гарнизон, охранявший Амиду, сдался, однако продолжения военных действий не произошло. Ещё через два года после прекращения военных действий был подписан мирный договор, по которому персы вернули Мартирополь и признали довоенную границу. По результатам этих походов Кавада Константинополь был вынужден выплатить контрибуцию.

В период правления Анастасия на северной границе Византийской империи объявился новый враг — славяне, упоминаемые в современных событиям источниках преимущественно под именем гетов. Анастасий укрепил Константинополь, завершив постройку Длинных стен.

В 513—515 годах подавил восстания, возглавляемые командующим федератами Виталианом.

Смерть

Анастасий скончался 8 или 9 июля 518 г. во время сильной грозы, что дало повод поздним христианским авторам утверждать, что это «была кара императору, за его грехи его убило молнией».

Характеристика

Анастасий Дикор по вероисповеданию был сторонником Энотикона (за что и получил у некоторых летописцев прозвище «Нечестивый»), но терпимо относился к радикальным православным, был в политике беспринципен, считал, что «правитель вправе нарушить любую клятву» во имя своих и общественных интересов (как, например, в истории с Виталианом); тем не менее, его нельзя обвинить в излишней жестокости, в правлении Анастасий был справедлив и рационален.

  1. The Oxford Dictionary of Byzantium : : in 3 vol. / ed. by Dr. Alexander Kazhdan. — N. Y. ; Oxford : Oxford University Press, 1991. — P. 86. — ISBN 0-19-504652-8.
  2. Всемирная история. / Энциклопедия. В 14 т. — Т. 1. А—Бе. — М.: ОЛМА Медиа Групп, 2006.
  3. Croke, Brian. Count Marcellinus and his chronicle. — Oxford University Press, 2001. — P. 89. — ISBN 9780198150015.
  4. Settipani, Christian, Continuite Gentilice et Continuite Familiale Dans Les Familles Senatoriales Romaines, A L’Epoque Imperiale, Mythe et Realite. Linacre, UK: Prosopographica et Genealogica, 2000. ILL. NYPL ASY (Rome) 03-983.
  5. Anastasius (AD 491—518) Hugh Elton — Florida International University — An Online Encyclopedia of Roman Emperors
  6. Пигулевская Н. В. Сирийские источники по истории народов СССР. — М. Л., 1941, — с. 62—65.
  7. 1 2 Пигулевская Н. В. Сирийские источники по истории народов СССР. — М. Л., 1941, — с. 91.
  8. Известны также как Анастасиева стена.
  9. Бибиков М. BYZANTINOROSSICA: Свод византийских свидетельств о Руси. Том II. Нарративные памятники. — Litres, 2013. — С. 45—46, 48, 63 и 99—100. — ISBN 978-5-4573-6461-5.
  10. Иванов С. В поисках Константинополя. Путеводитель по византийскому Стамбулу и окрестностям. — Litres, 2013. — С. 605—607. — ISBN 978-5-4573-8233-6.
Предшественник:
Флавий Эннодий Мессала
Флавий Ареобинд Дагалайф Ареобинд
Консул Римской империи
507
соправитель Венантий Юниор
Преемник:
Базилий Венантий Юниор
Флавий Целер

Анастасий I Дикор

Бронзовый фоллис императора Анастасия I.

Анастасий I (около 430—518), уроженец Диррахия, убежденный монофизит, которому суждено было стать патриархом Антиохии. Вдова императора Зенона сделала так, что он сменил его на троне. Проявив себя энергичным императором, он реформировал налоговую систему и наполнил казну, уничтожив главный городской налог и обеспечив устойчивый сбор и поступление в казну земельного налога. Он реформировал монетную систему, выпустив в обращение бронзовую монету. По его приказу была создана Длинная стена во Фракии для защиты Константинополя.

Византия / Мишель Каплан. – М. : Вече, 2011. с. 389.

Анастасий I (Anastasios) (ок. 430-518) — император Восточной Римской империи (491-518); узурпатор. По закону Анастасия 1491 года, колоны прикреплялись к участку, если арендовали его в течение 30 лет; взимание земельной подати было передано из рук куриалов синдикам, подчиненным префекту претория; отменил Хрисаргир. Анастасий I поддерживал монофизитов. Подавил народные восстания в Константинополе (512) и во Фракии (515). Укрепил Константинополь. В 502-505 годы вел войну с персами.

Советская историческая энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия. 1973—1982. Том 1. ААЛТОНЕН – АЯНЫ. 1961.

Анастасий I Дикор — византийский император в 491-518 гг., родом из г. Диррахий в Иллирике. Был силенциарием при дворе императора Зенона, в день похорон которого избран его преемником на царство Ариадной, женой покойного императора. В своем 60-летнем возрасте Анастасий был еще красив и высок ростом, имел глаза разного цвета: один голубой, а другой черный (за это он и получил свое прозвище «Двуцветный»), был известен безупречной служебной репутацией и примерной частной жизнью, был богословски образован и религиозен. Через сорок дней после восшествия на престол, 20 мая 491 г. Анастасий был обвенчан с Ариадной. Он, как и Зенон, поддерживал монофизитство, хотя перед венчанием на царство письменно подтвердил свое признание решений Халкидонского собора. Искоренял остатки языческих традиций: отменил травлю диких зверей, изгнал мимов из столицы, запретил отправление языческих праздников. Покровительствовал цирковой партии красных. Удалил исавров из Константинополя, конфисковал их имущество, отменил привилегии Исаврии и подавил восстание ее населения. Отменил самый разорительный для населения налог — хрисаргир, приказав сжечь все налоговые книги по его сборам. Взамен Анастасий ввел хрисотелию, денежный налог на земельную собственность, однако отменил при этом сбор натуральных продуктов с землевладельцев и набор рекрутов от них. В 498 г. провел денежную реформу, к серебряным и золотым монетам добавил медную. В 501 г. особым эдиктом запретил продажу государственных должностей. Подавил целый ряд мятежей и восстаний, в том числе бунт полководца Виталиана. В правление Анастасия началась война между Византией и Ираном, длившаяся с 502 по 506 г. После ее окончания Анастасий возвел на персидской границе у поселка Дара мощную крепость. Несмотря на обширную строительную деятельность, в результате нововведений Анастасия к концу его правления казной были накоплены огромные средства — 320 000 литр золота. На последние годы правления Анастасия приходится первое опустошительное вторжение славянских племен на территорию Византии. Умер Анастасий в возрасте 88 лет во время сильной грозы.

Византийский словарь: в 2 т. / . СПб.: Амфора. ТИД Амфора: РХГА: Издательство Олега Абышко, 2011, т. 1, с. 82-83.

Анастасий I. Солид, золото.

Анастасий I Дикор — Византийский император в 491— 518 гг. Род. в 430 г. + 9 июля 518 г.

+ + +

Анастасий был родом из Диррахия в Иллирике (Евагрий: 3; 29). Он был широко образован, славился разумом, добропорядочным поведением и пользовался благосклонностью императрицы Ариадны (Дашков: «Анастасий Дикор»). Муж Ариадны, император Зинон, умер в 491 г., не оставив по себе ни одного сына, а только брата Лонгина, человека безумного, жестокого и невоздержанного. Лонгин надеялся завладеть престолом, но Ариадна, сенат и все войско провозгласили императором Анастасия, состоявшего в это время в должности силенциария (так называли служителей, на обязанности которых лежало поддержание порядка во дворце) (Феофан: 483). Патриарх Евфимий воспротивился было этому избранию, называя Анастасия еретиком из-за его склонности к учению монофизитов. Но Ариадна и сенат принудили Евфимия к согласию. Впрочем, он не иначе допустил это, как с условием, что Анастасий предоставит письменное обещание принять за символ веры определения Халкидонского собора, что тот и сделал (Федор: 2; 6). После этого Евфимий венчал Анастасия на царство, и тот взял себе в супружество Ариадну. Исаврийская знать, поддерживавшая Лонгина, не сразу признала свое поражение и не уставала строить козни против нового императора. В 493 г. Анастасий изгнал из Константинополя всех исавров за многие учиненные ими беспорядки. Исавры восстали и дошли уже до Фригии, когда Анастасий послал против мятежников полководца Иоанна Скифа. Иоанн одержал над исаврами полную победу, но те, опираясь на крепости и горные твердыни Тавра, вели войну еще три года. В 496 г. Иоанн Скиф после долгой осады захватил и казнил их вождей. Множество исаврийцев было переселено во Фракию. Патриарха Евфимия, которого Анастасий подозревал в соумышлении со своими врагами, епископы низложили и отлучили от церкви. Перед этим Анастасий силой отобрал у него свое письменное вероисповедание. На место Евфимия в патриархи возвели Македония. Впрочем, с ним отношения у императора тоже не сложились (Феофан: 483, 485, 487, 488).

Евагрий пишет, что Анастасий, как человек, расположенный к миру, решительно не хотел никаких нововведений, особенно в положении церквей, и всеми мерами заботился о том, чтобы церкви не были возмущаемы. Решения Халкидонского собора при нем не были ни явно признаваемы, ни вовсе отвергаемы — и каждый из предстоятелей распоряжался так, как ему заблагорассудится. Однако, несмотря на это, все время его правления прошло в религиозных смутах, причем православное духовенство не переставало нападать на еретические взгляды императора. Анастасий не оставался в долгу (Евагрий: 3; 30). В 511 г. певчие в дворцовом храме Архангела стали петь трисвятую песнь, вставив в нее вопреки обычаю слова «распятый за нас», как это принято было у монофизитов Антиохии. Православные напали на них, и была между ними жестокая распря. Анастасий за это разгневался на патриарха, осыпая его явно и всенародно самыми непотребными оскорблениями при посредстве отщепенцев-монахов. Возмущенный своемыслием императора, патриарх в свою очередь обвинил его в потворствовании манихеям, после чего между Анастасием и Македонием произошел полный разрыв. Столичная чернь в большинстве своем стояла на стороне православной церкви и не раз шумно выражала свою ненависть к императору-еретику. Накал борьбы дошел до того, что Анастасий в страхе запер двери дворца и держал наготове корабли для бегства. В 512 г. он подговорил двух негодяев обвинить Македония в мужеложстве и еретичестве. На основании этих обвинений патриарха силою вывели из его дома, многие священники, его сторонники, были посажены в темницу. Не смея учинить над Македонием следствие, Анастасий сослал его без суда, а патриархом назначил Тимофея (Феофан: 499, 503, 504). В 512 г. из тех же слов «распятый за нас» в Константинополе произошло величайшее возмущение, как будто этим прибавлением совсем отвергалась христианская вера. Много людей было перебито, много домов сожжено. Испуганный разгулом черни, Анастасий вышел на конское ристалище без короны и послал глашатаев объявить народу, что он готов сложить с себя верховную власть. Видя это, народ тотчас затих, стал просить Анастасия надеть корону и обещал успокоиться (Евагрий: 3; 44). В следующем году религиозная война выплеснулась за пределы столицы. Граф федератов Виталиан объявил себя защитником православия и со множеством гуннов и булгар занял всю Фракию, Скифию и Мезию, дошел до Константинополя и начал его осаду. В 514 г. Анастасию пришлось принять все требования восставших: он согласился созвать новый Вселенский Собор и на нем разобрать все разномыслия в толковании догматов веры, а также вернуть престолы свергнутым православным епископам. Но едва Виталиан отступил, Анастасий отрекся от своих обещаний. Весь народ и сенат громко упрекали императора за клятвопреступление, но он бесстыдно отвечал им, что существует закон, позволяющий императору в случае нужды нарушать клятву и обманывать (Феофан: 506). Против мятежников была двинута армия, однако Виталиан одержал в бою полную победу и во второй раз подошел к столице. В 515 г. Анастасий опять запросил мира. Но, заключив перемирие, он сам же его вероломно нарушил и внезапно напал на флот Виталиана. В этой морской битве мятежники были разбиты, а их предводитель скрылся (Евагрий: 3; 43).

Вскоре после этой победы в июле 518 г. Анастасий умер ночью во время страшной грозы, что дало повод православным летописцам утверждать, что император был убит молнией (Феофан: 510).

Все монархи мира. Древняя Греция. Древний Рим. Византия. Константин Рыжов. Москва, 2001 г.

Анастасий I Дикор (430 — 518, имп. с 491)

Когда Зинон умер, императрица Ариадна в сопровождении высших придворных отправилась на ипподром и обратилась с речью к народу. Августа пообещала собрать сенат и военных для избрания нового государя. Так как из детей Зинона в живых уже никого не было 1) законным претендентом на трон оказался брат покойного Лонгин, человек злой, грубый и невоздержанный. Ни армия, ни сенат такого правителя не пожелали, и Ариадна, чья рекомендация августы была решающей, предложила сделать императором дворцового силенциария Анастасия. Происходил он из Диррахия (в Иллирике), был широко образован, славился разумом, добропорядочным поведением и пользовался благосклонностью императрицы. Однако сделанному выбору воспротивилась, поддерживая Лонгина, партия возвысившихся при Зиноне исавров. Обстановка в Константинополе накалилась до предела, и когда 11 апреля 491 г. Анастасия на ипподроме провозглашали императором, пришлось даже слегка нарушить установленную церемонию венчания на престол. Сначала Анастасий, в расшитом золотом стихаре, подпоясанный и в красных императорских туфлях-кампагиях, был поднят на щите и показан народу и войску. При этом кампидуктор ланциариев, согласно традиции, возложил ему на голову вместо короны (которая надевалась только вместе с императорской хламидой) свою цепь. И лишь заслышав шумные крики одобрения не только солдат, но и народа, и таким образом окончательно убедившись в поддержке гражданами нового василевса, патриарх возложил на него хламиду и венец. Анастасий был вторично предъявлен зрителям уже в полном облачении, символизировавшем свершение официальной коронации. Люди, крича со своих скамей, желали августу многих лет и оставаться в пурпуре таким же высоконравственным человеком, каким его знали в частной жизни.

Вскоре Ариадна вышла замуж за нового императора, сохранившего вдобавок ко всем своим достоинствам и внешнюю привлекательность — был он высокого роста, черноволосый с проседью и красивыми чертами лица. Глаза у него были разного цвета — черного и голубого, что и послужило основанием прозвищу Дикор («разные глаза» по-гречески).

Вступив на престол, Анастасий немедленно объявил, что основанием веры считает решения Халкидонского собора, хотя сам не скрывал симпатии к монофиситству. Лонгин стал раздувать среди жителей столицы вражду; между приверженцами Анастасия и исаврийской партии начались жестокие схватки, в результате которых сгорели ипподром и лучшая часть города. В общей сложности эти распри, усугубляемые взаимной неприязнью монофиситов и ортодоксальных христиан, длились несколько лет (так называемая «плебейская война»), и бывало, даже статуи царствующей четы таскались на веревках по константинопольским улицам.

Император, крайне недовольный кознями исаврийской знати, приказал схватить Лонгина и постричь его в монахи, а всех его сторонников выслал из столицы (493). В ответ исавры восстали. Против них выступил Иоанн Скиф и одержал над ними ряд побед, после чего уцелевшие бунтовщики бежали в горы Исаврии. Там мятежники скрывались до 496 г., когда Иоанну Скифу удалось захватить предводителей восстания, обезглавить их и по обычаю послать головы в подарок василевсу.

Со времен Анастасия появляются сообщения о первых набегах авар, славян и болгар (название «болгары» носило одно из гуннских племен) на земли империи. В 493 г. полководец Юлиан в ночном сражении «был поражен скифским жезлом» . В 499 г. «геты» (болгары) уничтожили во Фракии пятнадцатитысячный отряд ромеев, Фракия осталась без защиты, и в 502 г. болгары разграбили ее снова, а пятнадцать лет спустя дошли до Македонии и Эпира. Неспокойно было и в южных владениях, где с конца V в. начались разорительные походы арабов.

5 марта 493 г. Теодорих овладел Равенной, попавшего в плен Одоакра казнили через десять дней. Готы провозгласили Теодориха конунгом (правителем) Италии, так и не дождавшись согласия Константинополя на этот шаг (посольство римского сената было по этому вопросу послано еще к Зинону). Анастасий признал Теодориха и выслал ему императорские регалии только к 497 г. Сам Теодорих был приверженцем политики сотрудничества с Востоком, номинально признавая главенство Константинополя: «Наше королевство есть ваше подобие, форма прекрасного образца… Да будет всегда мысль о единой Римской империи… » — писал он Анастасию около 508 г. Это было необходимо мудрому Теодориху, ибо в Италии времен остготской державы старое римское население, сенат и пришлый король находились в состоянии непрекращающейся политической борьбы. Ариане-готы оказались очень заинтересованы в поддержке Византии, поскольку и Зинон, и Анастасий по вопросам веры конфликтовали с римской церковью, верхи которой формировались из рядов аристократии.

В 502 г. персидский шах Кавад потребовал от Анастасия денежной дани. Император насмешливо ответил, что если шаху хочется занять денег, пусть шлет расписку. Кавад в ответ двинул войска в Армению и быстро захватил Феодосиополь (Эрзерум). Затем персы подступили к важной крепости Амиде и начали ее осаду. Цитадель оказала нешуточное сопротивление — ее защитники по ночам через подкопы уносили землю из-под возводимых персами насыпей, делали вылазки и отражали многочисленные приступы неприятеля. Камнеметы византийцев наносили огромный урон персидским войскам, началась зима и персы уже готовы были отступить, как вдруг однажды ночью пала одна из главных крепостных башен, которую защищали монахи. После этого Амида была обречена, однако еще несколько дней жители города и гарнизон мужественно дрались на улицах. Заняв-таки Амиду, персы вынесли из крепости несколько десятков тысяч трупов — ромеев и своих.

Героическая оборона Амиды надолго задержала продвижение неприятеля в глубь страны и позволила византийцам собраться с силами. Весной 503 г. войско под началом Ареовинда, сына Дагалайфа, разбило персов, но к лету командиры этого войска перессорились, и персы снова стали наносить поражения ромеям. Анастасий, быстро и правильно оценив обстановку, сменил руководство армией. Новым главнокомандующим стал патрикий Келер, военные действия пошли успешнее, и к 506 г. разгромленный Кавад согласился на семилетнее перемирие.

По окончании войны император произвел детальный ее разбор, итогом которого стало возведение Анастасиополя (Дары) — мощной крепости на персидской границе. За считанные месяцы были построены не только стены и водопроводы, но и цистерны для воды, общественные здания — даже бани и церкви.

Внутренняя политика Анастасия была весьма деятельной и сопровождалась крупными и дальновидными реформами.

Важнейшим событием стала отмена в 497 — 498 гг. ненавистного всем хрисаргира — существовавшего с 314 г. налога золотом и серебром, взимавшегося раз в пять лет с граждан, занятых торговлей и ремеслом, и превратившегося к концу V столетия в подлинный тормоз экономики. На деле этим налогом облагалось любое имущество, вплоть до осла и собаки. Еще оратор Ливаний, обращаясь к Феодосию Великому, указывал на вред хрисаргира: «Скажем о том зле, которое превзошло все прочие беды. Это — непосильная подать в золоте и серебре, вызывающая трепет с приближением грозного пятилетия. Название этому источнику дохода дано благовидное, якобы подать взимается с торговцев, но так как эти самые торговцы морем ускользают от подати, то гибнут те люди, которым их ремесло едва дает возможность прокормиться. Даже штопальщик обуви не избегает этой подати. Я не раз видел, как, подняв к небесам свой резак, сапожники клялись, что только на него вся надежда. Но даже это не избавляет их от сборщиков, которые приходят к ним, лают и чуть ли не кусаются. При таких условиях, государь, учащаются случаи перехода в кабалу, лишаются свободного состояния дети, продаваемые отцами не для того, чтобы полученные за них деньги пошли в кубышку, но чтобы на их глазах эти деньги перешли в длань настойчивого сборщика налога» .

Церковный историк Евагрий рассказывает замечательную историю об отмене хрисаргира. По его словам, Анастасий сначала велел сжечь все учетные книги, в которых на протяжении многих лет фиксировалось облагаемое этим налогом имущество каждого (!) гражданина. Чиновники, кормившиеся от сбора, утаили часть документов, надеясь на скорое возрождение хрисаргира. Тогда император призвал их во дворец, во всеуслышание объявил об отмене своего решения и поручил им отыскать и принести все документы, имеющие какое-либо касательство к процедуре сбора, якобы для восстановления учетных книг. Обрадованные мытари к названному дню выполнили приказ, Анастасий же распорядился принесенное предать огню, а пепел развеять по ветру. Узнав об упразднении хрисаргира, жители империи ликовали несколько дней. Для пополнения денежной казны Анастасий ввел другой налог монетой — хрисотелию, которым облагалась только земельная собственность, а взимавшуюся до того натуральную подать с землевладельцев и поставки рекрутов ликвидировал.

В 498 г. была проведена денежная реформа, к серебряным и золотым монетам добавилась медная.

Около 500 г. вышел указ о том, что после тридцати лет использования арендатором казенного земельного участка этот надел переходит в собственность обрабатывающего.

В 501 г. император особым эдиктом запретил продажу государственных должностей.

Результатом нововведений Анастасия явилось то, что ко времени смерти государя казной были накоплены огромные средства — 320 000 фунтов золота, и это несмотря на обширную строительную деятельность!

Хотя положение империи в целом было при Анастасии неплохим, в государстве вспыхивали разного рода мятежи и волнения.

Около 501 г. во время состязаний на ипподроме случилась потасовка, в ходе которой погиб внебрачный сын Анастасия. Разгневанный император приказал казнить многих ее участников. В 508 г. начался очередной бунт в Александрии, на этот раз — сторонников ортодоксального патриарха Македония II. Через три года на столичном ипподроме толпа ортодоксов скандировала лозунг: «Другого императора ромеям!» Терпение Анастасия лопнуло, особо рьяных приверженцев Македония он или пересажал, или изгнал из столицы, а самого патриарха сместил. В ноябре 512 г., использовав в качестве формального предлога для недовольства небольшое изменение слов в одном из церковных гимнов, жители Константинополя начали крупный мятеж, который престарелому василевсу едва удалось предотвратить без особого кровопролития. Анастасий вышел «на конское ристалище без короны и послал глашатая объявить народу, что он готов сложить с себя верховную власть, но всем невозможно принять ее — множества она не терпит, и что после него только один будет правителем государства» . Толпа, видя императора столь миролюбиво настроенным, вняла его разумным доводам, успокоилась и разошлась.

Но самым крупным восстанием против василевса стало восстание Вита-лиана, подавленное с большим трудом и не до конца. В 513 г. императорский полководец Виталиан объявил себя защитником православной веры и выступил против монофисита Анастасия. Император был вынужден скрываться в предместьях близ Влахерн (северо-восточный квартал Константинополя), опасаясь сторонников Виталиана в городе. Тот же, заручившись поддержкой болгар и славян, возмутил федератов придунайских областей, которые потребовали увеличения жалованья. Начальник фракийских войск Ипатий, племянник августа, отказался это сделать, федераты восстали, и Ипатию пришлось бежать. В 514 г. мятежники уже контролировали Мизию, Скифию и Фракию, а затем подступили к стенам Константинополя. В городе на стенах домов были во множестве развешены кресты и прокламации, убеждавшие жителей в православии императора.

Виталиан условием перемирия поставил восстановление низложенного Македония II и созыв нового Вселенского собора. Анастасий долго медлил с ответом, тем временем подкупая командиров Виталиана. Наконец император согласился с требованиями восставших и Виталиан срочно отвел разложенные императорским золотом войска.

Василевс начал явно демонстрировать нежелание выполнять условия договора, одновременно собирая силы для дальнейшей борьбы. В ответ на упреки в обмане он хладнокровно заметил, что правитель в случае нужды вправе нарушить любую клятву.

Против Виталиана отправился с огромной армией полководец Кирилл, однако в самом начале похода он был заколот в собственном шатре подкупленными врагом стражниками. На место Кирилла заступил Ипатий, и вскоре его восьмидесятитысячное войско оказалось разгромлено, а сам он попал в плен. Авторитет императора пал настолько, что посланных с выкупом за Ипатия чиновников люди Виталиана обобрали и избили. Последний принял от войск императорский титул и вторично подошел к столице, угрожая штурмом с суши и моря.

Анастасий снова запросил мира. Заключив еще одно соглашение, он сам же перемирие вероломно нарушил, двинув на корабли Виталиана флот. В морском бою (515) Виталиан был разбит и скрылся, а остатки его армий присягнули императору.

Примечательно, что возведенная десятью годами ранее в сорока километрах от столицы так называемая Длинная стена, шедшая на 420 стадий (80 км) от Мраморного моря близ Оливрии до Черного моря близ Дергона, не смогла послужить городу защитой.

За свое монофиситство Анастасий у некоторых историков и хронистов получил прозвище Нечестивый, но деятельность этого далеко не ординарного человека вряд ли заслуживает столь резко негативной оценки. Во всяком случае, несмотря на явную беспринципность императора-утилитариста в политике, его нельзя обвинить в жестокости 2), небрежении к государственным делам или неумении управлять державой.

Анастасий скончался 8 или 9 июля 518 г., ночью, во время страшной грозы, что дало повод православным летописцам утверждать впоследствии, будто Бог за грехи покарал императора, убив молнией.

Примечания

1) Старший сын Зинона от первого брака пошел в делах разгула по стопам отца, но излишества подорвали его здоровье, и он умер молодым.

2) Он, например, из гуманных соображений запретил показывать в цирках борьбу людей с дикими зверями (чем, кстати, вызвал открытое недовольство ромеев).

Использованы материалы кн.: Дашков С.Б. Императоры Византии. М., 1997, с. 49-54.

Далее читайте:

Византия (краткая справка).

Хронологические таблицы и по векам — | IV | V | VI | VII | VIII | IX | X | XI | XII | XIII | XIV | XV |

Константинопольские патриархи (биографический справочник).

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *