Как евреи оказались в Египте в рабстве?

Каждый год на Песах евреи рассказывают историю о спасении из египетского рабства, о чудесном переходе через Красное море и рождении народа Израиля. Но были ли в Древнем Египте рабы из региона, в котором сегодня находится Государство Израиль? Правда ли, что люди, поклоняющиеся Яхве, вообще жили в Древнем Египте, тем более в то время, когда, как считается, произошел Исход? Достоверно известно одно: тысячи лет назад Египет кишел семитскими народами.

В древности Египет был житницей мира. Почва в долине Нила приносила богатые урожаи, и в голодные годы жители окрестных земель перебирались в Египет. Археологические находки доказывают, что некоторые из них были семитами — выходцами из Леванта. Семиты начали пересекать пустыню, двигаясь из Палестины в Египет, более 4000 лет назад. Среди них были торговцы, военнопленные и рабы. Об этом свидетельствуют записи на сохранившихся папирусах.

Загадочное племя гиксосов поселилось в Египте не позднее 1650 года до н.э. и правило Нижним Царством. Историки сходятся на том, что гиксосы были выходцами из Ливана или Сирии. Со временем, после кровопролитной войны, длившейся с 1539 до по 1514 г. до н.э. гиксосы были изгнаны из Египта, и их путь лежал через Синай в южный Ханаан.

Иосиф Флавий, опираясь на египетского летописца Манефона, жившего за три столетия до него и писавшего, что изгнанные гиксосы бродили по пустыне, а потом основали Иерусалим, полагал, что гиксосы и есть будущие израильтяне. И, тем не менее, история изгнания гиксосов едва ли стала источником Агады, хотя бы потому, что гиксосы были правителями, а не рабами.

В то же время участь древних рабов в Египте описывается в дошедших до нашего времени папирусах, и она вполне похожа на то, что мы читаем в Агаде. В любом случае, рабы семитского происхождения в Египте были. Поклонялись ли они Яхве? Ряд ученых утверждает, что археологических свидетельств тому не существует.

Климатические условия в Восточной Дельте таковы, что очень немногие папирусы сохранились, но те, что дошли до наших дней, могут снабдить нас некой информацией об исчезнувших израильтянах.

Так, папирус, возраст которого составляет около 3200 лет, рассказывает, как египетские власти разрешили группе семитских кочевников из Эдома, которые поклонялись Яхве, пройти через пограничную крепость в районе, который сегодня известен, как вади Тумилат, и проследовать со своим домашним скотом к Пифомским озерам.

Вскоре после этого израильтяне входят в мировую историю: на стеле Мернептаха впервые упоминается общность, именуемая «Израиль в Ханаане». Стела датируется 1210 годом до н.э.

Эти поклонники Яхве были в древнем Египте много лет спустя после того, как, согласно предположениям, произошел Исход. Поклонники культа Яхве, возможно, присутствовали там и раньше. Убедительных доказательств этого нет, но есть некие признаки, которые на это указывают.

Согласно Манефону, основателем единобожия был Осарсиф, который позже принял имя Моше (Моисей) и во времена правления Эхнатона вывел своих последователей из Египта. В 1987 году группа французских археологов обнаружила могилу человека по имени Апер-эль (в другой транскирпции Апер-иа), визиря Ахменотепа II и его сына Эхнатона.

Оканчание имени визиря «эль» вполне может быть связано с еврейским имением бога – «Элохим»; окончание Апер-иа может означать сохращенное «Яхве». Это истолкование может служить подтвержением гипотезы, по которой евреи жили в Египте в период правления 18-й династии, начавшийся 3600 лет назад (1543-1292 до н.э.).

Знаменитый английский египтолог сэр Мэтью Флиндерс Петри придерживается противоположной точки зрения: Эхнатон подтолкнул евреев к монотеизму, а Исход произошел в 19-й династии (1292-1189, около 3300 лет назад). В Книге Исхода (12:37) говорится: «И отправились сыны Израилевы из Раамсеса в Сокхоф до шестисот тысяч пеших мужчин, кроме детей», а в Книге Чисел (1:46) эта цифра достигает двух миллионов.

Если бы 2 миллиона человек покинули Египет, все население которого составляло от 3 до 4,5 миллионов, этот факт не мог бы пройти незамеченным и был зафиксирован в египетских записях. Но для сравнения можно указать, что когда Геродот утверждает, что в 480 году до нашей эры в Грецию вторгся миллион персов, понятно, что цифра эта преувеличиена, как в большинстве древних источников. Но никто не ставит под сомнение самый факт вторжения персов.

Египтолог Кеннет Китчен указывает, что ивритское слово «элеф», тысяча, может иметь различные значения в зависимости от контекста. Основываясь на этом, некоторые ученые предполагают, что в Исходе фактически участвоали около 20 тысяч человек.

Отсутствие доказательств пребывания евреев в пустыне ничего не доказывает – спасаясь бегством, они не строили на пути следования города и памятники. Они оставляли после себя лишь следы на песке.

В поддержку Агады может выступить стихотворение «Речение Ипувера», переписанное в 13 в до н.э на папирус (считается, что оригинал намного старше). В стихотворении изображен опустошенный Египет, терзаемый чумой, засухой и восстаниями, кульминацией которых является бегство рабов с египетскими богатствами. Все это сильно напоминает историю Исхода, но только с египетской точки зрения.

Кроме того, египтяне имели обыкновение переписывать исторические свидетельства, когда правда не делала им чести или противоречила их политическим интересам. По понятным соображениям, фараоны не выставляли на стенах храма на всеобщее обозрение записи о своих провалах. Тутмос III, придя к власти, попытался стереть память о своей предшественнице Хатшепсут. Сделанные в ее славу надписи были стерты, вокруг обелисков выстроили стены, а ее памятники забыты. В более поздних летописях ее имя не появляется. Более того, создается впечатление, что записи администрации восточной Дельты вообще не сохранились.

Как правило, библейские авторы интерпретировали реальную историю, а не выдумывали ее. Уже в древности было известно, что пропаганда, основанная на реальных событиях, более эффективна, чем сказки. Летописец напишет, что царь А завоевал город, а царь Б потерпел поражение. Писец царя А будет утверждать, что царь Б оскорбил Бога, поэтому последний наказал его, позволив царю A захватить его город. С точки зрения человека древности, вторая версия ничуть не хуже.

У каждого египтолога и археолога есть своя точка зрения на историю Исхода, пусть даже нет никаких доказательств, подтверждающих их теории.

Исход мог быть отголоском воспоминаний семитов об изгнании гиксосов или о малых исходах разных племен и семитских групп в разные исторические периоды. А мог быть и просто легендой. Однако, если подойти к этому вопросу с психологической точки зрения, естественно будет спросить, зачем летописцам было придумывать сказки о столь унизительном начале своей истории, как рабство? Никто, кроме евреев, не пишет, будто история его народа начинается с такой малопочтенной точки. Большинство народов предпочитает приписывать своим лидерам героические деяния или просто ведет свое происхождение от местных богов.

В конечном счете, история Исхода — это вопрос веры. Наши заметки не ставят своей целью доказать, что пасхальная Агада имеет истрические корни или что Земля Израиля была завещана рабам, вышедшим из Египта. Мы просто указываем на то, что существовали исторические фигуры и события, которые могли стать основой книги Исхода. И потому, когда мы за праздничным столом читаем Агаду, задумаемся об истории, которая на протяжении тысячелетий поражала человеческое воображение, вспомним, что порой правда может быть более удивительна, чем вымысел. И не забудем о рабе-исраэлите по имени Апер-эль, который, как и кочевники, осевшие в Египте и поклонявшиеся Яхве, не оставил след в истории.

Филип Бостром, «ХаАрец», М.Р.

Ст. 1-15 И упрекали Мариам и Аарон Моисея за жену Ефиоплянку, которую он взял, — ибо он взял за себя Ефиоплянку, — и сказали: одному ли Моисею говорил Господь? не говорил ли Он и нам? И услышал сие Господь. Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле. И сказал Господь внезапно Моисею и Аарону и Мариами: выйдите вы трое к скинии собрания. И вышли все трое. И сошел Господь в облачном столпе, и стал у входа скинии, и позвал Аарона и Мариам, и вышли они оба. И сказал: слушайте слова Мои: если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем, — он верен во всем дому Моем: устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит; как же вы не убоялись упрекать раба Моего, Моисея? И воспламенился гнев Господа на них, и Он отошел. И облако отошло от скинии, и вот, Мариам покрылась проказою, как снегом. Аарон взглянул на Мариам, и вот, она в проказе. И сказал Аарон Моисею: господин мой! не поставь нам в грех, что мы поступили глупо и согрешили; не попусти, чтоб она была, как мертворожденный младенец, у которого, когда он выходит из чрева матери своей, истлела уже половина тела. И возопил Моисей к Господу, говоря: Боже, исцели ее! И сказал Господь Моисею: если бы отец ее плюнул ей в лице, то не должна ли была бы она стыдиться семь дней? итак пусть будет она в заключении семь дней вне стана, а после опять возвратится. И пробыла Мариам в заключении вне стана семь дней, и народ не отправлялся в путь, доколе не возвратилась Мариам

О Христе и синагоге иудейской

Многими способами несчастные иудеи могут быть изобличаемы в том, что необузданный и грубый язык свой употребляли против Христа. А что таковое дело не осталось для них безнаказанным, это всякий может видеть и из того, что сталось с ними. Ибо Израиль, первородный и имевший по сему великую славу, возлюбленный и избранный, поставлен позади язычников, оказался в последних и даже более, повержен во всяческие бедствия. И это предвозвещал им Господь, говоря чрез Осию: Горе им, что они удалились от Меня; гибель им, что они отпали от Меня! Я спасал их, а они ложь говорили на Меня (Ос. 7, 13). Ибо нет такой нелепости в словах, какой бы не дерзнули они сказать против Него. Они злословили, не помышляя о написанном: Смерть и жизнь — во власти языка, и любящие его вкусят от плодов его (Притч. 18, 21). Когда же безумствовали против Него, то употребляли необузданный язык свой и для оклеветания Его, как я сказал недавно. А поэтому отпали и от надежды на Него, и доныне не слыша говорящего: Вот жребий твой, отмеренная тебе от Меня часть, говорит Господь (Иер. 13, 25). Итак, что они подлежали обвинению в необузданности языка и что имели понести тяжкое наказание за свое безумие против Христа, это мы весьма хорошо можем понять и из написанного в книге Чисел. Написано же так: И упрекали Мариам и Аарон Моисея за жену Ефиоплянку, которую он взял, — ибо он взял Ефиоплянку, — и сказали: одному ли Моисею говорил Господь? не говорил ли Он и нам? И услышал Господь. Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле. И сказал Господь внезапно Моисею и Аарону и Мариами: выйдите вы трое к скинии собрания. И вышли все трое. И сошел Господь в облачном столпе, и стал у входа скинии, и позвал Аарона и Мариам, и вышли они оба. И сказал: слушайте слова Мои: если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем, — он верен во всем дому Моем: устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит; как же вы не убоялись упрекать раба Моего, Моисея? И воспламенился гнев Господа на них, и Он отошел. И облако отошло от скинии, и вот, Мариам покрылась проказою, как снегом. Аарон взглянул на Мариам, и вот, она в проказе. И сказал Аарон Моисею: господин мой! не поставь нам в грех, что мы поступили глупо и согрешили; не попусти, чтоб она была, как мертворожденный , у которого, когда он выходит из чрева матери своей, истлела уже половина тела. И возопил Моисей к Господу, говоря: Боже, исцели ее! И сказал Господь Моисею: если бы отец ее плюнул ей в лице, то не должна ли была бы она стыдиться семь дней? итак пусть будет она в заключении семь дней вне стана, а после опять возвратится. И пробыла Мариам в заключении вне стана семь дней, и народ не отправлялся в путь, доколе не возвратилась Мариам (Чис. 12, 1-15). Таким образом и это сродно прежде уже сказанному, потому что недалеко отстоит от содержащегося там созерцания, напротив имеет мысль близкую и сродную. Поелику и это говорит о таинстве Христовом и выставляет на вид бесчестие синагоги иудейской в том, чем она безумствовала против Христа. Различается же как бы отчасти только вид греха. Ибо там синагога страдала проказою и была нечистою, многими и различными грехопадениями растлевающею себя; здесь же слово наше изображает вину одного безумия против Христа, описывает надменность высокомерия иудеев и напротив показывает кротость Того, Который говорит: научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем (Мф. 11, 29). К сему указует еще и человеколюбие праведного Судии, не до конца и не беспредельный гнев наводящего на согрешающих, но после поражения врачующего, спасающего и делающего их здравыми. Итак, вкратце и в немногих словах сказать вообще, в этом и заключается цель предположенного нами. Разбирая же по порядку каждую подробность сказанного, мы будем раскрывать заключающийся в нем смысл, причем дверь слову отверзающим будет Бог, Который говорит надеющимся на Него: и отдам тебе хранимые во тьме сокровища и сокрытые богатства (Ис. 45,3).

Итак, в словопрение с премудрым Моисеем вступили Аарон и Мариам ради жены эфиоплянки, которую он взял, и сказали: одному ли Моисею говорил Господь? не говорил ли Он и нам? (Чис. 12, 2). Два обвинения взводило на Моисея их пустословие: первое, что он, говорю, взял эфиоплянку; а второе, сверх сего, выражено в словах: одному ли Моисею говорил Господь? не говорил ли Он и нам? В первом случае он подвергается обвинению в преступлении закона; а во втором говорится, чтобы он не очень величался, что он не особенною какою-либо по сравнению с другими обладает благодатью, если Бог, оказывается, говорил и с другими. Будем же говорить по порядку, первому обвинению уделяя первое слово; и, таким образом, то, что заключается в образах, будем опять переносить на Самого уже Христа. Итак, сначала Моисей взял себе в жену и сделал своею сожительницею мадианитянку, разумею дщерь Иофора; по прошествии же немалого времени вступил в брак с эфиоплянкою, иноплеменною и черною. Между тем Законодатель ясно провозвещал, что сынам Израилевым совсем не должно смешиваться с иноплеменными. Ибо написано так: дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего (Втор. 7, 3; Исх. 34, 16). В этом-то, как в преступлении закона, и судим был великий Моисей Аароном и Мариамою, не разумевшими, по достоинству, и чрез него также опять как бы в прообразе столь прекрасно и мудро устроившегося таинства, которое мы сейчас насколько возможно ясно представим, существо дела наилучше перенося на Христа, Которого и в этом случае представлял в своем лице Моисей. Ибо Христос есть также един и посредник между Богом и человеками (1 Тим. 2, 5), как несомненно был и тот; потому он и назнаменовал нам, говоря: пророка от братии вашей воздвигнет вам Господь Бог ваш, как меня (Втор. 18, 15). Аарон же может быть принят за образ иудейского священства, а Мариам может изображать вид синагоги (сонмища). Итак, обвиняли Спасителя нашего Христа и старейшины иудейские, а за ними и самая синагога; упрекая Его в преступлении Божественных заповедей, так как говорили: если бы сей человек был от Бога, то не нарушал бы субботу (Ин. 9, 16). Скрежетали они зубами своими и за иное нечто, именно за то, что Он избрал Себе в невесту черную эфиоплянку, то есть Церковь из язычников, и некоторым образом вступил с нею в брак после первой, то есть израильтянки, которая опять есть синагога. А что они скрежетали зубами своими по случаю нарушения суетно соблюдаемых ими обычаев, или того, что изречено Моисеем в прообразах, это не трудно понять всякому, кто хотя сколько-нибудь знаком с Евангельскими Писаниями. А что, с другой стороны, Он избрал своею невестою Церковь из язычников, еще черную по причине темноты в познании и образе жизни, так как в ней еще не был свет истинный, способный сделать ее светлою и белою, на это всякий очень легко может найти доказательства у пророков. Но мне более приличным кажется показать это на домостроительстве Спасителя нашего. Он проповедовал иноплеменным самарянам и в них положил как бы некое начало и основание Церкви из язычников (Ин. 4, 4 и дал.). А что они были иноплеменны и чужды общества израильского, это всякий без труда может видеть и из следующего. Посылая учеников своих возвещать проповедь о Царствии Небесном, Спаситель говорит: на путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите; а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева (Мф. 10, 5-6). Видишь ли, как оных поставил Он вне овец дома Израилева? Итак, еще не расторгнув брака с израильтянкою, то есть с синагогою, и еще представляясь сожительствующим с нею, Он уже обручился некоторым образом и вступил в брак с черною иноплеменницею, то есть с Церковию из язычников. Поэтому, беседуя с иудеями, Он говорил: Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь (Ин. 10, 16). И еще строже изобличая их, как непокорных, когда они явно спрашивали Его, говоря: если Ты Христос, скажи нам прямо (ст. 24), Иисус отвечал им: Я сказал вам, и не верите; дела, которые творю Я во имя Отца Моего, они свидетельствуют о Мне. Но вы не верите, ибо вы не из овец Моих, как Я сказал вам (ст. 25-26). Своими овцами теперь называет уже язычников. Весьма разгневавшись и негодуя за это на Него, как любящего иноплеменных и ни во что считающего Божественный закон, иудеи с насмешкою говорили: не правду ли мы говорим, что Ты Самарянин и что бес в Тебе? (Ин. 8, 48). Если бы Ты не был одних мыслей с самарянами, как бы так говорили они, если бы Ты не был любителем эллинского и иноплеменного, то совсем не сообщался бы с язычниками И если бы в Тебе не было беса, который находится в эллинах (так как идолослужителей они называли беснующимися, по причине находящегося в них диавола), то Ты не считал бы, говорили они, ни во что преступления заповедей закона. Но совершенные Христом деяния были скорее исполнением закона, а не преступлением Его, согласно сказанному Им Самим: не нарушить (закон) пришел Я, но исполнить (Мф. 5, 17); ибо Его делом было пременить букву закона на истину. В этом-то и заключался вид обвинения за оную черную и подобие преступления во Христе, как и в Моисее. Но приведем близкое к сему и родственное злословие из образа, пременяя смысл сказанного на истину. Не одному, возражали они, одному ли Моисею говорил Господь? не говорил ли Он и нам? (Чис. 12, 2). Это — слова, происшедшие от гордости, и речи, исходящие от пустой надменности. Право мудрствуя, они совсем не должны бы были стремиться стать на одинаковую степень высоты с тем, который по праву слышал слова: ты приобрел благоволение в очах Моих (Исх. 33, 17); скорее должны были бы воссылать благодарность Богу за те дары, какими они сами были почтены от Него, не преступая чина, свыше для них определенного, и не присвояя себе чести, еще не данной им, что по справедливости может быть почитаемо признаком крайней надменности. Но с другой стороны, обрати теперь мысль свою к Господу нашему Иисусу Христу, Который открыто выставляет иудеям предопределенную Ему, и по естеству только Ему одному, от Бога и Отца цель, и говорит: Ибо Я говорил не от Себя; но пославший Меня Отец, Он дал Мне заповедь, что сказать и что говорить (Ин. 12, 49; сн.: 14, 10). И еще: Слова, которые говорю Я вам, не суть мои, но пославшего Меня (Ин. 14, 10 и 24). Затем обрати внимание сверх того еще и на беззаконных книжников и фарисеев, исполненных дерзости, неумеренно похваляющихся тем, что с отцами их говорил Бог, и по этой причине решившихся не верить Ему. Ибо они говорят: Мы знаем, что с Моисеем говорил Бог; Сего же не знаем, откуда Он (Ин. 9, 29). Видишь ли, как, говоря: Мы знаем, что с Моисеем говорил Бог, они как бы повторяют те древние слова, да и в выражениях еще более грубых: разве одному Христу говорил Бог и Отец? Не говорил ли Он и отцам нашим? то есть на Синае. И услышал Господь. Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле (Чис. 12, 2-3). Мариам и Аарон, как кажется, из кротости Моисея вывели для себя случай к надменности. Но за это, хотя он и не возвышал своего голоса, Бог вознегодовал и Сам подвигся к праведному гневу против дерзнувших оскорбить верного служителя Его, пренебрежением как бы к Себе относя это оскорбление. Так точно мудрствуй и о Христе. Ибо по причине присущей Ему кротости и человеколюбия фарисеи были более удобопреклонны к пренебрежению. Но, кажется, не сомнительно можно было видеть, что не избежат они отмщения свыше. Как оскорбленный в Сыне, Бог и Отец не мог перенести этого оскорбления; ибо знал Он без научения, по боголепному всеведению, слова, исходившие от высокомерия фарисеев.

Затем следуют такие изречения: И сказал Господь внезапно Моисею и Аарону и Мариами: выйдите вы трое к скинии собрания. И вышли все трое. И сошел Господь в облачном столпе, и стал у входа скинии (Чис. 12, 4-5). Слова эти опять прикровенно указуют на то, что Бог будет Судиею тех, которые говорят против Спасителя нашего Иисуса Христа, и непременно сойдет с неба для наказания дерзнувших укорять Его и препираться с Ним в равночестности. Суд же вообще произведен будет чрез Сына по соприсутствию именно нераздельно с Ним Родившего, как сказано: Я в Отце и Отец во Мне (Ин. 14, 10, сн.: 10, 38). Когда же согрешившие Мариам и Аарон предстали праведному Судии, то Он сказал: И сказал: слушайте слова Мои: если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем, — он верен во всем дому Моем: устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит (Чис. 12, 6-8). В этих словах указывается, как на особенное преимущество Моисея пред другими, на Боговидение, и прекрасно засвидетельствовано, что он особенно близко мог слышать слова Божественные. Но еще более истинным можешь видеть ты это во Христе. Ибо не так глаголал Бог и Отец в пророках, как в Сыне. Тем подавалось знание о том, что им должно было знать, чрез Духа, а Сей без научения ведал духовные советы Отца, как Премудрость и Совет Родителя. И блаженные пророки посредством неясных образов получали созерцание славы Его, потому что Бога не видел никто никогда (Ин. 1, 18); созерцается же Он единым по естеству Сыном и таким образом может быть уразумеваем боголепно. И свидетелем сего может быть для нас сам Спаситель, говорящий: Это не то, чтобы кто видел Отца, кроме Того, Кто есть от Бога; Он видел Отца (Ин. 6, 46). Посему иудеи неблагоразумно, даже более того, нечестиво выставляя на вид, как преимущество свое, то, что с отцами их говорил Бог, за ничто считали слова Христа о том, что Он глаголал, что слышал от Отца (Ин. 8, 26). Ибо сказанные на горе Синайской слова были тенями, образами и гаданиями, заключавшими в себе некое сокровенное и не очень ясное познание заповеданного; Христос же был самослышателем слов Отца, если только, по неизбежной необходимости разума, можно сказать столь просто. Кроме того, слово Божие представляет великое различие между Христом и всеми остальными. Он верен во всем дому Моем, сказано (Чис. 12, 7; ср.: Евр. 3, 2). Не показывает ли оно чрез это, что домостроительство, бывшее посредством закона и пророков, было частное и ограниченное, а совершившееся чрез Христа, было общее и повсеместное? потому что закон спасал один только дом Израилев, Христос же не так, но весь мир, чрез веру в Него, и кровию своею искупил, как написано, Богови и Отцу (Апок. 5, 9; сн.: 1 Кор. 6, 20; 7, 23 и др.). Посему и сказано: как же вы не убоялись упрекать раба Моего, Моисея? (Чис. 12, 8). Подобное же и издревле говорилось чрез пророка нечестивым фарисеям за их дерзкие слова против Христа и за необузданность их языка: вы, сыновья чародейки, семя прелюбодея и блудницы! Над кем вы глумитесь? против кого расширяете рот, высовываете язык? (Ис. 57, 3-4). Ибо фарисеи, как бы совсем сняв узду с богоборствующего языка своего, произносили самые дерзкие хулы на Христа и, надмеваясь чрезмерною гордостью, изрыгали слова безумия; о чем, весьма восскорбев, Псалмопевец и говорит: Говорю безумствующим: не безумствуйте, и нечестивым: не поднимайте рога, не поднимайте высоко рога вашего, говорите жестоковыйно (Пс. 74, 5-6). Поистине беззаконновали они, нечестиво осуждая то, что менее всего должны были бы осуждать, и изобличены были как воздвигающие рог на высоту, когда не соглашались с тем, что один только Христос ведает волю Отца, и когда, более того, сами утверждали о себе, что знают ее, говоря как уже прежде было сказано: Мы знаем, что с Моисеем говорил Бог (Ин. 9, 29) и тем самым выказывая ему недоверие. Между тем в то время облако отступило от скинии свидения, и Мариам внезапно оказалась прокаженною, и не просто, как снегом (Чис. 12, 10). И Божественное и чистое естество, негодуя и разгневавшись за безумие и нечестивую дерзость иудеев против Христа, некоторым образом отлетело и удалилось от синагоги, согласно сказанному Христом: Я оставил дом Мой; покинул удел Мой (Иер. 12, 7). Ибо Господь, сошедший в столпе облачном, и удалился опять как облако, согласно образу, представленному в букве Писания. И после того как Он удалился от синагоги иудейской, она тотчас же оказалась нечистою, и не просто нечистою, но достигшею крайней нечистоты; потому что когда говорится, что прокаженный побелел, то это значит, что болезнь достигла высшей степени напряжения. А что же может быть белее снега? Естественно, даже более, необходимо и несомнительно было, чтобы синагога иудейская, лишившись попечения Спасителя, оказалась в великом бедствии. Таким образом, необузданная и издевавшаяся толпа иудеев наказывается нечистотою и бесчестием, согласно тому, как справедливо сказано святыми Богу: исполни лица их бесчестием, и да познают, что Ты, Которого одного имя Господь (Пс. 82, 17-19). Далее, Аарон, обвинявший Моисея вместе с Мариам, хотя и повинен был одинаковому с ней наказанию пред Судиею, однако справедливо не поражается проказою вместе с нею; поелику чин священства почтен и велик пред Богом. Поэтому-то Аарон и избежал поражения проказою. Но за то, напротив, он наказан был скорбью о страдавшей проказою, согласно сказанному от Бога: Препояшьтесь и плачьте, священники! рыдайте, служители алтаря! войдите, ночуйте во вретищах, служители Бога моего! ибо не стало в доме Бога вашего хлебного приношения и возлияния (Иоил. 1, 13). Приступает же Аарон, говоря премудрому Моисею: господин мой! не поставь нам в грех, что мы поступили глупо и согрешили (Чис. 12, 11). Ибо происходящие из рода Израилева и по плоти не чуждые синагоги иудейской, но поставленные распорядителями таинств Спасителя нашего, имели возносить молитвы за согрешивших по неведению, хотя в начале и пали вместе с ними. Да не подпадут они, вместе с теми, гневу Отца, умоляют они Христа, что делал Павел, говоря: Братия! желание моего сердца и молитва к Богу об Израиле во спасение (Рим. 10, 1). Но говорящий это был и строитель тайн Божиих и священнодействователь Божественной проповеди, как и Аарон в то время. Когда же Моисей возопил к Богу за прокаженную и умолял исцелить ее (Чис. 12 13), Бог откладывает свое согласие на это, говоря: пусть будет она в заключении семь дней вне стана, а после опять возвратится (ст. 14).

Эти слова опять как бы в образе показывают нам, что Божественное естество скоро преклоняется на милость и по некоему обыкновению склонно к тому, чтобы умолену быть; но часто множеством или великостью грехопадений наших задерживается и лишает своего Человеколюбия повинных (греху). Но то же самое означает, по нашему мнению, и то, что многие ходатайства святых за Израиль восходят к Богу; однако невозможно не быть наказанным ему, который изобличен в столь великих грехах. Посему Бог и поставил милость после Суда. А что Бог часто раздражаем бывает нашими грехопадениями, так что иногда откладывает применение и самого, более всего любезного Ему, милосердия, это не трудно увидеть и из следующего. Когда Бог открывал чрез Святого Духа пророку Иеремии имевшее быть по времени убиение в стране Иудейской, при нападении на нее, по закону войны, вавилонян, причем уже и пали многие и видимы были мертвыми, то сказал святому пророку: «о, горе мне! душа моя изнывает пред убийцами». Походите по улицам Иерусалима, и посмотрите, и разведайте, и поищите на площадях его, не найдете ли человека, нет ли соблюдающего правду, ищущего истины? Я пощадил бы (Иер. 4, 31; 5, 1). Видишь ли в сих словах, как Он болезнует над убиенными и как охотно готов миловать Иерусалим? Но как бы Сам Собою останавливается и откладывает боголепное милосердие по причине чрезмерности греха. Тем не менее Он ищет случая к милосердию и хотя бы ради одного праведника хочет отложить гнев Свой; потому что повелевает, чтобы желающие показали Ему в городе хотя бы одного мужа верного. Итак, Мариам высылается из стана по причине поражения ее проказою. Но сказано: народ не отправлялся в путь, доколе не возвратилась Мариам (Чис. 12, 15). Ибо и мы, верующие во Христа, ожидаем очищения иудеев, то есть чрез веру. И, таким образом, наконец, оставив шатры жизни сей, возвратимся в вышний град и устремимся в землю обетования. Итак, истину говорит Спаситель, обращая следующие слова к иудеям: Ибо если бы вы верили Моисею, то поверили бы и Мне, потому что он писал о Мне (Ин. 5, 46). Чрез Него и с Ним Богу и Отцу слава со Святым Духом ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Глафиры, или искусные объяснения избранных мест из Книги Чисел.

История про то, как евреи жили в Египте и попали в рабство

Прошло много лет с тех пор, как умер Яаков. И Йосэф уже умер, и все его братья, а евреи все еще жили в Египте. Пока Йосэф был жив, они все время жили в земле Гошен, но после смерти Иосэфа евреи расселились по всему Египту. И в каждой еврейской семье рождалось очень много детей, по пятнадцать, а иногда и больше, и стало евреев в Египте очень много, и были они в Египте повсюду.

Однако постепенно евреи стали забывать Тору. И хотя детей своих они все же называли еврейскими именами, но жить им нравилось так, как живут египтяне. Они хотели во всем быть похожими на египтян, они даже стали ходить в египетские храмы и служить идолам.

И тогда hаШем решил наказать евреев.

И вот встал новый фараон над Египтом. Этот фараон сказал своему народу:

— hава нитхакма! — Давайте исхитримся! Давайте исхитримся против евреев, чтобы сделать их жизнь горькой и невыносимой и чтобы их было у нас тут поменьше, а то что-то их слишком много вокруг стало. Даже в храме: в какой ни зайдешь — и тут жрец-еврей. Чего доброго, они еще встанут и уйдут все в свой Израиль, откуда пришли.

Фараон этот как будто забыл, что только благодаря Йосэфу египтяне не умерли во время страшного семилетнего голода. И вот объявил фараон:

-Давайте устроим воскресник. Пусть всякий, кто меня любит, кому дорог Египет, выходит вместе со мной делать кирпичи на благо нашей страны!

И фараон сделал первый кирпич. Тут все евреи сбежались и тоже стали делать кирпичи. Они копали глину, замешивали в нее солому, лепили кирпичи и обжигали их в специальных печах. Евреи старались изо всех сил, сделали огромную гору кирпичей и очень устали. А за каждым из них ходил египтянин и записывал, кто сколько кирпичей сделал.

И тогда фараон сказал:

— Ах, хитрые евреи! Вон сколько они могут сделать, когда не ленятся, а работают. Повелеваю: отныне каждый еврей должен каждый день делать столько же кирпичей, сколько он сделал сегодня!

И поставил фараон над евреями жестоких надсмотрщиков, чтобы они заставляли евреев работать.

Так евреи попали в рабство. Только левиты, потомки Леви, на фараонов воскресник не пошли, и поэтому в рабство они не попали — фараон решил, что раз левиты не пришли делать кирпичи, то, наверное, они люди слабые и бестолковые, работать не умеют, и что с них возьмешь?! Но на самом деле левиты в тот день, впрочем, как и в любой другой день, были просто заняты — они учили Тору.

История про то, как фараон решил уничтожить евреев

Сделав евреев рабами, фараон приказал им строить города запасов Питом и Раамсэс. При этом он специально велел строить эти города на болотах: болота постоянно разрушали дома, и города медленно тонули. Люди в этих городах не жили, а все дома там были и не дома вовсе, а хранилища сокровищ и запасов фараона. Потому и назывались Питом и Раамсэс городами запасов. И вот только-только отстроят евреи один город, как другой опять уже тонет и разваливается, и опять надсмотрщики заставляют евреев делать тяжелую и бессмысленную работу.

Надсмотрщики же все были людьми жестокими. Они, чуть что, били евреев и мучили их. Теперь евреи должны были уже не только месить глину и делать кирпичи, но и работать на полях и вообще делать всякую работу по хозяйству, какую египтяне ни прикажут.

Фараон хотел, чтобы от такой тяжелой жизни у евреев не рождались дети и чтобы евреев становилось все меньше. Но ведь hаШем не хотел этого! hаШем хотел только наказать евреев за то, что они забыли про Него. И вот чем больше египтяне изнуряли евреев работой и издевались над ними, тем больше и больше становилось евреев. И не понимали египтяне, как это так, и ходили они злые, и было им плохо из-за евреев.

Тогда фараон стал думать: как же все-таки справиться с евреями? И придумал он вот что.

Позвал фараон к себе двух повитух. (Повитухи-это женщины, которые помогают при родах.) Одну из этих двух повитух звали Шифра, а другую Пуа. И фараон сказал им так:

— Вот что я приказываю. Когда вы будете приходить на роды к еврейкам, то смотрите внимательно: если родится мальчик — убивайте его немедленно. А девочки пусть себе живут.

Но повитухи боялись hаШема больше, чем фараона. Поэтому фараонова приказа они не послушались, мальчиков не убивали, и евреев по-прежнему становилось все больше и больше.

И фараон увидел, что опять у него ничего не получается — никак ему не придавить евреев! А тут еще ему приснился сон. Видел фараон во сне, будто перед ним весы, на одной чаше этих весов лежат все знатные и богатые люди Египта, а на другой — маленький белый барашек. И барашек этот оказался тяжелее и перетянул весы.

Фараон проснулся в холодном поту и тотчас позвал трех своих главных советников. Первый был мудрец и философ по имени Итро, второй был известный на весь мир колдун Билам, а третьим был Иов, праведный человек из земли Уц. И попросил их фараон растолковать ему его сон.

Билам сказал:

— Твой сон мне совершенно ясен: скоро родится еврей, который уничтожит весь Египет.

— Что же делать? — спросил фараон.

Первым держал ответ Итро. Он сказал:

Евреи народ необычный. Вспомни! Всякому, кто когда-нибудь замышлял против них недоброе, потом было плохо, а поделать он с евреями все равно ничего не мог. Зачем же нам строить им козни? Тем более, что еще совсем недавно Йосэф…

Но тут Итро заметил, как помрачнело лицо фараона, и осекся: за такие слова фараон запросто мог казнить его. Итро поспешно вышел в боковую дверь, выбрался из дворца и бежал из Египта в страну Мидьян.

Тогда заговорил Билам. Он сказал:

— О великий фараон! Я много изучал этих евреев и знаю, как нужно поступить. Евреев надо уничтожить, иначе справиться с ними невозможно. Вели своим солдатам бросать всех новорожденных еврейских мальчиков в Нил. Тогда и евреев не останется, и их Бог не сможет нас наказать.

И все астрологи, гадатели и звездочеты фараона согласились с Биламом. Они знали, что Бог евреев всегда поступает с людьми по закону мида к-нэгэд мида,мера за меру. Это значит, что если какой-нибудь человек бросит младенца в воду, то рано или поздно hаШем утопит этого человека. А если все египтяне будут бросать еврейских мальчиков в Нил, то hаШем их всех утопит. «Но такого не может быть, — думали египтяне. — Ведь еще сразу после Потопа hаШем обещал Ноаху, что второго Потопа не будет. А значит, еврейских младенцев топить можно и бояться hаШема нечего». (Египтяне ошиблись в своих расчетах. hаШем обещал, что Потопа не будет только по всей Земле, но разве Египет — это вся Земля? Скоро ты узнаешь, что, конечно же, hаШем накажет египтян по Закону, и они утонут.)

Фараону понравился совет Билама, но все же он хотел еще послушать, что скажет Иов, праведный человек из земли Уц. Но Иов промолчал и не сказал ничего. И тогда фараон повелел всему народу египетскому:

— Всякого новорожденного сына евреев бросайте в Нил! А девочки пусть себе живут.

И египтяне обрадовались и подумали: «Раз у евреев не останется мужчин, то все их женщины достанутся нам!»

Для евреев наступили самые черные времена.

МЫ И ЕСТЬ ПОСЛЕДНИЕ ЕГИПТЯНЕ

Что евреи вынесли из Египта? Почему они чужие в этом мире? Чем чревато лицемерие еврейских структур? Стоит ли бороться за еврейскую жизнь в диаспоре? Есть ли смысл в слепом исполнении заповедей? На эти и многие другие вопросы отвечает раввин Галицкой синагоги Киева Пинхас Розенфельд.
— Рав Пинхас, на днях мы в 3324-й раз сидели за пасхальным столом. Что за история произошла в Египте? Эффективный менеджер и убежденный государственник Йосеф поднимает местную экономику, евреи занимают не последнее место на социальной лестнице, и вдруг — восстает фараон, который «не знал Йосефа».
И что? Какой смысл резать курицу, несущую золотые яйца?

— История вполне банальная, евреи ведь рано или поздно оказываются на положении париев в любом обществе. И вопросом, почему власть, зачастую вопреки интересам своих стран, изгоняла евреев, задавалась не только «пострадавшая сторона».

Еще турецкий султан после испанского изгнания недоумевал, мол, как можно говорить об уме Фердинанда, если он разорил свою империю и обогатил нас, т.е. турков.
Хотя, с еврейской точки зрения этому есть объяснение. Евреи (и здесь придется согласиться с антисемитами) — инородное тело в нашем мире. Всевышнийтрансцендентен — мир не может существовать без Него, но и не допускает Бога внутрь себя.
Поэтому, как говорил философ Андре Неер, евреи являются народом-паромщиком — связующим звеном между трансцендентным и имманентным — т.е. Всевышним и дольним миром. Соответственно, евреи в этом мире чужие, и другие народы интуитивно чувствуют это, периодически отторгая инородное тело.
С другой стороны, евреи — это белый — ахроматический — цвет в красочной палитре наций. То есть цвет, включающий в себя ВСЕ цвета спектра. Народ, аккумулирующий достижения ВСЕХ национальных культур, и представляющий народы мира перед Всевышним, а Всевышнего перед человечеством. В Талмуде есть выражение гер ше нитгаер — гер (т.е. чужой), который прошел гиюр или, если прочитать по-другому: гер, ставший чужим. Как это понять? Человек, принимающий гиюр — это человек, ощущавший себя чужим в этом мире, поэтому он становится частью «народа чужих».
Каждый народ видит в евреях свое отражение, а раздражаться, наблюдая за собой со стороны — присуще человеческой природе. Как гласит известный афоризм, еврей таков же, как и любой человек, только немного больше. Это верно на всех уровнях, даже на кулинарном. Так, довольно сложно говорить о еврейской кухне — есть марокканская, румынская, йеменская кухня с еврейским акцентом — мы вобрали все кулинарные традиции, сделав их своими.
На самом деле эта интеграционная роль евреев в истории вполне осознается народами. Недаром, еще на заре христианства родилась «теология замещения», согласно которой Бог отверг евреев и их место заняла христианская церковь, Новый Израиль. Таким образом, христианство одновременно и отвергает нас и пытается быть сопричастным нашей миссии.
— Пинхас, Тора откровенно сообщает, с чем мы вышли из Египта: «И взяли в долг у египтян вещи серебряные, и вещи золотые, и одежды… И опустошили они Египет».
Как к этому относятся в самом Египте понятно — декан юридического факультета Каирского университета д-р Хилми лет десять назад даже грозился подать триллионный иск против «всех евреев мира» за этот «грабеж». А что думают по этому поводу современные еврейские авторитеты?
— Эти претензии предъявляли нам с незапамятных времен. В Талмуде есть рассказ о том, что когда перед Александром Македонским предстали, как перед судьей, покоренные им народы, то египтянин потребовал компенсации от евреев за сокровища, вынесенные евреями из Египта при Исходе. Еврейский посланник на этом суде, Гвия бен Псиса, согласился с этим, но выставил встречное требование — рассчитаться за 200-летнюю работу, выполненную евреями в рабстве.
Если серьезно, то из любой перипетии мы выходим с неким богатством, это завещано еще Аврааму — и речь идет, главным образом, о духовных ценностях. Каждое изгнание обогащает нас культурным наследием народа, среди которого жили евреи. Вдумайтесь в словосочетание ециат мицраим — это не только «выход из Египта», но, буквально, «выход Египта». Если разобраться, то именно мы и есть последние египтяне, столь многое евреи переняли у этой цивилизации. Например, прообразом тфиллин являлось украшение на лбу в виде змеи у египетских фараонов, служившее символом мудрости и близости к богам.
Оттуда же и цвет кистей цицит — тхелет. Этот цвет в одежде был прерогативой египетского царского дома. Другими словами, все евреи, носившие цицит, считались как бы сыновьями Царя.
Что касается египетского золота, то оно в пустыне тоже прошло «еврейскую» обработку. Мы сделали из него как идола (Золотого тельца), так и утварь для Храма — место резиденции Всевышнего. Адаптировали ценности, так сказать, в меру своего морального уровня на тот момент.
— А кем мы вышли из Египта? Народом? Или толпой, поддавшейся на уговоры харизматичных лидеров? О чуде пасхального освобождения сказано, что Вс-вышний «извлёк один народ из утробы другого». Но ведь только 2,5 млн евреев из 14-ти решились порвать с рабством…
— Почему Моше был косноязычен? Магараль пишет, что именно потому, чтобы никто не мог списать выход из Египта на его харизму.
Так что из Египта мы вышли народом, причем, евреи — единственный народ, родившийся вне своей страны («из утробы» — это и есть акт рождения). На всех языках, мне известных, есть устойчивое выражение родина-мать (motherland) или, реже, родина-отец (vaterland). Потому что ландшафт, природа и сам дух той или иной земли формируют менталитет и суть того или иного народа. Евреи же рождаются как народ при выходе из Египта — вне своего государства. И связь между евреями и их Землей реализуется не на уровне сын-мать, а уровне муж-жена. Связь сына с матерью чрезвычайно сильна, но она предопределена, так, например, итальянцы не выбирали Аппенины в качестве своей родины. Связь же евреев с Эрец Исраэль — это связь по выбору, она более глубока и осознанна. Сказал раби Аба в трактате Сота: «Знак приближения Избавления — когда Земля начнет плодоносить» (известно, что Палестина до конца XIX века была бесплодна). Это значит, что она дождалась своего жениха — евреи, как народ, пришли в Эрец Исраэль.
Другое дело, что из 14 миллионов евреев Египта кто-то хотел продолжить свою историю, а кто-то предпочел остаться в изгнании и потеряться. Мы не сидим траур по этим людям. На самом деле сегодня диаспора стоит перед той же дилеммой. Современным евреям тоже был дан выбор и те, кто остается здесь — свой выбор сделали, как и 4/5 египетских евреев. Стоит ли нам за них бороться? Возможно, диаспора потеряла смысл и должна либо влиться в еврейское государство, либо прекратить свое существование?
Сама дискуссия на страницах «Хадашот» о наличии/отсутствии реальной общины очень показательна. Многое, из того, что здесь делается — довольно искусственно и наигранно, будучи спущенным сверху, а не инициированным снизу. Есть ли в этом смысл? Если еврей хочет присоединиться к своему народу — он может приехать в Израиль. Человек, стоящий в стороне, не может быть частью еврейской общины — он должен хотя бы изредка посещать, условно говоря, синагогу. А «синагога» на сегодняшний день — это государство Израиль. И те, кто хочет присоединиться к общине — должны в эту «синагогу» прийти.
— Какую роль играет феномен Исхода в наших отношениях с окружающим миром? Давайте вспомним, что ягнята, кровью которых евреи отметили косяки своих домов — в Египте считались культовыми животными. То есть горшки были разбиты окончательно и бесповоротно. Не говоря уж о том, что финальная формула пасхального седера «В будущем году в Иерусалиме» наводит на мысли о двойной лояльности.
И отговорки, мол, все это «предания старины глубокой» не работают, ибо главная заповедь праздника — почувствовать себя «здесь и сейчас» выходящим из Египта.
— Действительно, в Агаде заложен некий алгоритм еврейской истории — в каждом поколении нас хотят истребить, но Всевышний в очередной раз спасает еврейский народ. Исход из Египта происходит в каждом поколении, и смысл пасхальной ночи заключается в понимании того, откуда мы — евреи — пришли, и где находимся сегодня.
С другой стороны, выход из Египта — это весна для народов мира. Именно этот акт стал толчком для развития мирового цивилизационного процесса. Цивилизации, история которых не знает сюжета Исхода, демонстрируют некоторую статичность. Для Запада же выход из Египта — одно из ключевых событий, свидетельствующее о том, что у Истории есть смысл. Что мир имеет конечную цель, к которой нужно стремиться, что избрание народа влияет на его судьбу и образ жизни. В XVIII веке Британия пережила индустриальную революцию, подготовленную рядом важных открытий, сделанных столетием ранее. Интересно, что в XI веке большинство этих «изобретений» уже были сделаны в Китае, но никакой революции не произошло, потому что отсутствовала идея развития. Порох использовался для фейерверков, а компас — как игрушка.
Что касается двойной лояльности, то евреи не скрывают своей мечты оказаться в отстроенном Иерусалиме, моля об этом трижды в день. Другое дело, что мы сами порой забываем о смысле этой фразы. Но речь идет не о двойной лояльности.
Эли Визель как то сказал, что человек, предающий еврейскую культуру во имя служения человечеству, предает все человечество. И это верно даже с теологической точки зрения. Еврей-космополит просто не выполняет свою функцию, ведь его задача в этом мире — соединить национальную и общечеловеческую идеи воедино. Мы не хотим сбежать из стран, нас приютивших, в поисках личного спасения, а, наоборот, представить их голос перед Всевышним.

— Рав Пинхас, четыре сына из Пасхальной агады — простак, мудрец, злодей и не умеющий спросить — сегодня представляют далеко не равные части еврейского народа. Ведь большинство евреев, во всяком случае, в странах бывшего СССР, даже не «злодеи», спрашивающие за пасхальным столом: «Что это у ВАС здесь происходит». Главный персонаж современного Песаха — отсутствующий пятый сын — он просто не пришел на седер — ему это неинтересно. Почему? Может, он уже однажды побывал на таком седереи увидел, что «у ВАС» (то есть, у нас) это превратилось в начетничество и лицемерие («В будущем году в Иерусалиме» — и так из года в год, не отрываясь от стула)?
— Как говорит Йехуда Галеви в «Кузари» устами мудреца: «Ты наступил мне на мозоль». Действительно, еврейский мир давно погряз в ритуализме и изрядно окаменел. Да, пятый сын представляет сегодня огромную часть еврейского народа. Стоит ли тратить усилия на возвращение этого сына — от ответа на этот вопрос зависит очень многое.
Если все-таки стоит, то, каким образом он может вернуться? Вряд ли через синагогу — учитывая ее нынешнее лицемерие (как и лицемерие других еврейских структур) нужно быть странным человеком, чтобы выбрать этот путь. Это возвращение, возможно, скорее, через идентификацию с сильным и моральным еврейским государством. К государству, которое привносит новую идею в этот мир легче почувствовать сопричастность и захотеть стать частью этого процесса.

— Песах — отличное время для размышлений о нашем двумерном и двуМИРном существовании как народа — в Израиле и в диаспоре. Размышлений о том, что мы потеряли, обретя государство, и что приобрели… Что ни говорите, а тот бесконечный пиетет к интеллектуальному знанию, некая элитарность (сочетаемая с обособленностью) — все это порождение диаспоры.
— Интеллектуализм, безусловно, порождение диаспоры, потому что человеку, грубо говоря, лишенному мороженого, остается об этом мороженом только размышлять. Включаются компенсаторные механизмы, которые мы наблюдаем в повседневной жизни — так, например, слепой человек часто обладает обостренным слухом. Еврейский народ достиг интеллектуальных высот в диаспоре, забыв о простых жизненных навыках. Характерно, что многие первые сионисты были интеллектуалами, полагая однако, что сегодня важнее пахать землю, поскольку именно это необходимо для возрождения народа.
Так или иначе, но в диаспоре, несмотря на все наши индивидуальные достижения, как народ, евреи не имели ни малейшего влияния. А на исторической сцене стоят все-таки, в первую очередь, народы, и люди, этими народами управляющие. Да и главный наш вклад в мировую историю — ТаНаХ — это, так или иначе, продукт Эрец Исраэль.
— Существует мнение, что маца — хлеб бедности нашей, испеченный на воде, без всяких добавок, олицетворяет простое и абсолютное принятие заповедей, служение «без вкуса», без углубления в интеллектуальные тонкости. Хамец же символизирует еврея, которому свойственно «брожение» — оригинальные и свежие идеи, критическое осмысление действительности. Но, похоже, религиозный мир исповедует «пасхальный» подход на протяжении всего года. Может, поэтому и остается пустой стул для пятого сына…
— Это интересная трактовка, но для меня маца это, прежде всего, — гармония между формой и содержанием, поскольку мы видим ее (мацы) истинную суть, она равна самой себе. Хамец же символизирует гордость, разбухая иногда до совершенно неоправданных размеров. И в течение одной недели в году мы понимаем, что форма не соответствует внутреннему содержанию.
Ну а соблюдение заповедей без их понимания просто глупо. Многие неправильно трактуют формулу наасе ве нишма — сделаем и услышим. Речь не о слепом служении. А о том, что мы сначала поняли суть, после чего сделали, чтобы понять эту суть еще глубже, так сказать, поверили теорию практикой. Ведь даже блестящий шахматный теоретик не в состоянии по-настоящему проникнуться духом игры, если не сядет за доску.
Вся практика иудаизма направлена именно на глубокое понимание. В каббалистической книге «Зоар» разбирается два типа служения Всевышнему — как раба и как сына. Оба обязаны исполнить то, что велит им отец или хозяин, но раб не имеет права задать вопрос, а сын, напротив, должен понимать, что делает. Ведь само слово сын (на иврите — бен) происходит от глагола лехавин (понимать). Еврейский народ всегда славился тем, что не хотел принимать на веру те или иные утверждения.
Можно, конечно, на это возразить, что обо всех наших праотцах сказано эвед а-Шем (раб Всевышнего). Но это уже третий уровень служения — человек, бывший сыном, становится эвед а-Шем, достигая такого понимания, что вопросы уже излишни. Точнее, доходя до точки своего непонимания, подобно Сократу, сказавшему: я знаю, что ничего не знаю. Но до этого нам еще далеко…
Беседовал Михаил Гольд

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *