Как у вас со временем?

В Нижневартовске ремонтируют мемориал землякам, погибшим в Великой Отечественной войне. Сейчас памятный комплекс отгородили металлическим забором. Вечный огонь временно погасили. Сняли гранитные плиты с именами погибших. В ближайшее время демонтируют и сами конструкции. Под ними сделают фундамент и соберут заново.

Новые мемориальные плиты изготовят из мрамора. Сняли облицовку и с постамента главной скульптурной композиции. Здесь несколько раз проводили косметический ремонт, но на этот раз решили сделать всё капитально. Кроме реставрации самого комплекса, облагородят и территорию вокруг. Здесь установят пандусы для маломобильных югорчан и восстановят освещение.

По данным ОТРК «Югра», такой ремонт обойдётся в 20 миллионов рублей. Их выделили из городского бюджета. Работы планируют закончить 31 октября.

Геннадий Котляров, заместитель директора Управления по дорожному хозяйству и благоустройству Нижневартовска: «Вокруг территории появится ограждение, пандусы появятся на мемориале и освещение, которое отсутствует на протяжении многих лет. Новые опоры с новыми светильниками».

Политкорректно завуалированный смысл «21 урока для 21го века» Харари

Сергей КареловFollow Sep 24, 2018 · 6 min read Иллюстрация: Jessica Svendsen, The New York Times

Эволюция превратила человека в фантастически умное существо, обладающее при этом уникальным пороком. И это, увы, совсем не трусость.

Это поразительная интеллектуальная слепота — следствие стремящейся к бесконечности глупости, проявляемой при принятии наиболее важных для человечества решений.

По мере роста рисков, люди склонны делать все более тяжелые ошибки. А когда на кону «ставка больше чем жизнь», график глупости человеческих решений ракетой взмывает почти вертикально.

Об этом рассказывает Юваль Ной Харари в «21 Lessons for the 21st Century» — третьей книге трилогии, начатой мировыми супер-бестселлерами «Sapiens: Краткая история человечества» и «Homo Deus: Краткая история будущего».

В течение тысяч лет глупость при принятии важнейших решений, хоть и мешала людям, но все же не представляла экзистенциальной угрозы для человечества. В 20 веке, с появлением ядерного оружия, значимость этого порока резко возросла. И кто знает, чем бы все закончилось, если б не осознание политическими лидерами принципа гарантированного взаимного уничтожения.

Однако, в 21 веке люди столкнулись с новыми колоссальными рисками. И поскольку осознание их поледствий человечеством не стимулировалось появлением новых сдерживающих принципов, в мире снова возникла глобальная угроза для человечества. По мере того, как мы становились все сильнее и сильнее, последствия глупого выбора становятся катастрофичны уже не для отдельных людей или даже стран, а для всего человечества и всей экологической системы планеты.

Суть проблемы в следующем.

В 21 веке человечество столкнулось с двумя грандиозными вызовами: технологическим и политическим.

Технологический вызов в том, чтобы уклониться от 3х экзистенциальных угроз: ядерной войны, катастрофических изменений климата и исчезновения человечества, как вида, вследствие его перерождения в какой-то иной вид в результате синергии развития технологий AI и биоинжинерии.

Политический вызов в том, что ответ на технологический вызов требует объединенных усилий человечества, ибо ни одна страна, включая супердержавы, не в состоянии справиться с названными экзистенциальными угрозами.

Однако, на пути международного сплочения усилий растет стена национализма, становящегося главным трендом современности после дискредитации в 20 веке фашизма и социализма и последовавшего за этим уже в 21 веке массового разочарования в актуальности идей и ценностей либерализма.

Увы, но эта глобальная проблема человечеством пока еще не признается, вследствие сингулярных свойств его глупости.

И если все будет идти так же, как сейчас, если люди не найдут в себе разум и волю изменить вектор развития технологий и политики, — значит 21 урок, сформулированный Харари для человечества 21 века, так и не будет понят. Тогда мир ждет катастрофа.

Но шанс есть. И не воспользоваться им — значит позволить человеческой глупости достичь сингулярности, устремившись в бесконечность.

Это и есть, на мой взгляд, политкорректно завуалированная базовая идея «21 урока для 21го века» — только что опубликованной новой книги Юваля Харари.

Впрямую назвать вещи своими именами Харари не смог себе позволить из-за инерции доминирования либерального дискурса политкорректности во всех странах, где новая книга Харари может принести ему новые миллионы читателей.

Ну а поскольку мне такое не светит (и не грозит), почему бы не пояснить базовую идею книги без политкорректных умолчаний, а как оно есть.

Так, как сам Харари сделал это, отвечая на вопрос читателей The Guardian — «Что вас больше всего беспокоит в мире?”.

«Есть так много разных проблем, что я не уверен, какая из них самая большая. В настоящее время из-за огромной мощи человечества, возможно, самая большая глобальная проблема — это человеческая слепота и глупость. Мы чрезвычайно мудрый вид во многих отношениях, но когда дело доходит до принятия важных решений, у нас есть тенденция иногда совершать ужасные ошибки, и теперь мы находимся в ситуации, когда у нас просто нет места для ошибок. По мере того, как мы набираем все больше и больше мощности, последствия глупого выбора катастрофичны для нас и для всей экологической системы. И это серьезный повод для беспокойства».

Кто-то увидит в книге совсем иное. И сделает из этого иные выводы. Тому пример рецензии на книгу, уже опубликованные практически во всех мировых СМИ. Большинство рецензентов, к сожалению, не смогли увидеть за деревьями леса, сфокусировавшись в своей критике на недостатках конкретных «уроков»: свобода, равенство, цивилизация, национализм, религия, война, терроризм, пост-правда и еще +13.

Оглавление книги с перечнем конкретных «уроков»

Более того. Рассматривая 21 урок Харари не в их интегральной совокупности, а лишь, как набор из 21ой актуальной темы современности, многие уважаемые рецензенты совершают одну и ту же ошибку.

Steven Poole, например, в WSJ укоряет книгу в «ветреной мудрости», являющейся следствием стремления автора к «широкому охвату, а не к фактам и правдоподобию».

Hilary Lamb в E&T идет в своей критике еще дальше. «Проблема в том, что Харари — историк, обладающий выдающейся способностью писать о человечестве в широких масштабах, но он не моральный философ, политик или технолог. Но ни один историк не в состоянии объяснить и решить все проблемы XXI века.»

А James Snell вообще пишет в The National, что главная проблема книги в том, «как начинающий интеллектуал справляется и широким спектром важнейших актуальных идей, принадлежащих другим людям». И потому, как считает James Snell, «время от времени, кажется, что Харари больше не может выдержать уровень интеллектуальной выдумки и огня, принёсших «Sapiens» и «Homo Deus» столь грандиозный успех и восхитивших столь широкую аудиторию. Что может быть заслуживающим изучения уроком для человека, которого некоторые эксперты начинают называть главным интеллектуалом современности».

Мне видится причина подобных критический высказываниях всё в той же сингулярности человеческой глупости.

Это вовсе не значит, что новая книга Харари кажется мне без серьёзных недостатков, и я во всем с ней согласен. Отнюдь. Но все её недостатки с лихвой искупаются её главным достоинством, изыскано сформулированным Helen Lewis в The Gardian:

«Лучшая причина не бросать эту книгу из окна — это то, что иногда Харари пишет абзац, который поистине расширяет границы разума».

Именно поэтому не будет большим преувеличением сказать, что эта книга обладает как бы медитативным свойством.

Её цель — расширение сознания читателей, необходимое для осознания базовой мысли книги: основная проблема человечества — это сингулярность его глупости.

Не осознав этого, бессмысленно пытаться искать решения для каждого из 21 уроков в отдельности.

И уж тем более бессмысленно говорить о надвигающейся на человечество катастрофе, поскольку, без осознания сингулярности человеческой глупости,

  • надвигающаяся катастрофа кажется всего лишь очередной страшилкой,
  • а 21й урок книги — медитация, кажется всего лишь призывом автора к читателям ежедневно по 2 часа медитировать.

Всё не так просто и прямолинейно. Медитация, как пишет автор, «всего лишь дополнительный полезный инструмент научного познания, особенно, когда мы пытаемся понять человеческий разум”.

И если мы хотим понять, где граница человеческой глупости, переход которой для человечества смертелен,

— добавлю я от себя.

В заключение важно отметить, что многие сильные умы современности придерживаются позиций, весьма близких основополагающей мысли книги «21 урок для 21го века»:

  • Янир Бар-Ям и Нассим Талеб в «The Precautionary Principle»,
  • Тим Лентон и Бруно Латур в «Gaia 2.0»,
  • Эрнст Ульрих фон Вайцзеккер и Андерс Викман в юбилейном отчете Римского Клуба » Come On! Capitalism, Short-termism, Population and the Destruction of the Planet».

Но к сожалению, их призывы пока мало кто слышит и уж тем более прислушивается к ним.

Вот почему так важна новая книга Харари, обреченная, не смотря на любую критику, стать мировым супер-бестселлером, прочитанным миллионами.

А раз так, то «21 урок для 21го века» человечество все же услышит. Прислушается ли? — большой вопрос.

Посвящается Софи Кристине де Шастенье и Жан-Мишелю Бегбедеру, без которых не родилась бы эта книга (и я тоже)

Как проигравший, я знаю, что говорю.

Скотт Фицджеральд

Ну и что? Ну да! Надо называть вещи своими именами! Человек любит, а потом больше не любит.

Франсуаза Саган (на званом обеде у себя дома с Брижит Бардо и Бернаром Франком)

Роман

Перевод с французского Нины Хотинской

Художественное оформление Надежды Черемных

ISBN 978-5-389-00641-6

УДК 821.133–312.6Бегбедер ББК 84(4Фра)–44

ISBN 978–5–389–00641–6

I Со временем любовь проходит

Любовь – это битва. Заранее проигранная.

Сначала все прекрасно, даже вы сами. Вы только диву даетесь, что можно быть таким влюбленным. Каждый день приносит новую порцию чудес. Никому на Земле никогда еще не было так хорошо. Счастье есть, оно проще простого: это чье-то лицо. Весь мир улыбается. Целый год ваша жизнь – одно сплошное солнечное утро, даже в сумерки и когда идет снег. Вы пишете об этом книги. Торопитесь жениться – чего тянуть, если вы так счастливы? Думать не хочется, от этого грустно; пусть жизнь сама решит за вас.

На второй год кое-что меняется. Вы стали нежнее. Гордитесь тем, как хорошо вы с вашей половиной притерлись друг к другу. Вы понимаете жену «с полуслова»; как здорово быть единым целым. Супругу принимают на улице за вашу сестру – вам это льстит, но и на психику действует. Вы занимаетесь любовью все реже и думаете: ничего страшного. Самонадеянно полагаете, что эта самая любовь крепнет с каждым днем, когда конец света уже не за горами. Вы выступаете в защиту брака перед приятелями-холостяками – те вас не узнают. А вы-то сами уверены, что узнаете себя, когда талдычите заученный урок, изо всех сил стараясь не смотреть на свеженьких девочек, от которых светлее на улице.

На третий год вы уже не стараетесь не смотреть на свеженьких девочек, от которых светлее на улице. Вы больше не разговариваете с женой. Проводите с ней долгие часы в ресторане, слушая, что лопочут соседи по столу. Вы с ней все чаще бываете вне дома: это повод, чтобы не трахаться. А вскоре наступает момент, когда вы не можете больше выносить свою половину ни секунды лишней, потому что влюбились в другую. Только в одном вы не ошиблись: последнее слово действительно всегда остается за жизнью. На третий год у вас две новости – хорошая и плохая. Хорошая новость: вашей жене все обрыдло и она от вас уходит. Плохая новость: вы начинаете новую книгу.

II Развод по-праздничному

Когда едешь поддатый, главное – целься между домами и не промахнись. Марк Марронье жмет на газ, в результате чего его мотороллер набирает скорость. Он лавирует между машинами. Те мигают ему фарами, гудят, когда он их задевает, прямо как на свадьбах в сельской местности. Вот ведь ирония судьбы: Марронье-то как раз празднует свой развод. Сегодня он совершает турне по маршруту № 5-бис, и на счету каждая минута: пять мест за вечер («Кастель» – «Будда» – «Бюс» – «Кабаре» – «Куин») – это уже круто, а прикиньте, что 5-бис, как явствует из названия, выполняется дважды за ночь.

В таких местах он часто бывает один. Светские люди вообще одиночки, затерявшиеся в море смутно знакомых лиц. Они приободряются, пожимая руки. Каждый новый поцелуй – трофей. Они тешат себя иллюзией собственной значимости, здороваясь со знаменитостями, хотя сами в жизни ни черта не сделали. Бывать они стараются только там, где шумно, – можно не разговаривать. Праздники на то и даны человеку, чтобы скрывать, что у него на уме. Мало кто знает больше народу, чем Марк, и мало кто так одинок.

А сегодняшний вечер – не просто праздник. Сегодня у него divorce-party! Ура! Для начала он купил в каждом заведении по бутылке. И, похоже, к каждой успел нехило присосаться.

Марк Марронье, ты Король Ночи, куда бы ты ни пришел, сам хозяин заведения лобызает тебя в губы, ты проходишь без очереди, тебя ждет лучший столик, ты знаешь всех по фамилиям, ты смеешься всем шуткам (особенно самым несмешным), тебе дают дури задаром, ты повсюду красуешься на фотографиях, непонятно, с какой стати, с ума сойти, как высоко ты взлетел за несколько лет в светской хронике! Набоб! «Светский лев»! Но скажи, объясни на минуточку, почему жена-то тебе сделала ручкой?

– Мы расстались по обоюдному несогласию, – цедит сквозь зубы Марк, входя в «Бюс».

Позже он добавляет:

– Я женился на Анне, потому что она была ангелом – и именно по этой причине мы развелись. Я думал, будто ищу любовь, пока в один прекрасный день не понял, что хочется мне прямо противоположного – держаться от нее подальше.

Тихий ангел пролетает некстати, и Марк меняет тему.

– Черт возьми! – рявкает он. – А девочки-то здесь ничего, жаль, я зубы не почистил, когда собирался. Опля! Мадемуазель, вы чудо как хороши. Будьте любезны, разрешите вас раздеть!

Он такой, Марк Марронье: прикидывается крутым в своем бархатном костюмчике, потому что быть нежным стыдится. Ему стукнуло тридцать: межеумочный возраст, когда ты слишком стар, чтобы быть молодым, и слишком молод, чтобы быть старым. Он делает все, чтобы походить на свою репутацию: не дай бог кого-нибудь разочаровать. Он так старался расширить свой послужной список, что превратился в карикатуру на самого себя. Ему надоело доказывать, что у него добрая и глубокая душа, вот он и строит из себя злюку и верхогляда, нарочно демонстрирует буйный, а то и грубоватый нрав. Так что, когда он выбегает на танцпол с криком: «Ур-р-ра! Я р-р-развелся!» – нет желающих его утешать. Только лазерные лучи пронзают сердце, как острые клинки.

Наступает час, когда переставлять ноги становится сложной операцией. Пошатываясь, он вновь седлает мотороллер. Ночь холодная. Газанув с места в карьер, Марк чувствует, как по щекам текут слезы. От ветра, наверно. Его веки все так же каменно неподвижны. Шлема он не надевает. Дольче Вита? Что за Дольче Вита? Где она? Слишком много воспоминаний, слишком многое надо забыть, адова будет работенка – стереть все это из памяти, сколько прекрасных минут придется пережить взамен тех, прежних.

Он встречается с дружками в «Бароне» на авеню Марсо. Шампанское втридорога, девочки тоже. Например, если хочешь потрахаться с двумя – выкладывай шесть тысяч, а с одной – три. И даже скидок не делают. Они требуют заплатить наличными; Марк со своей кредиткой выходит к банкомату; они везут его в гостиницу, разоблачаются в такси, сосут его на пару, а он знай нажимает на головы; в номере они мажутся душистым кремом, он вставляет одной и лижет другую; через некоторое время, поняв, что не кончит, симулирует оргазм, после чего идет в ванную, чтобы украдкой выбросить пустой презерватив.

В такси на обратном пути, ранним утром, он слышит:

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *