Канонизация царской семьи

УДК 2-67:27-558.7

ПРОБЛЕМА ВОСПРИЯТИЯ И ОЦЕНКИ НИКОЛАЯ II КАК СВЯТОГО В СВЕТСКИХ И ЦЕРКОВНЫХ КРУГАХ Мельков А.С., Никольский Е.В.

В статье исследуется малоизученный вопрос отношения современного светского и церковного общества в России к личности императора Николая II после его причисления к лику святых в 2000 году. В работе рассматриваются примеры как положительного, так и отрицательного отношения к святому Николаю II со стороны светских и церковных кругов. Дается общий анализ ситуации, сложившийся вокруг церковного почитания Николая II и его семьи.

Ключевые слова: Николай II, канонизация, святость, мученичество, Русская Православная Церковь, Дом Романовых.

Keywords: Nicholas II, canonization, Holiness, martyrdom, the Russian Orthodox Church, the House of Romanov.

Личность и государственная деятельность Императора Николая II (18681918) вызывали споры, как в период его правления, так и после его трагической гибели. Обратим внимание, прежде всего, на специфику восприятия фигуры Николая II общественным сознанием как политического деятеля. В связи с этим

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru укажем, что в апреле 2013 года Аналитический центр Юрия Левады (Левада-Центр) провел представительный опрос 1601 россиянина относительно отношения к последнему из царствовавших в России самодержцев. Результаты опроса приведены в ниже представленной таблице, в процентах вместе с данными ранее прошедших аналогичных опросов, статистическая погрешность не превышает 3%.

Варианты ответов 1998 г. 2005 г. 2013 г.

Он был не очень хорошим правителем и совершил много ошибок, но все искупил своей мученической смертью 21 25 25

Он — безвинная жертва большевистского террора 24 22 23

Он отрекся от престола, бросил страну в трудный момент и ответственен за то, что случилось со страной после 1917 года 15 17 18

Он довел жителей России до нищеты, страну -до катастрофы и был свергнут восставшим народом 16 14 12

Затруднились ответить 24 22 22

Итак, как следует из результатов наблюдений социологов за статистикой и динамикой общественного мнения, россияне по-разному воспринимают и оценивают политическую деятельность Николая II. В данной статье мы не станем более касаться этого вопроса, а попытаемся раскрыть то, что обычно ускользает из внимания современников, в том числе социологов и политологов — отношение к личности Николая II в церковных и около церковных кругах после его причисления к лику святых.

Следует констатировать, что феномен святости сегодня девальвируется как в светской, так и в церковной и около церковной средах. Это касается почти всей типологии святости, включая проявления святости царственной. В самом же Христианстве (прежде всего, в Православии) святость невозможна вне Бога. Французский писатель и философ Альбер Камю с присущей парадоксальностью нерелигиозного экзистенциалиста в повести «Чума» поставил вопрос: «А можно ли стать святым без Бога?» Отвечая на данный вопрос с позиций православного догматического богословия нужно с уверенность сказать твердое «нет».

Православное почитание святых угодников Божиих вытекает из убеждения, что все мы, спасающиеся и уже спасенные, живые и умершие, составляем единую Божию семью. Церковь — это великое общество, охватывающее видимый и невидимый мир. Она — огромная, вселенская организация, построенная на принципе любви, в которой каждый должен заботиться не только о себе, но и о благе и спасении других людей. Святые -это те люди, которые при своей жизни более других проявляли любовь к ближним.

Каково же учение Священного Писания относительно праведников, покинувших земной мир, и силы их молитв? В апостольское время Церковь воспринималась, как единая Небесно-земная духовная семья. Апостол Павел писал новообращенным христианам: «Вы приступили к горе Сиону и ко граду Бога живого, к небесному Иерусалиму и тьмам Ангелов, к торжествующему собору и Церкви первенцев, написанных на Небесах, и к Судье всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства» (Евр. 12:22-23).

Иными словами, человек, становясь христианином, входит в великую семью и входит в тесное общение с небесным миром и праведниками, там находящимися. Прощальные слова апостола Петра малоазийским христианам: «Буду же стараться, чтобы вы и после моего отшествия всегда приводили это на память» (2 Петр. 1:15), — ясно свидетельствуют о том, что он обещает продолжать заботиться о них из того духовного мира. В Православной Церкви святым поклоняются, строя в их честь храмы, зажигая светильники и совершая каждение перед их иконами, а также целованием (прикладываясь) этих икон и преклоняя перед ними колени. Подобное отношение объясняется связью святых с Христом, и, таким образом, через поклонение святым верующий поклоняется Богу, «дивного во святых своих» (Пс. 67: 36). При этом само почитание святых угодников не умаляет искупительной Жертвы Христа и Его Чести. Слава, воздаваемая святым, является на самом деле христоцентричной.

Светскому секулярному миру импонирует, на наш взгляд, профанированное содержание святости, лишенное мистического, религиозно-

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru сакрального смысла и содержания. Для этого мира святость — это категория аморфная, понимаемая эстетически, а не онтологически, через Богочеловеческий синтез (теозис), свершившийся в жизни подвижника . Между тем, мирской, секулярный подход к святости, так или иначе, влияет и на оценку общественным сознанием личности и подвигов канонизированных монархов, включая Николая II.

Характерно, что сразу после официального объявления большевиками о казни царя и его семьи, в различных слоях русского общества появились высказывания о святости и мученическом подвиге убиенного монарха. Потаенное, духовно-глубинное почитание царской семьи продолжалось, несмотря на господствовавшую идеологию на протяжении нескольких десятилетий советского периода нашей истории. О том, насколько широко было распространено это почитание, статистики нет. Известно лишь, что в эмигрантских кругах оно было более очевидным.

В 1980-е годы непосредственно на территории России начали раздаваться голоса об официальной канонизации хотя бы расстрелянных детей (т.к. в отличие от Николая и Александры, их безвинность не вызывает сомнений). В это время написанные без церковного благословения иконы, в которых были изображены только они одни, без родителей. В 1992 году к лику святых была причислена сестра императрицы, великая княгиня Елизавета Федоровна.

Тем не менее, существовало и немало противников канонизации.

Определением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви, состоявшегося 3 марта — 5 апреля 1992 года, Синодальной Комиссии по канонизации святых было поручено при изучении подвигов новомучеников Российских начать исследование материалов, связанных с мученической кончиной царской семьи. В 1992-1997 годы Комиссия, возглавляемая митрополитом Ювеналием (Поярковым), посвятила рассмотрению этой темы 19 заседаний, в перерывах между которыми члены комиссии проводили углубленную научно-исследовательскую работу по изучению различных аспектов жизни царской семьи. На Архиерейском Соборе 1994 года в докладе

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru председателя комиссии была изложена позиция по ряду завершенных к тому времени изысканий. Об итогах работы Комиссии было доложено Священному Синоду на заседании 10 октября 1996 года. Был опубликован доклад, в котором была озвучена позиция Русской Православной Церкви по данному вопросу. На основе этого положительного доклада стали возможными дальнейшие шаги.

Основные тезисы доклада сводились к следующим положениям .

Прежде всего, канонизация не должна дать поводов и аргументов в политической борьбе или мирских противостояниях. Ее цель, наоборот, способствовать объединению народа Божия в вере и благочестии.

В связи с активной деятельностью современных монархистов Комиссия особо подчеркнула свою позицию, что канонизация монарха никоим образом не связана с монархической идеологией и, тем более, не обозначает «канонизации» монархической формы правления. Прославляя святого, Церковь не преследует политических целей, но свидетельствует перед уже чтущим праведника народом Божиим, что канонизуемый ею подвижник, действительно, угодил Богу и предстательствует за нас пред Престолом Божиим, независимо от того, какое положение он занимал в своей земной жизни.

Комиссия отмечает, что в жизни Николая II было два неравных по продолжительности и духовной значимости периода — время царствования и время пребывания в ссылке и заключении. В первом периоде (пребывания во главе государственной власти) Комиссия не нашла достаточных оснований для канонизации, второй период (духовных и физических страданий) для Церкви является более важным, и поэтому она сосредоточила свое внимание на нем.

На основании доводов, учтенных Синодом, а также благодаря широкому народному почитанию и имеющихся свидетельствах о чудесах, Комиссия озвучила следующий вывод. За многими страданиями, перенесенными царской семьей в последние 17 месяцев жизни, закончившейся расстрелом в подвале Екатеринбургского Ипатьевского дома в ночь на 17 июля 1918 года, виден подвиг людей, искренне стремившихся воплотить в своей жизни заповеди Евангелия.

В страданиях, перенесенных царской семьей в заточении с кротостью, терпением и смирением, в их мученической кончине был явлен побеждающий зло свет Христовой веры, подобно тому, как он воссиял в жизни и смерти миллионов православных христиан, претерпевших гонение за Христа в XX веке

Именно в осмыслении этого подвига царской семьи Комиссия в полном единомыслии и с одобрения Священного Синода нашла возможным прославить в Соборе новомучеников и исповедников Российских в лике страстотерпцев императора Николая II, императрицу Александру, царевича Алексия, великих княжон Ольгу, Татьяну, Марию и Анастасию.

В 2000 году на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви царская семья была причислена к лику святых в составе Собора новомучеников и исповедников Российских, явленных и неявленных (общим числом, включающим более 2000 человек). Окончательное решение о канонизации было принято 14 августа 2000 года на заседании Архиерейского Собора в зале Храма Христа Спасителя, и до самого последнего момента не было известно, состоится ли канонизация или нет. Голосовали вставанием, и решение было принято единогласно.

Семья Николая II была прославлена в чине страстотерпчества . Прославление в лике страстотерпцев — удачный вариант, избранный Церковью, не нашедшей оснований для канонизации царской семьи как мучеников. В традиции (житийной и литургической) Русской Православной Церкви понятие «страстотерпец» употребляется применительно к тем русским святым, которые, подражая Христу, с терпением переносили физические, нравственные страдания и смерть от рук политических противников. В истории Русской Церкви такими страстотерпцами были святые благоверные князья Борис и Глеб (^1015), Игорь Черниговский (^ 1147), Андрей Боголюбский (^ 1174), Михаил Тверской (^1319), царевич Димитрий (^ 1591). Все они своим подвигом страстотерпцев явили высокий образец христианской нравственности и терпения.

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru То есть страстотерпцами признаются люди, которые были невинно убиты, и при этом приняли смерть как истинные христиане. В связи с этим, не имеет значения какие Николай II и Александра допускали ошибки и совершали грехи. Главное, они были христианами, и умерли как христиане. А грехи допускают все. «Несть человек, иже жив будет, и не согрешит». И почти у любого канонизированного святого можно найти те или иные грехи. Святые -это не те, кто вообще не грешил, т.к. безгрешен один Христос Спаситель.

В таком контексте специально отметим, что Русская Православная Церковь заграницей еще в 1981 году прославила царскую семью в лике мучеников, несмотря на то, что для причисления к данному лику святости необходимо пострадать именно за свидетельствование своей веры во Христа. Причиной этого стала переработка традиционных принципов канонизации в лике мучеников бежавшим из СССР протоиереем Михаилом Польским, написавшим в США книгу «Новые мученики Российские» .

Вопрос о причислении царской семьи к лику святых вызвал очень горячие обсуждения. Вероятно, при истоках замысла канонизации были и политические мотивы: люди, которым дорога память о государе, которые верят в монархию, мечтают о восстановлении в России если не старого строя, то все же монархического, переживали это отчасти политически. Но в, то же время, многие видели в Николае II фигуру подвижника. В нем видели человека, который своей жизнью и обстоятельствами кончины доказал, что он истинный и верующий христианин. Также распространено мнение, что вину в событиях «Кровавого воскресенья» нельзя возлагать на императора: приказ войскам об открытии огня отдал не он, а командующий Санкт-Петербургским военным округом. Исторические данные не позволяют обнаружить в действиях Николая II в январские дни 1905 года сознательной злой воли, обращенной против народа и воплощенной в конкретных греховных решениях и поступках.

Рассматривая личность Николая II как святого страстотерпца неуместно говорить о нем лишь как о неудачливом государственном деятеле. Оценке подлежит то, насколько лицо, находившееся на вершинах государственной

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru власти, сумело воплотить в своей деятельности христианские идеалы. Следует отметить, что Николай II относился к несению обязанностей монарха как к своему священному долгу, а факт отречения от Престола не является преступлением против Церкви. Хотя и в исторических записках о Николае II, и в его житии дается достаточно сдержанная, а порой и критическая оценка его государственной деятельности. Что касается отречения, то политически это было, безусловно, ошибочным актом. Тем не менее, вину государя в какой-то мере искупают мотивы, которые им руководили. Желание императора с помощью отречения не допустить гражданской междоусобицы оправданно с точки зрения нравственности и христианской любви, но не с позиции политики.

Если бы Николай II силой подавил революционное восстание, то, вероятно, он вошел бы в историю как выдающийся государственный деятель, но вряд ли при этом стал бы святым. Подготавливая документы на прославление, Синодальная комиссия по канонизации не обходила вниманием спорные эпизоды правления Николая II, в которых проявлялись не лучшие стороны его личности. Но канонизован последний Российский император был не за свой характер и политическую деятельность, а за мученическую и смиренную кончину. Характерное для некоторых противников канонизации Николая II стремление представить его отречение от Престола как церковноканоническое преступление, подобное отказу представителя церковной иерархии от священного сана, не может быть признано имеющим сколько -нибудь серьезные основания. Канонический статус миропомазанного на Царство православного государя не был определен в церковных канонах. Поэтому попытки обнаружить состав некоего церковно-канонического преступления в отречении Николая II от государственной власти представляются несостоятельными.

При анализе ситуации, сложившийся вокруг церковного почитания Государя Императора Николая II и его семьи, необходимо отметить следующее: весьма часто симпатии и антипатии верующих по отношению к святым царственным страстотерпцам носят на себе отпечаток неприятия

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru современной российской государственной власти. Горячие почитатели царской семьи обычно в свою религиозную активность вкладывают ностальгию по правителю, жертвенно заботящемуся о своем народе, а также нереализованное желание обрести хотя бы перед своим внутренним взором «нормальную» публичную власть.

Ярые противники культа венценосной семьи, как бы это не показалось странным, исходят также из негативного отношения к современному российскому руководству. Ведь в такой парадигме, априори «дурная» власть, подчиняя себе Церковь, пытается навязать народу некую модель правления через культ царственных страстотерпцев. А если их почитание приходит сверху, то, соответственно, и Николай II и члены его семьи как бы «ненастоящие» святые и их культом следует пренебрегать.

Если первое представление распространено среди людей с правопатриотическими и центристскими взглядами, то второе — среди либеральной квази-интеллигенции, страдающей «детской болезнью левизны».

Среди второй группировки сильны и антимонархические тенденции, у них твердая монархическая государственность ассоциируется с ненавидимым или советским авторитаризмом; отсылка к опыту современных европейских монархий (прежде всего, английской и испанской) практически никогда не работает.

В обоих случаях мы наблюдаем привнесение политического элемента в духовную жизнь. Это аскетически нецелесообразно. Царственные страстотерпцы воспринимаются не в качестве Божиих угодников и покровителей, к заступничеству которых можно прибегать в разных случаях, а в качестве некого плохо оформленного политического концепта.

Левые обычно с пренебрежением воспринимают тех, кто чтит Николая II, считая таких людей «недоразвитыми» и «кликушами». О духовном подвиге императора в их обществе задумываться не принято. На почитание Николая II и разговоры о нем с очень большим конформистским пафосом накладывается резкое табу.

В определенной мере негативное отношение «левых» к культу Николая II как святого можно объяснить частично и тем обстоятельством, что Комиссия по канонизации святых в свое время недостаточно четко обосновала причисление последнего русского монарха к лику святых. Ведь не были детально приведены теологические аргументы, не были раскрыты и не были описаны ни смысл, ни глубина духовных подвигов Николая II, не была объяснена суть его мученичества, не была убедительно засвидетельствована подлинность чудес. Да и сами «царские останки» не были признаны подлинными, т.е. верующие фактически лишены возможности поклоняться мощам святых царственных страстотерпцев. И, соответственно, произошедшая канонизация в либеральных кругах продолжает трактоваться как сугубо политическое действо, совершенное Церковью под давлением государственной власти, стремившейся к легализации установившегося политического курса.

Любопытно отметить, что причисленный к лику святых в 2000-е годы адмирал Феодор Ушаков, человек с либеральными взглядами, автор одной из первых греческих Конституций, человек, не являвшийся глубоким монархистом, к тому же ярко выраженный европоцентрист, так же не стал кумиром современных церковных либералов. Культ Ушакова, так же как и культ Николая II, формируется в государственнической парадигме, которая сильно не импонирует либералам, стихийно симпатизирующим анархизму и трансформирующимся в либеральных неофашистов . Увлекшись политическими аспектами, они остаются слепыми к духовным реалиям.

Негативное отношение к Николаю II наблюдается и у тех новообращенных христиан, которые придерживаются социалистических воззрений. С их точки зрения, канонизация монарха несостоятельна потому, что Николай II — монарх, то есть представитель эксплуатационных классов, а не трудового народа. Христианская же идея о том, что «во всяком звании есть спасение» здесь не фигурирует вовсе, а под гнетом социалистических мифологем полностью нивелируется.

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru Причины и генезис данного миропонимания выявила в своей статье «Типы религиозной жизни» (Париж, 1937) святая преподобномученица, мать Мария (Кузьмина-Караваева). Она, в частности, писала о том, что большие проблемы для церковной жизни, для катехизации новообращенных возникнут в России после падения коммунизма , когда в храмы придет большое число людей с социалистическим мировосприятием. Этим же фактором и обусловлено неприятие некоторыми христианами монархии в целом и личности Николая II в частности.

Парадоксально, но крайности притягиваются и интегрируются. И церковные пост- и квази-либералы и их идеологические оппоненты едины в своем неприятии монархии как формы правления и в своем необоснованно отрицательном отношении к святому Николаю II.

В качестве противовеса рассмотрим иные социально-культурные группы, где отношение к последнему российскому императору носит ярко выраженный позитивный характер. Так, стойкие традиции почитания венценосной семьи складываются среди немногочисленных уцелевших потомков русской аристократии. Еще задолго до официальной канонизации императора в Российском Дворянском Собрании распространялись портреты Николая II и Александры, великих князей и княгинь; складывалось обыкновение на крестины и свадьбы приносить в качестве благословения иконы (тогда очень редкие) царственных мучеников. Такое отношение к фигуре Николая II вполне закономерно: дворяне и другие потомки «бывших» ностальгируют по красивой жизни в Российской империи и облекают свои чувства в религиозную оболочку. В этой связи можно вспомнить наблюдения блаженного Августина о том, что Церковь порою хранит память об империи.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Интересно, что культ святого Николая II (в отличие от почитания императора Карла Австрийского, низложенного в 1918 году, умершего в ссылке и причисленного к лику блаженных Римо-католической Церковью в 2005 году) получил распространение за пределами узкого круга аристократии и монархистов. Его активными почитателями стали представители пролетариата,

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru включая городские низы, среди которых господствует ностальгия по «сильной руке» и «мужицкому царю».

Монархисты разделились в России на два лагеря: т.н. «легитимистов», признающих законной наследницей русских царей Великую княгиню Марию Владимировну Романову, и «соборников», считающих необходимым иное решение проблемы монархического ренессанса на Руси. Обе группировки трактуют фигуру святого Николая II как символ монархической государственности.

Социальная деятельность, как и всякая другая, нуждается в освящении. Поэтому складывающиеся традиции почитания Николая II могут способствовать усилению христианского начала хотя бы среди узкого круга лиц, занимающихся общественными и политическими аспектами бытия.

Традиционно для русской церковной культуры характерна своеобразная «специализация» святых. Часто угодников Божьих почитают как покровителей какого-либо вида деятельности, или целителей от конкретного недуга. Неоднократно высказывались суждения о языческих корнях такого отношения к святым. Однако традиции живучи, поэтому и сегодня многие молятся священномученику Антипе Пергамскому в случае зубной боли, Иоанну Предтече — в случае болезни головы, святым Петру и Февронии — об удачном браке и т.д.

Можно предположить, что отсутствие подобной «специализации» у Николая II вызвано недавней канонизацией. Однако уже складываются традиции почитания некоторых новомучеников и исповедников российских. Например, святителя Луку (Войно-Ясенецкого) чтут как целителя и врачевателя различных болезней, преподобномученицу Рафаилу Чигиринскую как целительницу рук и ног, ожогов и покровительницу в поисках жилья и работы.

Второй причиной отсутствия «специализации» Николая II мы считаем стихийность его почитания, наличие разнообразных причин для развития его культа и неодобрение его широкого почитания со стороны светских и церковных властей.

Занимаемое Николаем II высокое положение православного монарха, хозяина огромной империи вызывает у наших современников разнообразные реакции. Так, некоторые украинцы, придерживающиеся националистических воззрений, видят в нем символ «москальской агрессии». Иное отношение к Николаю II у армян. Во время турецкого геноцида он открыл границы империи для беженцев, оказал им материальную поддержку, предоставил жилище и работу. Благодаря своевременно принятым мерам, были спасены сотни тысяч жизней.

Итак, причины культа императора Николая II как святого носят зачастую нерелигиозный характер. Это и ностальгия по ушедшей империи, красивой жизни предков, и неприятие современной власти, желание попасть под «сильную руку», приверженность монархической идеологии, симпатии к здравствующим представителям Дома Романовых. Для полноты картины нам необходимо указать еще одно явление современной религиозной жизни -псевдо-, а порою уже и антицерковное движение царебожников.

Царебожие — ересь, последователи которой считают Николая II искупителем греха всего русского народа против царской власти. Они полагают, что как Иисус Христос вочеловечился и принес Себя в Жертву за всех людей, так якобы и Николай II, отрекшись от царского Престола, принес себя в жертву от лица русского народа. Все это в корне противоречит христианскому учению, ибо в Священном Писании сказано: «един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех» (1 Тим. 2:5-6).

Болезненная тенденция обожествления царя всегда была свойственна нашему народу. Например, в старообрядческой секте хлыстов духовным лидерам приписывались свойства, присущие только Христу. После революции было даже движение хлыстовцев-николаевцев, считавших царя Николая II воплощением Бога-Отца. В современной России царебожие активизировалось в последние десятилетия, когда началось оживление религиозной жизни в стране. Среди последователей этой ереси много людей, потерявших в период

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru «перестройки» и нестабильности 90-х годов ХХ века духовно-нравственную опору в жизни, работу, социальный статус.

Оказавшись в ущербном положении, будучи при этом догматически безграмотными, такие люди приняли принципы учения царебожников, тем более что его адепты обещают скорое чудо — после свершения всенародного покаяния и последующего восстановления самодержавия в России жизнь сама собой наладится. Это типичная для сектантов подмена понятий — они отказываются от внутренней духовной работы и заменяют ее внешним действием — всенародным (а не личным) покаянием, ожиданием нового Мессии, который все волшебно устроит и обустроит.

Подводя итог, отметим, что сегодня даже церковный клир неодинаково относится к почитанию царственных страстотерпцев. Как не все в свое время присоединились к посланию святителя Патриарха Тихона, обличившего цареубийц, так не все еще присоединились к прославлению Николая II в лике святых, совершенного Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 2000 года.

Причиной этому может быть относительно небольшой период времени, отделяющий нас от трагических событий лета 1918 года, еще не осмысленный во всей своей полноте в исторической памяти современного российского общества.

Порой среди духовенства слышатся голоса, что трудно молиться царю-страстотерпцу, нет соответствующей привычки. Но вряд ли эта причина является аргументированной, ведь другим новопрославленным святым вся церковная полнота молится, и привычки никакой не требуется. На самом деле, причина в инерции и косности сознания некоторых клириков. Но святость сильнее и выше инерции. К тому же инерция может привести к плачевному отставанию от времени, к дисгармонии с духовной наполненностью нынешнего дня.

Поэтому для формирования адекватного отношения к царственным мученикам нужно учитывать следующие. Светскому (и отчасти церковному)

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru миру необходимо преодолеть внутреннее невежество, и осознать тот факт, что Николая II и членов его семьи Церковь прославила не за его государственную деятельность, а за христианские подвиги, последовавшие после отречения от Престола. Ведь мученичество не просто очищает человека от его грехов, сколь велики бы они не были, но и освящает, преображает личность Христовой благодатью.

Церковным людям следует понимать и принимать факт страстотерпчества Николая II и воспринимать его как заступника и покровителя российского народа перед Богом, абстрагируясь от политической конъюнктуры, учась его добродетелям: терпению, вере, верности, покаянию, милосердию.

Адекватное отношение к личности святого Николая II возможно и без ностальгии по утраченной империи, которой он управлял, и без фанатичного обожания, обожествления всех дел, совершенных самодержцем-страстотерпцем. Церковным людям подобает чтить память Николая II молитвенно, через участие в богослужениях, а в келейной практике — призывая имя святого. Но при всем этом нельзя забывать о том, что по учению Церкви через любого святого действует непосредственно сам Господь Бог, ведь святость (включая и царственных страстотерпцев) всегда христоцентрична.

Список литературы:

1. Голдберг Дж. Либеральный фашизм. История левых сил от Муссолини до Обамы. М., 2012.

2. Зайцев Е.В. Учение В. Лосского о теозисе. М., 2007.

3. Кузьмина-Караваева Е.Ю. Типы религиозной жизни / Мать Мария (Скобцова). М., 2009.

02.02.2014).

6. Польский Михаил, протопресвитер. Новые мученики Российские. Джорданвилль, 1949-1957. 2. Т.

7. Ювеналий (Поярков), митрополит. Доклад о работе Комиссии

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

02.02.2014).

Сведения об авторах:

Мельков Андрей Сергеевич — кандидат филологических наук, Президент Института современных гуманитарных исследований (Москва, Россия).

Никольский Евгений Владимирович — кандидат филологических наук, Ученый секретарь Научно-экспертного совета Института современных гуманитарных исследований (Москва, Россия).

Data about the authors:

В издательстве «Никея» вышла книга Андрея Зайцева «Хороший. Плохой. Святой. За что канонизирован Николай II». В интервью «Чёрному и белому» автор рассказывает о замысле книги и о «неудобных» моментах канонизации царской семьи.

— Как долго ты работал над книгой?

— Техническая работа заняла три недели — в конце 2017 — начале 2018 года. Первоначально планировалось издать книгу ещё в 2018-м, к столетию расстрела царской семьи. Фактически же я готовил её десять лет — всё это время я собирал материалы, так как интересуюсь историей Церкви XX века.

— Книга имеет гриф Издательского совета РПЦ. Зачем он был тебе нужен?

— Это была инициатива издательства — так как оно хочет продавать книжку в храмах. В храмах сейчас нельзя продавать книги без такого грифа.

— Сложно было получить гриф? Много было критики со стороны совета?

— Как ни странно, гриф мы получили довольно легко. Правок в итоге практически не было. Меня поправили в том, что митрополит Нижегородский и Архамасский Николай (Кутепов) не был постоянным членом Священного Синода. Меня очень удивила эта ситуация. Потому что прошлая моя книга, гораздо более мягкая, как мне самому казалось, по содержанию, вызвала гораздо больше нареканий.

— Кто твоя аудитория — это церковные люди? На какого читателя ты ориентировался?

— Конечно, в большей степени я писал для светской публики. Я думаю, что мой читатель — это человек, который интересуется историей и что-то слышал про Николая II. Это человек не обязательно верующий и воцерковлённый, но он уважает позицию Церкви и хочет понять, почему она канонизировала царскую семью. Это человек, у которого нет времени читать научные монографии и ходить по архивам, но который нуждается в достоверной информации. В этом смысле эта книга — это моя попытка соблюсти баланс между популярностью и научностью.

— Ты сам доволен тем, что получилось?

— В целом да. Хотя, конечно, сейчас я написал бы некоторые вещи ещё более жёстко.

— Что, например?

-Например, сейчас я считаю, что роль Временного правительства в судьбе Николая II — совершенно паскудная. В последнее время я пришёл к выводу, что Керенский виноват в гибели царской семьи, возможно, даже больше, чем большевики. Речь не о технической стороне вопроса — не о самом расстреле. А о той ситуации, в которую попали царь и его семья. Поведение большевиков было хотя бы политически оправдано — оно было, скажем так, объяснимо. Потому что белые наступали и им надо было что-то делать с царём. А поведение Керенского не имеет даже политических оправданий.

— Ты получал уже какие-то отклики от читателя? Не было критики со стороны церковной аудитории?

— Пока никаких негативных отзывов я не получал. Но первый тираж был пробным, небольшим. Посмотрим, что будет дальше.

— Дело в том, что про Николая II в твоей книге — практически один негатив. При прочтении твоего текста у меня встал вопрос: он хоть чем-то тебе симпатичен? Я не нашла у тебя о нём ничего хорошего, кроме того, что он был мягкий и неагрессивный человек…

— Ну, я также писал о том, что он был довольно приятным в общении и умел к себе располагать.

— То есть, ты сам вообще не любишь царскую семью?

— Николай мне не нравится как политик. Мне кажется, это был самый неудачный глава государства в России XX века. Его жена не нравится мне ещё больше. Контраст с её сестрой, преподобной Елизаветой Феодоровной тут очень разительный. И я думаю, что если бы Николай и Александра не были бы царской фамилией, и их бы не расстреляли, то разговора об их святости в Церкви вообще бы не было.

— Во введении к книге ты пишешь, что все святые — разные по характеру люди, и у каждого человека может быть свой любимый круг святых. А вот святой царь Николай — у кого он может быть любимым святым? Какому человеку он может оказать помощь? За что его любить нашим современникам?

— Никакого святого ни один христианин не должен любить, об этом прекрасно писал Василий Болотов. Мы должны признавать святых святыми, мы должны понимать, почему Церковь их таковыми объявила. Но если говорить о том, какие уроки нам преподносит святой царь Николай… Наверное, он показывает нам, что никакие великие дела не стоят того, чтобы пролить много крови. Кстати, при всей жёсткости моей позициии в отношении правления Николая — я уверен, что он не мог предугадать, какие катаклизмы спровоцирует его отречение. Он не без основания ожидал, что именно это и позволит избежать кровопролития.

— А есть какой-то тип людей, которым близок святой Николай Романов?

— Наверное, это люди, которые являются жертвой обстоятельств. И люди-неудачники. Такие, знаешь, у которых всё валится из рук, за что они не возьмутся. Он таким людям даёт надежду.

— Ты пишешь, что Николай был канонизирован ввиду того, как он провёл последние дни своей жизни. Но подтверждения этому в книге нет. А где источники? Я читала только про один — про письмо его дочери Ольги неизвестному адресату о том, что Государь просил не мстить за него, и что он хотел напомнить обществу о поруганных евангельских ценностях. У тебя это письмо не упоминается. А упоминается только, что царская семья хотела бежать, что царь и царица вели переписку с мнимыми заговорщиками, просили, чтобы их «захватили силой»… Где же свидетельства смирения и непротивления?

— Моя задача была — показать, что при канонизации Романовых РПЦ соблюла все необходимые процедуры, установленные церковными уставами. Что наименование их «страстотерпцами» — обоснованно. Страстотерпцы — это государи, которые стали жертвами политических интриг. Видишь, Николай и Александра — страстотерпцы, как святые князья Борис и Глеб. Они не подвижники, они — жертвы обстоятельств.

— Есть мнение, что канонизация Николая II была политическим актом. Что Синод пошёл на неё, в частности, ради объединения с Зарубежной Церковью. Ты что об этом думаешь?

— Мне кажется, что Синод в данном случае поступил прагматично, то есть разумно. В этом смысле решение, конечно, политическое.

— Ты пишешь, говоря о событиях 1917 года, о Февральской революции, что «политически Церковь не отрекалась от царя». Но у тебя в списке литературы есть книга Михаила Бабкина («Духовенство Русской православной церкви и свержение монархии»), — значит, ты её читал. Отказ поминать Романовых за богослужениями, наименование дома Романовых «царствовавшим» ещё до Учредительного собрания, демонстративный вынос царского трона из зала заседаний на Поместном соборе — это разве не отречение от царя?

— Это сложный вопрос. Я хотел рассмотреть ситуацию вне морали, не писать, хорошо или плохо поступил Синод. Мне хотелось объяснить поведение Церкви, а не оправдать или осудить.

— А вот если говорить о церковности Николая и Александры Фёдоровны. Сейчас много церковных субкультур, много известных духовников, — если немного пофантазировать, к кому они были бы ближе в наши дни? Кто из известных священников им бы понравился?

— Наверное, Александра Фёдоровна долго искала бы «сильного старца». Ей нужен был человек, который «имеет силу». Причём ей нравились мужиковатые священники, такие вот «из народа». Она могла бы, наверное, попасть и под влияние Сергия Романова. Если говорить о тех, кто в лоне РПЦ — то это, наверное, отец Андрей Ткачёв. Он бы ей идеально, я думаю, подошёл. Только не он бы её «ломал через колено», а она бы его, думаю, сломала.

— А Николай?

— Мне кажется, Николай не искал какого-то определённого священника. Он был по-хорошему дистанцирован от разных церковных направлений. Его восприятие Церкви было близким к тому, что чувствовало всё образованное общество в начале XX века. То есть, он верил в Бога и уважал институт Церкви, но не слишком погружался во всё это. Он многие вещи воспринимал, как факт частной жизни. Поэтому, например, он отказывался публично опровергать слухи о своей семье в связи с Распутиным. Он считал, что он не должен никому ничего объяснять, потому что это внутреннее дело его семьи и никого не касается. Он был нормальный человек. Но канонизировали его не за это.

Анастасия Коскелло

Черное и белое

Определением Архиерейского Собора от 31 марта — 4 апреля 1992 года Синодальной Комиссии по канонизации святых было поручено «при изучении подвигов новомучеников Российских начать исследование материалов, связанных с мученической кончиной Царской Семьи».
Основную задачу в этом вопросе Комиссия видела в объективном рассмотрении всех обстоятельств жизни членов Императорской Семьи в контексте исторических событий и церковном их осмыслении вне идеологических стереотипов, господствовавших в нашей стране на протяжении минувших десятилетий. Комиссия руководствовалась пастырской озабоченностью, чтобы канонизация Царской Семьи в сонме новомучеников Российских не давала повода и аргументов в политической борьбе или мирских противостояниях, а способствовала бы объединению народа Божия в вере и благочестии. Мы стремились учесть и факт канонизации Царской Семьи Русской Зарубежной Церковью в 1981 году, вызвавший далеко не однозначную реакцию как в среде русской эмиграции, некоторые представители которой не увидели тогда в ней достаточно убедительных оснований, так и в самой России, не говоря уже о таком, не имеющем исторических аналогий в Православной Церкви, решении Русской Православной Церкви Заграницей, как включение в число канонизованных принявших вместе с Царской Семьей мученическую кончину царского слуги римо-католика Алоизия Егоровича Труппа и лютеранки гофлектриссы Екатерины Адольфовны Шнейдер.
Уже на первом после Собора заседании Комиссии мы приступили к изучению религиозного, нравственного и государственного аспектов царствования последнего Императора династии Романовых. Тщательно изучались следующие темы: «Православный взгляд на государственную деятельность Императора Николая II»; «Император Николай II и события 1905 года в Санкт-Петербурге»; «О церковной политике Императора Николая II»; «Причины отречения Императора Николая II от престола и православное отношение к этому акту»; «Царская Семья и Г.Е. Распутин»; «Последние дни Царской Семьи» и «Отношение Церкви к страстотерпчеству».
В 1994 и 1997 годах я знакомил членов Архиерейских Соборов с итогами изучения вышеперечисленных тем. С того времени новых проблем в изучаемом вопросе не появилось.
Напомню подходы Комиссии к этим ключевым и сложным темам, осмысление которых необходимо членам Архиерейского Собора при решении вопроса о канонизации Царской Семьи.
Весьма различная по религиозно-нравственному содержанию и по уровню научной компетентности аргументация противников канонизации Царской Семьи может быть сведена к перечню конкретных тезисов, которые уже были проанализированы в исторических справках, составленных в Комиссии и находящихся в Вашем распоряжении.
Одним из главных доводов противников канонизации Царской Семьи является утверждение о том, что гибель Императора Николая II и членов его Семьи не может быть признана мученической смертью за Христа. Комиссия на основе тщательного рассмотрения обстоятельств гибели Царской Семьи предлагает осуществить ее канонизацию в лике святых страстотерпцев. В богослужебной и житийной литературе Русской Православной Церкви слово «страстотерпец» стало употребляться применительно к тем русским святым, которые, подражая Христу, с терпением переносили физические, нравственные страдания и смерть от рук политических противников.
В истории Русской Церкви такими страстотерпцами были святые благоверные князья Борис и Глеб (+1015), Игорь Черниговский (+1147), Андрей Боголюбский (+1174), Михаил Тверской (+1319), царевич Димитрий (+1591). Все они своим подвигом страстотерпцев явили высокий образец христианской нравственности и терпения.
Препятствия к прославлению Николая II противники данной канонизации пытаются обнаружить в фактах, связанных с его государственной и церковной политикой.
Церковная политика Императора не вышла за рамки традиционной синодальной системы управления Церковью. Однако именно в царствование Императора Николая II дотоле два века официально безмолвствовавшая по вопросу о созыве Собора церковная иерархия получила возможность не только широко обсуждать, но и практически подготовить созыв Поместного Собора.
Император уделял большое внимание нуждам Православной Церкви, щедро жертвовал на постройку новых храмов, в том числе и за пределами России. За годы его царствования число приходских церквей в России увеличилось более чем на 10 тысяч, открыто более 250 новых монастырей. Император лично участвовал в закладке новых храмов и других церковных торжествах.
Глубокая религиозность выделяли Императорскую чету среди представителей тогдашней аристократии. Религиозным духом было проникнуто воспитание детей Императорской Фамилии. Все ее члены жили в соответствии с традициями православного благочестия. Обязательные посещения богослужений в воскресные и праздничные дни, говенье во время постов было неотъемлемой частью их быта. Личная религиозность Государя и его супруги была не простым следованием традициям. Царская чета посещает храмы и монастыри во время своих многочисленных поездок, поклоняется чудотворным иконам и мощам святых, совершает паломничества, как это было в 1903 году во время прославления преподобного Серафима Саровского. Краткие богослужения в придворных храмах не удовлетворяли Императора и Императрицу. Специально для них совершаются службы в Царскосельском Феодоровском соборе, построенном в древнерусском стиле. Императрица Александра молилась здесь перед аналоем с раскрытыми богослужебными книгами, внимательно следя за богослужением.
Личное благочестие Государя проявилось в том, что за годы его царствования было канонизовано святых больше, чем за два предшествующих столетия, когда было прославлено лишь 5 святых угодников. За время последнего царствования к лику святых были причислены святитель Феодосий Черниговский (1896 г.), преподобный Серафим Саровский (1903 г.), святая княгиня Анна Кашинская (восстановление почитания в 1909 г.), святитель Иоасаф Белгородский (1911 г.), святитель Гермоген Московский (1913 г.), святитель Питирим Тамбовский (1914 г.), святитель Иоанн Тобольский (1916 г.). При этом Император вынужден был проявить особую настойчивость, добиваясь канонизации преподобного Серафима Саровского, святителей Иоасафа Белгородского и Иоанна Тобольского. Николай II высоко чтил святого праведного отца Иоанна Кронштадтского. После его блаженной кончины царь повелел совершать всенародное молитвенное поминовение почившего в день его преставления.
Как политик и государственный деятель Государь поступал, исходя из своих религиозно-нравственных принципов. Одним из наиболее распространенных аргументов против канонизации Императора Николая II являются события 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге. В исторической справке Комиссии по данному вопросу мы указываем: познакомившись вечером 8 января с содержанием гапоновской петиции, носившей характер революционного ультиматума, не позволявшей вступить в конструктивные переговоры с представителями рабочих, Государь проигнорировал этот документ, незаконный по форме и подрывающий престиж без того колеблемой в условиях войны государственной власти. В течение всего 9 января 1905 года Государь не принял ни одного решения, определившего действия властей в Петербурге по подавлению массовых выступлений рабочих. Приказ войскам об открытии огня отдал не Император, а Командующий Санкт-Петербургским военным округом. Исторические данные не позволяют обнаружить в действиях Государя в январские дни 1905 года сознательной злой воли, обращённой против народа и воплощённой в конкретных греховных решениях и поступках.
С началом Первой мировой войны Государь регулярно выезжает в Ставку, посещает воинские части действующей армии, перевязочные пункты, военные госпитали, тыловые заводы, одним словом, все, что играло роль в ведении этой войны.
Императрица с самого начала войны посвятила себя раненым. Пройдя курсы сестер милосердия вместе со старшими дочерьми — Великими Княжнами Ольгой и Татьяной, — она по несколько часов в день ухаживала за ранеными в Царскосельском лазарете.
Император рассматривал пребывание на посту Верховного Главнокомандующего как исполнение нравственного и государственного долга перед Богом и народом, впрочем, всегда представляя ведущим военным специалистам широкую инициативу в решении всей совокупности военно-стратегических и оперативно-тактических вопросов.
Оценки Николая II как государственного мужа крайне противоречивы. Говоря об этом, никогда не следует забывать, что, осмысляя государственную деятельность с христианской точки зрения, мы должны оценивать не ту или иную форму государственного устройства, но место, которое занимает конкретное лицо в государственном механизме. Оценке подлежит, насколько то или иное лицо сумело воплотить в своей деятельности христианские идеалы. Следует отметить, что Николай II относился к несению обязанностей монарха как к своему священному долгу.
Характерное для некоторых противников канонизации Императора Николая II стремление представить его отречение от Престола как церковно-каноническое преступление, подобное отказу представителя церковной иерархии от священного сана, не может быть признано имеющим сколько-нибудь серьёзные основания. Канонический статус миропомазанного на Царство православного государя не был определён в церковных канонах. Поэтому попытки обнаружить состав некоего церковно-канонического преступления в отречении Императора Николая II от власти представляются несостоятельными.
В качестве внешних факторов, вызвавших к жизни Акт об отречении, которые имели место в политической жизни России, следует выделить прежде всего резкое обострение социально-политической ситуации в Петрограде в феврале 1917 г., неспособность правительства контролировать положение в столице, распространившееся в широких слоях общества убеждение в необходимости жестких конституционных ограничений монархической власти, настоятельное требование Председателя Государственной Думы М.В. Родзянко отречения Императора Николая II от власти во имя предотвращения внутриполитического хаоса в условиях ведения Россией широкомасштабной войны, почти единодушную поддержку, оказанную высшими представителями российского генералитета требованию Председателя Государственной Думы. Следует отметить также, что Акт об отречении был принят Императором Николаем II под давлением резко изменявшихся политических обстоятельств в чрезвычайно короткий срок.
Комиссия выражает мнение, что сам факт отречения от Престола Императора Николая II, непосредственно связанный и с его личными качествами, в целом является выражением сложившейся тогда исторической обстановки в России.
Он принял это решение лишь в надежде, что желавшие его удаления сумеют все же продолжать с честью войну и не погубят дело спасения России. Он боялся тогда, чтобы его отказ подписать отречение не повел к гражданской войне в виду неприятеля. Царь не хотел, чтобы из-за него была пролита хоть капля русской крови.
Духовные мотивы, по которым последний российский Государь, не желавший проливать кровь подданных, решил отречься от Престола во имя внутреннего мира в России, придаёт его поступку подлинно нравственный характер. Неслучайно, при обсуждении в июле 1918 года на Соборном Совете Поместного Собора вопроса о заупокойном поминовении убиенного Государя Святейший Патриарх Тихон принял решение о повсеместном служении панихид с поминовением Николая II как Императора.
Очень малый круг лиц мог непосредственно общаться с Государем в неофициальной обстановке. Все знавшие его семейную жизнь не понаслышке отмечали удивительную простоту, взаимную любовь и согласие всех членов этой тесно сплоченной Семьи. Центром ее был Алексей Николаевич, на нем сосредотачивались все привязанности, все надежды.
Обстоятельством, омрачавшим жизнь Императорской Семьи, была неизлечимая болезнь Наследника. Приступы гемофилии, во время которых ребенок испытывал тяжкие страдания, повторялись неоднократно. В сентябре 1912 года вследствие неосторожного движения произошло внутреннее кровотечение и положение было настолько серьезно, что опасались за жизнь Цесаревича. Во всех храмах России служились молебны о его выздоровлении. Характер же болезни являлся государственной тайной, и родители часто должны были скрывать переживаемые ими чувства, участвуя в обычном распорядке дворцовой жизни. Императрица хорошо понимала, что медицина была здесь бессильна. Но ведь для Бога нет ничего невозможного. Будучи глубоко религиозной, она всей душой предавалась усердной молитве в чаянии чудесного исцеления. Подчас, когда ребенок был здоров, ей казалось, что ее молитва услышана, но приступы снова повторялись, и это наполняло душу матери бесконечной скорбью. Она готова была поверить всякому, кто был способен помочь ее горю, хоть как-то облегчить страдания сына.
Болезнь Цесаревича открыла двери во дворец крестьянину Григорию Распутину, которому суждено было сыграть свою роль в жизни Царской Семьи, да и в судьбе всей страны. Наиболее значительным аргументом у противников канонизации Царской Семьи является сам факт их общения с Г.Е. Распутиным.
Отношения Императора и Распутина были сложными; расположение к нему сочеталось с осторожностью и с сомнениями. «Император несколько раз пытался избавиться от «старца», но всякий раз отступал под давлением Императрицы из-за необходимости помощи Распутина для излечения Наследника».
В отношении с Распутиным присутствовал элемент человеческой немощи, связанный у Императрицы с глубоким переживанием неизлечимости смертельно опасной болезни сына, а у Императора обусловленный стремлением сохранить мир в Семье сострадательной уступчивостью материнским терзаниям Императрицы. Однако видеть в отношениях Царской Семьи с Распутиным признаки духовной прелести, а тем более недостаточной воцерковленности — нет никаких оснований.
Подводя итог изучению государственной и церковной деятельности последнего Российского Императора, Комиссия не нашла в одной этой деятельности достаточных оснований для его канонизации.
В жизни Императора Николая II было два неравных по продолжительности и духовной значимости периода — время его царствования и время пребывания в заключении. Комиссия внимательно изучила последние дни Царской Семьи, связанные со страданием и мученической кончиной ее членов.
Император Николай Александрович часто уподоблял свою жизнь испытаниям страдальца Иова, в день церковной памяти которого родился. Приняв свой крест так же, как библейский праведник, он перенес все ниспосланные ему испытания твердо, кротко и без тени ропота. Именно это долготерпение с особенной ясностью открывается в последних днях жизни Императора. С момента отречения не столько внешние события, сколько внутреннее духовное состояние Государя обращает на себя наше внимание.
Государь, приняв, как ему казалось, единственно правильное решение, тем не менее переживал тяжелое душевное мучение. «Если я помеха счастью России и меня все стоящие ныне во главе ее общественные силы просят оставить трон и передать его сыну и брату своему, то я готов это сделать, готов даже не только Царство, но и жизнь свою отдать за Родину. Я думаю, в этом никто не сомневается из тех, кто меня знает», — говорил Государь генералу Д.Н. Дубенскому.
«Государь Император Николай Александрович, увидевший вокруг себя столько предательства… сохранил нерушимую веру в Бога, отеческую любовь к русскому народу, готовность жизнь свою положить за честь и славу Родины». 8 марта 1917 года комиссары Временного Правительства, прибыв в Могилев, объявляют через генерала М.В. Алексеева об аресте Государя и необходимости проследовать в Царское Село. В последний раз он обращается к своим войскам, призывая их к верности Временному Правительству, тому самому, которое подвергло его аресту, к исполнению своего долга перед Родиной до полной победы.
Последовательно и методично убивая всех попавших им в руки членов Императорской Фамилии, большевики прежде всего руководствовались идеологией, а потом уже политическим расчетом — ведь в народном сознании Император продолжал оставаться Помазанником Божиим, а вся Царская Семья символизировала Россию уходящую и Россию уничтожаемую. 21 июля 1918 года Святейший Патриарх Тихон в своем слове при совершении Божественной литургии в Московском Казанском Соборе как бы ответил на те вопросы и сомнения, которые через восемь десятилетий попытается осмыслить Русская Церковь: «Мы знаем, что он (Император Николай II — М.Ю.), отрекаясь от Престола, делал это, имея в виду благо России и из любви к ней».
Большинство свидетелей последнего периода жизни Царственных мучеников говорят об узниках Тобольского губернаторского и Екатеринбургского Ипатьевского домов как о людях страдавших и, несмотря на все издевательства и оскорбления, ведших благочестивую жизнь. В Царской Семье, оказавшейся в заточении, мы видим людей, искренне стремившихся воплотить в своей жизни заповеди Евангелия.
Императорская Семья проводила много времени в душеполезном чтении, прежде всего Священного Писания, и в регулярном — практически неопустительном — посещении богослужений.
Доброта и душевное спокойствие не оставляли в это тяжелое время и Императрицу. Император, от природы замкнутый, чувствовал себя спокойно и благодушно прежде всего в узком семейном кругу. Императрица не любила светского общения, балов. Ее строгому воспитанию была чужда моральная распущенность, царившая в придворной среде, религиозность Императрицы называли странностью, даже ханжеством. В письмах Александры Федоровны раскрывается вся глубина ее религиозных чувств — сколько в них силы духа, скорби о судьбе России, веры и надежды на помощь Божию. И к кому бы она ни писала, она находила слова поддержки и утешения. Эти письма — настоящие свидетельства христианской веры.
Утешение и крепость в перенесении скорбей узникам давало духовное чтение, молитва, богослужение, причащение Святых Христовых Тайн. Множество раз в письмах Государыни говорится о духовной жизни ее и других членов Семьи: «В молитве утешение: жалею я тех, которые находят не модным, не нужным молиться…» В другом письме она пишет: «Господи, помоги тем, кто не вмещает любви Божией в ожесточенных сердцах, которые видят только все плохое и не стараются понять, что пройдет все это; не может быть иначе, Спаситель пришел, показал нам пример. Кто по Его пути следом любви и страдания идет, понимает все величие Царства Небесного».
Вместе с родителями все унижения и страдания с кротостью и смирением переносили Царские дети. Протоиерей Афанасий Беляев, исповедовавший Царских детей, писал: «Впечатление получилось такое: дай, Господи, чтобы и все дети нравственно были так высоки, как дети бывшего Царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи — страстной и греховной, — пишет он, — меня привело в изумление и я решительно недоумевал: нужно ли напоминать мне как духовнику о грехах, может быть, им неведомых, и как расположить к раскаянию в известных для них грехах».
В почти полной изоляции от внешнего мира, окруженные грубыми и жестокими охранниками, узники Ипатьевского дома проявляют удивительное благородство и ясность духа.
Их истинное величие проистекало не из их царского достоинства, а от той удивительной нравственной высоты, на которую они постепенно поднялись.
Вместе с Императорской Семьей были расстреляны и их слуги, последовавшие за своими господами в ссылку. В связи с тем, что они добровольно остались с Царской Семьей и приняли мученическую смерть, правомерно было бы ставить вопрос и об их канонизации; к ним, помимо расстрелянных вместе с Императорской Семьей доктором Е.С. Боткиным, комнатной девушкой Императрицы А.С. Демидовой, придворным поваром И.М. Харитоновым и лакеем А.Е. Труппом, принадлежали убиенные в различных местах и в разные месяцы 1918 года генерал-адъютант И.Л. Татищев, гофмаршал князь В.А. Долгоруков, «дядька» Наследника К.Г. Нагорный, детский лакей И.Д. Седнев, фрейлина Императрицы А.В. Гендрикова и гофлектрисса Е.А. Шнейдер. Комиссии не представляется возможным окончательное решение вопроса о наличии оснований для канонизации этой группы мирян, по долгу своей придворной службы сопровождавших Царскую Семью в период ее заточения и принявших насильственную смерть. Комиссия не располагает сведениями о широком поименном молитвенном поминовении этих мирян. Кроме того, мало сведений о религиозной жизни и их личном благочестии. Комиссия пришла к заключению, что наиболее подобающей формой почитания христианского подвига верных слуг Царской Семьи, разделивших ее трагическую участь, на сегодняшний день может быть увековечение этого подвига в житии Царственных мучеников.
Тема канонизации Императора Николая II и членов Царской Семьи широко обсуждалась в 90-е годы в ряде публикаций в церковной и светской печати. В решительном большинстве книг и статей религиозных авторов поддерживается мысль о прославлении Царственных мучеников. Ряд публикаций содержит в себе убедительную критику аргументов противников канонизации.
На имя Святейшего Патриарха Алексия II, в Священный Синод и в Синодальную Комиссию по канонизации святых поступило множество обращений с одобрением выводов, сделанных в октябре 1996 года Комиссией по канонизации святых относительно прославления Царственных мучеников.
В Синодальную Комиссию по канонизации святых поступали и обращения правящих архиереев Русской Православной Церкви, в которых от лица клириков и мирян они выражали одобрение выводов Комиссии.
В некоторых епархиях вопрос о канонизации обсуждался на епархиальных, благочиннических и приходских собраниях. На них была выражена единодушная поддержка мысли о прославлении Царственных мучеников. В Комиссию поступили также обращения отдельных клириков и мирян, а также групп верующих из разных епархий с поддержкой канонизации Царской Семьи. Под некоторыми из них стоят подписи нескольких тысяч лиц. Среди авторов таких обращений есть и русские эмигранты, а также клирики и миряне братских Православных Церквей. Многие из обратившихся в Комиссию высказались за скорейшую, безотлагательную канонизацию Царственных мучеников. Мысль о необходимости скорейшего прославления Государя и Царственных мучеников выразил ряд церковно-общественных организаций.
Особую ценность представляют публикации и обращения в Комиссию и в другие церковные инстанции, содержащие свидетельства о чудесах и благодатной помощи по молитвам к Царственным мученикам. Речь идёт в них об исцелениях, соединении разобщённых семей, защите церковного достояния от раскольников. Особенно обильны свидетельства о мироточении икон с изображениями Императора Николая II и Царственных мучеников, о благоухании и чудесном проступании на иконных ликах Царственных мучеников пятен кровавого цвета.
Хотелось бы коснуться вопроса об останках Царской Семьи. Государственная Комиссия «по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков российского Императора Николая II и членов его Семьи» закончила, как известно, свою работу 30 января 1998 года. Государственная Комиссия признала верными сделанные в ходе следствия Республиканским центром судебно-медицинских исследований и Генеральной прокуратурой Российской Федерации научные и исторические выводы о принадлежности Царской Семье и ее слугам найденных под Екатеринбургом останков. Однако возникли сомнения в связи с известными выводами следователя Соколова, который еще в 1918 году свидетельствовал, что все тела Императорской Семьи и их слуг были расчленены и уничтожены. Священный Синод на своем заседании 26 февраля 1998 года имел суждение по этому вопросу и пришел к следующему выводу:
«2. Оценка достоверности научных и следственных заключений, равно как и свидетельство об их незыблемости или неопровержимости, не входит в компетенцию Церкви. Научная и историческая ответственность за принятые в ходе следствия и изучения выводы относительно «екатеринбургских останков» полностью ложится на Республиканский центр судебно-медицинских исследований и Генеральную прокуратуру Российской Федерации.
3. Решение Государственной Комиссии об идентификации найденных под Екатеринбургом останков как принадлежащих Семье Императора Николая II вызвало серьезные сомнения и даже противостояния в Церкви и обществе».
Поскольку с тех пор, насколько известно, не было новых результатов научных изысканий в этой области, захороненные 17 июля 1998 года в Санкт-Петербурге «екатеринбургские останки» на сегодняшний день не могут быть признаны нами принадлежащими Царской Семье.
Почитание Царской Семьи, начатое уже Святейшим Патриархом Тихоном в заупокойной молитве и слове на панихиде в Казанском Соборе в Москве по убиенному Императору через три дня после Екатеринбургского убийства, продолжалось — несмотря на господствовавшую идеологию — на протяжении нескольких десятилетий советского периода нашей истории. Священнослужители и миряне возносили к Богу молитвы о упокоении убиенных страдальцев, членах Царской Семьи. В домах в красном углу можно было видеть фотографии Царской Семьи, а в последнее время стали широко распространяться и иконы с изображением Царственных мучеников. Сейчас такие иконы встречаются в некоторых обителях и храмах ряда епархий Русской Православной Церкви. Составляются обращенные к ним молитвословия и различные музыкальные и кинематографические, литературные произведения, отражающие страдание и мученический подвиг Царской Семьи. Повсеместно и все чаще совершаются по ней заупокойные панихиды. Все это свидетельствует о возрастающем почитании убиенной Царской Семьи по всей России.
Комиссия в своем подходе к этой теме стремилась, чтобы прославление Царственных мучеников было свободно от всякой политической и иной коньюктурности. В связи с этим представляется необходимым подчеркнуть, что канонизация Монарха никоим образом не связана с монархической идеологией и, тем более, не обозначает «канонизации» монархической формы правления, к которой можно, конечно, относиться по-разному. Деятельность главы государства невозможно изъять из политического контекста, но это не значит, что Церковь, совершая канонизацию Царя или князя, что она делала и в прошлом, руководствуется политическими или идеологическими соображениями. Как имевшие место в прошлом акты канонизации монархов не носили политического характера, как бы ни трактовали эти события пристрастные недруги Церкви в своих тенденциозных оценках, так и предстоящее прославление Царственных мучеников не будет и не должно иметь политического характера, ибо, прославляя святого, Церковь не преследует политических целей, которых у нее собственно и нет по природе вещей, но свидетельствует перед уже чтущим праведника народом Божиим, что канонизуемый ею подвижник действительно угодил Богу и предстательствует за нас пред Престолом Божиим, независимо от того, какое положение он занимал в своей земной жизни: был ли из малых сих, как святой праведный Иоанн Русский, или из сильных мира сего как святой Император Юстиниан.
За многими страданиями, перенесенными Царской Семьей за последние 17 месяцев жизни, которая закончилась расстрелом в подвале Екатеринбургского Ипатьевского дома в ночь на 17 июля 1918 года, мы видим людей, искренне стремившихся воплотить в своей жизни заповеди Евангелия. В страданиях, перенесенных Царской Семьей в заточении с кротостью, терпением и смирением, в их мученической кончине был явлен побеждающий зло свет Христовой веры, подобно тому, как он воссиял в жизни и смерти миллионов православных христиан, претерпевших гонение за Христа в ХХ веке.
Именно в осмыслении этого подвига Царской Семьи Комиссия в полном единомыслии и с одобрения Священного Синода находит возможным прославить в Соборе новомучеников и исповедников Российских в лике страстотерпцев Императора Николая II, Императрицу Александру, Царевича Алексия, Великих Княжен Ольгу, Татьяну, Марию и Анастасию.

ВОПРОС о канонизации императора выносится на Архиерейский Собор. Судя по тому настроению, которое в последние месяцы наблюдалось в Синодальной комиссии по канонизации, это вопрос решенный.

Напомню, что глава Синодальной комиссии митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий в октябре 1996 года, перед прошлым Собором, заявлял, что комиссия не видит достаточных оснований для канонизации Николая II. И уже перед прошлым Собором этот вопрос стоял очень остро — канонизации последнего императора требовала, может быть, и не многочисленная, но очень громкая часть церковного народа.

Эта часть церковной общественности начала свой путь еще в советское время, ориентируясь на литературу и идеологию Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). А РПЦЗ канонизировала Николая II еще в 1981 году и вообще, как известно, остается верной идеалам монархии. Конечно, сегодня к этим ветеранам присоединилось много церковной молодежи.

В первой половине 1990 гг. лидирующая в сегодняшней Церкви группа епископата была единодушна в том, что сугубо церковные, канонические основания для канонизации Николая II очень уязвимы. Наиболее остро эту аргументацию озвучивал профессор Московской духовной академии и семинарии Алексей Осипов. Вопрос вообще был включен в синодальную повестку только потому, что в начале 90-х годов Московская Патриархия хотела показать, что некоторые нестыковки, которые мешают РПЦЗ воссоединиться с Московским Патриархатом, могут быть устранены. К середине 90-х стало ясно, что, даже если МП и пройдет свою часть пути до конца, РПЦЗ во главе с митрополитом Виталием все равно не пойдет под омофор Московского Патриарха. Поэтому Синодальная комиссия и оставила этот вопрос на рассмотрение Поместного Собора, который предположительно планировался на 2000 год.

Но случилось так, что те священники и приходы Московского Патриархата, которые по своему духу, собственно говоря, являются «зарубежниками», развернули массированную кампанию. Началось буквально «продавливание» церковного прославления последнего русского императора. Ведь, когда Собор 1997 года отказался канонизировать Николая II, митрополит Ювеналий, чтобы избежать вязкой дискуссии, указал на абсолютно церковную причину — нет чудотворений. А почитание святых на Руси непременно связано с фактами чудотворений.

Было понятно, что остальные обстоятельства жизни и судьбы Николая II могут агрессивно оспариваться сторонниками канонизации.

Я имею в виду отречение от престола, поддержание при дворе сомнительной в религиозном смысле атмосферы (Распутин, удаление от двора активных иерархов, отказ в проведении Поместного Собора и восстановлении патриаршества).

И вот после Архиерейского Собора 1997 года возникла прямо целая «индустрия» чудотворения вокруг Николая II. Иконы начали плакать, больные исцеляться. Конечно, это давало основание говорить, что перед нами редкий, если не единственный случай в истории Церкви, когда часть паствы не просто поклоняется известному подвижнику или мученику как святому — что может продолжаться сотни лет без всяких соборных решений, — а именно в очень резкой форме требует от епископата канонизации.

Дело в том, что девять из десяти ярых сторонников канонизации — это люди, которые убеждены, что Николая II «ритуально убили жиды в рамках мирового заговора».

Поскольку в Откровении св. Иоанна Богослова сказано, что Антихриста увидят все одновременно, они считают, что развитие средств связи в рамках глобализации происходит, а точнее говоря, задумано, именно для этой цели.

Они твердо убеждены, что в своем историческом бытии задача у Церкви одна — находиться в глухой круговой обороне по отношению ко всем явлениям современности, ибо они суть явные признаки последних времен.

Это, так сказать, носители «катакомбного» сознания.

Понятно, что существует масса крещеных и глубоко воцерковленных мирян, которые думают иначе. Не берусь судить обо всей церковной полноте, но в любом случае ясно, что в эсхатологическом отчаянии, похожем на маразм, пребывают не все и даже далеко не большинство архиереев, священников и мирян.

Суть в том, что за вопросом о канонизации скрыто намерение одной части верующих навязать определенный образ Церкви всей полноте, всему православию. В общем, можно закрыть на все это глаза и сказать себе, что святых — много. Каждый православный волен выбирать, на кого молиться.

Но в глубине тут явно скрыт экклезиологический смысл, поскольку канонизация Николая II под давлением «катакомбников» — это выбор определенной перспективы понимания бытия Церкви в мире.

И дело вовсе не в каком-то политическом аспекте. Не в том, что, канонизируя Николая II, Церковь подчеркивает свой политический идеал монархии. Церковь — всегда консервативна. Но это не значит, что она — архаична!

Канонизация Николая II — это гигантский жест в сторону «архаики», т.е. глухого, мифологизированного, алармистского отношения к миру. Этот жест работает только на тех, кто видит церковную ограду как высокий железобетонный забор, за которым должны укрыться осажденные, постоянно повторяющие только одно: «Не мир принес Я, но меч».

Такое мировоззрение, разумеется, всегда будет существовать в какой-то части крещеного мира. Другое дело, что теперь на улице этого малого стада наступает большой праздник, лидирующая группа русского епископата решила пойти на компромисс и канонизировать Николая II. Напомню, что в православии исторически сложились разные «статусы» святости. Николая решено канонизировать не как праведника — для этого нет и не будет оснований, но как мученика за веру или, выражаясь более осторожно, страстотерпца, то есть христианина, со смирением принявшего смерть и отказавшегося вследствие религиозных убеждений сопротивляться убийцам.

Этот компромисс очень худой. Советская власть расстреляла немало священников и епископов только за то, что они принадлежали к духовному званию. Таким образом, они буквально приняли мученическую смерть за веру, за нежелание отказываться от исполнения своего пастырского долга, даже уже находясь в лагерях.

Для большинства современных русских, в том числе и православных, несомненно, что Николай II был расстрелян по чисто политическим соображениям и пострадал как политический деятель или, например, как военный вождь. Сам Николай II, несомненно, рассматривал свою возможную казнь или, напротив, спасение, которые он целиком отдал в руки Господни, как событие в сакральной драме русской истории. Но те, кто его расстреливал, вовсе не считали «гражданина Романова» Помазанником Божиим и в его смерти не видели никакого мистического события.

Надо с прискорбием признать, что мученичество Николая II приобретает абсолютный смысл, если он убит, так сказать, «конфессионально», т.е. евреями, которые ведут мистериальную схватку против Христа как лжемессии и православного императора как вождя всего подлинного христианского мира.

Конечно, митрополиты Кирилл и Ювеналий будут указывать на то, что императора убили атеисты-богоборцы, носители «ассимилированного» сознания, т.е. в терминологии митрополита Кирилла — безнационального, секулярного сознания, утратившего всякие корни и положение в мире священного. Но в таком случае можно и следует канонизировать и Колчака, и Краснова, и еще тысячи и тысячи тех православных генералов, рядовых, крестьян, фабричных рабочих, казненных атеистами, которых действительно можно трактовать как «богоборцев».

Нет сомнения, что в признанном Церковным Собором мученичестве Николая II наши «истинно-православные» вычитают именно то, что им нужно.

И вот главный вопрос: почему наши просвещенные иерархи, прекрасно понимающие, что православное мировоззрение гораздо глубже, сложнее архаического «оборончества», платят такую огромную дань конкретной идеологической группе, давая ей шанс почувствовать себя подлинным духовным ядром современного православия?

Мне видится только один вариант ответа.

Канонизация Николая II будет неоспоримым свидетельством того, что та группа иерархов, на плечи которых выпала задача вывести Церковь из советской эпохи, утратила ясное видение будущего. В первой половине 90-х те, кто сегодня составляет Священный Синод и возглавляет синодальные структуры, действовали с более или менее ясным представлением о своих целях. Впрочем, в то время и светской власти было проще в смысле стратегии, поскольку все, как тогда казалось, приобретало разумный смысл под лозунгом «Вперед, от коммунизма!».

Теперь, к несчастью, энергия этой группы епископата утрачена, сказывается усталость от напряженного десятилетия. Следующее за ней поколение епископата дезинтегрировано. Деятельные, одаренные иерархи следующего поколения не составляют никакой группы с общим видением будущего Церкви.

Вот ввиду усталости, утраты стратегии, только ради того, чтобы сохранить и сдать на руки следующему поколению епископата пусть и крайне архаичное, но все же глубоко воцерковленное ядро РПЦ, Патриархия идет на канонизацию императора, не имея никаких новых серьезных канонических аргументов, если сравнивать с октябрем 1996 года, когда их не было вовсе.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *