Карамзин о государстве

>Доклад: История государства Российского

Доклад: История государства Российского

Николай Михайлович
Карамзин
1766 – 1826 гг.
Доклад
«ИСТОРИЯ
ГОСУДАРСТВА
РОССИЙСКОГО»
Подболотов Александр
9 «А»
«История государства Российского» Н. М. Карамзина – последний и наиболее
значительный в его творчестве труд. Этот выдающийся памятник русской
культуры представляет собой уникальный сплав исторической и
общественно-политической мысли, литературных и языковых исканий конца
XVІІІ — первой четверти XІX века. «История государства Российского» –
крупнейшее для своего времени достижение русской и мировой исторической
науки, первое монографическое описание русской истории с древнейших
времен по начало XVІІ в., опирающееся на огромный круг исторических
источников. Фундаментальный труд Карамзина вызвал бурные и плодотворные
для развития историографии дискуссии. В спорах с его концепцией,
взглядами на исторический процесс и события прошлого возникали иные идеи
обобщающие исторические исследования – «История русского народа» Н. А.
Полевого, «История России с древнейших времен» С. М. Соловьева и другие.
Утрачивая с годами в значительной степени собственно научное значение,
«История государства Российского» Карамзина и сегодня сохраняет свою
общекультурную и историографическую ценность. С нее начиналось
приобщение к отечественной старине нескольких поколений русских
читателей, из нее черпали сюжеты многие писатели, драматурги, художники
и музыканты. Поэтому труд Карамзина входит в корпус тех классических
текстов, без знания которых не может быть полноценно понята история
русской культуры и исторической науки. Феномен «Истории государства
Российского» объясняется тем, что она явилась синтезом творческой
деятельности выдающегося писателя и проницательного историка.
Карамзин-художник, преодолевая неизбежную ограниченность своей исходной
исторической концепции, обеспечил своему труду долгую жизнь и
признательное внимание потомков.
В наши дни труд Карамзина воспринимается, прежде всего, как выдающееся
произведение русской классической литературы, как образец исторической
прозы. Такая оценка сочинению Карамзина была дана еще А. С. Пушкиным,
развившим традиции «Истории государства Российского» в своих
исторических и литературных сочинениях. Тем не менее, работа Карамзина
отнюдь не полностью вытеснена и из современного научного обихода.
Мнения, выводы, оценки источников, фактические данные «Истории
государства Российского» чаще всего уточняются, оспариваются, но не
игнорируются. Особо значимы те части труда, которые основаны на
утраченных в московском пожаре 1812 г. источниках.
Пришло время, и наша отечественная наука, отечественная культура вновь
обратились к «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина.
Потребность в этом обращении назревала в обществе постепенно. Годы
величайших революционных перемен в нашем Отечестве, острейших классовых
схваток, годы тяжелейших военных испытаний, идеологических битв и
борений человеческих честолюбий, за которыми стояли приведенные в
грозное и неодолимое движение народные силы, годы общественных

потрясений, миллионы человеческих драм, в ходе которых рушились былые
ценности, в том числе и ценности культуры, казалось, навечно отодвинули
в общественное небытие «Историю государства Российского» Карамзина, как
рудимент старой дворянской культуры, как памятник ветхозаветной старины
и наивных представлений интеллигента начала XІX в. о мире истории. А
если и вспоминали его творение, то зачастую со снисходительной усмешкой,
ироническими замечаниями в адрес все той же карамзинской архаики.
Но в последнее время, с середины 80-х годов, когда в обществе наступил
период переосмысления исторического пути истекших послереволюционных
десятилетий, период небывалого общественного отрезвления, разрушения
многолетних давящих идеологических стереотипов, хлынул поток новых идей,
озарений, открытий, возврата к жизни многих былых творений человеческого
духа, от которых долгие годы было отлучено наше Отечество; хлынул поток
и новых надежд, новых иллюзий, смысл которых еще предстоит постигнуть
нашему и грядущим поколениям. Вместе с этими переменами к нам вновь
вернулся Н. М. Карамзин со своей бессмертной «Историей государства
Российского».

Н.М. Карамзин «История государства Российского».

  • •Предисловие
  • •Тема 1. Культурология как система знаний. Культура как объект культурологии
  • •1. Формирование и становление культурологии, как системы знаний о культуре. Идеи в. Гегеля, о Шпенглера, н. Бердяева, з. Фрейда, э. Тайлора
  • •2. Понятия: культура, субкультура, контркультура – диалектика взаимоотношений
  • •Соотношение между культурой и контркультурой
  • •Культура
  • •4. Основные формы духовной культуры: миф, религия, нравственность, искусство, философия, наука
  • •5. Типы культуры, её функции и закономерности развития
  • •6. Типы культурных изменений
  • •Вопросы контроля знаний
  • •План семинарского занятия к теме
  • •Тренировочные задания
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 2. Исторические типы культуры
  • •2. Теории локальных цивилизаций.
  • •План семинарского занятия
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 3. Доосевая и осевая культура локальных цивилизаций
  • •1. Архаическая культура
  • •2. Доосевая и осевая культура древних локальных цивилизаций
  • •3. Культура Востока и Запада
  • •Вопросы для контроля знаний
  • •План семинарского занятия
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 4. Античность как тип культуры
  • •1. Античность – как особый период в развитии Греции и Рима
  • •2. Главные виды античного творчества и культуры.
  • •3. Правовая культура Древнего Рима.
  • •Вопросы для контроля знаний.
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 5. Культура западной европы в эпоху средневековья
  • •1. Средневековая культура и её основные черты и характеристики
  • •2. Христианство как доминанта средневековой культуры
  • •Основные черты христианства
  • •3. Основные противоречия и значение средневековой культуры в развитии Западной Европы
  • •План семинарского занятия
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 6. Культура эпохи возрождения и просвещения
  • •Возрождение и Просвещение как историческая эпоха. Основные течения культуры.
  • •Литература итальянского Возрождения, ведущие поэты и их произведения.
  • •Наука эпохи Возрождения и Просвещения, открытия и ученые.
  • •Архитектура и живопись эпохи Возрождения и Просвещения.
  • •План семинарского занятия
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 7. Основные доминанты культуры нового времени. Модернизм. Постмодернизм
  • •Основные доминанты культуры Нового времени.
  • •Развитие философского учения о методах познания, законах естествознания, развития общества.
  • •Бекон разработал учение о методе познания, состоящего из 2 ступеней:
  • •Чувственные знания и опыт, лежащие в основе других ступеней познания. На этой ступени набираются факты.
  • •Во все сферы жизни проникают конкуренция, демократия, общественное мнение.
  • •Основные течения модернизма и их сущность.
  • •Новейшее время: содержание, тенденции, постмодернизм.
  • •План семинарского занятия.
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 8. Культура восточных славян
  • •1. Общие исторические сведения о восточных славянах, их обычаях и нравах
  • •2. Язычество как религия и образ мышления восточных славян. Христианство на Руси. Религиозный синкретизм
  • •3. Письменность на Руси, распространение книги. Устное народное творчество
  • •4. Ремесло восточных славян. Архитектура
  • •5. Особенности становления российской цивилизации и культуры
  • •Вопросы для самопроверки
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 9. Культура московской руси. Иконопись. Монастыри.
  • •1. Особенности культуры Руси XIII века
  • •2. Иконопись как особый вид искусства
  • •3. Монастыри Руси и монашество
  • •Вопросы для самопроверки
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 10. Русская культура XVII века.
  • •Особенности XVII века в истории русской культуры.
  • •2. Литература, образование, церковный раскол.
  • •Вопросы для самоконтроля
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 11. Культура петровского времени
  • •Особенности культуры России начала XVIII века
  • •2. Преобразования в области культуры Петра I. Образование.
  • •Кунсткамера
  • •Военно-музейное дело
  • •Ассамблеи
  • •Художники и картинные галереи
  • •Архитектура
  • •Летний сад, военный музей
  • •Медальерное искусство
  • •Темы для рефератов и сообщений.
  • •Вопросы для самопроверки
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 12. Культура россии XVIII века
  • •Создание Академии художеств и Эрмитажа
  • •2. Просвещение в России XVIII века
  • •3. Книгоиздательство в России
  • •4. Театр в жизни России XVIII века.
  • •5. Русская культура во второй половине XVIII века
  • •Вопросы для семинарского занятия
  • •Вопросы для рефератов
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 13. Культура россии XIX века
  • •»Золотой век» русской культуры. Поэзия и проза.
  • •А. Дельвиг писал:
  • •2. Музыка России – мировая симфония
  • •3. Театр в XIX веке.
  • •4. Искусство и живопись России XIX века
  • •5. Видные русские историки и их труды.
  • •С.М. Соловьев «История государства Российского»
  • •Н.М. Карамзин «История государства Российского».
  • •В.О. Ключевский и его исторические лекции.
  • •Н.И. Костомаров и его исторические изыскания
  • •Диалектика взглядов русских историков на прошлое и настоящее России.
  • •Русские историки и культура.
  • •6. Меценаты России в развитии культуры
  • •Павел Михайлович Третьяков – первый Почетный гражданин Москвы.
  • •Собирательная театральная деятельность Алексея Александровича Бахрушина
  • •С.И. Мамонтов как государственный деятель и меценат.
  • •Семейство Щукиных как представители русского купечества и меценатства.
  • •С.Т. Морозов в политике и театре.
  • •Братья Рябушинские — предприниматели на Родине и в эмиграции
  • •Вопросы для семинарского занятия
  • •Список обязательной литературы
  • •Дополнительная литература
  • •14. Культура и революция
  • •1. Сущность революции, цель, средства, отношение к культуре.
  • •2. Декреты советской власти по вопросам культуры.
  • •3. Культурная революция, ее цель, пути решения, итоги. Пролеткульт
  • •4. Реформирование системы образования в первые годы Советской власти.
  • •5. Неоднозначность отношений к революции и дифференциация среди художественной интеллигенции.
  • •Вопросы для семинарского занятия.
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •15. Культура в период великой отечественной войны.
  • •1. Великая Отечественная война – проверка советского общества на прочность. Причины Победы.
  • •2. Культура военного времени как идеологический фронт.
  • •Эрмитаж в Великую Отечественную войну
  • •Школа, вузы и наука в годы войны.
  • •Вопросы к семинарскому занятию
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Тема 16: культура россии второй половины XX – начала XXI веков.
  • •Содержание понятий «оттепель», «диссидентство», «либеральная демократия».
  • •Наука и образование в обществе в 60 – 90 годы, направления и итоги.
  • •3.Основные характеристики культуры времени перестройки.
  • •Вопросы для семинарского занятия
  • •Список обязательной литературы
  • •Список дополнительной литературы
  • •Краткий словарь понятий и терминов по культурологи
  • •Краткий словарь понятий и терминов по истории русской культуры

Н. М. Карамзин «Предания веков»

  1. Макагоненко Г. П. Древняя Россия открытая Карамзиным (статья), стр. 5-28
      Том 1

      1. Предисловие ( К «Истории государства Российского) (эссе), стр. 31-39
      2. Из главы 2. О славянах и других народах составивших Российское государство (произведение (прочее)), стр. 40-45
      3. Из главы 3. О физическом и нравственном характере древних славян (произведение (прочее)), стр. 45-64
      4. Глава 4. Рюрик Синеус и Трувор (произведение (прочее)), стр. 64-69
      5. Глава 5. Олег правитель (произведение (прочее)), стр. 70-81
      6. Из главы 6. Князь Игорь (произведение (прочее)), стр. 81-85
      7. Из главы 7. Князь Святослав (произведение (прочее)), стр. 85-96
      8. Из главы 8. Великий князь Ярополк (произведение (прочее)), стр. 96-98
      9. Глава 9. Великий князь Владимир, в крещении Василий 980-1014 (произведение (прочее)), стр. 98-115

      Том 2

      1. Из главы 1. Великий князь Святополк (произведение (прочее)), стр. 125-129
      2. Из главы 2. Великий князь Ярослав или Георгий (произведение (прочее)), стр. 129-136
      3. Глава 3. Правда Русская или законы Ярославны (произведение (прочее)), стр.136-147
      4. Из главы 4. Великий князь Изяслав, названный в крещении Дмитрием (произведение (прочее)), стр. 147-154
      5. Из главы 5. Великий князь Всеволод (произведение (прочее)), стр. 155-157
      6. Из главы 6. Великий князь Святослав – Михаил (произведение (прочее)), стр. 157-170
      7. Из главы 7. Владимир Мономах, названный в крещении Василием (произведение (прочее)), стр. 170-178
      8. Из главы 8. Великий князь Мстислав (произведение (прочее)), стр. 178-179
      9. Из главы 11. Великий князь Игорь Ольгович (произведение (прочее)), стр. 180-182
      10. Из главы 12. Великий князь Изяслав Мстиславич (произведение (прочее)), стр. 182-201
      11. Глава 13. Великий князь Ростислав Михаил- Мстиславич (произведение (прочее)), стр. 202-203
      12. Из главы 14. Великий князь Георгий, или Юрий Владимирович, прозванием Долгорукий (произведение (прочее)), стр.204-206
      13. Из главы 15. Великий князь Изяслав Давидович Киевский. Князь Андрей Суздальский, прозванный Боголюбским (произведение (прочее)), стр. 206-209
      14. Из главы 16. Великий князь Ростислав Михаил вторично в Киеве. Андрей в Владимире Суздальком (произведение (прочее)), стр. 210-2016
      15. Глава 17. Великий князь Мстислав Изяславич Киевский. Андрей Суздальский лил Владимирский (произведение (прочее)), стр. 216-220

      Том 3

      1. Из главы 1. Великий князь Андрей (произведение (прочее)), стр. 221-227
      2. Из главы 2. Великий князь Мизаил II (произведение (прочее)), стр. 227-229
      3. Из главы 3. Великий князь Всеволод III Георгиевич (произведение (прочее)), стр. 230-239
      4. Глава 6. Состояние России с XI до XIII века (произведение (прочее)), стр. 239-254
      5. Из главы 8. Великий князь Геогий Всеволодович (произведение (прочее)), стр. 255-273

      Том 4

      1. Из главы 1. Великий князь Ярослав II (произведение (прочее)), стр. 274-287
      2. Из главы 2. Великие князья Святослав Всеволодович, Андрей Ярославович и Александр Невский (один после другого) (произведение (прочее)), стр. 287-293
      3. Из главы 6. Великий князь Андрей Александрович (произведение (прочее)), стр. 293-296
      4. Из главы 7. Великий князь Михаил Ярославович (произведение (прочее)), стр. 297-306
      5. Из главы 8. Великие князья Георгий Данилович, Дмитрий и Александр Михайлович (один после другого) (произведение (прочее)), стр. 306-312
      6. Из главы 9. Великий князь Иоанн Данилович, прозванием Калита (произведение (прочее)), стр. 312-322
      7. Из главы 10. Великий князь Симеон Иоаннович, прозванием Гордый (произведение (прочее)), стр. 322-330
      8. Из главы 11. Великий князь Иоанн II Иоаннович (произведение (прочее)), стр. 331-335
      9. Из главы 12. Великий князь Дмитрий Константинович (произведение (прочее)), стр. 336-338

      Том 5

      1. Из главы 1. Великий князь Дмитрий Иоаннович, прозванием Донской (произведение (прочее)), стр. 339-374
      2. Из главы 2. Великий князь Василий Дмитриевич (произведение (прочее)), стр. 374-387
      3. Из главы 3. Великий князь Василий Васильевич Темный (произведение (прочее)), стр. 388-421
      4. Глава 4. Состояние России от нашествия татар до Иоанна III (произведение (прочее)), стр. 421-442

      Том 6

      1. Из главы 1. Государь, державный Великий князь Иоанн III Васильевич (произведение (прочее)), стр. 443-455
      2. Из главы 2. Продолжение государствования Иоаннова (произведение (прочее)), стр. 455-462
      3. Из главы 3. Продолжение государствования Иоаннова (произведение (прочее)), стр. 462-477
      4. Из главы 4. Продолжение государствования Иоаннова (произведение (прочее)), стр. 477-481
      5. Из главы 5. Продолжение государствования Иоаннова (произведение (прочее)), стр. 481-484
      6. Из главы 6. Продолжение государствования Иоаннова (произведение (прочее)), стр. 484-488
      7. Из главы 7. Продолжение государствования Иоаннова (произведение (прочее)), стр. 489-502

      Том 7

      1. Из главы 1. Государь Великий князь Василий Иоаннович (произведение (прочее)), стр. 503-513
      2. Из главы 2. Продолжение государствования Василиева (произведение (прочее)), стр. 513-516
      3. Из главы 3. Продолжение государствования Василиева (произведение (прочее)), стр. 516-532
      4. Из главы 4. Состояние России от 1463 до 1533 года (произведение (прочее)), стр. 532-546

      Том 8

      1. Из главы 1. Великий князь и царь Иоанн IV Васильевич II (произведение (прочее)), стр.547-553
      2. Из главы 2. Продолжение государствования Иоанна IV (произведение (прочее)), стр. 553-562

      Том 9

      1. Из главы 1. Продолжение царствования Иоанна Грозного (произведение (прочее)), стр. 563-572
      2. Из главы 2. Продолжение царствования Иоанна Грозного (произведение (прочее)), стр. 573-586
      3. Из главы 3. Продолжение царствования Иоанна Грозного (произведение (прочее)), стр. 586-609
      4. Из главы 4. Продолжение царствования Иоанна Грозного (произведение (прочее)), стр. 609-615
      5. Из главы 5. Продолжение царствования Иоанна Грозного (произведение (прочее)), стр. 616-619
      6. Из главы 6. Первое завоевание Сибири (произведение (прочее)), стр. 620-636
      7. Из главы 7. Продолжение царствования Иоанна Грозного (произведение (прочее)), стр. 636-646

      Том 10

      1. Из главы 1. Царствование Феодора Иоанновича (произведение (прочее)), стр. 647-655
      2. Из главы 2. Продолжение Феодорова царствования (произведение (прочее)), стр. 655-669
      3. Из главы 3. Продолжение Феодорова царствования (произведение (прочее)), стр. 670-684

      Том 11

      1. Из главы 1. Царствование Бориса Годунова (произведение (прочее)), стр. 685-695
      2. Глава 2. Продолжение царствования Борисова (произведение (прочее)), стр. 695-739
      3. Комментарии, стр. 740-763

«Предания веков» Н.М. Карамзина

Собственно, «Предания веков» — это избранные главы из «Истории государства Российского».
Но даже при этом я читала «Предания» больше трёх месяцев.
Потому что читать это надо с чувством, с толком и обязательно под настроение.
И тогда вы будете вознаграждены с лихвой, потому что это не просто набор исторических фактов, это по сути литературное произведение, где автор не только анализирует различные источники, но и высказывает своё мнение, толкует многие вещи с неожиданной точки зрения, по-своему расставляет акценты.
Кстати, в историческом плане особая ценность работы Карамзина, которой он посвятил почти 20 лет своей жизни, заключается в том, что он очень активно использовал (и цитировал!) многие источники, которые впоследствии были безвозвратно утеряны при пожаре 1812 года.
Пушкин писал, что Карамзин «нашёл Россию, как Колумб открыл Америку».
Вот также и я, словно заново, страница за страницей, открывала для себя историю своей страны. Честно признаться, многие вещи я узнавала для себя впервые.
Например то, что узбеки — те же татаро-многолы, просто был в Орде особо почитаемый хан Узбек, и его самые горячие поклонники и последователи тоже стали называть себя — узбеки.
Вообще Карамзин монголо-татрское завоевание расценивает как период, не только горький и разрушивший древний устои, но и породивший многие тяжкие явления, с которыми безуспешно борются и по сей день. Так он объясняет появление казнокрадства и всеобщего воровства: «так называемые послы ординские..делали, что хотели; самые бродяги могольские обходились с нами, как со слугами презрительными. Что долженствовало быть следствием? нравственное унижение людей. Забыв былую гордость народную, мы выучились низким хитростям рабства, заменяющим силу в слабых; обманывая татар, ещё более обманывали друг друга и казну: откупаясь деньгами от жестокости и насилия варваров, стали гораздо корыстолюбивее и гораздо бесчувственнее к обидам, к стыду, подверженные наглостям иноплеменных тиранов…отечество наше походило более на тёмный лес, чем на государство: сила казалось правом, кто мог — грабил, не только чужие, но и свои, не было безопасности ни в пути, ни дома, татьба (воровство) сделалась всеобщей язвою общества.»
Но автор считал, что были особенности, которые всё-таки как-то сохранили самобытность России. Во-первых, из-за сурового климата татары сами селиться здесь не хотели, властвовали «издали». Во-вторых, совершенно особую роль (впрочем, как и всегда) сыграло православие. по разным причинам «ханы под смертною казнию запрещали грабить и тревожить монастыри», поэтому «церковь вообще не изменялась в своём главном, первобытном характере, смягчая жестокие нравы, умеряя неистовые страсти, проповедуя христианские добродетели. Милости ханские не смогли ни задобрить, ни усыпить её пастырей. Следствием было то, что россияне вышли из-под ига более с европейским, чем с азиатским характером».
Вообще цитировать тут можно бесконечно, я рекомендую почитать буквально каждому, но только под настроение. Все восемь томов Истории не каждый найдёт время осилить.
Передать сияние всех граней этого бриллианта невозможно в одном посте, поэтому просто прочитайте сами.
«Россия, угнетённая, подавленная всякими бедствиями, уцелела и восстала в новом величии так, что мировая история едва ли представляет нам два примера в сём роде. Верю провидению, можем ласкать себя мыслию, что оно назначило России быть долговечною».

История государства Российского

История государства Российского


Титульный лист второго издания. 1818 год

Автор

Н. М. Карамзин

Жанр

история России

Язык оригинала

русский

Оригинал издан

1818—1829

Текст в Викитеке

Эта статья — о книге Н. М. Карамзина. Об истории России см. История России. О документальном телесериале см. История государства Российского (фильм).

«История государства Российского» (рус. дореф. Исторія государства Россійскаго) — многотомное сочинение Н. М. Карамзина, описывающее российскую историю, начиная с древнейших времён до правления Ивана Грозного и Смутного времени. Традиция подобного рода сочинений восходит к древнерусским летописям, и в этом отношении труд Н. М. Карамзина не может претендовать на первенство. Однако благодаря своим высоким литературным достоинствам в сочетании с научным педантизмом эта книга оказалась чрезвычайно востребованной широкой образованной публикой и, как следствие, способствовало становлению национального самосознания.

Карамзин писал свою «Историю…» до конца жизни, но не успел её закончить. Текст рукописи XII тома обрывается на главе «Междоцарствие 1611—1612». В то же время, автор воплотил свой замысел почти полностью, поскольку намеревался довести изложение до начала правления дома Романовых в 1613 году.

Работа над «Историей»

Один из самых популярных писателей своего времени, прозванный «русским Стерном», Карамзин в 1804 году удалился от общества в усадьбу Остафьево, где всецело посвятил себя написанию произведения, которое должно было открыть национальную историю для русского общества, которое прошлое Древнего Рима и Франции представляло гораздо лучше, чем собственное. Его начинание поддержал сам император Александр I, указом от 31 октября 1803 года даровавший ему официальное звание российского историографа.

Первое издание «Истории Государства Российского» (8 томов) Николая Михайловича Карамзина (1766—1826), которое финансировал сам Александр I, печаталось одновременно в нескольких типографиях в течение 1816—1817 годов. В продажу все 8 томов поступили одновременно, 1 февраля 1818 года. Огромный для того времени трёхтысячный тираж разошёлся быстрее, чем за месяц, и потребовалось второе издание, которое было осуществлено в 1818—1819 годах И. В. Слёниным. В 1821 году был издан новый, девятый том, а в 1824 году следующие два. За время работы в тиши архивов в мировоззрении Карамзина произошёл капитальный сдвиг в сторону консерватизма:

Сохраняя культ добродетели и чувства, он проникся патриотизмом и культом государства. Он пришёл к выводу, что дабы быть успешно действующим, государство должно быть сильным, монархическим и самодержавным. Новые его взгляды выразились в записке «О древней и новой России», поданной в 1811 г. сестре Александра.

— Д. Мирский

Автор не успел закончить двенадцатый том своего труда, который увидел свет спустя почти три года после его смерти. По черновикам Карамзина двенадцатый том подготовили К. С. Сербинович и Д. Н. Блудов. В начале 1829 года Блудов издал этот последний том. Позднее в этом же году вышло второе издание всего двенадцатитомника.

Исторические факты автор собирал из древних летописей, многие из которых были им введены в научный оборот впервые. К примеру, именно Карамзиным была найдена и названа Ипатьевская летопись. Многочисленные детали и подробности, чтобы не загромождать ими связный текст рассказа, Карамзин вынес в особый том примечаний. Именно эти примечания имели наибольшее научное значение. Достойно упоминания то, что попытка реставрации Троицкой летописи, уничтоженной пожаром 1812 года, значительно основывалась на примечаниях Карамзина.

В предисловии к своей книге Карамзин описывает важность истории вообще, её роль в жизни людей. Он говорит, что история России не менее захватывающая, важная и интересная, чем мировая. Далее приводит список источников, которые помогли ему воссоздать картину исторических событий.

В плане структуры и слога одним из чтимых образцов автор называет «Историю упадка и крушения Римской империи» Гиббона. Подобно тому, как Гиббон на примере всех описываемых событий иллюстрирует тезис о том, что упадок нравов неминуемо ведёт к краху государственности, Карамзин через весь труд проводит сокровенную мысль о благодетельности для России сильной самодержавной власти.

В первом томе Карамзин подробно описывает народы, обитавшие на территории современной России, в том числе истоки славян, их конфликт с варягами, отношение греков к племенам, населяющим территорию будущей Руси. Затем рассказывает о происхождении первых князей Руси, их правлении в русле норманской теории. В последующих томах автор подробно описывает все важные события российской истории вплоть до 1612 года.

В своем труде он выступал больше как писатель, чем историк — описывая исторические факты, он заботился о создании нового благородного языка для ведения исторического повествования. Например, описывая первые века Руси, Карамзин говорил:

Великие народы, подобно великим мужам, имеют своё младенчество и не должны его стыдиться: отечество наше, слабое, разделенное на малые области до 862 года, по летосчислению Нестора, обязано величием своим счастливому введению Монархической власти.

В традиции классицизма автор нередко завершает повествование о том или ином историческом эпизоде моралистической сентенцией или эмоциональным отступлением. Карамзин одним из первых русских писателей начал использовать букву «ё», однако в знаменитой «Истории» он обошёлся стандартным написанием через «е». Слог «Истории» Д. С. Мирский описывает как «компромисс с литературными консерваторами, которые за то, что он написал „Историю“, простили Карамзину все прежние грехи»:

Монотонно закругленные ритмические каденции создают ощущение непрерывности, но не сложности истории. Современники любили этот стиль. Кое-кому из немногих критиков не нравились его высокопарность и сентиментальность, но в целом вся эпоха была им очарована и признала его величайшим достижением русской прозы.

— Д. Мирский

Значение

Памятник в подмосковной усадьбе Остафьево

Публикация первых томов «Истории» произвела ошеломляющее действие на современников. Пушкинское поколение читало его сочинение взахлёб, открывая для себя неведомые страницы прошлого. Запомнившиеся им сюжеты писатели и поэты развивали в художественные произведения. Например, Пушкин почерпнул в «Истории» материал для своей трагедии «Борис Годунов», которую и посвятил памяти историографа. Пушкин писал: «История Государства Российского есть не только произведение великого писателя, но и подвиг честного человека». Позднее Герцен оценил значение труда жизни Карамзина следующим образом:

Великое творение Карамзина, памятник, воздвигнутый им для потомства,— это двенадцать томов русской истории. Его история, над которой он добросовестно работал полжизни… весьма содействовала обращению умов к изучению отечества.

Возражения вызывали этатистская картина мира и вера автора в действенность самодержавия. Либерально настроенные современники сетовали, что в своём великом произведении Карамзин следил за развитием верховной власти, постепенно принявшей формы современного ему самодержавия, и пренебрёг историей самого русского народа. Известна пушкинская эпиграмма на Карамзина:

В его «Истории» изящность, простота
Доказывают нам без всякого пристрастья
Необходимость самовластья
И прелести кнута.

В пылу полемики журналист Н. А. Полевой даже взялся за написание «Истории русского народа», впрочем, успеха не имевшей. Именно нарисованная Карамзиным картина русской истории надолго стала канонической.

В советское время «История государства Российского» была сочтена реакционной и практически не издавалась. Первые перестроечные издания, в сокращениях и на журнальных страницах (например в журнале «Москва» в 1988-1989), вызвали неподдельный интерес советских читателей.

Телеверсия

Основная статья: История государства Российского (фильм)

Телеканал «ТВ Центр» выпустил многосерийный фильм с одноимённым названием. Каждая серия идёт примерно 4 минуты. Текст истории в нём во многом построен на основе сочинения Н. М. Карамзина, но есть и отличия. Текст читал Юрий Шевчук.

Примечания

  1. ИСТОРИОГРАФИЯ.: Н. М. Карамзин (1766—1826). Родился в Симбирской губернии (англ.). scicenter.online. Дата обращения 4 мая 2018.
  2. ФЭБ: Мирский. Карамзин. — 1992 (текст)
  3. Пушкин А. С. О народном воспитании // Собрание сочинений. В 10 томах. — М.: Художественная литература, 1976. — Т. 7. История Пугачева. Исторические статьи и материалы. Воспоминания и дневники. Прим. Ю. Г. Оксмана и Т. Г. Цявловской. — С. 311. — 500 000 экз.
  4. Герцен А. И. О развитии революционных идей в России: перевод. — Ч. III. Петр I (Архивная копия от 27 сентября 2013 на Wayback Machine) // Собрание сочинений: в 30 т. / АН СССР, Институт мировой литературы им. А. М. Горького — М.: Издательство АН СССР, 1954. — Т. 7. — С. 192.

Литература

  • Эйдельман Н. Я. Последний летописец. — М.: Книга, 1983. — 176 с. — 200 000 экз. (обл.)
  • Козлов В. П. «История государства Российского» Н. М. Карамзина в оценках современников / Отв. ред. д-р ист. наук В. И. Буганов. АН СССР. — М.: Наука, 1989. — 224 с. — (Страницы истории нашей Родины). — 30 000 экз. — ISBN 5-02-009482-X.
  • Полевой Н. А. Рецензия на «Историю государства Российского» Н. М. Карамзина // Сборник материалов по истории исторической науки в СССР (конец XVIII — первая треть XIX в.): Учеб. пособие для вузов / Сост. А. Е. Шикло; Под ред. И. Д. Ковальченко. — М.: Высшая школа, 1990. — С. 153—170. — 288 с. — 20 000 экз. — ISBN 5-06-001608-0. *в пер.)

Ссылки

В Викитеке есть полный текст:
«Истории государства Российского» Н. М. Карамзина

  • Карамзин Н. М. История государства Российского: в 12 томах. — СПб.: Тип. Н. Греча, 1816—1829.
  • Карамзин Н.М. История государства Российского: в 12 т. — СПб., 1816—1829. Том I—II. Иллюстрации Б. А. Чорикова из книги Живописный Карамзин или русская история в картинах, издаваемая Андреем Прево. СПб., 1836 г.
  • Карамзин Н. М. История государства Российского () : в 12 т.. — СПб., 1816—1829.
  • «История государства Российского» Н. М. Карамзина, включая посвящение «Государю Императору Александру Павловичу, самодержцу всея России».

Предисловие

Об источниках Российской истории до XVII века

Том I Глава I. О народах, издревле обитавших в России. о славянах вообще Глава II. О славянах и других народах, составивших государство Российское Глава III. О физическом и нравственном характере славян древних Глава IV. Рюрик, Синеус и Трувор. г. 862–879 Глава V. Олег правитель. г. 879–912 Глава VI. Князь Игорь. г. 912–945 Глава VII. Князь Святослав. г. 945–972 Глава VIII. Великий князь Ярополк. г. 972–980 Глава IX. Великий князь Владимир, названный в крещении Василием. г. 980–1014 Глава Х. О состоянии древней России Том II Глава I. Великий князь Святополк. г. 1015–1019 Глава II. Великий князь Ярослав или Георгий. г. 1019–1054 Глава III . Правда русская, или законы Ярославовы Глава IV. Великий князь Изяслав, названный в крещении Димитрием. г. 1054–1077 Глава V. Великий князь Всеволод. г. 1078–1093 Глава VI. Великий князь Святополк-Михаил. г. 1093–1112 Глава VII. Владимир Мономах, названный в крещении Василием. г. 1113–1125 Глава VIII. Великий князь Мстислав. г. 1125–1132 Глава IX. Великий князь Ярополк. г. 1132–1139 Глава Х. Великий князь Всеволод Ольгович. г. 1139–1146 Глава XI . Великий князь Игорь Ольгович Глава ХII. Великий князь Изяслав Мстиславич. г. 1146–1154 Глава ХIII. Великий князь Ростислав-Михаил Мстиславич. г. 1154–1155 Глава XIV . Великий князь Георгий, или Юрий владимирович, прозванием долгорукий. г. 1155–1157 Глава XV. Великий князь Изяслав Давидович Киевский. князь Андрей Суздальский, прозванный боголюбским. г. 1157–1159 Глава XVI. Великий князь Ростислав-Михаил вторично в Киеве. Андрей в Владимире Суздальском. г. 1159–1167 Глава XVII. Великий князь Мстислав Изяславич Киевский. Андрей Суздальский, или Владимирский. г. 1167–1169 Том III Глава I. Великий князь Андрей. г. 1169–1174 Глава II. Великий князь Михаил II . г. 1174–1176 Глава III. Великий князь Всеволод III Георгиевич. г. 1176–1212 Глава IV. Георгий, князь Владимирский. Константин Ростовский. г. 1212–1216 Глава V. Константин, великий князь Владимирский и Суздальский. г. 1216–1219 Глава VI. Великий князь Георгий II Всеволодович. г. 1219–1224 Глава VII . Состояние России с XI до XIII века Глава VIII. Великий князь Георгий Всеволодович. г. 1224–1238 Том IV Глава I. Великий князь Ярослав II Всеволодович. г. 1238–1247 Глава II. Великие князья Святослав Всеволодович, Андрей Ярославич и Александр Невский (один после другого). г. 1247–1263 Глава III. Великий князь Ярослав Ярославич. г. 1263–1272 Глава IV. Великий князь Василий Ярославич. г. 1272–1276. Глава V. Великий князь Димитрий Александрович. г. 1276–1294. Глава VI. Великий князь Андрей Александрович. г. 1294–1304. Глава VII. Великий князь Михаил Ярославич. г. 1304–1319 Глава VIII. Великие князья Георгий Даниилович, Димитрий и Александр Михайловичи (один после другого). г. 1319–1328 Глава IX. Великий князь Иоанн Даниилович, прозванием Калита. г. 1328–1340 Глава X. Великий князь Симеон Иоаннович, прозванный Гордый. г. 1340–1353 Глава XI. Великий князь Иоанн II Иоаннович. г. 1353–1359 Глава XII. Великий князь Димитрий Константинович. г. 1359–1362 Том V Глава I. Великий князь Димитрий Иоаннович, прозванием Донской. г. 1363–1389 Глава II. Великий князь Василий Димитриевич. г. 1389–1425 Глава III. Великий князь Василий Василиевич Темный. г. 1425–1462 Глава IV. Состояние России от нашествия татар до Иоанна III Том VI Глава I. Государь, державный великий князь Иоанн III Василиевич. г. 1462–1472 Глава II. Продолжение государствования Иоаннова. г. 1472–1477 Глава III. Продолжение государствования Иоаннова. г. 1475–1481 Глава IV. Продолжение государствования Иоаннова. г. 1480–1490 Глава V. Продолжение государствования Иоаннова. г. 1491–1496 Глава VI. Продолжение государствования Иоаннова. г. 1495–1503 Глава VII. Продолжение государствования Иоаннова. г. 1503–1505 Том VII Глава I. Государь великий князь Василий Иоаннович. г. 1505–1509 Глава II. Продолжение государствования Василиева. г. 1510–1521 Глава III. Продолжение государствования Василиева. г. 1521–1534 Глава IV . Состояние России. г. 1462–1533 Том VIII Глава I. Великий князь и царь Иоанн IV Васильевич II. г. 1533–1538 Глава II. Продолжение государствования Иоанна IV. г. 1538–1547 Глава III. Продолжение государствования Иоанна IV. г. 1546–1552 Глава IV. Продолжение государствования Иоанна IV. г. 1552 Глава V. Продолжение государствования Иоанна IV. г. 1552–1560 Том IX Глава I. Продолжение царствования Иоанна Грозного. г. 1560–1564 Глава II. Продолжение царствования Иоанна Грозного. г. 1563–1569 Глава III. Продолжение царствования Иоанна Грозного. г. 1569–1572 Глава IV. Продолжение царствования Иоанна Грозного. г. 1572–1577 Глава V. Продолжение царствования Иоанна Грозного. г. 1577–1582 Глава VI. Первое завоевание Сибири. г. 1581–1584 Глава VII. Продолжение царствования Иоанна Грозного. г. 1582–1584 Том X Глава I. Царствование Феодора Иоанновича. г. 1584–1587 Глава II. Продолжение царствования Феодора Иоанновича. г. 1587–1592 Глава III. Продолжение царствования Феодора Иоанновича. г. 1591 – 1598 Глава IV . Состояние России в конце XVI века Том XI Глава I. Царствование Бориса Годунова. г. 1598–1604 Глава II. Продолжение царствования Борисова. г. 1600–1605 Глава III. Царствование Феодора Борисовича Годунова. г. 1605 Глава IV. Царствование Лжедимитрия. г. 1605–1606 Том XII Глава I. Царствование Василия Иоанновича Шуйского. г. 1606–1608 Глава II. Продолжение Василиева царствования. г. 1607–1609 Глава III. Продолжение Василиева царствования. г. 1608–1610 Глава IV. Низвержение Василия и междоцарствие. г. 1610–1611 Глава V. Междоцарствие. г. 1611–1612

Предисловие

История в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего.

Правители, Законодатели действуют по указаниям Истории и смотрят на ее листы, как мореплаватели на чертежи морей. Мудрость человеческая имеет нужду в опытах, а жизнь кратковременна. Должно знать, как искони мятежные страсти волновали гражданское общество и какими способами благотворная власть ума обуздывала их бурное стремление, чтобы учредить порядок, согласить выгоды людей и даровать им возможное на земле счастие.

Но и простой гражданин должен читать Историю. Она мирит его с несовершенством видимого порядка вещей, как с обыкновенным явлением во всех веках; утешает в государственных бедствиях, свидетельствуя, что и прежде бывали подобные, бывали еще ужаснейшие, и Государство не разрушалось; она питает нравственное чувство и праведным судом своим располагает душу к справедливости, которая утверждает наше благо и согласие общества.

Вот польза: сколько же удовольствий для сердца и разума! Любопытство сродно человеку, и просвещенному и дикому. На славных играх Олимпийских умолкал шум, и толпы безмолвствовали вокруг Геродота, читающего предания веков. Еще не зная употребления букв, народы уже любят Историю: старец указывает юноше на высокую могилу и повествует о делах лежащего в ней Героя. Первые опыты наших предков в искусстве грамоты были посвящены Вере и Дееписанию; омраченный густой сению невежества, народ с жадностию внимал сказаниям Летописцев. И вымыслы нравятся; но для полного удовольствия должно обманывать себя и думать, что они истина. История, отверзая гробы, поднимая мертвых, влагая им жизнь в сердце и слово в уста, из тления вновь созидая Царства и представляя воображению ряд веков с их отличными страстями, нравами, деяниями, расширяет пределы нашего собственного бытия; ее творческою силою мы живем с людьми всех времен, видим и слышим их, любим и ненавидим; еще не думая о пользе, уже наслаждаемся созерцанием многообразных случаев и характеров, которые занимают ум или питают чувствительность.

Если всякая История, даже и неискусно писанная, бывает приятна, как говорит Плиний: тем более отечественная. Истинный Космополит есть существо метафизическое или столь необыкновенное явление, что нет нужды говорить об нем, ни хвалить, ни осуждать его. Мы все граждане, в Европе и в Индии, в Мексике и в Абиссинии; личность каждого тесно связана с отечеством: любим его, ибо любим себя. Пусть Греки, Римляне пленяют воображение: они принадлежат к семейству рода человеческого и нам не чужие по своим добродетелям и слабостям, славе и бедствиям; но имя Русское имеет для нас особенную прелесть: сердце мое еще сильнее бьется за Пожарского, нежели за Фемистокла или Сципиона. Всемирная История великими воспоминаниями украшает мир для ума, а Российская украшает отечество, где живем и чувствуем. Сколь привлекательны берега Волхова, Днепра, Дона, когда знаем, что в глубокой древности на них происходило! Не только Новгород, Киев, Владимир, но и хижины Ельца, Козельска, Галича делаются любопытными памятниками и немые предметы – красноречивыми. Тени минувших столетий везде рисуют картины перед нами.

Кроме особенного достоинства для нас, сынов России, ее летописи имеют общее. Взглянем на пространство сей единственной Державы: мысль цепенеет; никогда Рим в своем величии не мог равняться с нею, господствуя от Тибра до Кавказа, Эльбы и песков Африканских. Не удивительно ли, как земли, разделенные вечными преградами естества, неизмеримыми пустынями и лесами непроходимыми, хладными и жаркими климатами, как Астрахань и Лапландия, Сибирь и Бессарабия, могли составить одну Державу с Москвою? Менее ли чудесна и смесь ее жителей, разноплеменных, разновидных и столь удаленных друг от друга в степенях образования? Подобно Америке Россия имеет своих Диких; подобно другим странам Европы являет плоды долговременной гражданской жизни. Не надобно быть Русским: надобно только мыслить, чтобы с любопытством читать предания народа, который смелостию и мужеством снискал господство над девятою частию мира, открыл страны, никому дотоле неизвестные, внеся их в общую систему Географии, Истории, и просветил Божественною Верою, без насилия, без злодейств, употребленных другими ревнителями Христианства в Европе и в Америке, но единственно примером лучшего.

Согласимся, что деяния, описанные Геродотом, Фукидидом, Ливием, для всякого не Русского вообще занимательнее, представляя более душевной силы и живейшую игру страстей: ибо Греция и Рим были народными Державами и просвещеннее России; однако ж смело можем сказать, что некоторые случаи, картины, характеры нашей Истории любопытны не менее древних. Таковы суть подвиги Святослава, гроза Батыева, восстание Россиян при Донском, падение Новагорода, взятие Казани, торжество народных добродетелей во время Междоцарствия. Великаны сумрака, Олег и сын Игорев; простосердечный витязь, слепец Василько; друг отечества, благолюбивый Мономах; Мстиславы Храбрые, ужасные в битвах и пример незлобия в мире; Михаил Тверский, столь знаменитый великодушною смертию, злополучный, истинно мужественный, Александр Невский; Герой юноша, победитель Мамаев, в самом легком начертании сильно действуют на воображение и сердце. Одно государствование Иоанна III есть редкое богатство для истории: по крайней мере не знаю Монарха достойнейшего жить и сиять в ее святилище. Лучи его славы падают на колыбель Петра – и между сими двумя Самодержцами удивительный Иоанн IV, Годунов, достойный своего счастия и несчастия, странный Лжедимитрий, и за сонмом доблественных Патриотов, Бояр и граждан, наставник трона, Первосвятитель Филарет с Державным сыном, светоносцем во тьме наших государственных бедствий, и Царь Алексий, мудрый отец Императора, коего назвала Великим Европа. Или вся Новая История должна безмолвствовать, или Российская иметь право на внимание.

Знаю, что битвы нашего Удельного междоусобия, гремящие без умолку в пространстве пяти веков, маловажны для разума; что сей предмет не богат ни мыслями для Прагматика, ни красотами для живописца; но История не роман, и мир не сад, где все должно быть приятно: она изображает действительный мир. Видим на земле величественные горы и водопады, цветущие луга и долины; но сколько песков бесплодных и степей унылых! Однако ж путешествие вообще любезно человеку с живым чувством и воображением; в самых пустынях встречаются виды прелестные.

Не будем суеверны в нашем высоком понятии о Дееписаниях Древности. Если исключить из бессмертного творения Фукидидова вымышленные речи, что останется? Голый рассказ о междоусобии Греческих городов: толпы злодействуют, режутся за честь Афин или Спарты, как у нас за честь Мономахова или Олегова дома. Не много разности, если забудем, что сии полу-тигры изъяснялись языком Гомера, имели Софокловы Трагедии и статуи Фидиасовы. Глубокомысленный живописец Тацит всегда ли представляет нам великое, разительное? С умилением смотрим на Агриппину, несущую пепел Германика; с жалостию на рассеянные в лесу кости и доспехи Легиона Варова; с ужасом на кровавый пир неистовых Римлян, освещаемых пламенем Капитолия; с омерзением на чудовище тиранства, пожирающее остатки Республиканских добродетелей в столице мира: но скучные тяжбы городов о праве иметь жреца в том или другом храме и сухой Некролог Римских чиновников занимают много листов в Таците. Он завидовал Титу Ливию в богатстве предмета; а Ливий, плавный, красноречивый, иногда целые книги наполняет известиями о сшибках и разбоях, которые едва ли важнее Половецких набегов. – Одним словом, чтение всех Историй требует некоторого терпения, более или менее награждаемого удовольствием.

Историк России мог бы, конечно, сказав несколько слов о происхождении ее главного народа, о составе Государства, представить важные, достопамятнейшие черты древности в искусной картине и начать обстоятельное повествование с Иоаннова времени или с XV века, когда совершилось одно из величайших государственных творений в мире: он написал бы легко 200 или 300 красноречивых, приятных страниц, вместо многих книг, трудных для Автора, утомительных для Читателя. Но сии обозрения, сии картины не заменяют летописей, и кто читал единственно Робертсоново Введение в Историю Карла V, тот еще не имеет основательного, истинного понятия о Европе средних времен. Мало, что умный человек, окинув глазами памятники веков, скажет нам свои примечания: мы должны сами видеть действия и действующих – тогда знаем Историю. Хвастливость Авторского красноречия и нега Читателей осудят ли на вечное забвение дела и судьбу наших предков? Они страдали, и своими бедствиями изготовили наше величие, а мы не захотим и слушать о том, ни знать, кого они любили, кого обвиняли в своих несчастиях? Иноземцы могут пропустить скучное для них в нашей древней Истории; но добрые Россияне не обязаны ли иметь более терпения, следуя правилу государственной нравственности, которая ставит уважение к предкам в достоинство гражданину образованному?.. Так я мыслил, и писал об Игорях, о Всеволодах, как современник, смотря на них в тусклое зеркало древней Летописи с неутомимым вниманием, с искренним почтением; и если, вместо живых, целых образов представлял единственно тени, в отрывках, то не моя вина: я не мог дополнять Летописи!

Есть три рода Истории: первая современная, например, Фукидидова, где очевидный свидетель говорит о происшествиях; вторая, как Тацитова, основывается на свежих словесных преданиях в близкое к описываемым действиям время; третья извлекается только из памятников, как наша до самого XVIII века. (Только с Петра Великого начинаются для нас словесные предания: мы слыхали от своих отцев и дедов об нем, о Екатерине I, Петре II, Анне, Елисавете многое, чего нет в книгах. (Здесь и далее помечены примечания Н. М. Карамзина.)) В первой и второй блистает ум, воображение Дееписателя, который избирает любопытнейшее, цветит, украшает, иногда творит, не боясь обличения; скажет: я так видел, так слышал – и безмолвная Критика не мешает Читателю наслаждаться прекрасными описаниями. Третий род есть самый ограниченный для таланта: нельзя прибавить ни одной черты к известному; нельзя вопрошать мертвых; говорим, что предали нам современники; молчим, если они умолчали – или справедливая Критика заградит уста легкомысленному Историку, обязанному представлять единственно то, что сохранилось от веков в Летописях, в Архивах. Древние имели право вымышлять речи согласно с характером людей, с обстоятельствами: право, неоцененное для истинных дарований, и Ливий, пользуясь им, обогатил свои книги силою ума, красноречия, мудрых наставлений. Но мы, вопреки мнению Аббата Мабли, не можем ныне витийствовать в Истории. Новые успехи разума дали нам яснейшее понятие о свойстве и цели ее; здравый вкус уставил неизмененные правила и навсегда отлучил Дееписание от Поэмы, от цветников красноречия, оставив в удел первому быть верным зерцалом минувшего, верным отзывом слов, действительно сказанных Героями веков. Самая прекрасная выдуманная речь безобразит Историю, посвященную не славе Писателя, не удовольствию Читателей и даже не мудрости нравоучительной, но только истине, которая уже сама собою делается источником удовольствия и пользы. Как Естественная, так и Гражданская История не терпит вымыслов, изображая, что есть или было, а не что быть могло. Но История, говорят, наполнена ложью: скажем лучше, что в ней, как в деле человеческом, бывает примес лжи, однако ж характер истины всегда более или менее сохраняется; и сего довольно для нас, чтобы составить себе общее понятие о людях и деяниях. Тем взыскательнее и строже Критика; тем непозволительнее Историку, для выгод его дарования, обманывать добросовестных Читателей, мыслить и говорить за Героев, которые уже давно безмолвствуют в могилах. Что ж остается ему, прикованному, так сказать, к сухим хартиям древности? порядок, ясность, сила, живопись. Он творит из данного вещества: не произведет золота из меди, но должен очистить и медь; должен знать всего цену и свойство; открывать великое, где оно таится, и малому не давать прав великого. Нет предмета столь бедного, чтобы Искусство уже не могло в нем ознаменовать себя приятным для ума образом.

Доселе Древние служат нам образцами. Никто не превзошел Ливия в красоте повествования, Тацита в силе: вот главное! Знание всех Прав на свете, ученость Немецкая, остроумие Вольтерово, ни самое глубокомыслие Макиавелево в Историке не заменяют таланта изображать действия. Англичане славятся Юмом, Немцы Иоанном Мюллером, и справедливо (Говорю единственно о тех, которые писали целую Историю народов. Феррерас, Даниель, Масков, Далин, Маллет не равняются с сими двумя Историками; но усердно хваля Мюллера (Историка Швейцарии), знатоки не хвалят его Вступления, которое можно назвать Геологическою Поэмою): оба суть достойные совместники Древних, – не подражатели: ибо каждый век, каждый народ дает особенные краски искусному Бытописателю. «Не подражай Тациту, но пиши, как писал бы он на твоем месте!» есть правило Гения. Хотел ли Мюллер, часто вставляя в рассказ нравственные апоффегмы, уподобиться Тациту? Не знаю; но сие желание блистать умом, или казаться глубокомысленным, едва ли не противно истинному вкусу. Историк рассуждает только в объяснение дел, там, где мысли его как бы дополняют описание. Заметим, что сии апоффегмы бывают для основательных умов или полу-истинами, или весьма обыкновенными истинами, которые не имеют большой цены в Истории, где ищем действий и характеров. Искусное повествование есть долг бытописателя, а хорошая отдельная мысль – дар: читатель требует первого и благодарит за второе, когда уже требование его исполнено. Не так ли думал и благоразумный Юм, иногда весьма плодовитый в изъяснении причин, но до скупости умеренный в размышлениях? Историк, коего мы назвали бы совершеннейшим из Новых, если бы он не излишно чуждался Англии, не излишно хвалился беспристрастием и тем не охладил своего изящного творения! В Фукидиде видим всегда Афинского Грека, в Ливии всегда Римлянина, и пленяемся ими, и верим им. Чувство: мы, наше оживляет повествование – и как грубое пристрастие, следствие ума слабого или души слабой, несносно в Историке, так любовь к отечеству даст его кисти жар, силу, прелесть. Где нет любви, нет и души.

Обращаюсь к труду моему. Не дозволяя себе никакого изобретения, я искал выражений в уме своем, а мыслей единственно в памятниках: искал духа и жизни в тлеющих хартиях; желал преданное нам веками соединить в систему, ясную стройным сближением частей; изображал не только бедствия и славу войны, но и все, что входит в состав гражданского бытия людей: успехи разума, искусства, обычаи, законы, промышленность; не боялся с важностию говорить о том, что уважалось предками; хотел, не изменяя своему веку, без гордости и насмешек описывать веки душевного младенчества, легковерия, баснословия; хотел представить и характер времени и характер Летописцев: ибо одно казалось мне нужным для другого. Чем менее находил я известий, тем более дорожил и пользовался находимыми; тем менее выбирал: ибо не бедные, а богатые избирают. Надлежало или не сказать ничего, или сказать все о таком-то Князе, дабы он жил в нашей памяти не одним сухим именем, но с некоторою нравственною физиогномиею. Прилежно истощая материалы древнейшей Российской Истории, я ободрял себя мыслию, что в повествовании о временах отдаленных есть какая-то неизъяснимая прелесть для нашего воображения: там источники Поэзии! Взор наш, в созерцании великого пространства, не стремится ли обыкновенно – мимо всего близкого, ясного – к концу горизонта, где густеют, меркнут тени и начинается непроницаемость?

Читатель заметит, что описываю деяния не врознь, по годам и дням, но совокупляю их для удобнейшего впечатления в памяти. Историк не Летописец: последний смотрит единственно на время, а первый на свойство и связь деяний: может ошибиться в распределении мест, но должен всему указать свое место.

Множество сделанных мною примечаний и выписок устрашает меня самого. Счастливы Древние: они не ведали сего мелочного труда, в коем теряется половина времени, скучает ум, вянет воображение: тягостная жертва, приносимая достоверности, однако ж необходимая! Если бы все материалы были у нас собраны, изданы, очищены Критикою, то мне оставалось бы единственно ссылаться; но когда большая часть их в рукописях, в темноте; когда едва ли что обработано, изъяснено, соглашено – надобно вооружиться терпением. В воле Читателя заглядывать в сию пеструю смесь, которая служит иногда свидетельством, иногда объяснением или дополнением. Для охотников все бывает любопытно: старое имя, слово; малейшая черта древности дает повод к соображениям. С XV века уже менее выписываю: источники размножаются и делаются яснее.

Муж ученый и славный, Шлецер, сказал, что наша История имеет пять главных периодов; что Россия от 862 года до Святополка должна быть названа рождающеюся (Nascens), от Ярослава до Моголов разделенною (Divisa), от Батыя до Иоанна угнетенною (Oppressa), от Иоанна до Петра Великого победоносною (Victrix), от Петра до Екатерины II процветающею. Сия мысль кажется мне более остроумною, нежели основательною. 1) Век Св. Владимира был уже веком могущества и славы, а не рождения. 2) Государство делилось и прежде 1015 года. 3) Если по внутреннему состоянию и внешним действиям России надобно означать периоды, то можно ли смешать в один время Великого Князя Димитрия Александровича и Донского, безмолвное рабство с победою и славою? 4) Век Самозванцев ознаменован более злосчастием, нежели победою. Гораздо лучше, истиннее, скромнее история наша делится на древнейшую от Рюрика до Иоанна III, на среднюю от Иоанна до Петра, и новую от Петра до Александра. Система Уделов была характером первой эпохи, единовластие – второй, изменение гражданских обычаев – третьей. Впрочем, нет нужды ставить грани там, где места служат живым урочищем.

С охотою и ревностию посвятив двенадцать лет, и лучшее время моей жизни, на сочинение сих осьми или девяти Томов, могу по слабости желать хвалы и бояться осуждения; но смею сказать, что это для меня не главное. Одно славолюбие не могло бы дать мне твердости постоянной, долговременной, необходимой в таком деле, если бы не находил я истинного удовольствия в самом труде и не имел надежды быть полезным, то есть, сделать Российскую Историю известнее для многих, даже и для строгих моих судей.

Благодаря всех, и живых и мертвых, коих ум, знания, таланты, искусство служили мне руководством, поручаю себя снисходительности добрых сограждан. Мы одно любим, одного желаем: любим отечество; желаем ему благоденствия еще более, нежели славы; желаем, да не изменится никогда твердое основание нашего величия; да правила мудрого Самодержавия и Святой Веры более и более укрепляют союз частей; да цветет Россия… по крайней мере долго, долго, если на земле нет ничего бессмертного, кроме души человеческой!

Декабря 7, 1815.

Об источниках российской истории до XVII века

Сии источники суть:

I. Летописи. Нестор, инок Монастыря Киевопечерского, прозванный отцом Российской Истории, жил в XI веке: одаренный умом любопытным, слушал со вниманием изустные предания древности, народные исторические сказки; видел памятники, могилы Князей; беседовал с Вельможами, старцами Киевскими, путешественниками, жителями иных областей Российских; читал Византийские Хроники, записки церковные и сделался первым летописцем нашего отечества. Второй, именем Василий, жил также в конце XI столетия: употребленный Владимирским Князем Давидом в переговорах с несчастным Васильком, описал нам великодушие последнего и другие современные деяния юго-западной России. Все иные летописцы остались для нас безыменными; можно только угадывать, где и когда они жили: например, один в Новегороде, Иерей, посвященный Епископом Нифонтом в 1144 году; другой в Владимире на Клязьме при Всеволоде Великом; третий в Киеве, современник Рюрика II; четвертый в Волынии около 1290 года; пятый тогда же во Пскове. К сожалению, они не сказывали всего, что бывает любопытно для потомства; но, к счастию, не вымышляли, и достовернейшие из Летописцев иноземных согласны с ними. Сия почти непрерывная цепь Хроник идет до государствования Алексея Михайловича. Некоторые доныне еще не изданы или напечатаны весьма неисправно. Я искал древнейших списков: самые лучшие Нестора и продолжателей его суть харатейные, Пушкинский и Троицкий, XIV и XV века. Достойны также замечания Ипатьевский, Хлебниковский, Кенигсбергский, Ростовский, Воскресенский, Львовский, Архивский. В каждом из них есть нечто особенное и действительно историческое, внесенное, как надобно думать, современниками или по их запискам. Никоновский более всех искажен вставками бессмысленных переписчиков, но в XIV веке сообщает вероятные дополнительные известия о Тверском Княжении, далее уже сходствует с другими, уступая им однако ж в исправности, – например, Архивскому.

II. Степенная книга, сочиненная в царствование Иоанна Грозного по мысли и наставлению Митрополита Макария. Она есть выбор из летописей с некоторыми прибавлениями, более или менее достоверными, и названа сим именем для того, что в ней означены степени, или поколения государей.

III. Так называемые Хронографы, или Всеобщая История по Византийским Летописям, со внесением и нашей, весьма краткой. Они любопытны с XVII века: тут уже много подробных современных известий, которых нет в летописях.

IV. Жития святых, в патерике, в прологах, в минеях, в особенных рукописях. Многие из сих Биографий сочинены в новейшие времена; некоторые, однако ж, например, Св. Владимира, Бориса и Глеба, Феодосия, находятся в харатейных Прологах; а Патерик сочинен в XIII веке.

V. Особенные дееписания: например, сказание о Довмонте Псковском, Александре Невском; современные записки Курбского и Палицына; известия о Псковской осаде в 1581 году, о Митрополите Филиппе, и проч.

VI. Разряды, или распределение Воевод и полков: начинаются со времен Иоанна III. Сии рукописные книги не редки.

VII. Родословная книга: есть печатная; исправнейшая и полнейшая, писанная в 1660 году, хранится в Синодальной библиотеке.

VIII. Письменные Каталоги митрополитов и епископов. – Сии два источника не весьма достоверны; надобно их сверять с летописями.

IX. Послания cвятителей к князьям, духовенству и мирянам; важнейшее из оных есть Послание к Шемяке; но и в других находится много достопамятного.

X. Древние монеты, медали, надписи, сказки, песни, пословицы: источник скудный, однако ж не совсем бесполезный.

XI. Грамоты. Древнейшая из подлинных писана около 1125 года. Архивские Новогородские грамоты и Душевные записи князей начинаются с XIII века; сей источник уже богат, но еще гораздо богатейший есть.

XII. Собрание так называемых Статейных списков, или Посольских дел, и грамот в Архиве Иностранной Коллегии с XV века, когда и происшествия и способы для их описания дают Читателю право требовать уже большей удовлетворительности от Историка. – К сей нашей собственности присовокупляются.

XIII. Иностранные современные летописи: Византийские, Скандинавские, Немецкие, Венгерские, Польские, вместе с известиями путешественников.

XIV. Государственные бумаги иностранных Архивов: всего более пользовался я выписками из Кенигсбергского.

Вот материалы Истории и предмет Исторической Критики!

Н. М. Карамзин и его «История государства Российского»

В России романтическая историография была представлена трудами
Николая Михайловича Карамзина (1766–1826). Он происходил из старого дворянского рода, получил сначала домашнее образование, затем – в Москве в частном пансионе профессора Шадена. В мае 1789 г. предпринял путешествие по Западной Европе, вернувшись из которого записал свои впечатления и издал «Письма русского путешественника» (1797–1801).

Карамзин начал думать о написании истории России с 1790 г. По первоначальному замыслу, труд его жизни должен был носить литературный и патриотический характер. В 1797 г. он уже серьезно занимался русской историей и первым оповестил ученый мир о находке «Слова о Полку Игореве». В 1803 г. Карамзин обратился к Александру I с просьбой о назначении его историографом с соответствующим жалованьем и правом на получение необходимых исторических источников. Просьба была удовлетворена. С этих пор Карамзин погрузился в напряженную работу писания «Истории государства Российского». К этому времени он уже понял, что первоначальный план труда как литературно-патриотического недостаточен, что ему необходимо дать научное обоснование истории, то есть обратиться к первоисточникам.

По мере работы обнаружилось незаурядное критическое чутье Карамзина. Чтобы сочетать оба творческих плана – литературный и документальный, он построил свою книгу как бы в два яруса: текст был написан в литературном плане, а примечания выделены в отдельную серию томов, параллельную тексту. Таким образом, рядовой читатель мог читать книгу, не заглядывая в примечания, а серьезно интересующийся историей мог удобно пользоваться и примечаниями. «Примечания» Карамзина представляют собой отдельный и чрезвычайно ценный труд, не потерявший своего значения до нашего времени, так как с тех пор некоторые из источников, использованных Карамзиным, были так или иначе утрачены или не найдены. До гибели в московском пожаре 1812 г. собрания Мусина-Пушкина Карамзин получил много ценнейших источников от него (Троицкую летопись Карамзин вернул Мусину по использовании, как оказалось, на погибель).

Основная идея, руководившая Карамзиным, – монархическая: единство России, возглавленной монархом, которого поддерживает дворянство. Вся древняя русская история до Ивана III была, по Карамзину, длительным подготовительным процессом. С Ивана III начинается история единодержавия в России. В порядке своего изложения Карамзин шел по стопам «Истории Российской» князя М. М. Щербатова. Он делит историю России на три периода: древний – от Рюрика, т. е. с образования государства, до Ивана III, средний – до Петра I и новый – послепетровский. Это деление Карамзина – сугубо условное, и идет, как все периодизации XVIII в., от истории русского единодержавия. Факт призвания варягов в «Истории…» превратился, по сути, в идею варяжского происхождения Киевского государства, несмотря на противоречие этой идеи всей националистической направленности творения Карамзина.

Через 12 лет после напряженной работы над «Историей…» Карамзин издал первых семь томов. В 20-е годы «История…» вышла полностью на французском, немецком, итальянском языках. Издание имело ошеломительный успех. Вяземский назвал Карамзина вторым Кутузовым, «спасшим Россию от забвения». «Воскрешением русского народа» – назовет «Историю…» Н. А. Жуковский.

В творении Карамзина слились воедино две главные традиции русской историографии: методы источниковедческой критики от Шлецера до Татищева и рационалистическая философия времен Манкиева, Шафирова, Ломоносова, Щербатова и др.

Николай Михайлович ввел в научный оборот значительное число исторических памятников, в том числе новые летописные списки, например Ипатьевский свод; многочисленные юридические памятники, например «Кормчая книга», церковные уставы, Новгородская Судная грамота, Судебник Ивана III (Татищев и Миллер знали только Судебник 1550 г.), «Стоглав». Привлекались и литературные памятники – «Слово о полку Игореве», «Вопросы Кирика» и др. Вслед за М. М. Щербатовым расширяя использование записок иностранцев, Карамзин привлек много новых текстов, начиная с Плано Карпини, Рубрука, Барбаро, Контарини, Герберштейна и кончая записками иностранцев о Смутном времени. Результатом этой работы и явились обширные примечания.

Реальным отражением новаций в исторических исследованиях остается выделение в общем строе «Истории…» специальных глав, посвященных «состоянию России» за каждый отдельный период. В этих главах читатель выходил за рамки чисто политической истории и знакомился с внутренним строем, экономикой, культурой и бытом. С начала XIX в. выделение таких глав становится обязательным в общих работах по истории России.

«История государства Российского», безусловно, сыграла свою роль в развитии русской историографии. Николай Михайлович не только подвел итог исторической работе XVIII столетия, но и донес ее до читателя. Издание «Русской Правды» Ярослава Мудрого, «Поучения» Владимира Мономаха, наконец, открытие «Слова о полку Игореве» пробудили интерес к прошлому Отечества, стимулировали развитие жанров исторической прозы. Увлеченные национальным колоритом и древностями, российские литераторы пишут исторические повести, «отрывки», публицистические статьи, посвященные русской старине. При этом история выступает в виде поучительных рассказов, преследующих воспитательные цели.

Взгляд на историю сквозь призму живописи, искусства – особенность исторического видения Карамзина, отражавшая его приверженность романтизму. Николай Михайлович считал, что история России, богатая героическими образами, – благодатный материал для художника. Показать ее красочно, живописно – задача историка. Историк требовал отражения в искусстве и литературе национальных особенностей русского характера, подсказывал живописцам темы и образы, которые они могут почерпнуть из древней отечественной литературы. Советы Николая Михайловича охотно использовали не только художники, но и многие писатели, поэты и драматурги. Особенно актуально его призывы прозвучали в период Отечественной войны 1812 г.

Свою историко-политическую программу Карамзин изложил во всей полноте в «Записке о древней и новой России», поданной в 1811 г. Александру I в качестве дворянской программы и направленной против реформ Сперанского. Эта программа в какой-то мере подводила итог его историческим занятиям. Главная идея Н. М. Карамзина – Россия будет процветать под скипетром монарха. В «Записке» ретроспективно он рассматривает все этапы становления самодержавия (в соответствии со своей «Историей») и идет дальше, к эпохам Петра I и Екатерины II. Карамзин оценивает реформаторство Петра I как поворот в русской истории: «Мы стали гражданами мира, но перестали быть в некотором случае гражданами России. Виною Петр».

Карамзин осуждает деспотизм Петра I, его жестокость, отрицает разумность переноса столицы. Он критикует все последующие царствия («карлики спорили о наследстве великана»). При Екатерине II говорит о смягчении самодержавия, что она очистила его от принципа тиранства. К Павлу I он относится негативно из-за унижения дворян: «Царь отнял стыд у казны, у награды – прелесть». Говоря о современной ему России, отмечает ее главную проблему – во все времена в России воруют. Александру I «Записка» Карамзина не понравилась, но она стала первым опытом политологического очерка в России.

Карамзин тяжело пережил смерть Александра I. Вторым потрясением для него стало восстание декабристов. Проведя весь день 14 декабря на улице, Николай Михайлович простудился и слег. 22 мая историк скончался. Он умер в разгар работы, написав лишь двенадцать томов «Истории» и доведя изложение до 1610 г.

Критическое направление в отечественной историографии 20–40-х гг. XIX в.

Новый этап в развитии отечественной историографии связан с возникновением критического направления в исторической науке. В ходе полемики вокруг «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина подверглись критике мировоззренческие основы его концепции, понимание задач и предмета исторических исследований, отношение к источнику, трактовке отдельных явлений русской истории. Наиболее ярко новое направление проявило себя в творчестве Г. Эверса, Н.А. Полевого и М.Т. Каченовского.

Эверс Иоганн Филипп Густав (1781–1830) – сын лифляндского фермера, учился в Германии. По окончании Геттингенского университета вернулся в Эстонию и начал заниматься русской историей. В 1808 г. вышла его первая научная работа «Предварительные критические исследования для российской истории», написанная по-немецки, как и все его даль­нейшие труды (в 1825 году издан и русский перевод). Следующая книга – «Русская история» (1816) доведена им до конца XVII в. В 1810 г. он становится профессором Дерптского университета, возглавляет кафедру географии, истории и статистики, читает лекции по русской истории и истории права. В 1818 г. Эверс назначен ректором университета.

В отличие от Карамзина, происхождение русского государства он рассматривает как результат внутренней жизни восточных славян, которые еще в доваряжский период имели самостоятельные политические объединения, верховных властителей (князей), использовавших для укрепления своего господства наемных викингов. Потребность объединения княжеств для решения внутренних и внешних проблем и невозможность осуществить ее в силу раздоров между ними в борьбе за главенство, привели к решению передать управление чужеземцу. Призванные князья, по мнению Эверса, пришли уже в государство, какую бы форму оно не имело.

Этот его вывод разрушал традиционное для русской историографии представление о том, что история России начинается единодержавием Рюрика. Эверс также подверг сомнению господствующее в историографии утверждение о скандинавском происхождении варягов-русов. Исследование этногенеза народов, населявших территорию России, привело его к выводу о черноморском (хазарском) происхожде­нии русов. Впоследствии он отказался от своей гипотезы. Его теория родового быта сыграла большую роль в дальнейшем и была развита К. Д. Кавелиным и С. М. Соловьевым.

Михаил Трофимович Каченовский (1775–1842) происходил из обрусевшей греческой семьи. Окончил Харьковский коллегиум, был на гражданской и военной службе. В 1790 г. прочел сочинения Болтина, подтолкнувшие его к критической разработке источников русской истории. В 1801 г. получил место библиотекаря, а потом начальника личной канцелярии графа А. К. Разумовского. С тех пор карьера Каченовского была обеспечена, тем более что в 1807 г. Разумовский был назначен попечителем Московского университета. Каченовский получил степень магистра философии в 1811 г. и был назначен профессором Московского университета; преподавал русскую историю и пользовался у своих слушателей успехом: дух времени менялся, молодежь приветствовала развенчание прежних авторитетов.

Вдохновителем Каченовского стал немецкий историк Нибур, отвергавший древнейший период римской истории как баснословный. Идя по его стопам, Каченовский объявил баснословным весь киевский период, а летописи, «Русскую правду», «Слово о полку Игореве» назвал подделками. Каченовский предлагает свою методику источниковедческого анализа – по двум уровням критики: внешней (палеографический, филологический, дипломатический анализ письменных источников с целью установления даты и подлинности) и внутренней (представление об эпохе, отбор фактов).

Своей постановкой вопроса о необходимости критического рассмот­рения древних русских памятников Каченовский заставил не только современников, но и последующие поколения истори­ков думать над ними, «терпеть беспокойство, сомневаться, рыться в иностранных и отечественных летописях и архивах». Предложенные им принципы анализа источников в целом были правильными, но заключения относительно древнейших русских памятников и русской истории в IX–XIV вв. были несостоятельны и отвергались как их современниками, так и последующими поколениями историков.

Николай Алексеевич Полевой (1796–1846) вошел в историческую науку как историк, выдвинувший и утвердивший в ней ряд новых понятий и проблем. Он являлся автором 6-томной «Истории русского народа», 4-томной «Истории Петра Великого», «Русской истории для первоначального чтения», «Обозрения русской истории до единодержавия Петра Великого», многочисленных статей и рецензий. Полевой был широко известен и как талантливый публицист, литературный критик, редактор и издатель ряда журналов (в том числе, «Московский телеграф»). Полевой происходил из небогатой, но просвещенной семьи иркутского купца, был человеком одаренным, его энциклопедические знания – результат самообразования.

После смерти отца переселился в Москву, занялся журналистикой, а затем и историей. Основой изучения истории Полевой полагал «философский метод», т. е. «научное познание»: объективное воспроиз­ведение начала, хода и причин исторических явлений. В осмыслении прошлого исходным положением для Полевого было представление о единстве исторического процесса. Законом исторической жизни Полевой считал непрерывное, поступательно-прогрессивное движение человечества, а источником развития – «нескончаемую борьбу» противоположных начал, где окончание одной борьбы есть начало новой. Полевой обратил внимание на три фактора, определяющие жизнь человечества: природно-географический, дух мысли и характер народа, события в странах окружающих.

Качественное разнообразие их определяет своеобразие исторического процесса каждого народа, проявление общих закономерностей, темпов и форм жизни. Он попы­тался на этой основе построить схему всемирной истории и переосмыслить историческое прошлое России. Концепция Полевого открывала возможности для широко сравнитель­но-исторического изучения исторического процесса и осмыс­ления исторического опыта в контексте не только европей­ской, но и восточной истории. Удалось ему далеко не все. Главное, он не смог написать историю русского народа, не пошел дальше общих фраз о «духе народа», ограничившись некоторыми новыми оценками тех или иных событий. В конечном итоге история народа в концепции Полевого остается все той же историей государства, историей самодержавия.

Карамзин, Николай Михайлович

Николай Михайлович Карамзин

Портрет кисти Тропинина (1818)
Псевдонимы А. Б. В.
Дата рождения 1 (12) декабря 1766
Место рождения
  • Карамзинка, Симбирская губерния, Российская империя
Дата смерти 22 мая (3 июня) 1826 (59 лет)
Место смерти
  • Санкт-Петербург, Российская империя
Гражданство (подданство)
  • Российская империя
Род деятельности историк, публицист, прозаик, поэт и действительный статский советник
Годы творчества 1781—1826
Направление сентиментализм
Жанр стих, повесть, роман
Язык произведений русский
Дебют «Детское чтение для сердца и разума»— первый русский журнал для детей
Премии почётный член Петербургской Академии наук (1818)
Награды
Произведения в Викитеке
Медиафайлы на Викискладе
Цитаты в Викицитатнике

Запрос «Карамзин» перенаправляется сюда; см. также другие значения.

Никола́й Миха́йлович Карамзи́н (1 декабря 1766, Знаменское, Симбирская губерния (либо село Михайловка (Преображенка), Оренбургская губерния) Российская империя — 22 мая 1826, Санкт-Петербург, Российская империя) — историк, крупнейший русский литератор эпохи сентиментализма, прозванный «русским Стерном». Создатель «Истории государства Российского» (тома 1—12, 1803—1826) — одного из первых обобщающих трудов по истории России. Редактор «Московского журнала» (1791—1792) и «Вестника Европы» (1802—1803).

Карамзин вошёл в историю как реформатор русского литературного языка. Его слог лёгок на галльский манер, но вместо прямого заимствования Карамзин обогатил язык словами-кальками, такими, как «впечатление» и «влияние», «влюблённость», «трогательный» и «занимательный». Именно он ввёл в обиход слова «промышленность», «сосредоточить», «моральный», «эстетический», «эпоха», «сцена», «гармония», «катастрофа», «будущность».

Биография

Могила Н. М. Карамзина и его супруги Е. А. Карамзиной на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры Санкт-Петербурга

Николай Михайлович Карамзин родился 1 (12) декабря 1766 года около Симбирска (по другой версии родился в д. Каразихе (Михайловке) Оренбургской губернии). Вырос в усадьбе отца — отставного капитана Михаила Егоровича Карамзина (1724—1783), среднепоместного симбирского дворянина из рода Карамзиных, происходящего от татарского Кара-мурзы. Первоначальное образование получил в частном пансионе в Симбирске. В 1778 году был отправлен в Москву в пансион профессора Московского университета И. М. Шадена. Одновременно посещал в 1781—1782 годах лекции И. Г. Шварца в Университете.

В 1781-1784 годах Карамзин служил в лейб-гвардии Преображенском полку, из которого вышел в отставку в чине поручика. Ко времени военной службы относятся первые литературные опыты. После отставки некоторое время жил в Симбирске, а потом — в Москве. Во время пребывания в Симбирске вступил в масонскую ложу «Золотого венца», а после приезда в Москву в течение четырёх лет (1785—1789) был членом «Дружеского учёного общества».

В Москве Карамзин познакомился с писателями и литераторами: Н. И. Новиковым, А. М. Кутузовым, А. А. Петровым, участвовал в издании первого русского журнала для детей — «Детское чтение для сердца и разума».

В 1789—1790 годы предпринял поездку в Европу, в ходе которой посетил Иммануила Канта в Кёнигсберге, восхитился Берлином и побывал в Париже во время великой французской революции. В результате этой поездки были написаны знаменитые «Письма русского путешественника», публикация которых сразу же сделала Карамзина известным литератором. Некоторые филологи считают, что именно с этой книги ведёт свой отсчёт современная русская литература. Как бы то ни было, в литературе русских «путешествий» Карамзин действительно стал пионером — быстро нашедшим как подражателей (В. В. Измайлов, П. И. Сумароков, П. И. Шаликов), так и достойных преемников (А. А. Бестужев, Н. А. Бестужев, Ф. Н. Глинка, А. С. Грибоедов). Именно с тех пор Карамзин и считается одним из главных литературных деятелей России.

Н. М. Карамзин на памятнике «1000-летие России» в Великом Новгороде

По возвращении из поездки в Европу Карамзин поселился в Москве и начал деятельность в качестве профессионального писателя и журналиста, приступив к изданию «Московского журнала» 1791—1792 (первый русский литературный журнал, в котором среди других произведений Карамзина появилась упрочившая его славу повесть «Бедная Лиза»), затем выпустил ряд сборников и альманахов: «Аглая», «Аониды», «Пантеон иностранной словесности», «Мои безделки», которые сделали сентиментализм основным литературным течением в России, а Карамзина — его признанным лидером.

Помимо прозы и стихов «Московский журнал» систематически публиковал рецензии, критические статьи и театральные разборы. В мае 1792 года в журнале была напечатана рецензия Карамзина на ироикомическую поэму Николая Петровича Осипова «Виргилиева Энеида, вывороченная наизнанку».

Император Александр I именным указом от 31 октября 1803 даровал звание историографа Николаю Михайловичу Карамзину; к званию тогда же было добавлено 2 тыс. руб. ежегодного жалования. Титул историографа в России после смерти Карамзина не возобновлялся. С начала XIX века Карамзин постепенно отошёл от художественной литературы, а с 1804 г., будучи назначенным Александром I на должность историографа, он прекратил всякую литературную работу, «постригся в историки». В связи с этим он отказывался от предлагавшихся ему государственных постов, в частности, от должности тверского губернатора. Почётный член Московского университета (1806).

В 1811 году Карамзин написал «Записку о древней и новой России в её политическом и гражданском отношениях», в которой отражались взгляды консервативных слоёв общества, недовольных либеральными реформами императора. Своей задачей он ставил доказательство того, что никаких преобразований проводить в стране не нужно. «Записка о древней и новой России в её политическом и гражданском отношениях» сыграла также роль набросков к последующему огромному труду Николая Михайловича по русской истории.

В феврале 1818 года Карамзин выпустил в продажу первые восемь томов «Истории государства Российского», трёхтысячный тираж которых разошёлся в течение месяца. В последующие годы вышли ещё три тома «Истории», появился ряд переводов её на главнейшие европейские языки. Освещение русского исторического процесса сблизило Карамзина с двором и царём, поселившим его подле себя в Царском селе. Политические воззрения Карамзина эволюционировали постепенно, и к концу жизни он являлся убеждённым сторонником абсолютной монархии. Незаконченный 12-й том был издан после его смерти.

Карамзин скончался 22 мая (3 июня) 1826 г. в Санкт-Петербурге. По преданию, смерть его стала следствием простуды, полученной 14 декабря 1825 года, когда Карамзин воочию наблюдал события на Сенатской площади. Похоронен он на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры.

Карамзин — писатель

Собрание сочинений Н. М. Карамзина в 11 тт. в 1803—1815 гг. было напечатано в типографии московского книгоиздателя Селивановского.

«Влияние последнего <Карамзина> на литературу можно сравнить с влиянием Екатерины на общество: он сделал литературу гуманною», — писал А. И. Герцен. «Карамзин представляет, точно, явление необыкновенное. Вот о ком из наших писателей можно сказать, что он весь исполнил долг, ничего не зарыл в землю и на данные ему пять талантов истинно принес другие пять. Карамзин первый показал, что писатель может быть у нас независим и почтен всеми равно, как именитейший гражданин в государстве. Он первый возвестил торжественно, что писателя не может стеснить цензура, и если уже он исполнился чистейшим желанием блага в такой мере, что желанье это, занявши всю его душу, стало его плотью и пищей, тогда никакая цензура для него не строга, и ему везде просторно. Он это сказал и доказал. Никто, кроме Карамзина, не говорил так смело и благородно, не скрывая никаких своих мнений и мыслей, хотя они и не соответствовали во всем тогдашнему правительству, и слышишь невольно, что он один имел на то право», — Н. В. Гоголь.

Сентиментализм

Публикация Карамзиным «Писем русского путешественника» (1791—1792) и повести «Бедная Лиза» (1792; отдельное издание 1796) открыли в России эпоху сентиментализма.

Лиза удивилась, осмелилась взглянуть на молодого человека, — ещё более закраснелась и, потупив глаза в землю, сказала ему, что она не возьмёт рубля.
— Для чего же?
— Мне не надобно лишнего.
— Я думаю, что прекрасные ландыши, сорванные руками прекрасной девушки, стоят рубля. Когда же ты не берёшь его, вот тебе пять копеек. Я хотел бы всегда покупать у тебя цветы; хотел бы, чтоб ты рвала их только для меня.

Доминантой «человеческой природы» сентиментализм объявил чувство, а не разум, что отличало его от классицизма. Сентиментализм идеалом человеческой деятельности полагал не «разумное» переустройство мира, а высвобождение и совершенствование «естественных» чувств. Его герой более индивидуализирован, его внутренний мир обогащается способностью сопереживать, чутко откликаться на происходящее вокруг.

Публикация этих произведений имела большой успех у читателей того времени, «Бедная Лиза» вызвала множество подражаний. Сентиментализм Карамзина оказал большое влияние на развитие русской литературы: от него отталкивался, в том числе, романтизм Жуковского, творчество Пушкина.

Поэзия Карамзина

Поэзия Карамзина, развивавшаяся в русле европейского сентиментализма, кардинально отличалась от традиционной поэзии его времени, воспитанной на одах Ломоносова и Державина. Наиболее существенными были следующие отличия:

Карамзина интересует не внешний, физический мир, а внутренний, духовный мир человека. Его стихи говорят «на языке сердца», а не разума. Объект поэзии Карамзина составляет «простая жизнь», и для её описания он использует простые поэтические формы — бедные рифмы, избегает обилия метафор и других тропов, столь популярных в стихах его предшественников.

«Кто же милая твоя?» Я стыжусь; мне, право, больно Странность чувств моих открыть И предметом шуток быть. Сердце в выборе не вольно!.. Что сказать? Она… она. Ах! нимало не важна И талантов за собою Не имеет никаких; … Странность любви, или бессонница (1793)

Другое отличие поэтики Карамзина состоит в том, что мир для него принципиально не познаваем, поэт признаёт наличие разных точек зрения на один и тот же предмет:

Один голос Страшно в могиле, хладной и тёмной! Ветры здесь воют, гробы трясутся, Белые кости стучат. Другой голос Тихо в могиле, мягкой, покойной. Ветры здесь веют; спящим прохладно; Травки, цветочки растут. Кладбище (1792)

Проза Карамзина

Первое издание «Истории» Карамзина на польском языке

  • «Евгений и Юлия», повесть (1789)
  • «Письма русского путешественника» (1791-1792)
  • «Бедная Лиза», повесть (1792)
  • «Наталья, боярская дочь», повесть (1792)
  • «Прекрасная царевна и счастливый карла» (1792)
  • «Сиерра-Морена», повесть (1793)
  • «Остров Борнгольм» (1793)
  • «Юлия» (1796)
  • «Марфа-посадница, или Покорение Новагорода», повесть (1802)
  • «Моя исповедь», письмо к издателю журнала (1802)
  • «Чувствительный и холодный» (1803)
  • «Рыцарь нашего времени» (1803)
  • «Осень»
  • Перевод — пересказ «Слова о полку Игореве»
  • «О дружбе» (1826) писателю А. С. Пушкину.

Реформа языка Карамзина

Проза и поэзия Карамзина оказали решительное влияние на развитие русского литературного языка. Карамзин целенаправленно отказывался от использования церковнославянской лексики и грамматики, приводя язык своих произведений к обиходному языку своей эпохи и используя в качестве образца грамматику и синтаксис французского языка.

Карамзин ввёл в русский язык множество новых слов — как неологизмов («благотворительность», «влюблённость», «вольнодумство», «достопримечательность», «ответственность», «подозрительность», «промышленность», «утончённость», «первоклассный», «человечный»), так и варваризмов («тротуар», «кучер»). Также он одним из первых начал использовать букву Ё.

Изменения в языке, предлагаемые Карамзиным, вызвали бурную полемику в 1810-х годах. Писатель А. С. Шишков при содействии Державина основал в 1811 году общество «Беседа любителей русского слова», целью которого была пропаганда «старого» языка, а также критика Карамзина, Жуковского и их последователей. В ответ в 1815 году образовалось литературное общество «Арзамас», которое иронизировало над авторами «Беседы» и пародировало их произведения. Членами общества стали многие поэты нового поколения, в том числе Батюшков, Вяземский, Давыдов, Жуковский, Пушкин. Литературная победа «Арзамаса» над «Беседой» упрочила победу языковых изменений, которые ввёл Карамзин.

Несмотря на это, позже произошло сближение Карамзина с Шишковым, и, благодаря содействию последнего, Карамзин в 1818 году был избран членом Российской академии. В том же году он стал членом Императорской Академии наук.

Карамзин-историк

Интерес к истории возник у Карамзина с середины 1790-х годов. Он написал повесть на историческую тему — «Марфа-посадница, или Покорение Новагорода» (опубликовано в 1803). В этом же году указом Александра I он был назначен на должность историографа и до конца своей жизни занимался написанием «Истории государства Российского», практически прекратив деятельность журналиста и писателя.

«История государства Российского» Карамзина не была первым описанием истории России, до него были труды В. Н. Татищева и М. М. Щербатова. Но именно Карамзин открыл историю России для широкой образованной публики. По словам А. С. Пушкина, «Все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка — Колумбом». Это произведение вызвало также и волну подражаний и противопоставлений (например, «История русского народа» Н. А. Полевого)

В своём труде Карамзин выступал больше как писатель, чем историк — описывая исторические факты, он заботился о красоте языка, менее всего стараясь делать какие-либо выводы из описываемых им событий. Тем не менее, высокую научную ценность представляют его комментарии, которые содержат множество выписок из рукописей, большей частью впервые опубликованных Карамзиным. Некоторые из этих рукописей теперь уже не существуют.

В известной эпиграмме, чьё авторство приписывается А. С. Пушкину, освещение Карамзиным истории России подвержено критике:

В его «Истории» изящность, простота Доказывают нам, без всякого пристрастья, Необходимость самовластья И прелести кнута.

Карамзин выступал с инициативой организации мемориалов и установления памятников выдающимся деятелям отечественной истории, в частности, К. М. Сухорукову (Минину) и князю Д. М. Пожарскому на Красной площади (1818).

Н. М. Карамзин открыл «Хождение за три моря» Афанасия Никитина в рукописи XVI века и опубликовал его в 1821 году. Он писал:

«Доселе географы не знали, что честь одного из древнейших, описанных европейских путешествий в Индию принадлежит России Иоаннова века … Оно (путешествие) доказывает, что Россия в XV веке имела своих Тавернье и Шарденей, менее просвещённых, но равно смелых и предприимчивых; что индийцы слышали об ней прежде нежели о Португалии, Голландии, Англии. В то время как Васко да Гама единственно мыслил о возможности найти путь от Африки к Индостану, наш тверитянин уже купечествовал на берегу Малабара …»

Карамзин — переводчик

В 1787 году, увлечённый творчеством Шекспира, Карамзин опубликовал свой перевод оригинального текста трагедии «Юлия Цезаря». О своей оценке произведения и собственного труда, как переводчика, Карамзин писал в предисловии:

«Трагедия, мною переведенная, есть одно из превосходных его творений… Если чтение перевода доставит российским любителям литературы достаточное понятие о Шекеспире; если оно принесёт им удовольствие, то переводчик будет награждён за труд его. Впрочем, он приготовился и к противному».

В начале 1790-х годов это издание, одно из первых произведений Шекспира на русском языке, было включено цензурой в число книг для изъятия и сожжения.

В 1792—1793 годах Н. М. Карамзин перевёл памятник индийской литературы (с английского) — драму «Сакунтала», автором которой является Калидаса. В предисловии к переводу он написал:

«Творческий дух обитает не в одной Европе; он есть гражданин вселенной. Человек везде — человек; везде имеет он чувствительное сердце, и в зеркале воображения своего вмещает небеса и землю. Везде Натура есть его наставница и главный источник его удовольствий.

Я чувствовал сие весьма живо, читая Саконталу, драму, сочинённую на индейском языке, за 1900 лет перед сим, Азиатским поэтом Калидасом, и недавно переведенную на английской Виллиамом Джонсом, бенгальским судьею…»

Семья

Екатерина Андреевна Карамзина, вторая жена

Н. М. Карамзин был женат дважды и имел 10 детей:

  1. Первая жена (с апреля 1801 года) — Елизавета Ивановна Протасова (1767—1802), сестра А. И. Плещеевой и А. И. Протасова, отца А. А. Воейковой и М. А. Мойер. По словам Карамзина Елизавету он «тринадцать лет знал и любил». Она была женщиной очень образованной и деятельной помощницей мужу. Имея слабое здоровье, в марте 1802 года родила дочь, а в апреле скончалась от послеродовой горячки. Некоторые исследователи считают, что именно в её честь названа героиня «Бедной Лизы».
    1. Софья Николаевна (5.03.1802—4.07.1856), с 1821 года фрейлина, близкая знакомая Пушкина и друг Лермонтова.
  2. Вторая жена (с 08.01.1804) — Екатерина Андреевна Колыванова (1780—1851), внебрачная дочь князя А. И. Вяземского и графини Елизаветы Карловны Сиверс, единокровная сестра поэта П. А. Вяземского.
    1. Наталья (30.10.1804—05.05.1810)
    2. Екатерина Николаевна (1806—1867), петербургская знакомая Пушкина; с 27 апреля 1828 года была замужем за отставным подполковником гвардии князем Петром Ивановичем Мещерским (1802—1876), женатым на ней вторым браком. Их сын писатель и публицист Владимир Мещерский (1839—1914)
    3. Андрей (20.10.1807—13.05.1813)
    4. Наталья (06.05.1812—06.10.1815)
    5. Андрей Николаевич (1814—1854), после окончания Дерптского университета, был вынужден по здоровью находиться за границей, позднее — отставной полковник. Был женат на Авроре Карловне Демидовой. От внебрачной связи с Евдокией Петровной Сушковой имел детей.
    6. Александр Николаевич (1815—1888), после окончания Дерптского университета служил в конной артиллерии, в молодости был великолепным танцором и весельчаком, был близок с семьёй Пушкина в его последний год жизни. Женат на княжне Наталье Васильевне Оболенской (1827—1892), детей не было.
    7. Николай (03.08.1817—21.04.1833)
    8. Владимир Николаевич (5.06.1819 — 7.08.1879), член консультации при министре юстиции, сенатор, владелец имения Ивня. Отличался остроумием и находчивостью. Был женат на баронессе Александре Ильиничне Дука (1820—1871), дочери генерала И. М. Дука. Потомства не оставили.
    9. Елизавета Николаевна (1821—1891), с 1839 года фрейлина, замужем не была. Не имея состояния, жила на пенсию, которую получала как дочь Карамзина. После смерти матери проживала вместе со старшей сестрой Софьей, в семье сестры княгини Екатерины Мещерской. Отличалась умом и безграничной добротой, принимая все чужие горести и радости близко к сердцу. Писатель Л. Н. Толстой называл её «примером самоотвержения». В семье её ласково звали — Бабу.
  • Софья Николаевна,
    дочь

  • Екатерина Николаевна,
    дочь

  • Андрей Николаевич,
    сын

  • Владимир Николаевич,
    сын

  • Елизавета Николаевна,
    дочь

Память

Именем писателя названы:

  • Посёлок имени Карамзина — ныне в черте города Ульяновск.
  • Проезд Карамзина в Москве
  • Улица Николая Карамзина в Калининграде, Красноярске, Майна (Ульяновская область).
  • В Ульяновске установлен памятник Н. М. Карамзину.
  • Памятный знак — в подмосковной усадьбе Остафьево.
  • В Великом Новгороде на памятнике «1000-летие России» среди 129 фигур самых выдающихся личностей в российской истории (на 1862 год) есть фигура Н. М. Карамзина
  • Карамзинская общественная библиотека в Симбирске, созданная в честь знаменитого земляка, открылась для читателей 18 апреля 1848 года.
  • В 2016 году Дворцом книги — Ульяновской областной научной библиотекой при поддержке Министерства искусства и культурной политики Ульяновской области, Ульяновского отделения Союза писателей России и литературного журнала «Симбирскъ» был организован открытый литературный конкурс «Тебе, наш добрый, чистый гений…», посвящённый 250-летию со дня рождения Николая Михайловича Карамзина. На этот конкурс принимались стихи о Н. М. Карамзине и по мотивам его произведений.
  • В 2016 году к 250-летию со дня рождения писателя Центральный Банк России выпустил серебряную памятную монету номиналом 2 рубля в серии «Выдающиеся личности России»: Писатель Н. М. Карамзин Серебряная памятная монета 2 рубля Центрального Банка России 2016 года

В филателии

  • Почтовая марка СССР, 1991, 10 копеек (ЦФА 6378, Скотт 6053)

Адреса

  • Санкт-Петербург
    • Весна 1816 года — дом Е. Ф. Муравьёвой — набережная реки Фонтанки, 25;
    • весна 1816—1822 год — Царское Село, Садовая улица, 12;
    • 1818 — осень 1823 года — дом Е. Ф. Муравьёвой — набережная реки Фонтанки, 25;
    • осень 1823—1826 год — доходный дом Мижуева — Моховая улица, 41;
    • весна — 22.05.1826 года — Таврический дворец — Воскресенская улица, 47.
  • Москва
    • Усадьба Вяземских-Долгоруковых — родной дом его второй жены.
    • Дом на углу Тверской и Брюсова переулка, где он писал «Бедную Лизу» — не сохранился
  1. Венгеров С. А. А. Б. В. // Критико-биографический словарь русских писателей и ученых (от начала русской образованности до наших дней). — СПб.: Семеновская Типо-Литография (И. Ефрона), 1889. — Т. I. Вып. 1—21. А. — С. 7.
  2. 1 2 3 Карамзин Николай Михайлович // Большая советская энциклопедия: / под ред. А. М. Прохоров — 3-е изд. — М.: Советская энциклопедия, 1969.
  3. 1 2 Encyclopædia Britannica
  4. 1 2 3 Макогоненко Г. П. Карамзин // Краткая литературная энциклопедия — М.: Советская энциклопедия, 1962. — Т. 3.
  5. к. и. н. Мишанина Е. В. Об оренбургском происхождении Н.М. Карамзина (рус.) // Портал «Культура Оренбуржья». — 2017. — 17 марта.
  6. по другим данным в селе Михайловка Оренбургской губернии
  7. Карамзин Николай Михайлович. Интернет-проект «Русский биографический словарь» (rulex.ru) (Проверено 3 мая 2014)
  8. Бестужев-Рюмин К. Н. Карамзин, Николай Михайлович // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.—М., 1896—1918.
  9. Фриче В.М.; Луначарский А.В. «Карамзин Н.М.». Литературная энциклопедия; В 11 т.; Москва (1929—1939). Дата обращения 29 апреля 2013.
  10. Кривошеев Ю.; Лурье Е. «Поскребя русского, татарина не найдешь». «Русский обозреватель» (06.10.2008). Дата обращения 29 апреля 2013. Архивировано 29 апреля 2013 года.
  11. Алфавитный словарь студентов Московского университета. www.hist.msu.ru. Дата обращения 8 августа 2019.
  12. Дойков Ю. В. Самые знаменитые историки России. — М.: Вече, 2004. — С. 384.
  13. Карамзин Николай Михайлович Архивная копия от 22 октября 2007 на Wayback Machine
  14. ИРЛ в 4 т., 1981, Т. 2., С. 51−79. — Петрунина Н. Н. Проза 1800−1810-х гг..
  15. ИРЛ в 10 т., 1941, Т. 5., Ч. 1., С. 106−120. — Кучеров А. Я. Сентиментальная повесть и литература путешествий..
  16. Минчик С. С. Грибоедов и Крым. — Симферополь: Бизнес-Информ, 2011. — С. 172−175.
  17. ИРЛ в 10 т., 1953, Т. 6., С. 501−562. — Степанов Н. Л. Прозаики двадцатых−тридцатых годов.
  18. Lib.ru/Классика: Карамзин Николай Михайлович. «Виргилиева Энеида, вывороченная наизнанку». az.lib.ru. Дата обращения 10 марта 2016.
  19. История государства Российского: В 4 книгах. Книга четвёртая (т.X-XII). historic.ru. Дата обращения 8 августа 2019.
  20. Летопись Московского университета
  21. Эйдельман Н. Я., 1983, Ч. II., Гл. Пример единственный. (недоступная ссылка — история, копия).
  22. Н. Коняев. Романовы. Расцвет и гибель династии. Вече, 2003. Стр. 465.
  23. Александро-Невская Лавра — Карамзин Николай Михайлович
  24. Герцен А. И. Собрание сочинений в тридцати томах — М.: Издательство АН СССР, 1954. — Т. 7., С. 190. — О развитии революционных идей в России. Гл. III. Пётр I. Архивная копия от 27 сентября 2013 на Wayback Machine
  25. Гоголь Н. В. Выбранные места из переписки с друзьями / Составление, комментарии, вступительная статья Воропаева В. А. — М.: Советская Россия, 1990. — XIII. Карамзин
  26. В. В. Одинцов. Лингвистические парадоксы. Москва. «Просвещение», 1982.
  27. Авторство Пушкина часто подвергается сомнению, эпиграмма включена не во все полные собрания сочинений. Подробнее про атрибуцию эпиграммы смотри здесь: Б. В. Томашевский. Эпиграммы Пушкина на Карамзина.
  28. А. С. Пушкин как историк | Великие россияне | История России
  29. Карамзин Н. М. История государства Российского, Т. VI., Гл. VII., 1842, С. 226−228.
  30. «При издании сего шекспирова творения…» — Вестник Европы, 2014, № 40-41.
  31. Н. М. Карамзин: от культа Шекспира к шекспиризму.
  32. Гамаюнов Л. С. Из истории изучения Индии в России / Очерки по истории русского востоковедения (Сборник статей). — М.: Изд-во вост. лит., 1956. — С. 83.
  33. Каринишина Л. М. «Пример самоотвержения» // Московский журнал. — 2014. — № 11. — С. 24—31.
  • Бестужев-Рюмин К. Н. Карамзин, Николай Михайлович // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.—М., 1896—1918.
  • История русской литературы : в 10 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом) — М.; Л.: Издательство АН СССР, 1941−1956.
  • История русской литературы : в 4 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом); Редкол.: Н. И. Пруцков (гл. ред.), А. С. Бушмин, Е. Н. Куприянова, Д. С. Лихачев, Г. П. Макогоненко, К. Д. Муратова. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1980−1983.
  • Кирпичников А. Карамзин Николай Михайлович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Карамзин, Николай Михайлович — Биография. Библиография. Высказывания
  • Ключевский В. О. Исторические портреты (О Болтине, Карамзине, Соловьёве). М., 1991.
  • Лотман Ю. М. «Поэзия Карамзина»
  • Захаров Н. В. У истоков русского шекспиризма: А. П. Сумароков, М. Н. Муравьёв, Н. М. Карамзин (Шекспировские штудии XIII). — М.: Издательство Московского гуманитарного университета, 2009.
  • Коровин В. Л. Карамзин Николай Михайлович // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2013. — Т. XXXI. — С. 10–17. — 752 с. — 33 000 экз. — ISBN 978-5-89572-031-8.
  • Погодин М. П. Мое представление историографу. (Отрывок из записок). // Русский архив, 1866. — Вып. 11. — Стб. 1766—1770.
  • Николай Михайлович Карамзин, по его сочинениям, письмам и отзывам современников. Материалы для биографии, с примечаниями и объяснениями М. Погодина. — В 2-х частях. — М.: Типография А. И. Мамонтова, 1866.
  • Сербинович К. С. Николай Михайлович Карамзин. Воспоминания К. С. Сербиновича // Русская старина, 1874. — Т. 11. — № 9. — С. 44-75; № 10. — С. 236—272.
  • Сиповский В. В. О предках Н. М. Карамзина // Русская старина, 1898. — Т. 93. — № 2. — С. 431—435.
  • Смирнов А.Ф. Книга-монография «Николай Михайлович Карамзин» («Российская газета, 2006»)
  • Смирнов А.Ф. вступительная и заключительная статьи в издании 4-х томника Н. М. Карамзина «История государства Российского» (1989)
  • Сорникова М. Я. «Жанровая модель новеллы в „Письмах русского путешественника“ Н. М. Карамзина»
  • Серман И. З. Где и когда создавались «Письма русского путешественника» Н. М. Карамзина // XVIII век. СПб., 2004. Сб. 23. С. 194—210. pdf
  • Сухов А. Д. Философствующий Н. М. Карамзин // Философия и культура. 2014. № 5.
  • Эйдельман Н. Я. Последний летописец. — М.: «Книга», 1983. — 176 с. — 200 000 экз. Архивировано 1 января 2016 года.
  • Холмогоров Е.С. Конституция старого народа. Историко-политическая концепция Карамзина // Тетради по консерватизму. 2016 № 4

Николай Карамзин:

  • Цитаты в Викицитатнике
  • Тексты в Викитеке
  • Медиафайлы на Викискладе
  • Карамзин, Николай Михайлович в библиотеке Максима Мошкова
  • Николай Михайлович Карамзин, по его сочинениям, письмам и отзывам современников. Материалы для биографии, с примечаниями и объяснениями М. Погодина». — Часть 1. — М., 1866
  • Николай Михайлович Карамзин, по его сочинениям, письмам и отзывам современников. Материалы для биографии, с примечаниями и объяснениями М. Погодина». — Часть 2. — М., 1866

Члены

  • К. Н. Батюшков (Ахилл)
  • Д. Н. Блудов (Кассандра)
  • Ф. Ф. Вигель (Ивиков Журавль)
  • А. Ф. Воейков (Дымная Печурка / Две Огромные Руки)
  • П. А. Вяземский (Асмодей)
  • Д. В. Давыдов (Армянин)
  • Д. В. Дашков (Чу)
  • С. П. Жихарев (Громобой)
  • В. А. Жуковский (Светлана)
  • Д. А. Кавелин (Пустынник)
  • Н. М. Муравьёв (Адельстан / Статный Лебедь)
  • М. Ф. Орлов (Рейн)
  • А. А. Плещеев (Чёрный Вран)
  • П. И. Полетика (Очарованный Челнок)
  • В. Л. Пушкин (Вот)
  • А. С. Пушкин (Сверчок)
  • Д. П. Северин (Резвый Кот)
  • А. И. Тургенев (Эолова Арфа)
  • Н. И. Тургенев (Варвик)
  • С. С. Уваров (Старушка)

Почётные
члены

Адреса

  • У Уварова
  • Малая Морская, 21
  • У Блудова
  • Невский, 80
  • У Тургенева
  • набережная Фонтанки, 20
  • У Плещеева
  • Галерная, 12

В сносках к статье найдены неработоспособные викиссылки.
Исправьте короткие примечания, установленные через шаблон {{sfn}} или его аналоги, в соответствии с инструкцией к шаблону, или добавьте недостающие публикации в раздел источников. Список: Карамзин Н. М..

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *