Кавказцы религия

НОВОСТИ БИБЛИОТЕКА КАРТА САЙТА
Атеизм Религия и современность Религиозные направления Мораль
Культ Религиозные книги Психология верующих Мистика

Глава 8. Религии народов Кавказа

Кавказ издавна входил в зону влияния высоких цивилизаций Востока, и часть кавказских народов (предки армян, грузин, азербайджанцев) еще в античную эпоху имели свои государства и высокую культуру.

Но в некоторых, особенно в высокогорных, районах Кавказа вплоть до установления Советской власти сохранялись очень архаичные черты хозяйственного и общественного уклада, с пережитками патриархально-родовых и патриархально-феодальных отношений. Это обстоятельство отразилось и в религиозной жизни: хотя на Кавказе еще с IV-VI вв. распространилось христианство (сопутствовавшее развитию феодальных отношений), а с VII-VIII вв. — ислам и формально все кавказские народы считались либо христианскими, либо мусульманскими, под внешним покровом этих официальных религий у многих отсталых народов горных районов фактически сохранялись очень сильные пережитки более древних и самобытных религиозных верований, частью, конечно, перемешавшиеся с христианскими или мусульманскими представлениями. Больше всего это заметно у осетин, ингушей, черкесов, абхазов, сванов, хевсур, пшавов, тушинов.

Нетрудно дать обобщенное описание их верований, так как они имеют очень много сходных черт. У всех этих народов сохранились семейно-родовые культы, связанные с ними погребальные обряды, а также общинные земледельческо-скотоводческие культы.

Семейно-родовые культы

Семейно-родовые культы довольно прочно держались на Кавказе вследствие застойности патриархально-родового уклада. В большинстве случаев они приняли вид почитания домашнего очага — материального символа семейной общности. Оно было особенно развито у ингушей, осетин, у горногрузинских групп.

Ингуши, например, считали семейной святыней домашний очаг и все, что с ним связано (огонь, золу, надочажную цепь). Если любой посторонний человек, хотя бы и преступник, входил в дом и хватался за надочажную цепь, он поступал под покровительство семьи, хозяин дома обязан был его защищать всеми мерами. Это было своеобразным религиозным осмыслением известного патриархального обычая гостеприимства кавказских народов. В огонь перед каждой едой бросали маленькие жертвы — кусочки пищи. Но олицетворения очага, или огня, по-видимому, не было (в отличие от верований народов Сибири). У осетин, у которых были сходные верования, существовало и нечто вроде олицетворения надочажной цепи: ее патроном считался кузнечный бог Сафа. Сваны священное значение придавали не очагу в жилой комнате, а очагу в специальной оборонной башне, которая имелась прежде у каждой семьи и сама считалась семейной святыней; этот очаг вообще не употреблялся для повседневных нужд, его использовали только для особых семейных обрядов.

Родовые культы отмечены у тех же ингушей, осетин, отдельных грузинских групп. У ингушей каждая фамилия (то есть род) чтила своего покровителя, может быть предка; в его честь сооружался каменный монумент — сиелинг. Раз в год, в день родового праздника, около сиелинга устраивалось моление. Были свои покровители и у объединений родов — у галгаев, у феаппи, из которых позже образовался ингушский народ. Сходные обычаи известны у абхазов: у них каждый род имел «свои доли божества», покровительствующие одному этому роду. Род ежегодно устраивал моления своему покровителю в священной роще или в другом определенном месте под руководством старшего в роде*. У имеретин (Западная Грузия) еще недавно бытовал обычай устраивать ежегодные родовые жертвоприношения: резали козленка, или ягненка, или петуха, молились богу о благополучии всего рода, потом ели и пили вино, хранившееся в особом ритуальном сосуде.

* (См. Ш. Инал-Ипа. Абхазы. Сухуми, 1960, стр. 361-367.)

Погребальный культ

С семейно-родовым культом слился погребальный культ, который у народов Кавказа был очень развит, а местами принял не в меру усложненные формы. Наряду с христианскими и мусульманскими погребальными обычаями у некоторых народов, особенно Северного Кавказа, сохранились и следы маздаистских обычаев (см. ниже, гл. 18), связанных с погребением: старые могильники у ингушей, осетин состояли из каменных склепов, в которых тела умерших как бы изолировались от земли и воздуха. У некоторых народов были в обычае похоронные игры и состязания. Но особенно тщательно соблюдался обычай устраивать периодические поминки по умершему. Эти поминки требовали очень больших расходов — на угощение многочисленных гостей, на жертвоприношение и пр. — и зачастую совершенно разоряли хозяйство. Такой вредный обычай особенно отмечался у осетин (хист); он известен и у абхазов, ингушей, хевсуров, сванов и др. Верили, что сам покойник невидимо присутствует на поминках. Если человек по каким-либо мотивам долго не устраивал поминок по своим умершим родственникам, то его осуждали, считая, что он держит их впроголодь. У осетин нельзя было нанести человеку большей обиды, чем сказав ему, что его мертвецы голодают, то есть что он нерадиво исполняет свою обязанность устраивать поминки.


Старый могильник в Чечено-Ингушетии. Семейные склепы

Траур по умершему соблюдался очень строго и тоже был связан с суеверными представлениями. Особенно тяжелые ограничения и предписания чисто религиозного характера ложились на вдову. У осетин, например, она должна была в течение года ежедневно постилать умершему мужу постель, ждать его до поздней ночи у постели, готовить ему по утрам воду для умывания. «Вставая с постели рано утром, она всякий раз, взяв таз и кувшин с водой, а также полотенце, мыло и прочее, несет их к тому месту, где обыкновенно муж ее при жизни умывался, и там стоит несколько минут в таком положении, как будто подает умыться. По окончании церемонии она возвращается в спальню и ставит утварь на место»*.

* (Е. Бинкевич. Верования осетин. В сб.: «Религиозные верования народов СССР», т. II. М.-Л., 1931, стр. 156.)

Аграрные общинные культы

Чрезвычайно характерна та форма религиозных обрядов и верований народов Кавказа, которая была связана с земледелием и скотоводством ив большинстве случаев опиралась на общинную организацию. Сельская земледельческая община сохранялась очень устойчиво у большинства кавказских народов. В ее функции помимо регулирования землепользования и решения общинных сельских дел входила и забота об урожае, благополучии скота и пр., и для этих целей применялись религиозные моления и магические обряды. Они были неодинаковы у разных народов, нередко осложнялись христианскими или мусульманскими примесями, но в основе своей были сходны, будучи всегда так или иначе связаны с хозяйственными нуждами общины. Чтобы обеспечить хороший урожай, прогнать засуху, прекратить или предотвратить падеж скота, устраивались магические обряды либо моления божествам-покровителям (часто то и другое вместе). У всех народов Кавказа были представления об особых божествах — покровителях урожая, покровителях тех или иных пород скота и пр. Образы этих божеств у одних народов испытали сильное христианское либо мусульманское влияние, даже слились с какими-нибудь святыми, у других — сохранили более самобытный вид.

Вот для примера описание обряда земледельческого общинного культа у абхазов: «Жители поселка (ацута) устраивали каждой весной — в мае или начале июня, в воскресный день, — особое земледельческое моление под названием «моление ацу» (ацыу-ныхэа). Жители делали складчину на покупку баранов или коров и вина (между прочим, ни один пастух не отказывался в случае надобности отдать холощеного козла или барана для общественного моления, хотя баранов редко употребляли в качестве жертвенных животных). Кроме того, каждый дым (то есть хозяйство. — С. Т.) обязан был принести с собою сваренного пшена (гоми) в назначенное место, которое считалось священным по преданию; там резали скот и варили мясо. Затем избирался уважаемый в том селении старик, которому подавали палочку с нанизанными на нее печенью и сердцем и стакан вина, и он, приняв это и став во главе молящихся, поворачивался к востоку и произносил молитву: «Бог небесных сил, пожалей нас и пошли нам милость твою: дай плодородие земли, чтобы мы с женами и с детьми нашими не знали бы ни голода, ни холода, ни горя»… При этом он отрезывал кусочек печени и сердца, поливал их вином и бросал от себя в сторону, после чего все садились в кружок, желали друг другу счастья и начинали есть и пить. Шкуру получал молельщик, а рога вешались на священном дереве. Женщинам не дозволялось не только дотрагиваться до этой пищи, но даже присутствовать во время обеда…»*.

* (Инал-Ипа, стр. 367-368.)

Чисто магические обряды борьбы с засухой описаны у черкесов-шапсугов. Один из способов вызывания дождя при засухе состоял в том, что все мужчины селения шли к могиле человека, убитого молнией («каменной могиле», считавшейся общинной святыней, как и деревья вокруг нее); в числе участников обряда непременно должен был быть член того рода, к которому принадлежал покойник. Придя на место, все они брались за руки и под обрядовые песни плясали, босиком и без шапок, вокруг могилы. Затем, поднимая кверху хлеб, родственник покойника обращался к последнему от имени всего общества с просьбой послать дождь. Закончив свои мольбы, он брал с могилы камень, и все участники обряда шли к реке. Камень, привязанный веревкой к дереву, опускали в воду, и все присутствующие, прямо в одежде, окунались в реку. Шапсуги верили, что этот обряд должен был вызвать дождь. Через три дня камень надо было вынуть из воды и вернуть на прежнее место; по поверью, если этого не сделать, дождь будет идти не переставая и затопит всю землю.

Из других способов магического вызывания дождя особенно характерно хождение с куклой, сделанной из деревянной лопаты и одетой в женский наряд; эту куклу, называемую хаце-гуаше (княжна-лопата), девушки носили по аулу и возле каждого дома ее обливали водой, а в заключение бросали в реку. Обряд исполнялся одними женщинами, и если им случайно встречался мужчина, то его ловили и тоже бросали в реку. Через три дня куклу вынимали из воды, раздевали и ломали.

Сходные обряды с куклой известны были у грузин. У последних отмечался также и магический ритуал «выпахивания» дождя: девушки волокли плуг по дну реки взад и вперед. Для прекращения слишком продолжительного дождя пахали таким же образом полосу земли около деревни.

Божества

Большинство божеств, имена которых сохранились в верованиях народов Кавказа, связаны либо с земледелием, либо со скотоводством — прямо или косвенно. Есть и божества-покровители охотничьего промысла.

У осетин, например, наиболее почитались боги (на их образы наслоились христианские черты и даже христианские имена): Уацилла (то есть святой Илья) — покровитель земледелия и скотоводства, посылающий дождь и грозу; Фальвар — покровитель овец; Тутыр — пастух волков, позволяющий волкам резать овец; Авсати — божество диких животных, покровитель охотников.

У черкесов главными божествами считались: Шибле — божество молнии (смерть от молнии считалась почетной, убитого молнией человека не полагалось оплакивать, могила его считалась священной); Созереш — покровитель земледелия, бог плодородия; Емиш — покровитель овец; Ахин — покровитель рогатого скота; Мерием — покровительница пчеловодства (имя, видимо, от христианской девы Марии); Мезитх — покровитель охотников, лесное божество; Тлепш — покровитель кузнецов; Тхаш-хуо — верховный бог неба (довольно тусклая фигура, культа его почти не было).

У абхазов важнейшие места в религии занимали: богиня Даджа — покровительница земледелия; Айтар — создатель домашних животных, бог размножения; Айргь и Ажвейпшаа — охотничьи божества, покровители лесов и дичи; Афы — бог молнии, аналогичный черкесскому Шибле.

Конечно, образы этих божеств были обычно сложны, им приписывались зачастую разные и весьма неотчетливо разграниченные функции.

Эти наиболее известные божества были общенародными, хотя почитание их зачастую принимало форму того же общинного культа. Но помимо этих общенародных божеств были чисто местные божества-покровители, у каждой общины свои; их иногда трудно отграничить и от родовых патронов, ибо сельская община у некоторых народов Кавказа сама еще не вполне освободилась от родовой оболочки.

Святилища

Культ местных, общинных покровителей был обычно привязан к местным святилищам, где и совершались обряды. У осетин это были дзуары. Дзуар — это обычно старая постройка, иногда бывшая христианская церковь, а иногда просто группа священных деревьев. При каждом святилище состоял выборный или наследственный общинный жрец — дзуар-лаг, руководивший совершением обрядов. У ингушей были общинные святыни — эльгыц, как правило, специальные постройки; были и священные рощи.


Старинное общинное святилище святого Георгия (Даргавское ущелье, Северная Осетия)

О том, были ли такие культовые строения у черкесов и абхазов, ничего не известно, но каждая община имела прежде свою священную рощу; к началу XX в. сохранились только отдельные священные деревья. Особенно почитались священные места у хевсуров: это так называемые хати — святилища, построенные среди огромных вековых деревьев (эти деревья запрещалось срубать). Каждое хати имело свой земельный надел, свое имущество, скот. Весь доход с этой земли и скота шел на культовые нужды — устройство обрядов и праздников. Распоряжались имуществом и руководили обрядами выборные жрецы — хуци, или дастури и деканози. Они пользовались огромным общественным влиянием, их слушались и в делах, не касающихся религии.

Кузнечный культ

У кавказских горцев сохранились и следы профессиональных и ремесленных культов, особенно культа, связанного с кузнечным производством (как это известно у народов Сибири, в Африке и пр.). Черкесы почитали бога кузнецов Тлепша. Кузнецу, кузнице, железу приписывались сверхъестественные свойства, и прежде всего способность магически исцелять больных и раненых. Кузница была местом совершения таких лечебных обрядов. С этим связан и особый варварский обычай «лечения» раненых у черкесов — так называемый чапш: раненого (особенно при переломе кости) старались развлекать днем и ночью, не давая ему заснуть; односельчане собирались к нему, устраивали игры, танцы; каждый входящий громко ударял по железу. Раненый должен был крепиться, не обнаруживать своих страданий. По рассказу очевидца, иногда, «измученный болезнью, шумом, пылью, больной засыпает. Но не тут-то было. Рядом сидящая с больным девица берет в руки медный таз или железный лемех и начинает из всех сил бить молотком по медному тазу (или лемеху) над головой больного. Больной со стоном просыпается…»*

* («Религиозные верования народов СССР», т. II, стр. 51.)

У абхазов был аналогичный культ кузнечного бога Шашвы. У них же сохранились и следы почитания богини Ерыш, покровительницы ткачества и других женских работ. О других культах, связанных с женскими домашними занятиями, на Кавказе мало известно.

Магическое значение железа как оберега отмечалось у всех народов Кавказа. Например, известен обычай проводить новобрачных под скрещенными шашками.

Пережитки шаманства

Наряду с описанными семейно-родовыми и общинными земледельческо-скотоводческими культами в верованиях народов Кавказа можно обнаружить и пережитки более архаических форм религии, в том числе шаманства. У хевсуров помимо обычных общинных жрецов — дастури и др. — были еще прорицатели — кадаги. Это либо нервно-ненормальные люди, подверженные припадкам, либо люди, умеющие их искусно имитировать. Кадаги бывали мужчины и женщины. «Во время храмового праздника, преимущественно же утром в день нового года, какой-нибудь хевсур дрожит, теряет память, бредит, кричит и этим самым дает народу знать, что его избрал к себе на службу сам святой. Народ его признает за кадаги»*. Эта картина очень мало отличается от «призвания» шамана духом у народов Сибири. Кадаги давал разные советы, особенно в случае каких-либо несчастий, разъяснял, за что именно прогневался хати (святой). Он же определял, кто может быть дастури или деканози.

* («Религиозные верования народов СССР», т. II, стр. 119-120.)

Религиозный синкретизм

Все эти верования народов Кавказа, а также бытовавшие у них знахарство, ведовство, эротические и фаллические культы, отражавшие разные стороны общинно-родового строя и его пережитки, в различной степени перемешались, как уже сказано выше, с религиями, принесенными на Кавказ извне, — христианством и исламом, которые характерны для развитого классового общества. Христианство господствовало когда-то у большинства народов Кавказа, позже некоторые из них склонились к исламу, больше соответствовавшему патриархальным условиям их жизни. Преобладающим христианство осталось у армян, грузин, части осетин и абхазов. Ислам укоренился у азербайджанцев, народов Дагестана, чеченцев и ингушей, кабардинцев и черкесов, части осетин и абхазов, небольшой части грузин (аджарцы, ингилойцы). У народов горной части Кавказа эти религии, как уже говорилось, господствовали во многих случаях лишь формально. Зато у тех народов, где сложились более прочные и развитые формы классовых отношений, — у армян, грузин, азербайджанцев — самобытные верования сохранились лишь в слабых пережитках (так же как это было, например, у народов Западной Европы), они были как бы переработаны христианством или исламом и слились с этими религиями.

Сейчас население Кавказа в основной своей массе уже освободилось от засилья религиозных представлении. Большая часть старых обрядов и религиозных обычаев оставлена и забыта.

Один из зеленчукских храмов до реставрации

Древние соборы Киева, Москвы, Пскова, Суздаля, крещение Руси при князе Владимире, жизнь и труды древних святых… ― всё это христианские древности и факты, с которыми традиционно ассоциируется наша история. Но великие сокровища хранит и земля Северного Кавказа: Алания приняла христианство раньше Руси, а древнейшие храмы России находятся в Карачаево-Черкесии.

Христианская древность Северного Кавказа

Когда генерал-майор Алексей Яковлевич Потёмкин в 1802 году посетил ущелье реки Большой Зеленчук, ему открылось удивительное зрелище: трудно угадываемые руины древнего города, наполовину ушедшего в землю, с несколькими каменными храмами в греческом стиле, обросшими деревьями и кустами…

Ныне это место в Карачаево-Черкесии называется Нижне-Архызским городищем. А храмы, пережившие века забвения, частично восстановлены и известны как Северный храм (предположительно — Никольский), Средний храм (возможно, Преображенский) и Южный Ильинский — древнейшая действующая церковь в России. По оценкам учёных, культовые сооружения были построены в X веке во время утверждения в христианстве алан — предков осетин. К той же эпохе относятся Сентинский и Шоанинский храмы Карачаево-Черкесии, живописно расположенные на вершинах небольших горных хребтов (их могут видеть путешественники, направляющиеся на курорты Архыза и Домбая).

Ильинский храм в Архызе — возможно, древнейший действующий храм в России.

При патриархе Константинопольском Николае Мистике (управлял Церковью в 901—907 и 912—925 гг.) отношения Ромейского царства (Византии) и Алании стремительно развивались. Аланы к тому времени уже много веков соседствовали с христианскими народами: греками, грузинами, армянами. Культурное и религиозное влияние вкупе с политической мощью Византии привели к тому, что аланская знать решилась на заключение стратегического союза с Царством Ромеев. Тогда–то (в промежутке между 916 и 925 годом) и произошло событие, известное как великое крещение Алании. Была образована епархия, центром которой как раз стало нынешнее Нижне-Архызское городище (там располагалась резиденция архиепископа). Примерно к той же эпохе относится создание аланской письменности на основе греческого алфавита (известна так называемая Зеленчукская надпись на надгробном кресте XI века).

Средний Зеленчукский храм

Впрочем, история христианства на Северном Кавказе уходит в ещё более древние времена. Согласно церковному преданию, на кавказском побережье Чёрного моря проповедовали святые апостолы Андрей и Симон Кананит. После принятия православия в Грузии и Армении в начале IV века соседние северокавказские народы узнали о христианстве. Интересно, что святой Григорис — внук равноапостольного Григория Просветителя — принял мученичество в IV веке неподалёку от дагестанского Дербента (в 1916 году в память об этом был возведён армянский храм).

Северный Зеленчукский храм

На VI век пришёлся очередной всплеск миссионерской активности византийцев, когда при императоре Юстиниане Великом христианство приняли многие народы адыгской группы. Как писал кабардинский учёный и поэт Шора Ногмов (1794—1844), «… под влиянием союза с Юстинианом греческое духовенство, проникши в Кавказские горы, внесло к нам миролюбивое занятие искусством и просвещением. (…) Христианская вера процветала в Кавказских горах, будучи поддерживаема греческим духовенством». Спустя более чем тысячу лет после Юстиниана немецкий учёный Петер Симон Паллас, посетивший Северный Кавказ (в частности, Кабарду) в 1793—1794 годах, встретил множество следов древнего христианства адыгов. Он писал: «По множеству обнаруживаемых здесь старых развалин можно судить о том, что эти чегемы были ранее более многочисленны, когда придерживались христианской религии. Действительно, у них до сих пор есть церкви, из которых одна находится на берегу Чегема и весьма примечательна (…). В этой церкви до сих пор ещё сохраняются фрагменты книг, несколько страниц которых я добыл, отправив одного человека в это опасное предприятие. Один из листов содержит часть Евангелия на древнегреческом языке; другие оказались разрозненными частями книг, используемых в греческой литургии».

Исторические источники достоверно свидетельствуют о том, что в VII столетии существовали общины алан ― христиан и даже аланский правитель по имени Григорий. Кстати, именно тогда на Кавказе оказался в ссылке православный святой — преподобный Максим Исповедник (по одной из версий, он посетил район нынешнего аула Хумара в Карачаево-Черкесии).

В IX веке Северный Кавказ по пути в Хазарию посетили знаменитые солунские братья — святые Кирилл и Мефодий.

Сентинский храм

Христианское просвещение Северного Кавказа не ограничивалось только Аланией и землями адыгов, оно затронуло также вайнахов и народы Дагестана. Здесь, на Восточном Кавказе, в основном трудились грузинские миссионеры. По некоторым сведениям, христианство среди вайнахов (предки чеченцев и ингушей) распространялось с VII столетия (к слову, в Грузии до сих пор живёт группа православных вайнахов — бацбийцев). Памятники той деятельности — строгие и суровые по своей архитектуре храмы Алби-Ерды (VII—X век) и Тхаба-Ерды (VIII—XII столетие) в Ингушетии. Тхаба-Ерды даже в исламское время оставался народным культовым центром.

Тхаба-Ерды

В горном Дагестане в X—XIII веках существовало христианское государственное образование — Серир. Сохранился Датунский храм (X—XI век), множество каменных крестов и памятников древнегрузинской письменности.

Однако в XIII веке после нашествия монголов и Тамерлана в XIV веке, а также падения Константинополя в 1453 году под ударами турок ― османов христианство на Северном Кавказе пришло в упадок. Русь ещё только набирала силы, Византия прекратила существование, а Грузия изнемогала в борьбе за своё выживание. Казалось, что христианство на Северном Кавказе угасло навсегда.

Датунский храм

Восстановление христианства на Северном Кавказе

В XVI столетии началось продвижение России на Кавказ. На Тереке был основан острог (крепость) Терки̓ . В 1586 году правитель грузинской Кахетии Александр обратился за покровительством к русскому царю Фёдору Ивановичу. А в 1650 году царь Имеретии Александр признал над собой власть московского государя.

На протяжении XVII—XIX веков происходило длительное, трудное, полное противоречий, но всё же необратимое и благотворное утверждение России на Северном Кавказе, имевшее задачами соединение с единоверной Грузией, умиротворение границ и вытеснение тогдашнего главного противника — Турции. Неотъемлемой составляющей этого великого процесса было возрождение христианства, следы его к тому времени сохранились только у осетин, знатные представители которых, поступая на службу России, как правило, принимали православие. В 1787 году был крещён Курман Кубатиев, его восприемницей (крёстной матерью) была сама государыня императрица Екатерина II.

Армянский храм св. Григориса в Дагестане

Важной вехой стало основание в 1860 году Общества восстановления православного христианства на Кавказе, которое возглавил наместник Кавказа князь Александр Иванович Барятинский, а затем великий князь Михаил Николаевич Романов. В соответствующем императорском указе говорилось, что в древние времена православная вера преобладала на Кавказе, а «в горах до сих пор сохранились многие остатки бывшего, но не угасшего ещё света Христианства». Схожим образом выразился один из первых осетинских просветителей — священник Аксо Колиев: «Всё религиозное, доселе встреченное мною в Осетии, преисполнило меня сострадания, я всюду видел остатки правоверного исповедания. Но, увы, искажённого!».

Памятник священнику Аксо Колиеву во Владикавказе

В середине XIX века выдвинулась плеяда выдающихся просветителей: помимо Колиева это были епископ Владикавказский Иосиф (Чепиговский), священники Михаил Сухиев, Алексий Гатуев и др. Важнейшим просветительским центром стала Осетинская церковь Владикавказа. В результате было восстановлено множество древних поруганных храмов и построены новые. Основаны десятки школ,в которых обучались и мальчики, и девочки.Последнее было новаторством в условиях того времени и с учётом кавказской специфики. К 1880 году действовали семь женских школ, где обучались около двухсот девочек, многие из которых впоследствии стали учительницами и несли грамотность новым поколениям осетин.

Памятная доска «апостолу Осетии» епископу Иосифу в Новоспасском монастыре Москвы

Большой вклад был внесён в развитие осетинской культуры. Аксо Колиев стал основоположником современной осетинской поэзии, а епископ Иосиф вместе со священниками ― осетинами составил осетинский алфавит (на основе русского) и издал множество книг на осетинском языке.

И это лишь небольшая часть огромной просветительской работы, которая была осуществлена в Осетии и других регионах. Результатом её стало то, что древние корни христианской цивилизации на Северном Кавказе дали новые всходы.

Кафедральный собор Пятигорской и Черкесской епархии в Пятигорске

После череды конфликтов был найден путь мирного сосуществования разных культур и религиозных традиций. В X веке арабский путешественник Ибн Хаукаль так описывал положение в Дагестане: «… народ Серира — христиане. Между жителями Серира и мусульманами мир».

Хотелось бы, чтобы мир между христианами и мусульманами укреплялся и в наше время.

Проект храма св. Александра Невского в Северной Осетии

Северный Кавказ — сакральное место России

Несомненно, Северный Кавказ — один из сакральных центров России. Причём не только для христиан. Достаточно упомянуть, что в Дербенте действует одна из древнейших мечетей мира, построенная в VIII столетии.

Как сказал архиепископ Пятигорский и Черкесский Феофилакт: «Кавказ — это древняя христианская земля, крещённая задолго до Руси. Это благословенная земля, где Бог дал нам всё необходимое для жизни с избытком. (…) Кавказский дом строился тысячелетиями, и всегда в нём жили разные этносы, исповедовали разные веры, что не мешало никому».

Монументальное изображение Господа нашего Иисуса Христа в Ессентуках

14 октября 2017 года президент Владимир Путин подписал указ о праздновании в 2022 году 1100-летия крещения Алании.

Как и в крымском Херсонесе, современная Россия на Кавказе узнаёт свои сакральные корни, чтобы, сохранив государственное единство и вековые традиции, пронести их через очередное столетие нашей многотрудной истории…

Общественно-политический журнал «Мужская работа».

§ 9. Народы северокавказской семьи

Древние народы Северного Кавказа населяют землю, овеянную легендами. В благодатных долинах искали золотое руно греческие аргонавты, а на одной из гор в районе Анапы великий греческий бог Зевс повелел приковать титана Прометея, подарившего огонь людям. На седых заснеженных вершинах Эльбруса и Казбека, по преданиям местных народов, также обитали божества-хранители этой древней земли. Через горы Кавказа пришло сюда христианство, а через прибрежные равнины Прикаспия – ислам, оказавшие влияние на исторические судьбы народов региона.

Как расселялись народы на Северном Кавказе

Одним из древнейших и крупнейших народов Северного Кавказа являются адыги. Их историческая родина – Северо-Западный Кавказ. Адыги – общее наименование более десятка родственных племен, из которых впоследствии сформировались родственные этносы: адыгейцы, кабардинцы и черкесы. Самоназвание всех этих народов – адыге. С XIII в. за адыгами в русской литературе закрепился этноним «черкесы». В XIII–XIV вв. часть адыгов из районов своего этнического формирования переселилась на восток, в центральную часть Северного Кавказа. Но до начала XV в. их здесь было немного, расселению мешали татаро-монголы и союзные им кипчаки. После распада Золотой Орды миграция адыгов на восток усилилась.

Осевшие на землях вдоль Терека адыги стали называться кабардинцами. Ученые предполагают, что этот этноним происходит от личного имени правителя переселившихся сюда адыгов Кертебея. Обособившаяся часть адыгского этноса оформилась на этих землях в кабардинскую народность, а позже в народ. Сейчас это крупнейший адыгский народ в нашей стране.

В первой половине XIХ в. адыги были самым многочисленным народом региона. Но в ходе многолетней Кавказской войны происходило массовое переселение горских народов в Турцию. Основу переселенцев составили адыги, особенно из причерноморских и кубанских племен; таким образом, б?льшая часть этноса оказалась за пределами исторической родины.

На Северо-Западном Кавказе с XIV в. стали расселяться абазины. Их предки были северными соседями абхазов и, по-видимому, уже в I тыс.н. э. частично ими ассимилированы. В XIV–XVII вв. абазины, жившие по черноморскому побережью между реками Туапсе и Бзыбь, переселились на Северный Кавказ, где осели по соседству с адыгскими племенами. Абазинский язык относится к абхазско-адыгейской группе северокавказской семьи. Он имеет два диалекта: тапантский (лежит в основе литературного языка) и ашхарский. Сейчас в нашей стране абазины проживают преимущественно на территории Карачаево-Черкесии, недавно там был создан Абазинский район.

Вайнахские народы представлены на Северном Кавказе чеченцами и их ближайшими этническими родственниками ингушами. Самоназвание этих двух этносов – «вайнахи» – дословно означает «наш человек». Этноним «ингуши» происходит от названия старинного селения Ангуш или Ингуш, что находился в Тарской долине на месте нынешнего селения Тарское (ныне в Северной Осетии). Впервые ингушами их стали называть кабардинцы, от которых это название было заимствовано сначала русскими, а затем и другими народами. В XVI–XVII вв. ингуши начали переселяться с гор на равнину; этот процесс активизировался российскими властями в первой трети XIX в. Миграции явились одной из главных причин того, что основная масса ингушей не приняла участия в Кавказской войне. Однако более страшная этническая трагедия постигла ингушей уже в советское время.

Депортация народов Кавказа

В 1944 г. ингуши, а также чеченцы, карачаевцы и балкарцы были насильно изгнаны из родных мест. Депортация «неблагонадежных» народов больно ударила по всему Кавказу. Часть земель, входивших до войны в состав Чечено-Ингушской АССР и населенных преимущественно ингушами, после ликвидации в 1944 г. автономии была передана Северной Осетии. На место изгнанных чеченцев в селения бывшего Ауховского района, преобразованного в Новолакский район Дагестанской АССР, под давлением были переселены с гор семьи лакцев, а также дагестанцы других национальностей, которые хоть и страдали в горах от малоземелья, но не хотели покидать родных мест. Депортированные народы были направлены на поселение в районы Средней Азии и Казахстана. Эта незажившая рана этнической истории больно отзывается в современных территориальных и этнических проблемах Северного Кавказа.

Чеченцы впервые упоминаются под этнонимом «нохча матьян» («говорящие на языке нохчи») еще в армянских источниках VII в.; в персидских документах XIII в. им дано название «сасаны», позднее привнесенное и в русские летописи. В начале XVIII в. за этим этносом, крупнейшим поселением которого был аул Большой Чечен на берегу реки Аргун, утвердилось название «чеченцы». В середине XIX в. чеченцы по численности были вторым после адыгов горским народом Кавказа. В 1840 г. их насчитывалось 138 тыс. человек.

До XV–XVI вв. чеченцы жили преимущественно в горах. Затем они стали постепенно спускаться на равнины, создавая здесь свои аулы. В XVI в. на реке Сунже, почти одновременно с поселившимися здесь гребенскими казаками, стали возникать чеченские поселения. Между чеченцами и казаками установились не просто мирные и добрососедские, но и дружеские и родственные связи. У чеченцев в течение веков были крепкие тейповые (от слова «тейп» – род) кровнородственные связи. Ни у одного другого народа Северного Кавказа крепкие родственные связи не сохранялись так долго, тейповая структура крайне важна и для современного чеченского общества. Усилению связей между народами Северного Кавказа способствовало и распространение ислама.

Ислам на Северном Кавказе

Дербентский проход между Кавказскими горами и Каспием издавна называется Каспийскими воротами. Здесь пересекались торговые пути, Дербент был одним из важнейших портов. В 651 г. отряды арабской конницы под командованием военачальника Сулеймана вторглись в Южный Дагестан и через Каспийские ворота прошли на север. Так ислам впервые появился на Северном Кавказе, да и на всей современной территории России.

До появления ислама кавказские народы исповедовали местные языческие культы или христианство, зачастую в их верованиях переплетались элементы разных религий. Сохранившиеся во многих местах остатки христианских храмов свидетельствуют о значительном распространении православия в горах Северного Кавказа задолго до того, как сюда стал проникать ислам.

Во второй половине VII в. на захваченных территориях Дагестана арабы стали насаждать ислам. При этом они прибегали не только к силе оружия, но и к мирным средствам, в частности к налоговой политике, освобождая население от подушной, а иногда и поземельной подати. Укоренившись в течение девяти столетий в Дагестане, ислам стал проникать в области, населенные вайнахами. Во многих народных преданиях повествуется о том, как аварские и кумыкские муллы, нанимаясь пастухами в чеченские и ингушские селения, распространяли там веру в Аллаха. К одним племенам чеченцев и ингушей ислам проник раньше, к другим – значительно позже.

Когда в ХV в. на обломках Византии возвысилась Османская империя, превратившаяся в могущественную державу, турецкий султан был объявлен халифом всех мусульман-суннитов. Как некогда арабские халифы, он использовал ислам в качестве знамени своей завоевательной политики. Политическая и племенная раздробленность, междоусобицы и кровавая вражда между отдельными князьями, экономическая слабость мешали горским народам Северного Кавказа объединить свои силы для организованного отпора.

Семейные традиции горцев

У народов Северного Кавказа основой семейной жизни является «малая семья» – супружеская пара и их дети, но до сих пор сохраняются традиции большой семьи (объединение родственников трехчетырех поколений). Кровнородственные отношения складывались и между несколькими большими семьями. Вайнахи называли их тейпами, аварцы – тухумами. Эти объединения играли большую роль не только для защиты от внешних врагов, но и обеспечивали солидарное решение повседневных хозяйственных проблем.

У большинства народов Кавказа не допускаются браки с родственниками до четвертого, а подчас даже до седьмого колена. Это исключало возможность близкородственного скрещивания в районах с высокой плотностью населения. Исключение составляют народы горного Дагестана, где предпочтение отдают бракам между троюродными братьями и сестрами. Обычай создания искусственного родства расширяет число возможных родственников и сужает круг брачных партнеров.

После принятия ислама в общественной жизни горских народов стали строго соблюдаться нормы адата (в переводе с арабского – обычай, традиция), одного из источников шариатского права, не противоречащего Корану. Общественные праздники стали носить синкретический (смешанный) характер, сочетая в себе предписания ислама и сохранившиеся языческие пережитки.

Кавказская кухня

Традиционное питание базируется на продуктах земледелия (мука пшеничная, ячменная, ржаная, кукурузная, крупы) и животноводства (мясо, масло, молоко, сыр, творог). Основу питания большинства народов Северного Кавказа составляет молочно-растительная пища. Ошибочным является распространенное мнение о том, что основа пищевого рациона горцев – мясо. Такое впечатление создала традиция горцев угощать мясом почетных гостей и соседей, когда режут птицу и скот.

Традиция питания тесно связана с природными и хозяйственными условиями: пища жителей горных и высокогорных районов несколько отличается от пищи народов горнодолинных и предгорных. В горной части (особенно в высокогорье) больший удельный вес имеет молочно-мясная пища, в предгорьях и на равнине преобладает злаковая. Преобладание того или иного вида муки зависело от природных условий: в высокогорье больше сеют ячмень и рожь, в среднегорье – пшеницу, в горной долине и предгорьях – кукурузу (на ее основе делают густую кашу – мамалыгу). Молочные продукты получают из молока коров, овец (преимущественно в горных районах) и коз (в предгорных и равнинных районах). Обязательными на столе кавказцев являются сыр и квашеное молоко – самый популярный напиток, получивший известность далеко за пределами Кавказа. Все кавказцы едят много зелени – кинзу, укроп, черемшу, лук, чеснок.

Источники информации

1. Волкова Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII – нач. XX в. М., 1974.

2. Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа. М., 1973.

3. Гарданов В.К. Семья и семейный быт народов Северного Кавказа. М., 1983.

4. Карпов Ю.Ю. Джигит и волк: мужские союзы в социокультурной традиции горцев Кавказа. СПб., 1996.

5. Культура и быт адыгов. Вып. 1. Майкоп, 1976.

6. Мальсагов С.К. Притчи о горном этикете. Нальчик, 1989.

7. Студенецкая Е.Н. Одежда народов Северного Кавказа в XVIII – нач. XX в. М., 1989.

Вопросы и задания

1. Подберите легенды и мифы различных народов мира, действие в которых происходит на Кавказе.

2. Выделите основные этапы в заселении Кавказа. Какое воздействие оказал ислам на особенности исторического развития народов региона?

3. Пользуясь картой народов, дайте характеристику географического положения этнических ареалов различных народов Северного Кавказа. При помощи топонимического словаря определите, какие границы могли занимать эти народы в прошлом.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *