Кумранские рукописи

(8 голосов: 5.0 из 5)

  • Рукописи Мертвого моря Библейская энциклопедия Брокгауза
  • Кумранские рукописи прот. Д. Юревич
  • История исследований и важнейшие публикации по свиткам Мёртвого моря, мессианизму в кумранских рукописях и в книге Исаии свящ. Д. Юревич
  • Септуагинта и Вульгата в свете исследований рукописей Мертвого моря А.К. Сидоренко

Кумра́нские ру́кописи — совокупность древних религиозных манускриптов, обнаруженных в районе Кумрана, составленных в конце Ветхого и начале Нового Заветов (по некоторым основаниям, это время датируется периодом: III в. до н. э. — 68 г. н. э.).

С чего начинается история открытия и обнародования Кумранских рукописей?

В 1947 году два бедуина, Омар и Мухаммед Эд-Диб, пасшие скот в Иудейской пустыне, недалеко от Мертвого моря, в районе Вади Кумран, наткнулись на пещеру, внутри которой, к своему удивлению, обнаружили древние свитки из кожи, обернутые льняной тканью. По объяснению самих бедуинов, они вышли на эту пещеру совершенно случайно, занимаясь поисками пропавшей козы; по другой версии, кажущейся не менее правдоподобной, они целенаправленно выискивали предметы старины.

Не сумев оценить найденные рукописи по достоинству, бедуины попробовали было нарезать из них кожаные ремни для сандалий, и лишь непрочность изъеденного временем материала убедила их отказаться от этой затеи и искать для находки более подходящего применения. В результате, рукописи были предложены антиквару, а затем сделались достоянием учёных.

По мере изучения рукописей стала понятна их подлинная историческая ценность. Вскоре на месте обнаружения первых свитков появились профессиональные археологи. В рамках систематических раскопок 1951-56 гг., проводившихся в Иудейской пустыне, было обнаружено множество письменных памятников. Все они вкупе получили наименование «рукописи Мертвого моря», по месту обнаружения. Иногда эти памятники условно классифицируются, как Кумранские, но часто так обозначаются только те из них, которые были найдены непосредственно в районе Кумрана.

Что собой представляют Кумранские рукописи?

Среди Кумранских находок было выявлено несколько хорошо сохранившихся свитков. Главным же образом находки явили собой массу разрозненных, иногда крохотных фрагментов, число которых достигло примерно 25 000. Путем долгой и кропотливой работы ряд обрывков удалось идентифицировать по содержанию и объединить в более или менее цельные тексты.

Как показывает анализ, подавляющая часть текстов составлена на арамейском и древнееврейском языках, и лишь незначительная — на греческом. Среди памятников были обнаружены писания библейского, апокрифического и частного религиозного содержания.

Вообще же рукописи Мертвого моря охватывают почти все Книги Ветхого Завета, за редким исключением. Интересно отметить, что, например, Книга пророка Исаии сохранилась практически в полном объеме, причём сравнение древнего текста этой Книги с современными списками свидетельствует об их взаимном соответствии.

По одной из теорий, рукописи Кумрана изначально принадлежали обитавшей в той местности общине ессев — секте, известной по античным источникам. Это была изолированная секта, в рамках которой практиковалось соблюдение закона и строгий (ветхозаветный) аскетизм. В пользу упомянутого предположения, помимо прочего, склоняют выводы из исследования и своеобразной научной интерпретация найденных там древних развалин. Полагают, что ессеи могли обитать в данной местности вплоть до захвата её римскими воинами в 68 году.

Между тем существует и другая точка зрения, согласно которой, по крайней мере часть найденных документов имеют не сектантское, а иудейское происхождение.

Кумранские рукописи

Теперь перейдем к рассмотрению находок Мертвого моря, обнаруженных в пещерах Хирбет Кумрана, Вади Мураб-Бата и Хирбет Мирда.

«Весной 1947 г. два пастуха случайно обнаружили кожаные рукописи в пещерах горных склонов недалеко от Хирбет Кумрана.

Только к началу 1948 г. стало ясно, что пастухам посчастливилось найти рукописи на древнееврейском языке, содержащие отрывки из Библии (Ветхого Завета) и неизвестные тексты».

С тех пор находки пополняются ежегодными добавлениями, обнаруживаемыми исследователями в этих местах, но еще полностью не изучены.

О чем же свидетельствуют рукописи Мертвого моря или же Кумранские находки?

В них, помимо частей Ветхого Завета, имеются сообщения о существовании общины кумранитов, которые по своим обычаям напоминают христиан Апостольской Церкви:

У них общее имущество «всякий присоединившийся к общине, должен уступить свое состояние общине… все, как братья, владеют общим состоянием».

Для сравнения в Деян. 4,32 читаем подобное: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа: и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них — было общее».

У них отсутствует клятва.

С. И. Ковалев и М. М. Кубланов называют поселенцев Кумрана «эссенами» («ессеи»). На рубеже нашей эры ессеи слились с аскетическими иудейскими группами назореев, к которым причисляли и последователей Иоанна Крестителя, которые отказывались стричь волосы, не употребляли вина и мясной пищи». «Отродоксальные иудеи называли назореями всех христиан, а их учение — назорейской ересью» (Деян. 24,5).

«Сходство между ранними христианами и эссенами (кумранитами) можно найти и в некоторых обрядах. У эссенов… большую роль играли: общая молитва, ритуальное вкушение пищи и омовение водой. Такие же обряды были и у ранних христиан». Все эти вопросы отражаются в документе общины «Устав», найденном при раскопках Кумранских пещер.

Во главе Кумранской общины стояла коллегия из 12-ти человек. Это напоминает 12 евангельских апостолов:

«И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал власть им над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь» (Мат. 10,1 сравни с Деян. 2,14: «Петр же став с одиннадцатью, возвысил голос свой…»

«Новейшие открытия в районе Мертвого моря указывают еще (и) на… основателя христианства. Это сказание о «Праведном Учителе», Он фигурирует в различных документах под разными именами: «Праведный Учитель», «Наставник справедливости», «Единственный», «Единственный Основатель», «Единственный Наставник», «Помазанник», «Учитель» и т.д. Эти имена, равно как и приписываемые «Наставнику» качества и действия, не оставляют никаких сомнений в Его Мессианской сущности… «Праведный Учитель» (собственное имя Его не сообщается), считался Основателем той иудейской секты, которая исторически выступает перед нами». В Евангелиях мы находим подобные титулы, которые приписывались Иисусу Христу. В Марк. 5,35; 10,17.51. Он назван «Учителем», в Лук. 8,24. — ученики называют Его «Наставник», в Мат. 23,10. говорится, что Он «Единственный Наставник», Которым может быть только Христос и никто другой. В Деян. 3,14, Иисус назван «Праведным», в Пс. 2,2, Христос назван «Помазанником», в 1 Кор. 3,11, о Нем говорится, как об «Основании» единственном, и т.д.

Далее Кумранские документы говорят о том, что «Праведный Учитель» был преследуем «верхушкой Иерусалимского храма», что привело к казни «Учителя», однако верующие в «Праведного Учителя», ожидали Его Второго пришествия и страшного суда над силами зла».

Сравнивая вышеизложенное об «Учителе Справедливости» и Евангельском Иисусе Христе, можно заключить, что речь идет об одной и той же Личности. Значит Кумранские раскопки повествуют об Иисусе. Этого мнения придерживаются исследователи Дж. Тейхер и Н. Е. Дель Медико.

В произведениях христианских писателей II-III столетий н. э. упоминаются различные группы верующих христиан не порвавших с иудаизмом. Научная литература называет такие группы (общины) «иудео-христианскими». К ним относят назореев, эбионитов (от слова «эбионим» — нищие) и др. Французский исследователь истории раннего христианства Ж. Даньелу считает эбионитов «естественным развитием группы кумрана». Эбионитами (нищими духом) могли называть себя «последователи Христа Иисуса»».

Защитники мифа выдвигают в свою пользу аргумент датировки документов, согласно которому находки относят к первому веку до н. э.

«О чем рассказывают исследования? Химический анализ льняных переплетов свитков… показал, что лен был срезан в период 168 г. до н. э. и 233 г. н. э».

Во-первых, следовало бы учесть, что поселенцы могли пользоваться льном срезанным и намного раньше (но никак не позже) их поселения. А, во-вторых, если учесть, что химический анализ определяет лишь примерные границы «от» и «до», то разумно было бы пользоваться серединой полученного периода, который охватывает промежуток в 400 лет (от 168 г. до н. э. до 233 г. н. э.). Середина падает на 33 год по Р. Хр., то можно заключить, что деятельность общины приходится на 1 век нашей эры, а это и есть период деятельности и земной смерти Христа.

Сегодня неточность химического анализа, посредством измерения пропорций карбона-12 и радиоактивного карбона-14 в органическом материале вынуждены признать и ученые. Вот, что пишут по этому поводу С. И. Ковалев и М. М. Кубланов: «К сожалению, радиокарбоновый метод пока еще не может порадовать исследователей большой точностью определения. Допуски его чрезвычайно велики и составляют ± 200 лет. И при этих обстоятельствах оказалось, что дату ткани следует искать где-то между 168 г. до н. э. и 233 г. н. э».

Другой способ датировки заключается в том, чтобы использовать в качестве датирующих средств археологический и нумизматический материал. Как уже отмечалось, свитки первой пещеры были найдены уложенными в два высоких и узких глиняных цилиндрических сосуда. Обломки таких же сосудов валялись в пещере повсюду. Однако, несмотря на то, что керамический материал является прекрасным датирующим средством, в данном случае убедительно назвать время сосудов не представлялось возможным ввиду слабой изученности этих местных форм керамики. Такое положение продолжалось до тех пор, пока в самом поселении Хирбет Кумран не был найден целый глиняный цилиндрический сосуд такой же формы, как и в пещере. Эта находка, явившаяся важным звеном в подтверждении связи между рукописями пещер и Хирбет Кумраном, имела серьезное значение и для датировки, поскольку сосуд был найден в хорошо определяющем культурном слое. Нумизматический материал (найденные монеты) этого слоя датируются временем от 5-10 г. н. э. до 67-68 г. н. э. Таким образом сосуд из Хирбет Кумрана и идентичные ему сосуды из пещеры должны датироваться этими монетами, т. е. временем 5-68 г. н. э». Пользуясь вышеизложенным приемом, находим, что середина этого времени — также тридцатые годы нашей эры, а именно 32 г. н. э., тот же период, который исчисляли выше.

На основании рассмотренного, можно заключить, что члены общины — жители 1-го века новой эры.

Видя, что у них не остается оснований, сторонники мифа заявляют, что сами свитки должны быть написаны до рождения Христа, ибо в первом веке поселенцы не смогли бы написать такое большое количество рукописей. Община, как установлено, прекратила свое существование в годы Иудейской войны 66-70 г. На основании Евангелий мы можем вполне согласиться с этим, так как ученики и апостолы имели много древних ветхозаветных книг, написанных до рождения Христа. Сам Иисус ссылался на них, говоря: «Исследуйте Писания… они свидетельствуют о Мне» (Иоан. 5,39). А книга пророка Исаии, которая читалась каждую субботу, полностью сохранилась среди обнаруженных манускриптов.

Большое значение имеет определение датировки таких документов, как «Устав» и «Война сынов света с сынами тьмы», так как в них отображена сама жизнь общины. Это можно достичь путем сравнения с хорошо изученными и знакомыми письменами других местностей.

«К сожалению, этот испытанный метод не может быть эффективно использован для анализа Кумранских рукописей, ибо изученного и датированного материала этого периода почти нет».

Со всем тем, определив время поселения, справедливо допустить и то, что именно тогда и были написаны такие документы, как «Устав» и др., относящиеся непосредственно к деятельности общины.

Почему же тогда члены общины не называют себя христианами?

В Деян. 11,26, читаем: «Целый год собирались они в церкви и учили немалое число людей, и ученики в Антиохии в первый раз стали называться христианами». Это произошло примерно в 50-60 г. по Р. Хр. Притом, «это название приводится, как название вне церкви употреблявшееся».

До этого времени последователи Господа именовали себя учениками, братьями, верующими и т.п. Еще два раза встречается имя христианин в Новом Завете (Деян. 26,28; 1Петр. 4,16).

А. Каждан пишет:

«Долгое время термин христианин не служил самоназванием последователей Христа — так называли их противники, сами же они именовали себя учениками или братьями. Во всем Новом Завете слово христиане употреблено только три раза: дважды в Деяниях апостолов — одном из самых поздних памятников новозаветного канона — и один раз в Первом послании Петра. «Только бы не пострадал кто из вас, — заявляет автор этого послания, — как убийца или вор, или злодей, или как посягающий на чужое: а если как христианин, то не стыдись, но прославляй Бога, за такую участь». Даже здесь христианин — скорее еще не самоназвание, а кличка…»

«Кумранские сектанты не называли себя эссенами — это имя ни разу не встречается в многочисленных рукописях из пещерных тайников. Официальным самоназванием секты было «Община» и также «Новый союз» или «Новый Завет». И тут мы сразу же настораживаемся: «Новый Завет» — да ведь именно так называли совокупность своих священных книг ранние христиане!»

«Христианство было массовым религиозным движением, возникшем во второй половине первого века н. э. в Римской империи».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Античные книги-свитки

Человек со свитком на фреске из Геркуланума. Национальный археологический музей Неаполя

Книги в форме свитка, изготовленные из папируса, в античном мире появились в период VII—VI вв. до н. э., когда развились более или менее регулярные связи Эллады с Египтом. Сохранившиеся образцы античных свитков относятся, преимущественно, к эпохе Римской Империи и практически все обнаружены в Египте. Внешнее представление о форме книг-свитков можно получить из произведений античного искусства — помпейских фресок, вазописи, статуй и барельефов, на которых изображены читающие и пишущие люди. Свиток был единственной формой книги, которую знала классическая античность. Только начиная со II века н. э. свитки стали вытесняться пергаментными кодексами, но этот процесс растянулся до наступления зрелого Средневековья.

Формат античных свитков

Разница способов записи текста на свитке в античности: литературный — колонками (volumen) и в документах — сплошным текстом (rotulus)

Литературный текст на свитке в античности записывался горизонтально последовательными колонками, соответствующими отдельной странице (они разделялись полями), чаще всего на одной стороне свитка — внутренней. В сохранившихся папирусах количество знаков в строке колеблется от 48 до 15—10 (как в папирусе, содержащем комментарии к диалогу Платона «Теэтет»). Стандартным был свиток длиной около 6 м, что определялось, прежде всего, размерами записанного текста и удобством для читателя. Такой способ записи был расточительным: поскольку оборотная сторона не содержала текста, заполнялось не более трети поверхности свитка. Высота свитка соответствовала современному понятию формата книги: максимальная была 40 см, стандартная — 20—30 см (такова высота большинства найденных в Египте папирусов). Минимальная высота свитка — 5 см, такие использовались для записи стихов или эпиграмм. Также часто встречались свитки длиной 3—4 метра, на таких, обычно, записывали отдельные песни гомеровского эпоса. Среди папирусов коллекции Британского музея имеется фрагмент третьей песни «Одиссеи». Колонка текста состоит здесь из 35—36 строк и занимает в ширину около 15 см. Следовательно, длина свитка, содержавшего всю III песню «Одиссеи», равнялась примерно 2,5 м.

Выбор формата иногда зависел от жанра самого произведения. В «Этимологиях» Исидора Севильского сказано:

Известные типы книг изготовляются по определенным правилам, более мелкие используются для сборников стихов или писем, исторические же сочинения имеют большие размеры…

— VI, 12

Стандартный термин — греч. βιβλίον — обозначал как отдельный свиток, так и сочинение, состоявшее из нескольких свитков-книг. Позднее данный термин стал обозначать текст, обладающей тематической законченностью и единством, тогда как свитки, составляющие отдельные части, «книги», стали обозначаться словом «том»; в период раннего средневековья словом «том» обычно обозначали документы, написанные на папирусе. В латинском языке книгу обозначали словом лат. liber («луб» — первоначальный письменный материал латинян), далее возникло синонимическое ему слово volumen, обозначающее как свиток, так и папирус, из которого он изготавливался. В дальнейшем liber стал обозначать и книгу вообще, и книгу как часть объёмного текста, а volumen стал «свитком»-материальным носителем.

Читали свиток обычно сидя, держа его двумя руками: одной рукой, обычно правой, его разворачивали, левой — сворачивали. Свиток был сравнительно неудобен, особенно это было заметно в римской юридической практике и практике христианского богослужения: при использовании многочисленных свитков было трудно отыскать отдельные фрагменты объёмного текста, особенно при неоднократном к нему обращении.

Оформление

Свёрнутый папирусный свиток. Современная реплика из Музея Сиракуз

Из сочинений Овидия, Марциала, Плиния Младшего можно почерпнуть некоторые особенности книжного дела в Древнем Риме. В письме Плиния Младшего (III, 5) говорится, что некое сочинение его дяди — Плиния Старшего — было переписано на шести свитках-volumina, каждый из которых обёртывался пергаментом, окрашенным пурпуром или шафраном. Обёртка соответствовала современной обложке. Торцы свитка шлифовались пемзой, чтобы не трепать торчащие волокна папируса. Об этом говорится в одной из эпиграмм Марциала (VIII, 72):

Хоть ещё не наряжена ты в пурпур,
И не сглажена зубом жёсткой пемзы,
За Арканом спешишь уехать, книжка…

Судя по египетским находкам, к краю папирусного свитка мог подклеиваться лист пергамента для лучшей сохранности. Для защиты от насекомых книги пропитывались маслом хвойных деревьев, часто кедровым маслом. Крайний лист или оба крайних листа свитка могли крепиться к стержням, округлые концы которых именовались по-латински umbilica («пупок»). Концы умбиликов могли изготавливаться в форме рожков, и так и именовались. Судя по тексту Овидия, их окрашивали в чёрный цвет, но в особо роскошно оформленных экземплярах они могли покрываться позолотой, о чём упоминали поэты Стаций («Сильвы», IV, 9, 6—7) и Лукан («Против невежды, скупающего множество книг»). Однако умбилики, видимо, не являлись стандартным элементом книжного оформления, и на большинстве античных изображений читающих людей их не видно.

Первая страница свитка именовалась «протоколом» (греч. προτόκολλον — «первая склейка»), последняя — «эсхатоколом» (греч. έσχατόκολλον — «последней склейкой»). В византийскую эпоху на протоколах стали ставить официальные штемпели, которые могли удостоверять, что папирус произведён на казённом предприятии. Согласно законодательству Юстиниана (Nov., 44, 2) каждый официальный документ должен был иметь протокол, являвшийся свидетельством подлинности документа. На эсхатоколе помещали издательские данные и титул (лат. subscriptia), поскольку последняя страница оказывалась в самой глубине свитка, это гарантировало её сохранность. Кроме имени автора и названия сочинения, на эсхатоколе указывали порядковый номер книги или число строк («стихометрия») и склеек. Вместе титул и стихометрия образовывали колофон, по которому в древности определяли стоимость книги. Титул мог быть помещён и на протоколе, как в одном из свитков, найденном в Геркулануме, но, видимо, это исключение. На внешней стороне свёрнутого свитка также могли нанести краткий титул, именуемый по-гречески «эпиграфом». К торцовой части свитка прикрепляли овальную бирку из пергамента (лат. index), на которой указывали имя автора и название сочинения, чтобы читатель мог, не разворачивая свитка, взять нужную ему книгу. Несколько раз об этом писал Цицерон в своих письмах, но использовал грецизм «ситтиб» (лат. sittybos).

Папирус из Оксиринха (P.Oxy. I 29) с фрагментами «Начал» Евклида. Переписан в период 75—125 годов. Хорошо видно расположение текста колонками, под правой — геометрический чертёж

Текст не разбивался на слова, что составляло известное затруднение для читателя; это прекрасно осознавали и сами люди античности. В известном раннехристианском трактате — «Пастыре» Гермы — имеется следующий сюжет: в первой главе второго видения женщина дает автору книгу с пророчествами, которую надо переписать. Далее автор сообщает:

Я взял её и, удалившись в уединенное место пустыни, стал переписывать её буква за буквой, не различая даже слогов.

— Пер. В. Г. Боруховича

Колонки отделялись друг от друга полями, широкие поля оставляли и сверху и снизу текста, так как края свитка быстрее всего повреждались. Число и расположение колонок старались делать одинаковым во всех экземплярах одного и того же текста, чтобы корректору было легче контролировать качество переписанного текста. В колофоне отредактированного текста ставилось слово греч. διώρθωται, «исправлено». На полях ставили знаки стихометрии — через каждые 100 строк, а также писали примечания и комментарии. В подавляющем большинстве найденных папирусов их нет — в основном, до нас дошли массовые издания, читателям которых не были нужны учёные комментарии.

Книги-свитки могли изготавливаться двумя разными методами. При первом текст писался на отдельных листах, которые затем склеивались воедино. Предполагается, что этот метод применялся к массовым изданиям, когда в скриптории многие писцы записывали текст с голоса чтеца. На некоторых сохранившихся свитках буквы, выступающие к краю страницы, попадали в склейку. Более дорогие, индивидуально изготовленные тексты, записывались на чистом рулоне папируса. Обычно писали на внутренней стороне свитка («ректум») — той, где волокна папируса шли горизонтально, и калам двигался вдоль них, не встречая сопротивления. Иногда, когда требовались идеально прямые строки, папирус заранее расчерчивался при помощи линейки и свинцового стержня — античного аналога карандаша. Когда писчего материала не хватало, исписывалась и наружная сторона, «версум». Исписанные с обеих сторон книги назывались опистографами. Так писали люди экономные, потреблявшие большое количество писчего материала. Опистографы входили в книжное наследство Плиния Старшего, по свидетельству его племянника, Плиния Младшего («Письма», III, 5, 17).

Пример маюскульного письма в античной книге: страница Vergilius Augusteus. Пергамент, IV век

Титул и начальную букву писали красной краской, буквицы по-латыни именовали rubrica — то есть «красная строка» (поэтому чернильницы были двойными — для красной и чёрной краски). Во всех свитках буквы маюскульные, то есть напоминают прописные. Однако формы букв менялись с течением веков, поэтому зачастую характер письма является единственным надёжным методом датировки. В римскую эпоху возникло унциальное письмо, буквы в котором имели чёткие прямые и округлые формы. Однако текст в книге-свитке не был «слепым» — применялись различные типы значков для выделения смысловых разделов. Например, в драматургических сочинениях использовался знак абзаца (штрих по краю колонки над строкой, иногда с точкой — под началом последней строки абзаца), которым вводились речи каждого действующего лица или обособленной части хора. Иногда применялись и словоразделительные знаки. С I века до н. э. в прокомментированных филологами текстах могли ставиться ударения и придыхания, знаки которых помещались над строкой — это было необходимо для акцентуации, от которой зависел смысл слова, и в сложных словах. Имелись и знаки препинания — точки и двоеточия, а также коронида, обозначающая конец текста.

Ватиканский кодекс 3868. Каролингская эпоха, первая четверть IX века. Иллюстрации, предположительно, восходят к античному прототипу III—V веков

Вероятно, под влиянием древнеегипетской книжной техники, греческие издатели стали стремиться украшать и иллюстрировать книги. Плиний Старший в «Естественной истории» (XXV, 8) сообщал, что ботанические труды снабжались изображениями растений. Однако, в отличие от средневековья, в античности книги редко становились произведениями искусства. Чаще использовались схемы и чертежи, как в тексте Евклида из Оксиринха. Иллюстрации помещались или под текстом колонок, или внутри самого текста. Плиний Старший в «Естественной истории» (XXXV, 11) упоминает о сочинении Варрона «Образы». Оно насчитывало 50 книг, в которых были помещены портреты 700 знаменитых политических деятелей древнего Рима. Вероятно, сочинение украшалось и портретом автора. Марциал в одной из своих эпиграмм (XIV, 186) писал:

Малый пергамент такой вмещает громаду Марона!
Да и портрет его тут виден на первом листе.

Книжных иллюстраторов именовали artifices, но об их деятельности практически ничего не известно. Светоний в биографии императора Домициана упоминает о некоем Гермогене из Тарса, который в своей «Истории» поместил какие-то изображения, за что поплатился жизнью: даже переписчики, которые изготовляли книгу, были за это распяты. По мнению В. Боруховича, это были карикатуры на императора. Иллюстрированные папирусы сохранились в крайне незначительном числе, однако позднеантичные иллюминированные пергаментные кодексы могли восходить к ещё более древним прототипам на папирусе. Возможно, таково и происхождение иллюстрированного кодекса с пьесами Теренция Каролингской эпохи (IX века).

Судьба папирусных книг

Основная статья: Книжные утраты в Поздней Античности и «тёмных веках» См. также: Список книжных утрат Поздней Античности и «тёмных веков»

По мере христианизации культуры в IV—V веках форма и писчий материал книг стали иметь идеологическое значение: языческие светские тексты, записанные на папирусах, далеко не всегда копировались в пергаментные кодексы. В общем, папирусные свитки изнашивались довольно быстро: в античности считалось, что книга-свиток старше 200 лет была большой редкостью. Папирус, однако, сохранил значение для западного мира и после того, как книги стали пергаментными: так, в меровингской Галлии королевская канцелярия перешла на пергамент только в 670 году, а папская канцелярия продолжала им пользоваться до XI века — 23 папских буллы в 849—1022 годах были изданы на папирусах. Только в XII веке изготовление папируса прекратилось из-за распространения бумаги, на которую перешло то же название практически во всех западных языках (нем. Papier, фр. papier, англ. paper и т. д.).

  1. Dahl S. Geschichte des Buches. — Leipzig, 1928. — S. 11
  2. Борухович, 1976, с. 92.
  3. Funke Fr. Buchkunde. — Leipz., 1963. — S. 50.
  4. Böckwitz H. Beiträge z. Kulturgeschichte des Buches. — Leipz, 1956. — S. 5.
  5. Борухович, 1976, с. 95.
  6. 1 2 Борухович, 1976, с. 96.
  7. Мецгер, 1996, с. 4.
  8. 1 2 Борухович, 1976, с. 97.
  9. Борухович, 1976, с. 46.
  10. Борухович, 1976, с. 97—99.
  11. Борухович, 1976, с. 100.
  12. 1 2 Борухович, 1976, с. 103.
  13. Борухович, 1976, с. 101.
  14. Борухович, 1976, с. 102.
  15. 1 2 Борухович, 1976, с. 102—103.
  16. 1 2 Борухович, 1976, с. 105.
  17. Борухович, 1976, с. 112.
  18. Борухович, 1976, с. 17,46.
  • Борухович В. Г. В мире античных свитков. — Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1976. — 224 с.
  • Браво Б., Випшицкая-Браво Е. Судьбы античной литературы // Античные писатели. Словарь. — СПб: Лань, 1999. — С. 7—20.
  • Мецгер Б. Текстология Нового Завета: Рукописная традиция, возникновение искажений и реконструкция оригинала. — М.: Библейско-богословский ин-т св. апостола Андрея, 1996. — 334 с.

Эта статья входит в число добротных статей русскоязычного раздела Википедии.

Древний свиток

Естественной формой папирусной книги, т. е. достаточно длинного письменного текста, был древний свиток. Для грамот и документов употреблялись куски папируса различной длины. Форма длинного свитка (короткий свиток можно исписать в любом направлении с одинаковой «плотностью» текста) допускает два способа нанесения на него письма: по ширине или по длине. Первый способ применялся в средние века, второй — в античности. Выбор определялся свойствами писчего материала и характером текста.

Длинный папирусный свиток античности представлял собой книгу, т. е. содержал текст какого-либо произведения и предназначался для многократного чтения. Знаменитые античные библиотеки хранили десятки и сотни тысяч свитков, помещенных в корзины или особые поставцы. Исписанный лишь по своей внутренней стороне, свиток был навернут на валик с выступавшими концами.

При чтении его держали обеими руками и постепенно перекатывали из одной руки в другую (отсюда слово volumen от лат. volvere — катить, вращать) с тем, чтобы сохранять перед глазами определенное «поле зрения», обычно приближавшееся к квадрату. По окончании чтения последний лист свитка («эсхатокол») оказывался снаружи, а первый («протокол») — запрятанным в самой глубине; поэтому для нового чтения свиток необходимо было перемотать, подобно тому, как перематывается микрофильм или кинопленка.

Папирус — материал довольно ломкий и к себе требует очень бережного отношения. Во время чтения необходимо было осторожно его развертывать и столь же осторожно свертывать; обе руки были заняты, и делать пометы или выписки было довольно трудно. Приходилось отложить свиток или высвободить правую руку — в обоих случаях глаз терял то место текста, где произошла остановка в чтении. В то же время, папирус не был дефицитным материалом, писцу не надо было заботиться об экономии пространства. Книжное письмо античности было сперва целиком (до III в. н. э.), затем частично маюскульным, т. е. состояло из прописных, по нашей терминологии, букв и не было разделено на слова. Читать его более или менее быстро (схватывая глазом за один прием группу букв) можно было лишь при наличии коротких строк. Поэтому текст наносился на папирусный свиток с таким расчетом, чтобы облегчить процесс чтения, а именно: он был расположен узкими колонками по 12—15 букв в строке. Длина колонок определялась шириной свитка. В «поле зрения» помещалось обычно 4 колонки, что позволяло двигать свиток не очень быстро, через известный промежуток времени. Расстояния между колонками должны были, опять-таки для удобства чтения, достаточно отчетливо отделять их друг от друга.

В итоге полезная площадь папирусного свитка использовалась очень расточительно. Половина поверхности (наружная сторона) вообще оставалась незаполненной, а на исписанной стороне немало места уходило на частые промежутки между узкими колонками. В целом на долю текста оставалось не более 30—35% общего пространства.

Иной характер присущ средневековому свитку (он назывался гоtulus — от лат. rotare — вращать, отсюда англ. roll, франц. role). Сделанный из очень прочного материала — пергамента, он допускает гораздо более свободное обращение. На свитках писали не книги, а документы: отчеты, счета, протоколы судебных и иных заседаний, длинные грамоты. Подобного рода тексты не предназначались для многократного чтения. Вместе с тем пергамент всегда был дефицитным материалом. Поэтому внутренняя сторона свитка, как правило, густо исписана, причем строки идут по всей его ширине от края до края, почти не оставляя полей. Наружная («дорсальная») сторона частично использовалась для относящихся к документу записей и помет. Пергаментный список исписан более чем на 50% общего пространства. Его длительная жизнь в течение всего средневековья объясняется тем, что форма свитка наилучшим образом подходила для таких документов, которые надо было особенно оберегать от всякого рода фальсификаций — вставок или исчезновения кусков текста и т. п. Поэтому составлявшие свиток листы пергамента были пронумерованы, сам документ заверялся подписями. Подобного типа свиток исчез после появления прошнурованной книги.

Загадки и тайны истории

Всем известно, что работа археологов состоит в том, что бы найти в земле реликвии, которые остались от разрушенных цивилизаций и попытаться восстановить события, которые произошли в это время.

Но и в этой кропотливой и трудной работе случаются поистине поразительные находки, которые подчас имеют колоссальное значение для науки. Во время раскопок происходят невероятные истории, обрастающие впоследствии историями. Одина из наиболее известных, невероятных и важных находок это свитки Мёртвого моря, история их нахождения и исследования.
Находка, повлиявшая и изменившая мир
История обнаружения Кумранских свитков преподнесена как невероятная история о том, как пастух случайно нашёл в пещере древние свитки недалеко от Иерусалима, и принято считать, что именно с этого момента началась «золотая лихорадка». Но всё было несколько иначе. Зимой 1947 года пятнадцатилетним бедуинским юношей, пасшим своих коз, в двух километрах от побережья Мёртвого моря и восточнее Иерусалима в пещере, по счастливой случайности были обнаружены глиняные сосуды и сохранившиеся в них пергаментные свитки. Но ни какого ажиотажа не началось. Земли, в которых были найдены свитки, очень богаты реликвиями и различными древностями, и многие любопытные находки, чей возраст достигает примерно тысячи лет, находят часто. Бедуины старались продать свитки антикварам в Иерусалиме, но долгое время рукописи никого интереса не вызывали и их ни кто не покупал. Несколько месяцев спустя, три свитка приобрёл за 250 долларов митрополит Самуил, который служил в Сирийской Православной церкви, и привез их в США. В 1950 году разгорелись споры и дискуссии, в ходе которых стало ясно, что состоялся настоящий научный прорыв, способный изменить все представления. Свитки, возраст которых приблизительно составляет около 2 тысяч лет, были написаны примерно от 200 до 70 года н. э. Они включали в себя апокрифические тексты, отрывки из Ветхого завета и тексты религиозного сообщества Кумранской общины, так называемых ессеев, членов иудейской секты нашей эры. Далее свитки были куплены за 250 тысяч долларов и привезены обратно в Израиль, а на месте их находки начали грандиозные археологические раскопки. Результатом новых поисков, стали обнаруженные 25 тысяч частей рукописи, из которых цельными оказались десятки свитков. Многие из них были найдены, как отдельные части, так как бедуинам было выгодно продать найденные ими ранее свитки частями.

Открытие поменявшее все
В литературе считается, что самое величайшее археологическое открытие – это раскопки античной Трои, сделанные Генрихом Шлиманом еще в конце XIX века. Основная направленность работы и деятельности Шлимана, состояла в привлечении интереса и внимания к истории Древней Греции, но с научной точки зрения находка Кумранских рукописей поистине гениальная находка. Свитки Мёртвого моря позволяют практически доподлинно исследовать и изучить не только историю древнего Иудейского государства, но и отследить, как развивалась ветхозаветная религия и как на нее влияла раннее христианство. Обнаруженные Кумранские рукописи разделяют на три категории по их содержанию:

Библейские тексты. Были найдены приблизительно двести различных свитков, которые представляют собой отрывки книг Ветхого Завета. Большинство из них это отдельные отрывки, которые выполнены в разных редакциях и в различных переводах. Практически все отрывки частей Ветхого Завета найдены, кроме книг Неемии и Эсфири. Кумранские рукописи представляют собой древнейшие образцы ветхозаветных текстов, уцелевшие и дошедшие до нас, поэтому они бесценны для анализирования развития священных текстов.

Апокрифы и псевдоэпиграфы — тексты, которые относят к библейским традициям, но их не признают ортодоксальные иудаисты. Апокрифами называются тексты религиозного и древнего происхождения, созданные практически в одно время с «классическим» иудейским Пятикнижием, но по различным причинам исключённые раввинами из Торы. Христианская традиция считает их каноническими, и они считаются полноценной частью Ветхого Завета. Псевдоэпиграфы — это тексты религиозного характера, написанные на закате эпохи Иудейского государства, которые не признают христианское богословие.

Тексты Кумранской общины — писания, которые отражают в себе организационные принципы, религиозные взгляды и историю ессеев (иудейской секты), часть исследователей склонна считать их предшественниками христиан. Сейчас это активно обсуждается и на данный момент бытует основное мнение, что идеи ессеев были лишь отчасти близки христианству и развивались одновременно с христианским учением. Самые известные рукописи. Дамасский документ, в котором отображены правила и законы уклада жизни секты. Храмовый свиток – является ессейским вариантом Ветхого завета, где прописывались идеи, которые были нехарактерны для ортодоксального иудаизма. А так же медный свиток, он был выдавлен на медных полосах, и который содержит текст, середины I века н. э., о списке кладов, расположенных на территории Иудеи. Если станет известно и подтвердится, что информация о кладах верна (что пока ни как не подтверждают археологические поиски и находки), то в этих местах до сих пор хранится, примерно около двухсот тонн серебра и золота, которые могут быть найдены в любой момент.

Кумранское искушение

Крошечное кумранское поселение, раскопанное археологами в Иудейской пустыне, едва ли могло содержать огромный скрипторий. Очевидно, свитки в Кумран приносили со стороны. Фото: AKG/EAST NEWS

50 лет назад бестселлером советской научно-популярной литературы стала книга Иосифа Амусина «Рукописи Мертвого моря». Когда интеллигенция зачитывалась этой книгой, науке было известно меньше четверти того, что мы знаем о Кумране сегодня. Записанные между серединой III века до н. э. и серединой I века н. э. на тысячах пергаментных обрывков, тексты составляют библиотеку иудейской секты, повлиявшей на становление христианства.

В начале февраля 1947 года пятнадцатилетний бедуин Мухаммед ад-Дин по прозвищу Волк из племени таамире пас коз в пустынной местности Вади-Кумран (два километра западнее Мертвого моря, 13 километров южнее Иерихона и 25 километров восточнее Иерусалима) и случайно нашел в пещере семь пергаментных свитков… Так начинаются все без исключения рассказы о кумранской эпопее. Версия звучит романтично, но несколько упрощает реальность: на рукописи кумранской общины натыкались и раньше. В III веке великий христианский богослов Ориген находил их в окрестностях Иерихона в глиняном сосуде. Около 800 года собака привела охотника-араба к одной из кумранских пещер, откуда он достал какие-то свитки и передал их иерусалимским евреям. Наконец, в конце ХIX века один кумранский документ обнаружили в древней каирской синагоге. Но находки эти не делали погоды в науке. Кумран вышел на авансцену истории тогда же, когда там оказался и весь Ближний Восток — в середине ХХ столетия.

Раскопки в пещере оазиса Ain Feshka близ Кумрана. 1956 год. Фото: EYEDEA/EAST NEWS

«Индиана Джонс»

В апреле 1947-го бедуин Волк предложил находку вифлеемскому антиквару Ибрагиму Иджхе, который интереса к ней не проявил. Другой торговец, Кандо, за треть будущих барышей согласился искать покупателя. Свитки были предложены монастырю Святого Марка — и опять неудачно. Лишь в июле митрополит Сирийской православной церкви в Иерусалиме Самуил согласился купить четыре рукописи за 24 фунта (250 долларов). Еще один манускрипт некий египетский коммерсант принес через месяц агенту разведки США в Дамаске Майлзу Копленду. Тот согласился сфотографировать его и выяснить, не заинтересуется ли кто этим раритетом. Снимать решили на крыше, чтобы было посветлее — сильный порыв ветра разнес свиток в пыль. В ноябре три свитка купил профессор археологии Элиэзер Сукеник из Еврейского университета. В феврале 1948-го купленные христианами свитки были доставлены в Американскую школу восточных исследований в Иерусалиме. Там была признана их древность. Вслед за американцами аналогичное заявление сделал и Сукеник, до того не желавший поднимать шумиху, чтобы не взвинтить цену. Но начавшаяся в мае арабо-израильская война прервала все контакты продавцов с покупателями, а ученых друг с другом. Сукеник потерял на ней сына и на время забыл про свитки.

Рукописи, что были куплены сирийскими христианами, митрополит Самуил перевез в Нью-Йорк, куда отправился для сбора средств на нужды палестинских беженцев. Свитки были продемонстрированы в Библиотеке Конгресса. В 1950 году в Филадельфии состоялись публичные дебаты, на которых сторонники подлинности свитков одержали решительную победу над теми, кто считал их фальшивками. Между тем Иордания объявила Самуила вне закона как вора, и он решил свитки продать. За 250 000 долларов их купил для Израиля второй сын профессора Сукеника, герой арабо-израильской войны Иггаэль Ядин, для которого это стало исполнением предсмертной воли отца. Разумеется, он действовал через подставных лиц: израильтянину митрополит не продал бы ни за что!

По результатам войны территория Кумрана отошла к Иордании, и все исследования там вели французские археологи-католики, стремившиеся найти как можно более древние корни христианства в Палестине. В ноябре 1951 года бедуины из племени таамире принесли директору Рокфеллеровского музея в Восточном Иерусалиме Иосифу Сааду найденный свиток. Когда они отказались раскрыть место, где была сделана находка, директор недолго думая взял одного из них в заложники и так узнал про новую пещеру свитков. Но его все равно опередил священник Ролан де Во, уже находившийся на месте. В 1952 году были открыты пять пещер и найдены 15 000 фрагментов от 574 рукописей — их собрали во французской Библейской и археологической школе в Восточном Иерусалиме. В том же году, уже после завершения археологического сезона, бедуины нашли еще одну пещеру рядом с местом раскопок — оттуда они продали тысячи обрывков от 575 рукописей. Все это переехало в Рокфеллеровский музей. Весной 1955 года обнаружились еще четыре пещеры со свитками.

В январе 1956 года эпоха новых пещер завершилась: всего около Мертвого моря их было открыто около 40, но рукописи оказались лишь в 11. В «командном зачете» соревнования между учеными и бедуинами первые победили со счетом 6 : 5. Число находок достигло 25 000, но из них целых свитков было всего 10 штук, а остальное — обрывки, многие из которых не превышают по размеру почтовую марку. Некоторые свитки разодрали бедуины, зарабатывавшие по иорданскому фунту за каждый квадратный сантиметр.

Фрагмент Медного свитка, повествующего о мистических кладах. Фото: EYEDEA/EAST NEWS

Медный свиток

Несомненно, самой сенсационной находкой Кумрана были не обрывки пергамента, а два больших свитка из чистой, хотя и сильно окислившейся меди. Они были откопаны в 1953 году у входа в Третью пещеру. На внутренней поверхности металла был выгравирован какой-то древнееврейский текст, но прочесть его было нельзя: оказалось невозможно развернуть свитки, не сломав. Тогда ученые добились разрешения вывезти их в Манчестер, где аккуратно распилили на полосы и наконец прочли. И вот тут ученых ждала настоящая сенсация: свиток (это был единый предмет длиной 2,4 метра, шириной около 39 сантиметров, переломившийся пополам) содержал указания на конкретные 60 мест в Палестине, где зарыты гигантские сокровища общей суммой от 138 до 200 тонн драгоценных металлов!

Например: «В крепости, которая в долине Ахор, сорок локтей под ступенями, ведущими к востоку, сундук с деньгами и его содержимое: семнадцать талантов весом» (№ 1); «Шестьдесят локтей от «Соломоновой канавы» в направлении большой сторожевой башни зарыто на три локтя: 13 талантов серебра» (№ 24); «Под надгробием Авессалома, на западной стороне, зарыто на двенадцать локтей: 80 талантов» (№ 49). Первая мысль была: откуда у нищей общины кумранитов такие богатства? Ответ нашелся быстро: это жрецы Иерусалимского храма рассовали храмовые сокровища по тайникам накануне римской осады 70 года, а ключ к кладам спрятали в пещере. В 1959 году спешно, пока о тайне не прознали кладоискатели, археологи организовали экспедицию, руководствуясь указаниями Медного свитка… Впустую! Все оказалось надувательством. Но кому могло понадобиться гравировать такое вранье на дорогостоящем металле? Видимо, текст носит иносказательный характер и речь там о мистических, а не о реальных богатствах. Как бы то ни было, во время войны 1967 года Медный свиток стал единственным кумранским предметом, который эвакуировали в Амман как стратегический объект.

Укорочение Голиафа

Радиоуглеродный анализ показал, что кумранские пергаменты относятся к периоду между 250 годом до н. э. и 70 годом н. э. Они ровно на тысячу лет старше, чем все (за исключением одной) физически сохранившиеся библейские рукописи. К примеру, фрагмент списка Книги пророка Даниила всего на 50 лет отстоит от того момента, когда, по предположению ученых, была написана сама эта книга! Из полученных обрывков удалось путем сложного анализа и сопоставления выделить около 900 фрагментов древних текстов преимущественно на древнееврейском и арамейском языках, лишь немногие — по-гречески. Четвертую часть находок составляли отрывки из библейского канона — все слагаемые Ветхого Завета, за исключением Книги Эсфирь. Обнаружение списков, столь близких ко времени написания оригиналов, заставляет кое в чем пересмотреть традиционную текстологию Библии. Например, рост Голиафа в «шесть локтей с пядью» (более трех метров) должен быть исправлен на «четыре локтя с пядью», то есть сказочный великан превратился просто в двухметрового баскетболиста.

Помимо библейских текстов и комментариев к ним имелись и тексты апокрифические, то есть примыкающие по содержанию к каноническим, но не включенные в канон по разным причинам. Например, Книга гигантов в III веке н. э. стала священным текстом манихейства — религии, едва не выигравшей в конкурентной борьбе с христианством. А еще Книга Юбилеев, Апокриф Книги Бытия, Книга Еноха. Но все же самым интересным оказался третий раздел «библиотеки» — собственные тексты кумранской общины: уставы, литургические предписания, гороскопы. Одни только названия способны вскружить голову: Книга огней, Гимны бедных, Книга стражей, Заветы двенадцати Патриархов, Астрономическая книга Еноха, Устав войны, Песни Вразумляющего, Наставление сынам рассвета, Проклятия Сатане, Гимн омовения, Книга Тайн, Песни субботнего всесожжения, Слуги тьмы, Дети спасения и, самое интригующее, Проделки распутной женщины.

Долгое время было неясно, кто были обитатели Кумрана. Первая гипотеза (она же в конце концов и утвердилась) состояла в том, что кумранская библиотека принадлежала секте ессеев. Про нее из письменных источников известно немало: недовольные тем, что официальный иудаизм приспосабливается к эллинистической моде, сектанты удалились в пещеры для буквального исполнения предписаний Библии. Их обычаи были столь странны, что Иосиф Флавий, пытаясь дать представление о них греческому читателю, сказал, что они «практикуют образ жизни, который у греков демонстрировал Пифагор». Недалеко от пещер археологи обнаружили остатки поселения. Найденные там монеты датируются тем же периодом, что и свитки. Обнаружены цистерны для воды, залы для собраний и даже… две чернильницы. Но проблема в том, что в найденных свитках прослеживаются сотни разных почерков, да и вообще непонятно, как мог существовать огромный скрипторий в маленьком поселении? Стало быть, свитки приносили откуда-то со стороны, может быть, в пещерах была даже не библиотека, а просто тайник? Но, значит, совокупность найденных там текстов необязательно отражает сектантские взгляды ессеев? Загадка Кумрана состоит в том, что в отличие от нескольких других мест неподалеку, где также найдены свитки, здесь нет никаких нерелигиозных текстов: кумраниты не оставили нам ни одной хозяйственной описи или частного письма, ни одной долговой расписки или судебного приговора, а ведь именно такие документы обычно свидетельствуют о жизни общины. Потому-то разнообразные гипотезы появляются вплоть до настоящего времени. Так, в 1998-м один исследователь предположил, что Кумран был не столицей ессейской общины, а временным прибежищем отколовшихся от нее экстремистов. В 2004 году несколько археологов высказали гипотезу, что поселение в Кумране было вообще гончарной фабрикой, а свитки в пещерах оставили беженцы из разрушенного римлянами Иерусалима. Еще одна загадка кумранских пещер: там не найдено ни одной человеческой кости. А ведь большинство пещер, обнаруженных в Иудейской пустыне, служило последним пристанищем беженцам, искавшим спасения от македонского, а позднее римского террора. Одна даже получила имя пещеры Ужасов — в ней нашли 200 скелетов.

Торг неуместен

В 1960 году генерал Иггаэль Ядин, сын профессора Сукеника, ушел в отставку и занялся археологией. Однажды он получил письмо из США от анонима, который вызвался посредничать при продаже свитка невероятной ценности. За 10 000 долларов посредник прислал Ядину оторванный от рукописи фрагмент, но потом связь прервалась. Как только отгремели залпы «шестидневной войны», Ядин, пользуясь своими армейскими связями, организовал рейд в Вифлеем: он справедливо рассудил, что анонимным продавцом мог выступать лишь антиквар Кандо, с которого началась за 20 лет до этого кумранская эпопея. И действительно, в подполе его дома, в коробке из-под ботинок, лежал большой, почти целый свиток (полученный по почте фрагмент немедленно встал в нем на место), получивший название Храмового. Антиквару заплатили 105 000 долларов, но торговаться не позволили.

Одна из труднодоступных пещер Кумрана, особенно богатых находками. Фото: REMI BENALI/CORBIS/FSA

«Код да Винчи»

В сущности, как ни любопытны кумранские рукописи, как ни ценны они для науки, интерес к ним не продержался бы на первоначальном уровне в течение вот уже полувека, если бы историки не усмотрели в них возможную разгадку зарождения христианства. В 1956 году один из главных исследователей свитков, англичанин Джон Аллегро, обнародовал в выступлении на Би-би-си собственную теорию, что кумранская община поклонялась распятому Мессии, то есть что христиане — это просто плагиаторы. Другие ученые опубликовали в «Таймс» возмущенное опровержение, но джинн общественного ажиотажа был уже выпущен из бутылки. Впоследствии Аллегро сделался «анфантерибль» кумранистики: в 1966-м он опубликовал в почтенном журнале «Харперс» «Нерассказанную историю свитков Мертвого моря», где утверждал, что церковники злонамеренно утаивают неприятную для них правду о Христе. К Аллегро перестали относиться всерьез после скандальной монографии «Священный гриб и крест» (1970) о том, что все религии, включая христианство, развились из культа галлюциногенных грибов. (Памятное многим открытие Сергея Курехина, сделанное в 1991 году, будто грибом был В.И. Ленин, нельзя считать совершенно оригинальным.) Так что никто уже не удивился и книге Аллегро «Свитки Мертвого моря и христианский миф» (1979), где он настаивал, что Иисус — вымышленный герой, скопированный с кумранского Учителя Праведности». Аллегро , разумеется, преувеличивал степень политизации и клерикализации кумранистики, но дыма без огня не бывает. Действительно, тексты публиковались крайне медленно, никто не хотел делиться с другими, люди, имевшие доступ к свиткам, не пускали к ним своих конкурентов, создавалось впечатление, что кто-то что-то утаивает или сознательно искажает в переводе. Да и место, где разворачивался конфликт ученых, не располагало к спокойствию. В 1966 году Аллегро убедил иорданское правительство национализировать Рокфеллеровский музей, но его триумф был недолгим: разразившаяся вскоре «шестидневная война» поставила Восточный Иерусалим под контроль евреев. В руки израильских исследователей попал Храмовый свиток.

Однако коллекцию Рокфеллеровского музея израильтяне, дабы не обострять ситуацию, оставили в руках католических исследователей — Ролана де Во и Жозефа Милика. Те и раньше не допускали к свиткам евреев, а уж теперь и вовсе отказались от сотрудничества с оккупантами. В 1990 году руководитель издательского проекта католик Джон Стругнелл дал израильской газете интервью, в котором назвал иудаизм «отвратительной религией» и выразил сожаление, что евреи вообще выжили. После этого он, впрочем, потерял свой пост.

К 1991 году была опубликована едва лишь пятая часть найденных текстов! В том же году вышла сенсационная книга «Обман со свитками Мертвого моря», авторы которой, Майкл Бейджент и Ричард Ли, настаивали, что существует католический заговор с целью скрыть позорные тайны христианства. Как всегда, теория заговора недооценивала более мелких, но не менее важных факторов, например личного честолюбия. Как бы то ни было, ситуация становилась нестерпимой, и вот наконец новое руководство проекта объявило политику полной открытости всех текстов для всех желающих (чему способствовало распространение персональных компьютеров). Это облегчило работу со старыми текстами: в 1993 году были опубликованы фотографии всех сохранившихся фрагментов. Но положение с новыми лишь ухудшилось: еще в 1979-м Израиль постановил, что всякая древняя находка есть государственное достояние. Это сразу сделало невозможным никакое легальное приобретение свитков у охотников за кладами. В 2005 году профессор Ханаан Эшель был арестован за покупку на черном рынке фрагментов свитка, но потом выпущен без предъявления обвинений. Обрывки были конфискованы Управлением древностей Израиля, а потом оказалось, что они погибли в ходе тестирования, когда чиновники пытались доказать их фальсифицированность. Проблема легализации находок остается для кумранистики чрезвычайно острой. Но есть и поводы для оптимизма. К примеру, появление таких новых методов, как анализ ДНК, облегчит выкладывание пазла из тысяч обрывков: во-первых, станет ясно, какие из них написаны на пергаменте, выделанном из шкуры одного и того же животного. Во-вторых, удастся установить иерархическую значимость разных свитков: ведь корова или домашняя коза считались более «ритуально чистыми» животными, нежели газель или дикий козел. Ну и, наконец, из печати уже вышло 38 томов академической серии «Тексты Иудейской пустыни», в работе очередной том. Нас могут ждать новые открытия.

Тема нон грата

Советские ученые по понятным причинам не могли участвовать в поисках и расшифровке свитков, однако коллеги держали их в курсе дела. Уже в 1956 году в «Вестнике древней истории» информацию о Кумране опубликовала замечательная питерская гебраистка Клавдия Старкова. Но истинную интеллектуальную сенсацию произвела книга Иосифа Амусина «Рукописи Мертвого моря» (1960), излагавшая детективную историю находок. Весь ее тираж был немедленно раскуплен, и сразу тем же тиражом был выпущен второй завод. То был разгар «оттепели», и все равно появление подобной книги в период хрущевского наступления на религию выглядит совершенным чудом. Ведь Амусину каким-то образом удалось в ней упомянуть Иисуса как реально существовавшего человека. Однако подготовленная Старковой документальная публикация «Тексты Кумрана» была остановлена цензурой из-за «шестидневной войны» и начавшейся «борьбы с сионизмом». Книга появилась лишь 30 лет спустя.

Иггаэль Ядин оставил пост начальника Генерального штаба ради изучения кумранских рукописей. Фото: BURT GLINN/MAGNUM/PHOTOGRAPHER.RU

Близнецы-соперники

Помимо скандалов и соперничества сама суть кумранских текстов буквально провоцировала ученых на скоропалительные выводы. В свитках говорилось про некоего Учителя Праведности, который погиб от рук бывших последователей. Упоминается в этих текстах и Человек Лжи, предавший Учителя. Помимо напрашивавшихся отождествлений с Иисусом и Иудой учеными предлагались самые удивительные идентификации. Например, в 1986 году американский библеист Роберт Айзенман объявил, что Учитель Праведности — это новозаветный Иаков, брат Господень, а Человек Лжи — апостол Павел. В 1992 году австралийский богослов Барбара Тиринг выпустила книгу «Иисус и загадка свитков Мертвого моря», в которой утверждала, что Учитель Праведности — Иоанн Креститель, а Человек Лжи — Иисус. Правда, публикация полного корпуса текстов Кумрана окончательно убедила всех, что община возникла задолго до христианства, около 197 года до н. э., и что Учитель жил примерно 30 годами позднее.

Все обстоятельства создания секты и внутренней борьбы в ней излагаются в свитках в крайне туманной и иносказательной форме, многое поддается реконструкции с величайшим трудом. Однако теперь можно быть уверенным, что учение кумранитов было весьма далеко от постулатов раннего христианства, просто между сектами всегда есть типологические сходства. Например, сверхъестественная стойкость ессеев очень напоминает раннехристианских мучеников. По словам Иосифа Флавия, римляне ессев «завинчивали и растягивали, члены у них были спалены и раздроблены; над ними пробовали все орудия пытки, чтобы заставить их хулить законодателя или отведать запретную пищу, но их ничем нельзя было склонить ни к тому, ни к другому. Они стойко выдерживали мучения, не издавая ни единого звука и не роняя ни единой слезы. Улыбаясь под пытками, посмеиваясь над теми, которые их пытали, они весело отдавали свои души в полной уверенности, что снова их получат в будущем». Но ведь такая экзальтация характерна для последователей многих других сект в разные эпохи, а тут еще обе опирались на один и тот же Ветхий Завет и действовали в одной и той же местности. Понятно, отчего «христианская» интерпретация буквально лезла исследователям на язык. Например, одно сильно испорченное место первый издатель с помощью инфракрасного просвечивания расшифровал как «Когда породит Бог помазанника». Но потом было предложено еще около десятка других прочтений, и в конце концов пассаж признали нечитаемым.

Фрагмент арамейского текста апокрифических Заветов двенадцати Патриархов. Фото: EYEDEA/EAST NEWS

И все же кумранские тексты помогают многое понять в раннем христианстве, восстанавливая ту атмосферу напряженного ожидания Мессии, которая царила в Иудее в кризисную эпоху. Например, в Ветхом Завете Мельхиседек упоминается лишь дважды, в весьма туманном контексте, и потому совершенно необъяснимой выглядела популярность этого образа в новозаветной литературе, особенно то, что ему уподобляют Христа. Теперь это стало понятно: в кумранском документе Мельхиседек — небожитель, глава сонма ангелов, покровитель «сынов света», эсхатологический судия и благовестник спасения. Если с основными двумя течениями иудаизма — фарисейством и саддукейством — Иисус в Евангелии жестоко полемизирует, то третье по важности течение, ессейство, не упомянуто ни разу. Можно ли отсюда заключить, что Иисус не знал о нем? Это маловероятно. Какие-то выражения, вроде «Святой Дух», «Сын Божий», «сыны света», «нищие духом», явно заимствованы христианами у кумранитов. Словосочетание «Новый Завет» тоже введено ими. Кстати, Храмовый свиток, по всей видимости, был написан Учителем Праведности и объявлен им частью Торы, ее боговдохновенным дополнением. Поразительное сходство наблюдается между ессейской общинной трапезой хлебом и вином и евхаристией. Да и самый парадоксальный призыв Иисуса — не противиться злому — находит параллель в уставе ессеев: «Я никому не воздам злом, а добром преследую мужа». И чему же здесь удивляться, если и Иоанн Креститель «был в пустынях до дня явления своего Израилю» и «проповедует в пустыне Иудейской», да и Иисус «был там в пустыне сорок дней, искушаемый сатаною, и был со зверями», и позднее опять «пошел в страну близ пустыни», и вообще пустыня была (и всегда остается!) — рукой подать от цветущих садов Иудеи. Когда Иоанн Креститель послал к Иисусу спросить «Ты ли тот, Которому должно прийти, или другого ожидать нам?», тот заявил: «Пойдите, скажите Иоанну, что вы видели и слышали — слепые прозревают, хромые ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат, мертвые воскресают и нищие слышат благую весть». Эти слова являются монтажом множества ветхозаветных цитат. И только один мотив отсутствует в Библии — там нигде не говорится о воскрешении мертвых. Зато это прямая цитата из кумранского сочинения «О воскресении». Существует основательное предположение, что ессеи населяли целый квартал в юго-западной части Иерусалима, и именно там остановился Иисус, там происходила и Тайная вечеря. Есть в Евангелии и такие мотивы, которые в свете кумранских свитков выглядят как полемика с ессеями. Например, Христос вопрошает: «Кто из вас, имея одну овцу, если она в субботу упадет в яму, не возьмет ее и не вытащит?» Это может быть прямым возражением на ессейский постулат: «И если животное упадет в яму или канаву, пусть никто не поднимает его в субботу».

Однако главное различие коренится в самой сути: ессеи обращались к одним лишь иудеям, христиане перешли к пропаганде среди язычников; ессеи считали Учителя пророком, но не Богом; ессеи надеялись на реальную земную победу над «сынами тьмы», что же касается христиан, то их религия приобрела столько последователей именно потому, что после разрушения в 70 году н. э. императором Титом Иерусалимского храма ни о какой реальной победе над непобедимым Римом и мечтать стало невозможно. Оставалось одно оружие — слово. Или Слово.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *