Малая церковь

Дом и семья в Православии.

Презентация к уроку ОДНКНР в 5 классе

разработала учитель МБОУ «Шерекинская СОШ” Льговского р-на Курской обл.

Семья — это самое важное в жизни человека.

Каждая религия учит устраивать семью по определенному порядку, по правилам, закрепляющим основы религиозного учения. Есть свои традиции и в Православии.

В православной культуре к семье принято относиться как к малой Церкви. Это такое же собрание верующих, как и Церковь, только меньше, состоящее из нескольких человек.

Главное в семье, как и в Православие — это Любовь.

Настоящая любовь — это не просто симпатия, привязанность, это бескорыстное чувство.

Выбирая мужа или жену, православные христиане выбирают себе спутника по жизни, а не прислугу или раба.

Семейная жизнь православного христианина строилась на основе «Домостроя”

(свод правил и советов на каждый день).

Это книга, которая стала первой «Энциклопедией домашнего хозяйства”.

Вступление в брак в Православии называется венчание . На головы жениху и невесте возлагают венцы. Венец — это напоминание о мученическом терновом венце Христа, а ещё награда за решимость людей подарить себя друг другу. Когда молодожёнов торжественно водят по храму с венцами на головах, хор поёт мо­литву именно мученикам — людям, которые были когда-то убиты за свою верность Богу и Церкви. Ведь по-настоящему любящие друг друга жених и невеста, подобно мученикам, должны быть готовы всё претерпеть ради сохранения семьи.

В православных семьях особое отношение к детям. Каждый ребёнок — это дар Божий. В старину в православных семьях детей очень любили, но старались не баловать, растили в строгости и трудолюбии, послушании родителям, не поощряли многословия (болтливости). Родительская любовь и ласка были неразлучны со строгостью, о чём говорит пословица: » Которая рука по головке гладит, та и за вихор тянет”. Сами же родители своей жизнью подавали детям пример.

Детей в православных семьях крестили ещё во младенчестве. Часто водили в храм, приучая к церковным службам, причащали и учили жить по заповедям Божьим.

Дома на Руси старались строить добротными, удобными, их благоустраивали, украшали резьбой. Прежде чем вселяться в новый дом приглашали священника, чтобы он освятил жилище. В каждом доме был красный угол, название говорит само за себя, это было особенное, Божье место. Располагался угол по диагонали от печи, в нём вешались иконы, размещалась полочка для молитвенных книг. Возле красного угла ставили обеденный стол, здесь молились и кушали. Вся жизнь в доме была ориентирована на красный угол.

Покровителями семьи и образцами семейного благочестия в Православии являются Пётр и Феврония Муромские — русские православные святые, чей супружеский союз считается примером любви и верности.

Пётр и Феврония были канонизированы на церковном соборе 1547 года. 8 июля является Днём памяти святых, а ещё в России официально объявлен праздником — Днём семьи, любви и верности.

История святых удивительна. По легенде, за несколько лет до княжения Петр тяжело заболел, победив злого змея. От болезни никто не мог его излечить. Предание гласит, что князю во сне было открыто, будто его может исцелить дочь «древолазца» бортника, добывавшего дикий мед, Феврония, крестьянка деревни Ласковой в Рязанской земле. Феврония в качестве платы за лечение пожелала, чтобы князь женился на ней после исцеления.

Феврония исцелила князя, однако он не сдержал своего слова, поскольку Феврония была простолюдинкой.

Он велел передать девушке дары, а сам, позабыв об обещании жениться, укатил в Муром. Феврония же подарки не приняла, и вскоре Петр заболел еще сильнее. Но на сей раз раскаялся и сам пришел к ней просить прощения.

Она же без обид снова исцелила его — на этот раз окончательно и бесповоротно. И они поженились.

Когда Петр наследовал княжение после брата, бояре не захотели иметь княгиню простого звания, заявив ему: «Или отпусти жену, которая своим происхождением оскорбляет знатных барынь, или оставь Муром». Князь взял Февронию, и на двух кораблях они отплыли по Оке.

В Муроме же началась смута, многие пустились домогаться освободившегося престола, начались убийства. Тогда бояре попросили князя с женой вернуться. Князь и княгиня вернулись, и Феврония в дальнейшем сумела заслужить любовь горожан.

В преклонных летах приняв монашеский постриг в разных монастырях с именами Давид и Евфросиния, они молили Бога, чтобы им умереть в один день, и завещали тела их положить в одном гробу, заранее приготовив гробницу из одного камня, с тонкой перегородкой. Скончались они в один день и час —

25 июня 1228 года.

Погребены были святые супруги в соборной церкви города Мурома в честь Рождества Пресвятой Богородицы, возведённой над их мощами по обету Иваном Грозным в 1553 году, ныне открыто почивают в храме Св. Троицы Свято-Троицкого монастыря в Муроме.

Посмотрите внимательно на данную картину.

Это счастливая семья? Почему?

Как вам кажется — какие отношения в этой семье?

Семейные традиции.

Какие семейные традиции изображены на картинах?

Рефлексия:

  • сегодня я узнал…
  • мне было на уроке…
  • я понял, что…
  • я хотел бы узнать…

Домашнее задание §6

Подобрать пословицы и поговорки о семье.

При создании презентации использованы материалы:

Всем известно, какие проблемы возникают, когда два человека, он и она, вступают в совместную жизнь. Одна из них, нередко приобретающая острые формы, – это отношения супругов, касающиеся их прав и обязанностей.

И в древности, и даже в не столь отдалённые времена женщина в семье находилась на положении рабыни, в полном подчинении у отца или мужа и ни о каком равенстве, ни каком равноправии не было и речи. Само собой разумеющейся была традиция полного подчинения старшему мужчине в семье. Какие формы приобретало оно, зависело от главы семьи.

В последние два столетия, особенно в настоящее время, в связи с развитием идей демократии, эмансипации, равенства женщин и мужчин и их равноправия, всё сильней проявляет себя другая крайность: женщину нередко уже не удовлетворяет равенство и равноправие, и она, к сожалению, начинает борьбу за доминирующее положение в семье.

А как правильнее, что лучше? Какая модель разумней с христианской точки зрения? Наиболее взвешенный ответ: ни та, ни другая – обе нехороши, пока выступают с позиции силы. Православие предлагает третий вариант, и он действительно необычен: такого понимания этого вопроса прежде не было, да и не могло быть.

Мы часто не придаём должного значения тем словам, которые встречаем в Новом Завете: в Евангелии, в апостольских посланиях. А там содержится мысль, которая совершенно изменяет взгляд на брак и по сравнению с тем, что было, и по сравнению с тем, что стало. Лучше объяснить это на примере.

Что представляет собой автомобиль? В каком соотношении между собой находятся его детали? Их множество, из них он собирается — автомобиль есть не что иное, как только совокупность частей, правильно соединённых в одно целое. Поэтому его можно разобрать, разложить по полочкам, заменить любую деталь.

А человек – то же самое или что-то иное? Ведь он тоже, кажется, имеет множество «деталей» – членов и органов, так же закономерно, гармонично согласованных в его теле. Но, тем не менее, понимаем, что тело это не то, что можно составить из рук, ног, головы и так далее, оно образовано не путём соединения соответствующих органов и членов, а является единым и неделимым организмом, живущим одной жизнью.

Так вот, христианство утверждает, что брак – это не просто соединение двух «деталей» – мужчины и женщины, с тем, чтобы получился новый «автомобиль». Брак – это новое живое тело, такое взаимодействие мужа и жены, которое осущестляется в сознательной взаимозависимости и разумном взаимоподчинении. Он – не какая-то деспотия, в которой жена должна подчиниться мужу или муж стать рабом жены. С другой стороны, брак – и не то равноправие, при котором не разберёшься, кто прав, а кто виноват, кто кого должен слушаться, когда каждый настаивает на своём – а что дальше? Ссоры, упрёки, разногласия, и всё это – долго ли, скоро ли – приводит часто к полной катастрофе: распаду семьи. И какими переживаниями, страданиями и бедами это сопровождается!

Да, супруги должны быть равны. Но равенство и равноправие – это совсем разные понятия, смешение которых грозит бедой не только семье, но и любому обществу. Так, генерал и солдат как граждане, конечно, равны перед законом, но они обладают разными правами. В случае же их равноправия армия превратится в хаотическое сборище, ни к чему неспособное.

А какое же равноправие возможно в семье, чтобы при полном равенстве супругов сохранялось её целостное единство? Православие предлагает следующий ответ на этот жизненно важный вопрос.

Отношения между членами семьи, и в первую очередь между супругами, должны строиться не по правовому принципу, но по принципу организма. Каждый член семьи – это не отдельная горошина среди других, но живая часть единого организма, в котором, естественно, должна быть гармония, но которая невозможна там, где нет порядка, где анархия и хаос.

Хочется привести ещё один образ, помогающий раскрыть христианский взгляд на взаимоотношения супругов. У человека есть ум и есть сердце. И как под умом подразумевается не мозг, а способность мыслить, решать, так и под сердцем разумеется не орган, который качает кровь, но способность чувствовать, переживать, оживотворять всё тело.

Данный образ хорошо говорит об особенностях мужской и женской природах. Мужчина действительно больше живёт головой. «Рацио» является у него, как правило, первичным в жизни. Напротив, женщина руководствуется больше сердцем, чувством. Но как ум и сердце гармонично и неразрывно связаны между собой и оба необходимы человеку для жизни, так и в семье для её полноценного и здорового существования совершенно необходимо, чтобы муж и жена не противостояли, а взаимно дополняли друг друга, являясь, по существу, умом и сердцем единого тела. Оба «органа» равно необходимы для всего «организма» семьи и должны соотноситься между собой по принципу не подчинения, а взаимодополнения. В противном случае никакой нормальной семьи не будет.

Как этот образ можно применить к реальной жизни семьи? Вот, например, супруги спорят, покупать или нет какие-то вещи.

Она: «Я хочу, чтобы они были!»

Он: «Мы не можем сейчас позволить себе этого. Обойдёмся без них!»

И начинается накал страстей. Что дальше? Разделение между умом и сердцем? Может, взять да разодрать живое тело на две части и бросить их по разным сторонам?

Христос говорит, что мужчина и женщина в браке уже не двое, но одна плоть (Мф. 19, 6). Апостол Павел очень наглядно объясняет, что означает это единство и целостность плоти: Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу? И если ухо скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не глаз, то неужели оно потому не принадлежит к телу? Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены (1 Кор. 12, 15.16.21.26).

Как мы относимся к собственному телу? Апостол Павел пишет: Никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее (Еф. 5, 29). Святитель Иоанн Златоуст говорит, что муж и жена подобны рукам и глазам. Когда руке больно, то плачут глаза. Когда глаза плачут – руки утирают слёзы.

Здесь и сто́ит вспомнить заповедь, которая изначально дана человечеству и подтверждена Иисусом Христом. Когда дело доходит до окончательного принятия решения, а обоюдного согласия нет, требуется, чтобы кто-то имел моральное, по совести, право последнего слова. И, естественно, это должен быть голос ума. Эта заповедь оправдывается самой жизнью. Мы ведь прекрасно знаем, как иногда чего-то очень хочется, а ум говорит: «Это нельзя, это опасно, это вредно». И мы, если подчинимся разуму, принимаем это. Так и сердце, говорит христианство, должно контролироваться умом. Понятно, о чём принципиально идёт речь – в конечном счёте, о приоритете голоса мужа.

Но и ум без сердца – это ужасно. Это великолепно показано в известном романе английской писательницы Мэри Шелли «Франкенштейн». В нём главный герой, Франкенштейн, изображён существом очень умным, но не имеющим сердца – не органа тела, а органа чувств, способного любить, проявлять милосердие, сочувствие, великодушие и т.д. Франкенштейн – это не человек, а робот, бесчувственный, мёртвый камень.

Однако и сердце без контроля ума неминуемо превращает жизнь в хаос. Стоит только представить себе свободу бесконтрольных влечений, желаний, чувств…

То есть единство мужа и жены должно осуществляться по образу взаимодействия ума и сердца в человеческом организме. Если ум здоров, он, как барометр, точно определяет направление наших влечений: в одних случаях одобряя, в других – отвергая, чтобы не погубить всё тело. Так мы устроены. Таким образом, муж, олицетворяющий ум, должен упорядочивать жизнь семьи (так в норме, а жизнь вносит свои коррективы, когда муж ведёт себя безумно).

Но как при этом муж должен относиться к жене? Христианство указывает на неизвестный до него принцип: жена – это его тело. А как относятся к своему телу? Собственное тело никто из нормальных людей не бьёт, не режет, не причиняет ему умышленно страданий. Это естественный закон жизни, который называется любовью. Когда мы едим, пьём, одеваемся, лечимся, то по какой причине это делаем – конечно, по любви к своему телу. И это естественно, так только можно жить. Столь же естественным должно быть и подобное отношение мужа к жене и жены к мужу.

Да, так должно быть. Но мы прекрасно помним русскую пословицу: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить». Что это за овраги, если применить эту пословицу к нашей теме? Овраги – это наши страсти. «Я хочу, а я не хочу» – и всё тут! И конец любви и разуму!

Какова общая картина бракосочетаний и разводов в наше время, всем более-менее известно. Статистика не просто печальная, а тяжёлая. Количество разводов таково, что уже угрожает жизни нации. Ведь семья – это семечко, клеточка, это основа, закваска общественной жизни. Если не будет нормальной семейной жизни, то во что превратится общество?!

Христианство обращает внимание человека на то, что первичной причиной разрушения брака являются наши страсти. Что значит страсти? О каких страстях речь? Слово «страсть» неоднозначно. Страсть – это страдание, но страсть – это и чувство. Это слово можно употребить и в положительном, и в отрицательном смысле. Ведь, с одной стороны, страстью можно назвать и возвышенную любовь. С другой – этим же словом можно назвать и самое безобразное порочное влечение.

Христианство призывает человека к тому, чтобы окончательное решение всех вопросов принималось разумом, а не безотчётным чувством или влечением, то есть страстью. А это ставит перед человеком очень непростую задачу необходимости борьбы со стихийной, страстной, эгоистической стороной своей природы – фактически с самим собой, потому что наши страсти, наши чувственные влечения являются существенной частью нашей природы.

Что же может победить их, чтобы стать твёрдым основанием семьи? Все, наверное, согласятся, что такой могущественной силой может быть только любовь. Но что это такое, о чём идёт речь?

Можно говорить о нескольких видах любви. Применительно к нашей теме остановимся на двух из них. Одна любовь – это та самая, о которой постоянно говорят в телепередачах, пишут книги, снимают кино и т.д. Это взаимное влечение мужчины и женщины друг к другу, которое можно назвать скорее влюблённостью, чем любовью.

Но и в самом этом влечении есть градация – от низшей до высшей точки. Это влечение может принимать и низменный, отвратительный характер, но оно может быть и по-человечески возвышенным, светлым, романтическим чувством. Однако даже самое светлое выражение этого влечения есть не что иное, как следствие врождённого инстинкта продолжения жизни, и он присущ всему живому. Повсюду на земле всё летающее, ползающее, бегающее имеет этот инстинкт. В том числе и человек. Да, на низшем, животном, уровне своей природы человек тоже подчинён этому инстинкту. И он действует в человеке без вызова его разума. Не разум является источником взаимного влечения мужчины и женщины, а природный инстинкт. Разум может только отчасти контролировать это влечение: или останавливать усилием воли, или давать ему «зелёный свет». Но любви, как личного акта, обусловленного волевым решением, по-существу, в этом влечении ещё нет. Это стихия, независимая от разума и воли, как и чувство голода, холода и т.д.

Романтическая любовь – влюблённость – может неожиданно вспыхнуть и столь же внезапно погаснуть. Пожалуй, почти все люди переживали чувство влюблённости, а многие и не один раз – и помнят, как оно вспыхивало и угасало. Бывает и хуже: сегодня любовь, казалось бы, навек, а завтра – уже ненависть друг к другу. Правильно сказано, что от любви (от такой любви) до ненависти – один шаг. Инстинкт – и ничего более. И если человек при создании семьи движим только им, если он не придёт к любви, о которой учит христианство, то его семейным отношениям грозит, скорее всего, печальная участь.

Слыша «учит христианство», не должно думать, что речь идёт о каком-то своём понимании любви в христианстве. Христианство в данном вопросе не придумало чего-то нового, но лишь открыло то, что является изначальной нормой человеческой жизни. Точно так же, как не Ньютон же, например, создал закон всемирного тяготения. Он только открыл, сформулировал и обнародовал его – только и всего. Так и христианство предлагает не какое-то собственное специфическое понимание любви, но открывает лишь то, что присуще человеку по самой его природе. Заповеди, данные Христом, это не придуманные Им юридические законы для людей, но естественные законы нашей жизни, искажённые бесконтрольной стихийной жизнью человека, и вновь открытые, чтобы мы могли вести правильную жизнь, а не вредить себе.

Христианство учит, что Бог есть источник всего существующего. В этом смысле Он первичный Закон всего Бытия, и этот Закон есть Любовь. Следовательно, только следуя этому Закону, человек, созданный по образу Божию, может нормально существовать и иметь полноту всякого блага.

Но о какой любви идёт речь? Конечно, совсем не о той любви-влюблённости, любви-страсти, о которой слышим, читаем, которую видим на экранах и планшетах. Но о той, о которой сообщает Евангелие, и о которой уже подробно писали святые отцы – эти опытнейшие психологи человечества.

Они говорят, что обычная человеческая любовь – это, как заметил священник Павел Флоренский, – лишь «переодетый эгоизм», то есть я люблю тебя ровно до тех пор, пока ты меня любишь, доставляешь мне удовольствие, в противном случае – до свидания. А что такое эгоизм, всем известно. Это состояние человека, которое требует постоянного угождения моему «я», его явному и неявному требованию: всё и все должны служить мне.

Согласно святоотеческому учению, обычная человеческая любовь, благодаря которой заключается брак и создаётся семья, – лишь слабая тень настоящей любви. Той, которая может оживотворить всю жизнь человека. Но она возможна только на пути преодоления своего эгоизма, себялюбия. Это предполагает борьбу с рабством своим страстям – зависти, тщеславию, гордыне, нетерпению, раздражению, осуждению, гневу… Потому что любая такая греховная страсть, в конечном счёте, приводит к охлаждению и уничтожению любви, так как страсти являются противозаконным, противоестественным, как выражались святые отцы, состоянием для души человека, разрушающим, калечащим её, извращающим её природу.

Любовь, о которой говорит христианство, – не случайное и независимо от человека возникающее мимолётное чувство, а состояние, приобретаемое сознательным трудом над освобождением себя, своего ума, сердца и тела от всякой душевной грязи, то есть страстей. Великий святой VII столетия преподобный Исаак Сирин писал: «Нет способа возбудиться в душе Божественной любви… если она не препобедила страстей. Ты же сказал, что душа твоя не препобедила страстей и возлюбила любовь к Богу; и в этом нет порядка. Кто говорит, что не препобедил страстей и возлюбил любовь к Богу, о том не знаю, что он говорит. Но скажешь: не говорил я «люблю”, но «возлюбил любовь”. И это не имеет места, если душа не достигла чистоты. Если же хочешь сказать это только для слова, то не ты один говоришь, но и всякий говорит, что желает любить Бога… И слово это всякий произносит, как свое собственное, однако же, при произнесении таких слов движется только язык, душа же не ощущает, что говорит». Это – один из важнейших законов человеческой жизни.

Перед человеком открыта перспектива достижения величайшего для него и всех его окружающих блага – истинной любви. Ведь даже в области обычной человеческой жизни нет ничего выше и прекрасней любви! Это тем более важно, когда речь идёт о приобретении богоподобной любви, которая обретается по мере успехов в борьбе со своими страстями. Это можно сравнить с лечением искалеченного человека. По мере исцеления одной раны за другой ему становится всё лучше, всё легче, он становится всё более здоровым. И когда выздоровеет – то не для него большей радости. Если телесное выздоровление – такое большое благо для человека, то что можно сказать об исцелении его бессмертной души!

Но в чём же, с христианской точки зрения, состоит задача брака и семьи? У святителя Иоанна Златоуста христианская семья называется малой церковью. Понятно, что под церковью в данном случае подразумевается не храм, а образ того, о чём писал апостол Павел: Церковь есть тело Христово (Кол. 1: 24). А в чём заключается основная задача Церкви в наших земных условиях? Церковь – это не курорт, Церковь – больница. То есть её первостепенная задача – исцелять человека от страстных болезней и греховных ран, которыми охвачено всё человечество. Исцелять, а не просто утешать.

Но многие люди, не понимая этого, ищут в Церкви не исцеления, а лишь утешения в своих скорбях. Однако Церковь это больница, имеющая в своём распоряжении необходимые лекарства от душевных ран человека, а не просто болеутоляющие средства, которые дают временное облегчение, но не исцеляют, а оставляют болезнь в полной силе. В этом её отличие от всякой психотерапии и всех подобных средств.

И вот, для подавляющего большинства людей лучшим средством или, можно сказать, лучшей больницей для исцеления души является семья. В семье соприкасаются два «эго», два «я», а когда подрастают дети, уже не два, а три, четыре, пять – и каждый со своими страстями, греховными наклонностями, эгоизмом. В этой ситуации человек становится перед лицом самой великой и трудной задачи – увидеть свои страсти, своё эго и трудности победить их. Этот подвиг семейной жизни при правильном взгляде на него и внимательном отношении к тому, что происходит в душе, не только смиряет человека, но и делает его великодушным, терпимым, снисходительным по отношению к другим членам семьи, что приносит реальльное благо всем не только в этой жизни, но и вечной.

Ведь пока мы живём в покое от семейных проблем и забот, без необходимости ежедневно выстраивать отношения с другими членами семьи, не так-то просто бывает разглядеть свои страсти – они словно где-то таятся. В семье же происходит постоянное соприкосновение друг с другом, страсти проявляют себя, можно сказать, ежеминутно, так что нетрудно увидеть, кто мы есть на самом деле, что́ в нас живёт: и раздражение, и осуждение, и леность, и эгоизм. Поэтому семья для разумного человека может стать настоящей больницей, в которой и открываются наши духовные и душевные болезни, и, при евангельском отношении к ним, реальный процесс исцеления. Из гордеца, самохвала, лентяя постепенно вырастает христианин не по имени, а по состоянию, который начинает видеть себя, свои духовные болезни, страсти и смиряется в себе, перед Богом — становится нормальным человеком. Без семьи труднее придти к этому состоянию, особенно, когда человек живёт один и никто не задевает его страстей. Ему очень легко увидеть себя вполне хорошим, приличным человеком, христианином.

Семья, при правильном, христианском взгляде на себя, позволяет человеку увидеть, что он весь словно с обнажёнными нервами: с какой стороны ни прикоснись – боль. Семья ставит человеку точный диагноз. А дальше – лечиться или нет – он должен решить сам. Ведь самое ужасное, когда больной не видит болезни или не хочет признавать, что он серьёзно болен. Семья вскрывает наши болезни.

Мы все говорим: Христос пострадал за нас и тем самым спас каждого из нас, Он – наш Спаситель. А на деле мало кто чувствует это и чувствует нужду в спасении. В семье по мере того, как человек начинает видеть свои страсти, ему открывается, что, прежде всего, именно он нуждается в Спасителе, а не его родные или соседи. Это и является началом решения самой важной в жизни задачи – приобретения истинной любви. Человек, видящий, как он постоянно оступается и падает, начинает понимать, что сам, без помощи Божьей исправить себя не может.

Кажется, пытаюсь исправиться, хочу этого, уже и понимаю, что если не бороться со своими страстями, то во что же превратится жизнь! Но при всех попытках стать чище вижу, что каждая попытка заканчивается провалом. Тогда только начинаю по настоящему сознавать, что мне нужна помощь. И, как верующий человек, обращаюсь к Христу. И по мере сознания своей слабости, по мере смирения и обращения к Богу с молитвой начинаю постепенно видеть, как Он действительно мне помогает. Осознавая это уже не в теории, а на практике, самой своей жизнью, начинаю познавать Христа, обращаться к Нему за помощью с ещё более искренней молитвой не о разных земных делах, но об исцелении души от страстей: «Господи, прости меня и помоги мне исцелиться, сам я исцелить себя не могу».

Опыт не одного человека, не ста, не тысячи, а огромного множества христиан показал, что искреннее покаяние, сопряжённое с понуждением себя к исполнению заповедей Христовых, приводит к познанию себя, неспособности искоренения страстей и очиститься от постоянно возникающих грехов. Это осознание на языке православной аскетики называется смирением. И лишь по мере смирения Господь помогает человеку освобождаться от страстей и приобретать то, что является действительной любовью ко всем, а не мимолётным чувством к какому-то отдельному человеку.

Семья в этом отношении является благом для человека. В условиях семейной жизни большинству людей намного легче прийти к самопознанию, которое становится основанием для искреннего обращения к Христу-Спасителю. Обретя через самопознание и молитвенное обращение к Нему смирение, человек тем самым обретает в своей душе мир. Это мирное состояние души не может не распространяться и вовне. Тогда и в семье может возникнуть прочный мир, которым семья будет жить. Только на этом пути семья становится малой церковью, становится лечебницей, подающей лекарства, которые в итоге приводят к высочайшему благу – и земному, и небесному: твёрдой, неискоренимой любви.

Но, конечно, далеко не всегда это достигается. Часто семейная жизнь становится невыносимой, и для верующего человека возникает важный вопрос: при каком условии расторжение брака не станет грехом?

В Церкви существуют соответствующие церковные каноны, которые регулируют брачные отношения и, в частности, говорят о том, по каким причинам допусти́м развод. По этому вопросу есть целый ряд церковных правил и документов. Последний из них, принятый на Архиерейском Соборе в 2000 году под названием «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», даёт перечень допустимых причин для развода.

«В 1918 году Поместный Собор Русской Церкви в определении о поводах расторжения брачного союза, освящённого Церковью, признал в качестве таковых, кроме прелюбодеяния и вступления одной из сторон в новый брак, также следующее:

Противоестественные пороки ;

Неспособность к брачному сожитию, наступившую до брака или явившуюся следствием намеренного самокалечения;

Заболевание проказой или сифилисом;

Длительное безвестное отсутствие;

Осуждение к наказанию, соединённому с лишением всех прав состояния;

Посягательство на жизнь или здоровье супруги либо детей ;

Снохачество или сводничество;

Извлечение выгод из непотребств супруга;

Неизлечимую тяжкую душевную болезнь;

Злонамеренное оставление одного супруга другим».

В «Основах социальной концепции» этот перечень дополняется такими причинами, как заболевание СПИДом, медицински засвидетельствованные хронический алкоголизм или наркомания, совершение женой аборта при несогласии мужа.

Однако все эти основания для развода нельзя рассматривать как необходимые требования. Они – только допущение, возможность для расторжения брака, окончательное же решение всегда остаётся за самим человеком.

А какие возможности вступления в брак с человеком другой веры или вообще с неверующим? В «Основах социальной концепции» такой брак, хотя и не рекомендуется, но и не запрещается безусловно. Такой брак является законным, поскольку заповедь о браке дана Богом изначала, с самого сотворения человека, и брак существовал и существует всегда и во всех народах, независимо от их религиозной принадлежности. Однако такой брак не может быть освящён Православной Церковью в таинстве Венчания.

Чего лишается в таком случае нехристинин? И что даёт человеку церковный брак? Можно привести самый простой пример. Вот две пары вступают в брак и получают квартиры. Но одним из них предлагается всяческая помощь в обустройстве, а другим говорят: «Извините, мы вам предлагали, но вы не поверили и отказались…».

Поэтому, хотя любой брак, но, конечно, не так называемый гражданский брак, является законным, только верующим в таинстве Венчания подаётся благодатный дар помощи в совместной христианской жизни, воспитании детей, устройстве семьи как малой церкви.

Несколько лет я нес служение в церкви, известной своей ревностной поддержкой зарубежных миссий. Многие выпускники нашего колледжа (и некоторые из них были членами этой церкви) чувствовали призвание полностью посвятить себя межкультурной зарубежной миссии. В их числе был и молодой талантливый парень Билл. Однако реакция родителей Билла стала для него неприятным сюрпризом. Да, его семья поддерживала финансово миссионеров, молилась о них и даже готовила для них в церкви обеды, когда те приезжали в отпуск с миссионерского поля, но идея, чтобы их сын посвятил свою жизнь зарубежной миссии, оказалась для них слишком трудной для принятия. Они хотели, чтобы Билл нашел хорошую, стабильную работу, чтобы у него была прекрасная христианская семья – которая, конечно же, поддерживала бы финансово зарубежных миссионеров (как и они).

Такая реакция родителей – не редкость. Как указывают результаты недавнего опроса «Barna Group”, молодые взрослые американцы считают родителей главным фактором, влияющим на их идентичность и важнейшие решения в жизни. Только затем идут Бог и страна. И христиане – не исключение. Большинство прихожан поставили свои семьи на место, принадлежащее Богу и Его семье, когда речь идет о том, чему посвятить свою жизнь.

Многие из нас ставят приоритет семьи выше приоритета церкви. И это грустно, потому что Библия содержит другой порядок приоритетов. Многие христиане справедливо отмечают, что Бог любит семью. Все Писание подчеркивает, что на семью ложится ответственность воспитывать детей в Господе. Мужьям и женам дается повеление хранить друг другу верность, а детям – быть послушными своим родителям, почитать их. Павел пишет: «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного” (1 Тим. 5:8).

Но в евангелиях мы обнаруживаем более «смешанный” набор повелений насчет семьи. В некоторых текстах Иисус предстает перед нами «про-семейным» – например в Мф. 15:3, где Он упрекает фарисеев за то, что они нарушают пятую заповедь («почитай отца и мать»). Но в других текстах Он кажется «про-безбрачным” – например, в Лук. 14:26, где Он говорит: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником”.

Как бы нас ни шокировали эти слова Иисуса, они, следует отметить, были особенно поразительными для слушателей первого столетия. Культуры древних стран региона Средиземного моря в большой степени основывались на прочности социальных групп внутри общества. Благополучие и само существование этих групп ставились выше интересов и желаний отдельных их членов. Поэтому верность семье составляла важнейшую обязанность человека в новозаветные времена.

Но следование за Иисусом означало принадлежность двум видам семьи: своей земной семье и семье веры. В отличие от культурного контекста, Иисус считал более важной семью веры: «И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь” (Мф. 12:49-50).

Такой призыв Иисуса присоединиться к семье веры порождает неизбежный конфликт верности: какой семье я должен проявлять большую верность?

Большинство из нас придерживаются следующего порядка приоритетов (в сфере отношений):

  1. Бог
  2. Моя семья
  3. Божья семья (церковь)
  4. Другие

Но как Писание, так и история церкви утверждает ту идею, что Божья семья должна быть приоритетней обычной семьи. Иисус не просто призывал отдельных людей иметь с Ним личные отношения, но призывал присоединиться к движению, стать частью новой семьи. Позиция, которая как бы разделяет верность Богу и верность Божьей семье, была бы чуждой для Иисуса и первых христиан. Как гласит знаменитое выражение Киприана Карфагенского (богослова третьего века), «Кому Церковь не мать — тому Бог не отец”.

Современные западные евангельские верующие склонны представлять Иисуса в основном личным духовным Наставником, Который взаимодействует «один на один” – что ведет к некоторому отделению нашей верности Богу от верности Божьей семье. Но с точки зрения Иисуса, существует лишь один способ принадлежать Богу: принадлежать общности Его детей. Таким образом, Иисус предложил бы другой порядок личностных приоритетов:

  1. Бог и Его семья
  2. Моя семья
  3. Другие

Хотя такой порядок приоритетов большинству западных евангельских верующих тяжело принять, он наилучшим образом гармонирует с «про-безбрачными” заявлениями Иисуса. Если Бог и Его семья стоят в моей жизни на первом месте, тогда исчезает «конфликт верности” (моя семья или Божья семья?). Так как Иисус жил в культуре, в которой царила верность семье, то тогда, если Он намеревался установить новую, духовную семью (которая была бы важнее обычной семьи), Ему во время Своего земного служения, несомненно, пришлось бы снова и снова бороться с привычной для людей того времени приоритетностью обычной семьи. Именно это мы и видим в Евангелиях.

Хотя наши обычные семьи остаются наиболее важными земными отношениями, нам следует учиться подчинять верность своей обычной семье всеохватывающей реальности семьи Божьей. Не потому, что обычная семья отделена от Божьей семьи и конкурирует с ней, борясь за наше внимание и время, а потому что наши земные семьи должны стать частью семьи Бога.

Порядок личностных приоритетов с точки зрения Иисуса помогает нам понять важную истину: не Божья семья должна служить интересам нашей семьи (ее предпочтениям, желаниям и нуждам), но наши семьи должны служить семье Бога.

Эрик Харди работает недалеко от Лос-Анджелеса в индустрии игрушек. Из-за чрезмерной дороговизны на рынке жилья, семья Харди, как и большинство молодых семей, сталкивается с серьезными трудностями. Они живут в доме, расположенном в далеко не идеальном районе, где школьная система (у четы Харди две дочери) находится не на очень высоком уровне, и где стоимость небольшого отдельного домика составляет около 400 000 долларов.

Несколько лет тому назад компания «Hasbro”, специализирующаяся на изготовлении игрушек и настольных игр (и имеющая офисы в других странах), сделала Эрику деловое предложение, которое бывает только раз в жизни, и которое, конечно, значительно бы увеличило его зарплату. Главные офисы «Hasbro” находятся в Потакете (штат Род-Айленд), где за 200 000 долларов можно купить прекрасный дом с тремя-четырьмя спальнями. К тому же и школы там более высокого уровня, чем те, которые расположены в районе проживания семьи Харди. Поэтому переезд семьи Харди в Новую Англию был бы большой удачей для них. Большинство семей с огромной радостью согласились бы на эту новую работу и на переезд.

Эрик и его жена Джинни, однако, отклонили это предложение. Дело в том, что они глубоко вовлечены в служение своей домашней церкви, поэтому не могут представить свою жизнь без этих отношений с людьми, которые они строили на протяжении всех лет пребывания в христианской организации Христианское Общество Оушенсайда (ХОО). Благодаря многолетнему проживанию в этом районе, они смогли оказать серьезное влияние на жизни людей из ХОО – как формально (духовное образование, наставничество, обучение), так и неформально (личные, повседневные отношения с братьями и сестрами в церкви, которые полюбили семью Харди и прониклись к ней большим уважением).

Хотя перед нами может и не стоять выбор переезда, многие из нас отдают преимущество обычной семье в менее заметных вещах. Мы постоянно погружаем свои семьи в такую занятость, что просто не остается времени для тех отношений, которые Бог задумал для нас. Поступая так, мы, сами того не замечая, прививаем нашим детям неверные личностные приоритеты.

Брэндон Кэш – один из пасторов нашей церкви и мудрый отец четырех детей от пяти до шести лет. Брэндон с женой разрешают своим детям заниматься только одной какой-то внешкольной и внецерковной деятельностью. Семья Кэшов стремится к тому, чтобы у их детей каждую неделю была возможность проводить время с церковной семьей (даже участвовать в неформальных посиделках), чтобы они строили отношения с христианами всех возрастов. Кэши прекрасно понимают, что христианский характер лучше всего формируется в общении с теми, кто любит Иисуса Христа. Мы сотворены для духовного процветания в Божьей семье.

Возвращение к личностным приоритетам Ранней Церкви не только будет способствовать личному духовному развитию, но также благоприятно скажется на здоровье всей Западной церкви в условиях того, что мы называем постхристианской культурой.

Многие сокрушаются из-за факта массового ухода молодых христиан («молодежь миллениум”, третьего тысячелетия) из церквей в последние годы. Согласно данным «Barna Group” за 2011 год, такой массовый «исход» составил 59%. В то время как многие пытаются объяснять этот феномен – почему так много «молодежи миллениум” оставило церкви, – важно понять факторы, благодаря которым остальные молодые люди остались в общинах. Эти факторы поражают. Согласно данным «Barna Group” за 2013 год, «наиболее позитивный церковный опыт среди молодежи миллениум – это личностный опыт”. Но речь идет не о всех видах личностных контактов. На первом месте в топ-списке (почему молодые люди остались в своих общинах) стоит общение между разными поколениями, вековыми категориями. Среди тех молодых людей, которые остались в церквях, почти в два раза больше тех, кто общаются с людьми зрелого возраста, чем это было среди той молодежи, которая когда-то была в общинах и теперь ушла (ср. 59% и 31%).

Президент «Barna Group” Дэвид Киннаман отмечает: «Культивирование межпоколенческих отношений является одним из ключевых моментов, благодаря которым общины с динамичной верой оказывают сильное духовное влияние на людей разных вековых категорий – молодых и старых. Во многих церквях это означает переход от метафоры «простой передачи эстафеты” к более библейской, функциональной метафоре тела – т.е. в общине веры все поколения трудятся вместе в течение всей жизни ради достижения Божьих целей”.

Приоритетность Божьей семьи (а не обычной) также ведет к меньшему акцентированию на важности и динамике брака (и рождения детей) в пользу здравого богословия безбрачия и целибата. Согласно Новому Завету, именно Божья семья (а не обычная) занимает в общине первое место как фактор духовного роста. Среди первых христиан и брак, и безбрачие занимали подчиненное отношение к всеохватывающей модели церкви как семьи. Все было пронизано страстным желанием выполнять Великое Поручение и завоевывать мир для Христа.

В Новом Завете темы миссии, брака и безбрачия ясней всего объясняются в 1 Кор. 7, где брак рассматривается как «позволение” – т.е. «уступка” нашим физическим потребностям (стих 6), – а безбрачие описано как более предпочтительный путь «угодить Господу” и быть «святым телом и духом” (стих 34). Павел даже прямо говорит: «Хорошо человеку не касаться женщины” (стих 1). И далее объясняет: «Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу” (стих 32).

Это единственный отрывок в Библии, где брак и безбрачие оцениваются вместе в свете возможностей в служении Богу. И очевидно, что приоритеты Павла заметно отличаются от тех, которые мы наблюдаем сегодня в церквях.

Если мы не ставим на первое место Божью семью, мы тормозим служение церкви неосознанным игнорированием одиноких членов церковной семьи. Большинство взрослых христиан женаты. Но есть и много одиноких. Немало также тех, кто вступили в брак довольно поздно, поэтому их совершеннолетие и время женитьбы отделяет солидный промежуток времени – более 10 лет. Кроме того, среди нас есть братья и сестры, которые борются с гомосексуальными наклонностями (и поэтому не могут вступить в брак). Христианская община, которая на первое место ставит обычную семью, а не Божью, и которая превозносит брак как высшую и приоритетную форму человеческих отношений, ничего не может предложить тем, кто вынужден жить в безбрачии (некоторое время или до конца своих дней) – не может дать им такого богословия практической жизни, которое помогло бы им жить угодной Богу жизнью.

Библейский взгляд на церковь, который ставит Божью семью на первое место в иерархии личностных приоритетов, помещает и брак, и безбрачие в единый контекст Божьей семьи. Такой взгляд больше поощряет одиноких и женатых, старых и молодых, людей с любым прошлым строить друг с другом глубокие отношения. А также поощряет каждого в общине использовать свои дары для блага Тела Христа, для распространения Евангелия способами, уместными в том или ином ситуационном контексте.

Бог хочет, чтобы все Его дети возрастали «в меру полного возраста Христова” (Еф. 4:13). И наше духовное благополучие зависит от правильно расставленных личностных приоритетов. Нам нужно принять Христовы приоритеты в сфере отношений и поставить на первое место Божью семью.

Голос Истины по материалам Christianity Today

Размышления Джозефа Хеллермана, профессора Языка Нового Завета и Литературы из Талботской Богословской школы.

У меня есть большая слабость к разного вида лепешкам, так называемому flatbread. особенно к национальным видам.
Все началось с малауаха, йеменской слоеной лепешке, широко известной в израильской кухне, которая стала на нашем столе повседневностью, затем Саша fortl рассказал про китайские лепешки ю-бин, которые, в принципе, очень похожи по составу и способу приготовления, но готовятся с начинкой из лука, и затем я узнала про индийские lachha paratha , которые тоже раскатываются, складываются и расплющиваются. В общем, все повторяется на востоке

Начну с малауаха.
Это йеменские бездрожжевые лепешки. Да, именно бездрожжевые, пресные, а не то, что некоторые подумали(подчеркиваю в свете последних бездрожжевых споров в интернете). Есть дрожжевые варианты, но во-первых, это новодел, а во-вторых, как мои дети сказали: «Невкусно, у них вкус хлеба» .Малауах должн быть пресным. Некоторые йеменские хозяйки добавляют пекарский порошок. Я обычно нет, но в принципе можно для пущей воздушности
Замесить обычное пресное тесто. Можно в миксере, а можно и руками
1кг пшеничной муки
650-680 г воды
13 г соли
Растительное масло для смазывания миски и готового теста
сливочное масло или топленое(самне, ги) для раскатки и прослаивания
10-15 г сахара опционально
чернушка для посыпки опционально
1.ч.л. пекарского порошка опционально
В миксере я иногда замешиваю 3 минуты без соли, оставляю на аутолиз на полчаса, добавляю соль и вымешиваю еще около пяти минут , пока тесто не станет глянцевым и гладким, а иногда замешиваю в один заход.
При ручном замесе я всегда действую в два этапа: сначала замешиваю грубо, до полного увлажненияингредиентов и без особых усилий. Оставляю на полчаса отлежаться и заканчиваю замес. Таким образом работа значительно упрощается. В любом случае, тесто должно получится гладким, хорошо вымешанным и однородным
Оставить тесто отдохнуть минимум на полчаса, максимум можно убрать его в холодильник и использовать на следующий день например, а затем приступить к делению его на кускии подкатки в шарики. Из 1 кг муки выходит примерно 12 лепешек весом 135-140г

Дать им отдохнуть минут 10, затем, начиная с первой подкатанной лепешки растягивать тесто на растопленном масле как можно тоньше. Если оно немного порвется, не страшно. Готовый тончайший блин свернуть, или сложить, или перекрутить, или закатать одним из предложенных ниже способов. Каждая йеменская хозяйка у нас или в Йемене делает это по своему. Я люблю сворачивать трубочкой и затем с перекручиванием заматывать в улитку.
Снова оставить заготовки отдохнуть и непосредственно перед жаркой расплющить их в лепешки и жарить в небольшом количестве масла. Можно на конечном этапе заморозить, проложив лепешки полиэтиленом. Жарить не размораживая

Ваианты формовки малауаха:
Израильская йеменская бабушка сначала складывает тесто в длинную колбаску, дает ей отдохнуть, снова растягивает , скатывает рулетом, снова отдых и в конце плющит в круглую лепешку и жарит в такой приспособе. Полуэлектрической — полугазовой. В ней отлично пекутся питы. Давно хочу купить, но боюсь заносить домой
Тут какая то восточная женщина совершенно феерически складывает тесто конвертом. Как это у нее получается! Это второй мой любимый способ. Конечно без такого изящества
Вот тоже трубочкой и затем завязывает затейливым узелком
Фабричное производство. Такие малауах можно купить в любом израильском супермаркете, но прослоены они в большинстве случаев будут не сливочным маслом из соображений кашрута
Подают малауах с сальсой из помидоров с чесноком, растительным(оливковым) маслом, солью, черным перцем и острой приправой схуг(йеменскому аналогу аджики). Можно подать с половинкой крутого яйца
Лепешки можно и нужно рвать руками и макать в помидорный соус, закатав внутрь яйцо
Следующие лепешки, про кторые я хочу рассказать, это китайские Ю-бин(油饼) с начинкой из сочетания зеленого лука и джусая
Я предпочитаю рассказать о них словами Саши-Фортла, большого любителя всяких китайских лепешек и поэта в душе:
Вот слова Саши:
油饼, (you bing, ю-бин) Масляная лепешка с зеленым луком.
Прекрасный китайский завтрак(и не только)
Смысл блюда достаточно прост — пресное тесто(мука, вода~60-65%, соль) раскатывается в лепешку, которая промазывается маслом и посыпается луком, сворачивается в трубочку, которая закручивается в улитку и снова раскатывается (не тонко). Жарят, как правило, тоже на масле. В итоге получается воздушная слоеная лепешка с ароматным луком между слоями.
Рецепт достаточно простой, но вариации возможны. Тесто можно заварить, это привносит дополнительную сдобность.
Можно раскатывать достаточно тонко, в гнущийся блин и заворачивать туда начинку — с говядиной очень вкусно, например. А можно оставлять лепешку достаточно толстой, полсантиметра-сантиметр толщиной, немножко «взбивать» ее, чтоб слои распушились — так она даже интереснее.
Соль можно вносить не в тесто, а вместе с луком. Можно посыпать кунжутом перед второй раскаткой. И жарить можно на сухой сковороде — это все тоже допустимые вариации рецепта.
Но в качестве базы рекомендую попробовать обычное простое тесто и лепешку толщиной в мизинец, пожарить на масле, «взбить» к центру, чтоб распушилась, порезать на восемь частей и, макая в соевый соус, съесть на первый завтрак, запивая зеленым чаем. А на приветствие пришедших на завтрак родственников 吃饭了吗? отвечать 吃过了!
Ну и видео, лучше которого не скажешь
Тесто из 1 кг муки я делю таким же по составу, как и на малауах, делю тоже на 12 частей, примерно по 135-140 гр. Влажность у меня где то 66%, соль 13%
То есть: мука 1 кг
соль 13г
вода 640-660г
Самый мой геройский подвиг, ю-бин из 3.5 кг теста. Это примерно 23 лепешки по 150г. Ничего страшного, если готовить вдвоем. Один катает, второй жарит. Это примерно полтора часа работы, масса удовольствия себе и гостям и запасец на завтра.
Принцип замеса такой же, как и в малаухе. Раскатка тоже аналогичная. Раскатать(растянуть) тесто в лепешку( Только не надо растягивать до прозрачности как в первом случае.), смазать растопленным сливочным или растительным маслом, припорошить начинкой, скатать трубочкой, свернуть в улитку, дать отдохнуть, расплющить и раскатать улитку в лепешечку. Затем жарить на смазанной или сухой сковороде. Лепешки должны имет тело и начинка удержаться внутри. Я совершаю греховность и неправильность, закладывая много лука внутрь. Начинкой надо лишь припорошить, но у меня все требуют много лука

Другая неправильность, которую я допускаю, это игра с самой начинкой. Делаю и с печеной картошкой плюс лук, и с мясным фаршем. Это уже не ю-бин, же мы не китайцы и печем не на продажу
Есть их надо, макая в соевый соус.
Вот правильные лепешечки, с небольшим количесивом начинки.
А такими их делают луковые извращенцы
И наконец, lachha paratha, которые я никогда не готовила, ибо не было жедания, они очень похожи с малауах. Правда иногда в тесто добавляется молоко, и в них меньше масла, они посуше, но в принципе поедатели и домочадцы не заметят разницы, а привычка к йеменской лепешке победит, и паратху все равно сожрут с помидорной сальсой. Отличие больше в способе подачи, в традициях поедания и сопроводительных блюдах, чем в самой технологии приготовления и рецептуре.
Вот Катя lyukum совершенно замечательно про них написала у себя в журнале
Конечно, как всегда, есть различия, в зависимости от региона и уклада и предпочтений самой хозяйки
И еще одно видео про паратху. Видно, что женщина складывает лепешки треугольником
Я уверена, что еще найдется еще как минимум видов пять похожих слоеных лепешек у разных народов

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *