Материалистка, это кто?

1. Материализм

Одним из важных философских понятий является понятие материального. Как мы уже говорили, материальное в философии – это все, что воспринимается нашими органами чувств (говоря иначе, – это то, что можно увидеть, услышать, потрогать, понюхать и попробовать на вкус), а также – имеет физические качества или свойства (цвет, запах, размер, плотность, массу и все прочее). Так, например, любой предмет из окружающего мира материален. А как же быть с электромагнитным полем, возразите вы, ведь его невозможно воспринять с помощью органов чувств. Совершенно верно, но, поле, будучи недоступным для чувств, вполне улавливается или фиксируется различными приборами. Кроме того, оно имеет определенные физические свойства, например, – напряженность или скорость распространения. То есть, электромагнитное поле тоже материально.

Совокупность всего материального называется в философии материей. Раньше считалось, что материя и мировое вещество – это одно и то же. Материю, конечно же, можно называть веществом, но это не совсем точно. Поэтому правильнее говорить, что материя – это все, что существует вне нас и независимо от нас, то есть – объективно, а также – воспринимается или нашими органами чувств или какими-либо техническими приспособлениями (приборами). Понятно, что материя – это предельно широкое понятие, название, и что материи вообще, которую можно было бы потрогать или увидеть, нет. Говоря иначе, не существует такого объекта, который можно было бы поместить в музей под стеклянным колпаком с надписью «Материя». А что же тогда представляет собой любой предмет окружающего мира? Очень просто: он является разновидностью или формой материи. Таким образом, материя существует не в виде какого-то определенного предмета, а в виде огромного и даже бесконечного количества своих форм. Материки и океаны, планеты и звезды, растения и животные – это все различные формы материи. Понятно, что они могут отличаться друг от друга уровнем своей сложности. Так например, камень, лежащий у дороги – это более простая форма материи, чем растущий рядом с ним цветок, а птица, летящая в небе – это более высокий уровень материи по сравнению с цветком, а млекопитающее животное – более сложная форма материи по сравнению с птицей. Одним из важных философских вопросов является проблема происхождения материи. В зависимости от ответа на этот вопрос можно выделить несколько глобальных представлений о мире.

Первое из них называется материализмом. Оно говорит о том, что материя ниоткуда не взялась и никуда не может деться, потому что она существует вечно, является первоначалом мира, самим миром. Материя – это все. Давайте вдумаемся в слово «всё» и ответим себе на несколько вопросов. Могло ли «всё» откуда-то взяться? Если могло, значит оно появилось из чего-то другого, следовательно это другое существовало само по себе и в наше «всё» не входило. Но в этом случае «всё» никак нельзя назвать «всем», потому что было нечто, которое оно в себя не включало. Далее, может ли «всё» куда-либо деться? Если может, значит ему есть куда деться, то есть – существует такое место, где его сейчас нет. Но в этом случае оно опять никак не может быть «всем». Говоря иначе «всё» – это то, чему неоткуда взяться и некуда деться. Таким образом, из самого понятия «всё» вытекает его вечность, несотворимость и неуничтожимость. Поэтому, если материя – это все, то она вечна.

Материя существует на различных уровнях сложности. Самой сложной и совершенной формой материи является человеческий мозг, который порождает сознание или мышление. Любая мысль является нематериальной. Ведь ее нельзя воспринять органами чувств, и она не обладает никакими физическими свойствами (ее нельзя увидеть, потрогать, измерить, нагреть и т. д. и т. п.) Все что не воспринимается органами чувств и не имеет физических качеств называется в философии, как мы уже говорили, термином «идеальное», который, таким образом, противоположен понятию «материальное». Мысль, следовательно, идеальна, но она – продукт мозга, а мозг – это форма материи. Значит, материальное первично, а идеальное вторично и существует только на базе материального, благодаря ему и после него. Идеальное же вторично и полностью зависит от материального. Где нет мыслящей формы материи – мозга, там не может быть ничего идеального. Все эти утверждения являются материалистическими, а их сторонники называются материалистами.

Если мы спросим их, что такое Бог или бессмертная душа, они скажут нам, что – это всего лишь человеческие мысли, выдумки нашего сознания, фантазии разума, который может породить какой угодно идеальный объект, не существующий на самом деле. Таким образом, с точки зрения материализма, нет ни Бога, ни бессмертной души, ни прочих религиозных объектов. Религия, говорят материалисты, появилась из страха древних людей перед непонятными явлениями природы. Будучи не в силах многое объяснить, они выдумали себе сверхъестественных богов и все неизвестное и непознанное приписали им, а позже религиозные представления стали использоваться богатыми для того, чтобы держать в подчинении бедных; но, кроме того, религия – это еще и мечта о несбыточном, земное утешение и отрада обездоленным и несчастным. Как видим, неизменным спутником материализма является атеизм (полное отрицание существования Бога.

С точки зрения материализма материя бесконечна не только в пространстве и времени, но также – в своих свойствах или качествах, а значит бесконечно наше познание окружающего мира, и полных знаний о нем, окончательной истины мы не достигнем никогда. Однако главное не в этом, а в том, что мир познаваем, что мы можем его познавать, и ничто не мешает нам делать это. Надо только не бояться познания и смело проникать в тайны природы. Поскольку материальный мир бесконечен, то всегда будут оставаться вещи непознанные, но нет и не может быть вещей непознаваемых вообще. Ведь в мире нет ничего сверхъестественного, потустороннего, полностью недоступного. Что было неизвестно и непонятно вчера, то станет известным и понятным сегодня или завтра, главное не отчаиваться и ничего не бояться. А чудо или тайна – это всего лишь пока еще непознанное, которое мы обязательно со временем откроем, после чего оно перестанет быть чудом. Нет границ и пределов для человеческого разума и познания, утверждают материалисты. Мы можем и должны с помощью науки уверенно идти вглубь неизведанного, чтобы покорять природу, совершенствовать самих себя и делать нашу жизнь лучше и счастливее.

Выдающимися представителями материализма были французские философы XVIII века Жюльен Ламетри, Клод Гельвеций, Поль Гольбах, а также немецкий философ XIX века Людвиг Фейербах, который утверждал, что основным предметом философии должна быть природа и человек как самое совершенное ее создание. Материализм также представлен идеями Карла Маркса и Фридриха Энгельса – немецких философов XIX века, рассматривавших материю как единственную реальность – бесконечную во времени и пространстве, существующую в безграничном количестве форм и видов, проявлений и состояний, способную к самоэволюции или саморазвитию. Об этих и других материалистических мыслителях мы будем говорить в следующих разделах книги.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Кронфорд М. Материализм и диалектический метод. М., 1952

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

МАТЕРИАЛИЗМ

Г л а в а II

МАТЕРИАЛИЗМ И ИДЕАЛИЗМ

Материализм противоположен идеализму, ибо в то время как идеализм утверждает, что идеальное, предшествует материальному, материализм утверждает, наоборот, что материальное предшествует идеальному. Это различие проявляется в противоположных способах истолкования и понимания всякого вопроса в теории, а также в противоположном подходе на практике.

Несмотря на то, что идеализм принимает множество утончённых форм в писаниях философов, он в своей основе является продолжением веры в сверхъестественное. Он подразумевает веру в два мира – в мир идеальный, или сверхъестественный, который он противопоставляет миру материальному.

В сущности идеализм является консервативной, реакционной силой, и его реакционное влияние проявляется на практике. Марксизм отстаивает последовательный взгляд воинствующего материализма.

Материализм и идеализм – противоположные способы истолкования всякого вопроса.

Наша философия называется диалектическим материализмом, говорит Сталин, «потому, что его подход к явлениям природы, его метод изучения явлений природы, его метод познания этих явлений является диалектическим, а его истолкование явлений природы, его понимание явлений природы, его теория — материалистической».

Материализм не является догматической системой. Это — способ истолкования, понимания, объяснения всякого вопроса.

Материалистический способ истолкования событий, понимания вещей и их взаимосвязей противоположен идеалистическому способу истолкования и понимания их. Материализм противоположен идеализму.

Отсюда ясно, что материализм и идеализм не являются двумя абстрактными противоположными теориями о природе мира, мало касающимися простых людей, занятых практической деятельностью.

Они являются противоположными способами истолкования и понимания всякого вопроса, и, следовательно, они выражают различный подход к этим вопросам на практике и ведут к самым различным выводам из практической деятельности.

Нельзя также употреблять термины «материализм» и «идеализм», как некоторые это делают, для выражения противоположных взглядов в области морали; идеализм — как выражение возвышенного, материализм — как выражение низменного и эгоистического. Если же мы будем употреблять эти термины таким образом, мы никогда не поймем противоположности между идеалистическим и материалистическим воззрениями; потому что этот способ выражения, как говорит Энгельс, означает не что иное, как «непростительную уступку филистерскому предрассудку против названия «материализм», предрассудку, укоренившемуся у филистера под влиянием долголетней поповской клеветы на материализм. Под материализмом филистер понимает обжорство, пьянство, тщеславие и плотские наслаждения, жадность к деньгам, скупость, алчность, погоню за барышом и биржевые плутни, короче — все те грязные пороки, которым он сам предается втайне. Идеализм же означает у него веру в добродетель, любовь ко всему человечеству и вообще веру в «лучший мир», о котором он кричит перед другими».

Прежде чем пытаться дать общее определение материализма и идеализма, рассмотрим, каким образом эти два способа понимания вещей выражаются в отношении к некоторым простым и знакомым вопросам. Это поможет нам понять значение различия между материалистическим и идеалистическим истолкованием.

Прежде всего рассмотрим очень знакомое нам естественное явление — грозу. Что вызывает грозы?

Идеалистический способ понимания этого вопроса состоит в том, чтобы считать грозы следствием гнева бога: разгневавшись, он ниспосылает громы и молнии на человечество.

Материалистический способ понимания гроз противоположен идеалистическому. Материалист попытается объяснить и понять грозы исключительно как следствие того, что мы называем естественными силами. Например, древние материалисты высказали предположение, что грозы вовсе не следствие гнева богов. С их точки зрения, они вызываются ударом друг о друга материальных частиц, находящихся в облаках. В данном случае дело не в том, что это частное объяснение было ложным, а в том, что это было попыткой материалистического, в отличие от идеалистического, объяснения. В настоящее время благодаря научному исследованию естественных сил природы, которые вызывают грозы, знание о последних значительно расширилось. Конечно, и в настоящее время знание о грозах остается очень неполным, но во всяком случае известно достаточно, чтобы стало совершенно ясно, что объяснены они могут быть только материалистически и что идеалистическое объяснение лишилось всякого доверия.

Мы видим, что, в то время как идеалистическое объяснение пытается связать объясняемое явление с некоторой духовной причиной — в данном случае с гневом господним, — материалистическое объяснение связывает его с материальными причинами.

В настоящее время большинство образованных людей согласится принять материалистическое объяснение причин грозы. Это потому, что они вообще признают научное объяснение естественных явлений, а всякий шаг вперед в естественных науках является шагом вперед в материалистическом понимании природы.

Возьмем второй пример, на этот раз из общественной жизни. Почему существуют богатые и бедные? Это вопрос, который задают многие люди, особенно бедные люди. Наиболее откровенные идеалисты отвечают на этот вопрос просто, что, мол, бог создал людей такими. Воля бога такова, что некоторые должны быть богатыми, другие бедными.

Но в большей моде другие, менее откровенные идеалистические объяснения. Примером таких объяснений может служить следующее рассуждение: некоторые люди потому богаты, что они старательны и предусмотрительны, экономно используют свои ресурсы, в то время как другие потому бедны, что они расточительны и глупы. Люди, которые придерживаются такого рода объяснения, говорят, что все это — следствие вечной «человеческой природы». Природа человека и общества такова, что необходимо возникает различие между бедными и богатыми.

Как в случае объяснения причины грозы, так и в случае объяснения причины существования бедных и богатых идеалист ищет некую духовную причину — если не в воле бога, божественном разуме, то в определенных врожденных чертах человеческого ума.

Материалист, напротив, ищет причину существования богатых и бедных в материальных, экономических условиях общественной жизни. Он видит причину разделения общества на богатых и бедных в способе производства материальных благ для жизни, когда одна часть людей владеет землей и другими средствами производства, в то время как другая часть людей должна работать на них. И как бы упорно они ни работали и как бы ни копили и экономили, неимущие останутся бедными, в то время как имущие будут богатеть благодаря продуктам труда бедных.

Таким образом, мы видим, что при решении таких вопросов различие между материалистическим и идеалистическим взглядами может быть очень важным. И это различие важно не только в теоретическом, но и в практическом смысле.

Так, например, материалистическое представление о грозах помогает нам принять меры предосторожности против них, такие, как, например, устройство на зданиях громоотводов. Но если мы объясняем грозы идеалистически, то все, что мы можем сделать в целях предосторожности против них, это ожидать и молиться. Далее, если мы соглашаемся с идеалистическим объяснением существования бедных и богатых, то все, что нам остается сделать, это принять существующее положение вещей, радоваться своему господствующему положению и предаваться умеренной благотворительности, если мы богаты, и проклинать свою судьбу, если мы бедны. Напротив, вооруженные материалистическим пониманием общества, мы можем найти способ изменения общества.

Поэтому, хотя некоторые люди, возможно, и заинтересованы идеалистически объяснять вещи, в интересах огромного большинства научиться объяснять их материалистически.

Учитывая все сказанное о материализме и идеализме, какое общее определение можем мы дать каждому из них и различию между ними, чтобы раскрыть главное в их содержании? Такое определение было дано Энгельсом.

«Великий основной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть вопрос об отношении мышления к бытию… Философы разделились на два больших лагеря сообразно тому, как отвечали они на этот вопрос. Те, которые утверждали, что дух существовал прежде природы, и которые, следовательно, в конечном счете, так или иначе признавали сотворение мира… составили идеалистический лагерь. Те же, которые основным началом считали природу, примкнули к различным школам материализма».

Идеализм — это такой способ объяснения, который считает духовное предшествующим материальному, в то время как материализм считает материальное предшествующим духовному. Идеализм считает, что все материальное якобы зависит от чего-то духовного и определяется им, в то время как материализм утверждает, что все духовное зависит от чего-то материального и определяется им. И это различие проявляется как в общих философских представлениях о мире в целом, так и в представлениях об отдельных вещах и событиях.

Идеализм и вера в сверхъестественное

В своей основе идеализм — это религия, теология. «Идеализм есть поповщина», — писал Ленин. Всякий идеализм является продолжением религиозного подхода к решению любого вопроса, даже если отдельные идеалистические теории и сбросили свою религиозную оболочку. Идеализм не отделим от суеверий, веры в сверхъестественное, таинственное и непознаваемое.

Напротив, материализм стремится объяснить эти вопросы исходя из материального мира, при помощи факторов, которые можно проверять, понимать и контролировать.

Корни идеалистического представления о вещах, следовательно, те же, что и религии.

Верующим неизбежно кажется, что религиозные представления, так сказать представления о сверхъестественных духовных существах, находят свое оправдание не в показаниях органов чувств, но в чем-то, что залегает глубоко в духовной природе человека. И безусловно верно, что эти представления глубоко коренятся в историческом развитии человеческого сознания. Но каково их происхождение, как первоначально возникли эти представления? Мы никак не можем считать подобные представления, как учит нас религия, продуктами божественного откровения или следствием любой другой сверхъестественной причины, если мы находим, что сами они естественного происхождения. И это происхождение может быть прослежено на фактах.

Представления о сверхъестественном и религиозные идеи вообще обязаны своим происхождением прежде всего беспомощности людей перед лицом сил природы и их невежеству. Силы, которые люди не могут понять, олицетворяются — их представляют, как проявление деятельности духов.

Например, мы уже видели, что незнание людьми действительных причин такого устрашающего их явления, как грозы, привело к тому, что ее причины были объяснены фантастически, как следствие гнева богов.

По той же причине такое важное явление, как выращивание урожаев зерна, было сведено к деятельности духов: люди стали верить, что зерно произрастает под действием особой духовной силы, заключенной в нем.

С самых первобытных времен люди олицетворяли подобным образом силы природы. С возникновением классового общества, когда действия, поступки людей стали вызываться господствующими над ними и непонятными для них социальными отношениями, люди придумали новые сверхъестественные силы.

Эти новые сверхъестественные силы явились дублированием существовавшего тогда общественного порядка. Люди придумали богов, возвышающихся над всем человечеством, подобно тому как короли и знать возвышались над простым народом.

Всякая религия и всякий идеализм содержат в своей основе подобное удвоение мира. Они дуалистичны и выдумывают идеальный, или сверхъестественный, мир, господствующий над реальным, материальным, миром.

Очень характерны для идеализма такие противопоставления, как душа и тело; бог и человек; небесное царство и царство земное; усваиваемые разумом формы и идеи вещей и мир материальной действительности, воспринимаемый органами чувств.

Для идеализма всегда существует высший, якобы более реальный нематериальный мир, который предшествует материальному миру, является его конечным источником и причиной и которому материальный мир подчинен. Для материализма, напротив, существует один мир — материальный мир.

Под идеализмом в философии мы понимаем всякое учение, которое считает, что вне материальной действительности существует высшая, духовная действительность, исходя из которой в конечном счете должна быть объяснена материальная действительность.

Некоторые разновидности современной идеалистической» философии

На данном этапе нашего изучения философии могут оказаться полезными несколько замечаний о некоторых характерных учениях современной буржуазной философии. На протяжении почти трехсот лет выдвигался род философии, известный как «субъективный идеализм». Эта философия учит, что материальный мир вообще не существует. Ничто не существует, кроме ощущений и идей в нашем сознании, и им не соответствует никакая внешняя материальная действительность.

Не признавая существования внешней материальной действительности, субъективный идеализм, выдвигаемый в качестве учения о познании, отрицает, что мы можем знать что-либо об объективной реальности вне нас, и утверждает, что мы можем познавать лишь явления, а не «вещи в себе».

Этот род идеализма стал сейчас очень модным. Он даже пытается выдать себя за крайне «научное» мировоззрение. Когда капитализм был еще прогрессивной силой, буржуазные мыслители считали, что возможно все в большей и большей степени познавать реальный мир и, таким образом, контролировать силы природы и безгранично улучшать положение человечества. Теперь они говорят, что реальный мир является непознаваемым, областью таинственных сил, выходящих за границы нашего понимания. Нетрудно видеть, что мода на подобные учения — это лишь симптом разложения капитализма.

Мы видели, что в своей основе идеализм — это всегда вера в два мира, идеальный и материальный, и идеальный мир он помещает перед и над материальным. Материализм, напротив, знает лишь один мир, материальный мир, и отказывается придумывать второй, воображаемый, высший идеальный мир.

Материализм и идеализм непримиримо противоположны. Но это не препятствует многим философам пытаться примирить и сочетать их. В философии существует также много различных попыток найти компромисс между идеализмом и материализмом.

Одна из таких попыток компромисса хорошо известна под именем «дуализма». Эта компромиссная философия, подобно любой идеалистической философии, считает, что существует духовное, которое независимо и отлично от материального, но в отличие от идеализма она пытается утверждать их равнозначность.

Так, она толкует мир неживой материи чисто материалистически: в нем с ее точки зрения действуют только естественные силы, а духовные факторы находятся и действуют за его пределом и не имеют к нему никакого отношения. Hо когда доходит дело до объяснения сознания и общества, здесь, заявляет эта философия, область деятельности духа. Здесь, утверждает она, надо искать идеалистического, а не материалистического объяснения.

Этот компромисс между материализмом и идеализмом, следовательно, равносилен тому, в сущности, что мы остаемся идеалистами, поскольку во всех наиболее важных вопросах о человеке, обществе и истории мы продолжаем придерживаться идеалистических взглядов в противоположность материалистическим.

Другая компромиссная философия известна под именем «реализма». В своей современной форме эта философия возникла в противоположность субъективному идеализму.

«Реалистические» философы говорят, что внешний, материальный, мир действительно существует независимо от наших восприятий и некоторым образом отражается в наших ощущениях. В этом «реалисты» соглашаются с материалистами в противоположность субъективному идеализму; в самом деле, нельзя быть материалистом, не являясь последовательным реалистом в вопросе о реальном существовании материального мира. Но утверждать только, что внешний мир существует независимо от нашего восприятия его, — это еще не значит быть материалистом. Например, известный католический философ средних веков Фома Аквинский в этом смысле был «реалистом». И по сей день большинство католических теологов считает ересью что бы то ни было, кроме «реализма» в философии. Но в то же время они утверждают, что материальный мир, который действительно существует, был создан богом и поддерживается и управляется все время силой бога, духовной силой. Поэтому они фактически идеалисты, а вовсе не материалисты.

Более того, словом «реализм» философы сильно злоупотребляют. Считается, поскольку вы признаете, что то или иное является «реальным», вы можете называть себя «реалистом». Так, некоторые философы, считая, что реальным является не только мир материальных вещей, но что существует также вне пространства и времени реальный мир «универсалий», абстрактных сущностей вещей, называют себя «реалистами». Другие утверждают, хотя и не существует ничего, кроме восприятий в нашем сознании, но, поскольку эти восприятия являются реальными, они также называют себя «реалистами». Все это лишь показывает, что иные философы весьма изобретательны в употреблении слов.

Основные положения материализма и их противоположность идеализму

В противоположность всяким формам идеализма и изощренным попыткам примирить материализм с идеализмом основные положения материализма могут быть сформулированы просто и ясно.

Чтобы понять сущность этих положений, мы должны также понять, каковы главные положения, выдвигаемые всякой формой идеализма.

Существуют три таких главных положения идеализма:

1. Идеализм утверждает, что материальный мир завис от духовного.

2. Идеализм утверждает, что дух, или разум, или идея может и действительно существует отдельно от материи. (Самой крайней формой этого утверждения является субъективный идеализм, который считает, что материя вообще не существует и является, чистой иллюзией.)

3. Идеализм утверждает, что существует область таинственного и непознаваемого, «над», или «за пределами», или «позади» того, что может быть установлено и познано посредство приятии, опыта и науки.

Основные положения материализма противоположны этим трём утверждениям идеализма:

1. Материализм учит, что мир материален по самой своей природе, что все существующее появляется на основе материальных причин, возникает и развивается в соответствии с закона движения материи.

2. Материализм учит, что материя есть объективная реальность, существующая вне и независимо от сознания, и что духовное существует вовсе не отдельно от материального, а все умственное, или духовное, является продуктом материальных процессов.

3. Материализм учит, что мир и его законы являются полностью познаваемыми и что, хотя многое может быть непознанным, нет ничего, что по природе является непознаваемым.

Марксистско-ленинская философия характеризуется своим исключительно последовательным материализмом в решении всех вопросов тем, что она не делает никаких уступок идеализму при их решении.

Материализм и идеализм на практике

Как было указано выше, противоположность материализма идеализму, выраженная теперь в наиболее общей форме, является не противоположностью абстрактных теорий о природе мира, а противоположностью между различными способами понимания и истолкования всякого вопроса. Вот почему она имеет такое важное значение.

Рассмотрим некоторые наиболее обычные способы проявления противоположности между материализмом и идеализмом.

Например, идеалисты убеждают нас не полагаться «слишком» на науку. Они уверяют, что наиболее значительные истины лежат за пределами достижений науки. Поэтому они убеждают нас не думать о вещах на основании очевидности, опыта, практики, а принимать их на веру от тех, которые претендуют на то, что знают лучше и обладают неким «высшим» источником информации.

Таким образом, идеализм является лучшим другом и надежной опорой любой формы реакционной пропаганды. Это философия капиталистической прессы и Би-Би-Си. Она покровительствует суевериям всякого рода, мешает нам думать самим за себя и научно подходить к моральным и социальным проблемам.

Далее, идеализм утверждает, что самым главным для всех нас является внутренняя жизнь души. Он убеждает нас в том, что мы никогда не разрешим своих человеческих проблем иначе, как неким внутренним возрождением. Это любимая тема речей сытых людей. Однако многие рабочие также сочувствуют ей, например на фабриках, где активна группа «морального перевооружения». Они убеждают нас не бороться за улучшение условий, а совершенствовать свою душу. Они не говорят нам того, что лучший способ своего материального и нравственного усовершенствования — это примкнуть к борьбе за мир и социализм.

Далее, идеалистический подход нередко встречается среди многих социалистов. Многие искренние социалисты, например, считают действительным пороком капитализма то, что товары несправедливо распределяются и что если бы мы только могли заставить всех, включая капиталистов, принять новые принципы справедливости и права, то в таком случае мы могли бы покончить с пороками капитализма. Социализм для них не что иное, как осуществление абстрактной идеи справедливости. Идеалистическая сущность такого мнения заключается в предположении, что только идеи, которых мы придерживаемся, определяют образ нашей жизни и способ организации общества. Те, которые так думают, забывают искать материальные причины. Потому что фактически способ распределения продуктов в капиталистическом обществе, когда богатством пользуется одна часть общества, в то время как другая и большая часть общества живет в нищете, — определяют не идеи о распределении богатства, которых придерживаются люди, а тот материальный факт, что способ производства основан на эксплуатации рабочих капиталистами. Пока этот способ производства продолжает существовать, до тех пор сохранятся крайности богатства и нищеты, а социалистические идеи справедливости будут противостоять капиталистическим идеям справедливости. Следовательно, задача социалистов заключается в том, чтобы организовать борьбу рабочего класса против класса капиталистов и довести ее до того момента, когда рабочий класс возьмет власть у класса капиталистов.

Если мы не поймем этого, тогда мы не сможем найти успешного способа борьбы за социализм. Мы обнаружим, что наши социалистические идеалы постоянно вызывают разочарование и теряют доверие. Таков был на самом деле опыт социализма в Англии.

На таких примерах можно видеть, как идеализм служит оружием реакции и как социалисты, когда они попадают в объятия идеализма, попадают под влияние буржуазной идеологии.

Перенять и использовать буржуазные идеи для социалистической теории мы можем не в большей степени, чем перенять и использовать буржуазную государственную машину со всеми ее учреждениями и чиновниками в целях строительства социализма.

Действительно, на протяжении всей истории идеализм, как правило, был оружием реакции. Какие бы прекрасные системы философии ни сочинялись, идеализм использовался как средстве оправдания господства эксплуататорского класса и обмана эксплуатируемых.

Это не значит, что под идеалистическим покровом не высказывалось истин. Конечно, их высказывали. Так как идеализм имеет очень глубокие корни в нашем способе мышления, то люди часто облекают свои мысли и чаяния в идеалистические одеяния. Но идеалистическая форма всегда является помехой, препятствием в выражении истины — источником путаницы и ошибок.

Далее, прогрессивные движения в прошлом принимали идеалистическую идеологию и боролись под ее знаменем. Но это показывает лишь, что они либо содержали в себе семена будущей реакции, поскольку они выражали стремление нового эксплуататорского класса к захвату власти; или они сами находились под влиянием реакционных идей; или же это было признаком их слабости и незрелости.

Например, великое революционное движение английской буржуазии XVII в. проходило под идеалистическими, религиозными лозунгами. Но то же обращение к богу, которое оправдывало Кромвеля в казни короля, оправдывало его также в подавлении левеллеров.

У первых демократов и социалистов было много идеалистических понятий. Но в данном случае это показывало незрелость и слабость движения. Идеалистические иллюзии должны были быть превзойдены, чтобы революционное движение рабочего класса могло возникнуть и восторжествовать. После того как движение окрепло, сохранение внутри него идеалистических представлений было выражением враждебного, реакционного влияния.

Правильно будет сказать, что идеализм является по существу консервативной силой — идеологией, помогающей защите существующего положения вещей и сохранению в умах людей иллюзий об их действительном положении.

С другой стороны, всякий действительный социальный прогресс — всякое увеличение производительных сил, всякий прогресс науки — порождает материализм и поддерживается материалистическими идеями. И вся история человеческой мысли была историей борьбы материализма против идеализма, историей преодоления идеалистических иллюзий и заблуждений.

Борьба за материализм

Как коммунисты, то есть как организованный авангард рабочего класса, последовательно борющийся против всякой эксплуатации человека человеком и за установление коммунизма, мы не нуждаемся в идеализме ни в какой его форме.

Вот, к примеру, некоторые из высказываний В. И. Ленина по этому вопросу.

«Гениальность Маркса и Энгельса состоит как раз в том, что в течение очень долгого периода, почти полустолетия, они развивали материализм, двигали вперед одно основное направление в философии…

Возьмите… отдельные философские замечания Маркса… вы увидите неизменный основной мотив: настаивание на материализме и презрительные насмешки по адресу всякого затушевывания, всякой путаницы, всяких отступлений к идеализму…

Маркс и Энгельс от начала и до конца были партийными в философии, умели открывать отступления от материализма и поблажки идеализму… во всех и всяческих «новейших» направлениях.

«Реалисты» и т. п., а в том числе и «позитивисты»… все это — жалкая кашица, презренная партия середины в философии, путающая по каждому отдельному вопросу материалистическое и идеалистическое направление. Попытки выскочить из этих двух коренных направлений в философии не содержат в себе ничего, кроме «примиренческого шарлатанства».

Во всяком вопросе мы, сторонники материализма, против идеализма. Это потому, что мы знаем, что только в свете материалистической теории, изучающей вещи так, как они есть, без идеалистических выдумок о них, мы можем понять силы природы и общества, чтобы быть способными преобразовать общество и овладеть силами природы.

Поэтому материализм учит нас также полагаться на самих себя, на рабочий класс — на народ. Он учит нас, что нет ничего таинственного, выходящего за рамки нашего понимания, что нам нет нужды признавать то, что якобы существует как проявление воли бога, что нам следует с презрением отвергать «авторитетные» учения тех, кто выдает себя за наших учителей, и что мы можем сами понять природу и общество так, что сможем изменить их.

Мы ненавидим идеализм, так как под покровом высокопарных разговоров он проповедует подчинение человека человеку и умаляет силы человечества.

Максим Горький выразил материалистическую уверенность в силах человечества, когда он писал:

«Для меня не существует идеи вне человека, для меня именно он и только он является творцом всех вещей и всех идей, именно он — чудотворец и в будущем владыка всех сил природы. Самое прекрасное в нашем мире то, что создано трудом, умной человеческой рукой, и все наши мысли, все идеи возникают из трудового процесса…

И если уж надобно говорить о «священном», — так священно только недовольство человека самим собой и его стремление быть лучше, чем он есть; священна его ненависть ко всякому житейскому хламу, созданному им же самим; священно его желание уничтожить на земле зависть, жадность, преступления, болезни, войны и всякую вражду среди людей, священен его труд».

МАТЕРИАЛИЗМ (от лат. materialis – вещественный) – монистическое философское направление, признающее существование мира вне и независимо от сознания познающего субъекта и объясняющее этот мир из самого себя, не прибегая к гипотезе о предшествующем ему и порождающем его мировом духе (боге, абсолютной идее и т.д.). Человеческое сознание при этом понимается как закономерный продукт эволюции материального мира. Различают вульгарный и последовательный материализм. Первый трактует сознание как вид материи («мозг так же выделяет мысль, как печень – желчь»), второй – как ее свойство, возникающее на определенном этапе развития материального мира из свойства, присущего всей материи, – отражения. Положение о первичности материи и вторичности сознания является основой для ответа на вопрос, познаваем ли мир: будучи закономерным продуктом развития материи, сознание человека способно не только познавать мир, но и посредством практики творить его.

Термин «материалисты» ввел Лейбниц для обозначения своих противников. Несколько лет спустя он уже фигурировал в философском словаре И.Вальха: «Материализмом называют то, когда отрицают духовные субстанции и не хотят допускать ничего, кроме телесного… Материализмом следует называть и то, когда все события и действия природных тел выводят только из свойств материи, таких, как величина, фигура, тяжесть, разъединение и соединение и, т.о., не хотят признавать никакого другого духовного принципа, кроме души» (Walch I.G. Philosophisches Lexicon, 1726). Французские материалисты 18 в. – Ламетри, Дидро, Гольбах и Гельвеций – сознательно применяли термин «материализм» по отношению к себе. Однако даже в 19 в. Л.Фейербах и Э.Геккель отказывались называть себя материалистами.

В Европе материализм прошел в своем развитии три этапа. Первый этап был связан с наивным или стихийным материализмом древних греков и римлян (Эмпедокл, Анаксимандр, Демокрит, Эпикур). В 16–18 вв. Ф.Бэкон, Гоббс, Дидро, Гольбах, Гельвеций и др. сформировали метафизический и механистический материализм. В 1840-х гг. К.Маркс и Ф.Энгельс сформулировали основные принципы диалектического материализма.

Материализм утверждает, что в основе качественного разнообразия мира лежит абсолютно однородная первоматерия. Поиски последней составляли одну из главных задач материализма с самого его возникновения. Фалес считал, что все в мире состоит из воды, Анаксимен – воздуха, Гераклит – огня. В 16–18 вв. все явления мира пытались вывести из механически движущейся материи, в конце 19 в. Э.Геккель предложил на роль первоматерии эфир. Однако каждый раз эти гипотезы опровергались. Итогом стал отказ от субстратного определения материи и переход к феноменологическому – через ее отношение к сознанию. Наиболее развернуто это определение сформулировал В.И.Ленин. Материя трактуется им как реальность, существующая вне сознания, независимо от него и отражаемая в нем. Феноменологическое определение материи не исключает субстратного, а дополняет его.

Первые материалисты, обсуждавшие вопрос, что представляет собой материя как субстанция всех вещей, исходили из ее первичности по отношению к собственному сознанию как чего-то само собой разумеющегося. И лишь в 17 в., после формулировки Декартом принципа методологического сомнения и разработки Беркли аргументов в защиту субъективного идеализма, было признано, что обоснование этого исходного положения материализма – сложнейшая философская задача. Общепризнанного ее решения нет до сих пор. С точки зрения диалектического материализма, веру в реальность и познаваемость материального мира доказывает успех практической деятельности, основанной на этой вере.

Последовательный материализм особенно трудно провести при исследовании человеческого общества. Материалист во взглядах на природу вполне может оказаться идеалистом во взглядах на общество. Расхождения между историческим материализмом и историческим идеализмом возникают при ответе на вопрос, почему по одной и той же социальной проблеме существуют диаметрально противоположные точки зрения. Исторический материализм утверждает, что эти расхождения во взглядах объясняются не только объективными трудностями познания социальных явлений, но и теми материальными отношениями, в которых находятся носители этих взглядов и которые складываются независимо от их воли. В этом смысл тезиса «общественное бытие определяет общественное сознание». Из него следует практический вывод: чтобы изменить общественное сознание людей, нужно изменить их общественное бытие. Отсюда же делается вывод о классовости общественного сознания в классовом обществе и о классовой борьбе как средстве его изменения. В то же время и отказ от материалистического взгляда на историю, попытка воздействовать на взгляды и поступки людей, полностью игнорируя их обусловленность общественным бытием, ведет к социальному хаосу.

На протяжении всей истории философии разработка материализма была не самоцелью, а средством для решения главного вопроса всякого мировоззрения – о цели человеческой жизни. Для материализма такой целью является счастье, как отдельного человека, так и всего человечества, достигаемое в реальной, земной жизни, в процессе достижения рациональных и конструктивных целей.

Задача объяснить мир в целом из самого себя, поставленная материализмом, естественна и потому чрезвычайно трудна для реализации. Последовательный субъективный идеалист, солипсист, объявляет существующим только свое собственное сознание, тем самым снимая вопрос об его отношении к внешнему миру. Объективный идеалист, признавая объективный мир, сохраняет проблему, но решает ее посредством своего рода круга: сознание субъекта выводит из внешнего по отношению к нему мира, а этот последний – из «мировой идеи». Дуалист, утверждая взаимную независимость материального и идеального, обходит проблему за счет отказа от одного из основополагающих научных принципов – монизма. Но за эту «интеллектуальную честность» материализм платит дорогую цену. Именно глобальностью программы материализма, нежеланием упростить ее, объясняется немногочисленность полученных в ее рамках выдающихся научных результатов и, как следствие, немногочисленность великих материалистов в истории философии. Отсюда же и попытки принять желаемое за действительное, объявить программу материализма реализованной, так дискредитировавшие диалектический материализм. См. также статью Диалектический материализм и литературу к этой статье.

Г.Д.Левин

УДК 141

ОТ МАТЕРИАЛИЗМА К ПОСТИДЕАЛИЗМУ

© Денис Сергеевич ВАНЬКОВ

Дана попытка решения одного из древнейших вопросов философии: первичности материи либо сознания. Автор приводит теоретические логические обоснования первичности сознания над материей, подкрепляя их данными новейших научных исследований. Кроме того, упоминается формирующаяся новая постидеалистическая парадигма, содержащая в себе научное решение данного философского вопроса.

Ключевые слова: сознание; материя; материализм; идеализм; мозг.

Давний спор о том, что первично — сознание или материя, стал чрезвычайно актуален в эпоху социальных революций, выдвинувших материю на первый план по отношению к сознанию, объявленному «иллюзорным», что легло в основу всех последующих преобразований как социума, так и остальной природы. Спор этот не утратил своей актуальности и в эпоху информационной революции, когда уже сознание вновь выходит на первый план, постепенно вытесняя материю в область «иллюзорного». То есть с развитием информационных технологий деятельность человека все более перемещается в область информации, смыслов, идей, знаний, обретающих в восприятии людей большую реальность, нежели материя. Человеческая культура начала переход в постматериали-стическую эпоху, в связи с чем хотелось бы осветить сопровождающую этот процесс философскую рефлексию с позиции постматериалистов.

Одно из первых утверждений сторонников материалистической парадигмы, на которое хотелось бы обратить внимание, это первичность «объекта» (материального) по отношению к «субъекту» (идеальному). По мнению классиков марксизма, еще не было живых существ, обладающих субъектностью (сознанием), но уже существовала т. н. внешняя, «неживая» объективная природа: «Если… поставить вопрос, что же такое мышление и сознание, откуда они берутся, то мы увидим, что они продукты человеческого мозга и что сам человек — продукт природы, развивающийся в определенной среде и вместе с ней. Само собой разумеется, в силу этого, что продукты человеческого мозга, яв-

ляющиеся, в конечном счете, тоже продуктами природы, не противоречат остальной связи природы, соответствуют ей» .

Хотелось бы возразить этому: а почему материалисты так уверены, что сознания на каком-то этапе развития материи вовсе не было? Если это и так, то материалисты должны показать, когда именно появилось сознание. Где та временная либо физическая грань, до которой сознание еще отсутствует, а после которой оно уже есть? При этом можно задать вопрос: в чем качественное различие между движением материи, обладающей сознанием, и движением материи, сознанием не обладающей? Если разница, по словам материалистов, заключается между целенаправленностью движения сознательной материи и, соответственно, бесцельностью движения материи несознательной, то можем ли мы отчетливо утверждать, что какая-либо материя когда-либо движется без цели? Ведь движение материи в любой своей форме обусловлено противоречиями , которые снимаются в результате движения -для чего, собственно, всякая материя и движется. И это относится как к живой, так и неживой материи, а также к материи, признаваемой марксистами «сознательной» — к человеческому социуму.

Обратимся к тому тезису, что материя обладает свойством упорядочиваться или организовываться. А поскольку, согласно монистической установке, нет никого и ничего, кто и что эту материю организовывает, кроме собственно материи, то выходит, что материи присущи свойства самоорганизации (самоусложнения). Однако нерешенным остается вопрос, а какова цель этой самоорга-

низации? Ведь мы не можем определить степень организованности (сложности) материи, безотносительно к какой-либо цели. То есть если нет цели, то нет и организации (нет критерия организованности), но есть лишь хаос.

Если целью развития материи, как уже было указано, является преодоление противоречий, присущих материи, то такой ответ порождает следующие вопросы: где начало всех противоречий?; есть ли предельное состояние материи (конечная цель развития), где все противоречия разрешаются? Если таковых — начального и предельного — состояний у материи нет — т. е. противоречия бесконечны — то можем ли мы, вообще, говорить о каком-либо развитии? Ведь степень развитости мы определяем лишь относительно некоего начального идеального состояния, либо относительно окончательной идеальной цели (предельного состояния развитости).

Материалисты утверждают, что сознание есть плод организации материи, которой присуще свойство отражения — а точнее, плод некоторого определенного этапа организации материи — общественно-исторического. Здесь следует спросить, является ли появление сознания случайным результатом или же результатом целенаправленного изменения материи?

Если мы допускаем появление сознания как результат целенаправленности, то мы вынуждены признать наличие у материи и некой дальнейшей цели, утверждающей некий совершенный порядок и отрицающей какую-либо случайность. Под совершенным порядком следует понимать снятие всех противоречий. В этом случае появление сознания является необходимым и неизбежным, т. к. такое снятие может быть осуществлено лишь через целенаправленное познание необходимости . А если сознание является необходимым материи для самопознания и появление его неизбежно, то сознание изначально присуще материи, и все противоречия в диалектическом процессе могут быть окончательно сняты лишь тогда, когда они будут сняты, прежде всего, в сознании как механизме отражения материей материи.

Если же мы допускаем случайность появления сознания, то в таком случае логичным будет отказаться от концепции упорядоченности, т. к. фактор случайности, в этом

случае присущий материи, нивелирует какую-либо постоянную организованность

этой материи.

Следовательно, порождение высших форм сознания материей — есть лишь результат изначально осознанного (целенаправленного) движения материи. Другими словами, не было времени, когда материя была несознательной. Начиная с первоэлементов, организующихся в сложные структуры (тяжелые атомы, звезды, галактики), продолжая бактериями, создающими экосистемы и насекомыми, возводящими сложнейшие архитектурные сооружения (ульи, термитники), вплоть до цивилизационной организации людей — мы наблюдаем сознательное целенаправленное движение материи. Это напоминает нам мысль Эриха Фромма о том, что история есть осознание.

Итак, мы не можем ответить на данный выше вопрос о цели движения, пока не признаем, что процесс самоорганизации (само-усложнения) — это процесс сознательный (осознанный), т. е. движимый, направляемый сознанием. И лишь признав это, мы можем согласиться с ответом: целью развития сознания является самопознание. То есть сознание целенаправлено на поиск самого себя, чего мы не можем, однако, сказать о несознательной материи, движущейся бесцельно (хаотично), а значит неспособной к какому-либо самопознанию. В конце концов, сознание — если оно существует как способность материи рефлексировать саму себя (притом, что целью материи является самопознание) -должно рефлексировать все до предела. То есть ничто не может остаться неотрефлекси-рованным, включая само сознание, которое должно быть также отрефлексированным, пусть даже в последнюю очередь, после того как уже отрефлексирована вся материя, во всех ее возможных состояниях. И именно чистое сознание и является тем самым пределом рефлексии — пределом самопознания материи.

К вышеизложенному добавим еще ряд аргументов и фактов, подтверждающих рассуждения в пользу гипотезы первичности сознания.

После того как мы выяснили, что материи присуща самоорганизация, следует выяснить, а что такое, собственно, материя? Классическое материалистическое определе-

ние материи звучит так: «…философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них» .

В ответ на это приведем пример со сновидениями. Когда нам снится какой-либо сон, мы также испытываем некие ощущения, отображая некую реальность, которую принимаем за объективность, независимую от нас. Согласно вышеприведенному определению материи, наши сновидения так же материальны, как реальность, ощущаемая нашими органами чувств в состоянии бодрствования. Но материалист может отвергнуть это утверждение, заявив, что сновидения не являются объективной реальностью, но лишь иллюзорной. Однако вышеприведенное определение материи не дает нам четкого критерия, с помощью которого мы может отличить иллюзорную реальность от реальности не иллюзорной. Еще сложнее материалисту будет отличить «объективность» от «иллюзорности» на примере ощущений, испытываемых в состоянии, вызванном наркотическим воздействием, либо при психическом расстройстве. Ведь такие ощущения могут отображаться как значительно более яркие и сильные по воздействию, нежели ощущения, отображаемые органами чувств в обычном (гомеостатическом) состоянии бодрствования.

Вслед за этим встает вопрос об объективности как таковой. Можем ли мы обнаружить среди всей совокупности опыта пример объективности?

Наиболее весомо, что при этом вопросе стоит учесть открытый физиками «эффект наблюдателя».

А. Эйнштейн отрицал физическую независимость пространства-времени, считая его лишь структурным выражением гравитационного поля: «Пространство-время не требует самостоятельного существования, но только как структурного качества (гравитационного) поля» . Из этого он выводит наличие эффекта наблюдателя, проявляющийся в процессе измерения, в координатах гравитационного поля. Под измерением мы можем подразумевать именно осознание с последующим определением (установлением границ). Иллюстрацией этого эффекта является опыт в квантовой физике, когда

наблюдатель (осознающий субъект) активно меняет наблюдаемое (измеряемый объект) самим актом наблюдения (осознания), становясь при этом частью его. То есть не существует времени самого по себе. Но именно в процессе наблюдения (измерения, осознания) время и формируется .

Аналогичный ход рассуждений можно применить к понятию «пространства» с тем же результатом: никакого пространства, самого по себе, не существует, но существует лишь та или иная модель протяженности, развертываемая и измеряемая сознанием.

Во Вселенной, вне процесса измерения (осознания), производимого наблюдателем, ничто не происходит «в прошлом», «в будущем», «вверху», «внизу» и т. д. Можно представить Вселенную как непрерывный поток материальных, энергетических и других изменений в бесконечном, вневременном гравитационном поле. Человеческое сознание этот поток онаукообразило в понятие «пространства-времени».

Сегодня в научном мире, в т. ч. среди физиков, стала обыденной традиция философского обсуждения проблем квантовой физики, где обсуждаются и «парадоксы» («кота Шредитнгера» и др.) и проблема «редукции (коллапса) волновой функции». И стремление их решить доводит до утверждений о включении сознания в формализм квантовой механики.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Согласно копенгагенской интерпретации , существуют две взаимодействующих реальности — классическая и квантовая, причем каждая подчиняется совершенно различным законам. Квантовая реальность пребывает в состоянии суперпозиции (вне пространства и вне времени) до тех пор, пока за частицей не устанавливается наблюдение. Акт измерения (осознания-наблюдения) редуцирует суперпозицию к конкретной пространственной и временной позиции, преобразуя тем самым квантовую реальность в классическую.

Так, известный физик В. Гайтлер, следуя положениям «копенгагенской» интерпретации, приходит к заключению, что наблюдатель появляется со всей полнотой возможностей сознательного существа как необходимая часть всей системы. Он утверждает, что в связи с возникновением квантовой механики невозможно продолжать поддерживать

представление о разделенности мира на «объективную реальность вне нас» и «нас». сознающих себя сторонних наблюдателей. Субъект и объект становятся неотделимы друг от друга». Поппер полагает, что Гайтлер здесь формулирует доктрину включенности субъекта в физический объект, которую также можно встретить в работах Гейзенберга, в его «физических принципах квантовой теории», например, и в других .

Теперь мы можем признать, что никакой объективной реальности, существующей независимо от процесса осознания, для нашего сознания не существует. К тому же, мы «…не можем уйти от вопроса о единстве мира на всех его уровнях от космоса до сознания, мышления и переживаний. Нет единства -нет мира, ибо, если части его качественно различны, то они просто не существуют одна для другой» . Вне взаимодействий явление не существует само по себе, исчезает. Все качественные различия между явлениями являются таковыми лишь постольку, поскольку сознание наделяет данные явления определенными различающимися качествами. И оно же — сознание — эти различия снимает, объединяя в себе ВСЕ мироздание.

Также вполне достоверными и весьма убедительными примерами примата сознания над материей являются гипноз и опыты с измененными состояниями сознания.

Интересными примерами здесь являются излечения болезней посредством гипноза. Приведем описание А.Е. Щербака и Б.С. Май-зеля (1921) поразительного по эффективности случая излечения тяжелой мокнущей экземы у больной Н., 20 лет, страдающей ею с детства: «Экзема распространилась по всему телу, включая лицо, и приняла мокнущий характер с выделением серозной жидкости (местами с кровью). . Ни фармакотерапия, ни физиотерапия результатов не принесли. в гипнозе (больной) внушалось лишь «хорошее самочувствие», никаких специальных внушений относительно экземы не делалось, однако экзема исчезла полностью. Это говорит о том, что гипноз побуждает организм вырабатывать свои внутренние лекарства, которые неизмеримо эффективнее принимаемых извне» .

Наиболее убедительными будут здесь эксперименты с внушениями различных заболеваний, а также ожоговых реакций на ко-

же. Примеры излечения гипнозом кожных заболеваний описаны саратовским дермато-логом-венерологом А.И. Картамышевым (1936) .

Помимо излечения, ему удавалось вызывать и появление дерматозов со всеми сопутствующими признаками, и в заранее заданный постгипнотический период. На основе результатов этих опытов, Картамышевым был сделан вывод, что большинство первичных элементов кожных заболеваний имеет психологическое происхождение. Аналогичные исследования с применением гипноза и у других врачей показывают, что активизация определенных следовых реакций в состоянии гипноза в одинаковой степени затрагивает все функциональные уровни организма, включая биохимический, вплоть до проявления органических изменений. В последнем случае более всего убедительны эксперименты с внушением ожога, доказывающие, что акт внушения затрагивает в т. ч. и соматические (нейровегетативные) процессы, провоцируя в данном случае тканевые изменения, возникающие обычно только в ответ на стимулы, переданные рецепторами .

Исследователь измененных состояний сознания Станислав Гроф, суммируя данные своих исследований, приходит к выводу о полной несостоятельности материалистической парадигмы, считая проблему взаимоотношения материи с сознанием самым фундаментальным из всех вызовов. Гроф склоняется к мнению, что сознание вовсе не является результатом сложных процессов, происходящих в мозгу . По его мнению, одних лишь наглядных опытов с психосоматикой достаточно, чтобы обосновать если не несостоятельность, то, по крайней мере, неполноценность материалистическо-монистической парадигмы. Однако приведем обоснования примата сознания над материей и через трансперсональный аспект его проявления. То есть имеющаяся у нас модель сознания, ограниченного черепной коробкой, может казаться истинной лишь там, где рассматриваются повседневные состояния сознания. Но она становится бесполезной, когда мы имеем дело с измененными состояниями сознания, такими как гипнотический сон, осознанные сновидения (люцидные сны), медитативные состояния, психоделический транс и др. В подобных состояниях психика

обладает потенциалом преодоления любых ограничений пространства и времени: «у нашей психики нет реальных и абсолютных границ; напротив, мы являемся частью бесконечного поля сознания, которое охватывает все существующее — выходящее за пределы пространства-времени и уходящее в реальности, пока что еще нами не исследованные» .

В качестве примеров С. Гроф приводит многочисленные описания пережитых людьми трансперсональных состояний, которые не укладываются в господствующую ныне материалистическую научную парадигму: «. сознание человека переходит границы своего тела и индивидуум отождествляет себя с другим человеком, с группой людей, животным или явлением природы. …Например, если телесный образ человека приобретает вид орла, то он и наблюдает мир глазами этой птицы, его зрение соответствует оптической системе этой птицы» .

Следует отметить растущие в области нейрофизиологии настроения среди ученых, склоняющиеся к версии о вторичности материальной составляющей мозга, по отношению к сознанию. Например, нейрохирург Уилдер Пенфилд, стоявший у истоков современного исследования мозга, высказал предположение, что сознание опосредовано мозгом, но при этом оно и не порождается им, будучи способным делать те вещи, на которые мозг совершенно не способен. В своей книге «Тайна ума» он свел все результаты проделанных им наблюдений относительно связи человеческого мозга с сознанием . Его мнение как нейрохирурга заключается в том, что сознание вовсе не имеет своего истока в мозге. В своей книге Пен-филд предварительно сообщает нам о своей цели: доказать, что сознание всецело зависит от материальной структуры мозга. Однако изучение тысяч пациентов, множество опытов и исследование околосмертных переживаний, которыми занимается танатология, подкрепили уже новую позицию Пенфилда: «Разум всегда стоит выше содержания нашего сознания. Это абсолютно независимая сущность. Разум приказывает, мозг исполняет. Мозг — это посланец к сознанию» .

Стоит рассмотреть гипотезу о сознании другого известного нейрофизиолога, лауреата Нобелевской премии Джона Экклза, на-

званную им «дуалистический интеракцио-низм» , заключающуюся в том, что сознание человека в мозге является результатом взаимодействия материального и идеального миров. Именно идеальный мир определяет функции мозга, в частности через изменение вероятностей высвобождения медиаторов в синаптических контактах нейронов.

Среди российских нейрофизиологов, сомневающихся в том, что сознание является производным от мозга, заслуживает внимания мнение академика РАН Натальи Бехтеревой.

Согласно ее мнению, дальнейшее углубление в тайны мозга должно дать ответ на вопрос, существует ли мозговой код сознания. В случае отрицательного ответа (то, что наблюдается в мозговых процессах, не является кодом сознания), по мнению Бехтеревой, необходимо будет пересматривать важнейшие позиции в проблеме «Мозг и психика». И в решении данной проблемы придется в дальнейшем отталкиваться уже от совершенно иных основных вопросов: «Если ничто в мозге не связано именно с тончайшей структурой нашего «думания», тогда какова в этом «думании» роль мозга? Только ли это роль «территории» для каких-то других, не подчиняющихся мозговым закономерностям, процессов? И в чем их связь с мозгом, какова их зависимость от мозгового субстрата и его состояния?» .

Также существуют примеры, когда люди, получая тяжкие травмы мозга, продолжали жить полноценной жизнью, потеряв немалую часть мозгового вещества. Здесь можно сослаться на пример Финеаса Гейджа, популярный в литературе по нейрофизиологии и ставший частью истории науки (см.: ).

Теперь можно обратиться к тому, как фундаментальные физические теории могут влиять на концепции о работе мозга и связи его с сознанием, что весьма важно, когда мы принимаем идею неразрывности мира, его единства.

Дэвид Бом, почетный профессор Лондонского университета, ранее работавший с Эйнштейном и ставший автором классических работ по теории относительности и квантовой механике, считает, что Вселенная представляет собой многоуровневую структуру, на фундаментальном уровне которой имеет место «гомогенная целостность», по

отношению к которой являются внешними все феномены пространства, времени и материи, т. е. представляют внешний уровень. Иначе этот фундаментальный уровень называется «свернутым» (импликативным), или «скрытым» порядком, или «холономным», в котором части (физические явления, феномены) имеют смысл лишь по отношению к целому. Позитивистская же наука, находясь в рамках картезианской парадигмы, видит и исследует только лишь некоторые «уровни» Вселенной, относимые Бомом к внешним, или «развернутым» (экспликативным), или «открытым» порядкам.

Акцент на идее целостности (гомогенности) фундаментального уровня реальности обнаруживает параллель между концепциями Бома и Прибрама заключающуюся в том, что и у Бома индивидуальное сознание на своем самом глубинном фундаментальном уровне является частью импликативного всеобщего Сознания, и у Прибрама сознание на своем самом фундаментальном уровне укоренено во «всеобщем движении» (непрерывном процессе «взаимоперетекания» явлений между импликативным и экспликативным порядками). Таким образом, общим мнением этих двух ученых становится то, что самый глубинный импликативный уровень Вселенной тождественен универсальному Сознанию.

О значении холономной реальности Прибрам пишет в своей статье «Голографическая гипотеза функционирования мозга», где утверждает, что именно она, создавая порядок (называемый Бомом «свернутым», «импликативным»), который являясь всеобщим внепространственным и вневременным, лежит в основе функционирования мозга

Концепции Бома и Прибрама, признавая существование уровней реальности, на которых все во Вселенной неразрывно взаимосвязано, открывают горизонты для новой физической космологической парадигмы и, в частности, более широкие перспективы для изучения мозга, а главное, сознания, отдельность и индивидуальность которого на этих уровнях — лишь иллюзия.

В заключение скажем, что парадигма, стоящая на вере в окончательную истинность материалистического монизма в связи с нарастающим грузом новых научных фактов, подлежит пересмотру. Повторим, что со-

гласно материалистической парадигме, несознательная материя порождает сознание. Вслед за этим сознание начинает расширяться внутри окружающей его материи, подчиняя ее себе как функция самопознания материей материи. При этом со стороны материалистов остается без ответа вопрос, какова предельная степень этого расширения? Имеет ли место граница, достигнув которой, сознание прекращает свое расширение (расширение области рефлексии материи материей). Если таковая граница существует, каков характер она имеет — онтологический, объективный, или иной? До тех пор, пока ответа на эти вопросы нет, стоит подумать над другим вопросом: будет ли материя оставаться материей, если доля сознания будет возрастать безгранично — т. е. материя будет становиться все более сознательной, пока не станет целиком и полностью осознанной (рефлекси-руемой, контролируемой) сознанием? Ведь в последнем случае, следует полагать, что в остатке не будет ничего кроме чистого сознания.

Упорное нежелание академических адептов материализма, схожего с античным атомизмом, пересматривать свои уже неадекватные открывающейся наукой реальности, убеждения, сродни религиозной вере. Ведь «материя» для них — это практически синоним «объективной реальности». Опора на материалистические догматы, не подвергаемые критике и сомнению, заставляет ученых-материалистов видеть в природе лишь высокоорганизованную совокупность атомов, что явно тормозит исследования иных — нематериальных (неатомных) — составляющих мироздания, существование которых может быть субъективно (зависеть от психики), пластично, изменчиво, трудноуловимо, но, тем не менее, по воздействию более реально, убедительно и внушительно для восприятия человека, чем атомы.

Исследование уровней реальности, податливых к воздействию субъективного сознания и, в свою очередь, радикально воздействующих на классическую материю (атомы) — это есть утверждение парадигмы постидеализма, преодолевающей как классический идеализм, так и материализм, с вытекающим из него детерминизмом.

1. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. М., 1961. Т. 20.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Энгельс Ф. Анти-Дюринг. Отдел первый, философия. XII. Диалектика. Количество и качество. М., 1951.

3. Гегель. Энциклопедия философских наук. Часть первая. Наука логики. М., 1977.

4. Маркс. К. Капитал. М., 1955. Т. 3.

5. Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения. М., 2001.

6. Вернадский В.И. Структура биосферы // Наука и жизнь. М., 1987. № 10.

7. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. М., 1967-1981. Т. 18.

8. Einstein A. Relativity: The Spécial and General Theory. 1920.

9. Sorli A., Sorli K. From Space-time to A-Temporal Physical Space. Frontier Perspectives. 2005. Vol. 14. № 1.

10. Gribbin J. Q is for quantum: An Encyclopedia of Particle Physics. 2000.

11. Bohr N. Nature. 1928. № 121.

12. Поппер К. Квантовая теория и раскол в физике. Из «Постскриптума» к «Логике научного открытия». М., 1998.

13. Семенов В.В. Вперед, к Платону! Все пороки антисубстанциализма. Пущино, 2008.

14. Учитесь властвовать собой. АиФ Здоровье. 21 (406). URL: http://gazeta.aif.ru/_/online/ health/406/15_01. Загл. с экрана.

15. Картамышев А.И. Гипноз и внушение в терапии кожных болезней. М., 1953.

16. Гроф С. Новая парадигма в науке // Материалы 17-го Всемирного Трансперсонального конгресса. М., 2010.

17. Гроф С. Холотропное сознание. М., 2009. С. 258-259.

19. Penfield W. The mystery of the mind. Princeton. 1975.

20. Михеев А. Необходим ли мозг для сознания и мышления? // Сознание и физическая реальность. М., 2006. Т. 11. № 2. С. 22-25.

21. Popper K., Eccles J. The Self and Its Brain. N. Y., 1977.

22. Бехтерева Н. Магия мозга и лабиринты жизни. СПб., 1999.

23. Вулдридж Д. Механизмы мозга. М., 1965.

24. Pribram K. The Holographic Hypothesis of Brain Functioning / ed. by S. Grof. N. Y., 1984.

Поступила в редакцию 22.03.2013 г.

UDC 141

FROM MATERIALISM TO POST-IDEALISM

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *