Матфея 1 глава

Толкование Евангелия от Матфея 1 глава

I. Представление Царя (1:1 — 4:11)

А. Его родословие (1:1-17) (Лук. 3:23-28)

Матф. 1:1. С первых слов своего Евангелия Матфей заявляет о центральной его теме и главном действующем лице. Это — Иисус Христос, и уже при начале повествования евангелист прослеживает Его прямую связь с двумя основными заветами, заключенными Богом с Израилем: Его заветом с Давидом (2-Цар. 7) и заветом с Авраамом (Быт. 12:15). Исполнились ли эти заветы в Иисусе из Назарета, и является ли Он обещанным «семенем?» Эти вопросы должны были возникать у иудеев прежде всего, и потому так подробно рассматривает Матфей Его родословную.

Матф. 1:2-17. Матфей дает родословную Иисуса по официальному Его отцу, т. е. по Иосифу (стих 16). Ею обуславливается право Его на трон царя Давида через Соломона и его потомков (стих 6). Особый интерес представляет включение в родословную царя Иехонии (стих 11), о котором у Иеремии сказано: «Запишите человека сего лишенным детей «(Иер. 22:30). Пророчество Иеремии относилось однако к занятию Иехонией трона (и благословения Божия на царствование) в его дни. Хотя сыновья Иехонии так и не заняли царского престола, «царская линия» продолжалась сквозь них.

Однако, если бы Иисус был физическим потомком Иехонии, Он не смог бы занять престола Давида. Но из родословной, приведенной Лукою, следует, что физически Иисус происходил от другого сына Давида, а именно — от Нафана (Лук. 3:31). Опять-таки, поскольку Иосиф, официальный отец Иисуса, был потомком Соломона, го Иисус имел право на престол Давида и по линии Иосифа.

Матфей прослеживает родословную Иосифа от Иехонии через его сына Салафииля и внука Зоровавеля (Матф. 1:12). Лука (3:27) также упоминает Салафииля, отца Зоровавеля, но уже в родословной Марии. Свидетельствует ли в таком случае родословная, предлагаемая Лукой, что Иисус все-таки был физическим потомком Иехонии? — Нет, поскольку, по всей видимости, Лука имеет в виду других людей, носивших те же имена. Ибо Салафииль у Луки — сын Нирия, а Салафииль у Матфея — сын Иехонии.

Другим любопытным фактом в генеалогическом экскурсе Матфея является включение им в него четырех ветхозаветных женских имен: Фамари (Матф. 1:3), Рахавы (стих 5), Руфи (стих 5) и Вирсавии, матери Соломона (последняя названа по имени своего мужа — Урии). Право на включение этих женщин, как и ряда мужчин, в родословную Христа в каком-то смысле — сомнительно.

Ведь Фамарь и Рахава (Раав) были блудницами (Быт. 38:24; Иис. Н. 2:1), Руфь была язычницей-моавитянкой (Руф. 1:4), а Вирсавия была повинна в прелюбодеянии (2-Цар. 11:2-5). Возможно, Матфей включил этих женщин в родословную с той целью, чтобы подчеркнуть, что Бог избирает людей по воле и милости Своей. Но, может быть, евангелист хотел напомнить иудеям вещи, которые поубавили бы их гордость.

Когда в родословной появляется имя пятой женщины, Марии (Матф. 1:16), происходит некая существенная перемена. До стиха 16 во всех случаях повторяется, что такой-то родил такого-то. Когда же речь заходит о Марии, то говорится: от которой родился Иисус. Этим ясно указывается, что Иисус был физическим ребенком Марии, но не Иосифа. Чудесное зачатие и рождение описано в 1:18-25.

Матфей очевидно не перечисляет все звенья в родословной цепи между Авраамом и Давидом (стихи 2-6), между Давидом и переселением в Вавилон (стихи 6-11) и между переселением и рождением Иисуса (стихи 12-16). Он называет лишь по 14 поколений в каждом из этих периодов времени (стих 17). По иудейской традиции и не требовалось перечисления каждого имени в родословной. Но почему Матфей называет именно по 14 имен в каждом периоде?

Пожалуй, наилучшее объяснение кроется в том, что согласно еврейскому значению чисел имя «Давид» сводится к числу «14». Нужно отметить, что в промежутке времени от переселения в Вавилон до рождения Иисуса (стихи 12-16) мы видим только 13 новых имен. Многие богословы полагают в этой связи, что имя Иехонии, будучи повторено дважды (стих 11 и 12), как раз и «дополняет» имена, перечисленные в этом периоде, до «14».

Родословная, предлагаемая Матфеем, отвечает на важный вопрос, который по праву могли бы задать иудеи в отношении Того, Кто претендовал бы на престол царя иудейского: «Действительно ли Он является законным потомком и наследником царя Давида?» — Матфей отвечает: «Да!»

Б. Его пришествие (1:18 — 2:23) (Лук. 2:1-7)

1. ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ (1:18-23)

Матф. 1:18-23. Тот факт, что Иисус был сыном только Марии, как это следует из родословной (стих 16), требует дальнейшего объяснения. Для того, чтобы лучше понять сказанное Матфеем, нужно обратиться к древнееврейским брачным обычаям. Браки заключались в той среде путем оформления брачного контракта родителями жениха и невесты. По достижению ими взаимного соглашения жених и невеста становились в глазах общества мужем и женою. Но они не жили вместе. Девушка продолжала жить у своих родителей, а ее «муж» — у своих, в продолжении целого года.

Целью такого «периода выжидания» было доказать верность обету непорочности со стороны невесты. Окажись она в этот период времени беременной, доказательство ее нечистоты и возможной физической неверности мужу было бы налицо. В таком случае брак мог быть расторгнут. Если же годичное ожидание подтверждало чистоту невесты, жених приходил за нею в дом ее родителей и в торжественной процессии уводил ее в свой дом. Только тогда начинали они совместную жизнь, и брак их становился физической реальностью. Читая повествование Матфея, все это и нужно иметь в виду.

Мария и Иосиф как раз находились в таком годичном периоде ожидания, когда оказалось, что она имеет во чреве. Между тем, физической близости между ними не было, и Мария хранила верность Иосифу (стихи 20,23). Хотя о чувствах Иосифа в этой связи не сказано, не трудно себе представить, как сильно он был огорчен.

Ведь он любил Марию, и вдруг оказалось, что она беременна не от него. Свою любовь к ней Иосиф явил на деле. Он решил не поднимать скандала и не вести свою невесту на суд перед старейшинами у городских ворот. Если бы он это сделал, то Марию скорее всего побили бы насмерть камнями (Втор. 22:23-24). Вместо этого, Иосиф решил тайно отпустить ее.

И вот тогда Ангел Господень явился ему во сне (сравните Матф. 2:13,19,22) и сообщил ему, что родившееся в ней есть от Духа Святого (1:20 сравните с 1:18).

Ребенок, находившийся во чреве Марии, был совершенно необычным Ребенком; Сыну, которого она родит, Ангел повелел Иосифу дать имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их. Эти слова должны были напомнить Иосифу Божие обещание о спасении народа посредством Нового Завета (Иер. 31:31-37). Ангел, не названный тут по имени, дал также понять Иосифу, что все это произойдет в соответствии с Писанием, поскольку еще за 700 лет до того пророк Исаия провозгласил: «Се, Дева во чреве приимет и родит Сына…» (Матф. 1:23; Ис. 7:14).

Хотя ученые, исследующие Ветхий Завет, до сих пор спорят о том, следует ли еврейское слово «алма», употребленное пророком Исаией, переводить как «дева» или как «молодая женщина», Бог ясно показал, что речь там шла именно о «деве». Дух Святой внушил переводчикам Ветхого Завета на греческий язык (Септуагинта) употребить тут слово партенос, которое означает «дева», «девственница». Чудесное зачатие Марией Иисуса совершилось во исполнение пророчества Исаии, и ее Сын явился как истинный Еммануил (что значит: с нами Бог).

Получив откровение, Иосиф избавился от чувства неуверенности и страха и взял Марию в свой дом (Матф. 1:20). Возможно, среди соседей пошли тогда кривотолки и сплетни, но Иосиф знал, что произошло на самом деле, и в чем воля Божия по отношению лично к нему.

2. ЕГО РОЖДЕНИЕ (1:24-25)

Матф. 1:24-25. Итак, проснувшись после этого сновидения, Иосиф повиновался тому, что ему было сказано. В нарушение традиции он тут же принял Марию в свой дом, не ожидая, пока окончится годичный срок «обручения». Вероятно, он исходил из того, что будет лучше для нее в ее положении. Он принял ее как жену свою, стал заботиться о ней. Однако в супружеские отношения с нею не вступал, пока она не родила Сына Своего первенца.

Матфей ограничивается лишь сообщением о рождении Младенца и о том, что дали Ему имя Иисус. У Луки, врача по профессии (Кол. 4:14), о рождении Сына говорится чуть подробнее (Лук. 2:1-17).

Вы можете больше узнать о Боге и о Библии на сайте Библия о Боге

Толкования Священного Писания

Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его

Итак, не напрасно говорил я, что размышления эти, по свойству своему, весьма глубоки. Постараемся же сегодня досказать о том, что остает­ся. О чем же теперь у нас вопрос? О том, для чего евангелист представляет родословие Иосифа, который нимало не был причастен к рождению Христа. Одну причину мы уже указали; надобно открыть и другую, которая таинствен­нее и сокровен­нее первой. Какая же это причина? Евангелист не хотел, чтобы при самом рождении известно было иудеям, что Христос родил­ся от Девы. Но не смущайтесь, если сказан­ное мною для вас страшно; я говорю здесь не свои слова, но слова отцов наших, чудных и знаменитых мужей. Если Господь и многое первоначально скрывал во мраке, называя Себя сыном человеческим; если Он и не везде ясно открывал нам Свое равен­ство со Отцом, – то чему дивиться, если Он скрывал до времени и о Своем рождении от Девы, устрояя нечто чудное и великое? Что же здесь чудного, скажешь ты? То, что Дева сохранена и избавлена от худого подозрения. Иначе, если бы об этом с самого начала сделалось известным иудеям, они, перетолковав слова в худую сторону, побили бы Деву камнями и осудили как блудницу. Если уже и в таких случаях, ко­их примеры часто встречались им еще в Ветхом Завете, они обнаруживали свое бесстыдство (например, называли Христа бесну­ю­щимся, когда Он изгонял бесов, почитали Его противником Богу, когда исцелял больных в субботу, несмотря на то, что суббота и прежде уже многократно была нарушаема), – то чего бы не сказали они, услышав об этом? Им благоприятствовало и то, что в прежнее время никогда не случалось ничего подобного. Если и после многочислен­ных Его чудес они называли Иисуса сыном Иосифовым, то как бы поверили, еще прежде чудес, что Он родил­ся от Девы? Вот почему и пишет­ся родословие Иосифа, и обручает­ся ему Дева. Когда даже Иосиф, муж праведный и дивный, чтобы поверить такому событию, имел нужду во многих доказатель­ствах, – в явлении ангела, сон­ном видении, свидетель­стве пророков, – то как же бы приняли такую мысль иудеи, народ грубый и развращен­ный, и так враждебно расположен­ный ко Христу? Без сомнения, их крайне возмутило бы такое необыкновен­ное и новое событие, когда они и слухом не слыхали, чтобы нечто подобное случилось у предков. Кто однажды уверовал, что Иисус есть Сын Божий, тот не стал бы уже и в этом сомне­ваться. Но кто почитает Его льстецом и противником Богу, как не соблазнил­ся бы этим еще более и не возымел бы указан­ного подозрения? Вот почему и апостолы не с самого начала говорят о рождении от Девы. Напротив, они часто и много говорят о воскресении Христовом, потому что примеры воскресения были уже и в прежние времена, хотя и не такие; а о рождении Его от Девы говорят редко. Даже сама Матерь Его не смела объявлять о том. Посмотри, что говорит Дева самому Христу: «Вот, отец Твой и Я… искали Тебя» (Лк.2:48)! Почитая Его рожден­ным от Девы, не стали бы уже призна­вать сыном Давидовым; а отсюда про­изошло бы много и других зол. Потому и ангелы возвестили об этом одной только Марии и Иосифу; когда же благове­с­т­вовали о рождении пастырям, не присовокупили уже об этом. Но для чего евангелист, упомянув о Аврааме и сказав, что он родил Исаака, а Исаак Иакова, не упоминает о брате последнего, между тем как после Иакова упоминает и о Иуде, и о братьях его?

Причиною этого некоторые поставляют злонравие Исава, то же говоря и о других некоторых предках. Но я этого не скажу: если бы это было так, то почему же немного после евангелист упоминает о порочных женах? Очевидно, здесь слава Иисуса Христа обнаруживает­ся чрез противоположность, не чрез величие, а чрез ничтоже­с­т­во и низость Его предков. Для высокого в том-то и слава великая, если он может уничижить себя до крайней степени. Итак, почему же евангелист не упомянул об Исаве и других? Потому что сарацины и измаильтяне, арабы и все, которые про­изошли от тех предков, не имели ничего общего с народом израиль­ским. Потому и умолчал он об них, а обращает­ся прямо к предкам Иисуса и народа иудейского, говоря: «Иаков родил Иуду и братьев его». Здесь уже означает­ся род Иудейский.

Беседы на Евангелие от Матфея.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *