Мирская власть Пушкин

Каббалистическое значение каменноостровского цикла А.С. Пушкина. Почему этот прощальный цикл Пушкина можно считать «апокалиптическим»? Анализ стихотворения «Отцы пустынники и жены непорочны» (II). Анализ стихотворения «Подражание итальянскому» (III). Анализ стихотворения «Мирская власть»(IV). Анализ стихотворения «Когда за городом» (V). Анализ стихотворения «Из Пиндемонти» (VI). Высоцкий и Пушкин – авторы дилогии стихотворения «Памятник» (I).

Каменноостровский цикл стихотворений включает пронумерованные Пушкиным стихи: «Отцы пустынники…» (II) , «Подражание итальянскому» (III), «Мирская власть»(IV), «Из Пиндемонти» (VI). Этот цикл Пушкин написал в Петербурге на Каменном острове летом 1836 года примерно за полгода до смерти. Стихи «Когда за городом, задумчив, я брожу…» и «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» также нужно отнести к этому циклу, хотя Пушкин не пронумеровал их. По смыслу – «Памятник» должен стоять первым – (I), а «Когда за городом» пятым – (V). Нумерация цикла привязана к темам гематрий первых букв каббалистического алфавита и тематически имеет отношение к нумерации глав в романе «Евгений Онегин». В творчестве А.С. Пушкина Каменный остров был метафорой для острова Патмос, где Иоанн Богослов написал свой Апокалипсис, поэтому каменноостровский цикл можно также назвать «патмосским» или «апокалиптическим» циклом Пушкина.

Значение числа 1 имеет отношение к единобожию и описывает только бога. Первое стихотворение цикла, поэтому должно быть «Памятник». В этом стихотворении, бох говоря словами своего пророка, объясняет, что благодаря своему пророку и своим пророкам построил себе нерукотворный памятник, к которому не зарастёт народная тропа. Скромность не позволила ему самому назначить номер этому стихотворению возможно из-за скромности и ещё потому, что он не навязывает в этом вопросе своё мнение и желает, чтобы это решение за него сделали или не сделали другие. Полный смысл этого стихотворения раскрывается только после написания второй его части Владимиром Высоцким.

Число 2 имеет отношение к «народу бога» или множественности его проявления в мире. Стихотворение «Отцы пустынники…» представляет собой молитву бога, направленную на тех, кто будет анализировать его творчество, то есть «владыкам его дней». Вторая глава Евгения Онегина вводит Татьяну, к которой возможно, прежде всего, и направлена Молитва.

Число 3 имеет отношение к проблемам «Веры» или отношения своего народа к богу. Стихотворение «Подражание итальянскому» объясняет каким именно образом было создано христианство.

Число 4 означает объективный нравственный закон. Стихотворение «Мирская власть показывает весь абсурд отношения к вопросам объективной нравственности официальной власти и официальной религии. Нравственный закон не подвластен ни мечу кесаря, ни звону злата. Для объективной нравственности не требуется стражи и не требуется сидеть на звере и держать в руках чашу, на которой написано «Тайна». Вавилонская блудница, сидящая на своей вавилонской башне в сарацинской шапке, рано или поздно найдёт свой конец у разбитого корыта.

Число 5 как и пятая глава в пятой книге Ф.М. Достоевского описывает отношения между чистым духом и материальными законами мира, основанными на «чуде», «хлебах» и «мече кесаря» о чём подробно рассказывает Великий Инквизитор. В стихотворении «Когда за городом задумчив я брожу» поднимается та же тема, как и в диалоге Гамлета с черепом Шута. На вопрос «Быть или не быть» есть только один ответ – «Быть» и

На место праздных урн и мелких пирамид,
Безносых гениев, растрепанных харит
Стоит широко дуб над важными гробами,
Колеблясь и шумя…

Полагаю, что это стихотворение не пронумеровано опять же по причине, что это решение остаётся за читателем. Читатель сам должен сделать выбор «Быть или не быть», а если быть, то чем быть и как быть.

Число 6 описывает реалии материального мира и материальный Страшный Суд. Этим он противопоставлен объективному нравственному суду, обозначенному числом 4. Стихотворение «Из Пиндемонти» (так и хочется сказать «из Пиндостана») является манифестом отношения к мирскому судилищу. Весь мирской суд по отношению к творчеству поэта-пророка это «слова, слова, слова». Истинная свобода – это полная и абсолютная независимость от царей, от народа. Служить лишь самому себе, не угождая никому, не давать отчёта никому ни для власти, ни для ливреи. Истинная свобода «по-американски»!

Дивясь божественным природы красотам,
И пред созданьями искусств и вдохновенья
Трепеща радостно в восторгах умиленья.
Вот счастье! вот права…

В шестой главе «Евгения Онегина» поэт погибает, потому что прогибается перед традициями и законами общества. Его судьбой и жизнью владеют Зарецкие. Не это ли должно быть главным манифестом для творчества бога, переданное через своих пророков для своего народа?

  • Анализ стихотворения А.С. Пушкина «Отцы пустынники и жены непорочны»

Многие православные сайты приводят анализ стихотворения А.С. Пушкина «Отцы пустынники и жены непорочны», как доказательство того что в конце жизни поэт десятилетиями преследовавшийся за атеизм и нелояльность к линии партии и царя всё же пришёл к принятию православных нравственных ценностей. Однако если более внимательно посмотреть на содержание этого стихотворения, то окажется, что не всё так просто в этом мире. Вначале под цифрой 2 было обозначено маленькое стихотворение декларация причин неудач своих проектов, связанных с «алчным грехом»:

Напрасно я бегу к сионским высотам,
Грех алчный гонится за мною по пятам…
Так, ноздри пыльные уткнув в песок сыпучий,
Голодный лев следит оленя бег пахучий

Позднее, Пушкин заменил это маленькое стихотворение на «Молитву», переложение молитвы Ефрема Сирина, которую священник повторяет в последний раз в среду в великий пост. В среду Исус согласно новозаветным сказаниям, восклицал в Гефсиманском саду «Или, Или! Лама савахфани» — «боже мой, за что ты меня оставил?» хотя кто его знает, что он там ещё говорил, отвечая на вопрос «Быть или не быть» — «НЕ БЫТЬ».

И пусть пройдет немалый срок —
Мне не забыть,
Как здесь сомнения я смог
В себе убить.
В тот день шептала мне вода:
«Удач всегда…»
А день… какой был день тогда?
Ах да — среда!..

В следующий день, четверг, церковники вспоминают Тайную Вечерю, когда Исус прощался со своими друзьями, а в пятницу вспоминают о распятии Исуса. Перед раскрытием «гениальных злодейств», которые были совершены богом при создании христианского мракобесия, почему бы не помолиться напоследок перед тем, как идти на суд?

Как нетрудно заметить, ритм стихотворения «Отцы пустынники и жёны непорочны» полностью повторяет известную басню Крылова «Квартет»:

Отцы пустынники и жены непорочны,
Чтоб сердцем возлетать во области заочны,
Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв,
Сложили множество божественных молитв;
Проказница-Мартышка, Осел, Козел, да косолапый Мишка
Затеяли сыграть Квартет.
Достали нот, баса, альта, две скрипки
И сели на лужок под липки,—
Пленять своим искусством свет.

Четыре животных, которые появляются в басне Крылова, по смыслу соответствуют четырём зверям апокалипсиса, которые в свою очередь соответствуют четырём евангелистам. Итак, четыре евангелиста со своим «святым писанием» устроили сыграть квартет. Однако, ничего толкового сыграть у них не получается. Соловей, то биш Пушкин устами которого говорит бох, прилетел на их шум и на вопрос как именно им требуется сесть, чтобы красиво спеть отвечает:

«Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье
И уши ваших понежней»,
Им отвечает Соловей:
«А вы, друзья, как ни садитесь,
Всё в музыканты не годитесь».

Четыре зверя, которые возникают в басне Крылова «Квартет» по своему характеру вполне адекватно выражают главные особенности новозаветных сказаний. Мартышка известна тем, что только и делает, что повторяет за другими, не будучи способной что-нибудь придумать сама. Христианство позаимствовало все таинства и церемонии у арийского митраизма, мессианскую идею у евреев, умирающего и воскресающего бога у древних египтян.

Осёл глуп, как пробка. Аналитический анализ христианского мракобесия показывает, что глупость человеческая никогда не поднималась ещё до таких недосягаемых высот, особенно вспоминая о том, как бох с помощью голубка передал земной женщине своей хромосомный набор, и что после этого совершившая таким образом прелюбодеяние развратная женщина превратилась в главную христианскую святыню.

Козёл является символом «работы на органы и мусоров». В виде козла часто изображают Антихриста. Козлина, создавший христианство, работал исключительно на ту самую Римскую Империю, которая репрессировала главного вождя. Правда он при этом сам не понимал, что создав такое учение он не оставлял Римской империи и шанса на выживание. «С умным человеком и поговорить любопытно». Косолапый мишка – насколько груб, что не понимает и малейших проявлений чувственности. Всё чем живёт «христианский мир» является грубым поклонением «хлебам», «чуду» и «мечу кесаря». Чудеса и материальное благополучие, а также угода сильным мира сего – вот три кита, на которых медведь строит свою защиту.

Стихотворение «Отцы пустынники…» несравнимо выше по своим музыкальным качествам, чем грубый текст Ефрема Сирина, созданный с единственной целью отправления религиозных потребностей. Если устами Пушкина говорил сам бох, тогда таким образом он ясно показывает, чем отличается реальное божественное откровение от туфты «Заочников», улетающих заочно в области заочны — то есть учеников, которые и в глаза не видели что такое талант от бога. Пушкина-пророка «умиляет» молитва, которую повторяет священник. Слово «умиляет» обычно используется по отношению к детям, мирно играющим в свои игрушки. А в сущности – чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.

Почему эта молитва может крепить падшего бога неведомой силой? Обращаясь к своим судьям, бох просит не дать ему «унылой праздности», «любоначалия, змеи сокрытой сей» и «празднословия». Все эти три характеристики являются непременными составляющими религиозного учения и церковной организации. Жизнь священников – это «унылая праздность». Религиозные проповеди – это «празднословие». Главная цель существования церкви и религии в том, чтобы властвовать над умами и волей людей, что составляет «любоначалие», что у Пушкина часто ассоциируется со змеёй. Даже не смотря на то, что реальные цели любой религии обыкновенно тщательно скрыты под красивыми обрядами и громкими словесами.

В своей молитве к критику, бох просит ясно описать и проанализировать его прегрешения, при этом он обещает, что брат его за это не примет осуждения. Он просит оживить ему «дух смирения», «терпения», «любви» — того чего он уже давно лишён, поскольку только и помышляет с нетерпением отомстить всем кто служит «хлебам», «чуду» и «мечу кесаря», то есть узурпаторам божественного замысла в своих корыстных целях.

Единственный порок, который упоминает Пушкин, и которого нет у Ефрема Сирина – это отсутствие целомудрия. В соответствии с христианским догматизмом бох развлёкся с Марией, обрюхатил её, бросил своего сына на произвол судьбы, хотя конечно формально задним числом признал его за собой. Реабилитация такого развратного бога должна включать ясное и чёткое признание, что основной постулат христианского символа веры – это апофеоз нравственного падения, без малейшей попытки увидеть, что же в действительности всё это значит.

  • Анализ стихотворения А.С. Пушкина «Подражание итальянскому»

Как объяснял Великий Инквизитор, вся цивилизация и в частности христианство построены на всемирном тяготении к «хлебам», «чуду» и «мечу кесаря». По какой-то странной психологической причине большинству людей чуждо стремление к нравственной свободе и они только и ищут, чтобы к чему-то преклониться и обязательно всем вместе. Но с этой точки зрения любая «вера» в противовес объективному знанию является «антихристом» или «сатаной». Христианство по своему принципу создания служило вере, то есть трёхглавому дракону Сатаны. Стихотворение «подражание итальянскому», как раз и демонстрирует, как именно было создано христианство. Служение трёхглавому дракону — «хлебам», «чуду» и «мечу кесаря» — это именно те уста, которые лобзали в соответствии с новозаветными сказаниями Христа в предательскую ночь. Но именно эти принципы легли в основу для создания христианства.

И Сатана, привстав, с веселием на лике
Лобзанием своим насквозь прожег уста,
В предательскую ночь лобзавшие Христа.

У Достоевского в Братьях Карамазовых, некто похожий на Исуса вначале делает вызов властелину тьмы полным молчанием, а потом в конце целует его в уста. Этот поцелуй и молчание – ответ на поцелуй Сатаны при создании христианства.

  • Анализ стихотворения А.С. Пушкина «Мирская власть»

В основе христианского учения, лежат события из частной жизни простых людей. Когда «бох-отец пожертвовал своим единородным сыном во имя всеобщего счастья на земле», и когда его единородное божество кончалось для этого в муках на кресте, рядом стояли живые люди. После создания религиозного мракобесия, между богом и людьми стоят чёрные вороны в «кивере». Кивера – это головной убор, наиболее напоминающий митру у митрополитов, хотя он и уже давно забыли кто такой арийский бог Митра. С какой целью на земле существует религиозная организация? Объективный нравственный закон, который символизирует гематрия каббалистической цифры 4, не нуждается ни в каких посредниках. Это посредники нуждаются в понятии бога, как служанки и личном понимании о нравственном законе для обеспечения собственного любоначалия или религиозного самовластья.

Если живое будет сражаться с мертвечиной религиозного мракобесия, то Каменный гость всегда окажется победителем. Однако, если элемент живого является неотъемлемой частью мёртвого организма, то рано или поздно асфальт или бетон будут раздавлены в клочья травой, которая стремится к солнцу и свободе.

Иль опасаетесь, чтоб чернь не оскорбила
Того, чья казнь весь род Адамов искупила,
И, чтоб не потеснить гуляющих господ,
Пускать не велено сюда простой народ?

Да нет, они опасаются – как бы тот, чья казнь искупила весь адамов род, не вышел бы к ним хотя бы в творчестве гениального писателя, чтобы немного рассказать о том, что он есть на самом деле и что он сам думает по поводу хранительной стражи «христовых тайн». Однако, предметом Русской Классической литературы как раз и является детальное рассмотрение всех сторон и глубокий психоанализ всего того, что привело к созданию трёхглавого монстра. Ты не думай, ты верь… а всё остальное мы тебе объясним.

  • Анализ стихотворения А.С. Пушкина «Когда за городом»

В стихотворении «Когда за городом задумчив, я брожу…» поэт рассуждает о том, что публичное кладбище в городе значительно хуже, чем родовое кладбище в деревне. Эта картина относит к известным путешествиям принца датского Гамлета по кладбищу и его рассуждения по этому поводу. Действительно, что может сказать череп Шута по поводу своего черепа? Если он противостоит Каменному Гостю и то его побеждает – что может доказать Шут своей смертью. Символ веры христианства включает пункт, что смерть Ешуа имела целью что-то доказать. Что хотел он доказать и что получил в результате? Детально этот вопрос рассмотрен Ф.М. Достоевским в образе Ипполита в книге «Идиот». Что лучше для Шута – доказывать что-то своими шутками или же доказать что-то своей смертью?

Что получает человек в результате смерти? Жалкое место на публичном городском кладбище как «гостя нищего за нищенским столом». Может, стоит побороться за место, где можно подремать «в торжественном покое»? Наверное, в этом есть какая-то разница для селянина, который проходит «с молитвою и вздохом», но разве есть ли какая-то разница для самого мертвеца, где именно лежать? Какой смысл в жизни человека, если «кто-то высмотрел плод, что неспел», потрусил его и этот плод упал? Ведь в этом случае «осталось недорешено, всё то, что он не дорешил». Что имеет большее значение героическая смерть в борьбе с бездушным и ничего не чувствующим Каменным Гостем или же жизнь с целью доказать истину? Неужели от судеб, то есть от суеты, защиты нет? На это вопрос отвечает дуб, который стоит «над важными гробами колеблясь и шумя». Дубу совершенно безразлична «важность» гробов. Он жив и ему безразлична мирская суета. Непронумерованному стихотворению каменноостровского цикла «Когда за городом» можно назначить номер 5 и суда по всему Пушкин-пророк оставляет решение по этому поводу для читателя. Точно также как и ответ на вопрос Гамлета «Быть или не быть?».

В пятой главе «Евгения Онегина, поэт Ленский у которого «всегда восторженная речь и кудри, чёрные до плеч» оказывается жертвой простой шутки, которую усиливает общественное мнение, доводящее поэта в шестой главе до смерти. Что же осталось от поэта? Имела ли его смерть, какой либо смысл? Какую трогательную картину рисует Пушкин… но ведь смерть Ленского – это простая глупость….

Там у ручья в тени густой
Поставлен памятник простой.
XLI
Под ним (как начинает капать
Весенний дождь на злак полей)
Пастух, плетя свой пестрый лапоть,
Поет про волжских рыбарей;
И горожанка молодая,
В деревне лето провождая,
Когда стремглав верхом она
Несется по полям одна,
Коня пред ним остановляет,
Ремянный повод натянув,
И, флер от шляпы отвернув,
Глазами беглыми читает
Простую надпись — и слеза
Туманит нежные глаза.
XLII
И шагом едет в чистом поле,
В мечтанья погрузясь, она;
Душа в ней долго поневоле
Судьбою Ленского полна;

Между делом, упоминание «Флера» в контексте романа «Сага о Форсайтах» который возник через сто лет после бесцельной и дурацкой смерти Пушкина, поднимает ту же сложную тему противостояния свободы личности и бездушному миру Каменного гостя. Кстати печально и очень преждевременно закончивший свою жизнь Сергей Есенин очень любил «Сагу о Форсайтах». Не вспоминал ли он судьбу архитектора Босини перед тем, как залезть в свою петлю?

  • Анализ стихотворения А.С. Пушкина «Из Пиндемонти»

О чём же может посоветовать дуб, широко стоящий над важными гробами колеблясь и шумя? Он указывает путь, следуя по которому можно избежать «страсти роковые» и защититься «от судеб», то есть «от сует». Путь, о котором повествует дуб – это «Путь Дао». Величайшее действие – это бездействие. Лао цзы в книге «Дао де Цзин» пишет о «пути Дао»:

Кто соблюдает принцип Дао, того нельзя приблизить
нельзя и отдалить, нельзя сделать ему, что-то полезное
нельзя и навредить, нельзя его возвысить и нельзя принизить.
Поэтому он и становится превыше всех в мире.

Стихотворение «Из Пиндемонти», которому Пушкин назначил номер 6, в каббалистической интерпретации означающей «суд в материальном мире» является одним из представлений «Пути Дао». Точное название стихотворения «Из VI Пиндемонти» в этом смысле можно прочитать «Из СУДА Пиндемонти». Для фамилии, Пушкин взял произвольное имя. Сегодня я бы нашёл параллель со словом «Пиндемонти» и «Пиндостан», но очевидно Пушкин ничего не мог знать о «Пиндостане». Но та высочайшая скорость, благодаря которой США достигли своего могущества, состоялась благодаря «Пути Дао», который США до недавнего время избирали для жизни среди остального человечества. Вмешательство в жизнь других стран противоречит «Пути Дао» и может привести США к печальным последствиям. Но трансформация названия стихотворения «Из Суда Американца» мне очень нравится.

Что есть «права человека» в нашем мире? Право заниматься коммерческой деятельностью или «оспаривать налоги»? при этом человек становится частью общества связанного законами бизнеса и это хорошо, когда такие законы имеют человекообразный характер. Не является секретом, что бизнес в России в 90-е годы, да и сегодня – это необходимость следовать принципам криминального общества связанного круговой порукой. Если кто-то не соблюдает законов общества, то он третируется и уничтожается всем обществом и никогда нельзя найти ни заказчиков, ни тех, кто непосредственно приводил в исполнение. Причём в разных странах принципы круговой поруки могут серьёзно отличаться. Разве можно назвать «свободой» необходимость следовать тем криминальным законам, которые устанавливает общество для своего гражданина?

Общественная деятельность – вмешательство в жизнь других стан или просто комментарии деятельности политических лидеров рано или поздно может привести к политическому убийству. Чтобы избежать политического убийства или политического заключения также требуется следовать законам, которые лидеры государства и его политическая система накладывает на своего гражданина. Когда я учился в школе недалеко от Красной Площади, в 1981 году только случайность помешала мне участвовать в открытом выступлении с плакатами против Советского вторжения в Афганистан. Если гражданин против агрессивной, преступной политики своего государства – должен ли он бросаться на амбразуру, чтобы своей жизнью защитить Правду? Может ли следование уставу своего государства в этом контексте назвать «свободой»?

Когда я учился в школе, то прочитал много подпольной литературы и регулярно слушал радиостанцию «Голос Америки» и «ВВС». Я знаю нескольких человек, которые были репрессированы только за то, что пытались опубликовать в официальных изданиях литературу, которая противоречила линии партии, не говоря уже о тех, кто имели подпольные типографии. Хотя я мог получить билеты, на Таганку, поменяв их на несколько копий книги, которую моя мама могла отпечатать у себя на работе. Нужно ли бороться с издательствами и другими официальными механизмами распространения информации, за которую государство может уничтожить писателя. «Что вы читаете?» — спросил Горацию Гамлета и том ему ответил «Всё это видите ль слова, слова, слова». Может ли творчество писателя быть вполне свободным, если он зависит от мнения и топора издателя или издательства или меча кесаря?

Является ли «служба народу» свободой? Если чел против политики партии и правительства, но вместе с этим он «за народ» то он должен строго следовать «общественному мнению народа». Макаревич высказал своё мнение против общего мнения народа по поводу аннексии Крыма. Он проявил свою свободу, но эта свобода поставило его «вне народа». Нужно ли следовать «воле народа» если сегодня ты «народный кумир», а завтра «враг народа»? Каждый народ обладает своими специфическими традициями и уставами. Со своим уставом в чужой монастырь не лезут, за это «слуги народа» очень больно карают. Одни требуют соблюдать законы Шариата, другие соблюдать священный Шаббат, третьи не хамить гундящей гундяевщине. Шаг влево, шаг вправо и вот вся твоя хренова свобода. Можно ли назвать «свободой» необходимость зависеть от сиюминутного настроения толпы?

Евреи, которые до возникновения государства Израиль были чужими в любой стране. Правда некоторые евреи не чувствуют себя свободными даже в своей стране, которая накладывает такие жёсткие требования, то жить в США для евреев оказывается значительно свободнее чем в Израиле. В песне «Ой не шейте вы ливреи, евреи» Александр Галич поднимает тему стихотворения «Из Пиндемонти». Однако, стихотворение Галича не только о евреях, оно имеет значительно более глубокое и широкое значение.

Если ж будешь торговать ты елеем,
Если станешь ты полезным евреем,
Называться разрешат Рос… синантом
И украсят лапсердак аксельбантом.
Но и ставши в ремесле этом первым,
Все равно тебе не быть камергером
И не выйти на елее в Орфеи…
Так не шейте ж вы ливреи, евреи!

Стоит ли аксельбант того, чтобы «торговать елем»? Можно ли выйти в Орфеи, если безропотно следовать протокольной общепринятой скучной до безобразия официальной культуре? Александр Солженицын (который был антисемитом) был лишён Росссииинанскойго гражданства и был выслан из страны за то, что не прогнулся перед «линией партии» и настроением народа. Но, сегодня по прошествии многих лет – вспомнил ли кто-нибудь этого Солженицына, если бы он начал петь социалистический реализм и торговать елем марксизма-ленинизма?

Но истинной свободой является «не отдавать отчёта никому, себе лишь одному», «по прихоти своей скитаться здесь и там». А как же Уголовный Кодекс? Так если чел замкнут на себя, то ему совершенно не требуется мешать жить другим или лезть другому в карман. Насколько я понимаю, вся Русская Классическая литература — это некий своеобразный разговор бога с самим собой. Он сам является и своим прокурором и своим адвокатом и своим судьёй. При этом ему совершенно не требуется обращаться к чужим уставам в чужих монастырях. Светская литература не имеет прямого отношения ни к одной религии, а если и использует религиозные термины, то при этом по возможности никого не оскорбляет. Истинное значение этой литературы можно понять, если только перейти к образно-ассоциативному представлению. Это представление опять же ничего не утверждает. Однажды, когда я искал свою кошку, то принял чёрный куст за живое существо. Действительно, образы они не конкретны, по ним нельзя вынести аналитический отчёт. Одному кажется одно, другому другое. Критик символического искусства неподсуден. И по этому принципу существовал легендарный Театр на таганке в 60-е 70-е годы. По этому принципу в страшное время на Руси было создано «Слово о полку Игореве».

  • Анализ стихотворения А.С. Пушкина «Памятник»

Наверное, это самое известное стихотворение Пушкина, отрывок из которого написан на главном памятнике Пушкину в Москве. При этом принадлежность этого стихотворения к «каменноостровскому» или «апокалиптическому» циклу принимается далеко не всеми. Но я всё же склонен к тому чтобы поставить стихотворение «Памятник» первым номером в общем списке цикла. Анализу этого стихотворения посвящено очень много исследований и мне не хочется повторяться. Нужно только подчеркнуть упоминание в стихе Александрийского столпа. Эта колонна расположена на Дворцовой площади в Петербурге и считается памятником Александру I в честь его победы над наполеоном в 1812 году. Надпись «Сим победивши» возвращает к временам Константина Великого, разрешившего исповедовать в Римской империи христианство, что впоследствии привело к падению Западной Римской империи. Фигура ангела, расположенная на вершине колонны – это скульптурный портрет поэтессы Лизаветы Кульман, которая была убита вместе со старухой, которая умерла в возрасте 17 лет. Лизавета католическим крестом давит змею. По моему мнению, символика Александрийского столпа соответствует главной идее создания трёхглавого дракона авраамического букета. Всё это было создано только для того, чтобы уничтожить религию и другие человеческие пороки с лица земли. Точно также как и принятие Константином Великим христианства, увидевшим на небе надпись «Сим победивши», уничтожило Древний Рим.

Но, стихотворение Пушкина «Памятник» является лишь первой частью дилогии. Окончание и логическое завершение пушкинского стиха выполнил Владимир Высоцкий. В своём «Памятнике» он рисует вполне апокалиптическую картину, когда Каменный гость искусственно созданного авраамического триплета разрушается благодаря тому, что Дон Гуан не борется с Каменным Гостем, а пытается освободиться от него. В Дао Кунг-Фу главным принципом является то, что нельзя выступать против врага, нужно войти с ним в гармонию и направить всю силу противника против него самого. Когда Дон Гуан борется с Каменным Гостем, то мёртвое побеждает живое. Если же синтетика, фикция, суррогат обнаруживается внутри системы, которая претендует на то, чтобы быть живой, тогда при попытке псевдо-живой системы проявить качества живого, всё рушится.

Я решил: как во времени оном,
Не пройтись ли по плитам, звеня? —
И шарахнулись толпы в проулки,
Когда вырвал я ногу со стоном
И осыпались камни с меня.
Накренился я — гол, безобразен,-
Но и падая, вылез из кожи,
Дотянулся железной клюкой,
И когда уже грохнулся наземь,
Из разодранных рупоров все же
Прохрипел я: «Похоже — живой!»

— Точно так же в холодную ночь грелся у костра апостол Петр, — сказал студент, протягивая к огню руки. — Значит, и тогда было холодно. Ах, какая то была страшная ночь, бабушка! До чрезвычайности унылая, длинная ночь!
Он посмотрел кругом на потемки, судорожно встряхнул головой и спросил:
— Небось, была на двенадцати евангелиях?
— Была, — ответила Василиса.
— Если помнишь, во время тайной вечери Петр сказал Иисусу: «С тобою я готов и в темницу, и на смерть». А Господь ему на это: «Говорю тебе, Петр, не пропоет сегодня петел, то есть петух, как ты трижды отречешься, что не знаешь меня». После вечери Иисус смертельно тосковал в саду и молился, а бедный Петр истомился душой, ослабел, веки у него отяжелели, и он никак не мог побороть сна. Спал. Потом, ты слышала, Иуда в ту же ночь поцеловал Иисуса и предал Его мучителям. Его связанного вели к первосвященнику и били, а Петр, изнеможенный, замученный тоской и тревогой, понимаешь ли, не выспавшийся, предчувствуя, что вот-вот на земле произойдет что-то ужасное, шел вслед… Он страстно, без памяти любил Иисуса, и теперь видел издали, как Его били…
Лукерья оставила ложки и устремила неподвижный взгляд на студента.
— Пришли к первосвященнику, — продолжал он, — Иисуса стали допрашивать, а работники тем временем развели среди двора огонь, потому что было холодно, и грелись. С ними около костра стоял Петр и тоже грелся, как вот я теперь. Одна женщина, увидев его, сказала: «И этот был с Иисусом», то есть, что и его, мол, нужно вести к допросу. И все работники, что находились около огня, должно быть, подозрительно и сурово поглядели на него, потому что он смутился и сказал: «Я не знаю Его». Немного погодя опять кто-то узнал в нем одного из учеников Иисуса и сказал: «И ты из них». Но он опять отрекся. И в третий раз кто-то обратился к нему: «Да не тебя ли сегодня я видел с Ним в саду?» Он третий раз отрекся. И после этого раза тотчас же запел петух, и Петр, взглянув издали на Иисуса, вспомнил слова, которые Он сказал ему на вечери… Вспомнил, очнулся, пошел со двора и горько-горько заплакал. В евангелии сказано: «И исшед вон, плакася горько». Воображаю: тихий-тихий, темный-темный сад, и в тишине едва слышатся глухие рыдания…
Студент вздохнул и задумался. Продолжая улыбаться, Василиса вдруг всхлипнула, слезы, крупные, изобильные, потекли у нее по щекам, и она заслонила рукавом лицо от огня, как бы стыдясь своих слез, а Лукерья, глядя неподвижно на студента, покраснела, и выражение у нее стало тяжелым, напряженным, как у человека, который сдерживает сильную боль.
…Студент опять подумал, что если Василиса заплакала, а ее дочь смутилась, то, очевидно, то, о чем он только что рассказывал, что происходило девятнадцать веков назад, имеет отношение к настоящему — к обеим женщинам и, вероятно, к этой пустынной деревне, к нему самому, ко всем людям. Если старуха заплакала, то не потому, что он умеет трогательно рассказывать, а потому, что Петр ей близок, и потому, что она всем своим существом заинтересована в том, что происходило в душе Петра.

Перечитаем снова прекрасный рассказ Чехова.

Транскрипт

1 Лингвостилистический анализ лирики (на примере стихов из «Каменноостровского цикла» А.С. Пушкина)

2 «Каменноостровский» цикл: история создания Каменноостровский цикл стихотворений А.С. Пушкин написал в Петербурге на Каменном острове летом 1836 года примерно за полгода до смерти. Цикл включает пронумерованные Пушкиным стихи: «Отцы пустынники»(ii), «Подражание италиянскому» (III), «Мирская власть»(iv), «Из Пиндемонти» (VI). Стихи «Когда за городом, задумчив, я брожу» и «Я памятник себе воздвиг нерукотворный», хотя Пушкин не пронумеровал их, пушкинисты также относят к этому циклу. Пушкинский ряд цикла I? II Молитва III (Подражание италиянскому) IV Мирская власть V?? VI (Из Пиндемонти) VII??? Церковь Иоанна Предтечи на Каменном острове, где были крещены дети Пушкина.

3 Тема жизни и смерти Когда за городом, задумчив, я брожу И на публичное кладбище захожу, Решетки, столбики, нарядные гробницы, Под коими гниют все мертвецы столицы, В болоте кое-как стесненные рядком, Как гости жадные за нищенским столом, Купцов, чиновников усопших мавзолеи, Дешевого резца нелепые затеи, Над ними надписи и в прозе и в стихах О добродетелях, о службе и чинах; По старом рогаче вдовицы плач амурный; Ворами со столбов отвинченные урны, Могилы склизкие, которы также тут Зеваючи жильцов к себе на утро ждут, Такие смутные мне мысли всё наводит, Что злое на меня уныние находит. Хоть плюнуть да бежать… Но как же любо мне Осеннею порой, в вечерней тишине, В деревне посещать кладбище родовое, Где дремлют мертвые в торжественном покое, Там неукрашенным могилам есть простор; К ним ночью темною не лезет бледный вор; Близ камней вековых, покрытых желтым мохом, Проходит селянин с молитвой и со вздохом; На место праздных урн и мелких пирамид, Безносых гениев, растрепанных харит Стоит широко дуб над важными гробами, Колеблясь и шумя… (1836) «Когда за городом, задумчив, я брожу» Сколько в стихотворении частей и какова роль союза «но»? Определите настроение каждой части. Какие части речи использованы при описании публичного и родового кладбищ? Сравните их количество и стилистическую окраску лексики. Какие образы в 1-й и 2-й частях текста противопоставлены? Какие синтаксические конструкции в них преобладают? Какие из них более правильные, гармоничные? Какой смысл выявляет сопоставление личной формы глагола в 1-й части (я брожу) и безличной во 2-й части (любо мне)? Какие смыслы выявляют цветовые образы и мир звуков в 1-й и 2-й частях? Каково направление в поэтическом пространстве 1-й и 2-й частей? Почему? Какой смысл выявляет структура последних четырех стихов и открытого финала? Какова авторская оценка двух кладбищ?

5 Часть 1 Стилистическая окраска лексики Стилистически сниженная, разговорная, коннотативно-ироническая лексика: нарядные гробницы, гниют мертвецы, в болоте кое-как стесненные, гости жадные за нищенским столом, чиновников усопших мавзолеи. дешевого резца нелепые затеи, по старом рогаче плач амурный; ворами отвинченные урны, могилы склизкие, зеваючи, жильцов ждут, смутные мысли все наводит, злое уныние находит, плюнуть да бежать… праздных урн, мелких пирамид, безносых гениев, растрепанных харит. Часть 2 Нейтральная и возвышенная лексика, фольклорные выражения: любо мне в вечерней тишине, дремлют мертвые, в торжественном покое, неукрашенным могилам, есть простор, ночью темною, не лезет бледный вор, близ камней вековых проходит селянин, с молитвой и со вздохом, стоит широко дуб над важными гробами, колеблясь и шумя Смысловые части различны по стилистической окраске: сниженная, разговорная, коннотативно-ироническая лексика 1-й части контрастирует с нейтральной и возвышенной лексикой 2-й части, фольклорными выражениями. Иронию усиливает рифмовка торжественного слова «мавзолеи» с разговорным «затеи», и оксюморонные словосочетания «праздных урн и мелких пирамид, безносых гениев, растрепанных харит».

6 «Когда за городом, задумчив, я брожу»: контекстуально-семантические оппозиции за городом в деревне Часть 2 публичное кладбище кладбище родовое гниют мертвецы дремлют мертвые дешевого резца нелепые затеи неукрашенные могилы стесненные простор в болоте в торжественном покое ворами отвинченные урны не лезет бледный вор могилы склизкие камни вековые, покрытые желтым мохом плач амурный с молитвой и со вздохом Часть 1 праздные урны, мелкие пирамиды, безносые гении, растрепанные хариты дуб смутные мысли, злое уныние любо мне плюнуть да бежать посещать Контекстуально-семантические оппозиции на уровне лексики указывают на образную антитезу двух частей стихотворения, что помогает создать выразительные картины двух кладбищ (публичного и родового) и выявить изменение настроения лирического героя.

7 «Когда за городом, задумчив, я брожу»: анализ синтаксических конструкций 1) Когда за городом, задумчив, я брожу И на публичное кладбище захожу, Решетки, столбики, нарядные гробницы, Под коими гниют все мертвецы столицы, В болоте кое-как стесненные рядком, Как гости жадные за нищенским столом, Купцов, чиновников усопших мавзолеи, Дешевого резца нелепые затеи, Над ними надписи и в прозе и в стихах О добродетелях, о службе и чинах; По старом рогаче вдовицы плач амурный; Ворами со столбов отвинченные урны, Могилы склизкие, которы также тут Зеваючи жильцов к себе на утро ждут, Такие смутные мне мысли всё наводит, Что злое на меня уныние находит. 2) Хоть плюнуть да бежать… 1-я часть: два предложения. Первое предложение сложная синтаксическая конструкция. 10 подлежащих во 2-м простом усиливают его дисгармоничность. Второе предложение безличное, действие в нем не зависит от воли субъекта. Но как же любо мне Осеннею порой, в вечерней тишине, В деревне посещать кладбище родовое, Где дремлют мертвые в торжественном покое, Там неукрашенным могилам есть простор; К ним ночью темною не лезет бледный вор; Близ камней вековых, покрытых желтым мохом, Проходит селянин с молитвой и со вздохом; На место праздных урн и мелких пирамид, Безносых гениев, растрепанных харит Стоит широко дуб над важными гробами, Колеблясь и шумя… 2-я часть: сложное предложение, состоит из шести простых. Первое предложение безличное, остальные пять личные; в их грамматических основах сказуемое стоит в положении инверсии, что подчеркивает ведущую роль глаголов. Особенности синтаксических конструкций указывают на композиционную антитезу между частями стихотворения.

8 «Когда за городом, задумчив, я брожу»: цветовые и звуковые образы, движение в поэтическом пространстве В первой части нет цветовой лексики, картина публичного кладбища видится черно-белой. Интуитивно можно уловить мрачные цветовые оттенки в словах: гниют (серый), в болоте (грязно-зеленый), склизкие (черный, темно-коричневый). Звуковой образ «плач амурный» (притворный). Во второй части два цветовых эпитета (темною и желтым), но чистые цветовые оттенки ассоциируются со словами: осеннею (золотой), вечерней (синий), дуб (темно-зеленый). Звуковые образы «с молитвой и со вздохом», «колеблясь и шумя» -подчеркивают гармонию природы и духовного мира человека. Движение в поэтическом пространстве 1-й части направлено сверху вниз: от вершин пирамид, столбиков и статуй на мокрое и холодное дно могил, а во 2-й части снизу вверх к небу, к космосу, к вечности от холмиков могил к могучей кроне векового дуба. Смысловая оппозиция двух частей стихотворения прослеживается на всех уровнях поэтической структуры: морфологическом, лексическом, синтаксическом, цветовом, звуковом и пространственном.

9 Тема свободы и рабства Тема свободы личности и ее конфликт с дисгармоничным, несправедливым миром пронизывает всю лирику Пушкина и начинается еще в творчестве петербургского периода под влиянием западноевропейского романтизма. Развитие темы свободы связано с изменениями в мировоззрении поэта. Если в ранних вольнолюбивых стихах поэт считает, что для устранения пороков самодержавного общества человеку нужны справедливые законы, то в период Южной ссылки он осознает отдаленность декабристских идей от порабощенного и непросвещенного народа и уже не верит в парламентскую, демократическую форму правления. В конце жизни поэт не связывает свободу с государственными и общественными институтами. Его ценностные ориентиры возможность беспрепятственного передвижения в мире, свободное общение с природой и творчество, не скованное цензурой. Эволюция темы свободы и рабства продолжается до заключительного этапа творчества Пушкина и венчает самый глубокий по философскому наполнению «каменноостровский» цикл поэта.

10 «Из Пиндемонти» Прокомментируйте 1 Не дорого ценю я громкие права, 2 От коих не одна кружится голова. 3 Я не ропщу о том, что отказали боги 4 Мне в сладкой участи оспоривать налоги 5 Или мешать царям друг с другом воевать; 6 И мало горя мне, свободно ли печать 7 Морочит олухов, иль чуткая цензура 8 В журнальных замыслах стесняет балагура. 9 Все это, видите ль, слова, слова, слова*. 10 Иные, лучшие, мне дороги права; 11 Иная, лучшая, потребна мне свобода: 12 Зависеть от царя, зависеть от народа 13 Не все ли нам равно? Бог с ними. 14 Никому 15 Отчета не давать, себе лишь самому 16 Служить и угождать, для власти, для ливреи 17 Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи; 18 По прихоти своей скитаться здесь и там, 19 Дивясь божественным природы красотам, 20 И пред созданьями искусств и вдохновенья 21 Трепеща радостно в восторгах умиленья. 22 Вот счастье! вот права… * Hamlet. (Примеч. А.С. Пушкина.) 1836 название стихотворения. Определите значение слов : морочить, олух, балагур, ливрея, прихоть. Какие смысловые части можно выделить в его композиции? Выявите политический подтекст в словах «Зависеть от царя, зависеть от народа / Не всё ли нам равно». Какие ценностные смыслы можно выявить в каждой композиционной части стихотворения? Какова смысловая и стилистическая роль частей речи, их количества? Какими способами создается иронический пафос первой части? Сопоставьте лексику и синтаксис 1 9, 10 3 и стихов. Обобщите свои наблюдения.

11 Группа 1. Смысл названия. Историко-культурные и лексические комментарии Ссылка в названии на перевод из малоизвестного итальянского поэта Ип. Пиндемонти ( ) поэтическая мистификация, вызванная цензурными соображениями. Морочить — вводить в заблуждение, дурачить, обманывать. Олух глупый человек, дурак, простофиля. Олух царя небесного (разг.) «простофиля», «простак», «разиня», «придурок». Балагур человек, который любит балагурить, шутник, весельчак. Ливрея — в буржуазных домах и при дворах форменная одежда особого покроя и цвета для лакеев, швейцаров, кучеров и иных слуг. Прихоть капризное желание, надуманная потребность, причуда. Смысловые части в композиции стихотворения «Система ценностей лирического героя выстроена в двух противопоставленных частях. Первая цепь отрицаний социальных ролей и политических институтов, определяющих зависимость личности от общества, государства < > Во второй части образно воплощены позитивно осмысляемые ценности». Е.Г. Чернышева. «Своеобразие этого стихотворения состоит в том, что, с одной стороны, здесь чётко просматривается (как положено двуплановая) антитеза, с другой контрастные части даются не в стык, как обычно бывает, а в зацеп». Ю.М. Никишов. В композиции стихотворения выделяются две контрастные части, которые соединяются при помощи центральной (второй) части стихотворения (10 13 стихи), где автор подводит итог отрицанию неприемлемых для него ценностей, повторяя дважды ключевые слова.

12 Группа 1. Смысловые части в композиции стихотворения «Не дорого ценю я громкие права» 1 9 стихи: отрицание неприемлемых ценностей «Вот счастье! вот права…» стихи: несогласие автора с ценностями 1-й части стихи: перечень непреложных ценностей «Иные, лучшие, мне дороги права» Троекратное употребление слова «права» в начале, середине и в конце стихотворения даёт возможность говорить о трёхчастной композиции текста. И. Томилин. Николай I и А. С. Пушкин. В. Маторин. Казнь Пугачева «Зависеть от царя, зависеть от народа / Не всё ли нам равно»

13 Группа 2. Ценностные смыслы в композиции текста Часть 1. Социально-политические права, безразличные для лирического героя: «оспоривать налоги»; «мешать царям друг с другом воевать»; Авторская оценка: знать, «свободно ли печать морочит олухов, иль чуткая цензура в журнальных «слова, слова, слова» замыслах стесняет балагура». Часть 2 («зацеп»). «Зависеть от царя, зависеть от народа / Не всё ли нам равно»: здесь «нет противопоставления властей народу, а сопоставлены две системы управления самодержавная и парламентская». Б.В. Томашевский. речь «идёт о правах личности между двумя контрастными силами: царь и народ. Решение одинаковое: удаление от обеих сил ( не всё ли нам равно? )». Ю.М.Никишов. Слова «царь» и «народ» становятся контекстуальными синонимами, а антонимичны им ценностные понятия третьей части. Часть 3. Перечень непреложных жизненных ценностей, о которых поэт мечтает: «никому отчета не давать, себе лишь самому служить и угождать», «для власти, для ливреи не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи»; «по прихоти своей скитаться здесь и там, дивясь божественным природы красотам», «пред созданьями искусств и вдохновенья Рафаэль. «Бриджуотерская мадонна». трепеща радостно в восторгах умиленья». Пушкин «страстно утверждает первейшее, незыблемое право (без которого все остальные громкие права фиктивны) каждого человека на физическую и духовную свободу». С.А. Фомичев.

14 Группа 3. Смысловая и стилистическая роль частей речи Существительные: Часть 1: права, голова, боги, участь, налоги, царям, горе, печать, олухи, цензура, замыслы, балагур, слова, слова, слова*. Часть 2: права, свобода, от царя, от народа, Бог. Часть 3: отчет, власть, ливрея, ни совести, ни помыслов, ни шеи, по прихоти, природа, красота, созданья, искусство, вдохновенье, в восторгах, умиленье, счастье, права. Глаголы и глагольные формы: Часть 1: не ценю, кружится, не ропщу, отказали, мешать, оспоривать, воевать, морочит, стесняет, видите ль. Часть 2: зависеть, зависеть. Часть 3: не давать, служить, угождать, не гнуть, скитаться, дивясь, трепеща. Прилагательные: Часть 1: громкие, сладкой, чуткая, в журнальных. Часть 2: лучшие, лучшая, потребна. Часть 3: божественным. Анализ существительных показывает, что от 1-й части к 3-й растет число абстрактных существительных, что переносит смысловые акценты с бытового на «бытийный» уровень. Анализ глаголов показывает, что в 1-й части глаголы высокого стиля (не ценю, не ропщу) контрастны разговорным (мешать, морочит). Ключевой глагол 2-й части «зависеть» повторяется дважды. Нейтральные глаголы 3-й части (не давать, служить, не гнуть) сменяются глаголами, обозначающими эмоциональное состояние (дивясь, трепеща). Прилагательные 1-й части соединены с существительными по принципу несоответствия и несут контекстуально-иронический оттенок, который исчезает во 2—3-й частях, приобретая нейтральную (лучшие) и возвышенную (потребна, божественным) окраску.

15 Группа 4. Способы создания иронического пафоса «Язык неистощим в соединении слов». А.С. Пушкин. Иронический пафос первой части стихотворения создается при помощи языковых средств, создающих эффект: неожиданности: «громкие (эпитет) права», «сладкой (участи)», «чуткая (цензура)»; несоответствия смысловых оппозиций: «сладкая участь» «оспоривать налоги»; контраста видимого и скрытого смысла высказывания «свободно ли печать морочит олухов»», «чуткая (эпитет) цензура», «в журнальных замыслах стесняет балагура»; интертекстуального использования скрытых цитат: «слова, слова, слова». (Из пьесы «Гамлет» У. Шекспира ( ). Ответ Гамлета на вопрос Полония: «Что вы читаете, принц?». Иносказательно: о велеречивости, многословии, пустых обещаниях, декларациях и т.п. (ирон., презрит.). Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. Сост.В.Серов. М.:»Локид-Пресс».2003.); иронического обращения к воображаемому собеседнику «все это, видите ль (вводное словосочетание)»; Сокровищем родного слова (Заметят важные умы) Для лепетания чужого Безумно пренебрегли мы. Мы любим муз чужих игрушки, Чужих наречий погремушки, А не читаем книг своих А.С. Пушкин. Из черновых строф «Евгения Онегина».

16 Группа 5. «Из Пиндемонти»: контекстуально-семантические антитезы (лексика) Существительные Власть, ливрея совесть, помыслы Отчет, ливрея, шея природы красотам, созданья искусств и вдохновенья Лексические значения метонимии «власть» и синекдохи «ливрея» противопоставлены нравственным понятиям «совесть» и «помыслы», а конкретные «бытовые» слова возвышенным, абстрактным Глаголы роптать, оспоривать, мешать, морочить, стеснять отчета не давать, (себе самому) служить и угождать, не гнуть шеи, не зависеть, скитаться, дивясь, трепеща. Глаголы со значением «несвободы» противопоставлены глаголам, означающим физическую и духовную независимость. Глаголы в форме императива в 3-й части подчеркивают непреложность авторского мнения. Местоимения Часть 1 Я (2), мне (2) Часть 2 Мне (2), нам Часть 3 Никому Замена личного местоимения «я» формой мн.ч. «мы» («нам») и появление отрицательного местоимения «никто» («никому») подчёркивают обобщённый характер рассуждений о праве на свободное перемещение в мире и свободу творчества. Авторское несогласие с мнением официальной власти подчёркивается многократными отрицаниями.

17 Группа 5. «Из Пиндемонти»: контекстуально-семантические антитезы (синтаксис) Часть 1 Я ценю, кружится голова, я не ропщу, отказали боги, печать морочит, цензура стесняет. Часть 2: Права дороги, свобода потребна, все равно, зависеть Часть 3: Не давать, служить и угождать, не гнуть, скитаться вот счастье, вот права… Первая часть состоит из трех предложений. 1-е сложноподчиненное предложение с одним придаточным; 2-е сложная синтаксическая конструкция с сочинением и подчинением, включающая в себя многочисленные простые двусоставные предложения и одно безличное. Третье простое предложение с пропуском связки. Вторая часть сложное предложение с сочинением и подчинением и неполное предложение. Третья часть три предложения, первое из которых безличное с однородными сказуемыми, выраженными глаголами в форме императива; это указывает, что обозначенные ими действия и состояния мыслятся и совершаются не по воле какойто личности, а по велению высшего, природного закона, во власти которого ценности абсолютные. Финальный стих из двух номинативных предложений, первое из которых восклицательное можно считать ценностным «эпилогом», итогом размышлений поэта о смысле жизни и предназначении человека. Лингвостилистический анализ помогает дать объяснение функциям смыслообразующих элементов текста (частей речи, лексики, синтаксиса, иронии, антитез), которые видит любой читатель, но истолковать может только читатель «проницательный».

18 М.Л. Гаспаров о филологическом анализе поэтического текста «Неужели поэт сознательно производит всю эту кропотливую работу, подбирает существительные и прилагательные, обдумывает глагольные времена? Конечно, нет. Если бы это было так, не нужна была бы наука филология: обо всем можно было бы спросить прямо у автора и получить точный ответ». «Не нужно думать, будто филолог умеет видеть и чувствовать в стихотворении что-то такое, что недоступно простому читателю. Он видит и чувствует то же самое, только он отдает себе отчет в том, почему он это видит, какие слова стихотворного текста вызывают у него в воображении эти образы и чувства, какие обороты и созвучия их подчеркивают и оттеняют. Изложить такой самоотчет в связной устной или письменной форме — это и значит сделать анализ стихотворного текста».

19 Спасибо за внимание! Беляева Наталья Васильевна, доктор педагогических наук, заслуженный учитель РФ, член Союза российских писателей, ведущий научный сотрудник Центра филологического образования ФГБНУ «Институт стратегии развития образования РАО», Москва

Авторы Произведения Рецензии Поиск Магазин О портале Вход для авторов

Валерий Новоскольцев: литературный дневник

«Из Пиндемонти» завершает Каменноостровский цикл А.С.Пушкина, написанный в 1836 году. Но оно стоит особняком от трех предыдущих, в которых ярко выражена христианская символика. Они тесно связаны со страстями Спасителя и днями страстной седмицы Великого Поста.

Последнее стихотворение цикла — «Из Пиндемонти» — единственное, написанное от местоимения «я», хотя и прикрыто переводом с итальянского поэта Ипполито Пиндемонте.

Здесь Александр Сергеевич выражает не только и не столько позицию итальянского поэта, сколько свою личную, утверждая право личности на независимость и свободу.
«Из Пиндемонти» называют пушкинской одой внутренней свободе человека. Но тем более в глаза бросается контраст религиозной тематики трех первых стихотворений цикла и светской — последнего. Естественно возникает вопрос: «Зачем поэту так важно было поставить их рядом, включив сугубо светское стихотворение в литургическую тематику?»

Но если рассматривать последнее стихотворение не само по себе, а в контексте всего цикла, находя параллели и отсылки с предыдущими стихотворениям («Отцы пустынники», «Подражание италиянскому» и «Мирская власть»), то все встает на свои места. Но сначала само стихотворение:

Из Пиндемонти
1 Не дорого ценю я громкие права,
2 От коих не одна кружится голова.
3 Я не ропщу о том, что отказали боги
4 Мне в сладкой участи оспоривать налоги
5 Или мешать царям друг с другом воевать;
6 И мало горя мне, свободно ли печать
7 Морочит олухов, иль чуткая цензура
8 В журнальных замыслах стесняет балагура.
9 Все это, видите ль, слова, слова, слова*.
10 Иные, лучшие, мне дороги права;
11 Иная, лучшая, потребна мне свобода:
12 Зависеть от царя, зависеть от народа —
13 Не все ли нам равно? Бог с ними.
Никому
14 Отчета не давать, себе лишь самому
15 Служить и угождать; для власти, для ливреи
16 Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи;
17 По прихоти своей скитаться здесь и там,
18 Дивясь Божественным природы красотам,
19 И пред созданьями искусств и вдохновенья
20 Трепеща радостно в восторгах умиленья.
21 Вот счастье! вот права…

На самом деле источником для Пушкина был не только Ипполито Пиндемонте, но и Альфред Мюссе, однако, в конце концов, Александр Сергеевич останавливается на итальянском поэте, неоднократно утверждавшем, как и Мюссе, что любая власть – это, прежде всего, тирания, вне зависимости от того, кто ее олицетворяет: царь или народ, монарх или парламент, самодержец или республика.

Но Пиндемонте, кроме негативного отношения к власти, утверждает и позитивную программу, отдавая приоритет искусству перед властью, а Пушкин добавляет к этому еще и восхищение Божественной красотой Природы. Позитив взял верх и имя Мюссе было заменено на Пиндемонте.

В этом стихотворении у Пушкина появилось отличие в понимании демократии, свободы и братства. Если в раннем творчестве он безоговорочно отрицал всякое рабство, выступая за свержение самодержавия, то сейчас он отрицает далеко не все. В частности, он не готов сносить «трон» на революционной волне, как это случилось во Франции.

И он далек от поддержки любых демократических лозунгов. Александр Сергеевич стал намного осторожней в высказываниях и «демократический халат» одевать не спешит. Более того, поэт поддерживает все инициативы Государя, направленные на укрепление дворянства, например, положительно относится к реформе относительно его «ограждения».

Вспомним также, что Пушкин не освободил ни одного из своих крепостных крестьян, что ставилось ему в вину демократами. Благосостояние дворянства он считал более сильной преградой абсолютной власти, чем революцию или конституцию. Для народа – свобода, но не власть. В 1836 году Пушкин писал относительно происходящего во Франции и желательного для России:

«Народ властвует со всей отвратительной властию демокрации — В нем все признаки невежества — презрение к чужому… Девиз России: Suum cuique (лат. — каждому свое)».

И строчки – «Зависеть от царя, зависеть от народа — /Не все ли нам равно? Бог с ними» — отнюдь не случайность.

За ними стоят действительно политические убеждения Александра Сергеевича, выстраданные и продуманные, к которым он пришел к концу жизни. От демократии его отталкивает презрение к культуре, неуважение к прошлому, вульгарно понятое равенство, уничтожающее талант, искусство и свободу личности, что в полной мере подтвердилось в октябре семнадцатого.

Отрицая в первой части «Из Пиндемонти» то, чего не желает ни себе, ни России, Пушкин фактически повторяет первую часть молитвы Ефрема Сирина («Отцы пустынники…»), только там он перечисляет то, что не желает себе в духовном плане, здесь – в политическом.

Все эти громкие и красивые лозунги – демократия, народовластие, равенство, братство – всего лишь «слова, слова, слова», празднословие, за которым стоят вовсе не безобидные дела. За ними — банальное стремление к власти, прикрытое словами, часто лживыми. Если продолжать цитировать Гамлета:

«Хитрая речь спит в глупом ухе».

Вторая часть «Из Пиндемонти» излагает позитивную программу, то, что поэт действительно считает важным и какие права он готов защищать. И в этом стихотворение опять повторяет «Отцов-пустынников», в котором вторая часть — изложение того, что поэт хотел бы стяжать духом:

Но дай мне зреть мои, о Боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья,
И дух смирения, терпения, любви
И целомудрия мне в сердце оживи.
(«Отцы пустынники», отрывок)

Противопоставление негатива и позитива присуще всему Каменноостровскому циклу А.С.Пушкина. Чего же он себе желает, какие лучшие права и в чем счастье человека?

13. ………………………………Никому
Отчета не давать, себе лишь самому
Служить и угождать; для власти, для ливреи
Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи;
По прихоти своей скитаться здесь и там,
Дивясь Божественным природы красотам,
И пред созданьями искусств и вдохновенья
Трепеща радостно в восторгах умиленья.
Вот счастье! вот права…

Какая разница, какие времена на дворе. Власть всегда будет оставаться властью, но личность, если она личность, свободна. В этой части Александр Сергеевич безоговорочно утверждает независимость и свободу, как императив, как требование: никому не давать отчет, служить только себе, не гнуть шеи ни перед кем, скитаться, где хочешь, трепетать перед искусством и Божественной природой!

В общем-то, это не христианское смирение, терпение и любовь, а вовсе даже наоборот. Но здесь нет лживых слов, это своего рода заповеди свободного человека, которые сродни тем ценностям, которым следовали все святые. Так закольцовываются «Отцы-пустынники», открывающие Каменноостровский страстной цикл, и «Из Пиндемонти», его завершающий.

Тина Гай

© Copyright: Валерий Новоскольцев, 2016.

Другие статьи в литературном дневнике:

Авторы Произведения Рецензии Поиск Магазин Кабинет Ваша страница О портале Стихи.ру Проза.ру

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *