Мумий тролль, это кто?

Туве Янссон

Сказки Долины Муми-троллей

Tove Jansson

DET OSYNLIGA BARNET OCH ANDRA BERÄTTELSER

Copyright © Tove Jansson, 1962

Schildts Förlags AB, Finland. All rights reserved.

© С. Плахтинский, перевод, 2016

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус»», 2012

Издательство АЗБУКА®

* * *

Весенняя песня

Как-то раз тихим безоблачным вечером в конце апреля Снусмумрик зашел очень далеко на север – там в тени кое-где еще оставались маленькие островки снега.

Целый день шел он, любуясь дикой природой и слушая, как над головой у него кричат перелетные птицы.

И они направлялись домой из южных стран.

Шагал он бодро и весело, так как рюкзак его был почти пуст и не было у него на душе ни тревог, ни печалей. Все его радовало – и лес, и погода, и собственное одиночество. Завтрашний день казался таким же далеким, как и вчерашний, – между ветвями берез мелькало красноватое, неяркое солнышко, и воздух был прохладен и ласков.

«Подходящий вечерок для песни, – подумал Снусмумрик. – Для новой песни, в которой было бы и томление, и весенняя грусть, и, самое главное, безудержное веселье, радость странствий и одиночества».

Эта мелодия звучала в нем уже много дней, но он все не решался выпустить ее на волю. Она должна была как следует подрасти и прихорошиться, стать настолько самостоятельной, чтобы все ее звуки радостно попрыгали на свои места, как только он прикоснется губами к гармошке.

Если бы он вызвал их слишком рано, могло бы случиться так, что они расположились бы как попало, и песня получилась бы так себе, не очень удачной, и он тогда, возможно, потерял бы к этому всякий интерес. Песня – дело серьезное, особенно если она должна быть и веселой, и грустной.

Но в этот вечер Снусмумрик был уверен в своей песне. Она уже почти сложилась – она станет лучшей из его песен.

А когда он подойдет к долине троллей, он сыграет ее, стоя на перилах моста через реку, и Муми-тролль сразу же скажет, что это прекрасная песня. Просто прекрасная песня.

Снусмумрик ступил на мох и остановился. Ему стало немного не по себе, он вспомнил Муми-тролля, который его ждал и очень по нему соскучился. Который им восхищался и говорил: «Ну конечно, ты свободен, ясное дело, что ты уйдешь, неужели я не понимаю, что тебе надо иногда побыть одному».

И в то же время в глазах его были тоска и безысходность.

– Ай-ай-ай, – сказал Снусмумрик и двинулся дальше. – Ай-ай-ай. Он такой чувствительный, этот Муми-тролль. Мне не надо о нем думать. Он очень милый, но сейчас я не буду о нем думать. В этот вечер я наедине с моей песней, и сегодня – это еще не завтра.

Через минуту-другую Снусмумрику удалось выбросить Муми-тролля из головы. Выискивая подходящее местечко для привала, он услыхал журчание ручья, где-то чуть поодаль, в глубине леса, и сразу направился туда.

Между стволами деревьев потухла последняя красная полоска, медленно сгущались весенние сумерки. Весь лес погрузился в вечернюю синеву, и березы, точно белые столбы, отступали все дальше и дальше в полумрак.

Это был прекрасный ручей.

Чистый и прозрачный, он, приплясывая, бежал над коричневыми клочьями прошлогодних листьев, пробегал по еще не растаявшим ледяным туннелям и, повернув на поросшую мхом лужайку, бросался вниз головой на белое песчаное дно, образуя небольшой водопад. Ручей этот то весело напевал тоненьким комариным голоском, то придавал своему голосу суровое и угрожающее выражение, а иногда, прополоскав как следует горло снеговой водицей, заливался смехом.

Снусмумрик стоял и слушал. «Ручей тоже попадет в мою песенку, – подумал он. – Может быть, как припев».

В этот момент из запруды выпал камень, изменивший мелодию ручья на одну октаву.

– Недурно, – восхищенно сказал Снусмумрик. – Именно так это и должно звучать. Еще одна нота – как раз та, что нужно. А может, посвятить ручью отдельную песню…

Он достал свою старую кастрюлю и наполнил ее под водопадом. Зашел под ели в поисках хвороста. Из-за таявшего снега и весенних дождей в лесу было мокро и сыро, и Снусмумрику, чтобы найти сухие ветки, пришлось забраться в густой бурелом. Он протянул лапу – и в тот же миг кто-то взвизгнул и метнулся под ель и еще долго тихонько повизгивал, удаляясь в глубь леса.

– Ну да, конечно, – сказал самому себе Снусмумрик. – Под каждым кустом всякая мелюзга. Знаю я их… И почему они всегда такие беспокойные? Чем меньше, тем непоседливей.

Он вытащил сухой пень и немного сухих веток и не торопясь разложил походный костер в излучине ручья. Костер сразу же занялся, ведь Снусмумрик привык готовить себе обед. А готовил он всегда только себе самому и никому больше. Чужие обеды его не очень-то интересовали, потому что все его знакомые никак не хотели расставаться с привычкой болтать за едой.

И еще они питали слабость к стульям и столам, а некоторые из них пользовались и салфетками.

Он даже слышал об одном хемуле, который переодевался, прежде чем приняться за еду, но это, наверное, была просто клевета.

С отсутствующим видом Снусмумрик хлебал свой жиденький суп, и взгляд его все это время был устремлен на зеленый мшистый ковер, что раскинулся под березами.

Мелодия сейчас была совсем близка, оставалось только ухватить ее за хвост. Но он мог и не торопиться, она все равно была окружена и уже не могла ускользнуть. Поэтому сначала он займется мытьем посуды, потом трубкой, а затем, когда запылают угли в костре и в лесу начнут перекликаться ночные звери, – вот тогда настанет время для песни.

Он увидел ее, когда всполаскивал в ручье кастрюлю. Эта малышка притаилась за корневищем и таращилась на него из-под взъерошенных, нависших надо лбом волос. Глазки смотрели испуганно, но с необыкновенным любопытством, они следили за каждым движением Снусмумрика.

Снусмумрик сделал вид, что ничего не замечает. Он подгреб угли к костру и срезал несколько еловых веток, чтобы было помягче сидеть. Потом достал трубку и неторопливо раскурил ее. Он пускал в ночное небо тонкие струйки дыма и ждал, когда к нему пожалует его весенняя песня.

Но песня не торопилась. Зато малышкины глаза смотрели на него не отрываясь, они восхищенно следили за всеми его действиями, и это начинало его раздражать.

Снусмумрик поднес ко рту сложенные вместе лапы и крикнул:

– Брысь!

Крошка юркнула под свой корень и, необычайно смущенная, пропищала:

– Надеюсь, я тебя не напугала? Я знаю, кто ты такой. Ты Снусмумрик.

Она забралась в ручей и стала перебираться на другой берег. Для такой крохи ручей оказался глубоковат, да и вода в нем была слишком холодная. Несколько раз ноги ее теряли опору, и она плюхалась в воду, но Снусмумрик был так рассержен, что даже не попытался помочь.

Наконец на берег выползло какое-то жалкое и тоненькое, как ниточка, существо, которое, стуча зубами, сказало:

– Привет! Как удачно, что я тебя повстречала.

– Привет, – холодно ответил Снусмумрик.

– Можно погреться у твоего костра? – продолжала кроха, сияя всей своей мокрой рожицей. – Подумать только, я стану одной из тех, кому хоть раз удалось посидеть у походного костра Снусмумрика. Я буду помнить об этом всю свою жизнь.

Малышка пододвинулась поближе, положила лапку на рюкзак и торжественно прошептала:

– Это здесь у тебя хранится губная гармошка? Она там, внутри?

– Да, там, – сказал Снусмумрик довольно недружелюбно. Его уединение было нарушено, его песня уже не вернется – пропало все настроение. Он покусывал трубку и смотрел на стволы берез пустыми, невидящими глазами.

Муми-тролль Галерея

Муми-тролль (швед. Mumintrollet) — главный герой книг о муми-троллях.

Это статья о персонаже.
Возможно, Вы искали что-то другое?

Живёт в Муми-доме вместе со своими родителями — Муми-папой и Муми-мамой. Он лучший друг Снусмумрика, и также хорошо дружит со многими другими существами, населяющими Муми-дол, такими как Снорочка и Снифф; Муми-тролль часто идёт на приключения с ними.

Описание с официального сайта Править

» Вы уже встречались с Муми-троллем?
Он приятный парень, который интересуется всем, что видит. Мир полон захватывающих вещей, чтобы исследовать, но Муми-тролль особенно любит собирать камни и раковины. Он также любит море, как и вся семья муми-троллей.
Многие посетители заглядывают в Муми-дом, и Муми-тролль всегда счастлив, когда он проводит время со своими друзьями. Он очень верит в своих друзей и беспокоится, если кто-то из них несчастлив. Муми-тролль и сам очень чувствителен, но никогда не держит зла.
Муми-тролль считает, что Муми-дол — самое безопасное и интересное место в мире. Вот почему он такой любопытный и смелый – он может исполнить своё желание понимать странные вещи и странных существ без необходимости их бояться. Единственное, что заставляет Муми-тролля чувствовать себя плохо, это то, что его оставили одного.
Муми-тролль — мечтатель и мыслитель, а путешественник-одиночка Снусмумрик — его лучший друг. Каждый ноябрь, когда Снусмумрик уходит на зиму на юг, он оставляет Муми-троллю специальное письмо. В нем он обещает вернуться в Муми-дол в первый день весны.
Муми-тролль любит Муми-маму и свою семью больше всего на свете. Нет такой проблемы, которую Муми-мама не могла бы решить. И когда Муми-папа придумывает хороший предлог для приключения, Муми-тролль всегда готов следовать за ним. Когда Снорочка становится его подругой, Муми-тролль узнает, что любовь иногда может заставить чувствовать себя задумчивым и даже совершенно грустным.
Мы встречаем Муми-тролля сразу же в первой книге о муми-троллях — «Маленькие тролли и большое наводнение». Муми-тролль не достигает совершеннолетия во время муми-историй, но он действительно растёт в книге «Зима Муми-тролля».
Муми-тролля легко узнать по его нежному, круглому виду и пучку на конце хвоста. У всех муми-троллей большие глаза и маленькие уши.

Внешний вид Править

Муми-тролль похож на большинство других муми-троллей с белым мехом и большим круглым носом, что делает его похожим на гиппопотама. Он единственный член семьи муми-троллей, у которого нет никаких особых аксессуаров или предметов одежды, связанных с ним.

Личность Править

Муми-тролль очень добрый и благонамеренный, однако он довольно эмоционален и склонен к грусти или беспокойству. Он имеет острый дух приключений и часто следует туда, куда его друзья берут его.

В комиксах он обычно более несчастен или раздражен, чем в книгах. В первых книгах он зависел от других, например, от Муми-мамы и Снусмумрика. Это было особенно верно в первой книге, где Муми-мама должна была принимать все решения и заботиться о нем и Сниффе. Однако позже он становится более независимым и взрослым, особенно в «Зиме Муми-тролля», где ему приходится выживать в новых условиях суровой зимы без своей семьи.

Отношения Править

Снусмумрик

Снусмумрик — лучший друг Муми-тролля, которого он обожает за свой беззаботный образ жизни. Муми-тролль — единственный, из-за кого Снусмумрик перестал болеть, всегда возвращаясь весной, чтобы провести год в Муми-доле до следующей зимы.

Снифф

Снифф также хороший друг Муми-тролля и его семьи, который проживает вместе с ними в Муми-доме.

Снорочка

Снорочка — подруга Муми-тролля. Было много намёков, что Муми-тролль является романтическим интересом Снорочка, хотя их отношения очень невинны.

Туу-тикки

Туу-тикки также подруга Муми-тролля.

История Править

Муми-тролль появляется во всех книгах о муми-троллях (кроме «В глубине ноября») и во всех других муми-медиа.

Приключения муми-троллей Править

Муми-тролль является одним из главных героев в аниме-сериале «Приключения муми-троллей» длящегося с 1990 по 1992. Он живет в Муми-доме со своими родителями. Муми-тролль является одним из немногих персонажей, которые появляются в каждом эпизоде шоу.

Интересные факты Править

  • Туве Янссон впервые нарисовала Муми-тролля ещё будучи ребёнком.
  • В честь Муми-тролля назван астероид 58345.

Е. Левко

ГЕРОИ, ОБРАЗЫ, ПРЕДМЕТЫ И СПОСОБЫ ИХ НОМИНАЦИИ В СКАЗКАХ ТУВЕ ЯНССОН

В данной статье рассматривается, какие функции играет изображение предметов и реалий повседневности в универсуме мира муми-троллей. Автор статьи отмечает, что за счет переосмысления образов обыденных предметов фантастический мир Муми-дола, изображенный Туве Янссон, приобретает черты особой узнаваемости и уюта, и что некоторые предметы играют роль важной художественной детали в создании образов тех или иных персонажей.

Ключевые слова: детская литература, Туве Янссон, муми-тролли, художественная деталь.

Мир детей — своеобразный, резко очерченный ландшафт, выдержанный в строгих тонах, где безопасность и страдание идут рука об руку, подстраховывая друг друга. В этом мире есть место абсолютно для всего на свете. Отсутствие здравого смысла переплетается здесь с железной логикой. Есть в этом нечто от сюрреализма, от сновидений, от реальности каждого дня в его фантастическом обрамлении…

Эти слова, сказанные Туве Янссон в 1966 г., не только дают определение миру детства, но и в значительной степени характеризуют ее творческую манеру. В сказочных повестях Туве Янссон о муми-троллях присутствует пласт и фантастический, и реальный, но существуют они не изолированно друг от друга, а переплетаются, органично сливаясь в единое целое. Каковы же составляющие этого мира? При помощи каких художественных приемов создается фантастический мир муми-троллей и как он взаимодействует с реалиями нашей повседневности? Одним из таких приемов является концептуализация обычных, и, зачастую, самых тривиальных предметов и явлений.

В данной статье условно выделяется несколько групп таких концептуализированных предметов и явлений, за счет изображения которых создается уникальность волшебного мира Туве Янссон. Тривиальные предметы нашего обихода, смена времен года,

еда и напитки, то есть то, с чем читатели сталкиваются ежедневно в повседневной жизни и в своем быту, на страницах книг Туве Янс-сон приобретают новое, поистине философское звучание.

Одной из составляющих образа волшебного мира, созданного на страницах книг о муми-троллях, является предметная сфера. Жизнь героев протекает среди обычных вещей человеческого обихода, в то же время некоторые из этих предметов становятся неотъемлемыми элементами образов и приобретают особую важность и значимость не только для конкретного персонажа, но и в рамках всего повествования. Таким образом, в предметном мире выделяется группа предметов-атрибутов, по которым узнаются персонажи и через которые описывается их эмоциональное состояние. Сюда можно отнести весь набор вещей, с которыми ассоциируется Снусмумрик: его шляпа, губная гармошка и курительная трубка, с которой даже связано его имя, о чем пойдет речь ниже. В эту же группу попадает челка Фрекен Снорк, здесь особенно показателен тот момент, когда она остается без нее, а также сумка Муми-мамы.

Черная сумка с четырьмя карманчиками является неизменным атрибутом Муми-мамы. Она настолько прочно связана с образом, что без сумки даже Муми-папа с трудом узнает свою жену: «Без сумки она какая-то совсем другая. Когда Муми-мама без сумки, она словно чужая. Я никогда прежде не видел ее без сумки» .

Наличие сумки становится символом спокойствия и гармонии, тогда как ее отсутствие или невнимательно отношение к ней Муми-мамы сразу сигнализирует читателю, что что-то не так. Это ярко видно в следующих примерах:

«Она заглянула как всегда в свою сумку, притушила лампу» — уточнение «как всегда», идущее рядом с упоминанием о сумке, создает привычный ряд действий (здесь и далее курсив мой. — Е. Л.). А в следующем отрывке тот факт, что Муми-мама оставила свою сумку, идет в одном перечне с «самым необычным» и при этом выделяется из ряда усилением при помощи наречия «даже», что сигнализирует о сбое в привычном распорядке и о начале приключений: «Из всего необычного самым необычным было то, что Муми-мама заснула на новом месте, не распаковав вещи, не приготовив постели, не пожелав всем спокойной ночи перед сном. Она даже оставила свою сумку на песке. Это было страшновато и в то же время весело, это означало, что произошли настоящие перемены» . Ведь обычно вдали от дома

Муми-мама всегда спит, положив сумку под голову: «И она подоткнула всем под ноги одеяла и заснула, положив свою сумку под подушку» .

Важность сумки очевидна, это один из тех предметов, которые спасает Муми-мама во время наводнения: «Муми-мама сидела на крыше в обнимку с сумкой, шкатулкой, кофейником и семейным альбомом. Время от времени она отодвигалась от подступающего к ней моря» .

Сумка Муми-мамы напоминает обычную дамскую сумочку, наполненную всякой всячиной, и, когда Муми-маму спрашивают, есть ли в сумке важные вещи, она сразу отвечает: «Нет. Только вещи, которые могут неожиданно понадобиться». Тем не менее, в разных трудных ситуациях из сумки всегда извлекалось на свет самое необходимое: порошки (разные), сухие носки, стальная проволока, карамельки, пробочник, береста, шоколадный пряник «и еще всякая всячина»: «Муми-мама не стала браниться, а, вытащив из своей сумки два разных порошка, дала каждому тот, который был ему нужен» . А в других случаях сумка наоборот пополняется новыми вещами, которые могут пригодиться в будущем: «И она вытащила из сумки большой шоколадный пряник, который захватила с собой из удивительного сада пожилого господина. Разломав его пополам, она оделила поровну и зверька, и сына» .

Поэтому исчезновение сумки в «Шляпе Волшебника» становится даже более масштабным событием, чем уход Снусмумрика из Долины Муми-троллей. А когда сумка найдена, то в пиршестве по этому поводу принимают участие все жители Муми-далена. Но и то время, что Муми-мама провела без сумки, ее сумка выполняла еще одну важную функцию — была спальней для Вифслы и Тофслы . А в «Опасном лете» в сумке как-то раз спряталась малышка Мю .

Еще один важный предмет, который неразделим с героем, это губная гармошка Снусмумрика. Она передает эмоции героя и реагирует на погоду, отражая общее настроение, «висящее в воздухе». Особенно она важна еще и потому, что Снуснумрик путешественник, и «радость обладания вещами была ему совершенно чужда. Он вполне обходился старым платьем,… и единственное, с чем он никогда не расставался, была губная гармошка.» . В его репертуаре есть утренние и сумеречные песни, романтичные мотивы, станинные напевы и летние мелодии, и самая веселая песенка «Все зверюшки привязали бантики к хвостам».

По звукам губной гармошки всегда можно найти Снуснумрика: «Муми-тролль побежал прямо на музыку и внизу у реки увидел Снусмумрика» .

Гармошка, как живое существо, реагирует на то, что происходит вокруг. В тумане, в опасной ситуации, из нее исчезают все звуки: «Снусмумрик достал губную гармошку, но не смог извлечь из нее ни звука. Паром выдуло из нее все ноты. — Плохо дело, — огорченно сказал он» . Целостность гармошки неотделима от целостности остальных героев: » — Мы целы или мне только так кажется?… — И шляпа с гармошкой тоже, — сказал Снусмумрик» . Постепенно все звуки возвращаются в губную гармошку, и это значит, что опасность миновала.

В то же время губная гармошка передает и настроения самого Снусмумрика, как бы разговаривает за него с другими персонажами: «В эту ночь он не наигрывал мелодий, и из его гармошки вырывались лишь отдельные звуки, напоминающие то вопросительные, то утвердительные восклицания, которые обычно означают, что вы не знаете, как ответить своему собеседнику» .

Но помимо исполнения всеми любимых песен, Снуснумрик и сам сочиняет разные мелодии. Описание рождения мелодии требует особого внимания: Снусмумрик отгоняет от себя прочие мелодии, ждет, когда окончательно созреет новая песня , но и это еще не все: «Эта мелодия звучала в нем уже много дней, но он все не решался выпустить ее на волю. Она должна была как следует подрасти и прихорошиться, стать настолько самостоятельной, чтобы все ее звуки радостно попрыгали на свои места, как только он прикоснется губами к гармошке» . И мелодия тоже живая — она не только зреет и звучит, она еще и подрастает и прихорашивается, словно маленькая девочка или зверек, и только, когда она становится достаточно самостоятельной, ее можно выпускать на волю.

Так, через обычные предметы образ героев становится более объемным и близким читателю. Пусть Снусмумрик и Муми-мама существа выдуманные, но что может сделать их более реальными, как не привычная для взрослого мира идея дамской сумочки, наполненной всякой всячиной или губная гармошка как некий атрибут странствующего барда.

Отдельный большой пласт в сюжетах о муми-троллях составляет описание приемов пищи, а так же еды и напитков. Тема еды, с одной стороны, связывает вымышленный волшебный мир с реаль-

ным миром людей, где тоже любят кофе и оладьи с вареньем, и в тоже время придает миру муми-троллей особый уют. При этом значение некоторых блюд и напитков возводится в своего рода философскую категорию, через которую регулируется и оценивается эмоциональный фон того или иного эпизода или передаются перемены в настроении героев. Выпивание чашечки кофе превращается в ритуал, а поглощение варенья становится мерилом доброты: «Кто ест оладьи с вареньем, тот не может быть таким уж страшно опасным. С таким можно говорить» .

Во всех книгах Муми-мама варит самое разное варенье: клюквенное, малиновое, брусничное, клубничное, причем «на всех банках указан год, когда оно сварено, а крышка обвязана красным шнурком!» . Варенье может поднять настроение в трудную минуту: «Может быть, чашка чаю со смородиновым вареньем могла бы спасти меня» . В сложной и опасной ситуации Муми-мама успокаивает Сниффа при помощи варенья:

— За мной гонятся. Тайное общество. — пролепетал он. — Они схватят меня, и тогда.

— Пока я с тобой, этого не будет, — сказала Муми-мама. — На вот, вылижи блюдечко с вареньем .

А во время Волшебной зимы погреб с вареньем спасает всех лесных жителей. «Кто-то пустил слух, что там есть рябина и целый погреб с вареньем. Хотя насчет варенья это, верно, тоже были только слухи.» . Но Муми-маму, когда она просыпается от спячки и видит пустой погреб, это нисколько не расстраивает: «И все мне твердили: «Незачем варить столько варенья», — а оказалось, что оно все съедено»» .

Рядом с вареньем часто идут оладьи. Золотистые оладьи едят на завтрак, оладьями задабривают волшебника и даже используют как наживку при охоте на таинственного Мамелюка, а апогеем праздника становится тот момент, когда «в сад выкатили новые тачки с оладьями» , причем для такого количества оладий тесто приходится замешивать в ванной. Эта удивительная гипербола, где оладьи, которые обычно едят поштучно, сочетаются с объемами ванны и тачки, делает из тривиального повседневного блюда настоящее праздничное угощение, которое не может не обрадовать кого угодно. Именно поэтому волшебник, который не ел оладий вот уже несколько десятилетий, вызывает у всех чувство жалости: «— Да, спасибо, — отвечал Волшебник. — Последний

раз я ел оладьи восемьдесят пять лет назад. Всем сразу стало его жалко, и все подошли еще ближе» .

Похожим образом пытаются привести в чувства и рыбака в повести «Муми-папа и море», только уже при помощи кофе:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— Как насчет хорошей чашки кофе? — крикнул Муми-папа, пытаясь перекричать ветер. — Не знаю, прошло столько времени с тех пор, как я пил кофе. — Голос рыболова звучал, как треснутая жестяная свистулька. Муми-троллю вдруг стало ужасно его жалко .

Почему же такую жалость вызывают у жителей Мумидалена волшебник, который давно не ел оладьи, и рыбак, который давно не пил кофе? Кофе, так же, как и оладьи с вареньем, становится у Туве Янссон неким мерилом привычной размеренной жизни, которой нет у рыбака и которая может неожиданно закончится, как и кофе: «— Да и утреннего кофе тоже нет, — сказал Муми-папа. Мама посмотрела в сторону крыльца, ведущего в гостиную. Крыльца не было, оно скрылось в беспокойной воде».

Но даже во время наводнения в «Опасном лете» герои умудряются сварить кофе, что символизирует их стремление поддерживать традиции дома, уют и привычный уклад жизни даже в самых тяжелых ситуациях: «Давай я нырну за банкой с кофе? — предложил Муми-тролль». За банкой с кофе пришлось нырять, на дрова пустили стул, «который никогда никому не нравился» , и все для того, чтобы вернуться к тому каждодневному ритуалу, который несет спокойствие, не важно, что окружает героев: наводнение, шторм, непогода. «Они сидели и пили кофе, и все вдруг сделалось совершенно естественным и правильным» .

Кофе становится своеобразным знаком правильности и устойчивости обычной жизни, которая не таит в себе зловещих опасностей. А в некоторых эпизодах кофе связан с ощущением радости и радостного времяпрепровождения: «И теперь все были вне себя от радости и собирались варить кофе» .

Наличие кофе радует и возвращает привычный распорядок жизни, а его отсутствие может стать поводом для огорчения:

— А сейчас я хочу кофе.

— Кофейник остался на плоту, — сказал Снусмумрик.

Муми-тролль бросился к расщелине и заглянул в нее. — Плот сорвало и унесло, — жалобно проговорил он. — Кофейник уехал в подземное царство! Как же мы теперь без кофе?

Похоже, что никто из героев не может без кофе. Чашечка кофе меняет настроение Хемуля и возвращает ему потерянное спокойствие: «Не надо было никуда спешить. На веранде его ждал кофе. Все было ясно и просто, все шло само собой»; «- Все начинает налаживаться! Сейчас мы подбросим дров и выпьем еще кофейку, идет?»; «Я варю кофе, чтобы всем было приятно»; «От кофе в животе у него потеплело, он стал вдруг беспечным и весело сказал: — Послушай, мы, кажется, понимаем друг друга» .

Кофе становится символом ясности и простоты, от кофе налаживается жизнь и возникает взаимопонимание. С кофе начинается каждое утро, дымок над домиком в Мумидалене означает, что Муми-мама варит кофе, Снуснумрик без чашечки кофе не может начать сочинять новые мелодии для своей губной гармошки. Не только спокойное утро, но и бурное веселье, сопровождается выпиванием множества чашек кофе: «Эту ночь невозможно описать! Такого количества вопросов, восклицаний, объятий, объяснений и чашек кофе еще не видела ни одна веранда» .

Кофейные аксессуары также активно вовлечены в повествование. В повести «Дитя невидимка» Снуснумрик кладет в кофейник дракончика, а в «Мемуарах папы муми-тролля» описывается зверек, который жил в банке из-под кофе и коллекционировал пуговицы .

Янссон превращает обыденные ежедневные взрослые ритуалы в действия, символизирующие спокойствие и стабильность мироздания. Наша вера в то, что чашечка хорошего кофе поможет решить глобальную проблему, фактически овеществляется на страницах ее книг.

Еще одной художественной деталью, при помощи которой конструируется волшебный универсум Мумидалена, можно считать описание времен года. Этой, на первый взгляд, тривиальной категории времени, уделяется особое внимание: названия месяцев и времен года даже выносятся в заглавия книг: «Опасное лето», «Волшебная зима», «В конце ноября». Смена времен года связывается с определенными ритуалами и действиями героев. Каждый из них по-своему переживает наступление зимы или осени. Для Снусн-умрика наступление осени — это сигнал к новым путешествиям в одиночку, с приходом зимы семья муми-троллей погружается в спячку. Времена года в своем круговороте приобретают философское звучание: «В Муми-дол вступает прохладная осень, и так надо потому, что без нее не бывает новой весны» .

И не всегда очевидны причинно-следственные связи между действиями обитателей долины Муми-троллей и сменой сезонов:

— Ты положила конец лету. Нельзя зажигать лампы, пока лето по-настоящему не закончится. — Что ж, в таком случае наступит осень, — как всегда спокойно ответила Муми-мама .

Ранним утром, проснувшись в своей палатке, Снусмумрик почувствовал, что в Долину муми-троллей пришла осень. Вмиг все вокруг меняется, и тому, кому пора уезжать, нельзя терять ни минуты… .Его друзья проснутся поздним утром и скажут: «Он ушел; стало быть, наступила осень .

Кажется, что осень наступает потому, что Муми-мама зажигает лампу, а Снусмумрик отправляется в путь, а не наоборот. Конец осени в книгах Туве Янссон ощущается как особое время. Мир не просто делится на тех, кто заготавливает свой домик для зимней спячки, и тех, кто бодрствует зимой. Это разделение приобретает более философский размах: «Есть на свете те, кто остается, и те, кто собирается в путь. И так было всегда. Каждый волен выбирать, покуда есть время, но после, сделав выбор, нельзя от него отступаться»

Особую категорию представляют все жители Муми-далена: выдуманные существа забавного вида. Интересно, что наряду с хе-мулями, снорками и муми-троллями здесь обитают вполне привычные сказочные персонажи, как, например, дракончик в рассказе «Дитя-невидимка» или вовсе самый обычный котенок (повесть «Маленькие тролли и большое наводнение»), которые увязывают мир, созданный Туве Янссон с миром фольклорной сказки и с повседневной реальностью. Пантеон вымышленных существ в книгах Туве Янссон, несомненно, заслуживает отдельного внимания, но размеры настоящего исследования позволяют нам сконцентрироваться лишь на небольшой его части, а именно антропонимической.

Обитатели мира муми-троллей, как правило, изображены ярко и узнаваемо, с использованием гротескных деталей, даже если они упоминаются мельком. Так Снорк меняет свой цвет в зависимости от настроения, Фильфьонка не любит родственников, но считает необходимым выказывать родственные чувства, Ондатр любит философствовать, но при этом все остальные должны ухаживать за ним. Каждый герой мумии саги — это и яркий персонаж, и, в то же время, психологический образ, наделенный определенными

человеческими чертами. Создавать такие образы писательнице во многом помогает прием значимого имянаречения.

Так, имя путешественника Снусмумрика — Snusmumriken, чьим основным атрибутом является курительная трубка, связано со шведским словом snus — курительный табак . Интересно, что на английский язык эти имя переведено как Snufkin при помощи похожего слова snuff— нюхательный табак или порошок, понюшка, то же сделано и в финском переводе Nuuskamuikkunen от финского nuuska — нюхательный табак , а в немецком переводе (DerMumrik) и в русской транслитерации (Снусмумрик) это значение потеряно.

Еще одно имя, потерявшее свое значение без перевода — Хе-муль / Hemulen, образованное от шведского слова hemul — 1) юридический документ на право чего-либо, поручительство, рекомендация, 2) доказательство обоснованности чего-либо Второе значение слова делает этот антропоним особенно говорящим: Хемуль является персонажем, который пытается подчинить определенным правилам не только свою жизнь, но и жизнь окружающих,

Lilla My — Малышка Мю — в отличие от примеров, описанных выше, имя этого персонажа мотивировано фонетически, как и ряд других имен, поскольку существует практика приписывания символического значения звукам на основе артикуляции. В частности звуки, произносимые с вытянутыми губами, могут ассоциироваться с плохим настроением, насмешкой и презрением. . Именно с этим ассоциируется Малышка Мю, вредная, агрессивная, старающаяся постоянно кому-нибудь досадить.

Образ некоторых персонажей дополняется особой манерой говорить — как, например, «загадочный» язык Тофслы и Вифслы, сконструированный по модели секретных детских языков.

Таким образом, основными характеристиками сказочного мира является не только его пространственно-временной континуум, но и его предметная наполненность. В рамках поля одной волшебной сказки или цикла сказок с единым кругом персонажей можно выделить несколько однородных предметных групп, особое отношение героев к которым делает эти объекты ключевыми образами, своего рода концептами данного текста, и придает им ряд новых характеристик, которые могут отличаться от привычных читателю представлений.

С другой стороны, эти ключевые предметы не только формируют волшебный мир, но и сами по себе характеризуют определенных персонажей, которым они принадлежат или с которыми ассоциируются.

Источники

Янссон Т. В конце ноября / пер. Н. Беляковой, 1970. URL: http://www.tove-jansson. ru/books/mumi8.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

Янссон Т. Волшебная зима / пер. Л. Брауде, 1957. URL: http://www.tove-jansson. ru/books/mumi5.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Янссон Т. Дитя невидимка / пер. Л. Брауде, 1962. URL: http://www.tove-jansson. ru/books/mumi6.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

Янссон Т. Муми-тролль и комета / пер. В. Смирнова, 1946. URL: http://www.tove-jansson.ru/books/mumi1.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

Янссон Т. Муми-папа и море / пер. И. Хилькевича, 1965. URL: http://www.tove-jansson.ru/books/mumi7.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

Янссон Т. Опасное лето / пер. со швед. Л. Брауде, 1954. URL: http://www.tove-jansson.ru/books/mumi4.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

Янссон Т. Шляпа волшебника / пер. В. Смирнова, 1948. URL: http://www.tove-jansson.ru/books/mumi2.shtml (дата обращения: 30.07.2015).

Исследования

Вахрос И., Щербаков А. Большой финско-русский словарь. М.:Рус. яз., 1999. 816 с.

Долинин К. А. Стилистика французского языка. М.: Просвещение, 1987. 303 с.

Ефремова В. В. Шведско-русский и русско-шведский словарь. М.: ООО «НИК П», 1999. 912 с.

28 июня 1998

Музыка

PlayЧасть 1 PlayАлло, Попс! PlayУльтиматум PlayНовая Луна Апреля PlayКассетный Мальчик PlayИнопланетный Гость PlayДевушки Эмансипэ PlayВечерний Чай PlayБит Бум PlayЛунные Девицы PlayПарк PlayСайонара Диска PlayЧерная Дыра PlayЧасть 2 PlayВ думах о девушке из города центрального подчинения КНР PlayДелай Меня Точно PlayТак Страшно PlayВсецело Всем PlayМальчик-Солдат PlayВоспитанник Упавшей Звезды PlayЛожись, Подполковник! PlayДелай Ю-Ю PlayБлудливые Коты PlayПосиделки-Подгляделки PlayДалеко PlayЭхом Гонга

Инфо

Шамора. Правда о Мумиях и Троллях
коллекционное издание песен 83–90 годов (2 CD)
релиз:
первая часть: 28.06.98
вторая часть: 5.08.98
UTK 3147–3
UTK 3147–4
CD, MC

(c) 1983–1990 Мумий Тролль / 1998 Фамилия Паблишинг
(p) 1998 Утекай Звукозапись
Собранные в этих двух альбомах песни, пожалуй, удачнее всего отражают те, сейчас может быть кажущиеся редкими, но ставшие такими значительными, будни Мумий Тролля в период с 1983 по 1990 год. Большинство из них были ранее запечатлены на магнитоальбомах «Новая луна апреля» 1985 года, «Делай ЮЮ» 1990 года, демозаписях «Сайонара» 1986–1987 гг. или исполнялись на концертах.
Очень замечательно, что мы, наконец-то, имеем счастливую возможность сделать себе и Вам этот фантастический подарок. Огромная благодарность Всем, кто когда-то был с нами. А особенно тем, кто остался сквозь годы, несмотря ни на что, и Всем, кто сейчас с Мумий Троллем. Хорошо, что есть Вы, хорошо, что есть Мы.
Записи вновь производились на «Мосфильм-Тон» студии, Москва; Аляска Стрит, Бетховен Стрит, Лондон.
Продюсер звукозаписи: И. Лагутенко и К. Бенди. Звукоинженер: К. Бенди. Ассистенты звукоинженера: В. Овчинников, Р. Маскаренас, Д. Вильямс, Д. Бакли. Сведение: К. Бенди, Аляска Стрит, Бетховен Стрит, Лондон. Мастеринг: М. Харрис и К. Бенди, Чоп-эм-Аут, Лондон.
Балгодарим за участие: Цюй Цзин Гуй и Ван Тхень Ли (13), Р. Блейк, группы поддержки 96–97.
Дизайн: Концепция МТ-дизайн, сдвиг
Обложка: Арт-пилот, Владивосток.
Оригинальное оформление 85, 90 гг: И. Лагутенко
Фото на обложке: К. Попов, С. Сергеев, архив МТ
Музыка и слова: И Лагутенко, за исключением 3, 10, 16, 23 — слова Л. Бурлаков
С благодарностью за помощь: Д. Нестеров, К. Бабий, Ю. Ложечник, Манфред Мэнн, И. Фромм, dbx 160x

Москва, 14 августа 2019, 15:22 — REGNUM 9 августа родилась Туве Марика Янссон (1914−2001), мама Муми-тролля, художница, обладательница Международной Золотой Медали им. Х.К.Андерсена (1966), финская писательница, писавшая на шведском.

Не могу четко объяснить той удивительной вещи, что мои книжки одинаково читают как дети, так и взрослые. Выдуманный мир моих муминов — это мир, по которому наверняка в глубине души тоскует каждый из нас. Мечтаем мы все, да только не все соглашаемся признаться в этом.Т. Янссон, из интервью польскому журналу «Пшекруй» («Детская литература», 1978 год, №7) О. Мяэотс, О Туве Янссон («Мурзилка», 1998 год, №11-12) © Национальная электронная детская библиотека

Муми-тролль появился в начале тридцатых годов прошлого века. Образ родился в спорах между Туве и ее братом Ларсом, когда она нарисовала «самое глупое животное, какое могла себе представить». В 1942 году вышла сказка «Маленькие тролли и большое наводнение», в 1946 — «Муми-тролль и комета», а затем до 1970 года выходят еще восемь сказок о муми-троллях, принесшие Туве Янссон всемирную известность и любовь маленьких и больших читателей.

Как, вы не знаете Муми-тролля? Ну, такой смешной, пузатенький, очень симпатичный.

Муми-тролль и шляпа волшебника / Т. Янссон; худож. Б. Диодоров.- Москва : Диафильм, 1977.- 1 дф. (44 кд.) © Национальная электронная детская библиотека

В 1952 году Туве Янссон заключила семилетний контракт с синдикатом British Associated Newspapers на сочинение комиксов о муми-троллях. 20 сентября 1954 года на страницах крупнейшей британской вечерней газеты Evening News с тиражом 12 миллионов экземпляров вышел первый комикс «Муми-тролль и разбойники», созданный Туве Янссон в рамках этого контракта. Поскольку комиксы изначально были рассчитаны на британскую аудиторию, нужно было строго соблюдать несколько условий: не критиковать правительство, не писать о смерти и о сексе. Эти требования весьма озадачили Янссон:

«Я ничегошеньки не знала о британском правительстве, а что касается секса — о чем здесь можно говорить, зная анатомию муми-троллей!».

Позже права на комиксы купили другие европейские газеты, а вот в американских газетах этих комиксов не было.

На самом деле эта работа, хотя и приносила стабильный доход, сильно изматывала — постоянные новые динамичные сюжеты, связанные с предыдущими, и огромное количество рисунков. Позже брат Ларс стал помогать Туве с сюжетами, а потом и с рисунками.

Интересно, что в середине 70-х годов муми-троллей у нас называли «муминами», но это слово не прижилось. Статья о Янссон в журнале «Детская литература» (!975 год, №12) просто изобилует этим неприятным словом.

Книги Туве Янссон о муминах не только фантазии, полные волшебства и очарования, их также можно назвать мудрыми, человечными и реалистичными. Писательница и иллюстратор Туве Янссон сочетает удивительное воображение с глубокой жизненной философией.К. Салонен, Туве Янссон («Детская литература», 1975 год, №12) «Детская литература», 1975 год, №12 © Национальная электронная детская библиотека

В 1966 году Туве Янссон была удостоена самой престижной международной награды в области детской литературы — Международной Золотой Медали имени Ханса Кристиана Андерсена.

Туве Янссон, Бу Карпелан и Ирмелин Сандман-Лилиус, пишущие по-шведски, в разные годы награждались «Медалью Нильса Хольгерссона» (литературная премия Швеции). Туве Янссон владелица еще одной шведской награды «Медали Эльзы Бесков». Вообще, в когорте авторов, адресующих свое творчество юным, Туве Янссон держит абсолютное первенство по числу наград, как отечественных, так и интернациональных. В финляндской детской литературе — она — единственная владелица самой почетной международной награды, присуждаемой за все творчество писателя в целом, золотой медали X. К — Андерсена. Ее имя четырежды (!) фигурирует в Почетном списке имени датского сказочника, в который внесены фамилии (наряду с одним произведением) еще семи детских авторов страны Суоми.»Детская литература», 1975 год, №12

Тот же критической журнал «Детская литература» (1994 год, №-5−6 — 1995 год, №1−2) подарил российским читателям комикс Туве Яннсон «Общественная жизнь в долине муми-троллей» в 184 картинках в переводе Ольги Мяэотс.

Мумми-тролли увлеклись общественной деятельностью. Мумми-папа организовал общество оппозиционно настроенных пап. Не в силах отказать никому из своих друзей, Мумми-мама вошла в правление благотворительного общества, в добровольную полицейскую дружину и невольно оказалась, вместе с Мумми-троллем, пассивным членом общества грабителей, укрывательницей награбленного. «Общественная жизнь в долине муми-троллей» («Детская литература» (1994 год, №-5-6 — 1995 год, №1-2) ) © Национальная электронная детская библиотека

А журнал «Мурзилка» в номерах с 7 по 12 за 1987 год публиковал (с сокращениями) сказочную повесть «Опасное лето» в переводе Л. Брауде и Е. Паклина.

«Опасное лето» («Мурзилка», 1987 год, №№7-12) © Национальная электронная детская библиотека

В 1998 году сдвоенный новогодний номер «Мурзилка» посвятил Финляндии в целом и Туве Янссон в частности. На страницах журнала и замечательная статья Ольги Мяэотс, и стихотворная сказка «Кто поможет крошке кнютту?» в переводе Ирины Токмаковой, и рассказ Мурзилки о путешествии в финский город муми-троллей Наантали. А главное — как сделать Страшилу из простого бумажного пакета.

«Кто поможет крошке кнютту?» («Мурзилка», 1998 год, пер. Ирины Токмаковой) © Национальная электронная детская библиотека Мастерская Снорка («Мурзилка», 1998 год, №11-12) © Национальная электронная детская библиотека Пугать и утешать, видеть безутешность и одновременно не терять надежды — вот, пожалуй, ключ к значительной части моего творчества.Т. Янссон, О себе («Детская литература», 1980 год, №11)

Читайте сказки и смотрите диафильмы по сказкам Туве Янссон в Национальной электронной детской библиотеке:

«Мурзилка», 1998 год, №11−12

«Мурзилка», 1987 год, №7

«Мурзилка», 1987 год, №8

«Мурзилка», 1987 год, №9

«Мурзилка», 1987 год, №10

«Мурзилка», 1987 год, №11

Диафильмы:

Муми-тролль в джунглях/ Янссон Т.; Худож. Диодоров Б. — Москва: Диафильм, 1978. — 1 дф. (44 кд.)

Муми-тролль и шляпа волшебника/ Т. Янссон; худож. Б. Диодоров. — Москва: Диафильм, 1977. — 1 дф. (44 кд.)

Муми-тролль и комета / Янссон Т.; Худож. Диодоров Б. — Москва: Диафильм, 1982. — 1 дф. (48 кд.)

Илья Гавришин, зам. директора по информатизации и фондам Российской государственной детской библиотеки

Читайте ранее в этом сюжете: Секрет четырех букв: ВДНХ отмечает 80 лет

Читайте развитие сюжета: Холодная радость: история мороженого в мире и в детской литературе

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *