Наказание

Наказание

(15 голосов: 4.9 из 5)

  • О наказаниях Божиих свт. Лука (Войно-Ясенецкий)
  • Наказания Господни, как ни тяжелы – все к нашему благу митр. Иоанн
  • Православный ответ на 6 аргументов сторонников лжеучения «Бог никого не наказывает» Антон Дулевич
  • Святые отцы Церкви о наказании Божием

Наказа́ние – 1) мера воздействия, используемая в отношении кого-либо за совершенный проступок (преступление) или несовершенное действие, которое надлежало совершить; 2) отмщение; 3) возмездие за совершенный грех, или его последствия, проявляющиеся в муках совести и во внутренних страданиях человеческой души, а также внешних скорбных обстоятельствах (в т.ч. страданиях тела). Наказание попускается Богом для исправления людей и духовного совершенствования.

По временным параметрам наказания разделяются на:
– наказания в нынешней жизни;
– наказания после смерти человеческого тела;
– наказания после Страшного Суда (воскресения мертвых).

Священное Писание о наказании Божием:
Евр.12:4-11; Откр.3:19; Откр.22:11-12; Иов.5:17.

Если Бог есть любовь, то как он может наказывать человека?

«Бог есть любовь» (1Ин.4:8). Эта истина никогда не ставилась Православною Церковью под сомнение. Любовь Божья проявляется как во внутренней жизни Отца и Сына и Святого Духа, так и в Промыслительной деятельности. В отношении же человека Бог — человеколюбив. Имея это ввиду, многие недоумевают, мол, почему, если Бог отличается человеколюбием, Он подвергает людей столь тяжким наказаниям, таким, например, как истребление почти всех жителей земли водами потопа или истребление жителей Содома и Гоморры огнём?

Многие задаются вопросом, не противоречат ли наказания Божьи Божественной любви? Священное Писание даёт ответ на этот вопрос: «Господь, кого любит, того наказывает» (Евр.12:6). Понимать это библейское свидетельство нужно следующим образом. Наказание Божье не есть действие мстительности или слепой ярости со стороны Бога. Наказания Господни имеют причину в Божественной благости, премудрости, любви, милосердии, справедливости. Как правило, они служат средством ограничения зла, а также средством вразумления и исправления грешников. Даже и те наказания, результатом которых бывает смерть беззаконников, могут пойти им на пользу, так как с физической смертью для них прекращается возможность коснеть во зле и, стало быть, усугублять свою посмертную участь.

Заметим, что во времена Ветхого Завета даже и наказание сына отцом могло служить показателем любви: «Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его» (Притч.13:25). В этой связи отцам не только не воспрещалось, но и предписывалось наказывать детей: «Кто любит своего сына, тот пусть чаще наказывает его, чтобы впоследствии утешаться им» (Сир.30:1).

***

«Очень часто употребляется такое понятие, как «наказание Божие». Оно означает не изменение неизменной любви Божией на гнев и применение кар к грешнику. Природа скорбей, по православному учению, совершенно иная. Первопричиной их всегда является сам человек, преступающий законы совести и Бога и тем ранящий свою душу и тело. Страсти в самих себе несут страдание («страсти» – слав. слово, означающее страдание). Бог и предупреждает человека об этом Своими заповедями. И не только предупреждает, но и оказывает каждому согрешающему (а согрешают все)максимальную помощь, не нарушая его свободы.
Эта помощь заключается в том, что Бог, пока человек не умер духовно, так устраивает все его жизненные пути, что его совесть постоянно оказывается перед выбором между добром и злом, поскольку лишь духовное САМОопределение человека решает проблему его греха. Бог не может спасти (исцелить от греха) человека без его воли, ибо спасение есть СВОБОДНО-личностное принятие Бога-Спасителя. Поэтому все действия Божий в принципе исключают какое-либо насилие над человеческой свободой. Человек сам, своими намерениями, мыслями, словами, делами определяет собственную судьбу не только в вечности, но и здесь в самом ее существе. Господь же Своей любовью постоянно делает все возможное человеку к его пользе, его спасению.
Здесь просматривается полная аналогия с врачебной деятельностью. Как врач не награждает тяжело больного, посылая его в санаторий, и не наказывает, выпрыгнувшего с третьего этажа, делая ему операцию, а поступает по любви к обоим, так и Господь не награждает за добродетели и не наказывает за грехи, но всех с равной любовью ставит в наилучшее, т.е. наиболее соответствующее свободного выбора Бога и достижения спасения.
«Наказание Божие», т.о. это один из антропоморфизмов, употребляемых в целях психологической помощи тем, кого свт. Иоанн Златоуст относит к категории «более грубых». Наказание же человек получает, но с другой стороны – от своих собственных страстей, восстающих против всех законов жизни: Божественных, тварных и человеческих. Однако и здесь Господь не оставляет Свой падший образ. Страждущему грехами, страстями и пороками человеку Он всегда с той же совершенной любовью ниспосылает до последней его возможности (ср.: «друг, для чего ты пришел»? – Мф.26;50) Свои промыслительные действия для его свободного обращения (покаяния) и спасения.
Отсюда становится понятной и вся нелепость вопроса: «За что Бог меня наказал?» Апостол Иаков прямо пишет: «В искушении никто не говори: «Бог меня искушает»; потому что Бог не искушает злом и Сам не искушает никого. Но каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственной похотью»(Иак.1; 13-14). А преп. Марк Подвижник говорит: «Вина всякого скорбного случая, встречающегося с нами, суть помыслы каждого из нас» (Доброт.ТЛ, с.375). «Все злое и скорбное… приключается нам за возношение наше»(с.379)».

проф. А.И. Осипов Из курса «Основное богословие», МДАиС.

***

Божие наказание

священник Алексий Потокин

– Фактически это вопрос о том, как Бог относится к нам. Бога мы находим душой. Она чувствует в Нем свое, родственное. Начальные слова Священного Писания подтверждают это: Господь сотворил человека по образу и подобию Своему. Подобное радуется подобному. Благодаря нашей соприродности Творцу, мы ищем Его и не можем быть счастливы без Него.

В природе человека заложена некая неполнота. С одной стороны, мы созданы для блаженства – совершенно такого же, каким живет Господь.

– А с другой?

– Человек должен искать Его, выбрать. На свете много кумиров, соблазнов. Найти самое-самое – нелегко.

Признаком здоровья человека является алкание и жажда.

– Алкание – голод. Хочешь есть и пить – значит, здоров.

– Когда душа желает полной взаимности, совершенства – это вечное алкание и жажда. Если они благочестны, то душа насыщается. Даже больше, чем мы ждем.

– Слово «благочестие» встречается в книгах афонского старца Паисия. Но точный смысл его мне не ясен.

– Это понятие высокое. Но я его немножечко приземлю. Есть лукавые, хитрые пути. Есть нетвердые, неверные, с изменой. Можно добиваться чего-то, употребляя некое насилие.

А Евангелие указывает нам путь просьбы. Ни в коем случае – не требования. И он должен сопровождаться уважением свободы другого, желанием благодарить, забывать себя. Если эти условия хоть в малейшем не соблюдаются, то полноты и совершенства не будет.

– Таков благочестный путь?

– Да. Наша жизнь – это поиск забытых, утраченных возможностей находиться в Раю. Немыслимо быть в Царстве Небесном, если душа живет только земным, правда?

– Безусловно.

– Даже в хороших условиях человек испытывает некое томление. И когда совершает ошибки, переживает их как боль, утрату. Если душа жива, путь благочестен, то совесть подсказывает: никто меня не мучает специально, я сам виноват в том, что утратил благо.

– Все так. Но и внешние причины тут тоже бывают. От близких запросто услышишь: «Отстань!»

– Конечно, люди могут болеть и внешне толкаться. И ребенок бьет мать ножками, но при этом душа его просит: «Возьми меня, будь со мной!» И любой человек по существу всегда говорит: «Господи, хочу быть с Тобой! Хочу быть с другими!» Но часто его внутреннее желание не согласуется с его внешним поведением. Об этой утрате мы и говорим – об утрате целомудрия.

– Внутренней цельности?

– При которой душа, тело и ум хотят одного и того же, а не разрываются в разные стороны.

Кстати, в болезненных состояниях мы и сами отталкиваем Бога: «Уйди! Хочу жить без Тебя!» И Он нас предоставляем самим себе.

– Но не оставляет?

– Не оставляет Своей надеждой, упованием. Не вмешивается в нашу жизнь, не решает за нас ничего. Но готов поддержать нас, когда это будет возможно. И ждет единения.

– Так что же получается? Мы сами себя наказываем?

– Нет, мучаем. Любой грех сразу становится болезнью. Разрешил телу попраздновать, а обратно оно уже не хочет. Душа просит: «Дай слово сказать!» А оно: «Нет!»

Превратиться в тело, в организм для человека по-настоящему мучительно. А кто виноват? Бог? Нет, сам захотел.

Причина многих неустройств кроется в нас. Но не только. Мы связаны друг с другом. И если близкая мне душа отвергла Бога, то я чувствую ее терзания. Господь меня наказывает? Нет. Это я сам выбираю путь сотрудничества.

– Да, общего жизненного труда и сострадания.

– Нам, эгоистам, конечно, больно класть душу за близкого человека. А Христу радостно было душу Свою положить за всех нас. Странно прозвучал бы вопрос: кто наказал Его? Ведь Он говорил: «Как бы Я хотел, чтобы этот огонь уже возгорелся».

Ему было и больно, и трудно, и тяжко. Но когда апостол Петр стал просить, чтобы Он не шел крестным путем, Господь сказал: «Отойди от Меня, сатана!» Это значит: «Ты отнимаешь у Меня то, чем Я живу. Это Мои дети. Как Мне за них не отдать Себя?»

Одна из лукавых черт человека – самому себя мучить, а вину сваливать на другого. Это же клевета, что Господь нас обижает, наказывает. Бесчинников, деток, которые все время на Небо плюют, враждуют, бьются, требуют своего, Он только жалеет, только милует. Чудом, постоянной жертвой, умалением Себя дает возможность продолжаться жизни на земле.

– Мы живем за Его счет?

– Именно так. Если бы Бог дал каждому из нас выполнить все наши желания, жизнь прекратилась бы. Даже если не брать таких вещей, когда кто-то кому-то не нравится.

– Значит, Бог не воздает нам по нашим делам – и в этом смысле относится к людям несправедливо?

– Да, Он относится к нам милостиво. Человеческая несправедливость – убивает. А Его – животворит. За зло Он воздает благом.

Перед каждым из нас встает вопрос о путях Божией милости. Даже не в духовной, а в нашей земной жизни. Но тут важно, хочет ли сам человек знать, что он умрет, что будет с ним происходить дальше.

Мне кажется, в наше время большинство людей предпочитает жить как бы в забвении, не сообразуясь с реальностью. Не думая о многих вещах, прячась от них.

Но некоторые все-таки хотят знать правду.

– И потому приходят в Церковь.

– Это дает им совершенно иные силы для жизни. Отсекаются лишние, ненужные вещи. Все незначительное теряет смысл. А подлинное, настоящее (даже малое!) становится необыкновенно значимым.

Конечно, на этом пути теряются друзья, которые только казались друзьями. Иногда остаешься совсем один. Но это не конец, а только начало. И можно сказать: «Господи, вот теперь я могу найти хотя бы одного настоящего друга!» Это касается любой дружбы – с Богом, людьми…

– И даже с нашими пристрастиями – столом, кошельком?

– Да-да, где обман заканчивается, происходит разочарование. Обычно это слово звучит для нас как-то грозно. Но на самом деле оно благодатно. Пропадает фальшь. Через ее утрату человек открывает живую Истину.

– Неужели это и есть Божие наказание?!

– Да, в самом настоящем смысле. Господь открывает нам нашу жизнь. Слово «наказание» происходит от глагола «казать», «показывать». Но опять же: если ты ищешь, тебе откроется. А если знать не хочешь, никто тебе ничего открывать не будет.

И когда приходит наказание (откровение о мире), можно спросить себя: разве ты этого не хотел? Разве друг – тот, кто тебе льстит и принимает твою лесть? Не лучше ли честное отношение?

Современная культура дает ничтожное количество примеров подлинной жизни. Вместо нее нам предлагают нечто похожее на жизнь.

– Вкусовые добавки, «идентичные натуральным».

– Количество подмен, обманов, лукавства, лицемерия, лжи в этом смысле – колоссальное. Все кризисы – от этого. В переводе с греческого языка «кризис» – суд. Судится наше восприятие мира. Об этом Господь говорил: «Смотрите, как вы слушаете. У кого око чисто, у того чисты и сердце, и жизнь».

– В каком смысле чисты?

– Не в том, что я не различаю хорошего и плохого. А в том, что вижу все как есть.

Какие-то вещи проще заметить в окружающих, чем в себе. Но те ошибки, которые мы видим вокруг, начинаются внутри нас. И нужно настоящее мужество, чтобы понять это. Нет ничего больнее, чем узнавать правду о себе. Поэтому слово «наказание» для нас непременно связано с болью.

Чтобы добиться в жизни чего-то достойного, всегда требуются мучения. Хотите ли вы учиться, иметь друга, семью, Родину, веру. Еще в Ветхом Завете сказано: «Где много мудрости, там много печали. Кто умножает премудрость, умножает скорбь».

Вот и нам нужно увидеть: мир наш – гибнущий. Это ад, в котором распяли Бога. Как мы еще живем? Непонятно. Потому-то наши времена называются последними.

– Впервые эти слова прозвучали из уст апостолов, переживших распятие Христа.

– У людей уже просто нет никакой иной возможности жить, как только Воскресением Господа, Его силой и милостью. Наивно ожидать, что на земле будет хорошо. Здесь происходит свободный суд души. Мы решаем, что для каждого из нас лучше: иметь хоть малую причастность к Богу (и тогда все неустройство мира – ничто!) или проклясть эту жизнь, от которой нечего ждать, и успеть схватить, потребить побольше.

– Потому и общество – потребления…

– Мы рождаемся несовершенными. И если начинаем сравнивать себя с другими, которые чего-то в жизни добились, нам наше состояние тоже представляется наказанием.

– Зависть – наказание?

– Да. А ведь никакие возможности не закрыты от человека. Другой вопрос – как их открыть.

В Евангелии рассказывается о слепом. Господа спросили, кто виноват в его слепоте – он сам или родители. Христос сказал: «Никто. Это для того, чтобы открылась слава Божия».

Бог из небытия создает человека, Свое дыхание в него вкладывает. Растит, учит дорожить миром, беречь его. И глаза дает не за то, что человек хорошо или плохо поступает.

Часто причины нашего нынешнего состояния мы ищем в прошлом. Это верно только отчасти. Потому что прошлую жизнь и даже ее смысл можно изменить.

– Как?

– Так же, как это делали люди прежде. Они ведь тоже ошибались, падали. И мы вслед за ними можем сказать: «Господи, прости! И нас, и наших близких, которые нам нужны и для нас важны!» И само существо жизни будет меняться.

Жить и считать, будто мне плохо, потому что я расплачиваюсь за грехи предков, – это эгоизм. А потерпеть, принести себя хоть в малую жертву ради другого, порадоваться ему – уже по-христиански.

Нам кажется, что наказание – это всегда плохо.

– Но, оказывается, это всегда хорошо.

– И святые люди благодарили: «Господи, Ты мне даешь потрудиться вместе с Тобой! Какое блаженство!»

Мы привыкли считать удачей, когда удается улизнуть от труда. Но это глупо. Лучше самому ходить на ногах, чем смотреть по телевизору, как кто-то бегает.

Потерпеть, чтобы жизнь дальше раскрылась – это дело именно Божие. У Бога цели и причины – в будущем. А у нас чаще всего – наоборот. Поэтому для нас наказание – удар, окрик, мучение. А для человека любящего – открытие возможностей.

– Значит, болезни, моры, войны – совсем не наказание Божие?

– Нет, это последствия нашей жизни. Мы отходим от Бога – и начинаем уничтожать сами себя, утверждаться за счет других. Надо удивляться тому, что войн и моров мало.

Земля – ад. Превратить ее в рай не получится. Но смягчить боль, страдания друг друга можно. И не надо ждать от своих близких великих подвигов. Если человек хоть чуть-чуть сдержался, тебя обидел, да не так сильно, как мог бы, – это уже труд. Мы его обычно не замечаем – и очень зря. А ведь сами-то чувствуем, когда нас не понимают именно в этом.

Может ли Бог наказывать?

Может ли Бог наказывать? Может ли Бог мстить? Может ли Он помнить зло? Многие уверены, что может. Ведь в Библии есть много мест, где мы видим следы «гнева» Божьего: сожженные города, где торжествовал модный ныне в Европе грех, – Содом и Гоморра; поглощение разверстой землей самозваных конкурентов Моисея – Корея, Дафана и Авирона. Примеров несть числа – вплоть до бичевания Христом торговцев в храме.

Протоиерей Константин Камышанов

С другой стороны, одна из ипостасей Бога – Дух, который есть Любовь. О ней сказал апостол Павел: Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.

И другой апостол написал: «Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы. Если мы говорим, что имеем общение с Ним, а ходим во тьме, то мы лжем и не поступаем по истине».

Как же можно это совместить? Единственным способом. Воспоминанием дней творения мира и пониманием свободы, данной человеку при сотворении мира.

Бог создал Адама подобным себе. Главный отпечаток Божьего перстня в воске нашей души – благость и свобода. Богу не нужны оловянные солдатики, которые бы Он – как игрок – передвигал по шахматной доске. Ему нужны живые и свободные личности.

Свобода имеет выбор – любить Бога или не любить, а иначе она не была бы свободой. Человек волен идти в селения райские или, наоборот, добровольно удалиться во тьму внешнюю.

Греша, человек приходит в область, населенную дьяволами. В некий Мордор, где все гремит, взрывается, приносит смрад и боль. И Бог не может, не повредив глубинной конструкции человека, насильно выдернуть его из ужаса, в который он сам себя затащил. Нельзя спасти того, кто прячет руки за спину. Кто хочет упасть, все равно упадет, как его не держи. И если удерживать, то еще будет злиться.

Таким образом, во вселенной существуют некоторые комнаты ужаса, куда человек приходит сам. Это не гнев Божий, а наша глупость казнит нас вдали от Бога. Это наша злость, а не жестокость Бога, бросает нас в объятия беспощадных разрушителей – духов злобы. И мы по своей слепоте и жестокости свои свойства зла приписываем Богу.

Человек сам несет ответственность за свой выбор, за то, что будет написано на страницах Страшного Суда в томе, посвященном его жизни. Страницы своей хартии мы пишем сами, сию секунду, под вежливым взором переживающего за нас Христа. Гнев – это вещь, совершенно не приложимая к Богу.

Когда не было Христа и апостола Павла, не было и слов о Любви, то люди справедливо решили, что Бог – это некто вроде Небесного Царя и Судьи. Этому Судье зачем-то потребовалось создать мир. В нем Он утвердил правила. Благо – следование Его Закону. Грех – преступление перед Законом, беззаконие. Преступление предполагает наказание. Все как у людей: Царь, суд, тюрьма или санаторий.

Но у Бога все не как у людей. Он благ. Он пребывает в абсолютном покое. То, что мы подразумеваем под Его «гневом», – наша извращенная проекция Его заботы. «Гнев Божий» – это Промысл, криво отраженный в нашей душе.

Безобразничает человек – Господь лишает его силы к греху. Безумствует и приносит горе – связывает, как больного в клинике. Не потому что строг и зол, а потому что желает спасения безумцу.

Читаем в Евангелии о больном:

И вот принесли к Нему расслабленного, положенного на постели. И Иисус, видя веру их, сказал расслабленному: дерзай, чадо! прощаются тебе грехи твои.

Отметим три важных момента, которые не уловили фарисеи.

Во-первых, его принесли к Богу. Бывает, Бог Сам пытается привлечь к себе загулявшего сына. А тут Его работу сделали люди. Значит, любовь где-то теплилась рядом с больным, и он мог ей научиться. Это частично приклонило внимание Христа к этой компании среди моря народа.

Второе – «видя веру их». Мы тоже водим своих немощных родственников по больницам, имея на руках полис или деньги. А эти пришли и без страховки, и без денег. На что они надеялись? На чудо! Ничего себе. Так вот быть уверенным, что если подергать Бога за край ризы, то вот тебе Он и даст. Для того чтобы потребовать чуда, нужно иметь абсолютную уверенность в Его любви. Нужно знать Бога. А в этом и есть вера. Ведь не делами закона они пришли покупать здоровье товарищу.

Этим поступком друзья больного исповедали новое, сказать точнее, забытое качество Бога – благость и любовь. И свидетельство было публичным, что в данном случае тоже было важно.

И, в-третьих, Христос, зафиксировав первые два момента, учит больного: «Делай точно так же, как твои друзья: люби ближнего и знай, что Бог благ. Бог называет тебя чадом, уясни, что Он не царь, не судья, а Отец тебе!»

«Дерзай» – так говорят ребенку, делающему первые шаги.

«Прощаются тебе грехи» – в этом диалоге означает, что если заблудший сын меняет вектор движения от погибели к Богу, то он больше не грешен.

Не случайно в Слове Иоанна Златоуста, читаемом на Пасху, написано:

«… любочестив бо Сый Владыка, приемлет последняго, якоже и перваго: упокоевает в единонадесятый час пришедшаго, якоже делавшаго от перваго часа. И последняго милует, и первому угождает, и оному дает, и сему дарствует, и дела приемлет, и намерение целует, и деяние почитает, и предложение хвалит».

Потрясающие откровение святого: и дела приемлет, и намерение целует, и деяние почитает, и предложение хвалит.

То есть Богу не так важны дела, как цель, к которой стремится душа.

Именно разное понимание греха и породило конфликт фарисеев и Христа. Фарисеи были возмущены УДО – условно-досрочным освобождением больного. Ведь им казалось, Бог такой же, как они – судья, прокурор, охранник в одном лице. Мы часто приписываем Богу свои немощи.

Вот на преступника наложено наказание, внесен приговор, назначен срок. От народа Израиля такому преступнику позор и изоляция. Для фарисеев грех – статья Закона. Для Христа грех – вектор, движение от Бога. То есть грех – все, что сделано без Бога. А благо – все, что сделано во имя Бога. Очень просто, если положить в основу любовь. Для фарисеев основа закона – страх. Для Христа – любовь. В глазах фарисеев пришел некто, ломающий Закон и вводящий новые правила.

Покушение на Закон в их глазах было покушением на основы мироздания, на основы договоренностей Бога и человека. Бог ранее ничего им не говорил о любви по их жестокосердию. Но когда в Израиле накопилась критическая масса людей с чистым и милостивым сердцем, новый этап откровения стал возможен.

И самая главная тема конфликта – присвоение Христом Себе полномочий Бога: оставлять грехи. Для иудеев Бог был подобен какому-то грозному, великому, непостижимому существу. Его слава лишь отчасти была видима ими в светлом грозном облаке, блистающем молниями и водившем Израиль по пустыне.

Вот тут-то и проходит очень важная грань познания Бога в истории человечества. Поступок Христа был молнией личного откровения. Бог Сам приподнял завесу Своей таинственности. Сам, желая мира, постарался устранить отчуждение. Сам напомнил о Своей феноменальной близости. Он дал новую трактовку греха как нежелания человека любить Бога. Он показал, что не хочет общаться со своим творением посредством договора. Мы ведь не бизнес-партнеры, а родня.

Этим исцелением Христос напомнил забытые слова о том, что сказал Бог в день творения Адама:

Сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему.

Ясно, что не по внешнему подобию, а по внутреннему. А внутренняя печать и есть часть Бога, живущая в нас. Печать Бога в душе – это не мертвый штамп на бумаге. Душа – не бумага, а образ – не мертвый оттиск. Это отражение в живом зеркале живого Образа. Он не только внешний! Он и внутри человека. Он всеобъемлющий. Живая печать Бога вообще видна на всем, что есть в мире. Бог рядом.

Христос, по сути, не сказал ничего нового. Просто фарисеи забыли о главном, о божественных дарах, об отцовском перстне на руке: о свободе, родстве и любви. И это оказалось страшным в своих последствиях. Не потому был разрушен Иерусалим, что иудеи распяли Христа и кричали:

– Кровь Его на нас и на наших детях.

Христос жалел город и плакал, глядя на Иерусалим, готовящийся рухнуть в бездну. Христос не мстил. Это люди распявшие Христа, отведя руки Бога, сами прошли ворота Мордора и отдали себя во власть разрушения.

Что можно было сделать, если и слезы, и радость Христа не смогли их остановить: «Целый день Я простирал руки Мои к народу непослушному и упорному».

Никто не желал смерти Иерусалиму, кроме него самого. Народ перестал соображать, что Закон и жизнь в Боге есть разные вещи. Грехом Иерусалима стало то, что вектор его движения стал направлен не в сторону Бога, а в сторону механического Закона, прочь от Замысла Бога, реализованного во дни творения.

Этот диалог с фарисеями был попыткой напоминания о существе отношений между Богом и человеком. Христос не гневался и укорял фарисеев довольно мягко. Вообще, они были единственными оппонентами, с кем он считал нужным говорить. Он призывал их посмотреть не на букву закона, а на свое сердце, которое должно были ликовать, находясь рядом с Господом. А оно не дрогнуло и осталось недвижимым. Христос тщетно пытался разбудить их сердца. Он остался верен Своему доброму, неожиданному для них отцовскому чувству:

– Для чего вы мыслите худое в сердцах ваших?

Он считал нужным говорить с ними. Он считает нужным говорить и с нами добрыми словами, ожидая, когда мы повернемся к Нему лицом.

Как хорошо об этом обращении сказано в восьмой молитве Иоанна Златоустого вечернего правила:

«Ей, Господи мой и Творче, не хотяй смерти грешнаго, но якоже обратитися и живу быти ему, даждь и мне обращение окаянному и недостойному; изми мя от уст пагубнаго змия, зияющаго пожрети мя и свести во ад жива».

Драматургия тех дней и сегодня актуальна для каждого человека, живущего в мире. Мы можем сами выбирать, кто нам Бог: Судья или Друг, Отец или некто внешний. Сами устанавливаем с Ним отношения: договор или любовь. Сами решаем, что нам думать о Боге – зол Он или благ. Человек может даже решить, что Бог ему не нужен. Решение быть с Богом или без Него – главное решение в жизни. А следующее решение – кем мы хотим видеть Бога.

Ему хочется, чтобы мы были Ему чада. Ему хочется быть родным Отцом.

Главное – не ошибиться, как уже однажды ошиблись люди, спорящие со Христом. Им хотелось, чтобы он был Царем и Судьей, жить с ним по Закону, выключив сердце, вытолкнув Бога на небо. Им хотелось что-то отдать Богу, а что-то оставить себе. Зажать.

Бог оставил человеку некоторое пространство свободы внутри его личности. А человек, пользуясь свободой, решил его существенно расширить. Что, собственно, и было предметом первородного греха. Человеку захотелось иметь свое собственное пространство, в которое бы Бог не входил по договоренности, по Закону. Вот мир Бога и Церкви, а вот мой личный мир, в котором хозяин только Я. И законы в нем только мои.

Знакомая всем нам история.

Такая поврежденная душа похожа на разбитое зеркало, которое отражает осколки. Поэтому оно видит часть мира с Богом, а часть – без Него. Только в кривом и разбитом зеркале в Боге виден дух гнева.

А Он – Любовь. Это ж Господи зрячему видно, а для нас повтори:

Бог есть свет и в нём нет никакой тьмы.

В память о том, как друзья принесли больного ко Христу, и я прошу молитв о р.б. Сергии, которому кроме всего прочего, нужно чудо.

За что Бог меня наказывает?

Как только с нами случается очередное несчастье, первой нашей мыслью обычно бывает: за что Бог меня наказывает? Большинство из нас пребывают в убеждении, что все наши беды приходят к нам извне, из какого-то чуждого и враждебного мира, главная задача которого и состоит в том, чтобы отравлять нашу жизнь. Те же, кто верит в Бога, как правило, считают всякое несчастье наказанием свыше. Они совершенно убеждены, что Бог недремлющим оком следит за нами и немедленно посылает кару на всякую провинившуюся голову.
Эти два заблуждения настолько распространены в мире, что подавляющая часть людей свято верит в их истинность. Мысль о необходимости страданий принимается как само собой разумеющееся положение, что служит причиной и фундаментом следующих бед, которые не замедлят прийти туда, где готова для них возделанная почва. Чтобы справиться с любой проблемой, надо сначала разобраться в ее истоках, что я и попробую сделать. Хочу еще раз предупредить о том, что не все здесь написанное может понравиться читателю, но прошу также принять на веру, что мною движет только желание помочь всем тем, кто страдает и не понимает причин своих страданий.
Катарсис — термин, введенный античными философами и означающий очищение и исцеление души разными способами. Платон считал, что исцеление души возможно только через страдание. С тех пор мир полон его адептами, так как этот вариант больше всего понравился людям с больной душой, которых всегда было большинство. Увы, страдание не только не принесло кому-то исцеления, но чем дальше, тем больше несет угрозу всем, кто, по несчастью, разделяет пагубное заблуждение относительно его целительных свойств.
На сегодняшний день наблюдается хаос мнений насчет природы страданий, и, как всегда, большинство придерживается крайностей, которые никогда не бывают истиной. Преднамеренный обман или заблуждения приносят новые страдания и без того сметенным душам, которые от испуга часто кидаются в самые страшные, изуверские секты и культы, чтобы только найти какие-то твердые и ясные представления о жизни и человеке. Сегодня, когда в нашей стране стало многое разрешено, целые группы молодежи принялись искать для себя секты со строгими и непререкаемыми принципами, чтобы, живя под их властью, мнить себя защищенными от свободы и своих чувств, которых они боятся, сами того не понимая.
Все наши беды и вызываемые ими страдания происходят от конфликтов с людьми, миром и самими собой, как ни странно это покажется. Причем конфликты с самими собой — самые страшные и разрушительные, по сравнению с ними другие конфликты можно почти не принимать во внимание. Самые строгие наши судьи — это мы сами, и, сумев договориться с самими собой, мы можем считать себя мастерами дипломатии.
Как только вы отметите, что все начало валиться из рук, как только участились конфликты в семье и на службе, как только вы констатируете, что не можете справиться с привычным делом и все идет вкривь и вкось, — это не Бог вас наказывает. Вы сами виновники своих несчастий. Вы накопили слишком большой груз грехов, и они заслонили от вас истинную картину мира. Вы снова идете напролом, в темноте и панике, которые вы не осознаете и не видите.
Бог не стоит на вечном посту, наблюдая за нашим поведением. В этом нет никакой надобности. Он создал мир и нас по Своим законам, и всякое нарушение этих законов неизбежно приводит к травме души или тела. И когда мы пытаемся жить, не подчиняясь им, тогда вся наша жизнь становится одной вечной и непреходящей трагедией.
Инфантилизм, то есть детское и несерьезное представление о себе, мире и Боге, — твердая основа всех бед, которые встречаются в нашей жизни, и именно из него вырастает разлад нашей души, за который нам приходится так дорого платить. Ну а бунт против реальности, что так часто встречается в жизни, приводит к скорой и нелегкой смерти. Тем не менее большинство людей живут по этим порочным правилам, ни о чем не догадываясь, без конца набивая себе шишки и обвиняя в этом всех и вся, кроме себя самих.
Наша слепота поразительна, и то, как мы поступаем в жизни, ясно говорит, что главная наша проблема кроется в наших больных душах. Если принятые нами решения приносят негативный результат, мы бываем уверены, что это просто ошибка или случайность, на которые не стоит обращать внимания, мол, кто не ошибается! В следующий раз будем серьезнее и внимательнее, думаем мы, но, принимая очередное решение, опять оказываемся перед той же проблемой неверного выбора. Конечно, ошибки — постоянные спутники нашей жизни, но то, что некоторые группы людей регулярно ошибаются именно в тех вопросах, которые определяют само качество их жизни, заставляет предположить закономерность явления.
Те же самые люди, которые совершают гениальные открытия в физике, химии, биологии, создают великие произведения искусства и принимают изящнейшие технические решения, — эти люди часто прозябают на грани выживания, не имея ни прав, ни свобод, ни денег. Россия — самый яркий пример общества, которое, несмотря на все таланты ее народа, редко бывало чем-то, кроме пугала, для окружающих ее стран-соседей. То, с каким упорством и постоянством народ нашей страны выбирает для себя худшее из возможных решений, доказывает и буквально заставляет думать, что эти решения не являются ошибочными, они — добровольный, но бессознательный выбор.
Когда вам нужно попасть в соседнюю комнату, которая отделена от вас стеной, следует повернуть налево или направо, пройти по коридору, снова повернуть, и вы окажетесь там, куда намеревались прийти. Но есть и другое решение проблемы. Можно сказать: “Прямой путь короче всего, кто заставит меня ходить кругами? Я пойду прямо!” Реализуя это решение, вы неизбежно разобьетесь о стену или пробьете ее, понеся те или иные потери, но не нужно говорить при этом, что кто-то вас наказывает.
Шишки, которые вы набьете, прокладывая себе нелегкий путь, будут вашим личным, честно заработанным гонораром за борьбу с реальностью. Выглядит это абсурдом, но большинство из нас именно такое поведение считает логичным и правильным. Мы часто разбиваемся насмерть, прокладывая себе пути через непреодолимые препятствия, в то время как выход в двух шагах от нас, но мы из глупой гордости не желаем им воспользоваться.
Есть еще одна категория “страдальцев”, которые ведут себя подобно мухам, бьющимся о стекло. Их особенно много среди уголовных преступников, и рассуждают они точно так же, как эти мухи. Обычно разговор с такими людьми строится по следующей схеме: “Ну что ты можешь знать о жизни?! Это такая дрянь! Вот лечу я как-то с самыми лучшими намерениями. Ничего плохого не мыслю. Никому не хочу зла. И вдруг она, зараза, как даст мне по голове! Ни за что, ни про что. Отлежался я, значит, всех простил, все забыл, лечу опять. Главное — вначале все хорошо, и вдруг опять как даст мне по голове! Ну а ты, что ты можешь знать о жизни? Разве ты жизнь видел?!”
Как муха не в состоянии понять, какое препятствие ее остановило, так и многие из нас ничего не знают о реалиях мира, с младенчества живя фантазиями, не имеющими ничего общего с действительностью. Большинство уголовных преступников, которые проводят в тюрьмах до двух третей своей жизни (что дает им иногда основание мнить себя знатоками жизни и человека, так как они думают, что мера страданий и есть мера опыта и знаний), на самом деле очень далеки от понимания того, что происходит с ними в мире.
Беды и горести, которые неизбежны у людей, как-то связанных с уголовным миром, нередко вызывают мысль о Божьей каре. Но даже в таких будто бы очевидных случаях она неверна. У Бога нет нужды нас наказывать, мы сами свои злейшие враги, когда не желаем принять реалии и законы, по которым устроен мир, и мы сами приводим в действие эти законы. Бог занят другим, диаметрально противоположным, делом. Он пришел для того, чтобы объяснить нам наши ошибки и избавить нас от того зла, которым мы сами себя окружили. Тем не менее не только отдельные лица, но и целые страны и народы до сего дня не желают принять Его простые истины. И чем дальше они от их понимания, тем страшнее их исторические судьбы.
Мы с вами живем в России и своей кожей можем чувствовать все последствия лжи и заблуждений, которые нагромождены вокруг человеческой души, мира и Евангелия. Бог дал нам волю жить по удостоверению своего ума, и эта воля часто заводит нас слишком далеко, в долины смертной тени. Наши беды посланы не Богом, на это нет и не может быть Божьей воли, как не может быть и наказания без Суда.
Даже человеческие законы, которые несравненно более жестоки, и те запрещают наказание до суда. Наши беды — последствия наших ошибок и нежелания в простоте принять заповеди, которые сегодня известны всем, пусть и не наизусть. Это также невероятное, пугающее упорство, с каким мы отрицаем ясные и неоспоримые реалии мира. И еще того хуже, следуя желаниям своих больных душ, мы придумали огромное число своих, человеческих, заповедей и табу, которые в основном и делают нашу жизнь такой тяжелой.
Мы тщимся придумать правила, которые сделают нас хозяевами жизни и своей судьбы, но эта надежда не только никогда не сбывается, но и, наоборот, делается нашим проклятием. Наши больные души толкают нас на борьбу с Непобедимым, и чем упорнее мы боремся, тем хуже нам приходится. И совершенно не важно, сознательно или бессознательно мы это делаем, результат всегда один. Нужно наконец научиться видеть причины бед, для чего надо только честно и внимательно присмотреться к себе и миру, не боясь того, что может открыться. Потому что самые мрачные и страшные бездны мы увидим в своей собственной душе.
И есть еще одно заблуждение, которое послужило причиной трагедий для бесчисленных поколений и народов. Это убеждение в том, что мы сами можем себя исцелить и улучшить. От начала истории люди тратили жизни на то, чтобы создать сверхчеловека, и когда терпели в этом поражение, то прибегали к голословным утверждениям, что он наконец создан, указывая на отдельное лицо или группу лиц, которые объявлялись выше и благороднее других. Буддисты, коммунисты, фашисты и еще огромное число “энтузиастов” потеряли в этих попытках много жизней, своих и чужих, но никто из них даже не приблизился к успеху.
Наши души созданы не нами, исправить и усовершенствовать их может только Тот, Кто их и создал. Попытки всякого рода самоисцелений были, есть и будут, но они или ни к чему не ведут, или, если приложены все силы, кончаются, как нам кажется, саморазрушением души. В психологии это называется рационализацией, и при упорном применении этого метода дело кончается шизофренией. Но даже при таком плачевном исходе душа на самом деле, конечно, не разрушается, просто душевнобольной лишается возможности сознательно влиять на те процессы, которые постоянно идут в наших душах (это называется расщеплением сознания).
Бог поставил предел нашим исканиям именно для того, чтобы мы не наносили себе чрезмерных душевных травм. Он не дал нам возможности экспериментировать с нашими душами, чтобы мы, далеко зайдя в своих глупых фантазиях, не превратились в бессмертных чудовищ. При этом Он всегда готов прийти нам на помощь, вот только мы сами иногда всеми силами противимся Его помощи и поддержке.
Сегодня принято не признавать разрушительного действия греха на человека, и только серьезные психологи знают истинную цену, которой мы расплачиваемся за свою греховность. Неосознанное желание наказать себя за свои явные и тайные грехи толкает нас на саморазрушительные действия и самоосуждение, что приводит впоследствии и к психосоматическим заболеваниям, от которых не спасают никакие лекарства.
Нежелание принять реалии мира толкает нас на деструктивное, то есть разрушительное, поведение. В основе этого лежит наше искаженное грехом сознание, очистить и исцелить которое может только Тот, Кто вложил его в наши тела. То, что предлагает нам христианство, — уникально, и ничего подобного нет во всех бесчисленных религиях всех времен. Возможность получить прощение грехов сегодня, немедленно и даром открывает такие перспективы, что переоценить их практически невозможно. Наша беда в том, что мы до сего дня еще не вполне оценили предложенный нам Христом дар. Мы настолько привыкли полагаться на свои силы, что возвели это в ранг идеала, морального закона, и никакие доказательства, которые приводит нам жизнь, не в силах поколебать это всеобщее заблуждение.
Настало время понять, что все те благие дела, которые мы делаем для улучшения себя и мира, только ухудшают наше положение и в случае, когда к этой цели обращаются большие группы или целые народы, приводят к трагедии, которая тем катастрофичней, чем больше адептов этой идеи было задействовано в попытке ее осуществления. Все великие войны и революции ничего не принесли миру и людям, кроме беды и разрухи, и эти беда и разруха были не внешними врагами, как думает большинство, — они крылись в наших умах и больных душах, по точному утверждению профессора Преображенского, героя романа М. Булгакова “Собачье сердце”, который сказал: “Разруха не в клозетах, а в головах”.
Александр Лауга
_______________
http://www.reshma.nov.ru/psycology/hristianska/for_what.htm

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *