О боге для детей

Дети верующих родителей часто задают своим мамам и папам вопросы о вере. Но далеко не всегда родители правильно на такие вопросы реагируют — причем речь не только о содержании их ответов, но и вообще об отношении к подобным вопросам.
Какие ошибки наиболее типичны и как их избежать, рассказывает протоиерей Андрей Близнюк, законоучитель в Свято-Петровской школе (Москва).

Нехватка времени на ответы, недооценка важности вопросов

Это касается не только ответов на вопросы о вере — современным родителям вообще катастрофически не хватает времени на общение с детьми. Есть социологические исследования, согласно которым современный родитель общается с ребенком примерно десять минут в день, причем большая часть этого времени тратится не на разговоры по душам, а на повседневную рутину: «покажи дневник», «почисти зубы», «уроки сделал?». Поэтому детям приходится искать ответы на свои вопросы у посторонних людей, которые могут не обладать педагогическими навыками, не иметь подлинных знаний и даже не всегда желать нашим детям добра. И не стоит тешить себя иллюзиями, будто достаточно раз в неделю поговорить с ребенком, прочитать ему нотацию и рассказать, что такое хорошо и что такое плохо. Нет, недостаточно! Ребенок нуждается в каждодневном внимании к нему и в каждодневном ответе на его вопросы.

Увы, на практике бывает иначе. Родители говорят: «Потом скажу», «Ты еще мал, не поймешь», «Спроси об этом на исповеди у духовника». И вот приходит ребенок на исповедь, а там стоит 70 исповедников и батюшка перед причастием вышел из алтаря поисповедовать. Естественно, он не ответит — ему некогда.

Вот потому и бывает, что даже в верующих, воцерковленных семьях вырастают дети, которые, уже закончив школу, понятия не имеют о воскресении мертвых и жизни будущего века, а знают только о загробной жизни души. Или, например, ребенок-пятиклассник из очень церковной семьи задает вопрос: «А где находятся кости Иисуса Христа?» Или дети не знают, что вообще значит имя Иисус. Таких примеров я могу привести множество. А причина — родители не беседуют с детьми на духовные темы.

Между тем родителям нужно с самого начала понимать, что детские вопросы — любые, не только о вере! — это очень серьезно, очень важно, отвечать на них совершенно необходимо. Нет времени? Значит, надо что-то изменить в своем жизненном распорядке, выкроить это время.

Более того: к ответам на детские вопросы нужно очень серьезно готовиться. Лучше всего даже делать это заранее — пообщаться с другими родителями, с духовником, почитать православные ресурсы, посвященные этой теме — например, интернет-журнал «Батя», который, кстати, могу рекомендовать одиноким матерям, воспитывающим сыновей. Ведь такой маме трудно бывает отвечать на мужские вопросы, тут уж приходится привлекать взрослых мужчин — будь это духовник, школьный учитель, родственник. Но и самой нужно знать, что отвечать мальчику, чтобы он развивал свою мужественность.

Но может быть и так, что вы услышали от ребенка вопрос, на который затрудняетесь ответить сходу. В таком случае надо честно сказать: «Я сейчас ответить не смогу, но я подумаю, поищу ответ и обязательно тебе скажу». Естественно, обещание свое надо сдержать, причем сделать это как можно быстрее. Если вернуться к разговору через полгода, у ребенка уже отложится в сознании, что он спросил и ему не ответили.

И, конечно, нельзя все детские вопросы о вере спихивать на духовника или на учителя в православной школе. Делая это, вы тем самым демонстрируете ребенку, что духовная сфера вам чужда, что христианское вероучение вы не знаете, что ваша принадлежность к Церкви чисто внешняя, формальная. Постоянно отмахиваться «спроси у духовника» — значит, внушить ребенку уверенность, что вам ответить нечего.

Но бывают, конечно, такие вопросы, когда ребенку можно сказать: спроси об этом еще и у духовника. Мнение духовника — это очень важно, и надо, чтобы в семье знали, что ребенок спросил и что ему ответили. Поэтому я, как духовник, стараюсь делиться с родителями детскими вопросами. Чтобы дети задавали серьезные вопросы, я на своих уроках отвожу специальное время. Включаю музыку и терпеливо жду. Такие вопросы мне позволяют построить интересный урок. А чтобы их лучше запомнить, я завел в классе ящичек, куда дети кладут записки с вопросами. Они, конечно, и устно спрашивают, но мне важно, чтобы вопросы остались зафиксированными. Я изучаю динамику вопросов за последние годы, обнаруживаю некоторые тенденции, рассказываю об этом родителям наших учеников.

Возмущение неподобающей формой вопроса

Это тоже случается довольно часто: ребенок задает вопрос, облекая его в такие слова, которые родителям кажутся недостаточно благочестивыми или какими-то чересчур наивными, если не сказать идиотскими. Например: «а в раю будет гигантская клубника?», «а можно ли покрестить нашу кошку?», «а у Иисуса Христа была жена?» и так далее. «Да как ты смеешь такое произносить?!», «Да как у тебя язык повернулся такое сказать?!» — негодуют родители. А в результате у ребенка возникает недоверие к ним, он боится их спрашивать, чтобы не нарваться на упреки.

Доверительные отношения с ребенком — это самое главное, что родители должны беречь, взращивать и развивать. Ребенок должен всегда знать, что о чем бы он ни спросил, его не опозорят, а поддержат.

Отказ отвечать на вопросы, продиктованные праздным любопытством

Иногда родители чувствуют, что ребенок, задавая свой вопрос, не очень-то заинтересован в ответе, спрашивает «просто так» — и поэтому отказываются отвечать. Может быть, отказываются в корректной форме, без упреков, может быть, как-то отшучиваются — но так или иначе не поддерживают разговор.

Между тем это серьезная педагогическая ошибка. Даже если вопрос вызван пустым любопытством — все равно для родителей это сигнал, что ребенок испытывает дефицит общения. Вцепившись в родителей, видя их глаза, он начинает спрашивать просто что в голову придет. Но такие «праздные вопросы» могут быть лишь прелюдией к настоящему разговору. Такими вопросами ребенок, возможно, проверяет вас: а вы вообще его слышите? И если мы отфутболим его с «пустым» вопросом, он не задаст и тот настоящий, волнующий его вопрос, который по каким-то причинам сразу задать не может: стесняется, боится. Поэтому родители должны отвечать даже и на пустой вопрос, размышляя при этом, а что будет дальше? Куда повернется разговор?

Приведу пример из одной книги. Ребенок увидел в подъезде кошку, захотел ее погладить, а папа против:

— Не гладь, у нее блохи!

— А откуда у нее блохи? — спрашивает ребенок.

— От другой кошки.

— А у нее откуда?

И папа терпеливо объясняет:

— Та кошка заразилась от кошки из другого подъезда, и так до бесконечности!

И тут ребенок говорит:

— Папа, а ведь бесконечными могут быть только цифры!

И папа понимает, что ребенок-то у него философ! Кошка — лишь повод к разговору, ребенку интересна жизнь, ребенок уже знает, что есть бесконечность цифр, но нет бесконечности кошек.

Детские психологи говорят, что самые интересные, самые глубокие вопросы дети задают в возрасте до 13 лет. А после взрослые «отфутболивания» и общественные стереотипы приземляют ребенка, гасят в нем философские интересы. Ребенок становится «как все» — не высовывается, боится насмешек, оберегает границы своего личностного пространства. Вот поэтому маленьким детям нужно отвечать на их даже самые странные вопросы. А вопросы эти, при всей внешней наивности, могут оказаться невероятно глубокими.

Приведу примеры из своей семейной жизни. Когда одной из моих дочерей было пять лет, она осознала, что все люди смертны, что это неизбежно — и заплакала. Я стал ее утешать, рассказал о Царствии Небесном, о Боге и вечной жизни. Она успокоилась немножко, и потом, уже засыпая, сказала: «Папа, я по тебе скучать буду, когда ты умрешь!» Я вновь начал ее утешать, а она вдруг и спрашивает: «Папа, а ты меня узнаешь в раю?»

Этот детский вопрос на самом деле невероятно глубокий и духовный. Ведь тут, в земной жизни, человек зачастую видит лишь внешнее, а то, что хранится внутри, то есть души даже близких людей, для него закрыты, и потому уже там, за пределами земного бытия, он эти души просто не узнает, пройдет мимо, они так и останутся для него неразгаданной тайной. Узнают друг друга лишь те, кто еще при жизни срослись душами, сроднились. Пятилетний ребенок еще не может, конечно, выразить это по-взрослому, но он вполне способен это чувствовать.

Другой пример, с другой дочкой. Ей тогда, кажется, еще четырех лет не было — и перед сном она спрашивает: «Папа, а у меня в животике есть маленький?» Я опешил, отвечаю: «Да что ты, доченька, спи давай!» А она, не удовлетворившись моим ответом, спрашивает: «Ну, может, как зернышко?» Я как-то растерялся: ну не рассказывать же такой малышке о детородной системе! Пробормотал что-то вроде «Ну, потом поговорим…» А она как-то так вздохнула: «Жаль… Я бы Тёмой назвала».

И вот тут понимаешь, что просто не готов к такому разговору, не готов к тому, что ребенок уже в таком возрасте может так глубоко думать и чувствовать, что в нем уже пробуждается материнство, и ему нельзя уже просто сказать «Вырастешь — расскажу», надо заранее готовить ответы.

Одноразовый ответ

Когда ребенок спросил и вы ответили — это еще не значит, что тема закрыта. Ребенок получил ответ от вас — но это только начало разговора. Важно, чтобы на этот же вопрос он получил ответ и от других людей. Если ребенок задал вопрос маме — ей нужно потом обязательно рассказать об этом папе: вот, мол, он это спросил, а я так ему ответила. Очень хорошо, если папа подойдет к ребенку и скажет: «Знаешь, мама рассказала мне, какой вопрос ты ей задал. Это очень хорошо, что ты так глубоко мыслишь! А я со своей стороны мог бы ответить тебе так…»

То есть важно, чтобы у ребенка было объемное восприятие мира, а не плоское, однообразное. Ведь мужчины и женщины немножко по-разному мыслят, и рассказывать будут по-разному, а в результате получится стереоэффект.

Кроме того, даже если кроме вас на этот вопрос ребенку никто отвечать не будет, хорошо бы спустя какое-то время, когда ребенок станет постарше, к этому разговору вернуться, показать ему какие-то другие грани проблемы, которые ранее могли быть ему недоступны. Это, конечно, в первую очередь касается мировоззренческих или богословских вопросов вроде «откуда в мире столько зла?», «почему в Библии ничего не сказано про динозавров?», «почему Бог не мешает злым людям обижать добрых людей?» и так далее. Такие вопросы никогда нельзя исчерпать полностью, чем старше становится ребенок, тем более глубокий ответ он способен воспринять.

Ну и, конечно, если родители ответили сходу — и чувствуют, что не очень разбираются в этой теме, что их ответ был слишком приблизительным, им нужно глубже в это вникнуть, почитать какую-то литературу, спросить у знающих людей — и как можно скорее поговорить об этом с ребенком вновь, дополнить свой ответ.

Переоценка своих познаний

Бывает, однако же, и так, что родители непоколебимо уверены, что уж они-то все о Православии знают и на любой вопрос могут ответить безошибочно. Отвечают детям сходу — и отвечают неправильно, их ответы не соответствуют церковной традиции. Отвечают, основываясь на каких-то стереотипах, бытующих в околоцерковной среде, на каких-то слухах, бездумно повторяют чьи-то слова.

Особенно часто это бывает с вопросами церковной жизни, стоящими сейчас особенно остро, будоражащими общественное сознание. Например, что считать ересью? Ересь ли экуменизм? И родители, которые борются с этой ересью на просторах интернета, соответствующе и отвечают своим детям, не доверяясь мнению священников.

Между тем очень важно, чтобы ребенок понимал: у него есть семья, но есть и храм, есть и духовник, есть и приходская община, и не надо замыкаться (в том числе и со своими вопросами) только в границах семьи. Естественно, я имею в виду ситуацию, когда внимательный духовник, здоровая община (а таких все больше).

Если же родители замыкают ребенка на себя, то когда он вырастает, когда ему исполняется 14-15 лет, когда родительский авторитет падает — он остается со своими вопросами один на один. Родителей он уже не спрашивает — не доверяет, а больше рядом никого нет.

ТЕМА 32
СЕМЬЯ. ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ

«Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием» (Мал. 4:5, 6).
Не нужно быть сегодня особенно проницательным, чтобы убедиться, что сейчас – не лучшие времена в области воспитания детей. Общественный климат не располагает к «теплым семейным отношениям», наоборот, для современного общества характерно повсеместное невнимание к детям со стороны родителей. Согласно одному исследованию, время непосредственного общения пятилетнего ребенка с отцом ограничивается в среднем 25 минутами в неделю, зато перед телевизором тот же ребенок проводит 25 часов. Уже привычными стали слова: «безотцовщина», «брошенный ребенок», «социальные сироты». Социологи вынуждены признать, что человечество стоит на пороге нового общества, отвергающего детей и боящегося своей молодежи. Где же выход? Библия ясно утверждает, что одна из ключевых целей Евангелия – восстановление в семье правильных отношений между родителями и детьми, соответствующих Божьей воле. Суть христианского воспитания – сердце отцов (родителей) должно быть обращено к сердцу ребенка, чтобы привести сердце ребенка к сердцу Спасителя.

I. Божье определение для семьи
«И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божью сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» (Быт. 1:27, 28).
С момента создания человека и появления первой семьи важнейшим предназначением брака было продолжение человеческого рода. Именно Бог дает повеление рождать детей и наполнять землю. Современный эгоистичный и греховный мир ищет в браке лишь источник наслаждения, пренебрегая даром деторождения. Сегодня многие молодые семьи не желают иметь детей, убегают от ответственности и готовы вместо детей заводить в доме животных, отдавать им свою заботу и внимание, уходя от тех неизбежных трудностей, которые возникают при рождении и воспитании детей. Однако следует помнить, что пренебрегать даром Божьим – это расточительство, а неисполнение Слова Божьего – это грех. Молодые христианские семьи должны желать и просить у Господа детей с самого начала брачной жизни, и этому их необходимо наставлять, «чтобы вразумляли молодых любить мужей, любить детей» (Тит. 2:4).
Сама возможность рождения детей и рожденные дети должны рассматриваться как дары Божьи, бесценные Его подарки и награда для человека: «Вот наследие от Господа: дети; награда от Него – плод чрева. Что стрелы в руке сильного, то сыновья молодые. Блажен человек, который наполнил ими колчан свой! Не останутся они в стыде, когда будут говорить с врагами в воротах» (Пс. 126:3–5). Ведь появление на свет нового человека – одно из величайших чудес во вселенной, творцами которого становятся трое: муж, жена и Господь, Который и вдыхает в нового человека дыхание жизни.
Дети доверены Богом своим родителям как драгоценное достояние с определенной целью: задача брачного союза – не просто рождение детей, но и воспитание их как наследия Господня, посвящение и приведение их к Богу. Наши дети – это потомство Христово и Его удел, поэтому родители должны стремиться к тому, чтобы все члены семьи могли всю жизнь служить Господу: «…а я и дом мой будем служить Господу» (И. Нав. 24:15).

II. Рождение детей
Супруги должны желать детей и просить у Бога дать их столько, сколько они смогут вырастить и воспитать для Божьего Царства. Но в вопросах деторождения не должно быть места крайностям и религиозному фанатизму.
Муж и жена в любви, согласии и с учетом всех обстоятельств, вместе с Богом, должны разумно решать вопрос о рождении детей. Бог дал человеку понимание истины, разум и здравомыслие, поэтому муж и жена не могут перекладывать на Него ответственность, которую Господь возложил на них. Истинное упование на Господа заключается не в том, что супруги живут так, как им заблагорассудится, а в том, чтобы в смирении и трепете пред Богом и в чистоте своей совести решать вопрос о количестве детей и частоте их рождения, доверяя, в конечном итоге, Богу. Планирование семьи должно рассматриваться как мудрое принятие и исполнение воли Божьей в вопросах деторождения по отношению к каждой конкретной семье в конкретное время.
Не секрет, что некоторые мужья не относятся к женам как к немощнейшим сосудам и не учитывают силы и особенности женского организма. Но любовь заключается в том, чтобы служить другому, а не себе, понимать потребности и беречь друг друга.
Некоторые причины, когда необходимо планировать деторождение:
– физическое состояние и здоровье супруги, которое не позволяет ей в настоящее время родить ребенка;
– психологическое и эмоциональное состояние жены;
– необходимость биологического восстановления организма женщины после предыдущих родов.
Заметим, что аборт и использование внутриматочных спиралей, являясь, по сути, убийством, как средство планирования абсолютно неприемлемы для христианской семьи.

III. Воспитание детей
Бог дарует жизнь каждому человеку не случайно, но имея при этом определенные цели и предназначение. Задача родителей – помочь ребенку открыть и реализовать все те дарования, которые Господь предназначил для него. Воспитанием занимаются государство, школа, церковь и семья. Но решающее значение в этом процессе принадлежит семье, и именно с родителей Господь спросит о том, как они воспитали своих детей: «И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем» (Еф. 6:4).

1. Необходимость в воспитании
Воспитание необходимо:
– для наставления о преодолении пагубного влияния греховного мира;
– для передачи духовных истин, опыта и знаний;
– для приведения к Христу и утверждения в вере;
– для подготовки будущих членов Церкви, достойной смены служителей Божьих.
Наставлять необходимо еще «при начале пути» (Пр. 22:6), когда душа ребенка податлива и не осквернена грехом. Начинается воспитание с рождения и продолжается до полной самостоятельности человека.

2. Основание и принципы воспитания
Основанием, на котором строится христианское воспитание, является Слово Божье: «Как юноше содержать в чистоте путь свой? – Хранением себя по слову Твоему» (Пс. 118:9). Не надежда на свои силы, опыт, а только полное упование на Господа, Его любовь и благодать являются источником и гарантом правильного воспитания. Назовем некоторые его принципы:
1) Любовь к детям
Истинная любовь Божья проявляется в том, что Он принял нас и усыновил нас такими, какие мы есть. Родительская любовь также должна быть безусловной! Мы любим своих детей не за их заслуги, а потому что они наши дети.
Дети нуждаются в любви сегодня, сейчас. Нужно забыть о «завтра» – время пройдет очень быстро, и мы уже не сможем спеть им колыбельную или подбросить их на руках, лучшее время для любви будет упущено.
Многие родители не хотят подарить своим детям время, вместо этого они откупаются деньгами и подарками. Но выразить любовь, не затратив на это время, невозможно. Мы должны выражать ее не случайно, по настроению или наспех, а регулярно и естественно. Ведь любить – это значит отдавать свое время и внимание.
Любовь проявляется в действии и слагается из множества небольших, но важных составляющих, например, библейский рассказ перед сном, нежные и ласковые объятия, поездка на природу, семейные игры и т.д.

2) Личный пример и благочестивая жизнь родителей
«Блажен муж, боящийся Господа и крепко любящий заповеди Его. Сильно будет на земле семя его; род правых благословится» (Пс. 111:1, 2).
Чистая и богобоязненная жизнь родителей – то нетленное богатство, которое они передают своим детям. Действенны не столько словесные упражнения, сколько дела, поступки и отношения; слова могут запутать, а личный пример всегда ясен и вдохновляет. Дети учатся на примере нашей жизни и копируют нас. Часто их недостатки – это наши скрытые грехи и привычки, и мы можем увидеть себя в наших детях.
Сказано: «Отцы, не раздражайте детей ваших, дабы они не унывали» (Кол. 3:21).
Дети раздражаются и унывают, если родители заставляют их делать то, что сами не делают. Отсутствие единства слова и дела подрывает не только авторитет родителей в глазах их детей, но и веру в людей вообще. Только подражая Христу во всем, мы сможем привить нашим детям христианские добродетели.

3) Дисциплина и развитие послушания
Дисциплинирование – это обучение ребенка навыкам и правилам, которые помогут ему контролировать самого себя, направят его, дадут простор Богу в его сердце и умертвят в нем греховное. Правила без любви и благоразумия – это законничество, и они приводят к бунту, но чрезмерная снисходительность и молчаливое одобрение беспорядка – это безответственность, которая приводит к падению. Семья без дисциплины – это дом, построенный на песке, который не устоит.
Прежде всего необходимо обучать своих детей послушанию родителям: «Дети, будьте послушны родителям вашим во всем, ибо это благоугодно Господу» (Кол. 3:20). Это основа всякого повиновения: в церкви, в семье, на работе. Авторитет отца и матери в семье должен быть непререкаемым, потому что Бог дал его родителям. Этот авторитет и власть не подавляют личность ребенка и не угашают любовь к нему. Дисциплина не отменяет любви и не противоречит ей, потому что: «Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает. Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?» (Евр. 12:6, 7).
Дисциплина предполагает установление правил и разумных границ, а также контроль за исполнением этих правил. Ребенок должен четко понимать, что от него требуется, поэтому правила родителей должны быть конкретными и выполнимыми. Разумный контроль предполагает знание того, где, с кем и чем занимается ребенок, и требование от него разумной отчетности, но необходимо при этом избегать излишних подозрений и придирок, чтобы не посеять вражды, унижения и зависти.
Дисциплина – это также мудрое применение наказаний: «Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его» (Пр. 13:25).
Библия учит, что правильное применение наказания основано не на злобе, лицемерии или ненависти к детям, а на заботе, любви и желании отвратить их от зла и греха. При наказании:
– не должно быть гнева: «ибо гнев человека не творит правды Божьей» (Иак. 1:20).
Эмоции должны быть под контролем, потому что когда родители выходят из себя и ими овладевает злоба, тогда дается место дьяволу, а наказание превращается в избиение;
– наказание должно быть справедливым, своевременным и понятным (за что). Не следует физически наказывать ребенка, который еще не способен понимать, что можно делать, а что нельзя;
– необходимо помнить, что каждый ребенок – это живая душа, уникальная личность, и ее нужно беречь и уважать. Поэтому недопустимы оскорбления, насмешки и унижение.
После наказания обязательно должны следовать прощение, анализ поступка и назидание.

епископ Александр (Милеант)

Беседы с детьми о Боге

Ответственность за воспитание в детях веры в Бога всегда лежала на семье, на родителях, на дедушках и бабушках больше, чем на школьных преподавателях Закона Божия. А богослужебный язык и проповеди в церкви обычно детям непонятны.

Детская религиозная жизнь нуждается в направлении и взращивании, к чему родители мало подготовлены.

Мне кажется, что нам надо, во-первых, понять отличительную особенность детского мышления, детской духовной жизни: дети не живут отвлеченным мышлением. Может быть, в этом реалистическом характере их мышления и заключается одно из тех свойств детства, о котором сказал Христос, что «таковых есть Царство Небесное». Детям легко вообразить себе, представить очень реалистически то, о чем мы говорим отвлеченно – силу добра и силу зла. Они с особой яркостью и полнотой воспринимают всякие ощущения, например – вкус еды, удовольствие от интенсивного движения, физическое ощущение капелек дождя на лице, теплого песка под босыми ногами… На всю жизнь запоминаются некоторые впечатления раннего детства, и реален для детей именно опыт ощущения, а не рассуждения о нем… Для нас, верующих родителей, главный вопрос -как передать на таком языке ощущений, на языке конкретности, мысли о Боге, о вере в Него. Как дать детям почувствовать по-детски реальность Бога? Как дать им опыт ощущения Бога в нашей жизни?

Я уже говорила, как мы вводим понятие о Боге обычными жизненными выражениями – «Слава Богу!» «Не дай, Боже!» «Храни тебя Господь!» «Господи, помилуй!». Но имеет очень большое значение то, как мы их говорим, выражаем ли мы ими действительное чувство, действительно ли переживаем их значение. Ребенок видит вокруг себя иконы, крестики: трогает их , целует. Первое, очень простое понятие о Боге заключается в этом сознании, что Бог есть, как есть тепло и холод, ощущение голода или сытости, Первая сознательная мысль о Боге приходит, когда ребенок способен понять, что значит сделать что-нибудь – сложить, слепить, построить, склеить, нарисовать… За каждым предметом есть кто-то, этот предмет сделавший, и ребенку довольно рано делается доступным понятие о Боге как о Творце. Вот в это время, мне кажется, возможны первые разговоры о Боге. Можно обращать внимание ребенка на окружающий его мир – букашки, цветы, животные, снежинки, маленького братца или сестрицу – и возбуждать в нем чувство чудесности Божьего творения. А следующая тема о Боге, которая делается доступной детям, – это участие Бога в нашей жизни. Четырех-пятилетние дети любят слушать рассказы, доступные их реалистическому воображению, и таких рассказов много в Священном Писании.

Новозаветные рассказы о чудесах производят впечатление на маленьких детей не своей чудесностью – дети мало отличают чудо от не-чуда, – а радостным сочувствием: «Вот человек не видел, ничего не видел, никогда не видел. Ты закрой глаза и вообрази, что ты ничего, ничего не видишь. А Иисус Христос подошел, дотронулся до его глаз, и он вдруг стал видеть… Как ты думаешь, что он увидел? Как это ему показалось?» «А вот плыли люди с Иисусом Христом на лодке, и пошел дождь, поднялся ветер, буря… Было так страшно! А Иисус Христос запретил ветер и волнение воды, и стало вдруг тихо..». Можно рассказать, как люди, собравшиеся слушать Иисуса Христа, были голодны, и ничего нельзя было купить, и только один маленький мальчик помог Ему. А вот рассказ о том, как ученики Иисуса Христа не допускали маленьких детей к Спасителю, потому что они шумели, а Иисус Христос вознегодовал и велел пустить к Нему маленьких детей. И, обняв, благословил их..».

Таких рассказов очень много. Можно их рассказывать в определенное время, например перед сном, или показывать иллюстрации, или просто «когда к слову придется». Конечно, для этого нужно, чтобы в семье был человек, знакомый по крайней мере с главнейшими евангельскими рассказами. Может быть, хорошо молодым родителям самим перечитать Евангелие, выискивая в нем такие рассказы, которые будут понятны и интересны маленьким детям.

К восьми-девяти годам дети уже готовы воспринимать какое-то примитивное богословие, даже сами его создают, придумывая убедительные для них самих объяснения, которые они наблюдают. Они уже знают что-то об окружающем их мире, видят в нем не только доброе и радостное, но и плохое и грустное. Они хотят найти какую-то понятную для них причинность в жизни, справедливость, награду за добро и наказание за зло. Постепенно в них развивается способность понимать символическое значение притч, например притчи о блудном сыне или о милосердном самаритянине. Их начинает интересовать вопрос о происхождении всего мира, хотя и в очень примитивной форме.

Очень важно предупредить тот конфликт, который часто возникает у детей несколько позднее, – конфликт между «наукой» и «религией» в детском понимании этих слов. Очень важно, чтобы им было понятно различие между объяснением того, как произошло событие, и о том, какой смысл этого события.

Помню, как мне пришлось объяснять девяти-десятилетним внукам смысл покаяния, и я предложила им представить в лицах диалог между Евой и змием, Адамом и Евой, когда они нарушили Божье запрещение есть плоды с дерева познания добра и зла. А потом они представили в лицах притчу о блудном сыне. Как точно отметила девочка разницу между «сваливанием вины друг на друга» и раскаянием блудного сына.

В этом же возрасте детей начинают интересовать такие вопросы, как учение о Святой Троице, жизнь после смерти или почему надо было так страшно пострадать Иисусу Христу. Пытаясь отвечать на вопросы, очень важно помнить, что детям свойственно «схватывать» по-своему смысл иллюстрации, примера, рассказа, а не нашего объяснения, абстрактного хода мысли.

Подрастая, годам к одиннадцати-двенадцати, почти все дети испытывают трудности при переходе от детской веры в Бога к более зрелому, одухотворенному мышлению. Только простых и занимательных рассказов из Священного Писания теперь недостаточно. От родителей, от дедушек и бабушек требуется способность услышать тот вопрос, ту мысль, то сомнение, которое родилось в голове мальчика или девочки. Но в то же время не надо навязывать им вопросов или объяснений, которые им еще не нужны, до которых они не доросли. Каждый ребенок, каждый подросток развивается в своем темпе и по-своему.

Мне кажется, что в «богословское сознание» десяти-одиннадцатилетнего ребенка должно входить понятие о видимом и невидимом мире, о Боге как о Творце мира и жизни, о том, что есть добро и зло, что Бог любит нас и хочет, чтобы мы были добрыми, что если мы сделали что-нибудь плохое, то мы можем пожалеть об этом, раскаяться, попросить прощения, исправить беду. И очень важно, чтобы образ Господа Иисуса Христа был знаком и любим детьми.

Навсегда запомнила я один урок, данный мне верующими детьми. Их было трое: восьми, десяти и одиннадцати лет, и я должна была объяснить им Молитву Господню – «Отче наш». Говорили мы о том, что значат слова «иже еси на небесех». Те небеса, куда летят космонавты? Видят ли они Бога? Что такое мир духовный – небеса? Поговорили мы обо всем этом, посудили, и я предложила каждому написать одну фразу, в которой объяснялось бы, что такое «небеса». Один мальчик, у которого недавно умерла бабушка, написал: «Небеса – это куда мы попадаем, когда умрем». Девочка написала: «Небеса – это такой мир, который мы не можем ни тронуть, ни видеть, но он очень настоящий». А самый младший неуклюжими буквами вывел: «Небеса – это доброта».

Особенно важно нам понять, почувствовать и проникнуть во внутренний мир подростка, в его интересы, его миросозерцание. Только установив такое сочувственное понимание, я бы сказала уважение к их мышлению, можно стараться показать им, что христианское восприятие жизни, отношений с людьми, любви, творчества придает всему этому новое измерение. Опасность для подрастающего поколения состоит в их ощущении, что духовная жизнь, душевная вера в Бога, церковь, религия – нечто иное, не касается «настоящей жизни». Самое лучшее, что мы можем дать подросткам, молодежи – и только если нас с ней связывает искренняя дружба – это помочь им задуматься, поощрять их искать смысл и причину всего, что в их жизни случается. И самые хорошие, самые полезные разговоры о Боге, о смысле жизни возникают у нас с нашими детьми не по плану, не по чувству долга, а случайно, неожиданно. И мы, родители, должны быть к этому готовы.

главная → ЦЕРКОВЬ → Ребенок и храм

Зачем, говорят, дитя рано будить и заставлять без пользы стоять целые часы в церкви? Это напрасное истязание. Нет, это нужно затем, чтобы постепенно приучить его к бодрствованию, вниманию, собранности мыслей, терпению в подвиге, без чего не совершается ни одно доброе дело.
Зачем детям в храме всегда выслушивать одно и то же? Затем, что в православном богослужении, которое поверхностному взгляду представляется только повторением одного и того же, заключается неисчерпаемое обилие впечатлений и истин, позывающих и располагающих нас к духовному совершенству, внушений и примеров, пристыжающих наше нерадение о добродетели и нашу леность.
Зачем во вред здоровью заставлять детей употреблять грубую и непитательную пищу или надолго оставаться без пищи? Затем, чтобы приучить их подвергать себя лишениям и мужественно выносить их, без чего не обходится ни один подвиг, ни христианский, ни общественный.

Как легко можно поселить в дитяти благоговение и любовь к богослужению. Следует только внушать ему, что в церкви присутствует особенным образом вездесущий Господь Бог, любящий детей, что и его зовет к Себе милосердный Спаситель, но в церкви нужно стоять тихо, внимательно креститься и молиться.

На вашей же обязанности лежит не только побуждать детей к хождению в церковь, но и заботиться о том, чтобы они не шалили в церкви, стояли не рассеянно, но со вниманием и благоговением слушали все, что читается и поется там. А для этого вы сами, особенно в воскресные и праздничные дни, когда учители не наблюдают за своими учениками, должны наблюдать за вашими детьми и, в случае их неприличного и неблагонравного поведения, подвергать их взысканию. Ваши дети должны знать, что вы наблюдаете за ними во время богослужения, и что никакая шалость не останется без наказания. Чтобы приучить детей ко внимательному слушанию того, что читается и поется в церкви, для этого родителям хорошо бы заставлять детей после богослужения рассказывать, что они усвоили из прочитанного, например, Евангелия, Апостола, проповеди и прочего.

Свщмч. Владимир, митрополит Киевский и Галицкий (1848-1918).

Ребенок, который с малолетнего возраста (с семи лет обычно), приходит на исповедь, причащается очень часто по традиции… Исповедь для них бывает сначала очень интересной и вожделенной, потому что им кажется, что когда они будут исповедоваться, то это означает их некую взрослость, что они уже стали большими. И пятилетний ребенок очень хочет скорее начать исповедоваться. И первые его исповеди будут очень серьезными. Он придет и скажет, что он не слушается маму, что он побил сестренку, или что плохо сделал уроки, или плохо помолился Богу, и скажет это все весьма умилительно, серьезно. Но очень скоро, буквально через месяц или два, окажется, что он к этому совершенно привык, и дальше идут целые годы, когда он подходит и говорит: «Я не слушаюсь, я грублю, я ленюсь». Таков короткий набор обычных детских грехов, весьма обобщенных. Он выпаливает их мгновенно священнику. Священник, который замучен исповедью свыше всякой меры, естественно, прощает и разрешает его за полминуты, и все это превращается в ужасающую формальность, которая, конечно, ребенку больше вредит, чем помогает.
По прошествии нескольких лет оказывается, что для такого церковного ребенка уже вообще непонятно, что он должен над собой как-то работать. Он даже не способен испытывать настоящего чувства покаяния на исповеди… Можно поисповедовать такого грешника один раз в семь лет, а потом в восемь лет, и еще раз — в девять. И как можно дольше оттянуть начало регулярной частой исповеди, чтобы исповедь ни в коем случае не становилась привычной для ребенка…
Может быть, таких детей, которые явным образом страдают привыканием к святыне, нужно ограничить и в таинстве причащения. В таком случае лучше, чтобы дети причащались не каждую неделю, тогда причащение для ребенка станет событием…
Очень часто бывает так, что ребенок в церковь идти не хочет, но мама хватает его за руку и тянет его за собой: — Нет, пойдешь в церковь!
Он говорит:
— Я не хочу причащаться.
— Нет, ты будешь причащаться!
И вызывает этим уже полное отвращение ко всему у ребенка… А должно быть как раз наоборот. Ребенок говорит:
— Я хочу причащаться!
А мать говорит:
— Нет, ты не будешь причащаться, ты не готов, ты плохо вел себя эту неделю.
Он говорит:
— Я хочу поисповедоваться.
А она говорит:
— Нет, я тебе не позволяю, ты не можешь идти в церковь, ты должен это заслужить. Я прекрасно помню одну знакомую моей матери из близкой церковной семьи, у которой было много детей. И помню, что она своих детей с самого детства водила в церковь. Но как? Она приводила детей обычно к моменту причастия, или совсем незадолго до причастия. Они входили в церковь, где они должны были вести себя абсолютно благоговейно, там нужно было на цыпочках пройти, сложивши ручки, причаститься и сразу из церкви уходить. Она не давала им в церкви ни одного поворота головы сделать, ни одного слова сказать. Это святыня, это святая святых. Вот это она прививала своим детям и они все выросли глубоко верующими людьми.
У нас теперь не так делается. У нас мамы хотят молиться Богу, хотят простоять всю всенощную, а детей некуда деть. Поэтому они приходят в церковь с детьми, здесь отпускают их, а сами молятся Богу. И думают, что детьми должен заниматься кто-то другой. И дети бегают по храму, вокруг церкви, безобразничают, дерутся в самом храме. Мамы молятся Богу. В результате получается атеистическое воспитание. Такие дети легко вырастут революционерами, атеистами, людьми безнравственными, потому что у них убито чувство святыни, благоговения у них нет.

Протоиерей Владимир Воробьёв (ХХ век).

Перед исповедью и сами вы займитесь вашим сыном и приготовьте его к этому таинству, как сумеете. Заставьте его перед исповедью прочесть заповеди с объяснением. Касательно исправления его недостатков вообще можете ему говорить иногда полушутливым тоном: Ты ведь молодой князь; через такие поступки не ударяй себя лицом в грязь.

Меру внешней церковности пусть каждая семья определяет сама ≈ сколько причащаться, сколько молиться, как часто посещать Богослужения; только обязательно нужно, чтобы к Церкви, к молитве было благоговение. Если ребенок может сохранять эти чувства 5 минут ≈ значит, на 5 минут его в Церковь приводить, только к Причастию, например; но не перегружать его двухчасовым стоянием в храме, чтобы он не возненавидел в итоге всё на свете. Мера внешней церковности при всей ее необходимости должна быть более чем умеренная; все дело в живой жизни души ребенка и в том примере, который он видит в семье, у взрослых.
Обычно, когда я говорю об этом, некоторые возмущаются: как же, Христос говорил: не препятствуйте детям приходить ко Мне, ≈ а вы говорите: не таскайте детей в храм, только к Причастию, и то умеренно, ≈ и как же, если не заставлять детей ходить в храм, молиться, то что из них вырастет?.. и т. д. Но Господь именно и сказал: не препятствуйте детям приходить ко Мне, ≈ а не скучать и развлекаться на всенощной и Литургии в храме, мешая всем остальным молиться; и не выгибаться дугою в истерике перед Чашей: родители скручивают вопящего ребенка, держат ему руки и ноги, батюшка заученным жестом с третьей или четвертой попытки умудряется впихнуть лжицу в рот страдальца… Причастили! Слава Богу!.. ≈ А как ребенок-то все это воспринимает, никто не подумал? Как детскую поликлинику, где так же насильно ему делают укол?.. Так это и есть великое препятствие прийти детям ко Христу, это подмена Христа насилием, непонятностью, формой, рутиной, правилом, ≈ для детей совершенно чуждыми.

Я знаю от наших прихожан, что многие заставляют дома детей молиться вместе с ними, а когда приходят с ними в храм, в место общей молитвы ≈ то здесь они от ребенка отделяются, встают в угол, а ребенок делает что хочет. А должно быть обратное. Дома нужно помочь ребенку молиться самому, нужно научить его дома обращаться к Богу, чтобы это была его личная обращенность, можно начать вместе с ним, затем научить его, как правильно молиться, и очень нежно, аккуратно, ласково, деликатно помогать ему в том, чтобы эта молитва укрепилась в его душе. А когда вы приходите с ребенком в храм, то нужно объяснить ребенку, что здесь общая молитва; можно как раз стоять рядом с ребенком, объяснять ему какие-то части богослужения, можно вместе с ним поставить свечку, объяснить ему, как это делается, и помолиться перед иконой. Здесь можно подсказать ему, когда встать на колени, когда петь «Отче наш», подсказать: «Вот сейчас, слышишь, батюшка молится о болящих, читает молитву о болящих. И ты тоже помолись». Тогда богослужение будет для ребенка более понятным, более близким, не чем-то таким, что нужно отстоять и поскорее убежать. А храм не будет местом, где он встречается со своими сверстниками и с ними где-то в уголочке начинает обсуждать свои дела; он поймет, что мы собрались, чтобы молиться Богу все вместе.

Дети, которые в храме страдают скукой, легче преодолевают это, если они не боятся об этом говорить. Можно упомянуть об этом, как об искушении, постигающем и взрослых. (Дети замечают иногда, как взрослые смотрят на часы, или пускаются в разговоры). Научите ребенка во время службы рассказывать прямо Господу о своих проблемах и радостях, если он устает слушать службу, — и даже говорить Ему об этой своей скуке и просить, чтоб Бог Сам помог ему найти интерес к службе. (Когда мы «не можем молиться», надо первым делом сказать об этом Богу, потому что это знак духовного недуга). Маленьких детей иногда приходится на время вынести из храма, или дать им что-нибудь посмотреть или подержать, или объяснить, что происходит, или показать что-нибудь в храме. Можно приносить их только на какую-то часть длинной службы.
Даже если ребенок еще не понимает всего, что происходит в храме, он может видеть, слышать, чувствовать запах и вкус, осязать самостоятельно и испытывать присутствие Духа Святого. Мы не должны лишать своих детей этого опыта; мы должны научить их ценить его, ожидать его с нетерпением, участвовать в нем — молитвою и всеми возможными способами.
Но не перегружайте детей излишне длительным домашним молитвенным правилом и не берите их на все службы только потому, что вам хотелось бы там быть. Мы вовсе не должны потакать их лености к хождению в храм, но, если церковь станет для них обременительной обязанностью, они могут в какой-то момент восстать против нее┘
Главное, нужно понять, что родители не должны чувствовать себя виноватыми, если им придется бывать в храме меньше, чем хотелось бы, ради детей, еще не пришедших в их меру. Не надо винить детей и обижаться на них; лучше принять это как то, что делается для их пользы сегодня, и в будущем — для их спасения. Нередко, смирившись с этим, родители начинали чувствовать себя ближе к Богу и чаще испытывали Его благодать, чем когда они по нескольку раз в неделю бывали на службах, пренебрегая семьей, или нерассудительно часто приводили насильно своих детей.

Монахиня Магдалена (XX век).

Духовно-нравственное воспитание для детей подготовительной группы «Сотворение мира Богом» Цель: Формирование базовой культуры ребенка на основе традиционных духовных и нравственных ценностей. Задачи: Знакомить с устройством.

Фотоотчёт «Разговор о необычных людях» Здравствуйте, уважаемые гости моего блога. В настоящее время всё чаще мы бок о бок встречаемся с детьми «отличными» от других. Это дети.

Как научить ребёнка запоминать стихи? «Как научить ребенка запоминать стихи?»Заучивание стихотворений требует активной работы ума. Традиционно считается, что для того, чтобы.

Стихи «Предновогодняя история. Разговор с плюшевым Мишкой» Пригласили нашу семью на праздник. Друг любимый, Мишка мой, В гости я пойду с тобой! Ты хороший, не проказник. * Новогодние костюмы мы наденем.

Проект «Разговор о правильном питании» ктуальность :Здоровье детей к его состоянию относиться к числу важнейших характеристик,определяющих детей в обществе и отражает состояния.

Стихотворение о воспитателе «Профессия моя нужна всегда!» Я не ошиблась в выборе своем, Ведь будущее наше — это дети! Дарить свою заботу день за днем — Главнейшая профессия на свете! Напуганные.

Разговор о правильном образе жизни «Разговор о правильном питании» В настоящее время наблюдается снижение количества здоровых детей, увеличение числа эндокринных заболеваний.

Стихи для детей «Стихи маленькой девочки» *** Как сегодня кукла Маша Захотела манной каши! Только манной каши нет, Я нажарила котлет. А ещё я суп сварила И, конечно, не забыла.

Творческая гостиная «Разговор о маме» Ведущий: Слово «Мама» каждый ребёнок произносит чаще всего. Это слово несёт тепло материнской души и ласку рук. Мама — защита, опора от.

Стихи о воспитателе Добрый вечер уважаемые друзья, коллеги и гости моей странички! Мне очень бы хотелось предложить вашему вниманию несколько поэтических.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *