О гордыне

«Первый и главный из грехов дьявола, корень всех прочих грехов, самый тяжкий грех для человека.

Первенство гордыни среди грехов находило обоснование в библейском речении «начало греха — гордость (initium omnis peccati superbia)» (Сир. 10:15), которое было повторено богословами бессчётное множество раз. Первое деяние дьявола было продиктовано гордыней; можно сказать, что, возгордившись, он сразу же тем самым из ангела превратился в дьявола. Гордыня, таким образом, не есть некое статичное моральное «свойство»: она — поступок-превращение, ибо она немедленно изменяет саму сущность того, кто её испытал. «Возгордиться» — значит перестать быть самим собой, стать иным: из блаженного превратиться в падшего.

Однако, испытав гордыню, ангел изменил не только себя (немедленно превратившись в дьявола), но и весь мир: в мир вошёл грех. Гордыня — это ещё и космическая катастрофа. Действие гордыни, мгновенно изменившее ангела-отступника, выразительно описал Фульгенций: «Если будешь искать начало греха, то не найдёшь ничего, кроме гордыни. Она возникла тогда, когда ангел, возвысившийся против Бога и самим своим возвышением низвергнутый (angelus adversus Deum elatus, et ipsa elatione prostratus), вожделением (которое есть корень всех зол) возжелал захватить то, что не было ему дано Богом, отступил от Бога и пал…

Дурным своим вожделением (per concupiscentiam malam) возжелал стать больше себя, а стал меньше себя. И хотя он не может на деле осуществлять это своё вожделение, волю к нему все же сохранил. Так стал он наказанием самому себе (se ipse sibi jam factus est poena), ибо наказание дурному — его дурная воля, как слепому — его слепота. И вожделение греха стало мучением для грешника; а мятежник и отступник, который бежал от невозмутимого порядка, теперь служит возмущению: он по праву покинут Благим Господом, ибо сам его покинул не по праву. И таким образом получилось, что он, упорствуя и утратив по своей вине порядок в самом себе, оказался всё же встроен в порядок (inordinatus ex se, ordinaretur in se): и из-за того, что в себе он потерял порядок, основа Божественного порядка (divini ordinis ratio) не погибла» (Фульгенций. К Мониму. Lib. I, Cap. XVII. Col. 165).

Итак, гордыня — одновременно и преступление, и наказание; как преступление она означает нарушение дьяволом порядка мироздания, как наказание она предполагает возвратное вторичное упорядочение самого дьявола — но уже в качестве вечного преступника, вечного наказуемого.

Как объясняется первенство гордыни в ряду других грехов? Для ответа на этот вопрос святые отцы находили простой логический ход.

Гордыня — первый грех, поскольку не имеет никакой причины.

Скажем, чревоугодие или прелюбодеяние могут быть вызваны естественными слабостями человеческой природы — они как бы обусловлены природой (самим устройством человеческого тела), имеют в ней «причину» (по крайней мере, «достаточную причину»). Гордыня же совершенно беспричинна. Следовательно, она и есть первый грех.

Примерно в таком духе рассуждает Иоанн Златоуст, для которого причина гордыни — лишь в «безумии» (avoia): «Разврат, блуд не так сильно осквернили человека, как гордыня. Почему же? Потому что разврат, хотя он и не заслуживает прощения, может всё же в оправдание сослаться на сладострастие: гордыня же не имеет никакой причины и никакого оправдания, которое могло бы снискать ей хотя бы тень прощения: она есть не что иное, как развращение души, тяжелейшая болезнь, рождённая безумием » (Иоанн Златоуст. Гомилия XVI на Евангелие от Иоанна. Col. 106). В чём же проявилась дьявольская гордыня?

Прежде всего, в желании стать равным Богу — стать равным не правом, но силой, уточняет Григорий Великий: ангел-отступник «пал, ибо возжелал стать подобным Богу не по праву, но силой (nоn per justitiam, sed per potentiam)… извратив порядок, пожелал стать подобным Богу» (Григорий Великий. Моралии. Lib. XXIX, cap. VIII. PL 76. Col. 487)».

Ничтожная душа бывает у человека, бесполезного для общества, лишённого ощущения внутренней значимости. Что такой человек может предъявить миру, кроме чрезмерной гордости? Почему его гордость безмерна? Наверное, это связано с отсутствием внутренней связи с другими людьми и с духовной пустотой, а пустота не знает границ. Если кто-то требует особого отношения к своей персоне без всяких заслуг, если он считает, что имеет право на всё, чего только захочет, то это — ничтожный человек. Обратимся к примерам из русской литературы, чтобы показать, как это бывает.
В романе Михаила Юрьевича Лермонтова «Герой нашего времени» говорится о Печорине, чья гордость безмерна, при этом он сам не знает, для чего живёт. Это совершенно никчёмное существо, которое только и делает, что «упадает на голову обречённых жертв», как орудие казни. Гордость Печорина – это утверждение своей воли: люди для него лишь марионетки, которыми он играет от скуки. Считая себя лучшим из всех, он не способен сочувствовать, сопереживать, жалеть, входить в положение других людей, презираемых им. Печорин не умеет любить «ближнего своего». Мучительно ему осознавать, что жизнь прожита зря. А ведь были в нём «силы необъятные», а он истратил их на разрушение судеб несчастных жертв, которым не посчастливилось оказаться в поле его зрения. А ведь жаль: человек, рождённый для подвига, превратился в ничтожество, чьей вывеской является одна лишь дьявольская гордость.
Символом непомерной гордости является образ Ларры из рассказа Максима Горького «Старуха Изергиль». Обратим внимание: он является сыном орла. Орёл живёт в одиночестве, ему не нужно учитывать чужие интересы, но совсем иное в мире людей. Что позволено орлу — человеку нельзя. А Ларра этого не понимает: выше всех возносит он себя: не почитает старейшин, не моргнув и глазом убивает девушку, которая не покорилась его воле. Он не признаёт суда над собой со стороны других людей. Кажется, что в нём нет ничего человеческого. Однако, когда его оставили в полном одиночестве, оказалось, что жизнь без общества ему невыносима. Гордость – это возвышение над другими, когда же нет никого рядом, то она становится мучением. Ведь ничтожной душе нечем по-настоящему гордиться, поэтому предметом гордости становится сам факт существования, при этом ничтожество считает себя центром вселенной и ошибочно полагает, что имеет право пользоваться всем по своему усмотрению, ведь для них весь мир – пустыня, а люди – игрушки, а без игрушек им жить невыносимо скучно. Таким, как Ларра, страшны, ведь их чрезмерная гордость разрушительна для всех, кто окажется рядом.
Чувство собственной значимости рождается от служения тем, кого ты любишь, при этом не может быть и речи о чрезмерной гордости. Если человек способен любить, то он не может быть ничтожным и гордым. Вот и получается, что верна фраза: «Чрезмерная гордость – вывеска ничтожной души».

Иногда мы испытываем внутреннее беспокойство и дискомфорт без видимых на то причин. И зачастую это происходит из-за того, что уровень гордыни в крови и в сердце чрезвычайно высок. Источник гордыни – гордость – на первый взгляд кажется довольно хорошим и даже полезным качеством, побуждающим людей уважать себя и повышать самооценку. Но если копнуть немного глубже, то мы поймем, что гордыня это не только грех, но и смертельный яд. На самом деле она мешает нам жить счастливой жизнью и делает людей слепыми к реальности и истине. В этой статье вы найдете советы женского психолога, который покажет вам, как усмирить гордыню и гнев, не навредив самооценке.

Делайте это тайно

Чрезмерно горделивые люди предпочитают помогать другим в свойственной им надменной и горделивой манере. Они обожают слушать похвалу и слова благодарности в свой адрес – это словно массаж для их эго, позволяющий продемонстрировать свое превосходство. Если вы хотите вступить в неравный бой с гордыней, начните делать добрые дела анонимно. Не рассказывайте друзьям, коллегам или членам семьи о своих добрых поступках. По крайней мере, пока они напрямую не спросят об этом.

Выполните работу, которую считаете постыдной

Мы отказываемся выполнять ту или иную работу, поскольку считаем это своей деградацией – в конце концов мы не для того получали высшее образование, чтобы мыть полы. Такое поведение является ничем иным, как первым звоночком гордыни. Но ведь, в конечном счете, нет ничего плохого и постыдного в том, чтобы красить стены, работать в саду или мыть полы. Возможно, этот способ борьбы с гордыней и не самый легкий и приятный, но надо признать, что он один из самых эффективных. Выходить из зоны комфорта всегда сложно, но именно эта стратегия позволит вам снизить уровень гордыни в сердце.

Будьте благодарны тем, кто делает ваш мир лучше

Каждый деть сотни человек взаимодействуют с нами. Стараясь удовлетворить наши потребности, произвести на нас впечатление и сделать свою работу в лучшем виде. Почему мы не всегда способны продемонстрировать свою благодарность людям, которые часть своей души вкладывают в то, чтобы обеспечить наш комфорт, безопасность и благополучие? Гордыня заставляет нас принимать добрые поступки как само собой разумеющееся.

Важно уметь благодарить других за любые мелочи, которые они делают, вне зависимости от их социального статуса. Эта привычка даст возможность обуздать гордыню и позволит заслужить уважение окружающих. Не пренебрегайте советами женского психолога.

Не тяните близких ко дну

К сожалению, сегодня не все могут похвастаться умением радоваться успехам других. Это вовсе не означает, что современные люди стали жестокими и завистливыми. Обычно чей-то успех вызывает у нас чувства соперничества, зависти, гордыни и злости. Перестаньте вести себя как животное, загнанное в ловушку, и научитесь радоваться достижениям других, даже если вы еще не нашли свое место под солнцем. Не позволяйте чувству ревности захлестнуть вас. Если вы сможете себя перебороть и будете поддерживать и в горе и в радости, то друзья, коллеги или родственники обязательно протянут вам руку помощи, когда добьются настоящего успеха.

Практикуйте активное слушание

Чрезмерно горделивый человек не может быть хорошим слушателем, поскольку уважительное общение – не его конек. Если вы часто ловите себя на желании перебить собеседника, попробуйте быть просто молчаливым слушателем. По крайней мере на пару дней. Если вы перестанете перебирать все возможные варианты ответов во время беседы и уделите максимум внимания самой информации и деталям, то узнаете много интересных и полезных вещей.

Делитесь своими знаниями

Обмен знаниями – это моральная обязанность каждого человека. Горделивые люди либо отказываются делиться ценными знаниями с другими, либо делают это в свойственной им горделивой манере, с высоко поднятой головой и задранным носом. Это в корне неверная стратегия. Таким образом мы только отталкиваем людей. Не стоит впадать и в другую крайность: раздавать советы направо и налево. Женские советы на каждый день позволяют найти «золотую середину»: делитесь знаниями, когда вас об этом просят и увидите, что ваше мнение помогает сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Быть ментором – это подарок.

Принцип зеркала

Люди – это зеркала, отражающие глубочайшие уголки души. Когда вы впервые встречаете человека, то обращаете внимание на его внешность, привычки, жесты и личностные характеристики. Когда определенные характеристики личности, стоящей перед вами, рождают раздражение в вашем сердце и вызывают негативную реакцию, это означает, что эти качества свойственны вам. Проанализируйте ситуацию и попытайтесь понять, что нужно изменить в себе.

Гордыня – это чувство, которое постепенно отравляет жизнь. Борьба с гордыней – сложная задача, но нет сомнений, что при определенной доле стараний все преодолимо. А у вас есть особые способы усмирения гордыни?

Шошина Ольга

М.Врубель. Демон поверженный

«Грех Люцифера»

Нам, людям, воспитанным в советское время, с детства внушалось, что гордость – чуть ли не главная добродетель советского человека. Помните: «Человек – это звучит гордо»; «У советских собственная гордость: на буржуев смотрят свысока». И действительно, ведь в основе любого бунта лежит гордость. Гордость – грех сатаны, первая страсть, которая появилась в мире еще до сотворения людей. И первым революционером был сатана.

Когда был создан мир ангельский, небесное воинство, один самый высший и могущественный ангел, Денница, не захотел находиться в послушании и любви к Богу. Возгордился своим могуществом и силой и возжелал сам стать как Бог. Денница увлек за собой многих ангелов, и произошла на небе война. Архангел Михаил и ангелы его сражались с сатаной и победили злое воинство. Сатана-Люцифер пал как молния с небес в преисподнюю. И с тех пор преисподняя, ад – это место, где обитают темные духи, место, лишенное света и благодати Божией.

Бунтарь-революционер не может не быть гордым, он продолжатель дела Люцифера на земле.

Коммунизм – это квазирелигия, и, как любое вероучение, он имеет свой «символ веры» и свои заповеди. Свои «мощи», «иконы», хоругви – транспаранты и крестные ходы – демонстрации. Только рай большевики предполагали построить на земле, без Бога, и, конечно, всякая мысль о смирении считалась смешной и нелепой. Какое еще смирение, когда «мы наш, мы новый мир построим, кто был ничем, тот станет всем».

Однако Бог поругаем не бывает, и сама история вынесла над большевиками свой суд. Рай без Бога построить не удалось, гордые замыслы были посрамлены. Но хотя коммунизм пал, гордости не стало меньше, просто она приняла другие формы. Говорить с современным человеком о смирении тоже очень непросто. Ведь рыночное капиталистическое общество, нацеленное на успех и карьерный рост, также основано на гордыне.

Хотя часто приходится слышать на исповеди, когда задаешь вопрос о грехе гордости, и такой ответ: «Чего-чего, а гордости у меня нет». Святителю Феофану Затворнику одна женщина пишет: «Говорила с духовным своим отцом и сказывала ему о себе разное. Он прямо мне сказал, что я горда и тщеславна. Я ему ответила, что я совсем не горда, но терпеть не могу приниженности и угодничества». И вот что ответил ей святитель: «Отпели прекрасно. Вы не давайте себя им в обиду, чтоб знали, что за вас голою рукою нельзя хватать. Вишь, выдумал называть как, да еще в глаза? Теперь и я вам приговорю: на что же лучшее доказательство, что вы горды, как отповедь ваша? Она не плод смирения. И зачем вам поперечить такому приговору?.. Лучше вам, не переча, положить вникать в себя хорошенько, нет ли, в самом деле, в вас сего зелья, крайне недоброго».

Итак, что же такое гордость и как этот грех проявляется? Снова обратимся к святителю Игнатию (Брянчанинову): гордость – «презрение ближнего. Предпочтение себя всем. Дерзость. Омрачение, дебелость ума и сердца. Пригвождение их к земному. Хула. Неверие. Лжеименитый разум. Непокорность закону Божию и Церкви. Последование своей плотской воле. Чтение книг еретических, развратных, суетных. Неповиновение властям. Колкое насмешничество. Оставление христоподражательного смирения и молчания. Потеря простоты. Потеря любви к Богу и ближнему. Ложная философия. Ересь. Безбожие. Невежество. Смерть души».

Суд и осуждение

Святой Кассиан Римлянин говорит о гордости, что хоть она и стоит последней в списке восьми страстей, «но по началу и времени есть первая. Это самый свирепый и самый неукротимый зверь».

Гордость в череде страстей стоит после тщеславия, а значит и проистекает от этого порока, имеет в нем начало. «Блистание молнии предуказует громовой удар, а о гордости предвещает появление тщеславия», – наставляет преподобный Нил Синайский. Поиск тщетной, суетной славы, похвалы, завышенная самооценка рождает превозношение над людьми: «Я выше их, достойнее; они ниже меня». Это и есть гордость. С этим чувством связано и осуждение. Как же, если я выше всех, то значит и праведнее, все остальные грешнее меня. Завышенная самооценка не позволяет объективно судить о себе, зато помогает быть судьей других.

Гордыня, начавшись с тщеславия, может дойти до глубин адовых, ведь это грех самого сатаны. Ни одна из страстей не может вырасти до таких пределов, как гордость, в этом-то и есть ее главная опасность. Но вернемся к осуждению. Осуждать – значит судить, предвосхищать суд Божий, узурпировать Его права (в этом тоже страшная гордость!), ибо только Господь, знающий прошлое, настоящее и будущее человека, может судить о нем. Преподобный Иоанн Савваитский рассказывает следующее: «Раз пришел ко мне инок из соседнего монастыря, и я спросил его, как живут отцы. Он отвечал: «Хорошо, по молитвам вашим”. Затем я спросил об иноке, который не пользовался доброй славой, и гость сказал мне: «Нисколько он не переменился, отче!”. Услышав это, я воскликнул: «Худо!”. И только я сказал это, тотчас почувствовал себя как бы в восторге и увидел Иисуса Христа, распятого между двумя разбойниками. Я было устремился на поклонение Спасителю, как вдруг Он обратился к предстоящим ангелам и сказал им: «Изринте его вон, это антихрист, ибо осудил брата своего, прежде Моего суда”. И когда, по слову Господа, я изгонялся, в дверях осталась моя мантия, и затем я очнулся. «Горе мне, – сказал я тогда пришедшему брату, – зол сей день мне!”. ”Почему так?” – спросил тот. Тогда я рассказал ему о видении и заметил, что оставленная мной мантия означает, что я лишен покрова и помощи Божией. И с того времени семь лет провел я, блуждая по пустыням, ни хлеба не вкушая, ни под кров не заходя, ни с человеками не беседуя, пока не увидел Господа моего, возвратившего мне мантию», – повествуется в Прологе.

Вот как страшно выносить суждение о человеке. Благодать отошла от подвижника только оттого, что он сказал про поведение брата: «Худо!». Сколько же раз на дню мы в мыслях или словом даем свою беспощадную оценку ближнему! Каждый раз забывая слова Христа: «Не судите, да не судимы будете» (Мф. 7: 1)! При этом мы в душе, конечно, говорим себе: «Уж я-то никогда не сделал бы ничего подобного!». И очень часто Господь для нашего исправления, чтобы посрамить нашу гордыню и желание осуждать других, смиряет нас.

В Иерусалиме жила одна девственница, которая шесть лет провела в своей келье, ведя жизнь подвижническую. Она носила власяницу и отреклась от всех земных удовольствий. Но потом бес тщеславия и гордости возбудил в ней желание осуждать других людей. И благодать Божия оставила ее за чрезмерную гордость, и она впала в блуд. Это случилось потому, что она подвизалась не из любви к Богу, а напоказ, ради суетной славы. Когда же она пришла в опьянение от демона гордости, святой ангел, страж целомудрия, оставил ее.

Очень часто Господь попускает нам впасть именно в те грехи, за которые мы осуждаем ближних.

Наши оценки ближнего очень неполны и субъективны, мы не только не можем заглянуть в его душу, но и часто вообще ничего не знаем о нем. Христос не осуждал явных грешников, ни блудниц, ни прелюбодеев, потому что знал, что земной путь этих людей еще не закончен, и они могут стать на путь исправления и добродетели. Только суд после смерти подводит последнюю черту всему тому, что сделал человек в жизни. Мы видим, как человек грешит, но не знаем, как он кается.

Как-то я вернулся с кладбища, куда меня пригласили отслужить панихиду, и женщина, позвавшая меня, попросила освятить ей машину. При освящении присутствовал один мой друг. Когда женщина уехала на уже освященной новенькой иномарке, он бросил фразу: «Да, не видно, чтобы она очень утруждалась, зарабатывая на эту машину». Тогда я рассказал ему, что у этой женщины большое горе, у нее не так давно убили сына… По внешности никогда нельзя судить о благополучии человеческой жизни.

Гордость и раскол

В наше время появилось немало «ругателей» (как их называет апостол Иуда), которые постоянно находят поводы для возмущения церковной иерархией. Патриарх, видите ли, слишком много общается со светской властью, епископы все сплошь заражены стяжательством и симонией, батюшки тоже думают только о доходах и разъезжают на «мерседесах». Появились особые газеты и сайты, которые специализируются на обличении епископата. Им, видимо, кажется, что сейчас наступили уже те самые времена, когда «архиереи и в воcкресение Христа верить не будут». Полный, будто бы, упадок благочестия и церковной жизни.

Что движет этими людьми? Гордыня. Кто дал им такое право обличать архиереев и священников, и что дают эти обличения? Они только сеют вражду, смуту и разделение в сердцах православных людей, которым, наоборот, нужно сейчас объединяться.

Недостойные люди среди священников и епископов были во все времена, а не только в XX или XXI веке. Обратимся к «золотому веку» Православия, веку святости и расцвета богословия. IV век дал таких столпов Церкви, как святители Василий Великий, Григорий Нисский, Григорий Богослов, Афанасий Александрийский, Иоанн Златоуст и многие, многие другие. И вот что святитель Иоанн Златоуст пишет об этом «золотом веке»: «Что может быть беззаконнее, когда люди негодные и исполненные множества пороков получают честь за то, за что не следовало бы позволить им переступать церковного порога?.. Ныне грехами страдают начальники Церкви… Беззаконники же, обремененные тысячью преступлений, вторглись в Церковь, откупщики сделались настоятелями». Многие из святых епископов IV века, в том числе сам святитель Иоанн, были отправлены «разбойничьими соборами» иерархов в ссылку, а некоторые умерли в ней. Но никто из них никогда не призывал к расколу и разделению. Уверен, что за низложенными святителями пошли бы многие тысячи людей, если бы они захотели создать свою «альтернативную церковь». Но святые мужи знали, что грех раскола и разделения не смывается даже мученической кровью.

Не так поступают современные обличители, они предпочитают раскол подчинению священноначалию, это сразу же показывает, что ими движет все та же гордыня. Она лежит в основе любого раскола. Сколько сейчас появляется раскольничьих, катакомбных церквей, именующих себя православными! «Истинная православная церковь», «самая истинная православная церковь», «самая, самая истинная» и т.д. И каждая из этих лже-церквей считает по гордости себя лучше, чище, святее, чем все остальные. Та же страсть гордыни двигала и движет старообрядцами. Они раздробились на огромное количество старообрядческих «церквей», толков, согласий, которые не имеют общения между собой. Как писал святитель Феофан Затворник: «Сотни бестолковых толков и тысячи несогласных согласий». Это путь всех раскольников и еретиков. Кстати, все старообрядчество держится вовсе не на любви к старому обряду, а на гордыне и высоком мнении о своей исключительности и правильности и ненависти к патриарху Никону и его последователям – никонианам.

Но скажем еще немного о «ругателях», им следует вспомнить слова святителя Киприана Карфагенского: «Кому Церковь не мать, тому Бог не Отец». Церковь была, есть и будет, несмотря на недостоинство некоторых иерархов, которые были, как я уже говорил, во все века и времена. Судить их будет Бог, а не мы. Господь говорит «Мне отмщение, Аз Воздам» (Рим. 12: 19). А мы можем исправить Церковь только одним – нашим личным благочестием. Ведь мы – это тоже Церковь. «Спасись сам – и вокруг тебя спасутся тысячи», – говорил преподобный Серафим Саровский. А уж он это познал на собственном духовном опыте. Вот такие люди и являются той малой закваской, которая квасит все тесто. Небольшое количество дрожжей способно поднять целую квашню. Но, кстати, по моим собственным наблюдениям, у «ругателей» с личным благочестием и нравственностью, как правило, туго. Зато гордыни хоть отбавляй.

Прельщение

Одним из самых страшных и плохо излечимых видов гордыни является прелесть.

Прелесть – значит прельщение. Диавол прельщает человека, принимая вид ангела Света, святых, Богородицы и даже Самого Христа. Человеку прельщенному даются от сатаны величайшие духовные переживания, он может совершать подвиги, даже чудеса, но все это есть пленение бесовскими силами. А в основе этого лежит гордыня. Человек возгордился своими духовными трудами, деланием, совершал их из тщеславия, гордости, часто напоказ, без смирения, и тем самым открыл душу действию враждебных сил.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в своем «Отечнике» приводит пример, к каким страшным последствиям может привести прелесть: «Сказывали о неком брате, что жил отшельником в пустыне и в течение многих лет был обольщаем демонами, думая, что это были ангелы. По временам приходил к нему его отец по плоти. Однажды отец, отправляясь к сыну, взял с собой топор с намерением на обратном пути нарубить себе дров. Один из демонов, предупреждая пришествие отца, явился сыну и сказал ему: «Вот диавол идет к тебе в подобии твоего отца с целью убить тебя, у него и топор с собой. Ты предупреди его, вырви топор и убей”. Отец пришел, по обычаю, и сын, схватив топор, нанес ему удар и убил его». Впавшего в прелесть очень тяжело вывести из этого состояния, но такие случаи бывали. Как, например, с преподобным Никитой Киево-Печерским. Впав в прелесть, он смог предсказать некоторые события, выучил наизусть весь Ветхий Завет. Но после усиленной молитвы преподобных Киево-Печерских старцев бес отошел от него. После этого он забыл все, что знал из книг, и отцы еле научили его грамоте.

Случаи бесовского прельщения встречаются и в наши дни. Со мной в семинарии учился молодой человек, который очень усиленно молился и постился, но, видимо, с неправильным, несмиренным расположением души. Студенты стали замечать, что он целыми днями просиживает за книгами. Все думали, что он читает святых отцов. Оказалось, что он изучал книги по исламу и оккультизму. Перестал исповедоваться и причащаться. К сожалению, его не удалось вывести из этого состояния, и вскоре его отчислили.

Грех гордости, начинаясь порой с мелкого тщеславия и гордыни, может вырасти до страшной духовной болезни. Вот почему святые отцы называли эту страсть самой опасной и наибольшей из страстей.

Брань с гордостью

Как же борются с гордыней, презрением ближних, самовозвышением? Что противопоставить этой страсти?

Святые отцы учат, что противоположная гордыне добродетель – любовь. Самая большая из страстей борется наивысшей добродетелью.

Как стяжать любовь к ближнему?

Как говорится, легко любить все человечество, но очень непросто любить конкретного человека со всеми его недостатками и слабостями. Когда Господа спросили: «Какая наибольшая заповедь в законе?», Он ответил: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22: 37–39).

Любовь – это великое чувство, которое роднит нас с Богом, ибо «Бог есть любовь». В любви единственное счастье, она способна помочь преодолеть нам все трудности и победить гордость и эгоизм. Но не все правильно понимают, что такое любовь. За любовь часто ошибочно принимают те приятные ощущения, которые мы получаем, когда к нам хорошо относятся, но это не любовь. «Если вы будете любить любящих вас, какая вам польза? Не то же ли делают и мытари?» (Мф. 5: 46). Очень легко и приятно любить человека, находиться рядом с ним, когда он нас только радует. Но когда общение с ближним нас чем-то не устраивает, мы тут же меняем свое отношение к нему, часто до диаметрально противоположного: «от любви до ненависти один шаг». Но это значит, что мы любили не настоящей любовь, наша любовь к ближнему была потребительской. Нам нравились те приятные ощущения, которые были связаны с ним, а когда они исчезали, исчезала и любовь. Получается, что мы любили человека как вещь, нужную нам. Даже не как вещь, а как продукт, вкусную пищу, потому что о любимой вещи мы все же заботимся, например полируем кузов любимой машины, регулярно обслуживаем ее, покупаем всякие украшения и т.д. То есть даже в вещь, если мы любим ее, мы вкладываем свою заботу и внимание. И только пищу мы любим за ее вкус, не более; когда она съедена, она больше не нужна нам. Итак, истинная любовь дает, а не требует. И в этом и есть настоящая радость любви. Радость от получения чего-то – радость материальная, потребительская, а в дарении кому-то – истинная, вечная.

Любовь – это служение. В этом дает нам великий пример Сам Господь наш Иисус Христос, когда Он умыл ноги апостолам на Тайной вечери, сказав: «Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам» (Ин. 13: 14–15). И Христос любит нас ни за что-то (потому что нас не за что особенно любить), а просто потому, что мы Его дети. Пусть грешные, непослушные, духовно больные, но ведь именно больного, слабого ребенка родители любят больше всего.

Чувство любви не может существовать без наших усилий. Его нужно воспитывать в своем сердце, возгревать день за днем. Любовь – это сознательное решение: «Я хочу любить». И нужно делать все, чтобы это чувство не погасло, иначе наше чувство долго не протянет, оно станет зависеть от множества случайных причин: эмоций, нашего настроения, обстоятельств жизни, поведения ближнего и т.д. По-другому выполнить слова Христа невозможно, ведь нам заповедана любовь не только к близким – родителям, супругам, детям, но и ко всем людям. Любовь стяжается ежедневным трудом, но награда за этот труд велика, ибо ничто на земле не может быть выше этого чувства. Но в начале нам приходится буквально понуждать себя к любви. Например, пришел домой усталый, не жди пока тебе сделают приятное, сам помоги, помой, скажем, посуду. Одолело плохое настроение – понудь себя, улыбнись, скажи ласковое слово, не срывай раздражение на других. Обиделся на человека, считаешь его неправым, себя невиновным – понудь себя, прояви любовь и первым пойди примиряться. И гордость побеждена. Но тут очень важно не возгордиться уже своим «смирением». Так, воспитывая себя день за днем, человек дойдет когда-нибудь до того, что уже не сможет жить по-другому: у него будет внутренняя потребность дарить свою любовь, делиться ею.

Очень важный момент в любви – видеть ценность каждого человека, ведь в каждом есть что-то хорошее, просто нужно изменить свое часто предвзятое отношение. Только воспитывая в своем сердце любовь к ближнему, меняя свое отношение к нему, научаясь видеть в нем хорошие стороны, мы будем шаг за шагом побеждать в себе гордость и превозношение. Любовь побеждает гордость, ибо гордость есть недостаток любви к Богу и людям.

Как научиться любви к Богу? Полюбив Его творение – человека. Человек – это образ Божий, и невозможно любить Первообраз и без любви, неуважительно относиться к иконе, изображению Бога. Недаром апостол Иоанн Богослов пишет нам: «Кто говорит: «Я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1 Ин. 4: 20).

Вместо заключения: «Царство Небесное силою берется»

Путь борьбы со страстями нелегок и тернист, мы часто изнемогаем, падаем, терпим поражение, иногда кажется, что сил больше нет, но снова встаем и начинаем бороться. Потому что путь этот единственный для православного христианина. «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть» (Мф. 6: 24). Невозможно служить Богу и оставаться рабом страстей.

Конечно, ни одно серьезное дело не делается легко и быстро. Воссоздаем ли мы храм, строим дом, воспитываем ребенка, лечим тяжелобольного человека – всегда требуются очень большие усилия. «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11: 12). А стяжание Небесного Царства невозможно без очищения себя от грехов и страстей. В славянском переводе Евангелия (всегда более точном, образном) вместо глагола «берется» употребляется слово «нудится». И действительно, духовная работа требует не просто приложения усилий, но принуждения, понуждения, преодоления себя.

Человек, ведущий борьбу со страстями и побеждающий их, венчается за это от Господа. Однажды преподобного Серафима Саровского спросили: «Кто в нашем монастыре выше всех предстоит перед Богом?». И преподобный ответил, что это повар с монастырской кухни, по происхождению из бывших солдат. Старец сказал также: «Характер у этого повара от природы огненный. Он готов в запальчивости убить человека, но его непрестанная борьба внутри души привлекает к нему великое благоволение Божие. За борьбу ему подается свыше благодатная сила Святого Духа, ибо непреложно Божие слово, которое говорит: «Побеждающему (себя) дам место сесть с Собою и облеку в белые одежды”. И, наоборот, если человек не борется с собой, то доходит до ужасного ожесточения, которое влечет к верной гибели и отчаянию».

ГОРДЫНЯ, САМОСТЬ, ТЩЕСЛАВИЕ –
Все страсти и грехи порождены гордыней. Она – мать всех грехов и пока человек совершает хоть один грех, он имеет в себе гордыню.
«Начало греха – гордость» (Сир. 10:15).
Это смещение точки центра Мироздания в сторону человеческого «я». Все это влечет за собой глобальное искажение мироустройства в человеке. Все импульсы от себя, т.е. от своего эго, во имя себя, для себя – греховны и погружают человека в наркотик иллюзии сего мира. В этой среде легко селятся и живут всевозможные духи несовершенства, порождающие пороки. Они как паразиты, как вирусы пожирают Божью Благодать в человеке, искажают его структуры, приводят к серьезным духовным и физическим болезням. И что страшно – чем более заболевает ими человек, тем меньше он это осознает, потому что они, прежде всего, перекрывают его связь с Богом, через которую есть возможность услышать Истину. Когда человек находится в единстве духа, души и тела – он обретает полноту силы, возможностей, виденья, получает доступ во все сферы жизни, обретает Бессмертие. Гордыня же – это иллюзорный центр, и она, воспринимаясь человеком как центральное его проявление, спазмирует его существо, перекрывает сообщение земного «я» с высшим. Восприятие человека и его действия становятся плоскими, не имеющими должной полноты и объема – несовершенными. Гордыня и ее ближайшие проявления ограничивают мир для человека на нем самом, и потому он живет в постоянном стяжании и стремлении расширить свои владения, свое имущество.
«Как упал ты с неба, денница, сын зари! разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своем: «взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней» (Ис 14:12-15).
Прекрасен и гармоничен был мир, сотворенный Богом. В нем каждый находился на своем месте, исполняя свои функции. Но один из сынов Божьих, имя которому Люцифер, возгордился, залюбовался собой, ибо был очень красив, и захотел сам стать центром вселенной – стать как Бог, не захотел быть в подчинении, но основать свой мир, в котором он будет над всем и будет иметь бесконечную власть. В видении блаженной Анны-Екатерины Эммерлих об этом сказано так:
«Сонмы духов перемещались, как бы купаясь в любви, лучащейся из вышнего Солнца. И вот в одно мгновение одна часть ангельских кругов замерла, погруженная в собственную красоту. Они упивались своей красотой и восхищались ею. Еще мгновение назад они были в движении, а теперь пребывали сами в себе. И в тот самый миг вся эта остановившаяся часть блистающих ангельских хоров омрачилась и низверглась» (Томас Шипфлингер «София-Мария – Целостный образ творения»)
Гордыня – опаснейший вирус, первый совершенный грех, сбросивший с Неба третью часть ангелов, превративший их в безобразных духов – т.е. таких, в которых нет Божьего образа. Этим вирусом были заражены и прародители человечества, и они также не смогли удержаться в том чистом и гармоничном месте, в котором пребывали – и упали в плотный мир, получив «кожаные одежды». Так в мир вошла смерть.
Гордыня – желание человека присвоить себе функции Бога, выйти за пределы своих полномочий – самовольно завысив их или занизив. Гордыня видит себя высшей точкой вселенной и над собой не может терпеть никого.
Гордецы «презирают начальства, дерзки, своевольны и не страшатся злословить высших» (2 Пет.2:10).
Библия говорит:
«Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (Иак.4:6).
Итак, добродетель противоположная гордыне – смирение. Смирение – это возможность человека видеть себя реально, быть тем, кем он есть, исполняя в полноте все ему предназначенное. Чрезмерное самоумаление также не может быть смирением – это такое же искажение своих полномочий и возможностей. Те, кто считает себя ниже всех и находятся постоянно в согнутом состоянии – не обрели пока смирения, ибо в смирении нет рабства и нет несвободы, но именно в истинном смирении открывается настоящая свобода человека, раскрываются все его возможности, все качества, все творчество. Гордыня как мать всех грехов дает человеку убежденность в том, что он сам – причина всего хорошего, что есть в нем и вокруг него, поэтому он сам себе приписывает множество прав. Таким показательным примером было утверждение во времена атеизма, что человек произошел от обезьяны. Другими словами – человек сам собой без чьей-либо помощи и участия создал себя только своими усилиями с помощью одного труда. И потому, он ничем не обязан Богу или кому-то там еще, потому что он сам – вершина творения.
Отличительные черты всех поступков гордыни, даже при их видимой благости – это их происхождение от собственного желания, а их цель – личное благо и удовольствие, а не благополучие целого Организма, на которое направлена Воля Творца. Потому такие поступки имеют негативное воздействие и на окружающий мир, и на самого человека. Гордыня – есть противостояние Богу, отдаление от Него. Чем дальше человек уходит от Бога в царство эго, тем меньше он видит свою гордыню. Его мир переворачивается и он все видит перевернутым и искаженным, гордыня ослепляет. Потому гордецам видятся настоящими гордецами именно те, кто обрел свободу через смирение, ибо они попирают гордыню.
Гордыня похожа на длинную палку, будто проглоченную человеком, не дающая ему согнуться. Трудно человеку в жизненных путях, где постоянно требуется сгруппироваться, чтобы пройти через тесные проходы. Гордыня мешает ему, из-за нее он словно становится поперек дороги, не имея возможности пройти дальше. Смирение же гибко, оно спокойно проходит везде, находя нужное включение в каждом из моментов, во всех ситуациях. Потому смиренного невозможно унизить, гордый унижен всегда. Смирение – это не есть пресмыкательство – оно никогда не предает и не ломает свой духовный стержень, никогда не отрекается от Бога. Смирение отдает все и жертвует всем преходящим ради вечного, всем человеческим ради Божьего, ради своей высшей цели. Оно устремлено только к Богу, живет только Им, любит только Его, оно соединяется только с Господом. Гордыня же предает Бога и ближних ради своей самости, жертвует вечным ради тленного. Потеряв связь с Богом, гордыня ищет ему замену, она есть идолопоклонство и порождает духовный блуд, в котором низлагаются основы души, и ее духовный стержень склоняется перед иными богами, соединяясь с ними.
Гордый человек всегда уязвим, его центр смещен, и ему ничего не стоит потерять равновесие. Гордый может и чем-то пожертвовать, но чем он не в состоянии пожертвовать никогда – так это своей гордыней. Гордыня вынуждена постоянно подпитывать себя. Ей страшно вдруг увидеть, что основание всего, что ею построено – пусто и лживо. Потому ей приходится постоянно раздувать свою значимость. Чем можно усилить свою значимость? Прежде всего – возвышением собственных качеств и заслуг, и умалением, уничижением, осуждением других. Для того, чтобы сохранить и усилить свою значимость человек должен постоянно находиться в состоянии войны, постоянно доказывая миру, что он самая важная его часть. Состояние противления сопутствует гордецу во всем. Гордыня – это вражда, постоянная война за утверждение своего права на царство и власть. Оборотная сторона гордыни – страх. Если смирение дает мир в душе, то гордыня наделяет своего хозяина страхом и постоянным беспокойством. Потерять свою власть, свое правление для гордого представляется подобно смерти, ибо только в этом он видит свою жизнь. И потому ему как королю, которого все ненавидят в королевстве, кажется, что на него все покушаются и хотят убить, отобрать его трон. У смиренного же нет ничего своего, но все отдано Богу и потому он всегда спокоен и свободен. Смирение наделяет целостностью, гордыня разделяет и раздробляет.
Гордыня – это пустота, вакуум в душе и сердце человека, где нет Бога. Подобно воздушной пробке в батарее она тормозит все жизненные процессы в человеке. В результате – нет тепла, но только холод и готовая взорваться система, из-за подобного ее перекрытия.
У святителя Тихона Задонского, в его творениях есть перечисление знаков гордости:
1. Славы, чести и похвалы всяким образом искать.
2. Дела выше сил своих начинать.
3. Во всякие дела самовольно мешаться.
4. Себя без стыда возвышать.
5. Других презирать.
6. Чести лишившись, негодовать, роптать и жаловаться.
7. Высшим быть непокорным.
8. Все доброе себе, а не Богу приписывать.
9. Других дела пересуживать.
10. Погрешности их возвышать, хвалу уменьшать.
11. В слове и поступке надменность некую показывать.
12. Исправления и увещания не любить, совета не принимать.
13. Не терпеть в уничижении быть, и прочая.
(Творения иже во Святых отца нашего Тихона Задонского, Плоть и Дух, Книга 1-2, стр. 34).
Схиигумен Савва пишет:
«Гордость – это крайняя самоуверенность, с отвержением всего, что не мое; источник гнева, жестокости, раздражения и злобы; отказ от Божией помощи».
Гордый не может избавится от чувства собственной правоты и презумпции абсолютной невиновности. Самооправдание неотступно следует за ним. В таком состоянии, конечно, невозможно покаяние, а потому и избавление от каких-либо грехов. Гордыня в человеке все действия и побуждения сводит к одному центру: «Я – бог, я – царь, и нет никого выше меня». Так выглядит и проецируется этот вирус. И потому гордыня не терпит присутствия такого же проявления в ком-то другом. Это противоречит ее мировосприятию, ее основной опоре. Ей нужна власть, и она не собирается ее терять. Чувство соперничества всегда присуще гордыне. Она живет тем, что сравнивает себя с другими. Если окажется, что она все же выше – она успокаивается, еще больше укрепляясь в самой себе. Гордыня может быть равнодушна ко многим достижениям других людей, если они не являются теми на которых базируется значимость самости. Но если вдруг окажется, что кто-то лучше в том, что она считает своей отличительной чертой, то в ней вспыхивает буря страстей.
Клайв Стейплз Льюис пишет в своей книге «Просто христианство»:
«В лице Бога вы встречаетесь с чем-то таким, что во всех отношениях неизмеримо превосходит вас. Пока вы не осознали этого, а следовательно, и того, что в сравнении с Ним вы – ничто, вы вообще не в состоянии познать Бога. Вы не можете познать Его, не отрешившись от своей гордости. Ведь гордый человек всегда смотрит свысока на все и на всех, то есть сверху вниз: как же увидеть ему то, что над ним! Возникает ужасный вопрос. Как возможно, что люди, пожираемые гордостью, говорят, будто они верят в Бога, и считают самих себя очень религиозными? Я боюсь, что эти люди поклоняются воображаемому Богу. Теоретически они признают, что перед лицом этого призрачного Бога они – ничто. Но им постоянно представляется, будто этот Бог одобряет их и считает их лучше других; они платят Ему воображаемым, грошовым смирением, переполняясь в то же время горделивым высокомерием по отношению к окружающим. Я полагаю, Христос думал и о таких людях, когда говорил, что некоторые будут проповедовать Его и именем Его изгонять бесов, но при конце мира услышат от Него, что Он никогда их не знал».
Старцы также говорят:
«Гордый человек обидчив, самолюбив, ему тяжело просить прощения, он никогда не уступает в споре, не любит слушаться, не любит приказных интонаций, а лишь смиренные просьбы, подвержен вспышкам гнева, помнит зло, осуждает других людей, не терпит нарушения своей воли, тяжело переносит неудачи в делах, замечания воспринимает как оскорбления, похвалами упивается».
Прп. Иоанн Лествичник приводит такой пример:
«Один премудрый старец духовно увещевал гордящегося брата, но он, ослепленный, сказал ему: «Прости меня, отче, я не горд”. Мудрый же старец возразил: «Чем же ты, сын мой, яснее можешь доказать, что ты горд, как не тем, что говоришь: я не горд”» (Леств. 23:14).
В жизненных ситуациях гордый не в состоянии увидеть суть происходящего, ибо чувствительность его уменьшена и искажена на величину его гордыни. Следом идут обида, гнев, зависть, ревность, уныние, осуждение, сетование, ропот, похоть, сребролюбие, чревоугодие. Уйдя с естественного для себя центра, исказив свои структуры, человек не в состоянии остановиться, один грех порождает другой. Одна петля на полотне, разорвавшись, тянет за собой остальные.
«Надменный человек, как бродящее вино, не успокаивается, так что расширяет душу свою, как ад, и как смерть он ненасытен» (Авв 2:5).
Гордыня есть корень греховности, ствол древа греха, от нее в человеческом существе разрастаются остальные ветви. Одни из самых больших ветвей и проявлений гордыни – это тщеславие и самость.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *