Обет трезвости в церкви

Клятва алкоголика

Текст присяги *
Вступая в ряды алкоголиков, именем Диониса и змея зеленого торжественно клянусь.
Пить каждый день. До последней капли, как того требует мой долг ханыги и пьяницы.
Храбро отрекаюсь я от прежних привязанностей и жизни скучной, обывательской.
Именем этанола и всех продуктов брожения обещаю. Бороться с трезвостью отважно, живота своего не жалеть и лика не стесняться.
Стойко и мужественно переносить похмелье и всю прочую абстиненцию.
Клянусь, что потуги рвотные от истины меня не отвратят, малодушия не проявлю и от пьянства отрекаться не стану. Не убоюсь.
Именем Венечки Ерофеева обещаю пить все, денатуратов не гнушаться.
Обещаю врачей не слушать, торпеды не вшивать, психозов не боятся, а случатся коли, так прокапаться и с нравом веселым далее продолжать. Да не остановит меня ни кишков язва, ни печени цирроз, ни дисфункция эректильная.
Клянусь плаксивым речам жены и участкового не внимать. Кто из них вздумает водку прятать да выливать, бить того нещадно, бешено.
Обещаю с полным напряжением сил пропивать все доходы свои и имущество (за вычетом гармони).
Клянусь в трезвом виде на люди не выходить. Перегар жвачкой не прятать. Клянусь деградировать упорно, неотступно, а облик человеческий утратив клянусь и дальше пить.
Если же нарушу я клятву свою. Пусть постигнет меня участь страшная. Жизнь трезвая, безысходная.
* присяга приносится с похмелья, стоя, в присутствии двух свидетелей. По прочтению следует немедленно выпить.

Я вчера до предела набрался,
Выпил лишнюю чарку вина,
А ведь слово давал – не сдержался,
Видно чарка большою была.
Что же дальше – не многое помню,
Стало дурно, домой захотел,
Посошок на дорожку наполнил,
Выпил, крякнул, совсем захмелел.
А на улице ночь, словно бездна,
Где мой дом и куда мне идти,
Где я пил – вспоминать бесполезно,
Мне забор нужно срочно найти.
По забору то вмиг разберусь я
Где я был, и идти мне куда,
По забору домой доберусь я,
Он мой друг — выручал иногда.
Шаг вперёд и ещё – испугался,
Нет забора, поплёлся назад ,
Плюнул: «Так твою так — изругался
И пошёл прямиком наугад.
Испоганили гады дорогу,
Колея, по колено в грязи,
Сердце выбило дробью тревогу
Не попасть бы в неё, упаси
Бог меня, сколько раз зарекался,
Вот дурак, буду в преть поумней.
Наконец до забора добрался
И пошел и пошел, посмелей.
И читаю знакомые метки
Я руками, как будто слепой.
Вот штакетник упал, дырка в сетке,
Но тогда был дружочек со мной.
Свален столб, сбил его прошлым летом,
Мчался вихрем, во хмелю я дурной,
От удара летел рикошетом,
Чуть живой я добрался домой.
Вот канава, чтоб ей завалиться,
Накопали, что трудно пройти,
Безобразие, как тут не злиться,
В грязь упал и придётся ползти.
Днём оттаяла грязь, ночь схватила,
Так бывает морозной порой,
Всю одежду вода промочила,
Коченею как лютой зимой.
Встать хочу, но уже не выходит,
На ногах, на плечах сто пудов,
Посижу, отдохну на дороге,
Но в сознании слышу я зов:
«Поднимайся, замёрзнешь бродяга,
Шепчет разум ¬¬– «Мороз на дворе»,
И ползу как бездомный дворняга,
Оставляя свой след на земле.
Вот соседский забор из железа,
Вот кривая калитка висит,
Значит, правильно угол я срезал,
Лишь в проулок пролезть предстоит,
Что-то тёплое в руки попалось,
Дух знакомый идёт от земли,
Это куча навоза размялась
И горит словно в печке угли.
Сам сложил я навозную кучу.
Эх подруженька, значит дошёл,
Полежу, отогреюсь получше,
Ног не чую, сапог не нашёл.
Когда лазил в канаве качаясь,
Видно их затянуло водой.
Ну да шут с ними, лишь бы не маясь,
Мне скорее добраться домой.
Вот и дома! Калитка родная,
Повернуть бы вертушку — нет сил,
За окошком жена дорогая,
Ей кричу я, но только завыл.
Было жутко подумать об этом,
Что замёрзну у самых ворот.
Приходилось лежать прошлым летом,
Я проспал до утра без забот.
А сейчас коченею и стыну,
Перед взором поплыли огни
И шепчу её нежное имя:
«Дорогая услышь и спаси».
Только вдруг отворились ворота,
Женских рук ощутил я тепло,
Всё — предел, провалился куда-то
И куда- то сознанье ушло.
Ранним утром проснулся от боли,
Ныли руки, спина и живот,
Ноги жгло, будто всыпали соли,
Разнесло как назло нос и рот.
Синячище под глазом чернеет,
А на морде щетина стеной,
Так противно, что сердце немеет,
Объяснится мне нужно с женой.
Чтоб простила меня – бедолагу,
Встану я на колени пред ней,
Что почуяла сердцем тревогу,
Вновь спасла от смертельных когтей.
Я клянусь перед вами родные,
Я клянусь перед милой женой,
Перед Богом клянусь, перед сыном —
Брошу пить – это слово за мной.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *