Обновленцы в православии

Раскольническое движение 1920–1940-х гг. в Русской православной церкви, инициированное советской властью.

Яви­лось од­ним из ин­ст­ру­мен­тов ан­ти­цер­ков­ной по­ли­ти­ки сов. го­су­дар­ст­ва, на­прав­лен­ной на борь­бу с ка­но­нич. Цер­ко­вью. Важ­ней­шей ха­рак­тер­ной чер­той О. бы­ло при­зна­ние «спра­вед­ли­во­сти со­вер­шив­ше­го­ся в стра­не со­ци­аль­но­го пе­ре­во­ро­та», тес­ней­шее со­труд­ни­че­ст­во с сов. вла­стью, а в пер­вые го­ды дея­тель­но­сти – опо­ра на ре­прес­сив­ные ор­га­ны. Сре­ди уча­ст­ни­ков об­нов­ленч. рас­ко­ла бы­ли и идей­ные сто­рон­ни­ки цер­ков­но­го об­нов­ле­ния, дек­ла­ри­ро­вав­шие свою связь с до­ре­во­лю­ци­он­ным те­че­ни­ем за вос­ста­нов­ле­ние со­бор­но­го строя и бо́ль­шую са­мо­стоя­тель­ность Це­рк­ви – идея­ми, ре­а­ли­зо­ван­ны­ми в ре­ше­ни­ях По­ме­ст­но­го со­бо­ра Рус. це­рк­ви 1917–18 (см. Поместные соборы). Од­на­ко та­ких лю­дей в об­нов­ленч. рас­ко­ле бы­ло мень­шин­ст­во, они не оп­ре­де­ля­ли ли­цо дви­же­ния.

Ор­га­ни­за­ци­он­но О. офор­ми­лось в мае 1922, ко­гда пат­ри­арх Ти­хон, на­хо­див­ший­ся под до­маш­ним аре­стом в пред­две­рии су­да над ним, де­зин­фор­ми­ро­ван­ный по­доб­ран­ной вла­стя­ми ини­циа­тив­ной груп­пой ду­хо­вен­ст­ва, дал согла­сие на вре­мен­ную – до со­зы­ва По­ме­ст­но­го со­бо­ра – пе­ре­да­чу выс­шей цер­ков­ной вла­сти митр. Яро­слав­ско­му Ага­фан­ге­лу (Пре­об­ра­жен­ско­му) или митр. Пет­ро­град­ско­му Ве­ниа­ми­ну (Ка­зан­ско­му). 18.5.1922 при со­дей­ст­вии вла­стей бы­ло об­ра­зо­ва­но об­нов­ленч. Выс­шее цер­ков­ное управ­ле­ние (ВЦУ), во гла­ве ко­то­ро­го с 19.5.1922 встал за­штат­ный еп. Ан­то­нин (Гра­нов­ский). Ми­тро­по­ли­ты Ага­фан­гел и Ве­ниа­мин от­ка­за­лись при­знать эту струк­ту­ру и бы­ли аре­сто­ва­ны. К авг. 1922 из 97 пра­вя­щих епи­ско­пов 37 при­зна­ли ВЦУ, 36 – вы­ска­за­лись про­тив и 24 ар­хие­рея не вы­яви­ли от­кры­то сво­его от­но­ше­ния к со­вер­шив­ше­му­ся цер­ков­но­му пе­ре­во­ро­ту.

В со­став ВЦУ во­шли пред­ста­ви­те­ли осн. об­нов­ленч. групп, воз­ник­ших в ка­че­ст­ве оп­по­зи­ции пат­ри­ар­шей Церк­ви: «Жи­вой церк­ви» во гла­ве с прот. Вла­ди­ми­ром Крас­ниц­ким, Со­юза об­щин древ­леапо­столь­ской церк­ви (СОДАЦ), воз­глав­ляе­мо­го про­тои­е­рея­ми Алек­сан­дром Вве­ден­ским и Алек­сан­дром Бо­яр­ским, «Цер­ков­но­го воз­ро­ж­де­ния» во гла­ве с еп. Ан­то­ни­ном (Гра­нов­ским). По ука­за­нию ВЦУ с за­ни­мае­мых ка­федр бы­ли сме­ще­ны не при­знав­шие О. епи­ско­пы, в этом про­цес­се, как и в соз­да­нии об­нов­ленч. епар­хи­аль­ных управ­ле­ний и яче­ек об­нов­ленч. групп, ре­шаю­щую роль иг­ра­ли ор­га­ны гос. вла­сти. При уча­стии вла­сти ве­лось фи­нан­си­ро­ва­ние дея­тель­но­сти пред­ста­ви­те­лей ВЦУ на мес­тах (упол­но­мо­чен­ных), об­нов­ленч. пе­ча­ти (ж. «Жи­вая цер­ковь»).

В авг. 1922 со­сто­ял­ся съезд груп­пы «Жи­вая цер­ковь», дек­ла­ра­ции ко­то­ро­го (напр., до­пус­ти­мость пе­ре­смот­ра не­ко­то­рых сто­рон дог­ма­тич. уче­ния Церк­ви) при­ве­ли к ре­ши­тель­но­му не­при­ятию идей об­нов­лен­цев в цер­ков­ных кру­гах. В са­мом же ВЦУ раз­вер­ну­лась борь­ба за власть. В сент. 1922 про­изо­шёл рас­кол: о прин­ци­пи­аль­ном не­со­гла­сии с про­грам­мой «Жи­вой церк­ви» и раз­ры­ве с ней зая­вил ру­ко­во­ди­тель ВЦУ Ан­то­нин (Гра­нов­ский), в т. ч. и вви­ду то­го, что её дея­те­ли на мес­тах со­вер­ша­ли на­сильств. дей­ст­вия при за­хва­те цер­ков­ной вла­сти. При­ми­ре­ние ли­де­ра «Жи­вой церк­ви» Крас­ниц­ко­го и Ан­то­ни­на (Гра­нов­ско­го), при­няв­ше­го ти­тул «ми­тро­по­ли­та Мо­с­ков­ско­го», про­изош­ло под влия­ни­ем вла­стей в кон­це сент. 1922. Был об­ра­зо­ван но­вый со­став ВЦУ с рав­но­прав­ным уча­сти­ем всех об­нов­ленч. групп. Сво­ей важ­ней­шей за­да­чей ВЦУ объ­я­ви­ло со­зыв Все­рос. по­ме­ст­но­го цер­ков­но­го со­бо­ра для уст­рое­ния цер­ков­ной жиз­ни в ус­ло­ви­ях но­вой го­су­дар­ст­вен­но­сти.

Об­нов­лен­че­ский, т. н. Вто­рой Все­рос. по­ме­ст­ный, со­бор (пер­вым со­бо­ром в дан­ном слу­чае счи­тал­ся По­ме­ст­ный со­бор 1917–18) от­крыт 29.4.1923 в хра­ме Хри­ста Спа­си­те­ля в Мо­ск­ве. Бла­го­да­ря под­держ­ке ОГПУ аб­со­лют­ное боль­шин­ст­во на нём име­ли сто­рон­ни­ки ВЦУ. 3.5.1923 со­бор вы­нес ре­зо­лю­цию о под­держ­ке сов. вла­сти и объ­я­вил об из­вер­же­нии из са­на и ли­ше­нии мо­на­ше­ст­ва «быв­ше­го пат­ри­ар­ха» Ти­хо­на. Пат­ри­ар­ше­ст­во бы­ло «уп­разд­не­но» как ин­сти­тут. 5 мая по до­к­ла­ду «ми­тро­по­ли­та» Ан­то­ни­на (Гра­нов­ско­го) со­бор по­ста­но­вил с 12.6.1923 пе­рей­ти на гри­го­ри­ан­ский ка­лен­дарь; 7 мая от­лу­чил всех уча­ст­ни­ков за­гра­нич­но­го съез­да ду­хо­вен­ст­ва и ми­рян в г. Срем­ски- Кар­лов­ци 1921. Опа­са­ясь, что на со­бо­ре воз­ник­нут спо­ры во­круг цер­ков­ных пре­об­ра­зо­ва­ний, власть не до­пус­ти­ла рас­смот­ре­ния во­про­сов о цер­ков­ной ре­фор­ме, за ис­клю­че­ни­ем вве­де­ния ин­сти­ту­та бе­ло­го (же­на­то­го) епи­ско­па­та и не­ко­то­рых др. по­слаб­ле­ний в брач­ном пра­ве для ду­хо­вен­ст­ва. Со­бор пе­ре­име­но­вал ВЦУ в Выс­ший цер­ков­ный со­вет (ВЦС) во гла­ве с Ан­то­ни­ном (Гра­нов­ским). Ре­ше­ния со­бо­ра, вы­звав­шие кри­ти­ку в цер­ков­ной сре­де, су­ще­ст­вен­но ос­ла­би­ли по­зи­ции об­нов­лен­цев. Боль­шую роль в не­при­ятии об­нов­лен­цев сыг­ра­ла их по­ли­тич. по­зи­ция, за­клю­чав­шая­ся в под­держ­ке сов. вла­сти, от­кры­то пре­сле­до­вав­шей ре­ли­гию и Цер­ковь в СССР. По­сле ос­во­бо­ж­де­ния 27.6.1923 пат­ри­ар­ха Ти­хо­на из за­клю­че­ния часть об­нов­ленч. при­хо­дов и зна­чит. часть епи­ско­па­та воз­вра­ти­лись в «ти­хо­нов­скую» Цер­ковь. 15.4.1924 пат­ри­арх Ти­хон за­пре­тил в свя­щен­но­слу­же­нии ру­ко­во­ди­те­лей об­нов­ленч. рас­ко­ла и по­тре­бо­вал от вер­ных чад Церк­ви пре­кра­тить с об­нов­лен­ца­ми вся­кое цер­ков­ное об­ще­ние.

В авг. 1923 во гла­ве ВЦС встал ар­хиеп. (в рас­ко­ле ми­тро­по­лит) Ев­до­ким (Ме­щер­ский); прак­ти­че­ски од­но­вре­мен­но ВЦС был пе­ре­име­но­ван в Свя­щен­ный Си­нод Пра­во­слав­ной Рос­сий­ской Церк­ви, об­нов­ленч. груп­пи­ров­ки уп­разд­не­ны. В ус­ло­ви­ях ут­ра­ты до­ве­рия ве­рую­щих об­нов­ленч. си­нод взял курс на по­сте­пен­ный от­каз от ра­ди­каль­ных ло­зун­гов, про­воз­гла­шён­ных груп­пой «Жи­вая цер­ковь». Ру­ко­во­ди­тель «Жи­вой церк­ви» Крас­ниц­кий по­сле не­удав­шей­ся по­пыт­ки (1924) при­ми­рить­ся с пат­ри­ар­хом Ти­хо­ном окон­ча­тель­но ото­шёл и от об­нов­ленч. си­но­да; его груп­па про­су­ще­ст­во­ва­ла как мар­ги­наль­ная струк­ту­ра до смер­ти сво­его ли­де­ра в 1936.

До 1926 об­нов­ленч. цер­ковь рас­смат­ри­ва­лась вла­стя­ми как един­ст­вен­ная пра­во­слав­ная цер­ков­ная ор­га­ни­за­ция. Об­нов­ленч. си­нод по­лу­чил при­зна­ние не­ко­то­рых вост. пат­ри­ар­хов, офиц. пред­ста­ви­те­ли ко­то­рых вхо­ди­ли с об­нов­лен­ца­ми в ев­ха­ри­стич. об­ще­ние. В свя­зи с на­ме­ре­ни­ем пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го Гри­го­рия VII (1923–24) со­звать в 1925 Все­лен­ский со­бор 10–18.6.1924 в Мо­ск­ве со­стоя­лось об­нов­ленч. «Ве­ли­кое Пред­со­бор­ное Со­ве­ща­ние Рос­сий­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви», из­брав­шее пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го сво­им поч. пред­се­да­те­лем. Со­ве­ща­ние об­ра­ти­лось с пе­ти­ци­ей в СНК о пре­дос­тав­ле­нии свя­щен­но­слу­жи­те­лям прав чле­нов проф­сою­зов, раз­ре­ше­нии обу­че­ния де­тей За­ко­ну Бо­жию до 11 лет, ве­де­нии Цер­ко­вью ак­тов гражд. со­стоя­ния, воз­вра­ще­нии ей кон­фи­ско­ван­ных чу­до­твор­ных икон и мо­щей, пе­ре­да­че Трои­це-Сер­гие­вой лав­ры. Прак­ти­че­ски все эти прось­бы бы­ли от­кло­не­ны.

По­сле смер­ти пат­ри­ар­ха Ти­хо­на (7.4.1925) у час­ти об­нов­ленч. ду­хо­вен­ст­ва и не­ко­то­рых ру­ко­во­ди­те­лей об­нов­ленч. си­но­да воз­ник­ла на­де­ж­да на при­ми­ре­ние с пат­ри­ар­шей Цер­ко­вью на оче­ред­ном По­ме­ст­ном все­рос. со­бо­ре с уча­сти­ем «ти­хо­нов­цев». Од­на­ко уже в хо­де под­го­то­ви­тель­ной пред­со­бор­ной ра­бо­ты вы­яс­ни­лось, что на­зна­чен­ный, со­глас­но за­ве­ща­тель­но­му рас­по­ря­же­нию пат­ри­ар­ха Ти­хо­на, его пре­ем­ник митр. Пётр (По­лян­ский) и еди­но­мыш­лен­ный с ним епи­ско­пат вы­сту­па­ют ка­те­го­ри­че­ски про­тив уча­стия вме­сте с об­нов­лен­ца­ми в на­ме­чав­шем­ся со­бо­ре. Кро­ме то­го, не­прими­ри­мые про­тив­ни­ки со­еди­не­ния с «ти­хо­нов­ца­ми» име­лись и сре­ди об­нов­лен­цев. Эта груп­па, не­глас­но воз­глав­ляв­шая­ся об­нов­ленч. «ми­тро­по­ли­том» Алек­сан­дром Вве­ден­ским, стоя­ла за со­хра­не­ние «плат­фор­мы со­бо­ра 1923 го­да», по­ни­мая, что в слу­чае ре­ви­зии его ре­ше­ний же­на­тый епи­ско­пат не бу­дет при­нят в объ­е­ди­нён­ную Цер­ковь.

Вто­рой об­нов­ленч. По­ме­ст­ный со­бор (об­нов­лен­цы на­зы­ва­ли его Треть­им Все­рос.) со­сто­ял­ся 1–10.10.1925 в моск. хра­ме Хри­ста Спа­си­те­ля. На со­бо­ре при­сут­ст­во­ва­ло 90 ар­хие­ре­ев, 109 кли­ри­ков и 133 де­ле­га­та-ми­ря­ни­на. Со­бор из­брал сво­им поч. пред­се­да­те­лем пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го Ва­си­лия III (1925–1929), ко­то­рый, на­хо­дясь под оп­ре­де­лён­ным влия­ни­ем тур. пра­ви­тель­ст­ва М. К. Ата­тюр­ка, имев­ше­го дру­же­ст­вен­ные от­но­ше­ния с сов. пра­ви­тель­ст­вом, на­пра­вил со­бо­ру при­вет­ст­вен­ное по­сла­ние. «Ми­тро­по­лит» Алек­сандр Вве­ден­ский ог­ла­сил на со­бо­ре лож­ное пись­мо об­нов­ленч. «епи­ско­па»-про­во­ка­то­ра Ни­ко­лая Со­ло­вья о том, что буд­то бы в мае 1924 пат­ри­арх Ти­хон и митр. Пётр (По­лян­ский) по­сла­ли с ним бла­го­сло­ве­ние в Па­риж вел. кн. Ки­рил­лу Вла­ди­ми­ро­ви­чу на за­ня­тие им имп. пре­сто­ла. Вве­ден­ский об­ви­нил митр. Пет­ра в со­труд­ни­че­ст­ве с бе­ло­гвар­дей­ским по­ли­тич. цен­тром и тем са­мым фак­ти­че­ски па­ра­ли­зо­вал стрем­ле­ние час­ти со­бо­рян най­ти при­ми­ре­ние с «ти­хо­нов­ца­ми». Со­бор при­знал ин­сти­тут пат­ри­ар­ше­ст­ва не со­от­вет­ст­вую­щим прин­ци­пам со­бор­но­го цер­ков­но­го управ­ле­ния по су­ще­ст­ву. Учи­ты­вая стре­ми­тель­ную ут­ра­ту об­нов­лен­ца­ми ав­то­ри­те­та сре­ди ве­рую­щих, со­бор от­ка­зал­ся от про­ве­де­ния ре­форм в ук­ла­де цер­ков­ной жиз­ни. По­ста­нов­ле­ни­ем от 5 окт. со­бор раз­ре­шил ис­поль­зо­ва­ние как но­во­го, так и ста­ро­го ка­лен­дар­ных сти­лей. Со­бор вы­ска­зал­ся за рас­ши­ре­ние со­бор­но­сти цер­ков­но­го управ­ле­ния, ус­та­но­вив, в ча­ст­но­сти, ин­сти­тут «ми­тро­по­ли­тан­ских ок­ру­гов» со сво­им со­бо­ром при уча­стии епи­ско­пов, кли­ри­ков и ми­рян, вы­бор­ность епи­ско­па­та епар­хи­аль­ны­ми съез­да­ми, из­бра­ние ор­га­нов епар­хи­аль­но­го управ­ле­ния на епар­хи­аль­ных съез­дах. При­ход­ской ус­тав, ут­вер­ждён­ный на со­бо­ре, пре­ду­смат­ри­вал не­за­ви­си­мость свя­щен­ни­ка от ми­рян, при со­хра­не­нии ве­ду­щей ро­ли при­ход­ско­го со­б­ра­ния. По­сле со­бо­ра 1925 на­блю­да­лось по­сте­пен­ное свёр­ты­ва­ние об­нов­ленч. ре­форм (за ис­клю­че­ни­ем по­слаб­ле­ний в брач­ном пра­ве), что, тем не ме­нее, не ос­та­но­ви­ло па­де­ние ав­то­ри­те­та об­нов­лен­че­ст­ва.

Про­воз­гла­ше­ние ло­яль­но­сти к сов. гос-ву Моск. пат­ри­ар­хи­ей , уст­ра­нив­шее фор­маль­ное раз­ли­чие в по­ли­тич. по­зи­ци­ях пат­ри­ар­хии и об­нов­ленч. си­но­да, и по­сле­до­вав­шая за этим ле­га­ли­за­ция ор­га­нов управ­ле­ния Моск. пат­ри­ар­хии ко­рен­ным об­ра­зом из­ме­ни­ли от­но­ше­ние вла­стей к О. К нач. 1930-х гг. в рам­ках об­ще­го жё­ст­ко­го кур­са на унич­то­же­ние вся­кой ре­ли­гии в СССР власть фак­ти­че­ски пе­ре­ста­ла де­лать раз­ли­чия ме­ж­ду об­нов­лен­ца­ми и «ти­хо­нов­ца­ми»: в го­ды мас­со­вых ре­прес­сий об­нов­ленч. ду­хо­вен­ст­во так­же не из­бе­жа­ло го­не­ний, об­ви­ня­лось в мо­нар­хиз­ме и контр­ре­во­лю­ции, а в ря­де слу­ча­ев об­нов­лен­цы и «ти­хо­нов­цы» про­хо­ди­ли по од­но­му де­лу. В 1935 на­ря­ду с ли­к­ви­да­ци­ей по тре­бо­ва­нию НКВД Врем. пат­ри­ар­ше­го си­но­да при митр. Сер­гии (Стра­го­род­ском) про­изо­шёл «са­мо­рос­пуск» об­нов­ленч. си­но­да. Вся пол­но­та вла­сти в об­нов­ленч. церк­ви пе­ре­шла к её перво­иерар­ху – «ми­тро­по­литу» Ви­та­лию (Вве­ден­ско­му). К 1939 у об­нов­лен­цев ос­та­ва­лось ок. 10 ар­хие­ре­ев. В окт. 1941 об­нов­ленч. цер­ковь воз­гла­вил «ми­тро­по­лит» Алек­сандр Вве­ден­ский.

В ре­зуль­та­те при­ня­тия И. В. Ста­ли­ным в 1943 но­во­го кур­са сов. пра­ви­тель­ст­ва в от­но­ше­нии Церк­ви окон­ча­тель­ное при­зна­ние по­лу­чил Моск. пат­ри­ар­хат, а О. под­ле­жа­ло ли­к­ви­да­ции. По­сле из­бра­ния пат­ри­ар­хом Мо­с­ков­ским митр. Сер­гия (Стра­го­род­ско­го) в СССР на­ча­лось уп­разд­не­ние об­нов­ленч. при­хо­дов и епар­хий. К кон­цу Вел. Отеч. вой­ны в Мо­ск­ве ос­та­вал­ся един­ст­вен­ный об­нов­ленч. при­ход, управ­ляв­ший­ся Алек­сан­дром Вве­ден­ским. По­сле кон­чи­ны Вве­ден­ско­го ле­том 1946 О. фак­ти­че­ски пре­кра­ти­ло своё су­ще­ст­во­ва­ние: про­воз­гла­сив­ший се­бя «ми­тро­по­ли­том об­нов­лен­че­ских церк­вей в СССР» Фи­ла­рет (Яцен­ко) ос­та­вал­ся прак­ти­че­ски в пол­ном оди­но­че­ст­ве до сво­ей смер­ти в 1951.

Дополнительная литература:

Ле­ви­тин-Крас­нов А. Э., Шав­ров В.М. Очер­ки по ис­то­рии рус­ской цер­ков­ной сму­ты. М., 1996;

Шка­ров­ский М. В. Об­нов­лен­че­ское дви­же­ние в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви ХХ в. СПб., 1999;

«Об­нов­лен­че­ский» рас­кол: Ма­те­риа­лы для цер­ков­но-ис­то­ри­че­ской и ка­но­ни­че­ской ха­рак­те­ри­сти­ки / Сост. И. В. Со­ловь­ев. М., 2002.

Автор статьи: Свя­щен­ник И. Со­ловь­ёв.

Священный синод Русской православной церкви 6 октября не стал принимать в РПЦ Осетинскую и Абхазскую православные церкви, выразившие желание выйти из состава Грузинской православной церкви. Таким образом руководство РПЦ открыто поддержало грузинский патриархат, побоявшись, по признанию священнослужителей, потерять союзника в борьбе за влияние на территории СНГ, пишет 7 октября газета «Коммерсант».

Решение поддержать целостность Грузинской православной церкви было принято руководством русской православной церкви во главе с патриархом Алексием II на заседании высшего органа церковного управления — Священного синода, прошедшего 6 октября. Позицию церкви по вопросу включения Осетинской и Абхазской православных церквей в состав РПЦ еще накануне обнародовал зампред отдела внешних церковных связей Московского патриархата Всеволод Чаплин: «Политические решения не определяют вопросов церковной юрисдикции. Этот вопрос должен быть решен путем диалога между двумя церквями». По словам пресс-секретаря Московского патриархата отца Владимира Вигилянского, подобную позицию инициировал патриарх Алексий II: «Патриарх всегда подтверждал целостность грузинской церкви».

«Главным итогом нынешнего Синода можно считать то, что РПЦ не откликнулась на призыв осетин и абхазов об объединении, в очередной раз продекларировав незыблемость канонических территориальных границ», — прокомментировал изданию это решение богослов, дьякон Андрей Кураев. По его словам, этот вопрос оказался политическим, причем позиция РПЦ фактически «разошлась с кремлевской»: РПЦ невыгодно ссориться с грузинской церковью.

Между тем 6 октября на заседании Синода обсуждался вопрос участия российской делегации в намеченном на конец октября саммите глав православных церквей, пишет «Коммерсант». По данным издания, РПЦ намерена выйти с ультиматумом: участие российских православных лидеров возможно лишь при условии, если саммит откажется от приглашения Эстонской апостольской церкви. «Большая часть храмов Московского патриархата в Эстонии отнята. И это парадоксальная история — экспансию осуществляет церковь придуманная», — заявил пресс-секретарь Московского патриархата отец Владимир Вигилянский. Он отметил, что «проблема с Эстонией на поверхности, за кулисами — необыкновенные сложности на Украине», где, как пишет «Коммерсант», президент Украины Виктор Ющенко, опираясь на поддержку константинопольского патриархата, пытается в обход РПЦ создать независимую Украинскую православную церковь.

По словам дьякона Андрея Кураева, собственную епархию намерена открыть на Украине и Румыния. На Константинополь ориентированы греки, а сербы греков поддерживают», — рассказывает Андрей Кураев. По его словам, в руководстве РПЦ опасаются потери влияния в странах СНГ и не хотят лишаться «едва ли не единственного союзника — грузинской церкви», чей голос будет существенен в грядущих баталиях с Константинополем (ныне Стамбул).

Напомним, представители Осетинской и Абхазской православных церквей еще летом, в момент обострения ситуации на Северном Кавказе выразили желание выйти из подчинения Грузинской православной церкви и в качестве самоуправляемых организаций войти в состав РПЦ. Так, управляющий Сухумо-Абхазской епархией священник Виссарион Аплиа сетовал, что с подобным предложением «абхазская церковь обращалась в Московскую патриархию неоднократно и ранее, но непризнанность республик являлась главным препятствием для решения этого вопроса».

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter

7 марта 1917 года в Петрограде началось движение церковных «обновленцев» — был создан Всероссийский Союз демократического православного духовенства и мирян во главе со священниками А. И. Введенским, А. И. Боярским, И. Егоровым. Ими были предприняты попытки церковных реформ, но результат этих попыток оказался трагическим.

К началу XX века о необходимости реформ в Церкви заговорили многие священнослужители. Годы Первой русской революции стали для духовенства временем надежды на возрождение православия, что подразумевало, прежде всего, обретение независимости при решении внутрицерковных дел. Даже члены Синода вопреки позиции обер-прокурора в марте 1905 года единогласно высказались за проведение преобразований, для чего считали необходимым скорейший созыв Поместного Собора.

Но в 1917 году многие растерялись. Большинство реформаторов хотело, чтобы именно государство помогло Церкви освободиться от сторонников старого понимания церковной жизни.

Со своей стороны, «Союз демократического духовенства и мирян» провозглашал главной целью движения «быть в единении с народом в великой работе по созданию нового государственного строя, при котором наилучшим образом были бы разрешены все наболевшие религиозные, культурные, политические и социально-экономические вопросы».

Но пришедшие к власти большевики решили использовать церковных либералов в своих целях — для разгрома Патриаршей Церкви, в чем и преуспели.

При подготовке к изъятию церковных ценностей власти, во избежание новой гражданской войны, теперь уже религиозной,руками обновленцев создали полностью подконтрольное режиму марионеточное церковное управление.

Ночью 12 мая 1922 года священники Александр Введенский, Александр Боярский и Евгений Белков в сопровождении сотрудников ГПУ приехал в Троицкое подворье в Москве на Самотеке, где содержался под домашним арестом патриарх Тихон, и, обвинив его в опасной и необдуманной политике, приведшей к конфронтации Церкви с государством, потребовали, чтобы он на время ареста отказался от своих полномочий. И патриарх подписал резолюцию о временной передаче церковной власти митрополиту Ярославскому Агафангелу (Преображенскому).

А уже 14 мая в «Известиях» появилось «Воззвание верующим сынам Православной Церкви России» с требованием суда над «виновниками церковной разрухи» и заявлением о прекращении «гражданской войны Церкви против государства».

На следующий день депутацию обновленцев принялпредседатель ВЦИК Михаил Калинин. Тут же было объявлено об учреждении нового Высшего церковного управления (ВЦУ), полностью состоявшего из обновленцев. А чтобы облегчить им захват патриаршей канцелярии, самого патриарха перевезли в Донской монастырь.

Из секретариата ЦК РКП(б) на места были разосланыдирективы о поддержке создаваемых обновленческих структур. ГПУ активно давило на правящих архиереев, вынуждая признать ВЦУ и учрежденную параллельно с ним «Живую Церковь», на «тихоновское» духовенство начались гонения.

Смысл обновленческого движения сами его вдохновители видели в освобождении духовенства «от мертвящего гнета монашества», мешающего ему «получить в свои руки органы церковного управления и непременно получить свободный доступ к епископскому сану. Но как всякие раскольники, они тут же стали дробиться на «толки».

Уже в августе 1922 года епископ Антонин (Грановский), председатель ВЦУ, организовал еще и «Союз церковного возрождения» (СЦВ), видевший свою опору не в клире, а в мирянах — как «единственном элементе», способном «зарядить церковную жизнь революционно-религиозной энергией». Устав СЦВ обещал своим последователям «самую широкую демократизацию Неба, самый широкий доступ к лону Отца Небесного».

Введенский и Боярский организовали «Союз общин древлеапостольской Церкви» (СОДАЦ).Появилось множество и более мелких церковно-реформаторских групп, и у каждой была своя программа церковных преобразований, направленных на радикальное обновление Русской Православной Церкви.

К концу 1922 года обновленцы с помощью властей захватили две трети из 30 тысяч действовавших в то время храмов. Как и рассчитывали власти, кампания разграбления церквей и надругательства над святынями не вызвала массовых народных протестов просто потому, что Церковь была расколота изнутри, а отдельные очаги сопротивления легко можно было уничтожить силами ГПУ.

В мае 1923 года в Москве, в храме Христа Спасителя, прошел первый обновленческий собор, вынесший резолюцию о поддержке советской власти и объявивший о лишении сана и монашества «бывшего патриарха» Тихона. Патриаршество упразднялось как «монархический и контрреволюционный способ руководства Церковью», вводились институт белого (женатого) епископата и григорианский календарь, а ВЦУ был преобразован в Высший церковный совет (ВЦС).

Естественно, патриарх Тихон решений обновленческого собора не признал, а самих обновленцев анафематствовалкак «незаконное сборище» и «учреждение антихристово».

Тогда, чтобы противостоять «тихоновщине», власти решили придать обновленческому расколу более респектабельный вид, подчинив все его течения единому центральному органу: ВЦС был преобразован в «Священный Синод», а все обновленческие группы было велено распустить и объединить их членов в «Обновленческую Церковь». «ЖиваяЦерковь», не подчинившаяся этому решению, без поддержки властей просто прекратила свое существование.

В июне 1924 года обновленческое «Предсоборное совещание» обратилось в Совнарком с просьбой предоставить священнослужителям права членов профсоюзов, разрешить обучать детей до 11 лет Закону Божию, вести акты гражданского состояния, вернуть в церкви конфискованные чудотворные иконы и мощи.Естественно, во всемэтом было отказано.

В октябре 1925 года обновленцы провели свой второй собор, на котором официально отказались от всех объявленных ранее реформ не только в области догматики и богослужения, но и в области богослужебного календаря.

После этого собора обновленчество стало катастрофически терять своих сторонников.

В конце концов в 1935 году ВЦУ самораспустилось, и обновленцев накрыла общая волна антицерковных репрессий, начались массовые аресты их епископата, духовенства и активных мирян. Окончательным же ударом по движению стала решительная поддержка властями Патриаршей Церкви в сентябре 1943 года. К концу войны от всего обновленчества остался только приход церкви Пимена Великого в Новых Воротниках (Нового Пимена) в Москве.

На фото по центру — А.И. Введенский

УДК 93/94

Л. Б. Захарова

ОБНОВЛЕНЧЕСКИЙ РАСКОЛ 1920-х гг. В РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

Аннотация. Обновленческий раскол стал свидетельством становления новой коммунистической морали в обществе, попыткой определенной части русского православного духовенства «вписать» Церковь в жесткие идеологические рамки нового политического режима. Однако обновленчество, несмотря на активную поддержку Советской власти, угасло к середине 1930-х гг. и не стало мощной духовной силой и нравственно-религиозной основой морального сознания русского народа.

Ключевые слова: Русская православная церковь, Патриарх Тихон, обновленчество, Советская власть, 1920-е гг., общественное сознание.

L. B. Zakharova

RENOVASIONIST SCHISM OF THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH IN 1920s

Key words: Russian Orthodox Church, Patriarch Tikhon, Renovationism, Soviet power, 1920s, public consciousness.

Одной из особенностей морального сознания русского общества в начале 1920-х гг. стало противостояние Советской власти и Церкви, точнее -давление властей на Русскую православную церковь, обусловленное целым рядом факторов. Власть боялась укрепления авторитета Церкви в глазах народа, стремилась ее всячески дискредитировать. Главными причинами наступления на Церковь со стороны Советской власти было, во-первых, ее мощное влияние на моральное сознание народа, которое шло вразрез с марксистской идеологией и пропагандой большевиков и воспринималось как «конкурирующая» сила для коммунистической идеи в массовом сознании. Во-вторых, новой власти было необходимо оперативно уничтожить все прежние государственные институты, ассоциируемые в обществе с прежним укладом жизни, вековыми обычаями и традициями, — таким институтом была Церковь («Мы наш, мы новый мир построим» — слова пролетарского гимна). В-третьих, атеистическая идеология не вписывалась в традиционную религиозную картину мира, сложившуюся в общественном сознании («Религия — яд, береги ребят!» — призыв на плакате начала 1920-х гг.). В-четвертых, духовенство и священнослужители стали «классово чуждым элементом», и места в социальной структуре нового общества для них не было. В-пятых, Советская власть получила возможность, используя неограниченные администра-

тивные ресурсы, национализировать собственность и имущество, принадлежащие Церкви.

Раскол внутри самой Русской православной церкви произошел вследствие начавшегося церковно-реформаторского движения «обновленческой церкви» по инициативе священника А. И. Введенского , выступавшего против руководства Церковью Патриархом Тихоном, поддерживавшего новый политический режим и проводимые им преобразования. 15 мая 1922 г. депутация обновленцев, получивших негласную поддержку ГПУ НКВД РСФСР, была принята Председателем ВЦИК М. И. Калининым, на следующий день было объявлено об учреждении нового «Высшего Церковного Управления» (ВЦУ), состоявшего полностью из сторонников обновленчества.

29 мая 1922 г. в Москве была создана обновленческая группа «Живая церковь». Обновленцы (официальное самоназвание — Православная Российская церковь) возносили «многая лета благовернейшему Совнаркому», заменяли кресты на могилах красными звездами, развешивали в своих церквах и конторах лозунги: «Обновленческая церковь есть форма коллективизации народного духа на началах религии», «Разными путями, но мы идем к одной цели — к Царствию Божию — социализму на земле». В Бузулукском уезде Самарской губернии обновленцы переименовали свой собор в «пролетарский», а в Бугурусланском уезде — перекрасили в красный цвет свою церковь. Органы Советской власти повсеместно поддерживали обновленцев, видя в этом течении силу, способную серьезно подорвать изнутри Русскую православную церковь.

Для захвата церковного управления на местах в епархии России было направлено 56 уполномоченных ВЦУ. Им вменялось в обязанность «изгнание монахов», т.е. архиереев православного направления, из архиерейских домов, создание обновленческих епархиальных управлений, изъятие храмов у православных. Исследователь православной истории Самарского края А. Г. Подмарицын отмечает, что «появление обновленчества в Самаре -не искусственный, не занесенный из Москвы вирус. Либеральное и просоциалистически настроенное духовенство существовало в епархии еще до революции… Неурожаи, страшный голод плюс политика большевиков, решивших воспользоваться этими событиями, чтобы уничтожить. духовенство путем репрессий и разделений, послужили благодатной почвой для появления обновленческих идей в Самаре. Какое-то время. практически вся епархия стояла на позициях ВЦУ» .

В самарской газете «Коммуна» был опубликован своего рода манифест самарских обновленцев — письмо сельского священника Частухина, содержащее основные постулаты «живой церкви», в частности: «Как граждане мы не можем не сказать, что из всех существующих форм правления — власть Советская одна является действительной выразительницей и верной защитницей интересов трудящихся, что новой лучшей формы еще не знает человечество» .

Несмотря на то, что Патриарх Тихон 18 мая 1922 г. был вынужден временно сложить свои полномочия и ВЦУ под давлением властей поддержали авторитетные архиереи — митрополит Сергий (Страгородский), архиепископы Евдоким (Мещерский) и Серафим (Мещеряков), собрание духовенства и верующих г. Самары, состоявшееся 6 июня в трапезной церкви Иверского

монастыря и посвященное событиям в Москве, решило не признавать ни одного из обновленческих течений и не допускать до служения священников-обновленцев .

Упорная борьба обновленцев с тихоновцами окончилась тем, что в Самаре за обновленцами остались только Вознесенский кафедральный собор с протоиереем Стрельниковым и протодиаконом Руновским, Покровская церковь с Чубукиным и лагерная с Львовым. «Коммуна» писала 22 июля

1922 г.: «Сейчас в Самаре имеется два епархиальных управления. Первое от ВЦУ и второе — самовосстановившееся старое правление, в лице протоиерея Колесникова, псаломщика Клименко, священника Губарева и др. (все тихоновского толка). 20 июля тихоновское епархиальное управление посетило представителей ВЦУ и предложило им передать все дела по епархии и сложить свои полномочия. Живоцерковники отказались покинуть свои посты без санкции центра. Спор между двумя епархиальными управлениями продолжался несколько часов, но спорящие ни к какому выводу не пришли» .

Самарское духовенство в своей массе, включая самарского епископа Анатолия и сызранского епископа Павла, осталось верным Патриарху Тихону. ВЦУ, пользующееся всемерной поддержкой ГПУ, постановлением 24 августа 1922 г. предложило епископу Павлу (Гальковскому) покинуть пределы Самарской губернии с полным отстранением от церковных дел. Епископ Павел был уволен на покой без права жительства в пределах Самарской епархии . В начале 1924 г. он был осужден за «антисоветскую деятельность», находился в заключении в Таганской тюрьме Москвы, в марте был отправлен в ссылку. 24 февраля 1923 г. был арестован епископ Анатолий (Грисюк). В информационной сводке «О состоянии православных церковников» ОГПУ отчитывалось: «Ввиду удаления из Самарской губернии видных тихоновцев последняя потеряла всякую возможность на успех своей работы и в конце концов совсем затихла. Местные обновленцы, которые в период тихоновщины окончательно растерялись, приступили к более оживленной работе и к сбору своих распыленных сил. В уездах работа обновленческого движения двигается медленно» . Таким образом, очевидно, что, несмотря на всяческую поддержку обновленческой церкви из Москвы и политическое и идеологическое давление, позиции традиционной Русской православной церкви и ее верующих — сторонников патриарха Тихона оказались гораздо сильнее.

Характерным стало явление, когда органы советской печати, выполняя указания из центра, предоставляли газетные полосы в распоряжение обновленческого духовенства («Коммуна» периода июня-сентября 1922 г. публиковала на первой-второй страницах материалы о событиях, разворачивающихся в Церкви как в Москве, так и в Самарской епархии). Газета широко освещала ход развития в Самаре обновленческого движения, печатала отчеты о съездах и соборах «Живой церкви». В государственных типографиях Самары беспрепятственно публиковались сочинения видных обновленцев, календари, пропагандистская литература.

29 апреля 1923 г. в Москве состоялся очередной обновленческий собор (в это время патриарх Тихон находился в заключении в Донском монастыре в Москве), который высказался в поддержку Советской власти и объявил

о низложении Патриарха Тихона, лишении его сана; ВЦУ было преобразова-

но в Высший церковный совет — ВЦС (а в августе 1923 г. ВЦС был преобразован в Священный Синод).

Итак, несмотря на активную агитацию и идеологическую пропаганду обновленческого движения, самарское духовенство и верующие остались сторонниками Русской православной церкви и Патриарха Тихона. Председатель епархиального управления (обновленческого) протоиерей М. М. Алексеев признавал: «Здесь, в Самаре, состоялись бурные собрания духовенства и мирян, на которых определенно выяснилось, что огромное большинство темной и введенной в заблуждение массы стоит за патриарха Тихона и против обновленческой церкви».

Сразу после освобождения из-под ареста Патриарх Тихон сам возглавил борьбу с обновленчеством. Вскоре после получения в Самаре текста послания Патриарха Тихона от 15 июля 1923 г., в котором он откровенно рассказал, какими методами действовали обновленцы, обманным путем захватывая власть в Церкви весной-летом 1922 г., Самарское епархиальное управление (организационно-управленческая структура обновленческой церкви) прервало служебную связь с ВЦУ 27 июля 1923 г.

В конце 1923 г. у обновленцев появился свой епископ с титулованием «Самарский». Сохранилось отношение Самарского епархиального управления (обновленческого) за № 120 от 5 февраля 1924 г. за подписью председателя епископа Александра Анисимова с просьбой о регистрации Устава епархиального управления, одобренного Собором 1923 г. К этому же времени относится список членов СЕУ, представленный на регистрацию в отдел управления: епископ Александр, протоиерей Спасо-Преображенской церкви М. Алексеев, протоиерей Всехсвятской церкви А. Малицкий, диакон Никольской (бывшего мужского монастыря) церкви Н. И. Муравецкий и священник той же церкви М. А. Никольский (временно исполняющий должность уполномоченного Священного Синода) .

Губернский адмотдел постоянно переправлял в ГубГПУ доклады и докладные записки обновленческого епископа Александра и его епархиального управления, в которых содержалась информация об «антисоветских и антигосударственных» речах и «делах» духовенства, не признающего власть обновленцев каноничной. Государство дало разрешение обновленцам на печатание антиправославных воззваний, запрещая в то же время печатание православным текста разрешительной молитвы.

Однако поддержка Патриарха Тихона в среде прихожан, православных верующих и общественное мнение в целом были столь сильны, что власти вынуждены были использовать дополнительные административные меры содействия обновленческой церкви. Самгубисполком предписывал уездным исполкомам не чинить препятствий в чтении епископом Александром Анисимовым на их территории лекций. 14 февраля 1924 г. в своем заявлении в ГубГПУ он просил разрешения на проведение лекций на тему «Тихон или Священный Синод» во время своей предполагаемой поездки по епархии. Резолюция уполномоченного ГубГПУ на заявлении такова: «Будьте так добры дать справку на руки Е. Александру, что ему разрешается в связи с поездкой проводить диспут». Президиум самгубисполкома направил предписание на имя президиумов Бугурусланского и Мелекесского исполкомов о нечине-нии препятствий епископу Самарскому Александру читать лекции в «пределах указанных уездов».

Положение Самарской епархии, признающей Патриарха Тихона своим главой, было нестабильно из-за частой смены правящих архиереев вследствие арестов. 18 сентября 1923 г. арестовали епископа Анатолия, его преемника епископа Бугурусланского Алексия (Орлова) (26 августа 1937 г. осужденного тройкой при УНКВД по Южно-Казахстанской области за «антисоветскую деятельность» и приговоренного к расстрелу, а 4 сентября 1937 г. расстрелянного близ города Чимкента), которого сменил на этом посту в конце

1923 г. епископ Вольский Петр (Соколов). В начале 1924 г. самарской епархией непродолжительное время управлял епископ Мелекесский Павел (Введенский), но вскоре был арестован и в апреле 1924 г. уже оказался в московской Бутырской тюрьме. С ноября 1924 до конца 1925 г. Самарской епархией управлял в сане епископа Мелитопольского, викария Таврической епархии епископ Сергий (Зверев). Несмотря на короткий срок пребывания в Самаре, ему удалось сплотить все православные общины епархии и нанести обновленчеству ощутимый удар.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Во время подготовки к Собору 1925 г. обновленцы направили к епископу Сергию комиссию для переговоров, но он не принял пришедших, а через третье лицо ответил: «Не нахожу надобности вести переговоры с вашим управлением и принять поэтому депутацию не нахожу нужным» . После этого обновленцы разослали по епархии «Воззвание к духовенству и мирянам Самарской епархии, принадлежащим к Православной российской церкви, но уклоняющимся от общения со Священным Синодом и его Епархиальным органом — Самарским Епархиальным Управлением» и «Открытое письмо епископу Сергию (Звереву)», в котором он обвинялся, например, в том, что отказывался дискутировать с обновленцами по вопросам религии .

Но ни духовенство, ни миряне не стремились сблизиться с обновленцами, напротив, во время поездок епископа Сергия по епархии с православием воссоединялись новые приходы, до того числившиеся обновленческими . Если в 1925 г. Самарская обновленческая епархия насчитывала в своем ведении 190 храмов, 2 епископа, 164 священника, 45 диаконов , то через два года только 6 храмов, в том числе 3 — в Самаре.

К концу 1925 г. большая часть приходов уже находилась под юрисдикцией владыки Сергия (в конце 1925 г. епископ Сергий был отстранен от управления Самарской епархией; в ноябре 1937 г. он был расстрелян). И хотя обновленческое движение в Самаре еще теплилось несколько лет (последний храм обновленцев в этом городе был закрыт в 1937 г.), жизнь показала, что народ отверг «демократию» в церковной жизни, а власти поняли: ставка на раскол Русской православной церкви не оправдала себя.

В этой связи нельзя не согласиться с исследователем православной истории Самарского края А. Г. Подмарицыным в том, что «обновленчество, несмотря на поддержку властей, которые помогли получить им наиболее удобно расположенные храмы (в Самаре — три собора, включая кафедральный, и два кладбищенских храма) и помогали, насколько это было возможно, противостоять «реакционерам»-тихоновцам, не смогло долгое время удерживать на своей стороне верующие массы. Главный просчет «религиозных» политиков заключался в том, что внешнее сходство обновленческих и православных храмов отнюдь не означало идентичности и равнозначности совер-

шаемого в них» . В итоге к концу 1920-х гг. обновленческое движение, инспирированное и поддерживаемое Советской властью, фактически исчезло, а Русская православная церковь сохранила свое значение в духовной жизни народа.

Обновленческий раскол стал свидетельством становления новой коммунистической морали в обществе, попыткой определенной части русского православного духовенства «вписать» Церковь в жесткие идеологические рамки нового политического режима. Однако обновленчество, несмотря на активную поддержку Советской власти, угасло к середине 1930-х гг. и не стало мощной духовной силой и нравственно-религиозной основой морального сознания русского народа. Обновленчество, кроме того, не оправдало надежд власти на поддержку большевистского режима со стороны духовенства и Русской православной церкви.

Список литературы

1. Введенский, А. И., митроп. Судьба веры в бога в борьбе с атеизмом / митроп. А. И. Введенский // Мысль. — 1922. — № 2. — С. 3-20.

2. Луначарский, А. В. Христианство или коммунизм. Диспут с митрополитом А. Введенским / А. В. Луначарский. — Л., 1926. — 75 с.

3. Луначарский, А. В. Идеализм или материализм. Диспут 21 сентября 1925 г. / А. В. Луначарский. — Л., 1926. — 75 с.

4. Подмарицын, А. Г. Очерки истории Самарской епархии / А. Г. Подмари-цын. — Самара : Книга, 2008. — 151 с.

5. Якунин, В. Н. История Самарской епархии / В. Н. Якунин. — Тольятти : МНХ, 2011. — 625 с.

7. Архивы Кремля. Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. Кн. 2. — Новосибирск ; М., 1998. — 454 с.

1. Vvedenskiy, A. I., mitrop. Sud’ba very v boga v bor’be s ateizmom / mitrop. A. I. Vvedenskiy // Mysl’. — 1922. — № 2. — S. 3-20.

2. Lunacharskiy, A. V. Khristianstvo ili kommunizm. Disput s mitropolitom A. Vvedenskim / A. V. Lunacharskiy. — L., 1926. — 75 s.

3. Lunacharskiy, A. V. Idealizm ili materializm. Disput 21 sentyabrya 1925 g. / A. V. Lunacharskiy. — L., 1926. — 75 s.

4. Podmaritsyn, A. G. Ocherki istorii Samarskoy eparkhii / A. G. Podmaritsyn. -Samara : Kniga, 2008. — 151 s.

5. Yakunin, V. N. Istoriya Samarskoy eparkhii / V. N. Yakunin. — Tol’yatti : MNKh, 2011. — 625 s.

7. Arkhivy Kremlya. Politbyuro i tserkov’. 1922-1925 gg. Kn. 2. — Novosibirsk ; M., 1998. — 454 s.

i sovremennost’ : nauchnyy pravoslavnyy zhurnal. — 2006. — № 4. — S. 3-25.

Захарова Людмила Борисовна кандидат исторических наук, доцент, кафедра гуманитарных и правовых дисциплин, Самарская академия государственного и муниципального управления

(г. Самара, ул. Стара Загора, 96) E-mail: zakharova_luda@mail.ru

УДК 93/94 Захарова, Л. Б.

Обновленческий раскол 1920-х гг. в Русской православной церкви /

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Л. Б. Захарова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. — 2013. — № 1 (25). — С. 52-58.

Обновленчество

Обновленец, Обновленческий раскол, Обновление

обновление — движение за революционное изменение Православного вероучения, иерархического строя Церкви и богослужения, мотивированное идеологией русского освободительного движения и, в частности, большевизма.

влияния

  • Славянофильство.

Обновленчество оказало и продолжает оказывать значительное влияние на церковную реформу, распространение модернизма и экуменизма в Русской Православной Церкви. Отношения с советскими и постсоветскими властями также выстраиваются по образцу, показанному обновленцами в дореволюционное и революционное время.

Многие обновленцы в разные годы перешли в Русскую Православную Церковь и сыграли там большую роль: митр. Сергий (Страгородский), митр. Сергий (Ларин), о. Сергий Желудков, А. Ф. Шишкин, Анатолий Левитин и др.

Разработки обновленцев стали основой для возрождения модернистского богословия и экуменизма в послевоенные годы. В этом отношении мирология является прямой идейной наследницей обновленчества. Модернистские секты в Русской Церкви также испытали значительное и в некоторых случаях определяющее влияние обновленчества: например, секта священника Георгия Кочеткова.

Наследникам обновленчества близка секуляризационная повестка дня обновленцев, которые, как и современные реформаторы, пытаются дать ответы на вызовы, которые ставит перед ними массовое общество, либеральное или тоталитарное:3.

Положительным опытом обновленцев считается их сотрудничество с Советской властью, и в том числе с репрессивными органами: «Раскол имел и позитивные итоги, так как обновленцы первыми выстроили взаимоотношения с советской властью… Вскоре примеру обновленцев последовал митрополит Сергий (Страгородский), легализовавший свой Синод и отдаливший, хоть и на короткое время, репрессивные меры в отношении большинства духовенства». Сотрудничество обновленцев с ВЧК-ОГПУ-НКВД считается наследниками обновленцев нормой для православного духовенства в 1920-1940-е годы:6.

этимология

В 1907 г. в одобрительном смысле: обновленцы, церковные обновленцы, церковное обновление, «обновленческое» (в кавычках) движение.

В 1911 год в выражении «левые обновленцы»:

Статья «Неоскудеваемость священства» представляет собой компиляцию с рассуждений некоторых писателей по богословским вопросам из так называемых «левых-обновленцев», но только идет заметно дальше их в направлении к протестантскому образу мыслей. «Дух Святый сошел не на одних апостолов,- пишут старообрядцы,- а на всю Церковь вообще, на народ. Он, так сказать, воцерковился, вселился в народ». Отсюда делается вывод такой: «Епископ есть не представитель Христа на земле, а предстоятель общины и Церкви пред Христом. Он таков же, как и все прочие, но впереди всех; такая же пасомая овца, как и все остальные, но на первом месте в стаде Христовом. Благодати священства лично, вне общения с верующими, ни на ком нет; она вся выражается в предстоятельстве общины».

Выражение встречается в 1913 г. у А. В. Карташева в выражении «церковные обновленцы». В нач. 1918 г. у Сергея Аскольдова в сборнике «Из глубины»:

  • религиозное обновленческое движение последних двух десятилетий.

определение

Движение за реформу Православного вероучения, иерархического строя Церкви и богослужения, мотивированное идеологией русского освободительного движения и, в частности, большевизма.

«Обновленческая церковь — это заодно они с коммунистами».

Патриарх Тихон отлучил от Церкви вождей обновленчества, а в 1924 г. признал обновленцев состоящими в расколе; иерархию, как и управление у обновленцев, — незаконными. Русская Православная Церковь не признавала действительность рукоположений обновленцев, присуждаемых ими наград и назначений на должности.

Несмотря на это как раскольники григориане, так и сторонники обновленчества в Русской Православной Церкви признавали и продолжают признавать именования, присужденные обновленцами самим себе:

Благодатны мы или нет с точки зрения Григорьевцев? В момент тяжелых упадков мы готовы рассуждать: так каноничны мы или нет, признают нас староцерковники или нет. Я лично, когда меня поведут на староцерковнический суд, имею сейчас некоторое весомое, документальное доказательство своей благодатности. Сейчас у меня имеется занумерованная, зафиксированная благодатность. Я получил от ВВЦС официальное приглашение — билет на их Съезд, который только что закончился в Донском монастыре. № 62, подпись секретаря ВВЦС, печать «Митрополиту Александру Введенскому». Пусть они теперь на диспутах поспорят, что я неблагодатен, а так как я только один из членов высокой коллегии обновленческих епископов, то, очевидно, мы все — благодатны…

— Александр Введенский (1927 г.)

воззрения

концепты

Догматическое развитие.

программы

  • возвращение в раннюю Церковь;
  • выборность духовенства;
  • равенство;
  • социальная справедливость.

одобрение революции октября 1917 года

Один из самых влиятельных деятелей обновленчества — о. Иоанн Егоров — приветствовал октябрьскую революцию 1917 года, осудил нейтралитет духовенства в классовой борьбе и подчеркнул, что главная обязанность духовенства – служение миру.

«Проект докладной записки во ВЦИК, исходящей от некоторой части духовенства и мирян православной церкви», составленный С. В. Калиновским в начале мая 1922 г., предусматривал «выделение из общей массы православного духовенства и мирян тех лиц, которые признают справедливость Российской социальной революции и лояльны по отношению к советской власти; ограждение их от церковных решений и судебных кар со стороны патриаршего управления».

Уже в первом программном воззвании обновленцев «Верующим сынам Православной Церкви России» (13 мая 1922 г.) содержится оценка октябрьского переворота и осуждение контрреволюции в Церкви:

В течение последних лет, по Воле Божьей, без которой ничего не совершается в мире, в России существует Рабоче-Крестьянское Правительство. Оно взяло на себя задачу устранить в России жуткие последствия мировой войны, борьбы с голодом, эпидемиями и прочее нестроение государственной жизни. Церковь фактически оставалась в стороне от этой борьбы за правду и благо человечества. Верхи священноначалия держали сторону врагов народа. Это выразилось в том, что при каждом подходящем случае в церкви вспыхивали контрреволюционные выступления. Живая церковь Революция изгнала помещиков из усадеб, капиталистов из дворцов, должна выгнать и монахов из архиерейских домов. Пора подвести итог за все те страданья, какие перенесло белое духовенство от своих деспотов, монахов-архиереев. Пора покончить с этим последним остатком помещичьей империи, пора лишить власти тех, кто держался помещиками и богачами и кто верно служил свергнутому революцией классу. Эту задачу должна взять на себя церковная группа «Живая Церковь».

— Владимир Красницкий (1922 г.)

Членами группы «Живая Церковь» могут быть православные епископы, пресвитеры, диаконы и псаломщики, признающие справедливость Российской социальной революции и мирового объединения трудящихся для защиты прав трудящегося эксплуатируемого человека.

— Устав группы православного белого духовенства «Живая Церковь» (1922 г.)

Собрание благочинных гор. Петрограда, заслушав доклад зам. Председателя ВЦУ прот. В.Д. Красницкого относительно перемен в Церковном Управлении и организации группы «Живая Церковь»… Российскую социальную революцию признает справедливым судом Божиим за социальные неправды человечества, а равно и одобряет мировое объединение трудящихся для защиты прав трудящегося эксплуатируемого человека.

— 1922 г.

Епископы Алексий (Симанский) и Николай (Ярушевич) в своем заявлении в Петроградский совет (сентябрь 1922 года) «признают социальную справедливость Октябрьской революции и считают капиталистический строй греховным… отрекаются от Карловацкого Собора и не имеют ничего общего с духовными вождями, ставшими на путь контрреволюции».

патологическая речь →

обновленческие храмы Петрограда — Ленинграда 1920 — 1940-е гг.

представители

Абакумов Алексей Григорьевич, Авдашкевич Петр Феликсович, Авдентов Александр Васильевич, Автономов Николай Петрович, Агапит (Вишневский), Аггеев Константин Маркович, Адамов Дмитрий Александрович, Адриан (Анципо-Чикунский), Аксаков Николай Петрович, Александр (Казанский), Александр (Надежин), Александр (Чекановский), Александров Владимир Владимирович, Алексий (Баженов), Алексий (Замараев), Альбинский Иван Иванович, Алявдин Николай Георгиевич, Аметистов Евгений Васильевич, Анатолий (Соколов), Андреев Сергей Алексеевич, Андрей (Одинцов), Анисимов Александр Ильич, Антоний (Вадковский), Антонинов Иван Петрович, Аретинский Андрей Лукич, Аристарх (Николаевский), Асташевский Гавриил Аркадьевич, Афанасий (Вечерко), Ашихмин Николай Матвеевич, Баженов Сергей Александрович

обновленчество/Портреты →

организации

  • Голгофские христиане.
  • Группа 32-х.
  • Живая церковь.
  • Крестовоздвиженское трудовое братство.
  • Религия в сочетании с жизнью.
  • Священнический союз (Свещенически съюз) (1903 — 1955).
  • Союз демократического православного духовенства и мирян.
  • Союз общин Древле-апостольской церкви.
  • Союз религиозно-трудовых общин.
  • Союз церковного возрождения.
  • Союз Церковного обновления.
  • Христианское братство борьбы.
  • Христианское содружество учащейся молодежи мужских учебных заведений (1903 — 1916).
  • Христианское содружество учащейся молодежи женских учебных заведений (1905 — ).
  • Церковь и перестройка.
  • Секта священника Георгия Кочеткова.
  • «Группа исследований относительно обновления Церкви» (Grupul de Reflecţie pentru Înnoirea Bisericii) 1990.

учебные заведения

  • Киевская высшая богословская школа.
  • Ленинградский богословский институт
  • Московская богословская академия.

события

  • Всероссийский съезд православного духовенства и мирян (1 июня 1917)
  • Всероссийский съезд «Живой церкви» (6 августа 1922)
  • Всесибирский съезд «Живой церкви» (2 октября 1922)
  • 1-й Всеукраинский съезд духовенства и мирян (февраля 1923)
  • Всероссийский съезд СОДАЦ (15 марта 1923)
  • Обновленческий собор 1923 года (29 апреля 1923)
  • 1-й Белорусский церковный собор (мая 1924)
  • 2-й Сибирский областной церковный съезд (мая 1924)
  • Всероссийское предсоборное совещание (10 июня 1924)
  • 1-й Всероссийский съезд Союза церковного возрождения (30 июня 1924)
  • Всеукраинское предсоборное совещание 1924 года (ноября 1924)
  • Совещание богословов-модернистов 1925 года (27 января 1925)
  • 2-й Всеукраинский поместный собор (мая 1925)
  • 2-й Белорусский церковный собор (сентября 1925)
  • Обновленческий собор 1925 года (1 октября 1925)
  • 3-й Белорусский церковный собор (мая 1926)
  • 3-й Сибирский областной церковный съезд (октября 1926)
  • 1-е Всесоюзное миссионерское совещание (февраля 1927)
  • Всеукраинское предсоборное совещание 1927 года (мая 1927)
  • 3-й Всеукраинский поместный собор (мая 1928)
  • Объединенное пастырско-мирянское собрание 18 сентября 1927 года.

документы

  • Записка С. Ю. Витте «О современном положении Православной Церкви» (1,905)
  • О необходимости перемен в русском церковном управлении (1,905)
  • О составе Церковного собора (1,905)
  • Обращение петроградского духовенства с отказом от политической деятельности (1,919)
  • Программа реформ «Живой церкви» (1,922)
  • Воззвание группы прогрессивного духовенства (1,922)
  • Программа реформ «Союза общин Древле-апостольской церкви» (1,923)
  • Ко всем деятелям богословской науки и духовного просвещения православной русской Церкви (обращение) (1,925)

  • Авдасев В. Н. Трудовое братство Н. Н. Неплюева. Его история и наследие. — Сумы: АС-Медиа, 2003.
  • Айвазов И. Г. Владимир, Митрополит Киевский и Галицкий. — М.: Всероссийский Союз Православного народа, 1918.
  • Айвазов И. Г. Обновленцы и староцерковники. В недрах церковно-общественных настроений нашего времени. — М.: Верность, 1909. — 121 с.
  • Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917-1943 гг / Сост. М. Е. Губонин. — ПСТГУ, 1994.
  • Балакшина Ю. В. Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников), 1903-1907. Документальная история и культурный контекст. — М.: СФИ, 2014. — 424 с. — ISBN 978-5-89100-128-2.
  • Балашов, Николай о. На пути к литургическому возрождению / при поддержке фонда «Христианская Россия». — М.: Круглый стол по религиозному образованию и диаконии; Культурно-просветительский центр «Духовная библиотека», 2001.
  • Балашов, Николай о. Развитие литургической культуры: богословские и пастырские аспекты // Богословская конференция Русской Православной Церкви. Православное богословие на пороге третьего тысячелетия. Москва, 7–9 февраля 2000 г. Материалы. — М.: Синодальная богословская комиссия, 2005. — С. 309–320.
  • Введенский А. И. За что лишили сана бывшего патриарха Тихона. Речь, произнесенная на заседании 2-го Всероссийского Поместного Церковного Собора 3 мая в Москве. — М.: Красная Новь, 1923.
  • Введенский А. И. Церковь и государство: Очерк взаимоотношений Церкви и государства в России 1918-1922 г. — М., 1923.
  • Введенский А. И. Церковь патриарха Тихона. — М., 1923.
  • Вениамин (Федченков), о. Подмена христианства. К спорам о Чурикове, «братцах», странниках и проч.. — СПб., 1911.
  • Воронцова И. В. Л. Д. Троцкий как стратег обновленческой реформации // Вестник ПСТГУ. II: История. История Русской Православной Церкви. — 2009. — № II:4 (33). — С. 51–62.
  • Воронцова И. В. Религиозно-философские истоки «обновленческого раскола» (1917-1923 гг.) // Новый исторический вестник. – 2007. – № 16 (2).
  • Воронцова И. В. Протоиерей Александр Устьинский и «реформатор» Василий Розанов: История духовного суда над протоиереем Александром Устьинским, изложенная в переписке 1903 года // Вестник ПСТГУ. II: История. История Русской Православной Церкви. 2010. № II:3 (36)
  • Воронцова И. В. Разработка тезисов «неохристианской» доктрины в переписке В. В. Розанова и протоиерея А. П. Устьинского (1898–1901) // Вестник ПСТГУ. II: История. История Русской Православной Церкви. 2010. № II:2 (35). С. 7–21
  • Головушкин Д. А. Апостол XX века. Жизнь и творчество о. Михаила (Семенова). — СПб.: Полититехника-сервис, 2010.
  • Головушкин Д. А. Феномен обновленчества в русском православии первой половины XX века. — СПб.: Полититехника-сервис, 2009.
  • Голубцов, Сергей о. Профессура МДА в сетях Гулага и ЧеКа. — М.: Издательство Православного братства Споручницы грешных, 1999.
  • Егоров, Иоанн о. Законы жизни. I книга. Закон Божий и законы человеческие. II книга. Христос — основной закон жизни. III книга. Люди Божьи: религиозный опыт святых и великих людей. — Пг., 1918.
  • Иванов, Сергей. Хронология обновленческого «переворота» в русской Церкви по новым архивным документам // Вестник ПСТГУ. II: История. История Русской Православной Церкви.. 2014. № 3 (58). С. 24–60
  • Карташев, Антон. Русская Церковь в 1905 г. — СПб.: тип. М. Меркушева, 1906.
  • Кравецкий, Александр. Проблема богослужебного языка на Соборе 1917-1918 годов и в последующие десятилетия // Журнал Московской Патриархии. 1994. № 2. С. 68–86
  • Лавринов, Валерий о. Обновленческий раскол в портретах его деятелей. — М.: Общество любителей церковной истории, 2016. — 734 с. — (Материалы по истории Церкви). — 1 000 экз.
  • Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. — М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 1996. — (Материалы по истории Церкви).
  • Леонтьева, Татьяна. Вера и бунт: духовенство в революционном обществе России начала XX века // Исторические Материалы. 01.04.2015.
  • Протоколы Комиссии по проведению отделения церкви от государства при ЦК РКП(б)-ВКП(б) (Антирелигиозной комиссии) 1922-1929 гг / Сост. В. В. Лобанов. — ПСТГУ, 2014. — 381 с. — ISBN 978-5-7429-0856-2.
  • Мережковский, Дмитрий. Теперь или никогда. О церковном соборе. — М.: Свободная совесть, 1906.
  • Ореханов, Георгий о. На пути к Собору. Церковные реформы и первая русская революция. — М.: ПСТБИ, 2002.
  • Ореханов, Георгий о. Церковный Собор и церковно-реформаторское движение // Журнал Московской Патриархии. 2000. № 12
  • Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе: В 3-х тт. — СПб., 1906.
  • Палладий (Шерстенников), митр. Противообновленческое руководство (1929 г.) // Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Кн. 3. — Тверь, 1999. — С. 598-603.
  • Пантюхин А. М. о. Обновленческое движение Русской Православной Церкви в 20–40-е гг. ХХ в. На материалах Ставрополья и Терека. — Ставрополь: АГРУС Ставропольского гос. аграрного ун-та, , 2014.
  • Петр (Полянский), сщмч. Указ об упорядочении богослужебной практики и недопустимости богослужебных нововведений // Благодатный огонь. 26.09.2013.
  • Поспеловский Д. В. Церковное обновление, обновленчество и Патриарх Тихон // Церковь и время. — 1999. — № 2 (9). — С. 259–298. (Доклад на Шестой международной экуменической конференции по русской духовности. Бозе, 1998.)
  • Преображенский, Иван. Новый и традиционный духовные ораторы: о.о. Григорий Петров и Иоанн Сергиев (Кронштадтский). Критический этюд. — СПб.: тип. спб. о-ва печ. и писч. дела в России «Слово», 1902.
  • Прокошев, Павел. Религиозный кризис на Западе Европы. Томск, 1911.
  • Соловьев, Илья о. «Обновленческий» раскол. Материалы для церковно-исторической и канонической характеристики. — М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 2002.
  • Феодосий (Алмазов), архимандрит. Мои воспоминания // Воспоминания о ГУЛАГе. 19.12.2013.
  • Шкаровский, Михаил. Обновленческие Духовные учебные заведения в Ленинграде в 1920-е гг. // Санкт-Петербургская православная духовная академия. 26.05.2015.
  • Экземплярский, Василий. Памяти Николая Николаевича Неплюева. — Киев: тип. И.И. Горбунова, 1908.
  • Coleman, Heather J Russian Baptists and spiritual revolution, 1905-1929. — Bloomington: Indiana University Press, 2005.
  • Cunningham, James W. A vanquished hope, the movement for church renewal in Russia, 1905-1906. — Crestwood, N.Y: St. Vladimir’s Seminary Press, 1981.
  • McMeekin, Sean. History’s greatest heist. The looting of Russia by the Bolsheviks. — New Haven, Conn., London: Yale University Press, 2009. — ISBN 978-0-300-13558-9.
  • Roslof, Edward E. Red Priests. — Indiana University Press, 2002.

Сноски

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *