Обретение автокефальности русской православной церковью

Содержание

Автокефалия Русской церкви

Автокефалия Русской церкви — обретение Русской Церковью с центром в Москве самостоятельности и независимости от Константинопольского патриархата с правом самостоятельного избрания предстоятеля Русской Церкви собором епископов. Фактическим началом автокефалии Русской Церкви принято считать избрание епископа Рязанского Ионы митрополитом Киевским и всея Руси на поместном соборе 1448 года. Причиной, которая привела к самостоятельному избранию митрополита в Москве, стала уния, подписанная в 1439 году представителями восточных православных церквей и Римской церкви и утверждённая императором Иоанном VIII Палеологом. Русская церковь с центром в Киеве и далее продолжала оставаться в юрисдикции Константинопольского патриархата. В 1589 году московские митрополиты получили патриаршее достоинство и формальное признание автокефалии в пределах Русского царства — от Константинопольского патриарха Иеремии II и остальных Восточных патриархов.

Последствия Флорентийской унии в России

Подписанная 6 июля 1439 года во Флоренции уния на Руси встретила неприятие. Пока Киевский митрополит-униат и новоявленный папский легат Исидор добирался до Москвы, возглашая по дороге заключённую унию в западных епархиях, другие участники посольства успели прибыть в столицу раньше и сообщить о совершённом во Флоренции «предательстве греками» Православия. Впрочем, и в Польше, и в Литве уния не была признана. Во многом этому способствовала поддержка польским королём Казимиром «базельского» папы Феликса V и непризнание им заключившего унию папы Евгения IV. На стороне Базельского собора и папы Феликса был и польский епископат, который к тому же был настроен весьма непримиримо в отношении к православным догматам и обрядам. Благосклоннее к делу унии отнеслись в Смоленске и Киеве. Исидор прожил в Киеве всю зиму и в феврале отбыл в Москву.

Исидор прибыл в Москву только на Страстную седмицу Великого Поста 19 марта 1441 года. Папский легат вступил в столицу по церемониалу католического епископа, с преднесением креста. К его приезду в Москве готовились, однако дали отслужить Литургию в кафедральном Успенском соборе. Во время литургии вопреки обычаю митрополит первым помянул не Константинопольского патриарха, а папу Евгения. По окончании Исидор провозгласил унию. После этого, великий князь Василий, назвав митрополита волком, изгнал его из храма, а через три дня он был арестован и заключён в Чудов монастырь. Впрочем, впоследствии (и с этим согласны все исследователи) Исидору дали возможность бежать в Литву, тем самым избавив себя от неприятной обязанности судить отступника-митрополита.

После ареста митрополита великий князь из епископов, находившихся в это время в Москве, созвал собор. Присутствовали шесть из восьми епископов подконтрольной Василию II Северо-восточной Руси: Ростовский Ефрем, Рязанский Иона, епископ Суздальский Авраамий, Сарайский Иов, Пермский Герасим, Коломенский Варлаам. Никаких соборных документов не сохранилось (если они вообще были). Документом, вероятно связанным с собором, стало послание великого князя Константинопольскому патриарху. По меньшей мере, послание было составлено и отправлено. Известно два варианта этого документа, близких по тексту. Одно адресовано патриарху Митрофану, другое — на имя императора Иоанна VIII. Второе послание известно в составе 2-й Софийской летописи. Оба послания позволяют установить год их составления. Но если в первом фигурирует 1441 год, то второе послание указывает на 1443-й. Трудно сказать, была ли повторная попытка через два года связаться с Константинополем, или же просто переписчик допустил вполне объяснимую ошибку, но именно 2-я Софийская летопись сообщает, что, узнав о принятии унии императором и патриархом, великий князь вернул посольство с дороги, и послания адресатов не достигли.

Тем не менее, этот документ представляет немалый интерес. Подробно извещая о произошедшем с Исидором, послание отвергает унию, как противоречащую «древнему нашему благочестию и православной вере». При этом упоминаются основные пункты расхождения с «латинянами». Это учение о «двойном» исхождении Святого Духа (filioqve), совершение Евхаристии на пресном хлебе, учение о чистилище. Отвергается и право Папы выступать в качестве учителя Церкви. В послании подчёркивется верность «вашей греческой вере». При этом великий князь просит позволения ставить митрополита собором русских епископов. Поводом для этой просьбы была «нужа далечного и непроходного путешествия» — трудность далёкого путешествия. Впрочем, великий князь просит патриаршего благословения и выражает желание «никако же разлучно от вас имать бытии наше православное христианство до века».

Действие московитов было активно поддержано на Афоне. От афонского протата и всех афонских иноков в Москву на имя князя Василия было направлено послание с поддержкой действий против унии.

Избрание митрополита Ионы

После изгнания Исидора русская митрополия несколько лет оставалась вакантной. Политическая ситуация в стране не способствовала разрешению церковных дел: в это время вновь вспыхнула борьба за власть между Василием II и Дмитрием Шемякой. В 1445 году хан Улуг-Мухаммед начал наступление на русские земли. Проиграв сражение под Суздалем, князь Василий попал в плен, но в скором времени за огромный выкуп он был отпущен. А в феврале 1446 года Дмитрий Шемяка без труда овладел Москвой. Вероятно, желая привлечь на свою сторону духовенство, Шемяка пригласил в Москву рязанского епископа Иону и предложил жить ему на митрополичьем дворе.

Выбор Ионы Рязанского Шемякой связан был не с его личными предпочтениями: Иона уже дважды претендовал на Киевскую митрополию. Первый раз — после смерти митрополита Фотия в 1431 году. Тогда в Константинополе поставили смоленского епископа Герасима, ставленника литовского князя Свидригайло. Тем не менее, Иона уже в это время считается наречённым митрополитом. После гибели Герасима в 1435 году Иона отправился в Константинополь, но там на Киевскую митрополию уже был поставлен Исидор: в преддверии заключения унии для её сторонников важно было иметь на крупнейшей митрополии последовательного её сторонника.

Шемякино правление продлилось недолго. В декабре 1446 года сторонники Василия захватили Москву, а сам великий князь водворился в столице в феврале 1447 года. В декабре 1448 года церковный собор утвердил Иону митрополитом. На соборе, кроме рязанского владыки, присутствовали епископы четырёх епархий: Ефрем Ростовский, Варлаам Коломенский, Питирим Пермский, Авраамий Суздальский. Архиепископ Новгородский Евфимий II и тверской епископ Илия прислали повольные грамоты.

Сложность ситуации состояла в том, что Иона был избран собором епископов только Северо-восточной Руси. Епископы Литвы в этом случае оказывались не у дел, и была вероятна опасность сепаратистских настроений на западе митрополии. Однако этого не произошло. Ещё во время своего бегства из Москвы Исидор попытался закрепиться в Литве и таким образом отделить западные епархии, склонив их к принятию унии. Намерение это не увенчалось успехом уже вследствие позиции короля Казимира IV, разорвавшего отношения с Римом. В 1447 году при сменившем папу Евгения папе Николае V отношения между польским королём и Римом были восстановлены. Однако, в силу, очевидно, политических причин, а также из-за активного неприятия идеи унии польским епископатом в Кракове решили поддержать московского ставленника на Киевскую митрополию. В 1451 году Казимир особой грамотой признал Иону митрополитом Киевским, подтвердив его права на все церковные имения на территории своего государства.

Ранее Ионой с просьбой поддержки было отправлено послание киевскому князю Александру. В послании Иона ссылается на известные прецеденты поставления митрополитов на Руси «негладости ради». В послании утверждается, что «кроме соборной церкви Святой Софии и царских полат во всём Царьграде … нигде не поминается папино имя». Посылать не к кому, делается вывод в послании, «царь не таков а ни патриарх не таков, иномудрствующе».. Подобные послания были направлены литовской знати и духовенству.

Наконец послание с извещением о избрании митрополита на Руси было составлено и для Константинополя. Адресовалось оно на имя византийского императора Константина XI от великого князя Василия. Датируется 1452 годом. Известно два списка послания, несколько отличных по тексту. Одно послание помечено: «… да не пошла», то есть послание отправлено не было. Судьба другого варианта неизвестна. О какой-либо реакции Константинополя так же неизвестно. Тем не менее, текст послания показателен. В послании утверждается, что поставление произошло «не кичением, и не дерзостью», а из-за обстоятельств времени. Подробно излагается история с изменой Исидора и напоминается об обещании поставить после Исидора Иону. О причинах вынужденного нарушения канонического порядка великий князь пишет: «В ваших благочестивых державах, в церкви Божией разногласия бысть, а в путных шествиях неудобьепроходо шествие бысть, а в наших странах всяко неустроение». Кроме того, не известно, есть ли вообще патриарх в Константинополе: «Не вемы, аще уже есть в державах святого ти царствия, в царствующем граде, святейший Патриарх». Заявляется желание восстановить отношения «разве нынешних новоявльшихся разногласий». Послание завершается уверением: «А даст ли Бог, будет у святого ти царствия в святей соборней апостольской церкви Патриарх, по древнему благочестию; и мы должны о всех наших положеньих писати и посылати к его святыни о всем, и благословения требовати».

Формально автокефалия провозглашена не была. Более того, в Москве демонстрируют желание восстановления прежних отношений. Сейчас Москве важно получить подтверждение митрополичьего достоинства своего ставленника и добиться признания его на западе митрополии. Москву волнует легитимность самочинного избранного митрополита, поэтому в посланиях прослеживаются настойчивые попытки доказать вынужденность и правомочность своих действий. Максимальное требование Москвы — это самостоятельное избрание митрополита, то есть — церковная автономия.

Отношения с Константинопольским Патриархом после падения Константинополя

В январе 1454 года волей султана Мехмеда Завоевателя, оставшиеся в городе и его окрестностях епископы избрали патриарха — первого православного после подписания унии. Им стал признанный глава антиуниатской партии Геннадий Схоларий. Таким образом, в Константинополе появился православный патриарх, и это должно было иметь последствия в отношениях с Русской митрополией. Однако об этих отношениях известно крайне мало. Всего два документа сообщают нам о том, что сношения с кирихиальной церковью были восстановлены. Это не полностью сохранившееся послание к Константинопольскому патриарху и упоминание в «Сказании о Спасо-Каменном монастыре» Паисия (Ярославова) посольства игумена Кирилло-Белозерского монастыря Кассиана.

Послание патриарху вновь подтверждает готовность принимать благословение от Константинопольских патриархов. Послание указывает на ещё один документ, отправленный из Константинополя великому князю. По меньшей мере, этот документ, содержит требование переговоров с патриархией.

«Сказание о Спасо-Каменном монастыре», написанного Паисием (Ярославовым) сообщает, что игумен Кириллова монастыря Кассиан дважды был с посольством у патриарха. Целью посольства было «церковное исправление», однако, о каком «исправлении» идёт речь — неясно.

Разделение митрополии

Если признание митрополита Ионы на западе митрополии в первое время было безусловным и утверждено поддержкой короля Казимира, то при сменившем папу Николая Каликсте III (1455—1458), положение изменилось. Король Казимир принял в качестве Киевского митрополита римского ставленника, сподвижника и ученика Исидора Григория Болгарина. Григорий, аббат монастыря св. Дмитрия в Константинополе, 15 октября 1458 года был посвящён патриархом-униатом Григорием Маммасом митрополитом Киевским, Литовским и всея Руси. Ранее, решением папы Каликста от 21 июля 1458, митрополия была разделена. Из документа следует, что отныне, по мнению Рима, поместная церковь Руси состоит из епархий «высшей России», управлявшуюся «раскольничьим монахом Ионой, сыном беззакония», и «нижней России». Таким образом «… Киевская митрополия разделялась папским указом, а не решением патриарха». В ведении Григория оказались 9 западных епархий Западной Руси. Правда при новом понтифике Пие II в январе 1459 «московская» часть митрополии Исидором была передана Григорию и целостность митрополии формально была восстановлена. В связи с этим Казимиру из Рима последовала просьба способствовать признанию Григория и в Москве. Иону же, если он появится в королевских владениях, необходимо было арестовать. Казимир добросовестно выполнил поручение, предложив принять Григория митрополитом и Василию II. Однако из Москвы потребовали «старины не нарушать» и отказались принимать митрополита-униата. «Старина», на которой настаивал московский князь, заключалась в зависимости принятия митрополитов на русскую кафедру только от русских князей.

Для противодействия унии митрополит Иона направил в литовские земли игуменов Троицкого монастыря Вассиана и Кириллова Кассиана к православному духовенству и дворянству с посланиями, в которых требовалось Григория не признавать. Однако умонастроение в среде литовского духовенства за эти годы изменилось. Епископы западных областей прислали митрополиту свои ответы, но содержание их неизвестно. Многие вместе со своим ответом отослали и копии грамот от папы и «арцибискупа» Константинополя Григория. Стало известно, что часть епископов сослужит униатскому митрополиту.

В этих условиях в конце 1459 года на соборе в Успенском соборе Кремля русские епископы, принявшие ранее рукоположения от св. Ионы, постановили: «Видя на самом деле, что по грехам нашим и по еретичеству отступника от православной веры Исидорова ученика Григория, называющего себя митрополитом Киевским, совершилось разделение Божиих Церквей Московской и Киевской и от этого разделения произошла великая пагуба для православия, мы как при нашем поставлении дали отцу нашему Ионе, так и теперь повторяем обещание — быть нам неотступными от святой Церкви Московской и от него и во всём повиноваться ему, а по отшествии к Богу повиноваться нам тому митрополиту, который по правилам святых апостолов и отцов будет поставлен в соборной церкви на Москве у гроба святого чудотворца Петра». В отношении же Григория было принято «грамот от него никаких не принимать и совещаний с ним не иметь ни о чём».

Собор подтвердил, что «разделение бысть святым Божиим церквам, московской зборной церкви с киевской церковью».

Отношения с Иерусалимским патриархом

На фоне неопределённых отношений с Константинополем интерес представляют активные контакты с Иерусалимским патриархом. Самым ранним документом является прощенная грамота Иерусалимского патриарха Иоакима великому князю Василию, появившаяся до 1462 года.. Иерусалимский владыка разрешает великого князя от некого церковного запрещения. Причиной сближения, по всей видимости, оказались материальные нужды Иерусалимского патриархата: после османского завоевания Россия была единственным православным государством, которое могло оказать значительную помощь. Об этом сообщает послание митрополита Феодосия новгородцам и псковичам. Этот же документ сообщает, что и сам патриарх Иоаким в 1464 году собирался прибыть на русскую землю, для сбора милостыни и подачи благословения, но умер в Каффе. Вместо него миссию совершил его брат и протосинкел Иосиф, которого он просил поставить в митрополиты Кесари Филипповой. Просьба была выполнена, и Иосиф собором русских епископов был поставлен митрополитом Кесари. Сохранилась и настольная грамота митрополиту Кесарийскому Иосифу. Документ датирован апрелем 1464 года.

Из этих документов следует, что, по меньшей мере, в Иерусалиме законность самостоятельного поставления русских митрополитов признавали. Однако это единственные документы, называющие имя Иерусалимского патриарха начала 60-х годов XV века. Известен патриарх Иоаким, при котором был Иерусалимский патриарший собор в 1443 году, которого и считают автором разрешительной грамоты Василию II. Однако известно, что на Иерусалимской кафедре он находился с 1431 по 1450 год. О том, кто был патриархом Иерусалимским в начале 60-х, достоверных сведений, кроме упомянутых посланий на русском языке, нет.

Схизма

В 1467 году униатский митрополит Киевский Григорий воссоединился с православием и был принят в общение патриархом Дионисием I. Дионисий, не признавая самостоятельно поставленных московских митрополитов, признал единственным каноническим митрополитом Русской митрополии Григория и потребовал признать его и в Москве. Ответ великого князя Ивана III был категоричен. В аргументации русской стороны появляется тезис об «изрушении греческого православия». Мысль об изрушении великий князь вкладывает в уста патриарха Симона. Когда в 1475 году в Константинополе митрополитом Киевским был поставлен Спиридон Сатана, в формуле обещательной грамоты при поставлении на епископскую кафедру появилась фраза: «А к митрополиту Спиридону, нарицаемому Сатана, взыскавшем поставление в областях безбожных турок от поганого царя, или кто будет иной митрополит, поставленный от латын или от турской области, не приступати мне к нему». Таким образом, в Москве Константинопольский патриарх был фактически уравнен с униатским. Однако, как отмечает Н. В. Казакова, этот тезис получил распространение в основном в официальном летописании и документах, связанных с политическими кругами. Наряду с ним остается мнение оправдывающее самочинную автокефалию внешними условиями и не подвергающее сомнению «греческое православие» и настаивающее на законности такого акта.

Восстановление сношений со Вселенской патриархией

На неофициальном уровне сношения с «греками» никогда не прекращались. А потребность утратившей поддержку государства церкви в средствах заставляло обращаться за милостыней в Московию и Константинопольских патриархов. В свою очередь и русские отправлялись в длительные паломничества в Константинополь, на Афон, Палестину и Синай. Так известна длительная поездка в Константинополь, на Синай и Афон в 70-х годах XV века заволжских монахов Нила Сорского и Иннокентия Комельского. Вообще в среде «нестяжателей» отношение к «грекам» не отличалось тем ригоризмом, который мы находим в официальных документах.

Частичное восстановление отношений происходит при «нестяжательном» митрополите Варлааме. В 1518 году в Москву от патриарха Константинопольского Феолипта прибывает официальная делегация, возглавляемая митрополитом Зихнийским Григорием. Причиной визита была всё та же милостыня, но митрополит Григорий привёз с собой официальное письмо от патриарха. В послании митрополит Варлаам титулуется по старому, митрополитом Киевским и всея Руси. Однако принять благословение от патриарха русский митрополит отказался.

По всей видимости, приезжие греки часто задавали вопрос о том, на каком основании русские митрополиты не едут в Константинополь на поставление, и это вызывало раздражение в московском обществе. В составе делегации в Москву прибыл и Максим Грек, прибывший с Афона по приглашению великого князя для перевода богослужебных книг. Максим Грек неоднократно выражал недоумение отказом принимать в Москве митрополита от Константинополя. Русские пытались убедить учёного грека, говорили о каких-то патриарших актах, но самих документов никто предоставить не мог. Максим Грек пишет сочинение, в котором пытается убедить своих оппонентов о сохранности чистоты православия и под властью безбожного царя. В конце концов, эти сомнения стали одним из пунктов обвинения преподобного Максима на судах 1525 и 1531 годов. На суде преподобный Максим подтвердил своё отрицательное отношение к русской автокефалии.

Неразрешённость вопроса о правовом статусе Русской Церкви однако не мешало продолжению сношений с Константинополем. С востока приходили просьбы о материальной помощи, русская сторона обращалась на Восток по своим нуждам. Так в 1557 году в Константинополь и на Афон для подтверждения царского титула Ивана Грозного была направлена делегация Феодорита Кольского. Посольство прошло успешно, и официальное подтверждение царского титула от восточных патриархов было получено. А в 1586 в Москву прибыл Антиохийский патриарх Иоаким. В 1589 году Москву посетил и Константинопольский патриарх Иеремия II. В России воспользовались этим и смогли провести переговоры об учреждении Московского патриархата. С учреждением патриаршества на Руси в 1589 году вопрос о законности автокефалии был снят.

Правовая оценка

Известный современный специалист в области церковного права прот. Владислав Цыпин утверждает правомерность установления автокефалии Русской Церкви в 1448 году. Основанием для самостоятельного канонического введения самовозглавления по мнению отца Владислава является 15-е правило Двукратного собора 861 года: «Отделяющегося от общения с предстоятелем ради некия ереси, осуждённой святыми соборами или отцами, когда он проповедуют ересь всенародно и учит оной открыто в церкви, таковые аще оградят себя от общения с глаголемым епископом прежде соборного рассмотрения, не только не подлежат положенной правилами епитимии, но и достойны чести, подобающей православным. Ибо они осудили не епископов, а лжеепископов и лжеучитилей, и не расколом пресекли единство Церкви, но потщились охранить Церковь от расколов и разделений»..

Примечания

  1. Грамота Константинопольского собора об основании Московского патриархата // РГАДА. Ф. 52. Оп. 2. Ед. хр. 5.
  2. Речь идёт о иеромонахе Симеоне Суздальском и суздальском епископе Авраамии, подписавшем соборное определение. Симеон при возвращении русской делегации в декабре 1439 года бежал из Венеции в Новгород к архиепископу Евфимию II, был вызван в Смоленск смоленским князем и подвергнут там аресту, но смог вернуться в Москву. Впоследствии им было написано пространное сочинение с критикой унии. Епископ Авраамий прибыл в Москву 19 сентября 1440 года.
  3. Из письма в Польшу: «Что может быть большей тягостью для церкви, чем согласиться с греками, одобрив их веру и обряд, противоположные латинским. Хотим узнать у правдивых, живут ли все в Греции по-христиански, и особенно у вас, господа, в Польше и в Львове, где живут многие греки, истинно ли т. н. возвращение греков к латинянам». См. Б. Н. Флоря. Флорентийская уния и Восточная Европа (конец 30-х — конец 60-х гг. XV в.).
  4. Речь идёт о первом белокаменном Успенском соборе, построенным в 1326 году.
  5. Это произошло 15 сентября.
  6. Присутствие в Москве столь ко времени шести из восьми епископов северо-восточной Руси вряд ли было случайным.
  7. В посланиях указывается, что со времени крещения Руси прошло в первом случае 453 года, во втором — 455. Это соответствует 1441 и 1443 годам.
  8. Послание великого князя Василия Васильевича патриарху Митрофану. Акты Исторические. № 39 с. 71-75.
  9. «Принесе же к нам и от Римского Папы писания, в нем же о Святем Дусе две начале Латине утвердиша».
  10. … «надо всеми же семи (патриархами) сотвори его всему нашему православному христианству отца и учителя и всем церквам главу … и на всех концех вселеныя имети его перваго, неистене и неправедне называющее его, в писании оном, наместника блаженному и верховному Апостолу Петру.
  11. «Просим святейшее твоё владычество, да со святым царём и со всем божественным и освящённым собором, воззревши в святые ваши и божественные правила греческие и в это папино послание … свободна нам сотворите в нашей земле поставление митрополита.»
  12. Иными словами, речь идёт о церковной автономии, а не автокефалии.
  13. См. Е. М. Ломизе. Письменные источники о Флорентийской унии на Московской Руси в середине XV в. с. 75-79.
  14. Не позже 1443 года, так как в послании упоминается патриарх Митрофан, умерший в 1443 году.
  15. Василий бежал в Троице-Сергиев монастырь, но был там захвачен боярином Иваном Можайским и ослеплён.
  16. Известен, по меньшей мере, один документ, относящийся к 1433 году, где Иона называет себя «наречённым в святейшую митрополию русскую» (РИБ. Т. 6 ст. 521).
  17. Грамоты о согласии на поставление Ионы.
  18. Сам Московский митрополит приписывает инициативу самостоятельного избрания русского первоиерарха великому князю Василию. Об этом он пишет в послании к киевскому князю Александру (РИБ т. 6. стб.561).
  19. Польские католики выступали за безоговорочное принятие православными всех латинских догматов и обрядов.
  20. Послание Казимира IV 1451 год 31 января. РИБ т.6. с. 563—566.
  21. Епархии Галиции по этому акту остались вне сферы влияния русского митрополита.
  22. Ранее, в 1447 году с просьбой не принимать никого кроме митрополита Исидора к князю Олелько обратился и униатский патриарх Григорий III Мамма.
  23. Послание киевскому князю Александру Владимировичу. РИБ т.6. с. 560.
  24. Послание киевскому князю Александру Владимировичу. РИБ т.6. с. 558—559.
  25. Император Иоанн VIII, заключивший унию во Флоренции, умер в 1448 году.
  26. Оба послания опубликованы в 1-м томе Актов Исторических, документы № 41 и № 262.
  27. Акты Исторические. т. 1. № 41 с.84.
  28. Под давление партии противников унии униатский патриарх Григорий Маммас покинул Константинополь в 1451 году и более туда не возвращался.
  29. Акты Исторические. т. 1. № 41 с.85.
  30. Акты исторические т.1. с. 495—496.
  31. В послании отсутствует начало, соответственно не известно имя адресата. Тем не менее, из текста ясно, что послание направлено патриарху.
  32. «Также ото всех, кто ли не будет патриарх на патриаршестве … держа истинное великое православие». Акты исторические т.1. с. 495.
  33. «…сын мой Великий Князь послал к твоей святыни своего посла … по твоему к нам приказу и писанию».
  34. Митрополит Макарий предполагает, что это послание было отправлено с митрополитом Игнатием, который в июне 1454 прибыл в русские земли с целью сбора помощи. Владыка Макарий, предполагает, что послание содержало напоминание о правах Константинопольского патриарха на Русскую митрополию и просьбу материальной помощи.
  35. Сказание о Спасо-Каменном монастыре. с. 415.
  36. «За некую потребу князь великий Василей Васильевич и митрополит Иона посылали его во Царьград дважды о церковном исправлении к патриарху. И прииде из Царяграда на Москву, и князь великий Василей Васильевич почтил его, и дав ему доволная требования монастырю, и отпустил его в пострижение своё на Каменной».
  37. Григорий сопровождал Исидора в поездке на Флорентийский собор и вместе бежал с ним из Москвы.
  38. См. Митрополит Макрий. История Русской Церкви. т. 5. с. 422. Примечание архм. Макария (Веретенникова).
  39. O. Yalecki. From Florence to Brest. Rome. 1958 p.84-86.
  40. Эти сведения содержат послания Пия, Исидора и Григория, которые сохранились в составе Коронной Метрики Польского государственного архива.
  41. Ватиканский архив (DPR. Romae, 1953. V.1(1075-17000, № 84).
  42. Кассиан ране ездил в Константинополь «о церковном исправлении»
  43. А. В. Карташов. Очерки по истории Русской Церкви. т.1. c.499.
  44. РИБ т. 6. стб 629—630.
  45. РИБ т. 6. стб 629.
  46. Н. Ф. Каптерев. Сношения иерусалимских патриархов с русским правительством с половины XVI до конца XVII столетия.
  47. Акты Исторические. т.1. документ № 72, с. 123.
  48. Год смерти Василия II.
  49. «Имеет наше смирение господарство твоё прощено во всём церковном запрещении…»
  50. Палестина в это время находится под властью египетских мамелюков и Иерусалимский патриарх ещё не подчинён турками Константинопольскому как главе христианского миллета.
  51. Акты Исторические. т. 1 № 78. с.127-129
  52. РИБ т. 6 № 135. стб. 925-930
  53. Есть ещё один документ, подписанный именем патриарха Иерусалимского Иоакима. Это его послания к митрополиту Геронтию, датированное июнем 1480 года. Патриарх иерусалимский с таким именем в это время неизвестен. См. Акты Исторические т.1. документ № 89, с. 136—137.
  54. См. Список Иерусалимских Патриархов
  55. Послание великого князя Ивана Васильевича новгородскому архиепископу Ионе. РИБ т. 6 № 100. стб.707-712.
  56. «Яз сам живу в убожестве, в бессерменских руках, в чюжой неволе, а наше ся православие уже изрушило». РИБ т. 6. с. 711.
  57. Н. В. Казакова. Известия летописей и хронографов о начале автокефалии русской церкви. с. 419.
  58. Н. В. Казакова. Известия летописей и хронографов о начале автокефалии русской церкви. с. 420.
  59. Об этом факте известно со слов Максима Грека, порицавшего митрополита Варлаама за отказ принять благословение от Патриарха. См. А. И. Плигузов. Полемика в Русской Церкви первой трети XVI столетия. с. 240.
  60. Сочинение называлось: «Сказание ко отрицающимся на поставлении и кленушимся своим рукописанием русскому митрополиту и всему священному собору, еже не приимати поставления на митрополию и на владычество от римскаго папы латынския веры и от цареградского патриарха аки во области безбожных турок поганого царя, и поставленнаго от них не приимати».
  61. А. И. Плигузов. Полемика в Русской Церкви первой трети XVI столетия. с. 239—240.
  62. о. Владислав Цыпин. Церковное право. с.283-284.

Литература

  • Голубинский Е. Е.. История Русской Церкви. Т. II 1-я половина. С. 469—515
  • Казакова Н. А. Известия летописей и хронографов о начале автокефалии русской церкви. // Из истории русской культуры. Т.II. кн. 1. С. 415—424.
  • Казакова Н. А. Вопрос о причинах осуждения Максима Грека. // Византийский временник, т. 29.
  • Синицына Н. В. Автокефалия Русской церкви и учреждение Московского патриархата.//Церковь, общество и государство в феодальной России. С. 156—151.
  • Флоря Б. Н. Флорентийская уния и Восточная Европа (конец 30-х — конец 60-х гг. XV в.)

Ссылки

  • Ульянов О. Г. Дарование автокефалии pro et contra: взгляд историка и богослова «Το δώρο της αυτοκεφάλιας»

Была ли русская автокефалия XV века незаконной?

Со стороны анафематствованного «патриарха всея Украины-Руси» Филарета Денисенко и его присных нередко слышится такой аргумент в пользу провозглашения «Киевского патриархата»: Москва, мол, тоже в свое время самочинно провозгласила свою автокефалию и целых полтора века ждала ее признания со стороны Константинополя. Можно, де, и нам подождать… Кроме того, аргументом в пользу создания самосвятской УПЦ КП выдвигается факт обретения Украиной государственной независимости в 1991 году. Подобные обоснования, конечно, подтверждают лишь невысокий уровень канонической самооценки украинских самосвятов. Но, кроме этого, вызывает большие сомнения и историческая аргументация филаретовцев.

Грамота Константинопольского собора о даровании автокефалии Русской Церкви

Русь никогда не была политически зависима от Византии, однако почти пять веков была митрополией Константинопольского Патриархата, митрополит обычно присылался из Нового Рима и был этническим греком. Лишь дважды – в 1051 и 1147 годах – митрополит всея Руси избирался собором местных епископов. Вопрос о русской автокефалии возник лишь тогда, когда в 1439 году на «Вселенском» соборе во Флоренции между Римом и Константинополем была заключена церковная уния. И в Московском княжестве, и в Литве в это время в самом разгаре был острейший политический кризис. В 1437 году московское войско Великого князя Василия Темного было разгромлено татарами под Белёвым. Русские земли подвергались частым набегам только что основанного Казанского ханства. Москве было совсем не до борьбы за церковную независимость…

В 1441 году в Москву прибыл подписавший унию митрополит всея Руси Исидор. По инициативе Великого князя он был арестован, хотя потом ему дали бежать (впоследствии Исидор умер в Риме, будучи кардиналом). В 1442 году в Литву также был прислан из Константинополя митрополит-униат Григорий, но и там он принят не был. Только в 1448 году после длительного ожидания собор епископов в Москве избрал митрополитом Рязанского епископа Иону. Подробности происходивших в Византии событий на Москве известны не были. В Царьград к императору было отправлено послание, в котором говорилось: «И церковь наша Русская святейшия митропльи Русскиа, святыя Божия вселенския сборныя апостольския церкве Премудрости Божия святыя София Цареградския благословения требует и ищет, и во всем по древнему благочестию повинуется; и тот наш отец Иона, Митрополит всеа Руси, по томуж, всячески требует оттоле благословения и соединения, развее нынешних новоявльшихся разгласий. И молим святое ти царство, да будеш о всем к тому нашему отцю Ионе Митрополиту добрыи воли, и то нам от святаго ти царства велми любо. <…> Хотехом же убо о сих всех делех о церковных <…> писать и к святейшему Вселенскому Патриарху православному свои грамоты <…> но не вемы, аще уже есть <…> святейший Патриарх, или несть…» Ответа не последовало. Через четыре года в византийскую столицу было направлено еще одно послание. В Москве могли только гадать, сохраняет ли Константинополь верность унии или нет. Ответа из Царьграда опять не было, однако польско-литовский король Казимир признал Иону митрополитом всея Руси, что означало восстановление единства Русской митрополии.

Несмотря на неприятие народа и монашества, уния так или иначе продержалась в Константинополе вплоть до его взятия турками в 1453 году. За полгода до падения Города она была официально подтверждена последним императором Константином XI Драгашем. После установления османской власти султан Мехмед Фатих разрешил избрать нового патриарха, которым стал Геннадий Схоларий, во Флоренции отстаивавший унию, но позднее ставший ее противником. Однако Геннадий был патриархом всего два года. Позднее возникла легенда о созыве при нем церковного собора, осудившего унию, но на самом деле никакой возможности сделать это не было. Вплоть до начала XVI века положение Константинопольского патриаршего престола было крайне тяжелым: те или иные лица сменялись слишком часто, будучи заложниками османской власти и враждующих греческих кланов. Кроме того, в течение всей второй половины XV века на Балканах и в Причерноморье происходили бурные события, в ходе турецкого погрома все суверенные православные государства прекратили свое существование. Последний оплот византийцев – крымское княжество Феодоро (Мангуп) – пало под турецким напором в 1475 году. Связей у Москвы с Константинополем не было никаких. В Москве, не имея никаких сведений, Константинопольского патриарха считали не только возможным сторонником унии, но и лишенным всякой самостоятельности пленником султана-мусульманина (последнее соответствовало действительности).

В 1458 году бежавший в Рим бывший Константинопольский патриарх-униат Григорий Мамма поставил на Киевскую кафедру митрополита Григория Болгарина, который вскоре прибыл в Вильну. Одновременно в Риме были подтверждены полномочия митрополита Исидора в отношении Москвы. Однако в 1464 году Григорий Болгарин вошел в общение с Константинополем и прекратил общение с Римом. В 1467 году Константинопольский патриарх Дионисий I потребовал признания Григория от всех русских епархий. Но собор епископов в Москве в 1470 году его не признал, по-прежнему считая патриарха униатом. В 1475 году в Константинополе митрополитом всея Руси был поставлен Спиридон (по прозванию Сатана), однако он не был признан ни в Москве, ни в Литве. В 1477 году в Вильне стараниями Великого князя Литовского, католика, наконец утверждается самостоятельная митрополия, которой подчиняются все епархии Западной Руси, однако теперь митрополит уже не присылался из Константинополя, а избирался местными епископами и лишь получал утверждение патриарха через присылаемых представителей.

В 1484 году в Константинополе состоялся церковный собор с участием представителей всех восточных патриархов, на котором уния была осуждена. Собрать подобный собор было непросто, учитывая тот факт, что Сирия, Палестина и Египет входили в состав Государства мамлюков, отношения с которым у Османов к тому времени были весьма обостренными (лишь в 1517 году турки захватили Египет – и все восточные патриархи оказались под контролем османских султанов). Только с этого времени можно было говорить об окончательном, официальном и однозначном расторжении унии со стороны Константинополя.

В 1494 году по русско-литовскому мирному договору Москва признала самостоятельность Виленских митрополитов, хотя и подозревала их в тайном униатстве (имея сведения, что в 1500 году Виленский православный митрополит Иосиф пытался уговорить Великую княгиню Литовскую Елену – дочь московского государя Ивана III – перейти в католичество). В 1503–1507 годах Виленскую кафедру по инициативе Елены Иоанновны занимал прибывший с ней из Москвы ее духовник Иона. В 1535 году выходец из Москвы Виленский митрополит Макарий перенес свою резиденцию из Вильны в Киев (к тому времени Киев уже более двух веков за редким исключением был митрополичьей кафедрой лишь формально). Однако после его смерти в 1555 году Киевскую кафедру вплоть до ее падения в результате Брестской унии 1596 года обычно занимали выходцы из магнатских кланов – люди, по своим качествам мало этого достойные.

В 1497/1498 году было восстановлено церковное общение Москвы с Афоном, Москва возобновила финансовую помощь Святой горе. Наконец, в 1514 году произошло установление дипломатических отношений Москвы с Османами. Была возобновлена переписка Москвы с патриархией, в Константинополь отправлены подарки и список предков Великого князя Московского для церковного поминания. В 1518 году в Москву прибыло большое патриаршее посольство во главе с митрополитом Григорием. Таким образом, церковное общение было окончательно восстановлено. Греки попытались склонить Москву к ликвидации автокефалии, на что Москва не отреагировала, и вопрос был снят. В последующее время Москва была для Константинополя самым значительным источником дохода. В 1589 году по соглашению с греками состоялось провозглашение Московского патриаршества. Константинопольские соборы 1590 и 1593 годов признали Московскую патриархию.

Итак, оформление московской автокефалии обуславливалось не обретением Московской Русью политической независимости. Оно было напрямую связано с уклонением Константинопольского патриархата в унию с Римом. Церковь-мать потеряла основания для сохранения своей власти на Руси. Вопрос унии в Константинополе был окончательно решен только в 1484 году. Москва прервала общение с Литовской митрополией в 1458 году также из-за ее уклонения в унию и восстановила общение с ней в 1494 году. Отношения с Константинополем были восстановлены между 1497 и 1518 годами (изначально – косвенно, через посредство Афона).

Иными словами, при всей сложности ситуации московскую автокефалию или патриаршество «самосвятскими» считать никак нельзя. Этого совершенно нельзя сказать о «Киевском патриархате», не только самочинно провозглашенном, но и в силу своих прежних связей с украинскими автокефалистами утерявшем благодать апостольского преемства.

Автокефалия Русской православной церкви: этапы истории

Сложная и поэтапная автокефалия Русской православной церкви была неминуемой и своевременной. Автокефалия – это обретение независимости, а также возможность избрания собственных епископов. «Кефали» с греческого переводится как «голова», а «авто» – как слово «сама». Русская церковь всегда стремилась к независимости от Константинопольского патриархата. И в итоге эту независимость Церковь получила.

Причины православной независимости

У всего в мире есть причина и следствие. Это утверждение применимо и к Флорентийской унии, из-за которой начался процесс отделения Русской церкви.

Знаменитая уния была утверждена 6 июля 1439 года. Согласно ее постулатам был избран новый Киевский митрополит и его легат. Папский легат Исидор после подписания унии отправился в Москву, но противники этого документа прибыли раньше него. И провозгласили новый акт «предательством», которое совершили греки. Тогда Византии было выгодно сотрудничать с Римом. Греки постоянно терпели нападки со стороны Турции, а также активно готовились к войне. И уния, подписанная с Римом, имела политическую подоплеку.

Само «предательство» заключалось в том, что Константинопольский патриархат без согласия Русской церкви назначил Исидора Московским Митрополитом. Его полномочия должны были распространяться на следующие земли:

  • Литву;
  • Русь;
  • Ливонию;
  • Польшу.

Но не только на Руси такое назначение получило несогласие. Митрополита отказались признавать в Литве и Польше. Вместо него Русская церковь назначила своего митрополита Иону Рязанского.

Когда Исидор все же попал в храм на торжественное богослужение в Успенском соборе, ему позволили отслужить службу, а затем изгнали из церкви. После изгнания по приказу великого князя Василия Исидора заключили под арест. А затем, по одной из версий, позволили ему бежать в Литву.

После этих событий князь Василий составил послание Константинопольскому патриархату. В нем князь указал на различия в вере, отверг унию, а также отказался признавать право Папы быть учителем церкви христианской. Вслед этому посланию в Константинополь был отправлен более мягкий вариант письма.

Митрополит Иона и его избрание

Когда волнения вокруг унии улеглись, в стране наступила смута. И место Русского митрополита долго оставалось свободным. Князь Василий боролся за власть с Дмитрием Шемякой, а в 1445 году хан Улу-Мухаммед пришел с войной на русские территории.

В 1446 году Шемяка захватил власть в Москве и избрал митрополитом Иону Рязанского, чтобы заручиться поддержкой церкви. В 1447 году князь Василий вернул себе власть, но предпочел согласиться с кандидатурой Ионы, и на соборе его вновь провозгласили митрополитом.

Сначала Иона Рязанский был выбран на должность митрополита собором Северо-Восточной Руси. В те времена существовала реальная опасность, что епископы Литвы не поддержат его назначение. Но смуты не произошло. Так как во время своего нахождения в Литве легат Исидор пытался отделить западные епархии от Руси, но король Казимир Четвертый к тому времени уже отказался от поддержки Рима. И планы Исидора провалились.

В Польше также поддержали кандидатуру Ионы из-за несогласия с текстом унии. Великий князь Василий неоднократно составлял письма для Константинополя, где излагал свои взгляды на институт Московского патриархата. Но одно письмо так и не было отправлено, а судьба второго послания остается неизвестной и сегодня.

Мягкий конфликт отделения

Русская православная церковь никогда открыто не конфликтовала с Константинопольским патриархатом. Причины своего отделения Московский патриархат объяснял политической необходимостью. На Руси признавали главенство Греческой церкви и надеялись на понимание со стороны Константинопольских епископов. Поэтому автокефалия Русской православной церкви заняла столько времени.

В 1454 году, после избрания первого на греческой земле православного патриарха Геннадия Схолария, отношения между Константинополем и Москвой были восстановлены. Об этом историческом процессе известно крайне мало. И никаких документов о том времени не сохранилось.

Патриархи и ставленники: разделение митрополий

После Ионы его пост занял патриарх Николай, а затем на смену ему пришел Каликста Третий. Король Казимир не согласился с данным назначением. И признал в качестве Киевского митрополита Григория Болгарина, являвшегося римским ставленником.

Так произошло разделение Киевской и Московской епархий. Эти события датируются 1459 годом. Затем в церковной истории был длительный период сотрудничества с Иерусалимской епархией. Но и связи с греческими священниками, несмотря на разногласия, все же сохранялись.

Вселенская патриархия и отношения с ней

В 15-м веке церковь утратила значительную долю поддержки от государства. Но на строительство храмов и бытовые нужды требовались деньги, поэтому обращения к Константинополю были частыми, но неофициальными.

Русские монахи регулярно посещали Афон, Палестину, Синай и Константинополь. В 1557 году в Константинополь была отправлена делегация для подтверждения царского статуса Ивана Грозного. Официальное подтверждение было получено. В 1586 году Москву посетил патриарх Иоаким. Через три года Московскому патриархату нанес визит Константинопольский патриарх Иеремия Второй. С ним были проведены переговоры о признании Московского патриархата. И в 1589 году законность автокефалии на Руси была признана западным сообществом. А затем и всем остальным миром.

Отношение к автокефалии сегодня

Во времена отделения Русь политически никак не зависела от Византии. Только церковная власть тесно сотрудничала с Константинополем. Длительный период без собственного патриарха на Руси объясняется тем, что тогда русские земли подвергались набегам татар, да и борьба за власть во внутренних политических кругах давала о себе знать.

В 1453 году Константинополь был захвачен турками, а такой державы, как Византия, не стало. Поэтому отделение Русской церкви приобрело еще и политические выгоды. Ведь в тот период Русь была единственной православной страной, которая сохраняла свою неизменную духовную целостность.

В отличие от Киевского патриархата, в котором отделение произошло самовольно и без должной преемственности, Русская православная церковь делала попытки по урегулированию вопросов автокефалии с Константинополем неоднократно. Но ни на одно письмо об автокефалии не было получено ответа. А затем Флорентийская уния и вовсе перестала быть действующим документом. И можно считать, что отделение Русской церкви было вынужденной мерой.

Православное вероучение определяет автокефалию, как нечто естественное. Ведь главное, чтобы церковь была органически едина и основывалась на благодатном общении в таинствах. При этом административное устройство церкви может быть любым.

Длительная автокефалия Русской Православной церкви священнослужителями признается вполне обоснованной и необходимой. Во время ее проведения не было цели разрыва связей с Византией. А обособленность являлась экономически и территориально выгодным решением. И это решение далось Русской церкви совсем не просто.

>ИСТОРИЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

История Русской Православной Церкви

Крещение Руси

Начавшемуся в IX в. распространению христианства на Руси способствовало ее соседство с могучей христианской державой — Византийской империей. Юг Руси был освящен деятельностью святых равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия, просветителей славян. В 954 году приняла крещение княгиня Киевская Ольга. Все это подготовило величайшие события в истории русского народа — крещение князя Владимира и в 988 году Крещение Руси.

Русская Церковь в домонгольский период своей истории была одной из митрополий Константинопольского Патриархата. Возглавлявший Церковь митрополит назначался Константинопольским Патриархом из греков, но в 1051 году на первосвятительский престол был впервые поставлен русский митрополит Иларион, образованнейший человек своего времени, замечательный церковный писатель.

С X века строятся величественные храмы. С XI века на Руси начинают развиваться монастыри. В 1051 году преподобный Антоний Печерский принес на Русь традиции афонского монашества, основав знаменитый Киево-Печерский монастырь, ставший центром религиозной жизни Древней Руси. Роль монастырей на Руси была громадна. И главная их заслуга перед русским народом — не говоря об их чисто духовной роли — в том, что они были крупнейшими центрами образованности. В монастырях, в частности, велись летописи, донесшие до наших дней сведения о всех знаменательных событиях в истории русского народа. В монастырях процветали иконопись и искусство книжного писания, выполнялись переводы на русский язык богословских, исторических и литературных произведений. Широкая благотворительная деятельность монашеских обителей способствовала воспитанию в народе духа милосердия и сострадательности.

В XII веке, в период феодальной раздробленности, Русская Церковь оставалась единственной носительницей идеи единства русского народа, противодействовавшей центробежным устремлениям и междоусобицам князей. Татаро-монгольское нашествие — величайшее бедствие, постигшее Русь в XIII веке, — не сломило Русской Церкви. Она сохранилась как реальная сила и была утешительницей народа в этом трудном испытании. Духовно, материально и морально она способствовала воссозданию политического единства Руси — залога будущей победы над поработителями.

Объединение разрозненных русских княжеств вокруг Москвы началось в XIV веке. И Русская Церковь продолжала играть важную роль в деле возрождения единой Руси. Выдающиеся русские святители были духовными руководителями и помощниками московских князей. Святитель Митрополит Алексий (1354-1378) воспитал святого благоверного князя Димитрия Донского. Он, как позднее и святитель митрополит Иона Московский (1448-1471), силою своего авторитета помогал московскому князю в прекращении феодальных смут и сохранении государственного единства. Великий подвижник Церкви русской преподобный Сергий Радонежский благословил Димитрия Донского на величайший ратный подвиг — Куликовскую битву, послужившую началом освобождения Руси от монгольского ига.

Сохранению национального самосознания и культуры русского народа немало содействовали в тяжелые годы татаро-монгольского ига и западных влияний монастыри. В XIII веке было положено начало Почаевской Лавре. Эта обитель и ее игумен преподобный Иов многое сделали для утверждения Православия в западнорусских землях. Всего с XIV до половины XV века на Руси было основано до 180 новых монашеских обителей. Крупнейшим событием в истории древнерусского монашества было основание преподобным Сергием Радонежским Троице-Сергиева монастыря (около 1334 года). Здесь, в этой прославленной впоследствии обители, расцвел дивный талант иконописца преподобного Андрея Рублева.

Автокефалия Русской Церкви

Грамота Константинопольского собора об основании Московского Патриархата 8 мая 1590 года. Пергамент, чернила (на греч. яз.). Грамоту подписали 106 человек: патриархи Константинопольский Иеремия II, Антиохийский Иоаким и Иерусалимский Софроний, а также 42 митрополита, 19 архиепископов и 20 епископов.

Освобождаясь от захватчиков, Русское государство набирало силу, а с ним росла и сила Русской Православной Церкви. В 1448 году, незадолго до падения Византийской империи, Русская Церковь стала независимой от Константинопольского Патриархата. Митрополит Иона, поставленный Собором русских епископов в 1448 году, получил титул Митрополита Московского и всея Руси.

В дальнейшем возрастающая мощь Русского государства содействовала и росту авторитета Автокефальной Русской Церкви. В 1589 году московский митрополит Иов стал первым русским Патриархом. Восточные патриархи признали за русским Патриархом пятое по чести место.

XVII век начинался для России тяжело. С запада на Русскую Землю вторглись польско-шведские интервенты. В это время смут Русская Церковь, как и прежде, с честью выполнила свой патриотический долг перед народом. Горячий патриот Патриарх Ермоген (1606-1612), замученный интервентами, был духовным вождем ополчения Минина и Пожарского. В летопись истории Русского государства и Русской Церкви навсегда вписана героическая оборона Троице-Сергиевой Лавры от шведов и поляков в 1608-1610 годах.

В период, последовавший за изгнанием из России интервентов, Русская Церковь занималась одной из очень важных внутренних своих проблем — исправлением богослужебных книг и обрядов. Большая заслуга в этом принадлежала Патриарху Никону. Вместе с тем недостатки в подготовке реформы и насильственное насаждение ее нанесло Русской Церкви тяжелейшую рану, последствия которой не преодолены и по сей день, — раскол старообрядчества.

Синодальный период

Начало XVIII века ознаменовалось для России радикальными реформами Петра I. Реформа коснулась и Русской Церкви: после кончины в 1700 году Патриарха Адриана Петр I задержал выборы нового Предстоятеля Церкви, а в 1721 году учредил коллегиальное высшее церковное управление в лице Святейшего Правительствующего Синода, который оставался высшим церковным органом в течение почти двухсот лет. Члены Святейшего Синода назначались императором, управляли Синодом светские государственные чиновники — обер-прокуроры. Превращение в государственное учреждение и лишение самостоятельности самым пагубным образом сказались на состоянии Русской Церкви.

В Синодальный период своей истории (1721-1917 годы) Русская Церковь особое внимание уделяла развитию духовного просвещения и миссионерству на окраинах страны.

XIX век дал великие образцы русской святости: выдающихся иерархов митрополитов Московских Филарета и Иннокентия, преподобного Серафима Саровского, старцев Оптиной и Глинской пустынь.

Восстановление Патриаршества. Советские гонения

В начале XX века началась подготовка к созыву Всероссийского Церковного Собора. Созван был Собор только после Февральской революции — в 1917 году. Крупнейшим его деянием было восстановление Патриаршего управления Русской Церковью. Митрополит Московский Тихон был избран на этом Соборе Патриархом Московским и всея Руси (1917-1925).

Святитель Тихон прилагал все усилия, чтобы успокоить разрушительные страсти, раздутые революцией. В Послании Священного Собора от 11 ноября 1917 года говорилось: «Вместо обещанного лжеучителями нового общественного строения — кровавая распря строителей, вместо мира и братства народов — смешение языков и ожесточенная ненависть братьев. Люди, забывшие Бога, как голодные волки бросаются друг на друга… Оставьте безумную и нечестивую мечту лжеучителей, призывающих осуществить всемирное братство путем всемирного междоусобия! Вернитесь на путь Христов!»

Для большевиков, пришедших к власти в 1917 году, Русская Православная Церковь априори была идеологическим противником. Именно поэтому многие епископы, тысячи священников, монахов, монахинь и мирян были подвергнуты репрессиям вплоть до расстрела и потрясающих своей жестокостью убийств.

Когда в 1921-22 годах советское правительство потребовало выдачи ценных священных предметов, дело дошло до рокового конфликта между Церковью и новой властью, решившей использовать ситуацию для полного и окончательного уничтожения Церкви.

В мае 1922 г. Патриарх Тихон (Белавин) был арестован и под контролем власти возник т.н. «обновленческий раскол», провозгласивший полную солидарность с целями революции. В раскол ушла значительная часть духовенства, однако массовой поддержки в народе он не получил. В июне 1924 г. Патриарх был освобожден и обновленческое движение пошло на убыль.

Еще до своего ареста Патриарх Тихон подчинил все зарубежные русские приходы митрополиту Евлогию (Георгиевскому) и объявил недействительными решения т.н. «Карловацкого Собора», создавшего собственное Церковное Управление. Непризнание этого Указа Патриарха положило начало самостоятельной «Русской Православной Церкви зарубежом» (РПЦЗ).

После смерти Патриарха Тихона развернулась сложная, направляемая властью, борьба за иерархическое руководство Церковью. В конечном счете во главе церковного управления встал митрополит Сергий (Страгородский). Обязательства перед властью, которые он был вынужден при этом принять, вызвали протест некоторой части духовенства и народа, ушедших в т.н. «правый раскол» и создавших «катакомбную церковь».

К началу Второй мировой войны церковная структура по всей стране была почти полностью ликвидирована. На свободе осталось лишь несколько епископов, которые могли исполнять свои обязанности. Во всем Советском Союзе было открыто для богослужений лишь несколько сотен храмов. Большая часть духовенства находилась в лагерях, где многие были убиты или пропали без вести.

Катастрофический для страны ход боевых действий в начале II Мировой войны заставил Сталина мобилизовать для обороны все национальные резервы, в том числе Русскую Православную Церковь в качестве народной моральной силы. Для богослужений открылись храмы. Священнослужители, включая епископов, были выпущены из лагерей. Русская Церковь не ограничилась только духовной поддержкой дела защиты находящегося в опасности Отечества — она оказала и материальную помощь, вплоть до обмундирования для армии, финансирования танковой колонны имени Димитрия Донского и эскадрильи имени Александра Невского.

Кульминацией этого процесса, который можно охарактеризовать как сближение государства и Церкви в «патриотическом единении», был прием Сталиным 4 сентября 1943 года Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского) и митрополитов Алексия (Симанского) и Николая (Ярушевича).

На Соборе епископов 1943 г. митр. Сергий был избран Патриархом, а на Поместном Соборе 1945 г.- митр.Алексий. После этого большая часть т.н. «катакомбной церкви» по призыву еп. Афанасия (Сахарова), которого многие катакомбники считали своим духовным лидером, воссоединилась с Московской Патриархией.

С этого исторического момента начался короткий период «потепления» в отношениях Церкви с государством, однако Церковь непрестанно пребывала под государственным контролем, и любые попытки расширения ее деятельности вне стен храма встречали непреклонный отпор, включая административные санкции.

В 1948 в Москве было созвано масштабное Всеправославное совещание, после чего Русская Церковь была привлечена к активному участию в развернутому по инициативе Сталина международному движению «борьбы за мир и разоружение».

Трудным стало положение Русской Православной Церкви в конце так называемой «хрущевской оттепели», когда в угоду идеологическим установкам были закрыты тысячи церквей на всей территории Советского Союза. В «брежневский» период активное гонение на Церковь прекратилось, но никакого улучшения отношений с государством также не имело места. Церковь оставалась под жестким контролем власти и верующие рассматривались как «граждане второго сорта».

Современная история

Празднование Тысячелетия Крещения Руси в 1988 году ознаменовало закат государственно-атеистической системы, придало положительный импульс церковно-государственным отношениям, заставило власть предержащих начать диалог с Церковью и выстраивать взаимоотношения с нею на принципах признания ее огромной исторической роли в судьбе Отечества и ее вклада в формирование нравственных устоев нации.

Однако последствия гонений оказались весьма и весьма тяжкими. Предстояло не только восстановить из руин тысячи храмов и сотни монастырей, но и возродить традиции образовательного, просветительного, благотворительного, миссионерского, церковно-общественного служения.

Возглавить церковное возрождение в этих непростых условиях было суждено митрополиту Ленинградскому и Новгородскому Алексию, который был избран Поместным Собором Русской Православной Церкви на овдовевшую после кончины Святейшего Патриарха Пимена Первосвятительскую кафедру. 10 июня 1990 года состоялась интронизация Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.

> См. также

  • Русская Православная Церковь

Литература

  • А.В.Карташев Очерки по истории Русской Церкви в 2 тт.
  • Цыпин В., прот. История Русской Православной Церкви 1917 — 1990 гг.
  • Л.Регельсон. Церковь в истории России
  • Л.Регельсон. Даты и документы. Хронология церковных событий 1917-1953гг.
  • Л.Регельсон. Трагедия Русской Церкви. 1917-1953.

>Использованные материалы

  • Официальный сайт Русской Православной Церкви

Греческое слово «автокефалия» составлено из двух, где «авто» -сам на русском языке, а «кефали» — голова и обозначает в свободном переводе сам себе голова. В применении к церкви оно означает самоуправление в избрании патриарха, в назначении митрополитов и во всем укладе жизни церковной общины.

Обретение автокефалии РПЦ

К своей независимости Русская церковь шла почти 500 лет. За это время менялись границы княжеств, набеги монголо-татар, распадалась Византия. Нарастало давление на православную Русь со стороны католического Рима. Константинопольский патриархат присылал греческих митрополитов предстоятелями РПЦ, только 2 раза за полтысячи лет избирали митрополита сами.
Ускорение распада православной Византии заставлял Константинопольского патриарха искать покровительства Папы Римского. Русь политически была независима от этих интриг, она варилась в собственных усобицах, оставаясь единственной православной страной. При всех распрях князей она сохраняла неизменно целостность в православии.
Когда же очередной назначенный предстоятель митрополит Исидор подписал в 1441 в Риме унию с католической церковью и был изгнан церковь была без руководителя. Через почти 8 лет собором епископов в Москве избрали митрополитом всея Руси рязанского епископа Иону. С 5 декабря 1448 года началась самостоятельность РПЦ, в русские митрополиты торжественно поставлен русский митрополит. Причиной же автокефалии стало отступничество от Православной веры греческого назначенца.
Признание этого события пришло не сразу, но с этого момента митрополит всея Руси, а затем и патриарх избирался в РПЦ. Падение Константинополя, крах Византийской империи и то, что Константинопольская церковь попала под влияние турецкого султана, еще сильнее укрепили самостоятельность от внешних влияний Русской Православной Церкви. Но независимость, богатство и духовная власть церкви внутри страны не устроила царя-реформатора Петра Первого.

Государственное управление РПЦ после реформы Петра Первого

Для того чтобы преобразовать в короткий срок страну до уровня европейских государств потребовалось отмобилизовать все ресурсы страны. Кроме того, власть патриарха была очень сильна и церковь не спешила делиться ею и своими богатствами для проведения реформ. После консультаций с Иерусалимским Патриархом Досифеем и Вселенским Патриархом Косьмой царь разработал и в течении 20 лет провел реформу церковной жизни.
С самостоятельностью (автокефалией) внутри страны было покончено. Окончанием церковной реформы можно считать упразднение патриаршества 25 января 1721 года. Основные результаты проведенных изменений:
— управление церковью осуществляет Правительствующий Синод с светским чиновником во главе;
— изъятие многих церковных земель в связи с сокращением количества монастырей;
— церковь стала платить налоги;
— церковных крестьян, а не редко и монахов, забирают в рекруты и на трудовую повинность;
— превращение церкви в еще одну опору единоличной власти императора.
Подчинение священников, как прочих чиновников, власти привело к вмешательству в церковные обряды, в частности в таинства исповеди. На них возложили обязанность под страхом смерти выявлять недовольных и докладывать куда следует об услышанным на исповеди. Вменялось также в проповедях славить царя и его реформы. Авторитет церкви стал падать и недоверие накапливалось почти 200 лет.
Из положительных результатов реформы можно назвать свободу вероисповедания протестантам и католикам, а также сократилось жесткое преследование старообрядцев. При монастырях стали открываться фабрики, больницы, богадельни для солдат-инвалидов. При церквах начали открываться школы и духовные училища.
Реформа Петра Первого определили жизнь церкви на двести лет и к автокефалии внутри страны вернулись с упразднением самодержавия.

Отношение к самостоятельности церкви при советской власти

Большевистское правительство в январе 1918 года узаконило отделение государства и школы от церковного влияния. Это, в принципе, прогрессивные конституционные нормы светских государств. Однако, этим же декретом РПЦ и другие религиозные организации лишалась юридического лица и их собственность объявлялась достоянием народа. С 1920 года против церкви был развязан кровавый террор. Разорение храмов, уничтожение икон и церковных книг сопровождалось расстрелами тысяч священнослужителей и миллионами православных людей посаженых в лагеря или высланных в ссылку.
Воинствующие атеисты так рьяно взялись за искоренение религии, что к началу Великой Отечественной Войны осталось около сотни действующих церквей. Мобилизация всех ресурсов страны для победы смягчила взаимоотношения церкви и государства. Многие священники, в том числе и репрессированные, встали на защиту Родины. На фронте и в тылу они укрепляли веру православных людей в победу над врагом. Советское государство признало вклад РПЦ в победу учреждением в 1944 году Советом по делам РПЦ. В 1965году он был преобразован в Совет по делам религий.
С послевоенного времени Православная Церковь в СССР развивалась параллельно со всем государством, позиция которого иногда ужесточалась, но в основном была мирной. Любое государство, объявившее об отделении церкви, все равно будет наблюдать за умонастроениями части своих граждан, объединенных в значительные сообщества. Но на пасху не только в дальних деревнях пионеры юные и октябрята бегали по домам Христа славить. Крещение новорожденных тоже было везде, хотя и не афишировалось. Появилась возможность получения религиозного образования в духовных семинариях и академиях.

Автокефалия церкви после распада СССР

После развала СССР позиции РПЦ укрепились не только в России, но и в мире. Большинство новообразованных государств не вмешивается в дела поместных церквей, а они сохраняют единство в Православии. Воссоединились в служении с РПЦ зарубежная церковь. Усилиями патриарха Алексия Второго церковь приобрела более высокий статус, чем перед революцией. Возобновились службы в старых и вновь построенных храмах.
Государство, объявив единственной идеологией патриотизм, старается поддерживать традиционные религии, понимая, что пустота в душах долго не продержится. В некоторых государствах возобновились в угоду политическим интересам религиозные смуты. В отношении РПЦ МП активизировался Константинопольский патриархат, но единство и автокефалия РПЦ в православном мире пока в основном сохраняется.
Благодаря телевидению, интернету и другим СМИ слова «автокефалия», «томос», сейчас известны не только священникам, верующим, но и атеистам, молодым и старым. В древние времена вред суеты возле этих слов касался в основном элиты и долго доходил до простых людей. Сейчас же любое событие настигает всех быстро и раскол гораздо губительнее чем раньше. Непомерные амбиции, алчность трудно спрятать за церковными одеждами в современном мире. Это не от Бога.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *