Olga nikolaevna

Если бы карты легли на стол судьбы чуть-чуть по-другому, то эта голубоглазая умная девочка со вспыльчивым характером могла бы стать русской императрицей. Теоретически могла, по большей части, конечно. Ситуация на начало XX века с появлением у Николая II только дочерей заставила его рассматривать в числе других возможность изменения закона о престолонаследии, чтобы дать возможность взойти на трон женщине.
Дальше разговоров, впрочем, дело не продвинулось: у царя родился наследник. Девочка Ольга тем временем росла и превращалась в интересную девушку, которая должна была бы стать женой короля или принца какой-нибудь европейской страны, рожать детей, заниматься благотворительностью и спокойно умереть на склоне лет в собственной постели, оставшись в памяти исключительно у историков и любознательных особ…
…Если бы те самые мифические карты не привели ее в подвал Ипатьевского дома, ранним июльским утром обменяв жизнь семьи последнего российского императора на бессмертие.

Ольга Николаевна родилась 3 ноября 1895 года, без малого через год после свадьбы Николая II и Александры и стала первой из их четырех дочерей. Современные психологи сказали бы, что по характеру и способностям она была типичным старшим ребенком в семье. «Характерными чертами у нее была сильная воля и неподкупная честность и прямота… Эти прекрасные качества были у нее с детства, но ребенком Ольга Николаевна бывала нередко упряма, непослушна и очень вспыльчива, » — писала в мемуарах Анна Вырубова.

Из-за этих черт Ольге доставалось больше всего нравоучений от матери. «Да, старайся быть более послушной и не будь чересчур нетерпеливой, не впадай от этого в гнев. Меня это очень расстраивает, ты ведь сейчас совсем большая, — писала Аликс дочери. — Дитя мое. Не думай, что я сердито прощалась с тобой на ночь. Этого не было. Мама имеет право сказать детям, что она думает, а ты ушла с таким угрюмым лицом». «Девочка моя, ты должна помнить, что одна из главных вещей — быть вежливой, а не грубой и в манерах, и в словах. Грубые слова в устах детей — это более чем некрасиво. Всегда обдумывай свое поведение, будь честной, слушай старших…» «Старайся быть примером того, какой должна быть хорошая, маленькая, послушная девочка. Ты у нас старшая и должна показывать другим, как себя вести. Учись делать других счастливыми, думай о себе в последнюю очередь. Будь мягкой, доброй, никогда не веди себя грубо или резко. В манерах и речи будь настоящей леди. Будь терпелива и вежлива, всячески помогай сестрам.»
«Ольга, дорогая, в комнате я или нет, ты всегда должна вести себя одинаково. Это не я за тобой смотрю, а Бог все видит и повсюду слышит, и это Ему мы должны, в первую очередь, постараться понравиться, делая все, что нужно, слушаясь своих родителей и тех, кто о нас заботится, и побеждая свои недостатки. Скажем, есть вещи, которые тебе нравится делать, но ты знаешь, что я их запретила — стремись их не делать, даже если мое запрещение кажется тебе странным и ты не понимаешь его причины, но я-то ее знаю и знаю, что это для твоей пользы. Быстрее выполняй мои распоряжения, а не тяни время, чтобы посмотреть, делают ли другие».


Жильяр вспоминал: «Мать, которую они обожали, была в их глазах как бы непогрешима; одна Ольга Николаевна имела иногда поползновение к самостоятельности.» В одном из писем уже в период войны Александра сетовала Николаю: «О. всегда очень несочувственно относится к каждому наставлению, хотя нередко кончается тем, что делает по моему желанию. А когда я строга, она дуется на меня».
Вообще княжна (впрочем, как и все ее сестры, за исключением Татьяны) «больше любила отца, чем мать» (слова Кобылинского). Гиббс же утверждал, что «она любила своего отца больше всех на свете».
Да и на отца она была больше похожа, в том числе и производимым впечатлением. «Из четырех Ольга и Мария Николаевны были похожи на семью отца и имели чисто русский тип….У нее были чудные белокурые волосы, большие голубые глаза и дивный цвет лица, немного вздернутый нос, походивший на Государя», — вспоминала Вырубова. «Государь, как всегда, в подобных случаях, смотрел ласково и улыбался… Ольга Николаевна улыбалась так же хорошо, как Государь,» — писал Спиридович.
Круг интересов и склонностей самой умной и склонной к интеллектуальным занятиям ( по словам Жильяра, «остальные сестры … были, скорее, одарены практическими качествами» ) Ольги был типичным для интеллигентки. «Она играла на пианино, любила поэзию и литературу… Хозяйства и вообще дамских таких интересов Она не переваривала и в жизни была не практична,» — рассказывала Эрсберг.

Семен Павлов вспоминал: «В лазарете довольно часто устраивались и концерты. На них приглашались или артисты Императорских театров или же ученики Петроградской консерватории. …Но очень часто мы устраивали домашние концерты сами… Аккомпанировала обыкновенно Великая Княжна Ольга Николаевна, обладавшая замечательным музыкальным слухом. Для Нее, например, ничего не стоило подобрать аккомпанемент к совершенно незнакомой Ей мелодии. Игра Ее была тонкая и благородная, туше – мягкое и бархатное. До сих пор помню один вальс, старинный дедовский вальс – мягкий, грациозный и хрупкий, как дорогая фарфоровая игрушка – любимый вальс Великой Княжны Ольги. Мы часто просили Великую Княжну Ольгу сыграть нам этот вальс и почему-то мне от него делалось всегда очень грустно».
Впрочем, развлечься княжна тоже любила. «По вечерам мы с Ольгой и иногда Марией летаем на велосипедах по нашим комнатам полным ходом. Ольга меня ловит или я ее, очень приятно. Падаем иногда, но пока живы,» — писала отцу Анастасия. «Ольга шалила, сидя на маленьком столике, пока преблагополучно не сломала его,» — пересказывала ему же события дня Александра.
Иногда сложно понять, где проходит граница хорошего настроения и некоторой истеричности: «Мы ходили до Каприза и поднялись по лестнице Ты знаешь (рисунок). И вот, когда мы туда поднялись, Ольга взяла свой зонтик и с ожесточением кинулась на одно окно и проломила 3 стекла…».
Несмотря на распространенное мнение о том, что «на настоящем балу была только Великая Княжна Ольга Николаевна, и то всего один раз, в день трехсотлетия Дома Романовых», балы (хотя и не столь роскошные, как бывало раньше) Ольга посещала не единожды и с удовольствием танцевала. Отец часто брал старших дочерей в театры и одно такое посещение пришлось на убийство Столыпина.

Также княжне нравились обязанности почетного шефа 3-го гусарского Елисаветградского полка, а вот присутственные мероприятия — заседания комитета помощи семьям воинов, которые она была обязана посещать во время войны, наводили на девушку скуку.

Вместе с Татьяной и Александрой в 1914 году Ольга прошла курс подготовки сестер милосердия и приступила к работе в Царскосельском лазарете, но долго присутствия на операциях не выдержала и вскоре перешла на «административную» работу. «Великая Княжна Ольга взяла на Себя утренний разнос лекарств по палатам и обязанность эту Она выполняла аккуратно до педантизма. Принесет, бывало, лекарство, улыбнется ласково, поздоровается, спросит, как вы себя чувствуете и уйдет неслышно. … Иной раз Княжна Ольга переменяла и воду в вазах с цветами. Мне говорили – раньше Она работала и в перевязочной. Но ужасный вид искалеченных людей сильно расшатал Ее хрупкую нервную систему, и Она совсем отказалась от работы в перевязочной,» — вспоминал один из пациентов.
Как старшая дочь императора великой державы Ольга была заманчивой невестой. То, что она могла быть носителем дефективного гена и передать гемофилию своим сыновьям, волновала европейские королевские семьи мало. Во-первых, вопрос замужества был в данном случае вопросом международной политики, во-вторых, детей в семьях обычно было много, потому шансы на здорового наследника так или иначе возрастали.
Некоторые предполагали, что четыре княжны «выйдут замуж за четырех балканских наследников. К тому же этот проект казался нам наилучшим способом разрешения всех балканских конфликтов…»; великая княгиня Мария Павловна-старшая мечтала женить на Ольге своего сына Бориса, бывшего старше предполагаемой невесты на 18 лет и имевшего репутацию заядлого бабника и прожигателя жизни, а министры иностранных дел Румынии и России планировали соединить княжну с ее троюродным братом, наследным принцем Каролем. Ходили слухи о том, что Ольге может светить английская корона в комплекте с рукой того самого принца Уэльского Эдуарда, который позже станет мужем Уоллис Симпсон, а так же о том, что к девушке неравнодушен будущий король Югославии Александр I Карагиоргиевич. К последнему тепло относилась и она сама, в своем дневнике записав о том, что любит его сестру , великую княгиню Елену, как «кусочек Александра».
В подростковом возрасте княжна, по-видимому, была неравнодушна к одному из офицеров «Штандарта»: хорошая статья (правда, с ошибочно поставленным годом морганатического брака великой княгини Ольги Александровны) вывешена .
Ольга с офицерами, среди которых и Павел Воронов
С началом войны мирное веселье на «Штандарте» осталось в прошлом, но теперь по соседству был лазарет, полный бравых военных с тяжелыми и не очень ранениями. Многие из пациентов попадали в госпиталь, после лечения шли на фронт и снова попадали обратно. В дневнике Ольги того периода часто встречается одно и то же именя: Митя, Дмитрий, Шах-Багов («он очень милый», «ужасный душка»). Они вместе обрабатывают инструменты, разговаривают, созваниваются по телефону.

В записях Валентины Чеботаревой, работавшей в лазарете в то же время, можно прочитать: «У Шах Багова жар, лежит. Ольга Николаевна просиживает все время у его постели… А не вред ли вся эта близость, прикосновения. Мне жутко становится. Ведь остальные-то завидуют, злятся и, воображаю, что плетут и разносят по городу, а после и дальше. … Вера Игнатьевна говорила мне, будто Шах Багов, нетрезвый, кому-то показывал письма Ольги Николаевны. Только этого еще недоставало! Бедные детки!»
«А тут еще пришло письмо от Шах Багова — Ольга Николаевна от восторга поразбросала все вещи, закинула на верхнюю полку подушку. Ей и жарко было, и прыгала: «Может ли быть в 20 лет удар? По-моему, мне грозит удар»»
«Ольга Николаевна серьезно привязалась к Шах Багову, и так это чисто, наивно и безнадежно. Странная, своеобразная девушка. Ни за что не выдает своего чувства. Оно сказывалось лишь в особой ласковой нотке голоса, с которой давала указания: «Держите выше подушку. Вы не устали? Вам не надоело?» Когда уехал, бедняжка с часок сидела одна, уткнувшись носом в машинку, и шила упорно, настойчиво. Должно быть, натура матери передалась. Говорила государыня, что «с двенадцати лет влюбилась в государя… и все делала, чтобы этот брак не состоялся. На земле нет счастья, или дорого за него заплатишь» Да она и недешево расплатилась за свое. Неужели и Ольгина такая же судьба? Преусердно искала перочинный ножик, который Шах Багов точил в вечер отъезда — и бороду черту завязывала, целое утро искала и была пресчастлива, когда нашла. Хранит также и листок от календаря, 6-ое июня, день его отъезда».
Увлечение оставалось увлечением, когда наступила революция. Сначала домашний арест в Царском, потом – Тобольск и Екатеринбург.
Природная склонность к размышлениям сыграла горькую шутку с Ольгой. «Она была прирожденный мыслитель, и как позже выяснилось, понимала общую ситуацию лучше, чем кто либо из членов ее семьи, включая даже родителей. Наконец, у меня сложилось впечатление, что она не питала иллюзий насчет того, какое будущее им уготовано, и, как следствие этого, была часто грустна и встревожена», — вспоминал Глеб Боткин. Ему вторила Клавдия Битнер, куда больше общавшаяся с княжной: «Мне кажется, она гораздо больше всех в семье понимала их положение и сознавала опасность его. Она страшно плакала, когда уехали отец с матерью из Тобольска».

При отъезде из Тобольска в неизвестность Николай и Александра берут с собой одну из младших дочерей – Марию, в то время как Татьяна остается за старшую. Ольга, и без того никогда не настаивавшая на своем авторитете как старшего ребенка, по-видимому, просто находится в состоянии сильнейшей тревоги. Результат ее описывает Софи Буксгевден: «Ольга Николаевна также сильно переменилась. Тревоги, и волнение из-за отсутствия родителей, и та ответственность, которая легла на нее, когда она осталась главой дома, чтобы ухаживать за больным братом, произвели перемену в нежной красивой двадцатидвухлетней девушке, превратив ее в увядшую и печальную женщину средних лет. Она была единственной из царевен, которая остро осознавала ту опасность, в которой находились ее родители».
Из «самой разговорчивой» (С.Павлов), «очень обаятельной и самой веселой» (С.Буксгевден) великой княжны Ольга превратилась в собственную тень и, переехав в дом Ипатьева, держалась отчужденно и печально. Охранники вспоминали, что «она была худая, бледная и выглядела больной. Она редко ходила на прогулки в сад и проводила большую часть времени рядом с братом».

Последняя известная фотография
А потом наступила ночь с 16 на 17 июля и вместо короны Российской империи Ольга получила нимб страстотерпицы.
Честно говоря, лично мне интересно, что предпочла бы она сама, если бы имела возможность выбирать?

144. Титулы, принадлежащие Членам Императорской Фамилии, суть:

1) Наследник, Цесаревич, Великий Князь и Императорское Высочество.

2) Великий Князь, Великая Княгиня, Великая Княжна и Императорские Высочества.

3) Князь, Княгиня, Княжна Императорской Крови и Высочества.

4) Князь, Княгиня, Княжна Императорской Крови и Светлости.

145. Титул Наследника, Цесаревича, Великого Князя и Императорского Высочества принадлежит единому, объявленному всенародно Наследнику Престола. Супруга Наследника Престола именуется Цесаревною и Великою Княгинею с титулом Императорского Высочества.

146. Титул Великого Князя, Великой Княжны и Императорских Высочеств принадлежит сыновьям, дочерям, братьям, сестрам, а в мужеском поколении и всем внукам Императоров.

Примечание. В силу Указа 1852 года дети Великой Княгини Марии Николаевны и Герцога Максимилиана Лейхтенбергского носят пожалованный им титул Императорских Высочеств, почитаются, с нисходящим от них мужеского их поколения потомством, Князьями и Княжнами Императорской Крови и пользуются правами и преимуществами, настоящею главою Учреждения Князьям и Княжнам Крови Императорской присвояемыми. Из потомства их титул Императорского Высочества принадлежит только Князю Александру Георгиевичу Романовскому, Герцогу Лейхтенбергскому лично.

147. Титул Высочества, Князя и Княжны Крови Императорской принадлежит правнукам Императора, от мужеского поколения происшедшим, а в роде каждого правнука титул Высочества присвояется старшему сыну и его старшим, по праву первородства, потомкам мужеского пола и поколения. Если лице, носившее титул Высочества, скончается, не оставив потомства, то титул переходит в боковые линии, в порядке, установленном для наследования заповедными имуществами (приложение VI).

Примечание. Дети Великой Княгини Марии Николаевны и герцога Максимилиана Лейхтенбергского и Князь Александр Георгиевич Романовский, герцог Лейхтенбергский, носящие титул Императорских Высочеств, при торжественных обрядах, в собраниях и тому подобных случаях занимают места не по старшинству титула, а по старшинству рода.

148. Титул Светлости, Князя и Княжны Крови Императорской присвояется от младших детей правнука всем последующим родам, в мужеском поколении от Императорской Крови происшедшим.

149. В собраниях и во всяких сему подобных случаях Великие Князья и Великие Княжны, а также Князья и Княжны крови Императорской, имея первые места после Императора и Императрицы, в председании между собою соблюдают старшинство титулов, а носящие равные титулы — старшинство родов, в родах старшинство линий, в линиях же — старшинство лиц.

150. Чужестранные Принцы, вступившие в брак с Великими Княжнами и Княжнами Крови Императорской, имеют места по собственным своим степеням; посему каждый Королевский Наследник следует после имеющего титул Наследника Императорского; имеющий титул Королевского Высочества равняется со всеми Императорскими Высочествами, а имеющий титул Светлости поступает с Князьями Крови Императорской.

151. Великие Княжны, вступившие в замужество за чужестранных Принцев, сохраняют места, по праву рождения им принадлежащие.

152. Сие же право (ст. 151) удерживают и Княжны Крови Императорской; но вступившая в замужество за имеющего титул Королевского Высочества получает место по степени супруга и пользуется принадлежащим ему, то есть равным с Императорскими Высочествами и Великими Княжнами.

153. Все оставшиеся во вдовстве удерживают титул и место, принадлежавшие им при жизни супругов. Вдовствующая же Императрица, сохраняя все прежние преимущества, имеет председание пред супругой царствующего Императора.

154. Наследник Престола имеет Государственный Герб со всеми его знаками, кроме лишь Государственной хоругви и шести верхних щитов с соединеными Гербами Княжеств и Областей.

155. Все прочие Великие Князья и Великие Княжны, а равно и Князья и Княжны Крови Императорской, имеют Государственный Герб с некоторыми определенными в особом положении различиями, смотря по близости их родства с тем Императором, от коего по прямой линии они происходят. В Гербах Князей и Княжен Крови Императорской не помещаются Герб московский на груди и Гербы Царств и Великих Княжеств на крыльях орла, а Императорская сень заменяется золотою, подложенною горностаем и усеянною российскими двоеглавыми орлами мантиею.

156. Великие Княжны и Княжны Крови Императорской, вступившие в супружество с чужестранными Принцами, присоединяют к Гербу своих супругов принадлежащий им по праву рождения Герб Российский. Чужестранные Принцессы, вступившие в супружество с Членами Императорского Дома, к Гербам своих супругов также присоединяют и свои родовые Гербы.

Примечание. Подобное описание Гербов всех членов Императорского Дома помещено в Приложении (прил.II)

157. Все Великие Князья при Святом Крещении получают ордена Святого Апостола Андрея Первозванного, Святого Александра Невского, Белого Орла, Святой Анны первой степени и Святого Станислава первой степени.

158. Великие Княжны при святом крещении получают знаки ордена Святой Великомученицы Екатерины.

159. Князья и Княжны Крови Императорской, имеющие титул Высочества, получают те же самые ордена по достижении установленного для них совершеннолетия.

160. Князьям и Княжнам Крови Императорской, имеющим титул Светлости, пожалование орденов производится по изволению Императорского Величества.

161. Императрица, Наследник Престола и Великие Князья имеют определенные свои флаги на основании морских уставов.

162. Императору, Императрице, Великим Князьям, равно как Великим Княгиням и Великим Княжнам, при проезде чрез крепости или во время присутствия во флоте отдаются почести по уставам воинским и морским, если будет на то собственное их изволение. При проезде чрез губернии рапоты по гражданской части представляются только Императору, Императрице и Наследнику Престола.

163. Наследнику Престола для служителей, двор его составляющих, присвояются мундиры и ливреи, по Императорскому Двору установленные; в мундирах же и ливреях служителей Двора прочих Членов Императорского Дома определяются некоторые различия в цветах.

Примечание. Имеющим титул Императорских Высочеств сохраняются главные цвета ливреи Императорской; различие же цвета воротников, обшлагов и басона определяется для каждого Великого Князя по особому назначению Императорского Величества. Имеющие титул Высочеств в мундирах и ливреях для служителей их Дворов пользуются положением, для ливрей отцов их определенным. Великие Княжны и Княжны Крови Императорской, поступившие в замужество за чужестранных Принцев, сохраняют ливрею, принадлежащую им по праву рождения; когда же Принцы сии суть Королевские Наследники или имеют титул Королевских Высочеств, то пользуются ливреей своих супругов. Рожденные от Великих Княжен и Княжен Крови Императорской пользуются ливреею отцовскою. Все остающиеся во вдовственном состоянии удерживают ливрею, принадлежащую их супругам.

Главная » Статьи » Последняя Великая княжна Ольга Романова… Бегство от большевиков сестры императора Николая II

События всего 3-х лет из жизни Великой княжны Ольги Александровны Романовой…

Ольга была младшей дочерью императора Александра III, она обожала отца и он души не чаял в своей младшей… Они были очень близки — это чувствуется с первых строк её воспоминаний…

Императорская семья — отец, мать, 3 сына и 2 дочери.

А теперь об Ольге, о том, что происходило после 1917 года…

Началась Первая Мировая война…

Великая княгиня Ольга в это время находилась в Ровно – это рядом с польско-австрийской границей. Она трудилась в лазарете обычной сестрой милосердия. Некоторые раненные, увидев ее, крестились, думая, что перед ними видение. Никто не мог поверить, что сестра их Царя ухаживает за ними.

Следующий лазарет, в котором работала Ольга, располагался в Киеве, это был конец 1915 года. В это время она начинается чувствовать, как меняется к ней людское отношение, отношение как к одной из императорской семьи Романовых.

В эти дни в Киев приезжает императрица – её мать Мария Федоровна. Недовольство сложившейся обстановкой как на фронте, так и в городах, где не хватало продовольствия накалялось с каждым, уже не днем, а часом.

На фото императрица Мария Федоровна с детьми: Ксенией, Михаилом и Ольгой.

В это смутное время Ольга получает сообщение о том, что её брак с принцем Петром Ольденбургским аннулирован, и она может выйти замуж за любимого человека – мужчину которого любила вот уж 13 лет.

Великая княжна Ольга Александровна с первым мужем…

Её скромная свадьба, где из родных были только Мама и муж старшей сестры Ольги Сандро, прошла незаметно, не как свадьба дочери императора Александра III.

Её свадьба со вторым мужем полковником Куликовским…

А ситуация в городе, как и во всей стране все более накалялась. К тому же, в Киеве были выпущены на свободу арестанты тюрем, по улицам слонялись грабители и убийцы, полиции не было. Стало просто небезопасно передвигаться по городу.

И когда однажды, вдовствующую императрицу Марию Федоровну не пустили в госпиталь, причем сделано это было в грубой форме, Романовы, мать и дочь решили уехать в Крым.

Об их злоключениях в Крыму рассказывать не будем – очень долгая история.

В определенный момент Ольга с мужей полковником Куликовским решает отправиться на Кавказ, где на тот момент был Врангель, разбивший там Красную Армию. Мать с Ольгой ехать отказалась…

В Новороссийске Ольга с мужем и новорожденным сыном по счастливой случайности, встретив в городе генерала Кутепова, сели на поезд до Ростова. Там Ольга рассчитывала на помощь Деникина, но тот просто отказался с ней встречаться.

И тогда Тимофей Ячик телохранитель Ольги, который отправился в эту поездку вместе с ними, предложил им пожить в его станице в Новоминском. Здесь Ольга родила второго сына, роды принимала местная крестьянка.

Ольга Александровна со старшим сыном Тихоном в станице Новоминской на Кубани (1919 год)

Бежать из станицы им пришлось в ночи, собравшись моментально. К семье Куликовских прискакали казаки и передали, то рядом с Новоминской появились красные отряды.

Два месяца семья с двумя малышами добиралась до Черноморского побережья.

Ольга со своей верной няней, которая была с ними в эти дни…

В Новороссийске Ольга с семьей находит приют в датском консульстве. И именно тут её находит друг детства Джимми, ставший теперь флаг-капитаном Джеймсом и служившим на флагманском корабле флота его величества «Кардифф».

Самое важное задание капитана было проверить – верно ли то, что в Новороссийске находится сестра императора?

Да, он нашел её, и сообщил капитану 1 ранга У.У. Фишеру, начальнику штаба британской Верховной комиссии в Константинополе, который впоследствии помог Ольге с семьей перебраться из лагеря для интернированных на острове Принкипо в Константинополь.

Семья Великой княгини Ольги бежала из России на небольшом торговом судне, куда им посчастливилось попасть. Беженцев было десятки тысяч и попасть на корабль было чрезвычайно сложно.

Ну, а дальше были Белград – Копенгаген – Канада…

Я кратко рассказала о тех событиях, но то, что я прочитала поразило меня! Поразило как быстро все произошло в тем смутные дни 1917 – 1918 годы, как менялись люди, убеждения, страна.

И как маленькая женщина Великая княгиня Ольга смогла выжить?

Кстати, она с улыбкой вспоминала, что не думала она тогда, что, выйдя замуж она, дочь императора, за простого человека, спасет себе жизнь – ведь она перестала быть Романовой и её не арестовали!

Читая воспоминания Великой княгини Ольги Александровны, я понемногу начала представлять себе, что происходило в России в те годы, ведь она рассказывала не только о себе, она рассказывала об императорской семье на фоне тех событий в стране, что ей пришлось пережить.

Она долго хранила молчание, но практически перед смертью решила рассказать о том, что было. Великая княжна правдиво рассказала и своем брате императоре Николае II, его жене Александре Федоровне, о Распутине, о своей жизни в эмиграции, о Великой отечественной войне.

Была объективна в своих воспоминаниях. Политики не касалась, но свое мнение на события высказала.

Но самыми моими любимыми главами были её детские воспоминания. Советую к прочтению эту книгу, особенно тем, кто интересуется этой темой.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *