Почему раб божий

04:17 pm — Раб Божий или Сын Божий !? Опыт построения русской Теологии Освобождения Ч I
Оригинал взят у iov75 в Раб Божий или Сын Божий !? Опыт построения русской Теологии Освобождения Ч I
Написано специально для справочно-информационного портала «Возглас» vozglas.ru

И.Крамской. Христос в пустыне. Картина 1872 года.
Подумалось, а почему называя себя «рабами Божьими», в молитве «Отце наш», мы обращаемся к Богу как к Отцу?
Странно? Так мы — это рабы хозяина мира — Бога или все же Его …дети, в сакральной реальности молитвы Господней?
Я в постах Кому нужны рабы… и Кому нужны рабы… Ч II уже рассматривал этот вопрос, но скорее, как альтернативный взгляд на традиционное понимание этих сакральных взаимоотношений (человека и Бога).
По сути, сегодня вопрос ставится в принципиально иной плоскости и иной исторической ретроспекции.
Итак, попробую разобраться (хотя не претендую на окончательность решения этой проблемы, тем паче, что древняя традиция (имеющая под собой вполне рациональное объяснение) — намного сильнее здравого и смысла ), тем более, что некоторые древние словосочетания Церкви, становятся настолько аутентичными для их «носителей» (инсталлируются в ментальность), что просто теряют свою историческую ретроспективность (а в действительности, просто теряют смысл того, что они означали в прошлом).
Дело в том, что слово «раб Божий» восходит ко временам так называемого рабовладельческого строя (периода) человеческой истории. Действительно, правы те исследователи говорящие о том, что в те далекие времена слово «раб» просто не имело того отрицательного оттенка, которое оно приняло в Новой истории человечества (Эпоха Просвещения + гуманистическая движуха эпохи Ренессанса). Замечу, что Ренессанс был возвращением к «корням» (все любимые возрожденческие антитезы между «темнотой» и «светом», «сном» и «пробуждением», «слепотой» и ведением», которые служили для отграничения «Нового века» от средневекового, были заимствованы, как это не странно, из Священного Писания. Да и сам термин «Возрождение», по аналогии с рождением, просвещением, пробуждением, — мыслители того времени выводили из евангельской беседы Господа Иисуса Христа с Никодимом: «Иисус сказал ему в ответ: истинно, истинно говорю тебе: если кто не родится (по одной из версий «возродится» свыше), не может увидеть Царствие Божие». (Ин. 3;3)
Понятно, что в силу элементарного консерватизма и определенной архаичности религиозных форм божественного ведения + культовой практике, возникло интеллектуальной противостояние между мыслителями Просвещения и клерикалами. Нужно чётко осознавать, что тогда было ДЕЙСТВИТЕЛЬНО клерикальное общество + мировоззрение, определяющая абсолютно все формы и смыслы человеческой жизнедеятельности, элементарного быта. Закономерно, что князья Церкви (как правило, самые могущественные и богатые люди того времени), увидели в этом движении не только посягательство на «богоустановленный», многовековой миропорядок + личный кошелёк, но и интеллектуальный соблазн в поднятие Человека на «олимпийский» пьедестал. Над второй темой, задумывались наиболее мощные интеллектуалы Церкви. Исторически их опасения сбылись с … абсолютной точностью (но это, другая тема).
Вернусь. Не будем забывать, что в те времена при светско-феодальной раздробленности стержнем, цементирующим Западную Империю, явилась католическая Церковь. Впоследствии, именно благодаря этому факту возникла мощнейшая церковная сила, родившая папство = наместничество Бога на земле (в рабовладельческий период) как институт Церкви. Если позволите, эта была уникальная модель власти над людьми и абсолютном социальном отношении — раб и полновластный Хозяин (эдакий земной божок, обладающий полной властью казнить и миловать). Одна фигура Григория VII (хотя, я к его персоне отношусь с известным уважением), его реформы (целибат, уничтожение симонии, централизация власти и т.д.) и борьба за инвеституру с императором Генрихом IV, закончившаяся поражением последнего (Генрих IV принес покаяние в Канносе в рубище), не может не вызвать изумление перед этим удивительным, но по духу, антагонистическим явлением — вхождение Церкви во всем ее объеме в мир. По мановению папы, целые народы, принимая меч и крест, сражаются против тех, на кого укажет папа. «Я сам император» — закончил свою речь в 1300 году папа Бонифаций VIII, явившийся на торжество в императорском облачении, где перед ним несли два меча в знак его духовного и светского господства над вселенной. В XIII-ом столетии и позже, папы не только раздавали королевские короны тем, кого считали наиболее достойными, но вмешивались и во внутреннюю политику независимых государств, низлагали королей и императоров. И даже разрешали их подданных от присяги данной королям.
При этом, объективное противоречие, заложенное в самом христианстве, не могло не сказаться в этих исторических условиях со всей своей силой. Речь идет о «фундаментальной нестабильности между Церковью и миром, между царством Божиим и падшим человеком». Церковь входит в мир, исторически пребывает в нем, но Сама не от мира. Церковь всегда говорит о будущей парусии (то есть, об Эсхатоне, глобальном освобождение человека от реального рабства), свидетельствует об обоженном, свободном во Христе человечестве. Церковь в мире, но преодолевает мир, что всегда чувствовали наиболее религиозно-чуткие души (старцы, духовники, мистики и аскеты). Когда читаешь о том, как деятели эпох Возрождения и Просвещения, троллят по чем свет Католическую Церковь, понимаешь что для этого у них были весьма серьезные и реальные основания (хотя критика римского клира, началась значительно ранее). «Священнослужители содержали мясные лавки, кабаки, игорные и публичные дома, так, что приходилось неоднократно издавать декреты, запрещающие священникам «ради денег делаться сводниками проституток», но все напрасно. Монахини читают «Декамерон» и предаются оргиям, а в грязных стоках находят детские скелетики как последствие этих оргий. Тогдашние писатели сравнивают монастыри то с разбойничьими вертепами, то с непотребными домами. Тысячи монахов и монахинь живут вне монастырских стен. Что уж говорить о монахах, когда такие люди как папа Александр VI, будучи кардиналом, имел четырех незаконных детей от римлянки Ванноци, а за год до своего вступления на папский престол, уже, будучи 60 летнем стариком, вступил в сожительство с 17-летней Джулией Фарнезе, от которой вскоре имел дочь Лауру. Имели незаконных детей также и папа Пий II, и папа Павел III, и папа Инокентий VIII, и папа Юлий, и папа Павел III; причем, что интересно, что все они – папы-гуманисты, известные покровители возрожденческих искусств и наук. Папа Климент VII сам был незаконным сыном Джулиано Медичи. Многие кардиналы поддерживали отношения со знаменитой куртизанкой Империи, которую Рафаэль изобразил на своем Парнасе в Ватикане. Нравственное развращение в это время доходило до ужасающих размеров. В 1490 г в Риме насчитывалось 6.800 проституток, а в Венеции в 1509 г. их было 11 тысяч. В Германии этим ремеслом начинали заниматься, начиная с 12 лет. В это время пышным, цветом цветет хиромантия, физиогномика, колдовство, сатанизм, оккультизм, астрология. Когда в XVI веке Медичи восстановили свое господство во Флоренции (этой колыбели Ренессанса), вся их дальнейшая история ознаменовалась убийствами, заговорами, зверствами. Особенно прославился из них, каким – то абсолютным сатанизмом сын папы Цезарь Борджиа. На его совести огромное количество зверски замученных душ» (А.Ф. Лосев «Эстетика Возрождения» М. 1998. «Мысль». С. 122-136)
«Раб Божий»
Библейско-текстологически слово «раб Божий» восходит ко временам исхода из Египта. Как справедливо отмечает Андрей Охоцимский: «В книге Левита 25:55 Господь говорит о сынах Израилевых: «Они — Мои рабы, которых я вывел из земли Египетской». Здесь речь идет не только (я бы сказал не СТОЛЬКО — прим. мое) о зависимости от Бога, но и об освобождении от рабства человеческого: были рабами египтян — теперь только Мои рабы».
Это принципиальный момент. Если позволите, Бог говорит с людьми того рабовладельческого времени, когда иная смысловая вербализация была бы просто не понята. Как не было бы понятно, обращение современного проповедника к современным же людям (предположим, не явившегося ещё миру Христа) со словами: «Слушайте меня! Рабы …». В этом есть рациональное зерно. Вспомните, как агрессивно (в мировоззренческом плане) были встречены простые Смыслы деятелей Эпох гуманизма и просвещения и вы все поймете. Сейчас, это несколько трудно осознать, что над этими простыми и теперь уже самоочевидными словами: о значение и смысле человека, билось столько лбов
Да и потом, Христос распялся за человека! Человек — ценность в очах Божиих. Причем, настолько серьёзная, что не обошлось без пролития божественной крови.
«Пророк Неемия называет Израильтян рабами Божьими в своей молитве (Неем. 1:10), которая опять-таки посвящена освобождению — на этот раз из Вавилонского пленения. Рабами Божьими называются также пророки (4 Царств 24:2), причем из контекста ясно, что этим подчеркивается их независимость от светской власти. Рабом Божьим неоднократно называет себя псалмопевец (Пс. 115:7, 118, 134). В книге пророка Исайи, Господь говорит Израилю: «Ты — Мой раб. Я избрал тебя и не отвергну тебя» (Ис. 41:9).
Рабами Божьими (или Христовыми) называют себя апостолы (Рим. 1:1, 2 Пётр 1:1, Иаков 1:1, Иуда 1:1), причем звучит это как почетное звание, признак избранности и апостольских полномочий. Апостол Павел называет рабами Божьими всех верующих христиан. Христиане «освободились от греха и стали рабами Богу» (Рим. 6:22), их ждёт «свобода славы» (Рим. 8:21) и «жизнь вечная» (Рим. 6:22). Для апостола Павла рабство Богу — это синоним освобождения от власти грехa и смерти», — продолжает Андрей Охоцимский (см. http://www.vladhram-uspenie.ru/ «Раб Божий — почему «раб»?»).
Интересно в этом смысле процитировать великого Свят. Феофана Затворника: «Рабство в древнем мире было широко распространено. Св. Павел не перестраивал гражданский быт, а изменял людские нравы. И потому он берет гражданские порядки, как они есть, и влагает в них новый дух жизни. Внешнее он оставляет, как оно установилось, а обращается к внутреннему, и ему дает новый строй. Преобразование внешнего шло изнутри, как следствие свободного развития духовной жизни. Переделай внутреннее, и внешнее, если оно нелепо, само собою отпадет» (Святитель Феофан Затворник. Толкование послания св. апостола Павла к Ефесянам. М., 1893.)
Итак, мы можем сделать несколько предварительных выводов (понятно, что зилотствующим, эти выводы весьма не понравятся, но я уже писал выше о фундаментальной неспособности некоторых человеков к здравому смыслу + увидеть … Историю) о том, что:
а) словосочетание «раб Божий» — употреблялось в рабовладельческий перид (архаичный), как понятное для уха тогдашнего человека.
б) словосочетание «раб Божий» — аутентично только для рабовладельческого строя и его социально-правовой системы.
в) сегодняшнее употребления словосочетание «раб Божий» — дань традиции не имеющей реальной социокультурной и государственно-правовой почвы. Это даже не символ, поскольку символ все же отражает скрытую за ним реальность.
г) поскольку в современном мире, рабство имеет крайне негативную, демоническо-смысловую коннотацию, его употребление (пусть и под «благочестивой» крышей «божественной» традиции) может быть: 1) аутентичным только для последователей рабовладельческой ментальности; 2) упразнено, за неимением социокультурной почвы + общесоциальной ментальной моделью современного человека.
(продолжение следует…)
http://vozglas.ru/blogs/Religion/rab-bozhiy-ili-syn-bozhiy-opyt-postroeniya-russkoy-teologii-osvobozhde.php
P/S.
В древней Церкви «уже Климент Александрийский (+215) под влиянием идей стоиков о всеобщем равенстве полагал, что по своим добродетелям и внешнему виду рабы ничем не отличаются от своих господ.Отсюда он делал вывод, что христиане должны сокращать число своих рабов и некоторые работы выполнять сами. Лактанций (+320) сформулировавший тезис о равенстве всех людей, требовал от христианских общин признания брака среди рабов. А римский епископ Калист Первый (+222), сам вышедший из сословия несвободных людей, признавал даже отношения между высокопоставленными женщинами – христианками и рабами, вольноотпущенниками и свободнорожденными в качестве полноценных браков. В христианской среде уже со времен первенствующей Церкви практиковалось освобождение рабов, как это явствует из увещевания Игнатия Антиохийского (+107) к христианам не злоупотреблять свободой ради недостойных целей.
Однако правовые и социальные основы разделения на свободных и рабов остаются незыблимыми. Не нарушает их и Константин Великий (+337) , который, несомненно, под влиянием христианства дает епископам право освобождения рабов посредством так называемого объявления в церкви (manumissio in ecclesia) и публикует ряд законов, облегчающих участь рабов.
В 4-м веке проблема неволи активно обсуждается среди христианских богословов. Так каппадокийцы – Василий, архиепископ Кесарии (+379), Григорий Назианзин (+389), а позднее Иоанн Златоуст (+407), опираясь на Библию, а может быть, и на учение стоиков о естественном праве высказывают мнение о райской реальности, где царило равенство, которое вследствие грехопадения Адама…сменилось различными формами человеческой зависимости. И хотя эти епископы много делали для того, чтобы в повседневной жизни облегчить участь рабов, они энергично выступали против всеобщей ликвидации рабства, которое было важно для экономического и общественного строя империи.
Феодорит Кирский (+466) доказывал даже, что рабы имеют более гарантированное бытие, чем отец семейства, который обременен заботами о семье, челяди и имуществе. И только Григорий Нисский (+395) выступает против любой формы закрепощения человека, поскольку оно не только попирает естественную свободу всех людей, но и игнорирует спасительное дело Сына Божия…
На Западе под влиянием Аристотеля епископ Медиолланский Амвросий (+397), оправдывает легитимное рабство, подчеркивая интеллектуальное превосходство господ, и советует тем, кто в результате войны или случая несправедливо попал в рабство, использовать свое положения для проверки добродетели и веры в Бога.
Августин (+430) тоже был далек от мысли оспаривать легитимность рабовладения, ибо Бог не освобождает рабов, а делает плохих рабов добрыми. Библейское и богословское обоснование своих взглядов он видит в личном грехе Хама против своего отца Ноя, из — за чего на рабство осуждено всё человечество, но это наказание является одновременно и целебным средством. При этом Августин сслылается еще и на учение апостола Павла о грехе, которому подвержены все. В 19-й книге своего трактата «О граде Божием» он рисует идеальный образ человеческого общежития в семье и государстве, где рабство занимает свое место и соответствует замыслу Божия творения, земного порядка и естественному различию между людьми» (Theologische Realenzyklopaedie. Band 31. Berlin – New-York, 2000. S. 379-380).
PP/S.
«Рабство появляется с развитием сельского хозяйства приблизительно 10.000 лет тому назад. Люди стали использовать пленников на сельскохозяйственных работах и заставляли их работать на себя. В ранних цивилизациях пленные долго оставались главным источником рабства. Другим источником являлись преступники или люди, которые не могли заплатить свих долгов.
О рабах как низшем классе впервые сообщают письменные памятники Шумерской цивилизации и Мессопотамии около 3500 лет тому назад. Рабство существовало в Ассирии, Вавилонии, Египте и древних обществах Среднего Востока. Оно практиковалось также в Китае и Индии, а также среди жителей Африки и индейцев в Америке.
Рост промышленности и торговли способствовал еще более интенсивному распространению рабства. Возник спрос на рабочую силу, которая могла бы производить товары на экспорт. И потому рабство достигло пика своего развития в греческих государствах и Римской империи. Рабы выполняли здесь основные работы. Большинство из них трудилось в рудниках, ремесленном производстве или в земледелии. Другие использовались в домашнем хозяйстве в качестве слуг, а иногда врачей или поэтов. Около 400 года до Р. Хр. рабы составляли треть населения Афин. В Риме рабство распространилось так широко, что даже простые люди имели рабов.
В древнем мире рабство воспринималось как естественный закон жизни, который существовал всегда. И лишь немногие писатели и влиятельные люди видели в нем зло и несправедливость» (The World Book Encyclopedia. London-Sydney-Chicago, 1994. P. 480-481. См. подробнее большую статью «Рабство» в : Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А.. Энциклопедический словарь. Т. 51. Терра, 1992. С. 35-51). http://minds.by/article/91.html

>Только не называйте меня “раб Божий”

Мы с апостолом Павлом — рабы Иисуса Христа!

Сергей Худиев

Как-то по интернету ходил рассказ человека, который был в Афинах и обнаружил, что в Греческой Церкви прихожан называют «детьми Божиими», а не «рабами Божиими», как в Русской Церкви. Отсюда делались глубокие выводы о разнице менталитетов русских и греческих церковников. Конечно, сам этот случай — чистое недоразумение, если бы этот человек был знаком с Новым Заветом, он бы знал, что в нем апостолы называют христиан и рабами, и детьми Божиими, точно так же как оба термина присутствуют и в богослужении как Греческой, так и Русской Православных Церквей.

Встать в этот ряд, сказать: и я тоже, как эти люди, «раб Иисуса Христа» — было бы неуместной дерзостью. «Мы с апостолом Павлом — рабы Иисуса Христа!» Но я решаюсь на это только потому, что Писание всех христиан называет рабами Иисуса Христа. Это драгоценное звание мне даровано в Крещении, и я ношу его — не с гордостью, я его не заслужил и не мог — но с изумлением, что мне оказана столь великая честь.

Более того, в Библии сам Иисус назван рабом Бога: «Вот, раб Мой будет благоуспешен, возвысится и вознесется, и возвеличится» (Ис. 52:13).

Но современный мир яростно требует равенства

Но само именование христиан «рабами Божиими» для внецерковных людей служит некоторым запинанием. Это понятно — слово «раб» в современном языке носит резко негативный характер. Раб — это кто-то, кого воспринимают как вещь, «говорящее орудие», чьи желания, интересы или человеческое достоинство никого не интересуют. Кто-то, кого можно эксплуатировать, с кем можно дурно обращаться — даже убить — безнаказанно. Сам институт рабства вызывает отвращение, и все согласны в том, что его следует искоренять и преследовать.

Это понятно; люди грешны, и это проявляется тем заметнее, чем больше у человека власти над другими. Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно. Начальник-самодур вынужден сдерживаться, потому что на свете есть и другие работодатели, к которым работники могут, в конце концов, уйти. Но в ситуации, когда уйти невозможно, жаловаться некому, и остается только такой слабый сдерживающий фактор, что рабы — это все-таки ценное имущество, человеческий грех вылезает во всем своем неприкрытом уродстве.

Страшно оказаться в полной, безраздельной власти своего ближнего — потому что полагаться на его добрую волю не приходится. Именно поэтому нас пугает и возмущает рабство.

Мы боимся и не доверяем друг другу — и имеем на это веские основания.

Современный мир яростно требует равенства — потому что всякий, обладающий более высоким статусом, непременно использует его для того, чтобы угнетать и притеснять своих ближних. Равенство, конечно, недостижимо — в любой корпорации, обществе, государстве немедленно выстраиваются иерархии, без этого невозможно — но, по крайней мере, к нему следует стремиться.

Невозможно обойтись без власти одних людей над другими — но, по крайне мере, ее надо обставить сдержками и противовесами, законами и должностными инструкциями, так, чтобы эта власть была как можно дальше от абсолютной. Цена свободы есть непрестанная бдительность. Зазеваешься — и ближние немедленно повесят на тебя ярмо.

Не низкое холуйство, а сердечная преданность

Но и мы знаем проблески какого-то иного мира. В нашем мире есть не только эксплуатация — и яростные попытки этой эксплуатации избежать. В нашем мире бывает любовь. Как говорит невеста в «Песне Песней», «я принадлежу возлюбленному моему, а возлюбленный мой — мне» (Песн. 6:3). Принадлежность другому человеку — не всегда источник угрозы. Иногда — как для влюбленных — это источник глубокой радости, счастья, полноты жизни. Ребенок находится во власти родителей — и это (кроме небольшого числа трагических случаев) хорошо и правильно, его любят, о нем заботятся.

Мы не можем представить себе отношения доверия и преданности между слугой и господином, хозяином и рабами — но такое иногда бывало. Как, например, повествуется в книге Бытия, «Аврам, услышав, что сродник его взят в плен, вооружил рабов своих, рожденных в доме его, триста восемнадцать, и преследовал до Дана» (Быт. 14:14). Аврам вооружил своих рабов, будучи уверен, что они не обратят оружие против него, не разбегутся, а будут сражаться и подвергать свою жизнь опасности за хозяина — и это вполне оправдывается.

Такое бывало — не низкое холуйство, а сердечная преданность; не барское самодурство — а отеческая забота. Увы, не слишком часто — мы живем в падшем мире. Но само слово «раб» могло обозначать и нечто другое — и вызывать совсем другую цепь ассоциаций, чем у нас.

Оно могло быть выражением благодарности и преданности — правитель поразил людей своими великодушными благодеяниями, и они признали себя его рабами. Оно могло быть выражением принадлежности — как в наши дни люди остро переживают свою принадлежность к национальности, к партии или стране.

Преданность по отношению к личности почти исчезла из нашего мира. Но в античном мире (как и в средневековом) всем было понятно, о чем идет речь. Средневековый король мог воскликнуть в гуще битвы: «Те, кто любит меня, за мной!» — и за ним следовали.

Слово «раб» могло означать полное доверие — «я принадлежу тебе».

Владыка мироздания принял образ раба

И вот в христианском контексте, у апостолов, у святых отцов, «раб Божий» — это очень теплое слово. Бог в Иисусе Христе стал человеком, умер и воскрес, и даровал нам жизнь вечную и блаженную. Теперь мы, рабы Божии, принадлежим Ему, живем в Его доме, аллилуйя!

Тот, Кто обладает абсолютной властью, стал человеком, претерпел муку и смерть от рук Своих мятежных творений ради их спасения.

«Иисус же, подозвав их, сказал им: вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими. Но между вами да не будет так: а кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом. Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мк. 10:42-45).

Бог полностью отдал Себя творению — Владыка мироздания принял образ раба, чтобы поднять падших людей к себе. Вера отзывается благодарной преданностью — теперь мы принадлежим Тебе. Мы рабы Божии.

В церковном обиходе есть разнообразные обряды, таинства, которые очень часто используются и мы уже привыкли к ним. Также как и некоторые церковные слова становятся для нас настолько привычными, что мы порой даже не задумываемся об их значении. Так возникает много противоречий по поводу использования такого выражения как «раб Божий». Некоторые считают, что такое высказывание унижает человеческое достоинство. Но прежде чем делать поспешные выводы стоит разобраться почему называют рабами Божьими прихожан.

Почему говорят раб Божий

Для того, чтобы уйти от обид и оскорблений, не стоит заимствовать юридические или социальные понятия и переносить их на трактовок высшей реальности. Наша духовность должна быть свободна от мирских представлений. Основная цель Господа – это привести всех к вечной жизни. Если человеческая природа повреждена грехом, то он должен не только верить в Бога, но и полностью и всецело следовать его благой воле.

Именно в Священном Писании о таком человеке говорится, что если он отказался от своих греховных помыслов и поступков и предался спасительной воли Господа, то он именуется «рабом Божьим». В библейских текстах такое название несет почетный характер.

Есть несколько толкований, что означает раба Божья или раб Божий:

  1. В Иудее слово «раб» не несло в своем контексте уничижительного значения. Оно просто означало работника.
  2. Главная задача Господа – это желание нам только благ и привести нас к совершенству. Именно подчинение его воли не имеет в себе ничего унизительного.
  3. Эмоциональная составляющая данной фразы должна обращать наше внимание на степень доверия к Господу и нашей верности ему. Мы не должны обращаться к нему только при необходимости и в тяжелые времена.
  4. Необходимо также вспоминать об исторических особенностях того времени, когда существовал рабовладельческий лад. Были только рабы и их наемники. Но в данном случае «раб» — это не бесправное существо.
  5. Почему раб Божий, а не сын Божий? Считают, что отношения Господа и человека должны пройти определенные стадии развития: раб, наемник и сын. Такая классификация встречается еще в притче о блудном сыне.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *