Подкарпатские русины

Сергей СУЛЯК

РУСИНЫ В ИСТОРИИ: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ*

Я русин был, есмь и буду…

Александр Духнович (1803-1865)

Принцип этнической принадлежности, что бы он собой не представлял, не несет в себе ничего программного и еще в меньшей степени является политическим понятием.

Эрик Дж. Хобсбаум

Русин — самоназвание населения Древней Руси. Сам этноним «русин» — производное от слова Русь. Он упоминается в литературных памятниках с X в. К примеру, в текстах договоров с греками князя Олега (912 г.) семь раз, князя Игоря (945 г.) — шесть, в «Русской правде»1 и т.д. Долгое время данный этноним сохранялся на всей территории, входившей в состав Древнерусского государства: Малороссии, Белоруссии, Великороссии, Карпатской Руси. Тверской купец Афанасий Никитин писал в «Хождении за три моря» (XV в.): «А в том в Чюнере хан у меня взял жеребца, а уведал, что яз не бесерменянин -русин»2.

К середине XIX в. этноним «русин» оставался широко распространенным в качестве самоназвания населения Карпатской Руси (Галичина, Буковина, Угорская Русь), чьи земли находились под владением Австро-Венгрии, а также населения севера Бессарабии и Холмщины.

Австро-венгерские власти называли своих русских подданных русины, рутены (нем. Russinen, КШпєпєп), в отличие от русских (российских подданных). Причем название рутены — средневековое латинское название русских, а русины — неправильное образование множественного числа от единственного числа русин. Сами русины называли себя в единственном числе русин, а во множественном числе — русскими, веру свою — русскою, свой народ и язык — русскими. В свою очередь русины подразделялись на ряд этнокультурных групп: бойки, лемки, подоляне, гуцулы, покутяне, верховинцы, долиняне и другие3.

Второй этноним населения Карпатской Руси — руснак. Население Карпатской Руси издавна проживало в соседстве с католиками-поля-

ками. Само слово «руснак» возникло как противопоставление этнониму «поляк». Руснаками (русняками) называли русинов их соседи поляки, словаки, чехи. Этот данный соседними народами внешний этноним был известен, по крайней мере, с начала XV в. В Чехии и Словакии русняками называли русинов, воевавших во время гуситских войн в отрядах таборитов4.

— райей. Основным населением Хотинского уезда были руснаки.

Русины (руснаки) — потомки древнерусской народности. Впоследствии из нее, как указывала советская историография, выделились три братских восточнославянских народа: русские, украинцы и белорусы. Предки же современных русинов проживали в условиях гористой местности, в окружении иноязычного и зачастую иноконфессионального населения. Благодаря такой изолированности они сумели сберечь («законсервировать») многие культурные традиции Древней Руси, свой древний язык, сохраниться как этнос. Многовековое проживание в составе различных государств привело к возникновению у некоторых региональных групп русинов небольших этнокультурных отличий. Несмотря на это, русины и их потомки в большинстве своем сохранили русинское самосознание, историческую память и понимание единства всех русинов.

По мнению ряда исследователей, рассмотрение вопроса о предыстории русинов следует начать со сведений о ранних насельниках Северного Причерноморья — ираноязычных скифах и сарматах. Описывая население Северного Причерноморья, греческий историк Геродот (между 484 и 425 гг. до н. э.) пишет о скифах-кочевниках и скифах-земледельцах (сколотах-праславянах), которых он по месту проживания на Днепре также называет «борисфенитами»6.

Количество иранских параллелей в языке, культуре и религии восточных славян настолько велико, что в научной литературе давно поставлен вопрос о славяно-иранском симбиозе, имевшем место в истории восточных славян — антов, которые сформировались в Северном Причерноморье при активном участии иранского этнического компонента. Авторы большинства современных учебников истории России и Украины подчеркивают влияние скифо-сарматского мира на этногенез, культуру и государственность восточных славян7. На присутствие скифо-сарматских антропологических черт у части населения современной Украины, в т.ч. и жителей восточной части Буковины, указывает современный украинский этнолог Борис Савчук8.

О славянах впервые упоминается в античных источниках с I в. (Гай Плиний Секунд, Клавдий Птолемей, Випсаний Агриппа, Тацит и др.). В первой половине VI в. н.э. земли Юго-Западного Причерноморья вплоть до Дуная были заняты восточными славянами (антами). Этноним анты (древнеиндийское antas — конец, край, antyas — находящийся на краю, осетинское attiya — задний, позади) имеет иранское происхождение.

Восточные славяне в конце первого тысячелетия н.э.

(фрагмент)

Древние названия городов и племен даны прописными буквами, остальные — строчными.

Источник: Нидерле Л. Славянские древности. М., 2001.

Ядро антского племенного союза, по данным археологии, полностью совпало как со старой территорией расселения скифов-пахарей, так и с областью распространения «полей погребений», выемчатых эмалей и кладов римских монет. Анты не только расселялись в городах скифского времени, но и строили новые.

Если культурное, этническое, экономическое единство населения Поднестровья, Попрутья, Нижнего Подунавья и жителей других земель Руси подтверждено археологическими данными, то анализ древнерусских летописей позволяет предположить, что славяне ПрутоДнестровских земель входили в состав Руси еще в ее догосударствен-ный период. Скорее всего, конфедерация княжений, известная под именем Русь, сложилась в борьбе с Хазарским каганатом на рубеже VIII-IX вв.9

С VIII в. численность населения в Карпато-Днестровских землях резко возрастает. На территории Молдавии обнаружено 30 славянских поселений VI-VII вв. и свыше 80 — VIII-IX вв. На территории Северной Буковины славянские селища УГ-УН вв. обнаружены в 40 пунктах, а VIII-IX вв. — в более чем 150 пунктах. К тому же селища VIII

— IX вв. в несколько раз превышают по площади селища VI-VII вв. Демографический взрыв был следствием экономического подъема, вызванного появлением более совершенных земледельческих орудий.

В VII-IX вв. византийские хроники почти не содержат упоминания о восточных славянах. Это, вероятнее всего, было следствием переселения славян Карпато-Дунайских земель на север. Его причиной

В.О. Ключевский считал аварское нашествие. С его точкой зрения согласен советский академик Ю.В. Готье, полагавший, что нашествия гуннов, готов и аваров заставили «некоторые энергичные и предприимчивые восточнославянские, «антские» племена искать спокойствие на угрюмом, но более безопасном севере». Не оспаривая эту версию,

В.В. Седов считал, что переселение славянских племен вызвано изменением климатических условий. С конца IV в. в Средней Европе наступает резкое похолодание и увеличение выпадения осадков, что сделало многие пахотные участки непригодными для земледелия. Перемещение населения на север подтверждается археологическими данными. В конце вв. в северорусских землях появляются предметы провинциального римского происхождения, имевшие ранее хождение в Средней Европе. В настоящее время выявлено свыше 100 памятников с такими находками.

Но не все антские племена ушли на север. В непосредственной близости к Дунаю в VIII-X вв. обитали племена уличей и тиверцев. Сведения об этих племенах содержатся в Лаврентьевской, Ипатьевской, Радзивиловской и Троицкой летописях. Уличей и тиверцев нередко

считали основным ядром антов, самыми подлинными и чистыми антами.

Восточные географы причисляли уличей — «лудана» — не к славянам вообще, а конкретно к руссам. В атурецанах, описанных византийским императором Константином Багрянородным (905-959 гг.), и attrozziе (аттороссах), упомянутых в «Баварском географе» (Восточнофранкской таблице племен) IX века, известный чешский археолог Л. Нидерле видел вероятность связи этих двух этнонимов с тиверцами.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Локализация расселения тиверцев и уличей в Карпато-Днестровс-ких землях, данная в «Повести временных лет», не вызывает сомнений: «И жили между собою в мире поляне, древляне, северяне, радимичи, вятичи и хорваты. Дулебы же жили по Бугу, где ныне волыняне, а уличи и тиверцы сидели по Днестру и соседили с Дунаем. Было их множество: сидели они прежде по Днестру до самого моря, и сохранились их города и доныне: вот почему греки называли их «Великая Скифь». «Баварский географ» называет русское племя «ШНсі» многочисленным народом, обладающим 318 городами. Летописные сведения о тиверцах более скудные, чем об уличах. Тиверцам, по данным того же «Баварского географа», принадлежало 148 городов. Уличи -ултины упомянуты и византийским императором Константином Багрянородным. Печенежский «округ Харовои, — пишет он в XIV главе сочинения «Об управлении империей», — соседит с Русью, а округ Яв-диертим соседит с подвластными Русской земле областями, именно с ултинами, дервленинами, лензенинами и прочими славянами»10.

В 885 г., указано в «Повести временных лет», киевский князь Олег властвовал над полянами, и древлянами, и северянами, и радимичами, а с уличами и тиверцами воевал. Но уже в 907 г. тиверцы вместе с другими русскими племенами участвовали в походе Олега на греков. Князь взял вместе с другими племенами и тиверцев, «яже суть тол-ковины».

Ранее считалось, что данное слово употребляется в значении союзники или переводчики. Никто не задавался вопросом, зачем киевскому князю Олегу в 907 г. нужно было столько переводчиков в походе на греков, или почему только это племя среди всех прочих, принявших участие в походе, названо союзником. Ведь Олег 22 года назад успешно воевал с тиверцами.

В русинском языке до сих пор сохранилось древнерусское слово толока, которое обозначает пастбище. В этом значении слово толока до сих пор употребляется в ряде областей России и Украины.

В.И. Даль (1801-1872 гг.) в своем «Толковом словаре живого великорусского языка» указывал: толока (Симбирская, Пензенская губер-

нии), толок (Курская) — пар, на котором скот пасется, выгон, поскотина. Толока (юго-западное) — скотский выгон, городское, сельское общее пастбище, пар, парина, паровое поле, на которое пускают скот при трехпольном хозяйстве. Называя тиверцев толковинами, летописец упоминал их род занятий — пастушество. Название же соседнего тиверцам восточнославянского племени хорваты — от древнеиранского «пастух, страж скота».

Через 300 лет жившее в этих краях древнерусское население стали называть галицкими выгонцами, учитывая их «государственную» принадлежность и род занятий — скотоводство. Тот же В.И. Даль пишет, что выгон — пастбище, выпуск, толока, место паствы скота; сборное место для скота, откуда его гонят на дальнее пастбище по прогону. То есть в данном значении слова толока и выгон в русском языке

— синонимы, соответственно синонимами являются производные от них толковины и выгонцы.

Речь идет о сформировавшемся на территории Юго-Западной Руси особом хозяйственно-культурном типе населения. Русское население Юго-Западной Руси наряду с земледелием активно занималось и скотоводством, что несколько отличало этот регион от других регионов Руси.

На первый взгляд, из этого ряда несколько выбивается название соседнего тиверцам и хорватам племени — уличи. Но, как обоснованно полагал советский языковед О.Н. Трубачёв, название уличи отражает тюркскую передачу древнерусского угличи. Это имя получено из вторых рук, от печенегов. О.Н. Трубачёв полагал, что угол — район Северного Причерноморья, где сходятся под углом друг к другу течения трех рек: Днепра, Буга и Днестра. То есть угличей так назвали по месту проживания. Позднее, в XVI-XVIII вв., в области, расположенной в юго-восточной части Бессарабии (Северо-Западное Причерноморье, между устьями Днестра и Дуная), поселились кочевники татары, и она стала называться Буджак (по-турецки — угол). Местных татар стали называть буджакскими (т.е. угловыми) татарами11.

Уличи, тиверцы и белые хорваты вместе с другими восточнославянскими племенами вошли в состав древнерусской народности и как самостоятельные русские племена в летописях не упоминаются. Но их потомки по-прежнему проживали в Карпато-Днестровских землях.

С 1054 г. пришедшие на смену печенегам половцы, пользуясь междоусобицами на Руси, утвердились на побережье Черного моря вплоть до Дуная. Однако часть русских поселений в низовьях Дуная устояла. В 1116 г. великий князь Владимир Мономах «посла Ивана Воитишича, и посажа посадники по Дунаю». Присутствие русского населения на Дунае отмечено и в «Слове о полку Игореве» (1187 г.). Возвращение

князя Игоря из половецкого плена описано в «Слове» так: «Солнце светится на небесе, — Игорь князь въ Руской земли; девицы поютъ на Дунаи, — вьются голоси чрезъ море до Киева». Там же говорится о галицком князе Ярославе Осмомысле, который «подпер горы Угорские своими железными полками, заступил королю путь, затворил Дунаю ворота, меча тяжести через облака, суды рядя до Дуная». Как указывал В.Т. Пашуто, побережье Черного моря от Олешья до Малого Галича (совр. румынский Галац) было под властью галицко-волын-ских князей.

Русское население на Дунае было довольно многочисленным. Один из русских князей — Иван Ростиславович, сын перемышльского князя, княживший в Звенигороде, а затем в Галиче, установил связи с городом Берладь, находившемся на территории Добруджи (ныне — юго-восток Румынии). Будучи изгнан из Галича князем Владимиром, князь Иван бежал к Дунаю. Затем он появился в Киеве. Когда сын Владимира Ярослав Осмомысл потребовал от киевского князя его выдачи, Иван Ростиславович отправился на Дунай. Там к нему стекались половцы и русская вольница — берладники, причем последних у него было до 6000. В 1159 г. Иван Ростиславович, получивший прозвище Берлад-ник, организовал поход на Галич, впрочем, окончившийся безрезультатно. Во второй половине XII в. Берладь попала под власть «галицкой державы». В 1223 г., когда на Руси собирали силы против татар, кроме галичан, волынян и их князей прибыли еще «выгонци галичькыа». Они вышли по Днестру в море и с моря вошли в Днепр. Их было много -1000 «лодий». Речь идет о довольно многочисленном войске — лодья вмещала 40 и более человек. Поэтому численность «выгонцев», принявших участие в битве на Калке, можно определить в 30-40 тыс. чел. Возглавляли их не князья, а вожди Юргий Домамерич и Держикрай Володиславич.

Вторжение кочевников в Северное Причерноморье вызвало отток русского населения из Поднепровья на восток, в междуречье Оки и Верхней Волги, а также на Западный Буг, в область Верхнего Днестра и Верхней Вислы, в глубь Галичины и Польши. Другой поток миграции направился в низовья Дуная. Часть русских обращалась в «бродни-ков», которые вели полукочевой образ жизни. Латинские хроники XIII в. указывают на появление «бродников» вблизи Венгрии.

После разрушения Киевской Руси на ее восточной и западной окраинах складывается почти из тех же элементов новая Россия. Появляются Владимир на Клязьме (столица Владимиро-Суздальского княжества) и Владимир (столица Владимиро-Волынского княжества), Звенигород на Москве, как и на Днестре, Галич Суздальский и Галич в Галицком княжестве, Ярославль на Волге и Ярославль на Сане и т.д.

Сюда же можно отнести средневековые города с названием Пере-мышль: нынешний польский г. Пшемысль на Сане и два Перемышля в Северо-Восточной Руси — один южнее Калуги (город, известный с XII в., ныне село на левом берегу Оки в 30 км к югу от Калуги), другой -южнее Москвы, а также город Соль Галицкая на р. Кострома. Список, разумеется, можно продолжить. Наплывом русских переселенцев, быть может, объясняются и известия XIII и XIV вв. о существовании православных церквей близ Кракова и в других местностях Юго-Восточной Польши. Около 1150 г. краковский епископ Матвей писал: «Русское племя по своей бесчисленности подобно звездам».

Как считал Л. Нидерле, потомки уличей и тиверцев отступили в Карпаты, и именно они положили начало заселению Трансильвании (Се-миградья) и Северной Венгрии русским элементом, многочисленные следы которого мы находим и теперь в местной топонимике венгерских и румынских областей.

Во второй половине XI — первой половине XII в. образуется «областная» территория на Верхнем Днестре — «Галицкая земля». Сам термин встречается уже в середине XII в. По известию 1152 г., на западе «земля Галичкая» начиналась уже у р. Сан. Там уже существовал Ярославль за Саном. По известию 1229 г., «Галичкая земля» определялась пространством от речки Боброка до рек Ушица и Прут, т.е. включала север Карпато-Днестровского региона.

Галицкое княжество уже во второй половине XII в. становится одним из самых сильных и влиятельных княжеств Южной Руси. Князь его Ярослав Осмомысл, как говорится в «Слове о полку Игореве», «отворяет ворота Киеву». С конца XII в., при князьях Романе Мстиславовиче, присоединившем Галицкую землю к Волыни, и его сыне Данииле, соединенное княжество заметно растет, густо заселяется, князья его, несмотря на внутренние смуты, быстро богатеют, распоряжаются делами Юго-Западной Руси и самим Киевом; галицкого князя Романа летопись даже величает «самодержцем всей Русской земли». Киев окончательно утратил свое значение общерусского центра, и политическая жизнь переместилась в Суздальско-Владимирскую и Галицкую Русь.

Татаро-монгольское нашествие вызвало еще большее передвижение населения с востока на запад, в результате чего русское население Галицкой земли и придунайских областей не только не уменьшилось, а увеличилось. В 1254 г. венгерский король Бела IV жаловался папе, что его теснят с востока, т.е. из Карпато-Днестровских земель, русские и бродники, а в числе враждебных племен перечислял русских, куман, бродников и болгар. К 1249 г. князю Даниилу удалось утвердить свою власть в Галиче и расширить пределы княжества. Этот

— -•.’МЧОИН

•ЛШа/ля*.

хт.

Иич.нп):

Првнск,

эроги’Гин

)Ополе

Завихост.

Хмельник

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

гйбнрцо

,о\ КолодвИїен

МОГИ

Дебрецен0

Зараднн

, Нлуж о’

Клисс

^Керчьг

. 2006. C. 86-92.

ЛИТЕРАТУРА

2. Никитин Aфанасий. Хождение за три моря // История отечества в романах, повестях, документах. Век XV-XVI. М., І987. С. 45І.

4. НеедлыЗ. Гуситы и русские. Исторический журнал. Кн. І0-ІІ. М., І94І. С. І26, І28.

5. См. подробнее: Суляк С.Г. Осколки Святой Руси. С. І3І-І32. Данные предоставлены Департаментом информационных технологий Республики Молдова (по состоянию на май-август 2003 г.).

6. Геродот. История. М., 2002. С. 24І.

7. ОрловA.С., ГеоргиевB.A., ГеоргиеваН.Г., Сивохина T.A. История России.

8. Савчук Борис. Українська етнологія. Ьано-Франшвськ, 2004. С. 307.

9. Подробнее ранняя этническая история восточных славян изложена в моей монографии «Осколки Святой Руси». С. 28-43.

10. См. подробнее: Суляк С.Г. Осколки Святой Руси. С. 43-47.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

13. См. подробнее: Суляк С.Г. Осколки Святой Руси. С. 58-69.

14. Вуя Р. Поселения и жилища румынских крестьян Северо-Западной Молдовы // Советская этнография. І962. № 3. Май-июнь. С.І07, І02.

16. Подробнее о численности русинов см.: Суляк С.Г. Осколки Святой Руси.

С. 94-95.

17. Протопресвитер Петр Коханик. Начало истории Американской Руси // Прикарпатская Русь под владением Австрии. Trumbull, Connecticut, І970.

C. 5І6, 490.

18. Mедєши Л. Америцки руснаци през свою пресу // Международный исторический журнал «Русин» . № 2 (8), 2007. С.І56.

19. Протопресвитер Петр Коханик. Указ. соч. C. 497, 499.

20. Mедєши Л. Указ. соч. С.І58-І59, І73-І78.

21. Aрхиепископ Виталий. Мотивы моей жизни / Издание третье, дополненное. Holy Trinity Monastery, Jordanville, N.Y, 2005. С. І33.

22. Субтельний О. Україна. ^торія. Київ, І993. С. 664.

23. УльяновН.И. Происхождение украинского сепаратизма. М.,1996. С. 209.

25. Пашаева H.M. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. М., 2007. С.І2І-І25.

26. Mаґочій П. Народ нивыдкы. Ілустрована історія карпаторусинов. Ужгород, 2007. С. 80-8І.

27. Клима В. Школьное дело и просвещение на Подкарпатской Руси // Под-карпатская Русь за годы І9І9-І936. Ужгород,1936. С.І02.

28. ТокарM. Политичні партії Закарпаття в умовах багатопартійності (1919-І939). Ужгород, 2006. С. 3І8-327.

29. Протоиерей Василий Mаксимишинец. История Православной церкви в Карпатской Руси. Ужгород, 2004. С. І24, І28-І29.

30. Поп И. Энциклопедия Подкарпатской Руси. Ужгород, 2006. С. 56-58, 62, 245-246.

31. ДикийA. Неизвращенная история Украины-Руси. М., 2007. С. 68.

32. ПашаеваH.M. Указ. соч. С.І30.

33. MарианьскийA. Современные миграции населения. М.,1969. С. І30-І3І, І28-І29.

34. См. подробнее: Суляк С.Г. Русины в период первой мировой войны и русской смуты. С. 56-57, 62-63.

35. История Республики Молдова. С древнейших времен до наших дней. Кишинев, 2002. С. 223-224.

Ниже размещаем статью из «Волынских епархиальных ведомостей» № 41 за 1914 год (оригинал статьи в формате PDF ). В статье говорится о вековом стремлении частей Русской земли от Карпат до самых дальних восточных окраин к воссоединению и об огромном вкладе русского населения Галиции и Прикарпатской Руси в общерусскую культуру. Статья написана в 1914 году в разгар Галицийской битвы во время Первой мировой войны, в результате которой была освобождена Галицкая Русь и часть Прикарпатской Руси ().

Материал подготовлен при помощи
православного историка из Польши Михаила Джеги

Русские солдаты любуются панорамой города Галич. Галиция 1914 год.

Пятьсот семьдесят четыре года прошло с тех пор, как польский король Казимир в 1340 г. завоевал галицко-русскую землю, оторвав эту вотчину святого Владимира от остальной Руси. Но галичане, несмотря на политическое чужое иго, не переставали участвовать в общерусской жизни. Во время битвы на Куликовом поле в 1380 г. галичане послали на помощь Московским полкам Вел. Князя Дмитрия Донского два своих полка. Во главе их стоял Игнатий Рябец, родоначальник русского рода Квашниных-Самариных, Родионовых, Шиловских и др. После Куликовской битвы галицкие полки были поселены в Костромдах, которые носили имена их прикарпатских гнезд на родине: Галич и Солигалич.

Кроме Галича есть в Прикарпатской Руси целый ряд других городов, имеющих своих тезок в России. Так, например, галицкий Перемышль, стольный князя Володаря, имеет брата в Перемышле, Калужской губернии. Соседний город на Сане Ярославль построен тем же Великим Князем Ярославом Мудрым, что и Ярославль на Волге. Есть еще несколько Звенигородов, Городков и Городищ — все памятники общей истории русского Прикарпатья с остальною Русью.

Еще ранее Куликовской битвы из галицкой Руси вышел инок Петр с р. Раты, избранный «митрополитом всея Руси», перенесший митрополичью кафедру в Москву к Вел. Кн. Иоанну Калите, создавший Успенский собор, «венчальный чертог» русских великих князей и впоследствии царей. За свои заслуги и добродетели он признан святым наряду с другими Московскими святителями Ионой, Алексеем и Филиппом.

Инстинкт собирания русской земли, инстинкт необходимости племенного единения для сохранения силы, составляет отличительную черту всех уроженцев Карпатской Руси, занявших видные места в общерусской культуре. Для доказательства того не будем упоминать о теории Голубинского о том, что свет Христовой веры Русь получила через посредство священников-угрорусов и галичан. Достаточно указать на митрополита Петра. Не потому, чтобы в княжеско-удельном периоде русской истории не нашлось других примеров, а потому, что после татарского разгрома, в годины общего смятенья, из всех тогдашних передовых русских людей только «червонноросс» Петр ясно и сознательно кликнул клич о «собирании русской земли». Он, несмотря на заманивания других князей, потянулся в Москву к Иоанну Калите и, создав митрополичий престол, положил начало тому движению, которое в дальнейшем своем росте привело к женитьбе Ивана Великого на наследнице Византийского престола и определило миссию Москвы, как «третьего Рима».

Сознание единства русской земли было особенно живо на княжеском дворе Романа Мстиславича и Даниила Романовича, которых судьба из крайнего северного Новгорода перебросила в южный Галич. Князь Даниил в своих странствиях по всем русским уделам, вплоть до Золотой Орды, мог воочию убедиться в единстве племенного состава населения Сарматской равнины.

Известны гимны русскому единству, которыми, словно греческий Тиртей, усмирял распри бояр и князей червонно-русский «баян Митуса» из Перемышля, единственный из древнерусских баянов, который полным именем назван в летописи. Судя по некоторым местам «Слова о полку Игореве», особенно по месту о златокованном престоле галицкого князя Ярослава Осьмомысла, многие литературные историки утверждают, что и певец «Слова» был уроженец Червоннороссии, может быть тот же самый Митуса (уменьшенное имя Дмитрия) из Галицко-Волынской летописи.

Но еще значительнее роль митрополита Петра. Просто непонятно, как этот скромный уроженец галицкой Равы Русской, у которой теперь бушует гроза боев мог в то время полного отчаяния всей Руси выступить с идеей, требовавшей для своего осуществления столько ума, силы материальной и духовной? Какая должна была быть вера в живучесть русского народа у этого сына Прикарпатья, чтобы умственным взором преодолеть все тогдашние невзгоды Руси, татарское иго, грабежи Литвы и Польши, княжеские усобицы, ее нищету и непросвещенность и доказать князьям возможность «собирания русской земли?». А между тем слово его «плоть бысть»: освобождение Руси после Куликова поля и политическое единство русского народа, теперь окончательно осуществляемое, лучший свидетель его гения.

Как только Москва, этот «третий Рим», после самозванческой разрухи избрал себе нового царя из дома Романовых, немедленно взоры всего православного мира обратились к нему. Львовское Ставропигийское братство, построившее в Львове храм, ктитором которого был царь Феодор Иоаннович, снарядило депутацию в Москву с поздравлением новому царствующему русскому дому, с перечислением претерпеваемых православными галичанами гонений за веру и с просьбой о церковной утвари и материальной помощи. В депутации участвовал Перемышльский епископ Исаия (Конинский), Львовский епископ Иеремия и строитель из Галича, некий Спиридон. Царь Михаил Феодорович был весьма обрадован приезду депутации из Карпатской Руси и отпустил ее с богатыми подарками для русских монастырей и братств в Галиче.

Не забывал русских людей в Прикарпатьи и царь Алексей Михайлович. Монахи из Креховского монастыря, в Жолковском уезде, из Скита-Манявского (в Карпатских горах) часто прибывали в Москву и возвращались, ободренные царской лаской. Его грамота Львовскому Ставропигийскому братству доказывает, что он обещал заступничество за православных перед польским королем. Тогда впервые завязались сношения и с Закарпатской Угорской Русью. Пряшевский протопоп Василий Сабов удостоился в Москве царской милости и особой грамоты.

Карпатские посланцы, снабженные государевыми грамотами, собирали по пути милостыню для теснимых поляками монастырей, церквей, братств и вызывали сострадание в сердцах отзывчивого православного люда.

Не прошло двух столетий со смерти митрополита Московского Петра, как опять сын Червоннороссии, уроженец Старого Самбора, гетман Запорожских войск Петр Конашевич-Сагайдачный в битве под Хотином отражает новое нашествие басурман на южнорусские земли и на Польшу. В то же самое время уроженец Вышни Судовой, Афонский монах Иоанн Вышенский волнует своими жгучими посланиями южную Русь и укрепляет ее в сознании правой веры и истинного христианства.

Прошло столетие, и галичане подвизаются опять в Москве, помогая Петру Великому выковывать тот общерусский язык и ту новую русскую культуру, мировое значение и расцвет которых суждено лицезреть только нашим отдаленным потомкам. Стефан Яворский, уроженец Львова, занимает между Петровскими сподвижниками одно из первых мест.

Проходит еще столетие и мы видим уроженцев Червоннороссии, хотя из-за другой стороны Карпат, угроросса Лодия — первым ректором Петроградского университета, Балудьянского воспитателем царя Александра I. Оба они еще до сих пор не оценены по достоинству, но если указать на то, что Лодий своими «Началами любомудрия» создал первые научные термины чистой философии, сохранившие за собою право гражданства и до сих пор, Балудьянский же положил основание юридической терминологии, то сразу станет ясным, какую крупную долю внесли эти сыны Карпатской Руси в общую сокровищницу русской науки и культуры.

И только немногим позже та же Угорская Русь дает России такого человека, как Иван Гуца, известного под историческим именем Юрия Венелина. Венелин трудами своими о Болгарии воскресил одно из забытых славянских племен и был отцом мысли об освобождении болгар. Он-же, будучи домашним воспитателем в семье С. Т. Аксакова, духовно взрастил величайшего «славянского трибуна» Ивана Сергеевича Аксакова и его брата Константина и, следовательно, имеет огромные заслуги в создании того направления в русской культуре, которое принято называть «славянофильством» и которое далеко еще не исполнило своего исторического назначения.

Первый из русских царей, посетивший Галицкую Русь, был Петр Великий. Возвращаясь из Вены, вследствие известий о стрелецком бунте в Москве, царь Петр проехал главные города Галицкой Руси, был в Перемышле, Львове, Раве Русской, везде принимая депутации русского населения и щедро их награждая. В 1704 году Петр заключил в Львове с польским королем Августом союз против шведов, а в г. Жолкове было его свидание с гетманом Мазепой. После Полтавской битвы, собираясь в Прутский поход, Петр Великий еще раз посетил главные галицко-русские города. Всякий раз царь Петр заступался перед польским королем за местное русское население, указывая на бесчинства иезуитов.

По смерти Петра, Императрица Елизавета Петровна и Екатерина II не забывали Галицкой Руси, снабжая ее церкви и монастыри богатой церковной утварью и богослужебными книгами.

В 1784 г. Екатерина Великая приказала своим войскам занять Львов и другие города Галиции. Русская оккупация продолжалась до 1792 г. когда Червонная Русь, по первому дележу Польши, досталась Австрии. Русская царица с болью в сердце отдавала и вотчину дедину св. Владимира, как еще Иоанн Грозный называл эти земли, австрийской императрице Марии Терезии. Но она не чувствовала себя в силах, воевать кроме могучей Турции, еще с Австрией и Пруссией.

После раздела Польши Императрица Екатерина II не раз думала о воссоединении Галицкой Руси. Она еще в 1794 году писала Храповицкому: «Владимир на Волыни мы заняли по причине, а со временем обменяем у австрийского императора польские губернии на Галицкую Русь, благо Галиция ему совсем не кстати».

На Венском конгрессе 1815 г. судьба Червонной Руси была испорчена на целое столетие. Как тогда «для прекрасных глаз Луизы Прусской» были нами уступлены немцам устья Вислы и Немана, так для Меттерниха была уступлена вся Галиция, с присоединением даже Терпольского округа, занятого в 1809 г. Но и Император Александр I интересовался Прикарпатской Русью. Он лично посетил угорскую Русь, проезжая в Будапешт навестить свою сестру Александру Павловну, бывшую замужем за венгерским политиком Стефаном. В г. Бардееве он принимал депутацию угро-руссов и выписал многих из них в Россию. Угро-руссы были помощниками Сперанского при составлении свода законов.

Император Николай I думал в 1846 году, во время занятия русскими войсками Кракова, об обмене Галичины на часть Царства Польского. Он об этом переписывался с Паскевичем, но венгерский поход повернул дело иначе.

Император Александр II выписал галицко-русское духовенство для располячения Холмской Руси и в 1877 году поднял вопрос об улучшении судьбы Галицкой Руси. Он часто высказывал мысль что раньше освобождения южных славян надо было завершить собирание русских земель. Тогда авторитет России в глазах западных славян был бы значительно выше и, может быть, была бы избегнута стамбуловщина и милановщина, обнажившие такие глубокие язвы славянства.

При Императоре Александре II гр. Игнатьевым в 1888 г. был снова возбужден вопрос об обмене восточной Галиции на некоторые губернии Царства Польского. В 1890 г. Император Александр III, принимая в Почаевской Лавре в присутствии наследника престола, депутацию галицко-русских крестьян, сказал: «Я знаю вас, помню о вас и не забуду вас».

А нынешний Государь, будучи наследником еще, проезжая из Вены в Киев через Львов сказал графу Лобанову-Ростовскому, указывая на эту русскую землю: «Вот еще не собранный русский край!».

Прошло двадцать слишком лет с тех пор и теперь наконец наступает время, когда вопрос этот будет решен раз навсегда и Государь Император явится действительным «Воссоединителем всея Руси».

Дмитрий Вергун.

«Волынския епархиальныя ведомости». 1914. № 41. Ч. Неофф. C. 680-682.

Александр Васильевич Храповицкий (1749-1801) – статс-секретаря Императрицы Екатерины II, автор записок. – ред.

Стамбуловщина в Болгарии – авторитарный режим личной власти болгарского премьерминистра С.Ф.Стамбулова (1887-1894), ориентировавшийся на Германию и Австро-Венгрию, носивший явно враждебный России характер. – ред.

Милановщина в Сербии – время правления сербской королевской династии Обреновичей, ориентировавшейся на союз с Австро-Венгрией, из-за чего снискавшей крайнюю непопулярность в народе. – ред.

Царь-Мученик Николай Александрович Романов. — ред.

После начала недавних революционных событий на Украине многие впервые узнали о существовании русинского народа и услышали слово «русин» — термин, который обозначает жителей Карпатской региона и украинской Закарпатской области в частности. Между тем этот народ имеет собственную неукраинскую историю, а термин этот появился не сейчас — он был распространен как самоназвание ещё со времен Древней Руси. Сама история русинов доказывает, что никаких украинцев не было даже на самом западе современной Украины.

Термин и самоназвание

Русины, рутены (нем. Russinen, Ruthenen) — так поляки и немцы называли русское население австро-венгерских земель (хотя слово использовалось как самоназвание у всех восточных славян). Постепенно термин «русин» заменяется термином «русский». Слово «русин» как этноним (наименование людей, относящихся к Руси) в письменных источниках впервые встречается в «Повести временных лет», в которой оно употребляется наряду с прилагательным «руський».

Русины упомянуты там в описании договоров Олега с греками в 911 году (7 раз) и договора Игоря с греками в 945 году (6 раз), а также в ранних редакциях «Русской правды». Затем слово «русин» почти 200 лет не встречается. Оно появляется вновь в договоре о торговле Смоленского и Полоцкого княжеств с Ригой и северогерманскими городами (1229 г.){{1}}. Русином себя называет тверской купец Афанасий Никитин в «Хождении за три моря» (1475 г.).

Термин «русин» был особенно распространен среди жителей Подкарпатской Руси в середине XIX века и стал символом национальной идентификации. Он был принят как этноним во время национального возрождения интеллигенции, которая объявляла себя выразителем интересов всех восточных славян Карпатской Руси. Он стал частью национального кредо будителя и предводителя всех русофилов Александра Духновича: «Я русин былъ, есть и буду» и русинского национального гимна{{2}}.

Карта Чехословацкой республики в 1919 г. Подкарпатская Русь здесь указана в верхнем правом углу как часть республики

Национальная идентификация

До начала XIX века проблема национальной идентификации не поднималась, и населению края грозила полная утрата самостоятельности — в местах проживания русинов проводилась агрессивная полонизация и мадьяризация — превращение русинского населения в венгров или поляков. Но в 1848 году, во время венгерской революции, произошел подъем национального самосознания в среде подкарпатской интеллигенции, началось распространение русофильских настроений в обществе. «Будители», как называли наиболее активную часть русинской интеллигенции, заявляли о том, что русины — это тот же народ, что и русские в Российской Империи, часть единого русского народа.

Важной причиной роста русофильских настроений среди карпатских русинов в середине XIX века был опыт их знакомства с русской армией. Современники свидетельствовали, что местное славянское население современного Закарпатья восторженно встречало русскую армию под командованием генерала И.Ф. Паскевича, вступившую в пределы Австрийской империи летом 1849 году по просьбе Габсбургов для подавления венгерского антигабсбургского восстания. На местных русинов произвело ошеломляющее впечатление то, что солдаты самой мощной армии в Европе «по-нашему говорят» и «по-нашему молятся»{{3}}.

Генерал Паскевич и русская армия в Венгрии

Русофилы и украинофилы

В 1860-х годах в среде русинов уже начался раскол национального движения на русофилов и украинофилов (позже к этим двум течениям добавится и русинофильское). Этот раскол был вызван поиском места русинского этноса на карте Европы и сильным влиянием соседних народов. В тот момент среди русинов была популярна идея перехода из греко-католичества в православие, олицетворением православного государства была Россия. Русофильская традиция, заложенная творческим наследием русинских будителей XIX века, стала фундаментом национальной идентичности карпатских русинов и важным идеологическим обоснованием их борьбы за национальную самобытность в крайне неблагоприятных политических и социально-экономических условиях.

Вначале разногласия между разными лагерями были незначительными и не носили системного характера. Русофилы продолжали отстаивать идею единства русинов с остальным русским народом, пользовались литературным русским языком, а украинофилы выступали за принятие украинского литературного языка на народной основе — «принять наш письменный язык с Украины» (в то время входившей в Российскую Империю).

Украинофилы утверждали, что этноним «русин» означает только старую форму современного термина «украинец» и что русинский разговорный язык — это диалект украинского. Украинофилы отрицательно относились к общерусской национальности. Помимо русофильства, они спорили с представителями зарождающегося течения, которые предполагали существование особой русинской национальной группы, и в этом до некоторой степени сближались с русофилами{{4}}.

Впоследствии представители русофильства и украинофильства превратились в два враждующих лагеря. В конце XIX века австрийское правительство по политическим мотивам поддержало украинофилов, а против русского движения была развязана борьба. Русофилы подвергались судебному преследованию, их организации, школы и типографии закрывали, а самих их сажали в тюрьмы и высылали из страны. Политика австрийских властей, направленная на культурное отчуждение русинов от России и русского литературного языка, находила свое выражение в административном навязывании местного диалекта в качестве литературного языка и в открытой дискриминации тех русинских печатных изданий, которые использовали русский литературный язык и пытались отстаивать идею единого русского литературного языка для всех русинов.

Русский для русинов

Своеобразие русинской истории подтверждает тот факт, что у русинов с момента национального подъема были особые отношения с русским языком. Многие деятели русинского национального возрождения прошлого использовали два так называемых стиля: «низкий» — народный русинский говор, и «высокий» — русский язык с небольшим количеством русинских народных слов. Структурное сходство русского языка с карпатскими говорами, а также то, что он во многом базировался на церковнославянской лексике, наводило многих русинов на мысль, что русский язык является наиболее чистой, литературно обработанной формой речи, которую русины традиционно называли «руской».

Во времена национального возрождения русинский будитель Александр Духнович предлагал введение русского языка в качестве литературного{{5}}. Он опубликовал грамматику русского языка («Сокращенная грамматика письменнаго русскаго языка»). Духновича поддержали другие русинские будители — Адольф Добрянский{{6}}, Александр Павлович{{7}}, Евгений Фенцик{{8}}, Иван Сильвай и прочие. Некоторые русинские организации — Пряшевский литературный союз и Общество святого Василия Великого — использовали в своих изданиях русский язык.

Духнович и Добрянский, будители подкарпатских русинов

К началу XX века русины-русофилы начали пропагандировать повсеместное введение русской грамматики. В 1901 году вышла грамматика карпаторусского варианта русского литературного языка, «Методологическая грамматика угро-русского литературного языка для народныхъ школъ». А в 1924 году вышла известная «Грамматика русскаго языка для среднихъ учебныхъ заведений». На территории Подкарпатской Руси сложилась особая разновидность русского языка — «подкарпатская редакция».

Русские и русины

Поддержку русофильским идеям оказывали многие этнические русские, которые волей судьбы оказались на русинских землях и которых становилось все больше. Первым известным эмигрантом из России был К. Матезонский, который жил в Ужгороде с 1836 года. Предположительно, он эмигрировал из России как участник восстания декабристов. В Ужгороде К. Матезонский отличился тем, что первым ввел полифоническое песнопение в местных церквах. До этого в карпаторусских храмах пели в унисон. Во время пасхального богослужения 1838 года ужгородцы впервые услышали пение хора в 4 голоса, что произвело фурор как среди священнослужителей, так и среди прихожан. Матезонский был близок к известному будителю русинов Александру Духновичу{{9}}.

Массовая же русская эмиграция в Подкарпатскую Русь началась в 20-е годы XX века, после Гражданской войны в России. В Чехословакии, куда в то время входила Подкарпатская Русь, русские эмигранты объединялись в «Русскую вспомогательную акцию», которой оказывали всяческую поддержку чехословацкие власти. Помощь, оказанная русским эмигрантам Чехословакией, была большой. Всего на проведение «Русской вспомогательной акции» была потрачена огромная по тем временам сумма — 616 миллионов чехословацких крон. Именно благодаря этой помощи получили образование 11 тысяч русских жителей ЧСР.

Также читайте: история русинов, живших в Галиции

Благосклонность правительства Чехословацкой Республики и финансовая поддержка создавали более благоприятные, чем в других странах, условия для жизни и деятельности русской эмиграции. Поэтому совсем неслучайно, что в 20-е годы ХХ века Подкарпатская область стала одним из самых значительных и крупных культурных центров не только для живших в ней эмигрантов, но и для всей тогдашней русской диаспоры.

Русские ученые, работавшие в чешских и словацких научных учреждениях, исследовали этнографию подкарпатских русинов. Бывшие преподаватели и ученые российских университетов становились учителями в русских гимназиях в Мукачеве, Хусте и других городах. Технические специалисты принимали участие в строительстве инфраструктуры края. Например, русский инженер Панкратов разрабатывал проекты различных объектов Подкарпатской Руси, в частности, административное здание в Ужгороде, а инженеры Бареннбалт и Лосиевский возводили ужгородскую электростанцию и канал Невицкое—Ужгород.

В Закарпатском крае активно работали русские агрономы. Известный специалист Е. Луговой-Федосеев издавал в крае на русинском языке пособия по животноводству, луговодству и ветеринарному делу, в которых на доступном крестьянам языке объяснял, как лучше вести свое хозяйство. Более того, он организовал курсы для крестьян, где обучал их приемам лучшей организации хозяйства{{10}}.

Русские переселенцы уделяли много внимания сохранению и развитию родного языка. Первоначально кафедру русского языка Ужгородского университета возглавил профессор Чередниченко. В разные годы кафедрой руководили доценты Антошин, Г.А. Шелюто, М.А. Чернышенко, М.В. Симулик, С.С. Панько, Л.М. Устюгова, профессор В.В. Волков. Сейчас этот центр русского языка в Закарпатье возглавляет Т.И. Суран.

Подкарпатский Ужгород в начале XX в.

Русские священники и монахи были активными участниками православного движения. Например, отец Всеволод Коломацкий, бывший священником в Мукачевском районе, возводил вместе с прихожанами Покровскую церковь в селе Русском, а также храм-памятник в память о русских воинах, погибших в годы Первой мировой войны. В русинском селе Ладомирово (Владимирово) в Восточной Словакии в 1923–1944 годах действовала миссия Русской православной церкви за границей, известная своей издательской и просветительской работой{{11}}.

Русские эмигранты содействовали организации и консолидации русофильского течения в среде русинской интеллигенции. Такие попытки вызывали недовольство официальной чехословацкой администрации. Эта агитация им виделась как антигосударственная пропаганда, которая не только вела к расколу в русинской среде, но и создавала известную напряженность в самой Чехословакии. Власти страны по политическим причинам не были заинтересованы в существовании в Подкарпатской Руси народа, который утверждал, что они часть «единого русского народа». Против русского самосознания среди русинов боролись и украинские эмигранты.

Первые попытки украинизации

Следует отметить, что этнических украинцев до начала XIX века в Подкарпатской Руси было очень мало. Более того, лидеры русинского национального возрождения отвергали украинский язык, идею отдельной украинской нации и принадлежности к ней русинов. Так, народный будитель русинского народа Александр Духнович утверждал, что «за горами не чужие», но связи поддерживал только с русофилами Галичины, которые категорически отрицали свою принадлежность к украинцам, и их центрами во Львове — «Русским народным домом» и «Галицко-русской матицей».

Еще один известный русинский политический деятель, Адольф Добрянский, также отвергал украинство и участие в нем русинского народа, он пропагандировал культурное и духовное единство с этническими великороссами. Он даже провел переговоры с высшими правительственными кругами Австро-Венгрии, на которых подал императору петицию из 12 пунктов — о признании русинской (а не украинской) национальности в Венгрии, об определении русинской территории, введении русинского языка в школах и учреждениях, издании русинской прессы, назначении русинских чиновников{{12}}.

Только в 20-е годы XX века на русинских землях появилась небольшая группа украинских эмигрантов, выходцев из Галичины и Центральной Украины. Эти люди были фанатично преданы украинству. Именно они и развернули среди русинов пропаганду о якобы принадлежности их к «великой Украине», но даже в 30-е годы количество украинских эмигрантов не превышало 3 тысяч человек.

Стоит отметить, что несмотря на бурную деятельность украинизаторов, которым все-таки удалось увлечь своими идеями часть русинской молодежи, в жизни Подкарпатской Руси было мало украинского. В частности, 73% родителей школьников высказались против обучения своих детей в школах на украинском языке. Своего апогея украинская агитация достигла во времена существования Карпатской Украины. Украинские эмигранты и украинофилы активно использовали разнообразные листовки, в которых утверждалось, что русины — это украинцы, и они подтверждают принадлежность к 50-миллионному украинскому народу{{13}}. Исследованные нами источники позволяют сделать вывод, что украинизация среди русинов не была завершена и среди них преобладали прочешские настроения.

Карта Карпатской Украины

Ведущими представителями украинофилов стали А. Волошин (который легко переходил от русофильства в украинофильство{{14}}), М. Бращайко и Ю. Бращайко{{15}}. Руководителями русофильского направления были А. Бескид, А. Гагатко и И. Каминский. Вскоре представители двух направлений создали свои политические структуры, общественные и культурные организации, СМИ и повели друг с другом ожесточенную борьбу, апеллируя к чехословацким властям, которые первоначально отдавали предпочтение украинофильскому направлению. Прежний полностью проукраинский курс Праги в скором времени подвергся определенной корректировке в пользу русофилов. Тем не менее изменения проукраинской политики чехословаков носили косметический характер, поскольку такая принципиально важная сфера, как образование и школьная политика, по-прежнему оставалась под контролем украинофилов.

Основной организационной и идеологической структурой, развивавшей и координировавшей украинское движение в Подкарпатской Руси, стало культурное общество «Просвита», созданное в мае 1920 года в Ужгороде по примеру львовской «Просвиты» выходцами из Галиции и местными украинофилами при поддержке тогдашнего губернатора Подкарпатской Руси Г. Жатковича и чешской администрации. Активная деятельность «Просвиты» была направлена на «пробуждение» у местного русинского населения отсутствовавшего у него в то время украинского самосознания. Это вызвало решительное противодействие русофилов{{16}}. В 1923 году в противовес «Просвите» русофилы создали культурное Общество имени А. Духновича, объединившее русофильски настроенную часть интеллигенции и молодежи Подкарпатья{{17}}.

С самого начала культурные и политические приоритеты украинофилов вызывали острое неприятие и враждебное отношение русинских традиционалистов. Украинофилы настаивали на принятии украинской фонетической орфографии, что вступало в противоречие с традиционной русинской этимологической системой письма, близкой церковнославянскому и русскому литературному языкам. Кроме того, идеологический и культурный облик украинофильского течения в его радикальном галицком варианте предполагал полный и категорический отказ от традиционных русинских ценностей и культурного наследия. Полная противоположность традиционной русинской и новой для карпатских русинов украинской идеологий создавала питательную почву для постоянного противостояния, приобретавшего довольно острые формы. Течение поддерживали различные украинские группы эмигрантов в Чехословакии и даже представители Кубанского казачества, увлеченные украинской идеологией{{18}}.

Русинофильство

Помимо двух основных течений в русинском движении выделяется и еще одна идеология — русинофильство, которое поддерживала официальная Прага. Мировоззренческий смысл русинского течения удачно выразил П. Гойдич, публично заявивший о себе: «Я не являюсь ни русским, ни украинцем. Я — русин…»{{19}}.

Русофильское и русинофильское течения были первоначально во многом похожи. Представители и того, и другого направления поддерживали местные традиции. Зарождение новой идентификационной модели среди карпатских русинов в лице собственно русинофильского течения было критически воспринято как русофилами, так и украинофилами. Вполне естественно, что те черты русинофильского течения, которые сближали его с русофилами, вызывали резкую критику украинофилов. Русинская ориентация характеризовалась украинскими деятелями как «неестественное и враждебное национальной идее» явление. Сторонники русинской культурной ориентации обвинялись украинофилами в «изоляционизме», приверженности русско-церковнославянскому языку и «завуалированном русофильстве».

Карпатские русины

С критикой русинофильского течения выступали и русофилы. Они отрицали само существование «так называемых русинов» и обвиняли представителей русинской ориентации в том, что они являются «скрытыми пособниками» украинофилов.

Присоединение русинов к УССР

Перед Второй мировой войной украинская агитация достигла апогея. Пока Подкарпатская Русь находилась в составе Венгрии, стало понятно, что идеология «украинства» затронула только небольшую часть русинской молодежи. Официальные власти и священство в тот период поддерживали венгерскую сторону{{20}}.

Своеобразное возрождение «украинской идеи» произошло в период присоединения Подкарпатской Руси к УССР. Сталину и коммунистической идеологии это было нужно по чисто прагматическим соображениям — в качестве своеобразного прикрытия аннексии Подкарпатья. Идеологически это выглядело «объединением всех украинских земель в едином государстве — Советской Украине». Коммунистов не интересовало русофильство в крае и, разумеется, не волновала судьба русинской культуры, истории и языка. Русофильство как таковое коммунисты воспринимали враждебно, потому что любовь ко всему русскому строилась на общерусском, русскокультурном, дореволюционном, а не коммунистическом единстве{{21}}.

О положении русинского самосознания тех лет можно проследить по взглядам одного из самых влиятельных людей Подкарпатской Руси — президента Карпатской Украины Августина Волошина. Свою политическую деятельность он начал как патриот Венгрии, но потом доказывал, что он патриот Чехословакии. Поначалу выделяя отдельную русинскую национальность{{22}}, впоследствии он переходит на проукраинские позиции.

После окончания Второй мировой войны состоялась Потсдамская конференция, которая признала целостность Чехословакии в границах до 1938 года. Тем не менее правительство Закарпатской Украины готовилось присоединить Закарпатье к Советскому Союзу на правах союзной республики. К этому моменту, 15 апреля 1945 года, оно приняло постановление «Об организации пограничной охраны», а 14 июня 1945 года — постановление «О проведении расчетов на отгруженную продукцию и товары в Советскую Украину». Совместным постановлением Народной Рады Закарпатской Украины и Центрального комитета коммунистической партии было принято постановление «О создании Закарпатоукраинского университета».

Текст манифеста Первого съезда Народных комитетов Закарпатской Украины про объединение Закарпатской Украины с Советской Украиной утверждает, что территория Закарпатья является исконной украинской землей. В данном источнике также делается вывод, что украинский народ в Закарпатье решил раз и навсегда осуществить свою вековую мечту — войти в состав Украинской ССР. Этот документ говорит о влиянии советских властей на украинизацию Подкарпатской Руси для решения политического вопроса присоединивших регион к Советскому Союзу{{23}}. Требование русинов-русофилов о присоединении Подкарпатской Руси к РСФСР так и не было услышано.

Украинизация

После присоединения к УССР сразу началась активная украинизация русинских территорий. Постановлением правительства Закарпатской Украины «О реформе системы образования в Закарпатской Украине» от 3 июля 1945 года было принято Постановление «О подготовке учителей для начальных школ и работников дошкольного воспитания». Во исполнение его в Ужгороде, Мукачево и других городах были созданы курсы переподготовки учителей для преподавания на украинском и русском языках. Кроме того, из Советской Украины в суверенную Закарпатскую Украину было командировано 883 учителя из восточных и центральных областей Украины.

Расселение национальных групп в Закарпатье на 2001 г.

За 1946–1950 годы в школы Закарпатской области из Украины было направлено 2100 учителей, среди которых значительная часть не имела достаточного уровня образования.

После присоединения Подкарпатской Руси к УССР в паспортах всем русинам автоматически записывалась национальность «украинец». Ускоренными темпами были сфальсифицированы свидетельства о рождении: в них врали, что все жители Закарпатья родились в Украине (а не в Австро-Венгрии или Чехословакии), и поэтому являются украинцами по национальности. Все школы были в срочном порядке переведены на украинский язык{{24}}.

Для усиления украинского влияния в крае государство всячески поддерживало переселение этнических украинцев из центральных районов Украины, особенно когда дело касалось людей с педагогическим образованием. В частности, в конце 40-х годов в школы Закарпатья из Центральной Украины и Галичины было направлено 2100 учителей для украинизации русинских учеников. При поддержке советского руководства приезжие быстро возглавили в Закарпатской области практически все органы власти. Чтобы удержаться на своих должностях, многие руководители различных уровней из числа русинов стали конкретными делами доказывать, что они якобы этнические украинцы.

***

Подкарпатские русины — это потомки древнерусской народности. Предки современных русинов проживали в гористой местности Карпатских гор в окружении иноязычного и зачастую иноконфессионального населения. Благодаря такой изолированности они сумели сберечь («законсервировать») многие культурные традиции Древней Руси, свой древний язык, сохраниться как этнос.

Русины и их потомки в большинстве своем сохранили русинское самосознание, историческую память, понимание единства всех русинов и любовь к далёкой России. Развитие русинского самосознания с самого начала национального возрождения проходило под знаком противоборства нескольких идентификационных моделей: русофилов, украинофилов и русинофилов (русофилов было абсолютное большинство). После Второй мировой войны и победы Советского Союза в ВОВ советская власть навязывала местным жителям украинскую идентичность. Это было по сути продолжение большевицкой коренизации, устроенной в Малороссии и Новороссии.

] Голубовский. П.В. История смоленской земли до начала XV ст. — Киев, 1895. ]

] Суляк С.Г. Русины: этапы истории // Международный исторический журнал «Русин» . 2005. № 1 (1). С. 49–60 ]

] Школы Галиции и Угорской Руси //Донские областные ведомости. Новочеркасск. 1915.]

] Шевченко К. Карпатские русины и Великая война // Журнал «Стратегия России», № 7, 2011.]

] Аристов Ф.Ф. Карпато-русские писатели: А.В. Духнович. Ужгород. 1929.]

] Будилов А. Об основных воззрениях А.И. Добрянского, Санкт-Петербург, 1901.]

] Зубрицкий Д. Александр Павлович: описание его жизни и характеристика его поэзии. Ужгород. 1925.]

] Вергун Д.Н. Евгений Андреевич Фенцик и его место русской литературе. Ужгород, 1926.]

] Поп И.М. Энциклопедия Подкарпатской Руси, Ужгород, изд. В. Падяк. 2001. — 431 с.]

] Поп И. Энциклопедия Подкарпатской Руси, Ужгород, 2006, С. 317.]

] ЗОГА .Ф. 4, ОП. 1, Д. 620, Л. 4. Обращения редактора газеты «Наука» Авг. Волошин.]

] ЦГАВУ Фонд 4465 — Документы и материалы украинских эмигрантских организаций

Ф. 4465 ОП 1, Д. 33, Л. 69]

] Bajcura I. Ukrajinská otázka v ČSSR. Východoslovenské vydavatelstvo. 1967. S. 53.]

] ЗОГА (ГАЗО) Ф. 4, ОП. 1, Д. 620, Л. 4. Выступление редактора газеты «Наука» А. Волошина ]

] ЗАГО Фонд 4 (Центральный комитет коммунистической партии Закарпатской Украины), ОП. 1, Д. 119. ]

Закарпатские русины обратились к России с просьбой признать независимость Подкарпатской Руси от Украины. Об этом корреспонденту российского издания «Российская газета» заявил премьер-министр непризнанной республики Петр Гецко. Статью под названием «Русины хлопнут дверью. Подкарпатская Русь хочет выйти из состава Украины» издание опубликовало сегодня, 22 декабря, на своей интернет-странице, — информирует корреспондент ZAXID.NET.

Как пишет издание, к такому шагу русины решили удаться после того, как официальный Киев в очередной раз проигнорировал их требования о предоставлении автономии в составе Украины.

«Мы очень долго добивались автономии, чуть ли не каждый месяц в течение последних лет обращались к власти страны, даже глухой бы уже услышал, — рассказал Гецко изданию. — Но раз этого не произошло, теперь будем добиваться независимости».

«Дело не в русинском народе, а в «трубе», — говорит Гецко. — Закарпатье дает четверть бюджета Украины. Львиная часть поставок газа проходит через территорию Закарпатской области. У нас коэффициент транзитности втрое выше прибалтийского, и вдвое выше, чем у других соседних стран».

Это единственные слова П.Гецка, которое приводит газета. Издание больше апеллирует к доводам директора Центра украинистики Южного федерального университета (ПФУ), доктора философских наук Эдуарда Попова.

По его словам, «русины, как и другие национальные меньшинства Украины, поддаются насильственной украинизации, от которой стонут венгры, румыны, россияне. Но русины даже лишены права на свое историческое имя, которое на много веков древнее этнонима «украинец».

Е.Попов также вспомнил Второй европейский конгресс русинов, на котором было провозглашено воссоздание автономной республики Подкарпатская Русь в составе страны, и выдвинуты требования, с его слов, в официальный Киев — до 1 декабря признать автономию республики. В другом случае русины обещали добиваться права на самоопределение вне границ страны.

«Украина ответила лишь «закручиванием гаек» и репрессиями относительно лидеров русинского движения. Вся дело в том, — считает Е. Попов, — что украинские националисты могут понять антинационалистические и даже сепаратистские устремления российских областей юго-востока Украины. Но допустить то же самое со стороны крайне западной области Украины — для них является недопустимым. К тому же, автономия — это шаг вперед на пути федерализации Украины. Нынешняя власть этого не допустит, тем более, что кроме обеспечения прав русинов относительно образовательной, информационной и другой сферы, автономия предусматривает определенную экономическую самостоятельность».

По бескрайним просторам сербской Воеводины, вдоль утомлённых зноем румяных подсолнухов, рядами тянущихся до горизонта, мы едем в один из самых необычных городков Сербии Руски-Крстур — культурный центр сербских русин.

Русины — это восточные славяне, который признаны этническим меньшинством в странах Евросоюза, США, Канаде и России, но не на Украине, которая официально считает русин украинцами, а их язык — своим диалектом. Как свидетельствуют исторические документы, предки нынешних русин Воеводины более 250 лет назад переселились на территорию нынешней Сербии из окрестностей городов Прешов и Требишов, расположенных на востоке Словакии. Основная их часть осела в XVIII веке в местечке Руски-Крстур.

Городок расположен вдали от магистралей. Едем по центральной улочке Маршала Тито вдоль типичных для Воеводины домиков, повернутых к дороге боком. В палисадниках аккуратно подстриженные газоны, розовые кусты сгибаются под тяжестью махровых бутонов. На улицах идеальная чистота, мусор здесь собирают раздельно. Подъезжаем к перекрестку: у дороги стоит грузовик с арбузами и дынями, в сквере расположены лавочки, в фонтане журчит вода.

— А как добраться в центр? — спрашиваю мужчину, сидящего в тени липы за столиком.

Он широко разводит руками.

— Вы прибыли. Добро пожаловать в Руски-Крстур!

— Ну наконец-то! — к нам приближается приветливо улыбающаяся женщина. Это Любица Няради, преподаватель гимназии «Петро Кузмяк» и хранительница музея русинской культуры. Протягиваю руку, но она обнимает меня, как старую знакомую. Это сразу располагает к неофициальному общению.

— Так вот вы, русины, какие, — смеюсь я.

— Да, мы любим гостей, — улыбается Любица.

Она рассказывает, что русины получили свое название ещё во времена Киевской Руси, когда вся её территория, от Карпат до Москвы и русского Севера, была населена одним народом — русичами, или русинами. Позже, после дробления Киевской Руси на отдельные княжества-государства, эта самая западная часть восточнославянского народа за Карпатами оказалась в составе Галицко-Волынского княжества, территорию которого впоследствии поделили между собой Венгрия, Литва и Польша. В эпоху империи Габсбургов и австро-турецких войн десятки русинских семей отправились за лучшей жизнью на освобожденные от турок равнины Воеводины, и в январе 1751 года Руски-Крстур стал на новой родине их «столицей». С тех пор 17 января тут отмечают национальный праздник.

Согласно переписи населения 2011 года, в Сербии проживало около 14 тыс. русин. Русинский народ здесь обладает статусом национального меньшинства и всеми соответствующими правами. У русин свои СМИ и своя система образования (от детских садов до университета). Русинский язык в Воеводине используется в общественной и политической жизни наравне с сербским, на нем ведётся деловая переписка, функционирует национальный совет, напечатаны городские таблички.

В Руски-Крстуре есть русинская гимназия, основанная еще в XVIII веке просветителем Петром Кузмяком. Она стала единственной в мире, где у детей есть возможность получать среднее образование на родном языке с первого класса. В гимназии есть интернат, большая библиотека с книгами на русинском и сербском языках. Получается, что каждый ребёнок в Руски-Крстуре — билингв.

Любица с гордостью показывает фотографии своих выпускников: все они получили высшее образование и сейчас работают врачами, инженерами, учителями, программистами.

В начале нашего разговора она говорила по-сербски, но потом, желая показать нам красоту своего родного языка, перешла на русинский. С этого момента мы стали общаться на трех языках.

Смешанный восточнословацкий диалект по своему происхождению, язык русин Воеводины (южнорусинский) впитал в себя много заимствований из сербского, церковнославянского, украинского и русского, став универсальным языком, который любой живущий на Балканах человек способен понять с первого слова. Я спрашивала по-сербски и по-русски, Любица отвечала по-русински, и недопонимания у нас не было.

— Наш русинский язык — это своеобразное эсперанто среди славянских языков. Я могу говорить на нем с поляками, словаками, украинцами, русскими, болгарами, македонцами, и мы все будем понимать друг друга. Русинский и русский — похожи. Вы свой называете «русский язык», мы свой — «руски язик». У нас есть буквы «я», «ю», «ь», алфавит у нас тоже кириллический, мы его называем «кирилка». Даже в Канаде наши русины, встречая сербов, поляков или русских, общаются друг с другом на своих языках, и английский им не нужен, — смеётся Любица.

Она отмечает, что благодаря бережному отношению к культуре и истории, крстурским русинам удалось сохранить свой язык и в новом окружении.

— Когда к нам приезжают русины из Словакии, они удивляются: «Вы говорите на языке наших бабушек и дедушек!» — рассказывает Любица.

После гимназии у русин есть возможность продолжить образование на родном языке в университете Нови-Сада.

Тем временем мы подходим к местной достопримечательности — Крстурскому замку. Дубовые бревна для его строительства русины в XVIII веке сплавляли в Руски-Крстур по реке Тисе из Закарпатья. На здании развеваются два флага — сербский и русинский.

— Русины — это народ без родины. Поэтому наш флаг — это флаг страны, где мы живём, поверх которого расположен наш герб. Этот медведь — символ Карпат, а желтые полосы символизируют золотоносные реки Тису, Уж и Латорицу, — рассказывает Любица.

В замке когда-то располагались первые классы гимназии, а сегодня здесь работает национальный совет и музей, полный ценных свидетельств русинского прошлого.

— Вы знаете, мы, русины, никогда не жили богато. Всю жизнь зарабатывали своими руками или умом. У нас когда-то в Руски-Крстуре работало сорок пять мебельных компаний: это традиционное для русин ремесло. Кроме того, русины выращивали лошадей и коров, а значит, делали упряжь и сельскую технику, — Любица показывает старинные фотографии, на которых запечатлена жизнь скромных трудолюбивых людей.

В музее хранится расписная мебель и национальная одежда. Главным предметом женского гардероба были шали: шёлковые, с вышивкой и кистями — для праздников, тёплые шерстяные — на зиму. Русинки традиционно носили одежду тёмных цветов, а после рождения первого ребёнка на всю жизнь покрывали голову платком. Любица Няради с недавнего времени организовывает здесь «Ночь музеев» и устраивает различные выставки.

Руски-Крстур — маленький городок с большой историей и богатой культурной жизнью. Здесь каждый месяц проводится какой-нибудь международный фестиваль или праздник.

— Приезжайте в августе на традиционный фестиваль крстурского перца! Это своеобразный праздник урожая, где будут также конные скачки. Только что у нас закончился международный русинский фестиваль «Червена ружа», когда к нам приезжали русины со всего мира. Народные песни, пляски, детские конкурсы, конкурсы певцов — весь город был наполнен музыкой! — с гордостью сообщает директор местного Дома культуры Мими Рац Йоаким.

— У нас есть театральный фестиваль в честь вашего, между прочим, соотечественника — русского эмигранта Петра Ризнича Дяди, который создал у нас здесь театр. Этот праздник драмы проходит у нас с 1969 года! С постановками на русинском языке участвуют большие и малые театры со всего мира. Также мы проводим фестиваль «Костельникова осень», где участники представляют свои стихи, научные работы, художественные произведения на русинском языке и таким образом развивают нашу литературу, вдыхая в неё свежую энергию. Ну и куда без музыки? «Водова фест» с 1999 года собирает в Руском Крстуре не только знаменитых музыкантов: мы даём возможность выступить там и начинающим, — перечисляет Мими Рац Йоаким.

Он с гордостью говорит, что крстурские актёры и певцы объездили всю Европу.

— Не были только в России и Америке, но готовы приехать к вам и показать, на что мы способны! — воодушевился нашим визитом директор Дома культуры.

В центре города высится белокаменная церковь святого Николая. Она была построена в XVIII веке первыми поселенцами. Русины — униаты, они исповедуют греко-католическую веру. Эта кафедральная церковь в Руски-Крстуре весной 2019 года возглавила греко-католическую епархию Сербии и Черногории.

На пороге нас встречает пастор Михайло Малацко.

— Церковь в жизни русин сыграла одну из важных ролей. Культура, образование и вера — вот три столпа, которые держат национальное самоопределение любого народа. Переселившись сюда 260 лет назад, русины первым делом построили церковь и открыли гимназию, сохранив свой язык и религию. Если бы русины не сохранили свою веру, как народ они бы сейчас уже не существовали. Они бы осербились, приняли православие… Благодаря нашей церкви нам удаётся сохранять свою самобытность, — говорит священник.

Службы в церкви святого Николая все эти два с лишним века проходят на церковнославянском и русинском языках. У пастора Михайло два помощника, поддержку оказывают также сестры католического монастыря, расположенного неподалеку. Разные гуманитарные акции вместе с церковью здесь проводит международная католическая благотворительная организация Caritas.

— Как вообще русины ладят с сербами? — спрашиваем мы Любицу Няради.

— Прекрасно ладим. Исторически сложилось, что мы легко сходимся с людьми, умеем дружить, мы хорошие соседи. Хоть и нескромно хвастаться, но русины действительно очень мирный и гостеприимный народ,— подчеркивает она.

Муссирующиеся в Воеводине идеи об отделении края от Сербии Любица Няради считает бесперспективными. Главное, говорит, сосредоточиться не на разрушении, а на созидании.

— Мы были бы счастливы, если бы получилось улучшить экономическую ситуацию в нашем крае, чтобы задержать здесь молодёжь, которая рожала бы детей, работала… А что ещё нужно для счастья? — задается вопросом русинка.

Сын самой Любицы закончил факультет русинского языка, но работать по специальности не собирается. Готовится переехать в Словакию.

— «Не хочу получать тут минимальную зарплату. Пусть я не буду работать учителем, зато стану зарабатывать несколько тысяч евро в месяц», говорит он мне. А что я сделаю? — огорченно вздыхает Любица. — Здесь действительно негде работать. Русины отсюда уезжают семьями.

Первая волна эмиграции русин из Сербии была в начале 90-х. Тогда, во время войны на Балканах и распада Югославии, люди массово уезжали в Канаду. Первым переехал местный священник вместе с родней. За ним потянулась крстурская интеллигенция: инженеры и врачи — на этих специалистов в Канаде был спрос.

К концу 90-х наступила вторая волна эмиграции. Её составила молодежь, получившая среднее образование. Так как русины рассеяны по всему миру, в некоторых европейских странах у них есть возможность учиться в университетах на родном языке. И они эту возможность используют, чтобы бесплатно получать образование и одновременно работать в более богатой стране.

Следующая волна эмиграции из Крстура началась три года назад, когда тут закрылся огромный сельскохозяйственный комбинат. Предприятие продавало кукурузу, горошек и красный перец из Крстура не только в Европу, но даже и в Америку: овощи были овощи высшего качества.

— С поля прямо в морозилку попадали! — рассказывает Любица.

На комбинате люди работали целыми семьями. Когда он закрылся, русины стали искать возможности выжить за границей.

—Раньше у нас в Крстуре жили восемь тысяч человек. Сейчас осталась половина… Тут работают только школа, больница, пара аптек и несколько маленьких мебельных фирм. Мой старший сын — музыкант, он играет на рояле, кларнете, аккордеоне, зарабатывает на свадьбах и крестинах. Есть фермеры, они живут тем, что сами выращивают на земле… Всё, больше работать в Руски-Крстуре негде, — с горечью говорит Любица.

Тёплый во всех отношениях день клонился к закату. Пустующие днем улочки (а по-русински — улички) Руски-Крстура постепенно стали заполняться людьми. Жара спала, фермеры потянулись в поле по своим деревенским делам.

С Любицей Няради, как и со всеми встреченными нами сегодня русинами, мы расстались друзьями. Покидая этот радушный маленький городок с большим славянским сердцем, вернуться мы пообещали на праздник паприки.

Катарина Лане,
фото Дмитрия Лане

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *