Поэтические образы сестер милосердия

Содержание

Эхо истории: сестры милосердия, как это было

Историческая память избирательна. Она сохраняет одни имена и замалчивает другие, хотя порой люди, их носившие, в равной степени заслуживают известности у потомков. Это относится и к подвижническому движению сестер милосердия.

Историческая память избирательна. Она сохраняет одни имена и замалчивает другие, хотя порой люди, их носившие, в равной степени заслуживают известности у потомков. Это относится и к подвижническому движению сестер милосердия. Достаточно сказать, что вольно или невольно к его формированию приложили руку Николай Пирогов, знаменитый врач Федор Гааз, другие известные люди, деятельность которых описывали многие писатели и поэты.

Впервые служба сестёр милосердия была организована во время Крымской войны англичанкой Флоренс Найтингейл. Флоренс вместе со своими помощницами, среди которых были монахини и сёстры милосердия, отправилась в полевые госпитали сначала в Турцию, а затем в Крым. Тогда и сформировался стереотип: медсестра — это санитарка, которая выносит с поля боя раненых или стоит у операционного стола.
Среди первых сестер, отправившихся на фронт, были и сестры милосердия московской Никольской обители. Добровольно и организованно они отправились на передовую для оказания помощи раненым.
В годы Крымской войны великой княгиней Еленой Павловной была учреждена первая в России и в Европе Крестовоздвиженская община сестер милосердия. Эти женщины проходили специализированную подготовку для работы непосредственно в рядах действующей армии. Пирогов Николай Иванович, знаменитый врач, осуществлял руководство и организационную деятельность в формировании нового социального института.

Стремление помочь страждущему проявлялось в человечестве издревле, причем проявлялось в различных формах. В качестве примера можно привести средневековый духовно-рыцарский орден иоаннитов (госпитальеров), который создал и обслуживал странноприимный дом для паломников к Святым местам в Палестине. Члены ордена Св. Лазаря ухаживали в Иерусалиме за прокаженными… В годы Тридцатилетней войны во Франции инициатором помощи пострадавшим от войны и чумы стал священник Винцент де Поль — это первая в истории организованная попытка привлечь общественность для оказания помощи нуждающимся. О ней следует рассказать подробнее.

8 декабря 1617 г. в часовне при больнице города Шатильон Винцент де Поль объявил о создании благотворительной организации нового типа. В нее входили женщины, которые брали на себя уход за ранеными, больными и увечными. До этого подобные функции выполняли только монахини, в то время как в новорожденную структуру входили женщины, свободные от каких-либо обетов. Среди них было немало представительниц аристократии. В частности, своим подвижничеством отличалась герцогиня д’Эгильон, племянница кардинала Ришелье. Она вышла замуж в 16 лет и стала вдовой в 18, после чего решила уйти в монастырь. Всесильный дядюшка запретил юной вдове это делать. И тогда герцогиня все свое огромное состояние, весь жар своей души отдала делу служения нуждающимся.

Долго и непросто шли народы к цивилизованному состоянию. Трудно давалось такое чувство как милосердие к врагу. Уже с конца XVI века отмечались случаи, когда условия содержания больных и раненых во время войн определялись особыми соглашениями, в которые враждующие стороны вносили соответствующие статьи. Но это были разовые акты, заключенные между конкретными государствами. Только Великая французская революция в законодательном порядке ввела принцип, по которому больные и раненые воины, захваченные в плен, должны были получать в госпиталях республики такой же уход, что и французские солдаты.

Во второй половине ХIХ века войны не стали милосерднее. Напротив, изощренная технология убийства и нанесения увечий себе подобным набирала обороты. Крымская война и ее первые сестры милосердия показали всему миру, сколь актуально именно женское участие в положении раненых. Женские по-особому нежные руки причиняли меньше страданий, женское чуткое сердце угадывало малейшее пожелание солдат, ставших вдруг совершенно беспомощными. На эти преимущества сестер милосердия (и в окопах, и в госпиталях, и позднее в поездах), по сравнению с дюжими санитарами, многие очевидцы обращали внимание в официальных докладах и личных воспоминаниях. Тот же знаменитый Пирогов писал о первых сестрах Крымской войны: «Горжусь тем, что руководил их благословенной деятельностью».

Однако общественное мнение оказалось не готово к повороту событий, обозначившему новые аспекты в женском вопросе. «Мысль отправить женщин на театр военных действий была принята в тогдашнем русском обществе с недоверием», — констатировал историк полвека спустя. А далее заключал: «Но… голоса скептиков и сомневающихся должны были умолкнуть».
В лагере англичан — противников России в той войне — имели место аналогичные события, только они носили сугубо частный характер. В английских лазаретах, где смертность достигала 60%, ситуация складывалась просто катастрофическая. Тогда на помощь английским солдатам пришла Флоренс Найтингел с тридцатью семью сподвижницами, прибывшими в Крым из далекого Лондона. Имя этой женщины, собственными усилиями создавшей отряд сестер милосердия, стало символом сестринского движения. Ее именем названа медаль, которой с 1912 года награждают особо отличившихся сестер милосердия по всему миру.

В современных публикациях по истории благотворительности тема сестер милосердия встречается редко. Однако движение Красного Креста, его функционеры напрямую связаны с этим социальным явлением. Они действуют согласно одним и тем же принципам. Благотворительность не может ограничиваться рамками понятия помощи «своему». Благотворительность подразумевает помощь любому, ее оказание ограничивается лишь по признаку актуальности. Сострадание не различает своего и вражеского солдата, если они одинаково беспомощны. Значит, в суровых условиях войны высшее проявление сострадания должно носить характер «Inter arma caritas» («милосердие между армиями» — лат.). А это и есть девиз Красного Креста — организации, к образованию которой мир подтолкнула именно Крымская война и стихийно возникшие отряды сестер милосердия.

В 1864 году шестнадцать государств Европы и Америки подписали Женевскую конвенцию: отныне каждый, кто отмечен повязкой с красным крестом, должен был «спасать и охранять всех, чья кровь оросила поле чести, не различая ни друзей, ни врагов». Так возник международный союз, эмблемой которого стал Красный крест на белом фоне. Как следствие, повсеместно начали создаваться национальные общества Красного Креста. Формы руководства этих обществ соответствовали традициям каждой конкретной страны. Но общей чертой новых образований было непосредственное подчинение их военным министрам.

В России подобные социальные институты были не в новинку. К тому времени уже более полувека действовал особый комитет по оказанию помощи раненым, учрежденный Александром I. Инициаторами создания новой организации в России в контексте Женевской конвенции стали близкие к императорскому двору дамы: фрейлина Саблина и баронесса Фредерикс. Только что возникшее Общество попечения о раненых и больных воинах (первоначальное название Российского Общества Красного Креста, сокращенно РОКК) было принято под высокое покровительство императрицы.

Несмотря на то, что сестры милосердия получали некоторое вознаграждение за работу (вряд ли оно может идти хоть в какое-то сравнение с опасностью, которой они себя подвергали), в программных документах Общества попечения указывалось на явный приоритет благотворительных аспектов в их работе. Предписывалось «искать своих деятелей прежде всего не по найму, но по призванию и из лиц, готовых на самоотвержение не по какому-либо минутному увлечению, но по глубокому сознанию нравственного долга и способных на всевозможные лишения».

Будущее Красного Креста было определено надолго вперед: присутствие сестер милосердия на полях сражений становилось обычным явлением. Более того, и в мирное время находилась для них работа. В их поле зрения попадали стихийные бедствия — пожары, голод, эпидемии, наводнения, засухи, землетрясения.

Работы было много, много требовалось и умелых женских рук. Готовить сестер милосердия стали различные организации, в первую очередь — так называемые сестринские общины. Это были светские по духу и благотворительные по сути объединения. Одно из правил внутреннего распорядка в такой общине гласило: «Вы перестанете быть сестрами, если даже во время болезни потребуете себе чего-нибудь изысканного».

В создании массового института светских общин ведущую роль играла Россия, тогда как в государствах Западной Европы преимущество было за религиозными общинами. Основное отличие уставов последних, по крайней мере в России, заключалось в приоритете духовного состояния, а не профессиональных навыков; причем «специальное приготовление сестер милосердия» не было единственной целью общин, находящихся в ведении Святейшего Синода и даже далеко не первой в их уставном перечне.

Светские же общины как бы и возникли с одной целью — лишь для обучения медицинского сестринского персонала, подготовки его для работы в условиях войны. «Строгая дисциплина, строгое исполнение обязанностей, заботливое отношение к больному — таковы единственные требования, предъявляемые к сестре милосердия», — подытоживает в 1914 году историк краснокрестного движения.

Если попытаться провести аналогии с современностью, то по уровню специальных знаний и навыков сестру милосердия светской общины следовало бы поместить, скорее всего, между сиделкой и медицинской сестрой. Следующей ступенью в иерархии медицинского персонала были так называемые сестры-фельдшерицы, которых тоже готовил РОКК. Первое Училище для лекарских помощниц и фельдшериц было основано в 1879 году Петербургским Дамским лазаретным комитетом. Именно оно и положило начало женским медицинским курсам. В этом училище обучение продолжалось четыре года, а слушательницам преподавали уже вполне научные дисциплины: физику, химию органическую и неорганическую, анатомию, гистологию, эмбриологию, токсикологию, общую патологию, латинский язык и т. п.

Для проведения практических занятий с сестрами милосердия общины имели свои больницы, амбулатории и аптеки. В мирное время все эти учреждения оказывали квалифицированную помощь населению, а в военное, согласно параграфу 131 устава РОКК, вместе с «наличным и изъявившим на то согласие запасным персоналом» они поступают в распоряжение Главного Управления Красного Креста. Затем, исходя из создавшегося положения, община приступала к подготовке новых сестер в ускоренном режиме.

Учитывая столь серьезное предназначение будущих выпускниц, правила приема в светские общины были достаточно жесткими. Желающие поступить туда в возрасте от 18 до 40 лет должны были представить необходимые документы: метрическое свидетельство, вид на жительство, свидетельство об образовании; а несовершеннолетним также полагалось заручиться разрешением родителей.

Разразилась Первая мировая война, и снова женщины оказались на передовой, не разбирая сословных различий. Сестры милосердия, прошедшие подготовку в Старо-Екатерининской больнице Москвы, отбыли в действующую армию. Дочь морского министра работала в Николаевском морском госпитале в Петрограде, а дочь председателя Совета министров оправилась на фронт сестрой милосердия. В этом же звании состояла Александра Львовна Толстая. В первые месяцы войны на театр военных действий отбыл писатель Куприн со своей супругой — сестрой милосердия.

Очень скоро стали приходить сообщения о героическом поведении сестер на фронте. Уже на третий месяц войны Елизавета Александровна Гиренкова была награждена орденом Св. Георгия I степени «за выдающуюся храбрость, проявленную под огнем неприятеля при оказании помощи раненым». Баронесса Евгения Петровна Толль к концу второго года войны была трижды ранена, награждена крестом Св. Георгия IV степени и представлена к третьей и второй степеням.

Первого января 1814 г. двадцать четыре избранные вдовы Петербургского Вдовьего дома официально приступили к работе в назначенной императрицей и Попечительским советом больнице с целью облегчить душевные и телесные страдания больных (впрочем, еще раньше был предпринят некоторый опыт ухода за пациентами в больнице для бедных).

Чуть больше чем через год, 12 марта 1815 г., испытуемые вдовы были посвящены в звание сердобольных. Императрица собственноручно возложила на каждую вновь установленный знак отличия – на шейной зеленой ленте серебряный крест, с одной стороны которого было изображение Пресвятой Богородицы Всех Скорбящих Радости, а с другой – надпись «Сердоболие». Знак носился пожизненно, вне зависимости от прекращения службы.

Не просто на улице, а на театре военных действий в Крыму продемонстрировали свои белые чепчики сестры Крестовоздвиженской общины (Петербург), специально созданной осенью 1854 г. великой княгиней Еленой Павловной для попечения о раненых и получившей руководство в лице выдающегося хирурга Н.И. Пирогова. Впервые дамы (кстати, из самых что ни есть благородных) появились даже не в окраинных кварталах столицы и не в больнице для бедных, а среди грязи и смрада войны, среди гибнущих тысячами солдат и офицеров. Гибнущих нередко от слабости тогдашней медицинской науки и, что самое страшное, от неумения организовать в принципе врачебную помощь и необходимый уход за ранеными, контуженными и больными.

В этой мясорубке крестовоздвиженские сестры, не гнушавшиеся самой тяжелой и опасной работы, оказались бесценными помощницами. Во многих лазаретах и перевязочных пунктах можно было видеть сестер разного возраста в коричневых платьях с белыми передниками, отмеченных золотым крестом на голубой шейной ленте. Дальнейшее становление и развитие сестринского дела в России связано преимущественно с деятельностью Общества попечения о раненых и больных, созданного в 1867 г. и через двенадцать лет получившего привычное нам название «Российское Общество Красного Креста» (далее – РОКК).
История движения сестер милосердия чрезвычайно богата. Она продолжает писаться и сегодня, поскольку женщин, которые избрали своей жизненной стезей служение милосердию, можно встретить в любой точке мира.

Программа «Сиделки» – благотворительная программа Православной службы помощи «Милосердие» для сбора средств на оплату сиделок для тяжелобольных стариков, детей и взрослых. Программа помогает инвалидам, больным боковым амиотрофическим склерозом, детям с редкими неизлечимыми заболеваниями. У программы «Сиделки» сейчас 31 подопечный в возрасте от 5 до 95 лет. Для работы программы постоянно нужны средства.
В программе «Сиделки» работают сестры милосердия Свято-Димитриевского сестричества, или сестры проверенных коммерческих служб. Каждая сиделка, участвующая в программе, проходит собеседование в сестричестве, а для контроля и корректировки ухода назначается сестра-куратор.
Финансирование программы происходит за счет частных пожертвований. «Сиделки» постоянно нуждаются в финансовой поддержке. Нашим благотворителем может стать каждый.

Крестовоздвиженская община сестёр милосердия

Сестры Крестовоздвиженской общины, Севастополь, 1855 год.

Крестовоздвиженская община сестёр милосердия — российская община сестёр милосердия, первое в мире женское медицинское формирование по оказанию помощи раненым во время войны, прототип «Международного движения Красного креста».

История

Крымская война

Великая княгиня Елена Павловна (1807—1873)

Крестовоздвиженская община сестёр милосердия была учреждена в Санкт-Петербурге в начале Крымской войны по инициативе великой княгини Елены Павловны. Устав общины был утверждён 25 октября 1854 года. Общину торжественно открыли 5 ноября 1854 года, в день праздника Воздвижения Креста Господня в церкви Михайловского дворца в присутствии одетых в форму сестёр под началом старшей сестры А. П. Стахович. На следующий день 32 сестры общины и группа врачей (Э. В. Каде, П. А. Хлебников, А. Л. Обермиллер, Л. А. Беккерс и доктор медицины В. И. Тарасов) выехали на театр военных действий вместе с действительным статским советником, хирургом Н. И. Пироговым. Руководить деятельностью общины на театре военных действий было поручено Пирогову. Первым главным врачом был назначен В. И. Тарасов.

С. Н. Сергеев-Ценский в своём романе-эпопее «Севастопольская страда» так описывает внешний вид сестёр общины накануне их отъезда в Крым:

На всех сестрах были коричневые платья с белыми накрахмаленными обшлагами; ярко-белые и тоже накрахмаленные чепчики на простых гладких прическах; белые фартуки с карманами и — самое главное и самое заметное — наперсные золотые продолговатые кресты на широких голубых лентах.

— С. Н. Сергеев-Ценский, «Севастопольская страда»

Лев Толстой в «Севастопольских рассказах» описал прибывших в действующую армию сестёр милосердия, которые позднее были награждены медалью «За защиту Севастополя», среди них — Екатерина Михайловна Бакунина, Карцева, Стахович, Екатерина Александровна Хитрово и другие. Из 120 сестёр Крестовоздвиженской общины, которые работали в осаждённом Севастополе, 17 погибли при исполнении служебных обязанностей.

В своей «Докладной записке об основных началах и правилах Крестовоздвиженской общины сестёр попечения», написанной 14 октября 1855 года, Н. И. Пирогов писал: «Доказано уже опытом, что никто лучше женщин не может сочувствовать страданиям больного и окружить его попечениями, не известными и, так сказать, не свойственными мужчинам».

Позднее А. Ф. Кони сказал: «В этом Россия имеет полное право гордиться своим почином. Тут не было обычного заимствования „последнего слова“ с Запада — наоборот, Англия (…) стала подражать нам, прислав под Севастополь (…) мисс Найтингель со своим отрядом».

После Крымской войны

Екатерина Михайловна Бакунина (1810-1894)Здание Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия Красного КрестаЖетон Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия Красного Креста

Когда сёстры вернулись в Петербург с Крымской войны в сентябре 1856 года, община насчитывала 96 сестёр милосердия и 10 испытуемых. Они были направлены на работу в морские госпитали — Калинкинский (ныне — Военно-морской) и Кронштадтский, в больницу для чернорабочих (ныне — Александровская больница), Максимилиановскую больницу, Повивальный институт (ныне — НИИ акушерства и гинекологии имени Д. О. Отта). Сначала сёстры жили в специально нанятом для них доме на Петербургской стороне, затем — в Михайловском дворце.

В январе 1860 года община переехала в купленный у Л. Ф. Доста трёхэтажный ампирный особняк на набережной Фонтанки, тогда же великая княгиня Елена Павловна передала общине свою дворцовую церковь, которая заняла большой зал на втором этаже дворового флигеля. До 1882 года она была приписана к Екатерингофскому храму. В 1861 году община открыла собственную больницу на 16 мест и лечебницу для приходящих больных, ставшие очень популярными среди бедного населения. Спустя два года при общине начали работать трёх-четырёхгодичная школа для девочек и ясли для дневного пребывания до 100 детей.

С 1860 по 1863 год Крестовоздвиженскую общину по просьбе великой княгини Елены Павловны возглавлял известный в то время христианский активист Александр Гумилевский.

В послевоенные годы сестрой-настоятельницей Крестовоздвиженской общины была Екатерина Бакунина, летом 1860 года её сменила Е. И. Карпова, остававшаяся на этом посту до 1867 года. Для управления общиной был создан особый комитет под председательством Николая Пирогова, а с 1861 года его возглавил общественный деятель, писатель и музыкант Владимир Одоевский.

14 января 1863 года император Александр II утвердил «Положение о сёстрах Крестовоздвиженской общины, назначаемых для ухода за больными в военных госпиталях», а 10 мая 1870 года — штат и новый устав общины. Целью деятельности общины провозглашалось «безвозмездное христианское служение страждущим и неимущим».

В 1860—1870-е годы больница неоднократно перестраивалась, возводились новые здания. В 1873 году, после смерти великой княгини Елены Павловны, руководство общиной было вверено её дочери, великой княгине Екатерине Михайловне.

В августе 1876 года отряд сестёр общины выехал на Балканы в зону военных действий в Черногории. Это был первый опыт деятельности общины в другой стране. Во время Русско-турецкой войны 1877-1878 годов более 30 сестёр под начальством старшей сестры Н. А. Щеховской оказывали помощь раненым. Екатерина Бакунина, несмотря на свой 65-летний возраст, поехала на Кавказ в качестве руководительницы медицинских сестёр временных госпиталей, пробыв на фронте больше года.

В литературе наиболее полно образ сестры милосердия воспет в одном из «Стихотворений в прозе» Ивана Тургенева — «Памяти Ю. П. Вревской», посвящённом Юлии Вревской, участнице Русско-турецкой войны 1877—1878 годов.

Крестовоздвиженская община стала широко известна не только в России, но и за границей. Она участвовала в международной гигиенической выставке в Брюсселе в 1876 году, а сёстры Е. С. Высотская и С. П. Сухонен оказали помощь в создании первой общины сестёр милосердия в Болгарии в 1900 году по просьбе Болгарского общества Красного Креста.

С 1884 года в течение 14 лет главным врачом общины работал хирург Николай Вельяминов. По его инициативе была перестроена лечебница, возведён дом для служащих, организованы систематические курсы лекций для сестёр.

На 1 января 1891 года в общине было 119 сестёр милосердия и 19 испытуемых. В 1894 году, после смерти великой княгини Екатерины Михайловны, община перешла в ведение Российского общества Красного Креста.

В 1893—1897 годах по проекту архитектора общины Юлия Бенуа при участии Роберта Гёдике была возведена небольшая женская больница. К полувековому юбилею общины Бенуа в 1903—1904 годах полностью перестроил здание особняка на Фонтанке в неорусском стиле. На третьем этаже была устроена церковь на 1000 человек, 11 декабря 1904 года освящённая митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Антонием (Вадковским) во имя Воздвижения Креста Господня.

Отчёты о деятельности общины во время Первой мировой войны не были опубликованы, и статистика за этот период отсутствует.

После Октябрьской революции

После Октябрьской революции, в 1918 году, больница была изъята у Крестовоздвиженской общины и на её базе была открыта 10-я больница Петроградского губернского отдела здравоохранения (позднее — Балтийская клиническая центральная бассейновая больница), в 1919 году ей было присвоено имя профессионального революционера Григория Чудновского, которое она носила до 2002 года. Община была ликвидирована в 1920 году, а её имущество было передано в ведение народного комиссариата здравоохранения РСФСР. Последним настоятелем Крестовоздвиженской церкви был протоиерей Иоанн Благодатов, при котором 28 сентября 1922 года был закрыт храм, помещение которого до 1993 года использовалось как спортзал больницы.

В 1990-е годы инициативная группа попыталась возродить деятельность Крестовоздвиженской общины.

В 2002 году на базе больницы был создан Северо-Западный окружной медицинский центр Министерства здравоохранения РФ. В 2011 году центр вошёл в состав Федерального государственного учреждения «Национальный медико-хирургический центр имени Пирогова».

В 2010 году движение «Воины жизни» начало кампанию по прекращению абортов в здании, принадлежавшем Крестовоздвиженской общине, и возвращению этого здания Русской православной церкви. С этой целью движение провело несколько пикетов и митингов в Москве и Санкт-Петербурге, инициировано голосование за возвращение здания на сайте Демократор. Поскольку в течение нескольких месяцев ответа со стороны администрации Петербурга не последовало, «Воины жизни» направили обращение с аналогичными требованиями, собравшее более тысячи подписей, президенту России.

17 июня 2011 года призыв движения поддержал в своём блоге председатель Совета Федерации России Сергей Миронов:

Недавно пришло письмо от православной молодёжи, которая просит вернуть церкви Крестовоздвиженский храм (Фонтанка, д. 154). Этот храм находится в здании, которое было построено для Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия. Сёстры спасали раненых в Севастополе во время Крымской войны. Эту общину сестёр милосердия создавал лично Николай Пирогов, знаменитый русский хирург. Сегодня, как пишут мне защитники этого храма, в нём находится абортарий. Вдумайтесь — абортарий в храме! Этого нет ни в одном городе России, и я думаю — в мире. А в Петербурге — есть! И печально и странно наблюдать за этой ситуацией. Будем её менять.

В 2013 году в часовне святых равноапостольных Константина и Елены при здании общины возобновлены регулярные богослужения. Настоятелем назначен иерей Сергий Сартаков.

См. также

В Викитеке есть тексты по теме: «Устав Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия»

  • Здание Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия
  • Хитрово, Екатерина Александровна
  • Вревская, Юлия Петровна
  • Международный день медицинской сестры
  • Найтингейл, Флоренс

Примечания

  1. З. Ермакова. Великая княгиня Елена Павловна
  2. 1 2 3 Особняк Доста
  3. Лепёхин М. П. Гумилевский // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2006. — Т. XIII. — С. 450—451. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-022-6.
  4. Постернак А. В. Сёстры милосердия в Русско-турецкую войну (1877–1878) (1-я часть)
  5. Крестовоздвиженская община сестёр милосердия
  6. О клинике (недоступная ссылка). Дата обращения 7 октября 2017. Архивировано 23 октября 2017 года.
  7. Петербургские пролайферы начали кампанию по защите прав верующих «Нет абортам в православном храме!» Православие.ru.
  8. Голосование на сайте «Демократор».
  9. «Абортмахеры против христиан: борьба продолжается». Сайт движения «Воины жизни».
  10. Вести от Сергея Миронова — ОБ ОТНОШЕНИИ К СВЯТЫНЯМ
  11. Храм-часовня Воздвижения Креста Господня и святой равноапостольной царицы Елены при Северо-Западном Окружном медицинском центре.
  12. У стен возрождающегося храма в Пироговском центре отслужен молебен.

Литература

В. В. Антонов, А. В. Кобак. Святыни Санкт-Петербурга. Историко-церковная энциклопедия в трёх томах. — Санкт-Петербург: Издательство Чернышёва, 1996. — Т. II. — 328 p. — ISBN 5-85555-028-1.

Т. И. Грекова, Ю. П. Голиков. Медицинский Петербург. — Санкт-Петербург: Фолио-Пресс, 2001. — 415 p. — ISBN 5-7627-0163-8.

Ссылки

  • Екатерина Михайловна Бакунина. Воспоминания сестры милосердия Крестовоздвиженской общины (1854—1860 гг.)
  • Военное духовенство и сестры милосердия в Крымской войне
  • За что женщин в России награждали медалями?

Природой в женщине заложено стремление помогать больным, раненым, калекам, старикам. Лечебным делом в древней Руси занимались знахарки, ведуньи, повитухи. В X веке княжна Ольга открыла больницу. С течением времени медицинское дело развивалось: стали открываться хирургические школы, курсы фельдшеров, родильные дома и госпитали.

Представительницам прекрасного пола не всегда было позволено помогать раненым при боевых действиях: долгое время считалось «вольнодумством» их присутствие на передовой. Со временем в крупных городах были созданы «вдовьи дома», в которых обучали основам военной медицины для помощи раненым. Великая княгиня Елена Павловна вместе с врачом Н. И. Пироговым добилась, чтобы сестринское дело в России стало массовым.

Кто такие сестры милосердия

Это женщины, добровольно и осознанно посвятившие себя заботе о больных, раненых, умирающих, инвалидах. Помощь свою они ведут безвозмездно, с открытым сердцем и широкой душой.

История создания организации

Сестринский уход существовал всегда, задолго до создания первых общин медсестер. Еще в древнем Риме ранние христиане ходили по домам бедняков и оказывали им первую медицинскую помощь, учили элементарным приемам личной гигиены и прочему. В 1633 году в Париже была основана конгрегация «Дочерей милосердия». Эта религиозная община посвящала себя исключительно уходу за страждущими.

Организация женщин, помогающих раненым в военных условиях, на западе была основана англичанкой Флоренс Найтингейл.

Несмотря на всеобщее осуждение своей деятельности, Флоренс изучала организацию работы больниц и лечебных учреждений, проходила курсы первой помощи. Во время войны мисс Найтингейл отправилась с небольшой группой девушек на фронт. На свои личные средства она организовала полевой госпиталь, где оказывала вместе с последовательницами помощь пострадавшим в бою. Когда благодаря отважной медсестре смертность среди солдат снизилась, мнение общественности о ней изменилось, и на родину женщина вернулась героем.

Появление и распространение в России

На Руси с древности при монастырях существовали больницы, уход в которых за больными осуществлялся женщинами. Затем в обществе сложились стереотипы о том, что это неприемлемое дело для женщин, и до середины XIX века в госпиталях и больницах работали только мужчины. Медбратья помогали врачам, ухаживали за больными. В 1844 году в Петербурге открыла двери Свято-Троицкая община.

В общину принимали женщин от 20 до 40 лет, которые обязаны были придерживаться установленных здесь правил и иметь следующие качества:

  • набожность;
  • милосердие;
  • опрятность;
  • целомудрие;
  • доброта;
  • терпение;
  • скромность.

После революции 1917 года общину закрыли, но все лечебные учреждения остались работать. Сейчас мы знаем эту организацию как Российский НИИ гематологии и трансфузиологии.

Деятельность сестер

При Свято-Троицкой общине был открыт приют для беспризорных девочек и больница для умирающих. Здесь также заботились о бедных, утешали скорбящих, приводили на путь истины порочных и падших людей.

Основная работа женщин заключалась в уходе за больными. Сестры работали как в стационарах, так и заботились о страждущих на дому. Помогали врачам на амбулаторных приемах. Со временем такая работа обогатила их бесценным опытом и настоящими медицинскими знаниями.

Обязательная работа женщин Свято-Троицкой общины:

  • суточные дежурства 1 раз в 4 дня;
  • работа в амбулатории;
  • аптечная работа.

Сестричество объединило множество женщин, которым мало жить лишь для себя и своих близких. Они желали помочь еще кому-то. Не каждая осилит столь тяжелую деятельность: здесь нужно быть сильной и физически, и морально.

Участие в войнах

Значительный подъем и развитие организация переживала во время войн. С началом Крымской войны в Петербурге князья Белосельские открыли солдатский госпиталь, в котором активно работали женщины Свято-Троицкой общины. В это время в больницах не хватало младшего медицинского персонала, поэтому работы для сестер было хоть отбавляй.

Во время Русско-Турецкой войны община сформировала 2 отряда, которые вместе с Красным крестом уехали в Бессарабию. Не жалея сил, дамы ухаживали за больными, ставя на ноги, казалось бы, безнадежных раненых.

После этой войны каждая из женщин получила медали и знаки отличия от государя и Красного креста.

Русско-Японская война заставила открыть при общине госпиталь в Петербурге, в который привозили пострадавших солдат. К 1914 году этот госпиталь стал специализироваться на раненых с челюстными травмами.

Крестовоздвиженская община

«… доколе сил моих станет, употреблять буду все мои попечения и труды на служение больным братьям моим».

Слова из клятвы крестовоздвиженских сестер

История создания

На протяжении всей своей жизни великая княгиня Елена Павловна очень помогала развитию медицины в России. Этому способствовала ее личная драма — сначала потеря дочерей, а затем и мужа. Княгиня не позволила трагедии сломить себя. Наоборот, активная деятельность и упорство помогли развиться повивальному институту, при котором Елена Павловна основала курсы акушерства, школу для деревенских повитух. Постоянно помня об умерших дочерях, Елена Павловна открыла детскую больницу и учредила курсы педиатров.

Сестры милосердия в России также появились благодаря княгине. Это учреждение организовано в 1854 году и стало первой официальной организацией по оказанию медицинской помощи в окопных условиях.

На создание подобной общины княгиню вдохновил гениальный Николай Иванович Пирогов. Со знаменитым хирургом Елена Павловна была знакома еще с Кавказской войны, где Пирогов применял свои новаторские идеи при лечении раненых.

Когда началась Крымская война, княгиня очень хотела помочь. Николай Иванович рассказал ей о вдовах, что помогают на фронте и как было бы прекрасно, если бы существовала подобная профессиональная организация. Конечно, Елена Павловна активно принялась за работу.

Сегодня благодаря письмам и воспоминаниям Н. И. Пирогова можно представить картину жизни и деятельности этих героических ангелов-хранителей. Например, он подробно рассказывает как женщины боролись с настоящей «лекарственной мафией»: поставщики медикаментов и аптекари мошенничали, лекарства не доходили до госпиталей. Сестры взяли дело в свои руки, избавившись от посредников, пресекли преступную деятельность военных авантюристов. В письмах он также отмечал, что дамы стали отличными администраторами, а это на войне даже важнее медицинской помощи.

Участницы организации

6 ноября 1854 года на фронт приехала группа медицинских помощниц в количестве всего лишь 30 человек. В 1855 их насчитывалось уже больше 250.

Вот имена лишь самых известных представительниц этого славного движения:

  • Бакунина Екатерина Михайловна;
  • Хитрова Екатерина Александровна;
  • Карцева Елизавета Петровна;
  • Травина Александра;
  • Будберг Екатерина;
  • Григорьева Марина и другие.

Женщины были совершенно разные между собой. Здесь бок о бок трудились образованные дамы и неграмотные прачки. Их объединяла любовь к человеческой жизни, сострадание к чужой боли и желание помочь.

На фото Бакунина Е.М.

Значение деятельности

Приехав на фронт, дамы вынуждены были с нуля создавать больницы, размещать раненых, организовывать передвижные перевязочные пункты. Они помогали врачам организованно проводить свою деятельность: распределяли медикаменты, инструменты, еду, помогали на хирургических операциях.

Вот некоторые дела сестер:

  • посменное дежурство в госпиталях;
  • ассистирование врачам на операциях;
  • обработка и перевязка ран;
  • мытье и кормления немощных.

Кроме обычных бытовых дел, девушки оказывали бесценную моральную поддержку. Иногда доброе слово возвращало к жизни сломленного, депрессивного солдата. Также только среди наших отважных мед. сестер было вполне обычным делом вытащить из-под непрекращающегося огня тяжелого раненого прямо на себе.

Кто такая Дарья Севастопольская

Лавры первой полевой медицинской сестры, как известно, достались Флоренс Найтингейл. Для истории, наверное, так и останется, но русский народ помнит самоотверженный подвиг русской героини Крымской войны. Когда англичанка только приехала на фронт, на российской стороне Даша уже давно помогала.

Биография

Даша Севастопольская на самом деле Дарья Лаврентьевна Михайлова. Родилась в бедной моряцкой семье. Жила тяжело, зарабатывала стиркой. Ее мать рано умерла. А когда Даше было 18, погиб и отец.

Девушка продала остатки имущества, закупила бинтов, уксуса, вина и на повозке поехала в сторону Альменского сражения.

Там она перевязывала раненых, дезинфицировала раны уксусом, успокаивала словом и улыбкой. После разгрома наших войск на Альме началась оборона Севастополя. Даша заняла заброшенный дом и устроила там госпиталь.

Государь был восхищен героизмом девушки, выписал ей 500 рублей и медаль «За усердие». Также он пообещал ей 1000 рублей после замужества. Дарья с гордостью ходила с этой медалью, продолжая выполнять свое дело. В 1855 году отважная Даша вышла замуж. Избранником девушки стал рядовой Хворостов Максим, молодые получили обещанные государем деньги.

Дарья не только оказывала помощь раненым. Переодевшись в военную форму, девушка участвовала в разведывательных вылазках.

После войны Крым остался в руинах. Большинство людей остались без крова и скитались по окрестностям в поисках лучшей жизни. Дарья с мужем перебрались в город Николаев, но долго их совместная жизнь не продлилась — алкоголизм Максима разрушил их брак.

Героиня вернулась в родные края в Севастополь и прожила там одна до своей смерти в 1910 году. Местные похоронили ее на своем кладбище, но место могилы не сохранилось до наших дней.

Участие в Крымской войне

Несчастная, одинокая сирота увидела в раненых свою новую семью. Она обо всех заботилась: кормила, поила, мыла, перевязывала. На своей худой лошади с поля боя Даша вывезла множество мужчин.

Сначала ее принимали за сумасшедшую, ведь девушка покупала лекарства и перевязочный материал за личные деньги и не брала ничего с людей, когда выносила кого-то из зоны боевых действий. Скоро все вокруг считали ее «младшей сестричкой», горячо благодарили за заботу и даже оставляли Дарье в наследство свои личные вещи (часы, кошельки, драгоценности).

Значение в истории

Своими действиями Даша Севастопольская вдохновила на беззаветный, доблестный труд и других местных женщин разных сословий. Довольно быстро они все стали трудиться под началом известного русского хирурга Пирогова Н. И. Эта группа усердных женщин восхищала его своей жертвенностью и альтруизмом. Процент смертности среди раненых значительно снизился с появлением решительных, храбрых и твердых духом леди.

Много времени спустя, когда уже герои той страшной войны давно отошли в мир иной, в людских сердцах все также живет память о великом подвиге бедной молодой сиротки. Своими простыми, но такими человечными и нужными поступками она вернула к жизни не один десяток солдат и заняла в списке героев Крымской войны почетное место.

Видео

В ролике кратко пересказана биография Даши Севастопольской.

В ролике говорится о том, как опыт хирурга Пирогова Н. И. повлиял на современную медицину:

Сестры милосердия в России

Впервые в России женский труд для ухода за больными был использован при Петре I. В соответствии с царским указом в 1715 г. были созданы воспитательные дома, в которых служили женщины. Однако, в дальнейшем, привлечение женщин для работы в больницах было отменено, и роль сиделок была отведена отставным служащим. Вновь женский труд в гражданских больницах начали использовать в середине 18 века. Осуществляли его «бабки — сидельницы» http://www.pavelbers.com/Straniza%20istorii%20Rossii%20%2020.ht.. До конца века специальных сестёр по уходу за больными не было, поэтому можно считать, что сестринское дело в России началось в 1803 г. с появлением служб «сердобольных вдов». В том же 1803 г. в Москве, а следом и в Петербурге при воспитательных домах создаются «вдовьи дома» для призрения неимущих. В 1824 г. по распоряжению Марии Фёдоровны из петербургского «вдовьего дома» на добровольных началах приглашаются и направляются в больницы женщины для ухода за больными, и императрица каждую присягнувшую из этих женщин отмечает особым знаком — «Золотой Крест», на одной из сторон которого было написано «Сердолюбие». В 1818 г. в Москве был создан Институт сердобольных вдов, а при больницах организуются курсы сиделок. С этого времени в России начинается специальная подготовка женского медицинского персонала. Преподавание ведется по учебнику Христофора Фёдоровича Оппеля. (Христофор Оппель, получил высшее образование в Медико-хирургической академии и защитил диссертацию на степень доктора медицины. Во время войны 1812 года он оказывал медицинскую помощь раненым русским воинам в горящей Москве.)

25 октября 1854 г. великая княгиня Елена Павловна учредила в Санкт-Петербурге Крестовоздвиженскую общину сестер милосердия. Главным врачом и непосредственным руководителем общины стал замечательный русский хирург Николай Иванович Пирогов, который провел реорганизацию общины. Любая женщина, желавшая вступить в нее, в течение года проходила под руководством старших сестер испытания в госпиталях: по окончании первого месяца срока, когда она еще оставалась «на наблюдении», ей выдавалась форменная одежда.

По инициативе ученого в Севастополе впервые в истории отечественной и зарубежной медицины на место военных действий были привлечены сестры милосердия. Большую помощь в этом ему оказала великая княгиня Елена Павловна, отдавшая много сил и времени делу благотворительности. Под её попечительством находились Максимилиановская больница, Повивальный институт, приюты для детей-сирот и беспризорных, бесплатные столовые для больных, школы. Для реализации своей идеи она нашла в Н. И. Пирогове единомышленника, предложив ему подобрать медицинский персонал и взять на себя управление всем делом. Николай Иванович впоследствии писал, что видел до того женскую службу в госпиталях и больницах, «но ещё нигде не было испробовано посылать женщин на поле битвы» Севастопольские письма Н. И. Пирогова 1854—1855 гг. — СПб. 1899.. 25 октября 1854 года Еленой Павловной был утверждён устав Крестовоздвиженской общины. Одновременно она обнародовала воззвание о помощи больным и раненым «Ко всем русским женщинам, не связанным обязательствами семейными, желающим принести свою долю жертвы и добра Отчизне». Многие женщины различных слоев населения горячо откликнулись, изъявив желание отправиться в Крым и принять участие в уходе за ранеными севастопольцами.

Крестовоздвиженская община в короткий срок была укомплектована. Женщины в течение 2-3 месяцев проходили подготовку в Петербурге. Н. И. Пирогов с большим уважением относился к деятельности Елены Павловны. В одном из своих писем он писал: «Великая княгиня содержит в себе много превосходного: она принадлежит к недюжинным личностям, и если что можно сделать хорошего, то именно через неё» Севастопольские письма Н. И. Пирогова 1854—1855 гг. — СПб. 1899.. 24 ноября в Крым во главе с А. П. Стахович прибыло 1-е отделение сестёр милосердия Крестовоздвиженской общины в составе 28 человек. В своём письме к жене в декабре 1854 года Н. И. Пирогов сообщал: «Дней пять тому назад приехала сюда Крестовоздвиженская община сестёр, числом до тридцати… Они день и ночь попеременно бывают в госпиталях, помогают при перевязке, бывают на операциях, раздают чай и вино. Присутствие женщины, опрятно одетой и участием помогающей, оживляет плачевную юдоль страданий и бедствий» Севастопольские письма Н. И. Пирогова 1854—1855 гг. — СПб. 1899.. Вскоре в осажденный Севастополь приехало еще несколько отделений самоотверженных женщин. Организация и содержание деятельности общины были разработаны Н. И. Пироговым, который видел в ней, прежде всего, медицинское учреждение со специализацией труда сестёр. Николай Иванович составил «Инструкцию сестрам на время их дежурства в госпиталях и перевязочных пунктах», подробно изложив в ней все их обязанности. Впоследствии он выделил группу транспортных сестёр, которые должны были сопровождать раненых в пути. Для них была также написана специальная инструкция. Под руководством Н. И. Пирогова сестры милосердия работали в перевязочных и операционных, ухаживали за ранеными в палатах, изготавливали лекарства в аптеках, следили за выдачей пищи, помогали готовить её, наблюдали за тем, чтобы интересы раненых не страдали из-за воровства интендантских чиновников.

В это же время в Крыму стало широко известным и популярным имя Даши Севастопольской. Ее называли «Женщиной из легенды». Дочь матроса, погибшего в Синопском сражении, переодевшись в матросский костюм и снарядив свою повозку ветошью, корпией, уксусом, отправилась вслед за русскими войсками к реке Альме. Там она организовала первый на театре Крымской войны импровизированный перевязочный пункт, а сама стала первой сестрой милосердия. «Знаменитая Дарья» Севастопольские письма Н. И. Пирогова 1854—1855 гг. — СПб. 1899. — так отзывался о ней Н. И. Пирогов. Имя Даши стало символом мужества, храбрости, самоотверженности. Царь Николай I пожаловал девице Дарье золотую медаль на Владимирской ленте с надписью «За усердие» и 500 рублей серебром.

В знак заслуг сестер милосердия в Крымской войне Комитет Крестовоздвиженской общины учредил памятный серебряный позолоченный крест. Многие из них были награждены бронзовыми медалями в память защиты Севастополя. По возвращении из Крыма Н. И. Пирогов написал «Исторический обзор действий Крестовоздвиженской общины сестер попечения о раненых и больных в военных госпиталях в Крыму и Херсонской губернии с 1-го декабря 1854 по 1 декабря 1855 годов», где, анализируя действия сестер, дал оценку их деятельности: «Настоящие и прошедшие события предвещают будущее. Будущее Крестовоздвиженской общины предзнаменуют действия ее сестер, изложенные здесь без всякого пристрастия правдолюбивыми очевидцами и заслуживающие остаться в памяти современников». Крестовоздвиженская община сестер милосердия, работавшая в Крыму, стала прообразом будущих организации Красного Креста.

Как только общины сестер милосердия в России получают систематическое развитие, первоначальный энтузиазм начинает угасать — он восполняется и постепенно подменяется обще благотворительной и профессиональной медицинской деятельностью женщин. Большую роль в этом, с одной стороны, сыграла деятельность Общества Красного Креста, а с другой — стремление женщин приобрести в обществе одинаковый с мужчинами статус. Эмансипация способствовала развитию женского образования, однако стремление женщин во всем уподобиться мужчинам постепенно привело русские общины к тем же результатам, что и в Западной Европе: уход становится профессией, а духовная основа медицины или вообще забывается, или становится чем-то второстепенным. После революции проявилась иная крайность: в обязанность медицинским сестрам вменялся только профессионализм, тогда как элементарный уход, который учитывал не только физическое, но и духовное состояние больного, был утрачен. Остается только надеяться, что возрождающиеся в современном обществе общины сестер милосердия не повторят прежних ошибок и восстановят утраченную традицию ухода за больными, что возможно только при условии осознания религиозного смысла своего служения.

Подводя итог проведенного изучения исторических материалов, можно сделать следующие выводы:

Движение сестер милосердия зародилось в Европе в 17 веке и приобрело массовый характер к середине 19 века. Оно стало важным фактором в последующих войнах. До этого существовали лишь единичные случаи создания таких общин.

Причиной возникновения подобных движений является появившаяся необходимость подготовить квалифицированные кадры для ухода за ранеными во время войн, которые становились все более ожесточенными отчасти из-за появления новейших технических изобретений и развития экономики многих стран.

Также работа сестрой милосердия давала женщинам возможность реализовать себя в обществе и найти профессию.

В России первые общины возникают в середине 19 века. Со временем изменялись и принципы работы сестер милосердия. Идем патриотизма, защиты православия и духовной поддержки зачастую отходили на второй план, уступая место простому выполнению обязанностей медицинской сестры.

После революции 1917 года общины сестер милосердия исчезают вовсе, уступая место медицинским сестрам, выполнявшим лишь профессиональный уход. Но в современной России движение сестер милосердия возрождаются вновь.

LiveInternetLiveInternet

Императрица Александра Федоровна и старший врач лазарета княжна В.И.Гедройц в перевязочной.
Один из офицеров, находившихся на излечении в лазарете, где сестрами милосердия были Великие княжны, вспоминал: “Первое впечатление о Великих княжнах никогда не менялось и не могло измениться, настолько были они совершенными, полными царственного очарования, душевной мягкости и бесконечной благожелательности и доброты ко всем. Каждый жест и каждое слово, чарующий блеск глаз и нежность улыбок, и порой радостный смех, — все привлекало к ним людей. У них была врожденная способность и умение несколькими словами смягчить и уменьшить горе, тяжесть переживаний и физических страданий раненых воинов.»* Работа в госпиталях и больницах становилась для них столь привычной во время войны 1914 года, что неудовольствием встречалась уже сама необходимость «одеться прилично» для лазарета. Платье сестер милосердия стало для них «второй кожей».
Императрица Александра Фёдоровна и княжны Ольга Николаевна и Татьяна Николаевна
Сёстры милосердия сыграли огромную роль в годы первой мировой войны. Для них работа в госпиталях и лазаретах была не только долгом, но и велением сердца, внутренней потребностью служения ближнему, любовью и милосердием к страждущим. Представители Царского Дома тоже участвовали в движении сестёр милосердия. Во время первой мировой войны императрица Александра Фёдоровна и четыре великие княжны стали сёстрами милосердия, а Зимний дворец превратился в госпиталь.
Императрица Александра Фёдоровна писала о своей работе в лазарете: «Слава Богу за то, что мы, по крайней мере, имеем возможность принести некоторое облегчение страждущим и можем им дать чувство домашнего уюта в их одиночестве. Так хочется согреть и поддержать этих храбрецов и заменить им их близких, не имеющих возможности находиться около них!».
Императрица Александра Федоровна с дочерьми Татьяной и Ольгой и Анной Вырубовой
Во время первой мировой войны Императрица Александра Федоровна организовала особый эвакуационный пункт, куда входило 85 лазаретов для раненых воинов в Царском Селе, Павловске, Петергофе, Саблине и других местах. Управляющим эвакуационного пункта был назначен полковник С.Н.Вильчковский (автор знаменитого путеводителя по Царскому Селу). Многие из лазаретов были сооружены на собственные средства Императрицы. Ее старшие дочери возглавили комитет помощи солдатским семьям (Ольга) и беженский комитет (Татьяна).
Для духовного утешения тяжелораненых была организована передвижная “походная” церковь, а выздоравливающим представлена пещерная Цареконстантиновская — церковь Дворцового госпиталя. Императрица повелела обратить новую церковь в храм-памятник, для чего разместить на ее стенах доски с именами всех прошедших через лазареты Царскосельского района воинов, награжденных за боевые отличия, и всех, в пределах района скончавшихся.
Освящение первого в Царском Селе Дворцового лазарета* состоялось 10 августа (церковь освятили в октябре). Первым его пациентом был корнет л. гв. Кирасирского Его Величества полка Н. К. Карангозов. Первым, но увы — не последним. Германия объявила России войну 19 июля, а уже вечером 17 августа к Императорскому павильону Царского Села прибыл первый военно-санитарный поезд. Через 10 дней — еще один…

Императрица Александра Федоровна с
выздоравливающими солдатами.
Царское Село, 1914 или 1915.
Вместе со старшими Великими княжнами и со своей подругой Анной Александровной Вырубовой Александра Федоровна прошла курс сестер милосердия военного времени, который им преподавала главный врач Царскосельского Дворцового госпиталя (госпиталь дворцового ведомства*) княжна Вера Игнатьевна Гедройц, — выдающийся хирург (первой в истории медицины стала делать полостные операции), поэт, писательница, награжденная золотой медалью «За усердие» на Анненской ленте и серебряной — «За храбрость» на Георгиевской ленте, а также знаками отличия Красного Креста всех трех степеней.
Потом все они поступили рядовыми хирургическими сестрами в лазарет при Дворцовом госпитале* и тотчас же приступили к работе по перевязкам, часто тяжело раненых. Стоя за хирургом, Государыня, как каждая операционная сестра, подавала стерилизованные инструменты, вату и бинты, уносила ампутированные ноги и руки, перевязывала гангренозные раны, не гнушаясь ничем и стойко вынося запахи и ужасные картины военного госпиталя во время войны. Она научилась и быстро менять застилку постели, не беспокоя больных, и делать перевязки посложнее — и была горда, заработав диплом сестры и нашивку красного креста .
Государыня Императрица Александра Федоровна подает инструменты во время операции в Царскосельском Дворцовом Лазарете. Позади стоят Великие Княжны Ольга Николаевна и Татьяна Николаевна. Оперирует
Сегодня утром мы присутствовали (я, по обыкновению, помогаю подавать инструменты, Ольга продевала нитки в иголки) при нашей первой большой ампутации (рука была отнята у самого плеча). Затем мы все занимались перевязками (в нашем маленьком лазарете), а позже очень сложные перевязки в большом лазарете. Мне пришлось перевязывать несчастных с ужасными ранами… они едва ли останутся мужчинами в будущем, так все пронизано пулями, быть может, придется все отрезать, так все почернело, но я надеюсь спасти, — страшно смотреть, — я все промыла, почистила, помазала иодином, покрыла вазелином, подвязала, — все это вышло вполне удачно, — мне приятнее делать подобные вещи самой под руководством врача. Я сделала 3 подобных перевязки, — у одного была вставлена туда трубочка. Сердце кровью за них обливается, — не стану описывать других подробностей, так это грустно, но, будучи женой и матерью, я особенно сочувствую им.»
Из письма Императрицы Николаю II. Царское Село. 20 ноября 1914 г.
Великая княжна Ольга Николаевна и старший врач царскосельского Дворцового лазарета В.И. Гедройц во время перевязки раненого солдата, 1915 год /11/.
Императрица Александра Федоровна обрабатывает рану. Слева Великая княжна Татьяна, справа княжна В.И.Гедройц.
Из дневника главного врача Дворцового госпиталя В.И. Гедройц:
20.VIII.<1914>. Эти дни точно в чаду. Работы всегда было много, а теперь, когда в короткий срок нужно открыть большое количество госпиталей, хотелось бы, чтобы день был вдвое. У меня ежедневно не менее пяти полостных операций в Дворцовом госпитале, где я состою и<сполняющей> о<бязанности> главного врача. Госпиталь этот только, что называется, хранит это название, а собственно говоря, просто городской госпиталь с отделениями хирургическим и акушерско-гинекологическим, которое веду я, и терапевтическим и заразным бараками, которые только наблюдаю, а ведут их ординаторы Деревенько, Арбузов и Будназ. Т<ак> к<ак> это единственная лечебница Царского Села, то она вечно переполнена, а считая, что нижний подвальный этаж занят призреваемыми, несчастными стариками и старухами, то попросту нужно сказать, что народу в нем набито, как сельдей в бочке, и вести дело при таком ограниченном количестве рук трудно.
Коллегия постановила для нужд военного времени занять хирургическое отделение госпиталя, устроив в нем солдатское отделение, новый же барак в саду приспособить для офицерского госпиталя.
Открыть его предполагалось в сентябре, и за такое короткое время если и удалось выполнить это задание, то только благодаря тому состоянию внутреннего подъема, который охватил, казалось, все слои населения. И в самом деле, какие-то незнакомые купцы с жирными животами приходили и привозили мед для раненых, жертвовали муку, папиросы, конфеты, белье; раненых еще не было, но пожертвования сыпались точно из рога изобилия.
Персонал Дворцового лазарета
Татьяна Мельник — дочка лейб-медика царской семьи Е.С.Боткина в своих воспоминаниях писала: «Сколько радости и утешения приносили Ее Величество и Великие Княжны своим присутствием в лазаретах! В первые же дни войны после своего приезда в Царское Село старшие Великие Княжны и Ее Величество стали усердно готовиться к экзаменам на сестер милосердия и слушать лекции, для того чтобы иметь право работать наравне с остальными сестрами. И впоследствии они работали так, что доктор Деревенко, человек весьма требовательный по отношению к сестрам, говорил мне уже после революции, что ему редко приходилось встречать такую спокойную, ловкую и дельную хирургическую сестру, как Татьяна Николаевна.»
Императрица Александра Федоровна обрабатывает рану головы. 1-я и 3-я слева Великие княжны Ольга и Татьяна, 2-я слева А.Вырубова, 4-я слева кн. В.И.Гедройц.
Татьяна Евгеньевна Мельник-Боткина (дочь лейб-медика Николая II Е. С. Боткина) вспоминала, что доктор Деревенко, «человек весьма требовательный по отношению к сестрам», говорил уже после революции, что ему редко приходилось встречать такую спокойную, ловкую и дельную хирургическую сестру, как Татьяна Николаевна. «С трепетом просматривая в архиве дневник Великой Княжны Татьяны 1915-1916 годов, — рассказывает Татьяна Горбачева, — написанный крупным ровным почерком, удивлялась я необыкновенной чуткости Великой Княжны — после посещения лазаретов Она записывала имена, звания и полк, где служили те люди, кому Она помогла Своим трудом сестры милосердия. Каждый день Она ездила в лазарет… И даже в Свои именины».
В госпитале Татьяна выполняла тяжелую работу. Государыня то и дело сообщает мужу: «Татьяна заменит Меня на перевязках», «предоставляю это дело Татьяне».
Т. Мельник-Боткина: «Я удивляюсь и их трудоспособности, — говорил мне мой отец про Царскую Семью, уже не говоря про Его Величество, Который поражает тем количеством докладов, которое Он может принять и запомнить, но даже Великая Княжна Татьяна; например, Она, прежде чем ехать в лазарет, встает в семь часов утра, чтобы взять урок, потом <…> на перевязки, потом завтрак, опять уроки, объезд лазаретов, а как наступит вечер… сразу за рукоделие или за чтение».
Великие княжны и императрица-сестры милосердия
Великие княжны и императрица-сестры милосердия
Великие княжны и императрица-сестры милосердия
Великие княжны и императрица-сестры милосердия

Августейшие сестры милосердия

Предисловие

1914 год 1915 год 1916 год 1917 год

Предлагаемое вниманию читателя издание является уникальным сборником архивных документов и воспоминаний, практически неизвестных читателю. А между тем они затрагивают один из самых драматичных периодов истории России XX века. Светлый христианский образ Царицы Александры Федоровны и Ее Дочерей с наибольшей силой явил себя не только в их мученической кончине, но и в подвиге деятельной самоотверженной любви, которому они себя посвятили в годы войны. Вместе со своими Дочерьми Царица в течение трех лет служила в лазаретах как простая сестра милосердия. Уникальный случай в истории. На такой самоотверженный подвиг могло решиться только сердце, исполненное христианской любви. Для раненых она была не Государыня Императрица, а Царица-Матушка, Мать Милосердия, утешающая их с не меньшей любовью, чем родная мать, а Ее Дочери были для них родными сестрами, сестрами милосердия. Книга адресована широкому кругу читателей.

Предисловие

Царице-Сестре

Господнею волей, войны небывалой

Над Русью великой волна разлилась,

И Русь воедино – и старый, и малый –

Под Стягом Царя своего собралась.

С молитвой поднялась Россия святая,

Не медля, на бранный направилась путь,

Лихому врагу под удар подставляя

Широкую, мощную русскую грудь.

И в это великое, страшное время

Царица – России Любимая Мать –

Сестры милосердной изволила бремя

На плечи Свои, не колеблясь, принять.

Тяжелый тот крест на Себя возлагая,

Его возложила на двух Дочерей,

Любви неземной дать примеры желая

Их юной и чистой душе поскорей.

Как Мать-Государыня, сердцем болеешь

За всех сыновей Твоих – русских солдат –

И их, как Царица-Сестра, Ты лелеешь,

И раненый каждый уже Тебе брат.

И в миг Твоего с Дочерьми посещенья

Тот, искра в ком жизни трепещет чуть-чуть, –

Вдруг чует томительных мук облегченье,

И дышит страдальца бестрепетно грудь.

Душа загорается подвига жаждой, В очах умиленья зажглася слеза,

И счастье великое в сердце, и каждый

С мольбой устремляет на Небо глаза: О, Бог Вседержитель!

Владыко Первейший Молитву усердную нашу прими:

Дай горя не ведать Сестре Августейшей

Дай, Боже, Ей счастья с Ея Дочерьми,

Дай, Боже, Ей силы в тяжелой године,

Удачею Мужа-Царя успокой,

Пошли Ей утеху в Наследнике-Сыне,

Пошли только радость Ей, мир и покой!

Голощанов П.А.

Царское Село. 1914 г.

19 июля 1914 года1 Германия объявила войну России. Начиналась война, которую вскоре назовут «Великой войной», а в России ее еще будут называть «Второй Отечественной». В огне этой страшной битвы исчезнут четыре великих Империи. Закончится целая историческая эпоха, начало которой уходит в глубь европейской истории.

Тогда, в 1914 году, этого никто не знал. Начало войны было встречено с воодушевлением. Однако далеко не у всех хватило терпения, мужества и самопожертвования, чтобы выполнить свой долг до конца, сохранить верность Царю и Родине до победы.

С первых дней объявления войны многие представители рода Романовых и других аристократических семейств принялись за организацию лазаретов, санитарных поездов, складов белья и медикаментов. Первой среди них была Государыня Императрица Александра Федоровна.

Светлый христианский образ Царицы Александры Федоровны с наибольшей силой явил себя не только в ее мученической кончине, но и в подвиге деятельной самоотверженной любви, которому она себя посвятила в годы войны. Все свои заботы, мысли, труды Александра Федоровна направила на оказание помощи раненым. Вместе со своими старшими дочерьми она в течение трех лет послужила им и как простая сестра милосердия. Уникальный случай в истории. На такой самоотверженный подвиг могло решиться только сердце, исполненное христианской любви. Кто как Государыня любил русский народ, так искренно сострадал всем скорбящим, так горячо молился Господу о спасении России. Поэтому для раненых она была не Государыня Императрица, а Царица-Матушка, Мать Милосердия, утешающая их с не меньшей любовью, чем родная мать, и служащая им как родная сестра, сестра милосердия.

***

В самом начале войны Царская Семья посетила Москву, чтобы у древних святынь Москвы помолиться о даровании победы. После этого Царская Семья поселяется в Александровском дворце Царского Села. Там они проведут годы своей земной жизни до отъезда в ссылку. По своей застройке Царское Село, расположенное в 22 верстах от Санкт-Петербурга, было типичным городом для своего времени. На центральной площади возвышался огромный собор Св. Екатерины с пятью золочеными главами, рядом гостиный двор с каменными торговыми рядами, городская управа, здание полиции. Прямые улицы, где небольшие частные дома чередовались с благотворительными и учебными заведениями. Детские приюты, богадельни для всех слоев населения, местное отделение Красного Креста, Мариинская женская гимназия, церковно-приходская школа, Реальное училище, Дворцовый лазарет, Школа нянь, частная гимназия, Военный госпиталь, Дом призрения для увечных воинов, женское духовное училище – вот далеко не полный перечень учреждений, заполнявших город. Изредка попадаются богатые Великокняжеские или купеческие особняки.

Вторая часть города, возникшая по произволению Императрицы Екатерины II под названием «София», в основном была заселена военными. Здесь располагались казармы Лейб-гвардии полков, собор Св. Софии и церковь Кирасирского полка во имя святого Иулиана Тарсийского. В 1784 году в этой части города, по желанию Императрицы Екатерины II, будет устроено кладбище, названное по построенному в 1796 году храму во имя Казанской Божией Матери Казанским. Позднее, при Императрице Александре Федоровне, рядом будет устроено Братское кладбище для воинов Первой мировой войны и освящена церковь «Утоли моя печали».

Два Императорских дворца – Екатерининский и Александровский – с прилегающими к ним парками входят в основную часть города. Из Александровского парка дорога вела на так называемую «Собственную ветку». Построена ветка и павильон в 1895 – 1909 годах. Отсюда соединительные пути шли ко всем линиям железных дорог, сходящимся в Санкт-Петербурге. Именно сюда с начала войны будут привозить раненых в санитарных поездах, а затем на автомобилях или подводах будут развозить по госпиталям.

Приехав в Царское Село, Императрица сразу же принимается за работу. В первую очередь – это оборудование лазаретов для раненых. Патриотический подъем, охвативший Россию в начале Первой мировой войны, нашел отклик и среди жителей уездного городка «Царское Село». Руководству местного отделения Красного Креста под Ее Августейшим покровительством, совместно с благотворительной помощью всех жителей города, удается уже к 10 августа оборудовать два лазарета, а в дальнейшем их число будет увеличено до 70. Одновременно устраиваются санитарные поезда для перевозки раненых с мест военных действий. В Екатерининском большом дворце открывается склад Ее Императорского Величества, снабжавший армию бельем и перевязочными средствами. Для помощи мирному населению, пострадавшему от войны, Государем Императором учреждается Верховный совет под председательством Императрицы Александры Федоровны, где объединяются правительственная и общественная деятельность. Государыня создает комитеты для помощи беженцам и семьям, чьи кормильцы призваны на войну. Ответственность за работу в них она возлагает на старших дочерей. Комитеты имели отделения во многих городах России и пользовались большой популярностью. В народе их называли «Татьянинский» и «Ольгинский». Особенно успешно с их участием проходил сбор пожертвований. Великие княжны не любили уезжать в Петроград на официальные заседания с чиновниками, но, понимая необходимость помощи страдающим, делали это регулярно.

Основной формой служения своему Отечеству и народу Императрицы и ее старших дочерей стала ежедневная работа сестрами милосердия в лазарете. Для того чтобы помощь раненым, исходящая от их рук, была более плодотворной, Императрица Александра Федоровна вместе со старшими дочерьми решила получить медицинское образование. Учителем была выбрана талантливый хирург Дворцового лазарета Вера Игнатьевна Гедройц (в Царской Семье ее называли «княжна»). Последовательница известного хирурга Пирогова Н.И., который учил, что «не операции, спешно произведенные, а правильный организованный уход за ранеными и сберегательное (консервативное лечение) в самом широком размере, должны быть главною целью хирургической и административной деятельности на театре войны». Вероятно Августейшим сестрам милосердия были созвучны и понятны эти слова. Для чтения лекций Вера Игнатьевна ежедневно приезжала в Александровский дворец. Практические занятия проходили в Дворцовом лазарете, где Гедройц исполняла обязанности главного врача. Помимо медицинского персонала в госпитале проходило практику большое количество слушательниц курсов сестер милосердия военного времени, которые после окончания курсов безвозмездно работали в качестве сестер. В эту группу и вошли Августейшие сестры милосердия. Княжна требовала от учащихся воспитания хирургической чистоты, для нее было важно, «чтобы весь персонал мог присутствовать при операциях, приучался, как вести себя у хирургического стола и возле больного, заражался бы, так сказать, духом операционной, жил бы их радостями, печалился общими хирургическими печалями, создавая одну хирургическую семью, связанную общими переживаниями». Императрица и Великие княжны оказались способными ученицами. В.И. Гедройц запишет в своем дневнике: «Мне часто приходилось ездить вместе и при всех осмотрах отмечать серьезное, вдумчивое отношение всех Трех к делу милосердия. Оно было именно глубокое, они не играли в сестер, как это мне приходилось потом неоднократно видеть у многих светских дам, а именно были ими в лучшем значении этого слова».

6 ноября 1914 года в здании Общины Красного Креста на Леонтьевской улице мператрица Александра Феодоровна с Великими княжнами Ольгой и Татьяной вместе с 42-мя сестрами 1-го выпуска военного времени Красного Креста, успешно выдержав экзамен, получили Свидетельство на звание Сестры Милосердия. После чего они продолжили работать в Дворцовом лазарете. Находился он на Госпитальной улице, где на месте богадельни времен Екатерины II был построен в 1854 году каменный трехэтажный госпиталь, который являлся обычной городской больницей, хотя и назывался «Дворцовый лазарет». Перед самой войной во дворе был построен небольшой павильон, куда предполагали помещать инфекционных больных. Именно здесь и будет оборудован госпиталь для раненых офицеров, который Августейшие Сестры Милосердия будут посещать ежедневно. Между собой они называли его: «наш» «маленький дом», «отдельный барак» или просто «барак». В части основного здания будет располагаться операционная и палаты для нижних чинов. В своих записях они называют его «Большой дом». В большей части госпиталя будет по-прежнему находиться больница. (В наше время здесь располагается больница им. Семашко.)

Свой лазарет Августейшие Сестры Милосердия очень любили и посещали его ежедневно. Они также дружили с персоналом и ранеными офицерами. С 10 августа 1916 года из-за путаницы названия с лазаретом Большого дворца он станет называться «Собственный Ее Величества лазарет N 3».

Императрица не только личным трудом участвует в организации лазарета, но и жертвует средства на создание рентгеновского кабинета и способствует устроению в подвале основного здания церкви во имя Константина и Елены. В основном здании больницы была церковь во имя иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость». Новая пещерная церковь, устроенная в древнем византийском стиле, предназначалась для раненых воинов и постоянного поминовения погибших, имена которых были увековечены на стенах храма. (Сейчас на месте этой уникальной церкви находится склад больницы.)

Для раненых воинов, которые не могли передвигаться, Государыня Императрица, понимая своим чутким сердцем, как важно для них помолиться в привычной с детства церковной обстановке, на свои средства сооружает походную церковь, которую перевозят по госпиталям.

30 октября 1914 года будет оборудован и освящен лазарет в Большом Екатерининском дворце. Сюда тоже приходили Августейшие Сестры Милосердия и ухаживали за ранеными. Но из-за высокопарного отношения к ним старшей сестры Любушкиной, княжны, любившие простое и искреннее отношение, предпочитали Свой лазарет.

Помимо почти ежедневной перевязки раненых в Своем госпитале Государыня с дочерьми постоянно посещала многочисленные лазареты Царского Села, Петербурга и окрестностей, где милостиво обходила раненых, благословляла их иконками, осматривала операционные, беседовала с устроителями и медицинским персоналом. Во время поездок по России Государыня также посещала лазареты, проявляла внимание ко всем раненым.

Всегда уповающая на помощь Божию, в трудное военное время Царская Семья особенно часто посещает богослужения. Молебны на благое дело, панихиды по погибшим и крестные ходы для дарования победы становятся почти повседневными. Перед началом каждого рабочего дня Августейшие Сестры Милосердия заходили в церковь Знамения, для благословения у древней святыни Царского Села иконы Божией Матери «Знамение», по преданию привезенной Царем Алексеем Михайловичем с Востока. (Ныне эта икона хранится в храме Духовной Академии в Петербурге.) По воскресным дням Они молились в недавно построенном для Сводного полка Федоровском соборе, где для Императрицы была специально отгорожена молельня. Александра Федоровна особенно любила нижний храм собора во имя св. Серафима Саровского. По праздникам Царская Семья иногда посещала городской Екатерининский собор. Из-за слабого здоровья Государыни иногда совершались богослужения в домовой церкви Александровского дворца. В дни особого поминовения любимого Царской Семьей святого Серафима Саровского они выезжали на основанное в 1904 году по Высочайшему произволению в Старом Петергофе подворье Дивеевского монастыря. Александра Федоровна для возложения цветов на могилу умерших близких Ей раненых воинов часто посещала устроенное Ею Братское кладбище. На свои средства она обустраивает здесь деревянную церковь. Храм будет построен за два месяца и 4 октября 1915 года освящен во имя иконы Божией Матери «Утоли моя печали» в присутствии Их Величеств.

С начала Первой мировой войны Царская семья не выезжает на отдых в Крым, как во все предыдущие годы. Несмотря на болезни детей и самой Императрицы, служение своему народу считалось важнее личного здоровья. Лишь в мае 1916 года Царская Семья на несколько дней выедет из Ставки, расположенной в Могилеве по маршруту Киев – Винница – Одесса – Севастополь «для подъема морального духа армии и тыла», как будет написано в официальной хронике.

Поездки Императрицы с детьми в Ставку были нечастыми, хотя для них всех увидеть Отца было большой радостью. Перед отъездом Княжны обязательно ходили к раненым попрощаться, а по возвращении в тот же день спешили в госпиталь.

Младшие Великие княжны Мария и Анастасия, хотя и не работали в госпитале постоянно, по-своему приносили большую пользу выздоравливающим раненым. Рядом с Федоровским собором был построен в стиле древнерусских посадов Федоровский городок, обнесенный кремлевской стеной со сторожевыми башнями и бойницами, каменными с богатой резьбой воротами. В городке было пять домов. В двух из них размещался госпиталь для офицеров и нижних чинов имени Великих княжон Марии и Анастасии. Сюда приходили княжны почти каждый день, о чем пишет Анастасия Отцу: «Вчера мы как и каждый вечер поехали в лазарет…»2. Обладая удивительно жизнерадостным и веселым характером, княжны играли с выздоравливающими воинами в разные игры или просто беседовали.

***

Основным источником для данной книги послужили дневниковые записи и письма Дочерей Императора Николая II Великих княжон Ольги, Татьяны, Марии и Анастасии. Разделив со своими Венценосными родителями тернистый путь в ссылку, Царевны увозят с собой дорогие для них вещи, в том числе свои личные записи и переписку. В Тобольске, при учащении обысков и враждебных проявлений охраны, княжны уничтожают большую часть своего архива. 9 апреля 1918 года Государь запишет в своем дневнике: «Узнали о приезде чрезвычайного уполномоченного Яковлева из Москвы; Он поселился в Корниловском доме. Дети вообразили, что он сегодня придет делать обыск и сожгли все письма, а Мария и Анастасия даже свои дневники». (Дневники Императора Николая II, М., 1991.) После мученической кончины Царской Семьи их личные бумаги перевозят из Екатеринбурга в Московский Кремль, где в одном из зданий создается Спецархив. Затем сюда стали поступать документы из Императорских и Великокняжеских дворцов. Спецархив получил название «Новоромановского». Его фонды будут выделены во 2-е отд. Государственного архива РСФСР в секцию А (политическую). Многие годы о фондах Семьи Романовых будет известно только редким специалистам. Пройдя многочисленные архивные реорганизации и перемещения, в 1962 году он вместе с другими документами по Истории Российской империи перейдет в Государственный архив Октябрьской Революции (ЦГАОР), который с 1991 года сменит название на ГАРФ. В архиве сформирован 51 фонд Императорской фамилии. От Императоров Александра I до Николая II, включая Императриц, Великих князей и княгинь. Среди них небольшие личные фонды Великих княжон:

Ольга Николаевна Романова – ф. 673, оп. 1271 ед. хранения.

Документы датируются 1895 – 1917 годами. Фонд включает: детские письма к родителям, ученические тетради и сочинения, записные и памятные книжки, в которые записывались любимые стихи, выписки текстов из духовных книг (в основном из Патериков), молитвы, рассказы Григория Распутина, перечень прочитанных книг, русские народные песни. Особенно ценна сохранность ее дневников, которые Княжна вела с 9-летнего возраста на русском языке. Первая запись сделана 1 января 1905 («Я была в церкви с Папа и Мама»), последняя 15 марта 1917 года, далее листы дневника вырваны. Краткие записи о событиях дня, занятиях и встречах велись ежедневно в течение года. Лишь в ранние годы встречаются пропуски. С годами дневниковые записи велись аккуратней. Записи раскрывают душевный мир русской девушки. В годы войны события, происходившие в лазарете, где Ольга Николаевна работала медицинской сестрой, заполняют всю ее жизнь, что находит отражение в ее записях. Сострадание к раненым воинам, геройски сражавшимся за свое Отечество, преданность и любовь к родителям, упование на милость Божию, постоянно читаются в ее кратких записях. Сохранилось 12 записных книжек с дневниковыми записями Великой княжны. С 1905 по 1912 год – это выполненные на заказ памятные книжки (9х13), на каждый год разного цвета, в шелковых переплетах с муаровой подкладкой, золотыми обрезом и датой на обложке. С 1913 по 1916 год – в больших тетрадях с темными кожаными переплетами, в которых умещались записи за год и несколько месяцев следующего. Дневник за 1910 год отсутствует. После марта 1917 года сохранились записи только духовного содержания. В записной книжке на титульном листе надпись: «Ольга Романова от Мамы – 21 марта 1917 года Царское Село». Записи начинаются завещанием святого Серафима Саровского, которого Царская Семья особо чтила: «Надобно всегда терпеть, и все чтобы ни случилось, Бога ради с благодарностью… «. Находятся в фонде и документы, отражающие ее общественную деятельность, связанную с работой в лазарете и попечительством Комитетов Ее имени, военные рапорты полков, шефом которых она являлась. Семейные фотографии и альбомы. Переписка с родственниками и друзьями.

Татьяна Николаевна Романова. Ф. 651, оп. 1325 ед. хранения.

Личные документы Великой княжны, отражающие ее внутренний мир и ее деятельность, во многом схожи со старшей сестрой, но имеют свою индивидуальность. Ее своеобразный почерк с одинаково заостренными буквами, аккуратные записи говорят о внутренней собранности и целенаправленности. Татьяна Николаевна более двух военных лет почти без перерыва проработала хирургической сестрой в госпитале. В записных книжках с текстом духовного содержания много того, что есть в записях Матери Императрицы. На титульных листах дарственные надписи «от Мамы». Вместе Они трудились сестрами милосердия, постоянно посещали богослужения, проводили вечера за чтением. Ее дневниковые записи сохранились с 1907 по 1916 год. Кроме дневника за 1911 год. Последняя запись сделана 24 октября 1916 года. Вероятно, следующая тетрадь, в которую входили записи конца 1916 года и записи 1917 года, была ею уничтожена. В указанном в описи архива дневнике за 1917 год на титульном листе надпись: «Татьяна, Тобольск, 1917 г. » На страницах записи из духовного наследия Св. Отцов Церкви. Заполнены 70 авторских страниц. Последняя запись: «Скорбь Ваша неописуема. Скорбь спасителя в Гефсиманском саду за грехи мира – безмерная, присоедините вашу скорбь к Его скорби и в ней найдете утешение. Пр. Иоанн Кронштадтский».

Интересна записная книжка с автографами раненых офицеров, которые находились на излечении в Дворцовом лазарете, позднее переименованном в Собственный Ее Императорского Величества Александры Федоровны. В фонде находится большая ее переписка, в том числе письма от Отца и Матери. Документы, связанные с работой комитетов Ее Имени, рапорты от командиров полков о ходе военных действий и многочисленные отчеты и донесения на Ее имя от благотворительных организаций, в которых принимала участие Великая княжна. Фотографии и фотоальбомы.

Мария Николаевна, фонд 685, оп. 1278 ед. хр.

В фонде довольно много документов, связанных с деятельностью лазаретов и санитарных поездов Ее имени. Телеграммы, рапорты и письма от командиров полков и офицеров. Большая переписка. Из личных бумаг сохранилось только три дневника княжны за 1912, 1913, 1916 годы. Это нарядные записные книжки в шелковых переплетах, украшенных золотыми монограммой, датами, виньетками. Страницы переложены засушенными цветами. Лаконичные записи, лишенные эмоциональной окраски, писались ежедневно. В данном издании приводятся выборочные дни из дневника за 1916 год. Живой и общительный характер Великой княжны сокрыт в этих записях, но раскрывает ее организованность и умение кратко изложить главное. Неслучайно в тяжелые годы гонений Родители именно Ее выберут для сопровождения при переезде из Тобольска. Строгая записная книжка, как у старших сестер, в синем кожаном переплете с золотой монограммой Марии Николаевны осталась незаполненной. Княжна только начала переписывать в нее любимое стихотворение – «Казачью колыбельную» Лермонтова «Спи, младенец мой прекрасный, баюшки баю…».

Анастасия Николаевна, фонд 683, оп. 1129 ед. хранения.

Записных книжек и дневниковых записей Великой княжны не сохранилось. Несколько ученических тетрадей, сочинения, детские рисунки, письма от Родителей, сестер, Царевича Алексея, от друзей и знакомых. Документы, связанные с лазаретами Федоровского городка и Большого Дворца: подробная история болезни раненого стрелка, сведения о движении больных и раненых нижних чинов, рапорты старших врачей санитарных поездов со списками раненых, рапорты от командира полка о ходе военных действий. Семейные альбомы с фотографиями.

Письма Великих княжон к Отцу Императору Николаю Александровичу находятся в Его личном фонде 601, оп. 1, ед. хранения: 1317, 1318, 1359, 1291, 1155. При каждом отъезде Государя на фронт Дочери писали ему ежедневно по очереди. В данном издании письма приводятся выборочно.

Выдержки из писем Государыни Императрицы Александры Федоровны Мужу, которая также писала их ежедневно при расставании, перепечатываются по изданию «Переписка Николая и Александры Романовых, тома III, IV, V. Центрархив. М., 1927 г.». Подлинные письма Государя Императора Николая Александровича и Императрицы Александры Федоровны, со времени их помолвки до мученической кончины, хранятся в ГАРФ в Их личных фондах.

Письма Великой княгини Ольги Александровны Великим княжнам Ольге, Татьяне, Марии и Анастасии хранятся в Государственном архиве РФ в личных фондах княжон.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *