Последование отпевания

Скачать в формате Microsoft Word

Как помочь душе человека перед смертью тела

Церковь, имевшая попечение о каждом православном с момента его рождения, не может оставить его и в этот последний страшный час. Церковные правила обязывают священников делать все возможное для того, чтобы умирающий не остался без предсмертного напутствия Святыми Дарами. Единственное требование — он должен находиться в сознании, чтобы принести Господу последнее покаяние. «Приходит игумен, — читаем в старинном Требнике, — к мирскому же отец его духовный, и вопрошает, аще есть кое слово, или дело забвения ради, или студа, или кая злоба к коему брату неисповедана, или непрощена есть, вся должен есть изыскивати и вопрошати по единому умирающаго».

Предсмертное Причащение может совершаться в любое время и без соблюдения условий, необходимых для здоровых (пост, молитвы и т. д.), по чину Причащения больных. Причащение может соединяться с Елеосвящением, или Соборованием. После Причастия священник читает у постели умирающего (при явных признаках приближающейся смерти) так называемую отходную молитву: Канон молебный ко Господу Богу нашему Иисусу Христу и Пречистей Богородице, Матери Господней при разлучении души от тела всякаго правовернаго.

В случае отсутствия священника, родственники смогут сами прочитать Канон молебный ко Господу и Пречистей Богородице. Опустив начальный возглас священника: Благословен Бог, мирянин начинает чтение со слов: Молитвами святых отец наших… Чтение следует начинать при первых же признаках надвигающейся кончины. При чтении Канона возжигаются свеча и лампадка перед домашней иконой.

Этот канон читается «от лица человека с душею разлучающагося и не могущаго глаголати» и имеется в православных молитвословах.

Для умирающих младенцев (детей до семи лет) из-за отсутствия грехов, перечисляемых в каноне, которые несвойственны им по малолетству, канон не читается.

Кроме канона при разлучении души от тела еще существует «Чин, бываемый на разлучение души от тела, когда человек долго страждет». Этот чин читается над человеком, который испытывает тяжкие предсмертные мучения и никак не может умереть (как правило, читается священником).

После смерти тела человека над ним немедленно читается Последование по исходе души от тела.

* * *

Аудио:

Приходит игумен, к мирскому же отец его духовный, и вопрошает, аще есть кое слово, или дело забвения ради, или студа, или кая злоба к коему брату неисповедана, или непрощена есть, вся должен есть изыскивати и вопрошати по единому умирающаго.

Перевод: К умирающему приходит игумен, к мирянину его духовный отец, и спрашивает, не имеет ли он озлобления против кого-либо из братьев или какого слова или дела, по забвению или стыду неисповеданным и непрощенным. Всё это духовник должен, в отдельности перечисляя, спросить у умирающего.

Посем начинает иерей: Благослове́н Бог наш, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в. (Аще ли мирский: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас. Ами́нь.)

После этого начинает священник: Благословен Бог наш, ныне и всегда, и во веки веков. Аминь. (Если мирянин: По молитвам святых отцов наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас. Аминь.)

Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Tрижды)

Святой Боже, Святой Крепкий, Святой Бессмертный, помилуй нас.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу, и ныне, и всегда, и во веки веков. Аминь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Святейшая Троица, помилуй нас; Господь, очисти грехи наши; Владыка, прости беззакония наши; Святый, прииди и уврачуй бессилие наше — для Твоей славы.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х! Да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Отче наш, Сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да придёт Царство Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам сегодня; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас во искушение, но избавь нас от лукавого.

Го́споди, поми́луй (12 раз).

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу. (Поклон)

Придите, поклонимся Царю нашему, Богу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу. (Поклон)

Придите, поклонимся и припадем ко Христу, Царю, нашему Богу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему. (Поклон)

Придите, поклонимся и припадем к Самому Христу, Царю и Богу нашему.

Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; яко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой пре́до мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твое́го и Ду́хом влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́ныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на oлта́рь Твой тельцы́.

Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей и по множеству щедрот Твоих изгладь беззаконие моё; совершенно омой меня от беззакония моего, и от греха моего очисти меня. Ибо беззаконие моё я знаю, и грех мой всегда предо мною. Тебе, Единому, я согрешил и злое пред Тобою сотворил, — да будешь оправдан в словах Твоих и победишь, если вступят с Тобою в суд. Ибо вот, я в беззакониях зача́т, и во грехах родила́ меня мать моя. Ибо вот, Ты истину возлюбил, сокрытое и тайное премудрости Твоей мне открыл. Ты окропи́шь меня иссо́пом — и буду очищен; омоешь меня — и сделаюсь белее снега, дашь мне услышать радость и веселие — возрадуются кости ослабевшие. Отврати лицо Твоё от грехов моих и все беззакония мои изгладь. Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и Дух Правый обнови внутри меня. Не отринь меня от лица́ Твоего и Духа Твоего Святого не отними от меня. Возврати мне радость спасения Твоего и Духом Владычественным утверди меня. Научу беззаконных путям Твоим, и нечестивые к Тебе обратятся. Избавь меня от крове́й, Боже, Боже спасения моего, возрадуется язык мой правде Твоей. Господи, Ты откроешь уста мои, и уста мои возвестят хвалу Твою. Ибо если бы жертвы Ты восхотел, я дал бы её, — к всесожжениям не будешь благоволи́ть. Жертва Богу — дух сокрушённый, се́рдца сокрушённого и смиренного Бог не пре́зрит. Облагодете́льствуй, Господи, во благоволе́нии Твоём Сион, и да будут воздвигнуты стены Иерусалима, — тогда примешь благосклонно жертву правды, возношение и всесожжения, тогда возло́жат на алтарь Твой тельцов.

Канон молебный Господу нашему Иисусу Христу и Его Пречистой Матери, при разлучении души с телом1

Глас 6-й

Песнь 1

Ирмо́с: Я́ко по су́ху пешеше́ствовав Изра́иль, по бе́здне стопа́ми, гони́теля фарао́на ви́дя потопля́ема, Бо́гу побе́дную пе́снь пои́м, вопия́ше.

Перевод:2 Израиль, прошедши пешком по бездне морской, как по суше, и видя преследователя Фараона утопавшим, восклицал: воспоем Богу победную песнь.

Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Ка́плям подо́бно дожде́вным, зли́и и ма́лии дни́е мои́, ле́тним обхожде́нием оскудева́юще, пома́лу исчеза́ют уже́. Влады́чице, спаси́ мя.

Мои скорбные и короткие дни, быстро истекая, подобно каплям дождевым, своим течением уже к концу приходят. Владычица, спаси меня.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Твои́м благоутро́бием и мно́гими щедро́тами Твои́ми, Влады́чице, преклоня́ема есте́ственно, в час сей ужа́сный предста́ни ми, Помощни́це Непобо́римая.

О, Владычица! Ты, по свойственной Тебе любви и безграничным Твоим щедротам склоняющаяся к мольбам, явись и для меня в этот ужасный час Непобедимой Помощницей.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Содержи́т ны́не ду́шу мою́ страх вели́к, тре́пет неисповеди́м и боле́знен есть, внегда́ изы́ти ей от телесе́, Пречи́стая, ю́же уте́ши.

Великий страх, невыразимый и мучительный трепет охватил мою душу ныне, при выходе её из тела. Утешь же её, Пречистая.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Гре́шным и смире́нным изве́стное прибе́жище, о мне извести́ Твою́ ми́лость, Чи́стая, и бесо́вския изба́ви руки́, я́коже бо пси мно́зи обступи́ша мя.

Верное прибежище для грешных и смиренных, Чистая Дева, яви на мне Твою милость и спаси от руки бесов, потому что, как стая псов, они окружили меня.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Се вре́мя по́мощи, cе вре́мя Твоего́ заступлéния, се, Влады́чице, вре́мя, о нéмже день и нощь припа́дах те́пле и моля́хся Тебе́.

Вот, Владычица, время помощи, вот время Твоей защиты, вот тот час, о котором день и ночь я горячо молился, припадая к Тебе.

Песнь 3

Ирмо́с: Несть свят, я́коже Ты, Го́споди Бо́же мой, вознесы́й рог ве́рных Твои́х, Бла́же, и утверди́вый нас на ка́мени испове́дания Твоего́.

Ирмос: Нет столь Святого, как Ты, Господи Боже мой, возвысивший достоинство верующих в Тебя, Милосердный, и утвердивший нас на камне исповедания Твоего.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Издале́ча сего́ дне, Влады́чице, прови́дя, и того́ я́ко прише́дша помышля́яй при́сно, слеза́ми те́плыми моля́хся не забы́ти мене́.

Давно предвидя этот день и непрестанно думая о нем, как о наступившем, я с горячими слезами Тебе, Владычица, молился, чтобы не забыла Ты меня.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Обыдо́ша мя мы́сленнии рыка́юще ски́мны, и и́щут восхи́тити и растерза́ти мя го́рце, и́хже зу́бы, Чи́стая, и че́люсти сокруши́ и спаси́ мя.

Окружили меня рыкающие духовные львы и ищут похитить и безжалостно растерзать меня. Но Ты, Чистая Дева, сокруши их зубы и челюсти и спаси меня.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Уга́сшу у́бо отню́д орга́ну слове́сному, и связа́вшуся язы́ку, и затвори́вшуся гла́су, в сокруше́нии се́рдца молю́ Тя, Спаси́тельнице моя́, спаси́ мя.

Итак, уже совершенно омертвевшими устами, связанным языком, беззвучным голосом я в сердечном сокрушении молю Тебя: спаси меня, моя Спасительница.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Приклони́ у́хо Твое́ ко мне, Христа́ Бо́га моего́ Ма́ти, от высоты́ мно́гия сла́вы Твоея́, Блага́я, и услы́ши стена́ние коне́чное и ру́ку ми пода́ждь.

О Милосердная Мать Христа Бога моего! Склони ко мне с высоты Твоей величественной славы Твое ухо и, услышав мое последнее стенание, подай мне руку помощи.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Не отврати́ от мене́ мно́гия щедро́ты Твоя́, не затвори́ утро́бу Твою́ человеколю́бную, Чи́стая; но предста́ни ми ны́не и в час су́дный помяни́ мя.

Не лиши меня Твоих обильных милостей, Чистая Дева, и не затвори Свое человеколюбивое сердце, но поспеши ныне ко мне и в час суда вспомни меня.

Песнь 4

Ирмо́с: Христо́с моя́ си́ла, Бог и Госпо́дь, честна́я Це́рковь боголе́пно пое́т, взыва́ющи, от смы́сла чи́ста о Го́споде пра́зднующи.

Христос — сила моя, Бог и Господь мой», — с благоговением громогласно поёт Святая Церковь, от чистого сердца торжествуя о Господе.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Умове́ние согреше́нием, ток сле́зный ны́не положи́, Блага́я, се́рдца моего́ сокруше́ние прие́млющи: о Тебе́ утвержда́ющу упова́ние, Блага́я, егда́ ка́ко стра́шнаго мя изба́виши о́гненнаго муче́ния, я́ко Сама́ благода́ти еси́ исто́чник, Богороди́тельнице.

Прими, Милосердная Богородительница, мое сердечное сокрушение и даруй мне поток слез, смывающий грехи, ибо я твердо надеюсь на Тебя, Милостивая, что Ты избавишь меня от страшного огненного мучения, потому что Ты Сама являешься источником благодати.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Непосты́дное и Непогреши́тельное всем, и́же в ну́ждах, прибе́жище, Влады́чице Пренепоро́чная, Ты ми бу́ди Засту́пница в час испыта́ния.

Верное и священное прибежище всех нуждающихся Ты, Пренепорочная Владычица, будь и моей Заступницей в час испытания.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Просте́рши Пречи́стеи Твои́ и Всечестне́и ру́це, я́ко свяще́ннии голуби́не криле́, под кро́вом и се́нию тех покры́й мя, Влады́чице.

Простри, Владычица, Свои пречистые и пресвятые руки, как священные крылья голубки, и укрой меня под их кровом и сенью.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Возду́шнаго кня́зя наси́льника, мучи́теля, стра́шных путе́й стоя́теля и напра́снаго сих словоиспыта́теля, сподо́би мя прейти́ невозбра́нно отходя́ща от земли́.

Удостой меня, уходящего с земли, пройти беспрепятственно царство воздушного князя — властителя, мучителя, стража ужасных путей и на этих путях внезапного обличителя.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Се мя, Влады́чице, страх усре́те, его́же и боя́хся; се по́двиг вели́к объя́т мя, в не́мже бу́ди ми Помо́щница, Наде́жде спасе́ния моего́.

Вот, Владычица, охватил меня тот страх, ожидая которого я томился, вот настал для меня тяжкий подвиг, в котором и будь моей Помощницей, ибо Ты Надежда в моем спасении.

Песнь 5

Ирмо́с: Бо́жиим све́том Твои́м, Бла́же, у́тренюющих Ти ду́ши любо́вию озари́, молю́ся, Тя ве́дети, Сло́ве Бо́жий, И́стиннаго Бо́га, от мра́ка грехо́внаго взыва́юща.

Ирмос: Божественным Своим светом, Милосердный, просвети души с ранней зари обращающихся к Тебе — усердно молюсь я, чтобы знать Тебя Божие Слово, Истинного Бога, от мрака грехов призывающего к Себе.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Не забу́ди мя, Блага́я, ниже́ отврати́ от мене́, Твоего́ о́трока, лице́ Твое́, но услы́ши мя, я́ко скорблю́, и вонми́ души́ мое́й, и сию́ изба́ви.

Не забудь меня, Милосердная Владычица, и не отклони Твоего лица от меня, раба Твоего, но услышь меня, ибо я скорблю, внемли душе моей и избавь ее.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

И́же по пло́ти, сро́дницы мои́, и и́же по ду́ху бра́тие, и дру́зи, и обы́чнии зна́емии, пла́чите, воздохни́те, се́туйте, се бо от вас ны́не разлуча́юся.

Плачьте, вздыхайте, скорбите, все мои родные по плоти и братья по духу, друзья и все знакомые, ибо вот теперь я разлучаюсь с вами.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Ны́не избавля́яй ника́ко и помога́яй вои́стинну никто́же. Ты помози́ ми, Влады́чице, да не я́ко челове́к безпо́мощен, в рука́х враг мои́х затворе́н бу́ду.

Воистину нет теперь никого избавляющего меня, нет никого помогающего мне, поэтому Ты, Владычица, помоги мне, чтобы я, как беспомощный человек, не остался в руках моих врагов.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Вше́дше, святи́и мои́ А́нгели, предста́ните суди́щу Христо́ву, коле́не свои́ мы́сленнеи прекло́ньше, плаче́вне возопи́йте Ему́: поми́луй, Тво́рче всех, де́ло рук твои́х, Бла́же, и не отри́ни его́.

Святые ангелы мои, войдите и предстаньте пред судом Христовым и, преклонивши свои духовные колена, с плачем воззовите ко Христу: Милосердный Творец всего, помилуй и не отвергни создание Своих рук.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Покло́ньшеся Влады́чице и Пречи́стей Ма́тери Бо́га моего́ помоли́теся, я́ко да прекло́нит коле́на с ва́ми, и прекло́нит Его на ми́лость: Ма́ти бо су́щи и пита́тельница услы́шана бу́дет.

Поклонившись Владычице — Пречистой Матери Бога моего, помолитесь, святые ангелы, чтобы вместе с вами Она преклонила Свои колена склонила Господа на милость ко мне, ибо как Его Мать и Питательница, Она будет услышана.

Песнь 6

Ирмо́с: Жите́йское мо́ре, воздвиза́емое зря напа́стей бу́рею, к ти́хому приста́нищу Твоему́ прите́к, вопию́ Ти: возведи́ от тли́ живо́т мой, Многоми́лостиве.

Ирмос: Смотря на житейское море, волнуемое бурею искушений, и, укрывшись в Твою тихую пристань, я взываю к Тебе: спаси от погибели жизнь мою, Многомилостивый.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Устне́ мои́ молча́т, и язы́к не глаго́лет, но се́рдце веща́ет: огнь бо сокруше́ния сие́ снеда́я внутрь возгара́ется, и гла́сы неизглаго́ланными Тебе́, Де́во, призыва́ет.

Уста мои молчат, язык не говорит и одно только сердце, пожираемое внутри возгоревшимся огнем страдания, говорит невыразимыми голосами, призывая Тебя, Дева.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

При́зри на мя свы́ше, Ма́ти Бо́жия, и ми́лостивно вонми́ ны́не на мое́ посеще́ние сни́ти, я́ко да ви́дев Тя, от телесе́ изы́ду ра́дуяся.

Матерь Божия, воззри с небес с любовью на меня и, милостиво ныне вняв мне, сойди посетить меня, чтобы, увидевши Тебя, я с радостью вышел из тела.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Растерза́еми соу́зы, раздира́еми зако́ни есте́ственнаго сгуще́ния, и составле́ния всего́ теле́снаго, ну́жду нестерпи́мую и тесноту́ сотворя́ют ми.

Вот расторгается связь души с телом, вот разрушаются законы природного соединения и состава всего тела, причиняя мне невыносимые страдания и скорбь.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Святы́х А́нгел свяще́нным и честны́м рука́м преложи́ мя, Влады́чице, я́ко да тех кри́лы покры́вся, не ви́жу безче́стнаго и смра́днаго и мра́чнаго бесо́в о́браза.

Вручи меня, Владычица, в священные чистые руки святых ангелов, чтобы, укрывшись под их крыльями, я не увидел бесчестных, ужасных, мрачных образов бесов.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Черто́же Бо́жий всече́стне, небе́сному разу́мному черто́гу сподо́би мя, мою́ уга́сшую и несия́ющую свещу́ вже́гши, святы́м еле́ем ми́лости Твоея́.

Святейшая Дева, Чертог Божий! Удостой меня небесного духовного Чертога, зажегши святым елеем Своей милости мою несияющую угасшую свечу.

Кондак, глас 6-й:

Душе́ моя́, душе́ моя́, воста́ни, что спи́ши, коне́ц приближа́ется, и ну́жда ти мо́лвити: воспряни́ у́бо, да пощади́т тя Христо́с Бог, И́же везде́ сый, и вся исполня́яй.

Душа моя, душа моя, восстань! Что ты спишь? Конец приближается и от страха ты смутишься; встань же, чтобы пощадил тебя Христос Бог, Вездесущий и все Наполняющий.

Икос

Христо́во врачевство́ ви́дя отве́рсто, и от сего́ Ада́му источа́юще здра́вие, пострада́в уязви́ся диа́вол, я́ко беды́ прие́мля рыда́ше, и свои́м друго́м возопи́: что сотворю́ Сы́ну Мари́ину? Убива́ет мя Вифлее́млянин, И́же везде́ сый и вся исполня́яй.

Видя открытым Христово врачевство и источающееся из него исцеление Адаму, страдает пораженный диавол; рыдает он, весь израненный, и взывает к своим друзьям: что я сделаю Сыну Марии? Убивает меня Этот Вифлеемлянин, Вездесущий и все Наполняющий.

Песнь 7

Ирмо́с: Росода́тельну у́бо пещь соде́ла А́нгел, преподо́бным отроко́м, халде́и же опаля́ющее веле́ние Бо́жие, мучи́теля увеща́ вопи́ти: благослове́н еси́, Бо́же оте́ц на́ших.

Ирмос: Росоносною сделал ангел печь для благочестивых юношей, а воля Божия, попалившая халдеев, заставила властителя восклицать: Благословен Ты, Бог отцов наших.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Нощь сме́ртная мя пости́же негото́ва, мра́чна же и безлу́нна, препуща́ющи непригото́влена к до́лгому о́ному пути́ стра́шному; да спутеше́ствует ми Твоя́ ми́лость, Влады́чице.

Мрачная и безлунная ночь смерти застала меня неготовым и принуждает меня идти неприготовленным к этому длинному страшному пути; о, Владычица, да сопутствует мне Твоя милость.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Се вси дни́е мои́ исчезо́ша вои́стинну в суете́, я́коже пи́шется, и ле́та моя́ со тща́нием, се́ти же сме́ртныя вои́стинну и го́рькия предвари́ша мою́ ду́шу, я́же мя обдержа́т.

Вот воистину, как написано, все мои дни прошли в суете и лета мои в стенаниях, воистину горькие сети смерти опутали мою душу и владеют ею.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Мно́жество грехо́в мои́х да не возмо́жет победи́ти Твоего́ мно́гаго благоутро́бия, Влады́чице, но да обы́дет мя Твоя́ ми́лость и вся да покры́ет беззако́ния моя́.

Множество моих грехов да не сможет победить Твоего бесконечного милосердия, Владычица, но да окружит меня Твоя милость и да покроет все мои беззакония.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Отводя́щии мя отсю́ду нахо́дят, содержа́ще мя всю́ду: душа́ же моя́ отлага́ет и страши́тся, мно́га испо́лнена мятежа́, ю́же уте́ши, Чи́стая, явле́нием Твои́м.

Всюду окружают и нападают на меня уводящие меня отсюда, душа же моя, наполненная великим смятением, отступает и ужасается, но Ты, Чистая Дева, утешь ее Своим посещением.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Спеча́лующаго ниеди́наго в ско́рби мое́й, ниже́ утеша́ющаго обрето́х, Влады́чице, и́бо дру́зи мои́ и зна́емии вку́пе оста́виша мя ны́не, но, Наде́жде моя́, ника́коже да не оста́виши мя.

Никто, Владычица, не сострадает мне в моей скорби и я не нахожу утешающего, ибо мои друзья и знакомые ныне оставили меня, но Ты, моя надежда, никогда не оставляй меня.

Песнь 8

Ирмо́с: Из пла́мене преподо́бным ро́су источи́л еси́, и пра́веднаго же́ртву водо́ю попали́л еси́, вся бо твори́ши, Христе́, то́кмо е́же хоте́ти. Тя превозно́сим во вся ве́ки.

Ирмос: Из пламени источил Ты росу для благочестивых юношей и водою попалил жертву праведника, ибо Ты, Христе, все творишь одною Своею волею; превозносим Тебя во все веки.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Я́ко Бо́га Человеколю́бца Ма́ти Человеколюби́вая, ти́хим и ми́лостивым вонми́ о́ком, егда́ от те́ла душа́ моя́ отлуча́ется, да Тя во вся ве́ки сла́влю, Свята́я Богоро́дице.

Как Человеколюбивая Мать Человеколюбивого Бога, Пресвятая Богородица, склони на меня Свой кроткий и милостивый взор во время разлучения моей души с телом, чтобы я вечно прославлял Тебя

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Убе́гнути ми ва́рвар безпло́тных полки́, и возду́шныя бе́здны возни́кнути, и к Небеси́ взы́ти мя сподо́би, да Тя во ве́ки сла́влю, Свята́я Богоро́дице.

Удостой меня, Пресвятая Богородица, избежать множества бесплотных разбойников, выйти из воздушной бездны и взойти на небо, чтобы я вечно прославлял Тебя.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Ро́ждшая Го́спода Вседержи́теля, го́рьких мыта́рств нача́льника мироде́ржца отжени́ дале́че от мене́, внегда́ сконча́тися хощу́, да Тя во ве́ки сла́влю, Свята́я Богоро́дице.

О, Пресвятая Богородица, родившая Господа Вседержителя! Ты во время моей кончины далеко отгони от меня миродержца — властителя тяжких мытарств, чтобы я вечно прославлял Тебя.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Вели́кой после́дней глася́щей трубе́, в стра́шное и гро́зное воскреше́ние суда́, воскреса́ющым всем, помяни́ мя тогда́, Свята́я Богоро́дице.

Вспомни меня, Пресвятая Богородица, когда звук последней великой трубы Божией, воскресив, восставит всех для страшного и грозного суда.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Высо́кая Влады́ки Христа́ пала́то, Твою́ благода́ть свы́ше посла́вши, предвари́ мя ны́не в день озлобле́ния, да Тя сла́влю во ве́ки вся, Свята́я Богоро́дице.

Божественное жилище Владыки Христа, Ты, Пресвятая Богородица, ниспослав свыше Свою благодать, поспеши на помощь ко мне ныне, в день бедствия, чтобы я вечно прославлял Тебя.

Песнь 9

Ирмо́с: Бо́га челове́ком невозмо́жно ви́дети, на Него́же не сме́ют чи́ни А́нгельстии взира́ти. Тобо́ю же, Всечи́стая, яви́ся челове́ком Сло́во Воплоще́нно. Его́же велича́юще, с Небе́сными во́и, Тя ублажа́ем.

Ирмос: Бога, на Которого не смеют взирать чины Ангелов, видеть людям невозможно: но чрез Тебя, Всечистая, Он явился людям воплотившимся Словом. Мы вместе с небесными воинствами, величая Его, прославляем Тебя.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

О, ка́ко узрю́ неви́димаго? Ка́ко ужа́сное о́но претерплю́ виде́ние? Ка́ко дерзну́ отве́рсти о́чи? Ка́ко моего́ Влады́ку сме́ю ви́дети, Его́же не престая́х от ю́ности огорчева́я при́сно?

О, как увижу я Невидимого? Как перенесу это страшное лицезрение? Как дерзну я открыть свои глаза и как посмею я смотреть на моего Владыку, Которого я непрестанно огорчал с юности?

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Свята́я Отрокови́це, Богороди́тельнице, на мое́ смире́ние милосе́рдно при́зри, умиле́нное мое́ и после́днее моле́ние сие́ прии́мши, и му́чащаго ве́чнующаго огня́ потщи́ся изба́вити мя.

О, Святая Отроковица Богородительница! Милостиво воззри на мое смирение и, приняв это мое последнее умиленное моление, поспеши избавить меня от вечного мучительного огня.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Хра́мы святы́я оскверни́вшая, скве́рный и теле́сный храм оста́вивши, Тебе́, Бо́жий всечестны́й хра́ме, мо́лит, Отрокови́це Де́во Ма́ти, душа́ моя́ тьмы кроме́шния убежа́ти и лю́таго гее́нскаго жже́ния.

Моя душа, осквернившая святые храмы, оставляя и свой телесный нечистый храм, молит Тебя, Пресвятой Божий Храм — Отроковица Дева Матерь: помоги мне избежать тьмы кромешной и мучительного горения в геенне.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Зря коне́ц бли́зу жития́ моего́, и помышля́я безме́стных мы́слей, дея́ний же, Всечи́стая, ду́шу мою́ де́лательницу, лю́те уязвля́юся стрела́ми со́вести, но прекло́ньшися ми́лостивно, буди́ ми Предста́тельница.

Видя близкий конец своей жизни и размышляя о своей душе, жилище непристойных дел и мыслей, я сильно уязвляюсь стрелами моей совести; Ты же, Чистая Дева, милостиво склонись ко мне и будь моей защитницей.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Сын да́стся нам за ми́лость, Сын Бо́жий и А́нгельский Царь Преве́чный, от чи́стых крове́й Твои́х Челове́к проше́д. Его́же уми́лостиви. Отрокови́це, стра́стней мое́й душе́, исторга́емой лю́те от окая́ннаго моего́ телесе́.

По милости Сын дан нам, Сын Божий, Царь Ангелов, Предвечный Бог, явившийся человеком от чистых кровей Твоих, Дева; умилостивь же Его, Отроковица, о страстной моей душе, в страданиях извлекаемой из несчастного моего тела.

Таже: Досто́йно есть я́ко вои́стину блажи́ти Тя, Богоро́дицу, Присноблаже́нную и Пренепоро́чную и Ма́терь Бо́га на́шего. Честне́йшую Херуви́м и сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу Тя велича́ем (поклон).

Затем: Достойно есть воистину прославлять Тебя, Богородицу, вечно блаженную и пренепорочную и Матерь Бога нашего. Честью высшую Херувимов и несравненно славне́йшую Серафимов, девственно Бога-Слово родившую, истинную Богородицу — Тебя величаем.

1 Требник.

Отпевание и панихиды

Последние часы перед смертью

Оставление полной страданий земной жизни и переход в жизнь вечную есть самый торжественный момент в жизни каждого христианина. Однако родные и близкие, зачастую выросшие в советском или пост-советском обществе, оторванном от христианских традиций, тяжело переживая смерть любимого человека, теряются и предоставляют важное дело проводов православного христианина в последний путь американскому похоронному бюро.

Самое важное, что мы можем сделать для близкого человека перед его кончиной – это пригласить священника, чтобы тот напутствовал уходящего из этого мира человека Святыми Дарами. Не стоит беспокоиться о том, что батюшка занят или устал, на то, что слишком ранний или слишком поздний час или на дальность расстояния. Нужно просто исполнить свой долг перед близким человеком. Не стоит также смущать себя мыслями о том, что болящий может ещё поправиться. Если на то есть воля Божия, то выздоровеет, а если пришёл уже час встречи с вечностью, то ни что не в силах отсрочить этот час, но всё это находится в руках Божиих. Совершенно не обязательно быть при смерти, чтобы причаститься Святых Христовых Таин. Пока ещё есть время, пусть приедет священник, причастит больного, помолится о его выздоровлении и совершит последование святого елея (соборование).

Вот наступил для близкого человека важный момент перехода от временного к вечному. Если священник ещё не успел приехать, то мы сами можем и должны начать читать последование на исход души от тела, т.е. особые молитвословия, которые читаются когда человек ещё жив, но уже не может сам молиться устами. При этом он сердцем и душою присоединяется к произносимым нами словам молитвы и возносит их ко Творцу. Если у вас нет особых молитвословий, то можно читать псалмы. Думается, что неправильно поступают те, кто, хотя и искренне, но лишь рыдают, лишая родного человека последнего молитвенного утешения в этой жизни и усиливая без того достаточные его страдания.

Отпевание и погребение

Чин отпевания мирян (pdf)

Тело усопшего православного христианина омывается, облачается в чистую одежду, покрывается плащаницей, и на голову полагается «венчик», напоминающий нам о нетленных венцах правды, которые Господь приготовил для любящих Его (см. 2-е Тим. 4:8). В руки усопшему даётся крест как символ того, что этот человек, взявши свой крест, следовал за Христом (Лк. 9:23). Кроме креста, не нужно ничего другого класть в гроб вместе с усопшим. Возможно, в земной жизни человек любил какие-то вещи или что-то копил—ничего земного человек не может взять с собой в жизнь вечную, а только накопленное им духовное богатство. Поэтому не нужно ничего класть в гроб с усопшим, кроме креста Христова. Существует практика, согласно которой, в гроб с ушопшим кладутся православные иконы и погребаются вместе с человеком. Эта практика не совсем верна. Гораздо правильнее после отпевания вынуть иконы из гроба и хранить их у себя дома в молитвенную память об усопшем.

Погребение усопшего христианина может совершаться в первый день по смерти, второй, третий или даже позже, в зависимости от сложившихся обстоятельств. Гроб с телом усопшего поставляется в храме, где совершаются погребальные богослужения. День и время отпевания в нашем храме нужно лично обсудить с настоятелем. Погребение православного христианина по возможности должно совершаться на православном кладбище.

Сорокоуст

Сорокоуст—это поминовение усопшего православного христианина на Литургии каждый день в первые сорок дней после смерти, так как именно в первые сорок дней после смерти новопреставленной душе особенно нужна наша молитвенная поддержка. Сорокоуст возможен только в тех храмах, где Литургия служится каждый день—обычно, в соборах с большим числом священнослужителей и в монастырях. В большинстве приходских храмов, где служат только один или два священника, Литургия не служится каждый день, и поэтому служить сорокоуст невозможно. В нашей Западно-Американской епархии сорокоуст можно заказать в кафедральном соборе города Сан Франциско. Более подробную информацию можно получить у отца настоятеля.

Поминальные трапезы

Поминальные трапезы или «поминки» и панихиды бывают в день погребения, на 3-й, 9-й и 40-й дни, а также в годовщину смерти. На поминальные трапезы нужно приглашать не только родственников и друзей, но и по возможности людей бедных, одиноких и скорбящих. Кроме сего, существует достойный всяческих похвал обычай в память об усопших помогать нуждающимся и жертвовать на благотворительные дела.

Панихиды

Панихида—это церковная молитва об усопших православных христианах. Панихиды должно служить в 3-й, 9-й, 40-й дни и годовщину смерти, а также в день именин и любой другой приличиствующий день (кроме нескольких известных дней в году). В нашем храме для того, чтобы отсужить панихиду, необходимо лично обратиться к священнику и договориться о дне и времени службы.

На каждую панихиду можно принести коливо—варёную пшеницу с мёдом или сладкими фруктами. Пшеница напоминает нам о том, что мы тоже должны быть погребены в землю для того, чтобы воскреснуть к новой жизни. А мёд или сладкие фрукты напоминаю нам о сладости будущей жизни с Богом.

Полный текст панихиды русским шрифтом

Сколько это стоит?

Молитвы за усопших, как и любые молитвы, — бесценны. Их нельзя ни купить, ни продать. Традиционно принято, однако, благодарить священника за его время и труды, а также жертвовать на содержание храма. Размеры этих пожертвований определяют родные усопшего христианина, исходя из своих обстоятельств и возможностей. Бедность или финансовые затруднения ни в коем случае не должны быть препятствием к отпеванию или панихиде. Помолиться об усопшем—долг всякого священника, исполнение которого важнее, нежели любая денежная сумма.

Памятка для тех, кто будет пользоваться услугами похоронного бюро

Нужно помнить, что похоронное бюро—это коммерческое предприятие, прямой целью которого является получение денежной прибыли. Конечно, некоторые похоронные услуги очень удобны, но часто похоронному бюро выгодно предложить людям такие вещи и услуги, которые им вовсе не нужны. Те, кто будут пользоваться услугами похоронного бюро, должны помнить следущее:

  • В соответствии со Священным Писанием, христианина не сжигают в печи (т.н. кремация), а хоронят в земле.
  • Гроб должен быть деревянным для того, чтобы позволить телу усопшего христианина естественным образом вернуться в землю. Пластиковые гробы для этой цели не подходят.
  • Нельзя позволять бальзамировать христианина, так как бальзамирование мешает естественному возвращению тела в землю. Если погребение по каким-то причинам откладывается на несколько дней после смерти, то достаточно попросить похоронное бюро воспользоваться холодильной камерой. Во всяком случае, не стоит откладывать погребение более, чем на три дня.
  • В С.Ш.А. часто устраиваются смотрины тела усопшего человека (viewing) в особом зале при похоронном бюро. В православной традиции совершается погребальное богослужение в церкви (т.н. отпевание). Поэтому необходимо позаботиться о том, чтобы гроб с телом православного христианина был привезён в православный храм. После отпевания гроб с телом переносится или перевозится (в зависимости от расстояния) на кладбище для погребения.
  • Над могилой православного христианина устанавливается крест. Некоторые городские кладбища не разрешают что-либо устанавливать над могилой, а лишь класть плоскую плиту. В таком случае нужно позаботиться о том, чтобы на этой плите был изображен крест.

В приложении к этой памятке Вы найдёте бланк «Указания об отпевании и погребении». Этот бланк можно заполнить и хранить в доступном и известном месте, для того, чтобы наши родные могли передать «Указания» в похоронное бюро. Этим можно избежать многих недоразумений, как со стороны похоронного бюро, так и со стороны наших родных.

См. также «О приготовлении к смерти» и «Слово о поминовении усопших»

Чин отпевания мирян (pdf)

Полный текст панихиды русским шрифтом

УДК 82’04; 82-141

А.В. Шунков

«ЧИН ПОГРЕБЕНИЯ МИРСКИХ ЧЕЛОВЕК» (XVI В.)

И ЕГО ТРАДИЦИЯ В ПОЭТИЧЕСКОМ ТВОРЧЕСТВЕ Г.Р. ДЕРЖАВИНА

Статья посвящена проблеме взаимодействия документальной и литературной традиций в отечественной словесности. В контексте церковно-обрядовой традиции Древней Руси рассматривается ода Г.Р. Державина «На смерть князя Мещерского». В ходе проведенного анализа выявлен комплекс художественных мотивов, звучащих в оде, привнесенных из обрядового текста XVI в. «Чин погребения мирских человек». Доказано, что мотивный комплекс оды сформирован благодаря заимствованию из литургических источников основных мотивов: сна (успения), скоротечности времени.

Ключевые слова: церемониальные жанры Древней Руси, литературная традиция, духовная ода.

Обрядово-церемониальные тексты («чины») Древней Руси — особая жанровая форма, имевшая свое определенное практическое предназначение: представить подробное описание процесса конструирования в церемониальной практике идеального универсума, призванного заменить один мир (несовершенный) другим, приведенным к гармонии. Это определенный пласт в древнерусской книжности, в котором запечатлены представления человека о мире, месте человека в нем. Можно сказать, что «чины» формировали картину гармоничного мира, основой которого являлся принцип иерархии. Этот мир, созданный «чином», мыслился как существующий вечно, и человек должен был войти в это время, подчинить сегодняшнее вечному. В связи с этим другая задача, которая решалась «чинами», — это оформление повседневности в торжественные вечные формы. «Чин» должен был дать человеку возможность ощутить свою сопричастность с вечным временем, освященным Богом.

Ранее мы уже рассматривали одну из разновидностей «чинов», условно называемых светскими (придворными), и на примере книжнодокументального текста «Книга глаголемая Урядник: новое уложение и устроение чина сокольничья пути» (1656 г.) показали их роль в формировании новой культурной семиотической парадигмы в России середины XVII в. «Урядник сокольничья пути» дал возможность увидеть начало процесса перехода обряда в театральное зрелище, механизм проведения которого разрабатывался и записывался при непосредственном участии самого царя как редактора. Таким образом, отечественная традиция светских (придворных) церемониалов XVII в. заложила основы русской драматургии, отражавшей изменившиеся культурные ориентиры повседневной жизни в первую очередь

царя Алексея Михайловича 1. Как известно, при Фёдоре Алексеевиче, при отсутствии с его стороны интереса к потехе, театральные постановки были прекращены 2 до начала XVIII в.

Церковные «чины» также оказали влияние на русскую литературу Нового времени. Один из наиболее известных вариантов трансформации текста церковной службы, ее пародирование, представлен сатирической повестью XVII в. «Служба кабаку» («Праздник кабацких ярыжек») , традиционно рассматриваемой как образец русской смеховой культуры. Повесть исследована предельно полно в контексте проблемы секуляризации русской культуры и литературы, развития демократической литературы и сатиры, присутствия в ней пародийного начала, поэтому нет смысла останавливаться на ней еще раз подробно. Приведем только один интересный исторический факт, на который в свое время обратила внимание Е.К. Ромодановская, исследуя проблему зарождения пародии в древнерусской литературе 3. «Служба кабаку» настолько приобрела популярность и породила такое неоднозначное к ней отношение со стороны духовенства (как низшего, так и высшего) в XVIII столетии, что это привело к принятию необходимых мер: проведению консисторских судов над «Службой кабаку». Как доказательства сохранились следственные дела этих судов, одно из них датировано 1727-1729 гг., другое — 1756 г.

Нас интересует в контексте рассматриваемой проблемы другой ее аспект: как литература Нового времени могла осмыслить традицию церковнообрядовых текстов, причем не отдельных каких-либо фрагментов, звучащих на уровне мотива (например, псалмопевческая традиция в русской поэзии

), а именно целый ритуальный канонический текст всей службы, ее определенного чина.

Одним из ярких таких примеров обращения к обрядово-церемониальному тексту и создания на его основе лирического произведения является ода Г.Р. Державина «На смерть князя Мещерского», которая удивительным образом коррелирует с церковным «Чином погребения мирских человек» (XVI в.)4, утвержденным патриархом Никоном и в течение всего последую-

1 «Только Алексей Михайлович, сидя в кресле перед сценой, чувствовал себя совершенно свободно: он занимал то положение в зрительном зале, которое было нормальным, если оценивать его в свете театральных представлений Нового времени. Но в условиях своего времени царь был не только единственным зрителем театра, он был его полновластным владельцем. Он учредил театр, санкционировал расходы на его устройство, предписал театру сюжет пьесы, устанавливал место и время спектаклей, мог награждать или наказывать исполнителей. Этот зритель получил желанную возможность, ни в чем не поступаясь своим достоинством, уже почти «божественным», взирать критическим оком на простиравшуюся перед ним сцену, на которой с равным рвением исполняли свои обязанности и бояре реальные, и «бояре» театральные» .

2 Известна точная дата (15 декабря 1676г., спустя почти год после смерти Алексея Михайловича, скончавшегося 30 января 1676 г.), когда царь Фёдор Алексеевич приказал весь театральный реквизит (музыкальные инструменты, декорации и пр.) вывезти за ненадобностью из палат Аптекарского приказа, где при Алексее Михайловиче шли театральные постановки. Подробнее см.: .

3 В своей книге автор, ссылаясь на известную работу В.П. Адриановой-Перетц «У истоков русской сатиры», также приводит другой пример пародирования церковной службы, но имеющей уже отношение к XIX столетию, — использование Н.Ф. Щербиной в своем поэтическом творчестве формы сатирического акафиста .

4 Современный церковный обряд погребения умершего человека утвердился еще в XVI в. и на протяжении уже долгого времени не менялся. Не подвергалась трансформации и композиция чина.

щего времени и до сегодняшнего дня не менявшимся. Мы не будем излагать в деталях историю составления данного чина, поскольку она подробно рассмотрена в православной богословской литературе. Отметим только то, что чин имеет свою строго продуманную композицию, состоящую из трех основных частей. Однако задача «чиновника» (церемониального текста) заключается не только в изложении и описании обряда, но и в закреплении за определенным этапом совершаемого ритуального действа слова, сопровождающего обряд. И в этом случае документальный по своей природе текст становится интересным с позиции ораторского искусства, актуализируя уже его литературную составляющую.

Литературная компонента проявляется через комплекс художественных мотивов, звучащих на протяжении всего обряда. Такими мотивами являются: мотив времени (скоротечности земной жизни), мотив утраты, мотив сна/успения (вечного сна) и др. Мотивный комплекс чина сформирован благодаря библейским и литургическим, богословским источникам, на основе которых и составлено само действо: псалмы (90, 118, 50), 8 стихир преп. Иоанна Дамаскина, тропари, молитвы.

Наиболее сильным по эмоциональному воздействию является вторая часть чина, в которую входят 8 стихир преп. Иоанна Дамаскина, образующих непрерывную проповедь о суете жизни, ее скоротечности, тленности земного мира и бессмысленности человеческих усилий найти счастье в материальных

ценностях. «Глас 4. — ГдЬ есть мирьское пристрастие; гдк есть маловремен-

ныхъ мечташе; гдЬ есть злато и сребро; гдЬ есть рабъ множество и плищи.

«Глас 8. — Плачася и рыдаа, егда помышляю смерть. И видЬхъ въ гробЪхъ лежащую по образу божто созданную нашу красоту, безобразну и безславну,

неимущю видЪша. О чюдеси что еже о мнЬ се бысть таинство, како преда-

хомся тактю» (Л. 138).

В рассматриваемом чине нельзя не увидеть определенного композиционного приема, на котором строится весь текст, — это антитезность, показывающая себя в смене тем и интонаций каждой из частей. Это становится заметно при провозглашении заповедей евангельских блаженств, которые привносят в чин тему примирения, прощения и спасения души, тем самым сглаживая трагическое мироощущение, характерное для 8 стихир с их основной темой временного и тленного. Таким образом, церковный чин, на первый взгляд внешне кажущийся регламентированным и консервативным, внутренне обладает огромным лирическим потенциалом, позволяющим на протяжении всего времени совершения обряда почувствовать различные оттенки эмоций и чувств души (страдания, страх, ужас, смирение, покой, умиротворение).

Насколько сильны в художественном плане церковные чины, свидетельствует тот факт, что некоторые из них уже в более позднее время стали основой для поэтических текстов. В конкретном рассматриваемом нами случае 8 стихир преп. Иоанна Дамаскина, являющиеся одним из ключевых фрагмен-

тов «Чина погребения мирских человек», послужили источником для оды Г.Р. Державина «На смерть князя Мещерского».

Напомним, что сегодня наиболее обсуждаемыми в изучении оды «На смерть князя Мещерского» являются проблемы жанра , своеобразие поэтического языка . Лакуной, существующей в изучении державинского стихотворения, остается вопрос о реминисценциях, отсылающих читателя к обрядово-церемониальной христианской книжности.

Традиционно «На смерть князя Мещерского» относят к философской поэзии, где представлено осмысление темы жизни и смерти человека, суетности и тленности земного мира, скоротечности времени. С этим нельзя не согласиться. Приводимые в многочисленных исследованиях выводы звучат более чем убедительно. «Своеобразие философских од состоит в том, что человек рассматривается в них не в общественной, гражданской деятельности, а в глубинных связях с вечными законами природы. Один из самых могущественных среди них, по мысли поэта, — закон уничтожения — смерть» . Почти всегда рассмотрение стихотворения Г.Р. Державина исследователями сводится к характеристике самого образа смерти, созданного на основе использования приемов афористической контрастности: «Едва увидел я сей свет, // Уже зубами смерть скрежещет»; «Монарх и узник — снедь червей»; «Приходит смерть к нему, как тать»; «Где стол был яств, там гроб стоит»; «Сегодня Бог, а завтра прах» — эти и другие стихотворные строки хорошо известны любому читателю.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Но при этом стоит обратить внимание на тот факт, что контрастность, проявляющая себя в оде через тему, выразительные средства, используемые автором, особая интонация восходят к христианской традиции. Осмысливая и разрабатывая в своем творчестве тему «жизнь — смерть», Г. Р. Державин не мог не обратиться к сочинениям духовно-религиозного содержания. И такими источниками могли быть обрядовые церковные произведения, созданные в эпоху Древней Руси, сочинения поэтов-силлабиков XVII в., псалмы. Одним из источников оды, отдаленных от эпохи Г. Р. Державина двумя столетиями, но тематически связанным с сочинением поэта на интертекстуальном уровне, могут быть названы псалмы, входящие в «Чин погребения мирских человек». При сравнении державинского стихотворения с текстом «чина» становится очевидным обращение автора к книжным образцам, приведшее к проникновению в оду Державина ряда стихотворных строк из псалмов «Чина.».

В первой стихотворной строке державинской оды с помощью приемов аллитерации изображается бой часов1, напоминающий о скоротечности жизни и неизбежном приближении смерти: «Глагол времен! Металла звон!». Однако тема времени, так реалистично звучащая в самом начале стихотворения, — это основная тема обряда погребения усопшего человека. Несмотря на свой печальный характер, православная погребальная процессия отличается высокой торжественностью. Торжественность задается ударами колокола, звук которого сопровождает перенесение тела усопшего в храм. Колокол воз-

1 Сами звуки должны вызвать у читателя (слушателя) впечатление боя часов .

вещает живым, что у них стало одним братом меньше, и одновременно служит прообразом трубного звука архангела, который раздастся в последний день мира, его Судного дня и будет услышан во всех концах земли.

Дальнейшее развитие лирического сюжета оды Г.Р. Державина подтверждает следование стихотворения традиции церковного текста. На внелитера-турном уровне это видно в описании русского обычая ставить на стол гроб с телом покойника: «Где стол был яств, там гроб стоит». На интертекстуальном уровне связь эта просматривается через интерпретацию цитат 8 стихир Иоанна Дамаскина, читаемых после заупокойного канона второй части обряда погребения. Общая тема, звучащая в каждой стихире, — это скоротечность жизни, беспомощность и бессилие человека противостоять смерти. Однако в каждой стихире мотив утраты и страха перед смертью сопряжен с верой в Христа, который дарует вечную жизнь. Таким образом, прием антитезы, используемый Державиным, воспринят от древней псалмопевческой традиции, закрепленной в «Чине погребения мирских человек».

«Глас 1. «Какая сладость в жизни пребудет не причастною печали? Чья слава устоит на земле непреложной? Все здесь — ничтожнее тени; все обманчивее сна; одно мгновение — и все это похищает смерть; но упокой, Христе, Человеколюбче, во свете Лица Твоего и в наслаждении Твоею красотою сего (усопшего), которого Ты избрал».

Глас 3. «Для людей суета все то, что не остается (с ними) по смерти: не остается богатство; слава не идет (с ними во гроб). Ибо как только пришла смерть, все это исчезло. Потому возопием Христу бессмертному: упокой преставившегося от нас там, где всех веселящихся жилище».

Глас 4. «Куда девалось пристрастие к миру? Где мечты о временном? Где золото и серебро? Где множество рабов и слава? Все это — персть, все — пепел, все — тень. Придите же возопием бессмертному Царю: Господи! сподоби вечных благ Твоих преставившегося к Тебе от нас и упокой его в нестареющем Твоем блаженстве»» и т.д.

В стихирах излагается торжественная и трогательная проповедь о скоротечности земной жизни и таинственности смерти, которая делает тщетными все человеческие усилия, если они направлены к достижению богатства и славы. Душа, разлучившись с телом, может уповать только на милость Христа. «Плачу и рыдаю, когда размышляю о смерти и вижу во гробах лежащую по образу Божию созданную нашу красоту безобразною, бесславною, не имеющею вида. О чудо! Что это за таинство совершилось над нами? Как предадимся тлению? Как сочетались мы со смертью? Подлинно, по повелению Бога написано, — Подающего преставльшемуся упокоение» — такими возвышенными словами заканчивается последняя, восьмая, стихира из тех, которые поются после заупокойного канона.

Следование державинской оды псалмопевческой традиции становится еще более очевидным при сопоставлении стихотворных строк произведений:

«На смерть князя Мещерского»

Где стол был яств, там гроб стоит;

«Чин погребения мирских человек»

И бледна смерть на всех глядит.

Где пиршеств раздавались лики, Надгробные там воют клики,

Глас 2. .вчера быв с нами, ныне лежит мертв. Приидете разумеем, како. зловонии лежат смердящее, како иже. златом красяще, без красоты лежат и без лепоты.

Смерть, трепет естества и страх!

Мы гордость, с бедностью совместна; Сегодня бог, а завтра прах;

Сегодня льстит надежда лестна,

А завтра — где ты, человек?

Едва часы протечь успели,

Хаоса в бездну улетели,

И весь, как сон, прошел твой век.

Не мнит лишь смертный умирать И быть себя он вечным чает; Приходит смерть к нему, как тать, И жизнь внезапну похищает.

Глас 3. все суетие человеческое, елико не пребудет по смерти, не пребывает богатсво и не снидет слава нашедши бо смерти вся сия погубит. Тем же Христу бессмертному возопием: преставльшагося от нас покой, идее же всем есть веселящимся жилище у тебе Человеци, что всуе мятемся. Дым е житие се.

Глас 4. Где есть мирское пристрастие, где есть маловременных мечтание, где есть злато и сребро, где есть раб множество и плищи. Вся попел, вся персть, вся сень.

Прииде смерть яко хищник…

Ничто от роковых когтей,

Никая тварь не убегает:

Монарх и узник — снедь червей…

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Глас 5. Помянух пророка вопиюща: аз есмь земля и попел, и пакы рассмотрих во гробех и видех кости обнажены. И рех: убо кто е царь или нищ, или праведник или грешник

Сегодня бог, а завтра прах

Особого комментария требует строка из державинского стихотворения «Монарх и узник — снедь червей». Строка, как и многие другие, ставшая афористической. Но державинская строка есть не что иное, как перифраз стиха псалма, звучащего в «Чине погребения мирских человек».

«Составы и сосуды плоти нашея, яко прах и смрад, снедь червем быша. Преже составы плоти нашея любезны, ныне же гнусный и смердящий, яко сухи кости наша, не имуще дыхания». Как дословная цитата, взятая из «Чина.», впервые в литературе эта строка зафиксирована в «Письмах юродивого», литературном памятнике смеховой культуры XVII в. , введенном в научный оборот Н. В. Понырко. Стоит сказать, что русская литература XVII в. в силу ряда историко-культурных обстоятельств проявила активный интерес к теме «жизнь — смерть», «жизнь как сон». Изображение жизни — смерти человека на основе образной контрастности, как известно, нашло воплощение в творчестве поэтов и писателей эпохи барокко: князя Бориса Репнина-Оболенского 1, в творчестве монарха Алексея Михайловича 2, Кариона Истомина и др.

1 См. также «Устав» Нила Сорского, где отдельная (7) глава посвящена «памяти смертной и Страшному Суду». В ней Нил Сорский говорит, что «невозможно есть алчущему не поминати хлеба; тако же и хотящему спастися не поминати смерти». Для достижения особенного молитвенного состояния старец рекомендовал помнить о том, что человеческая жизнь коротка: «Путь сей краток есть; дым есть — житие сия, пара и перст, пепел; вмале является и вскоре погибает», и иноку необходимо «събирть» «ум в та, яже рекоша святии в писаниих о различных страшных смертех. Полезне же мню и сие, еже въспоминати нам различныя смерти веденныа и слышанныа, яже и в днех наших бывше».

2 Мы имеем в виду «Повесть о преставлении патриарха Иосифа» (Статейный список 1652 г.) царя Алексея Михайловича.

Человече! Зрев, чие лице красно, разумей: в смерти будет то ужасно,

Понеже тогда лепотна есть рожа, егда в здравости гладка на ней кожа.

Аще ли кожа с онаго сдерется,

страха и плача каждый наберется .

Таким образом, державинская ода вбирает в себя духовный опыт, накопленный и представленный до него в литературе более ранних периодов. Она продолжает традицию Святого Писания осмысления жизни человека, понимаемую как восхождение к Благодати, обретение покоя, даруемого свыше. И финал оды отражает христианское мировоззрение: последняя интонационная антитеза утверждает торжество жизни над смертью, а не наоборот.

Сей день иль завтра умереть,

Перфильев! должно нам конечно:

Почто ж терзаться и скорбеть,

Что смертный друг твой жил не вечно?

Жизнь есть небес мгновенный дар;

Устрой ее себе к покою И с чистою твоей душою Благословляй судеб удар.

(курсив наш. — А.Ш.)

Часто можно встретить такую трактовку последней строфы: автор, завершая оду, выражает точку зрения, свойственную эпикурейскому мировосприятию. Смерть неизбежна, но человеку дарована жизнь, следовательно, необходимо жить, получая наслаждение от жизни. Интерпретация, как нам, кажется, несколько упрощает понимание стихотворения поэта. Отметим, что подобный подход был бы применим, например, к произведениям эпохи Ренессанса или барокко. Последние четыре строки финальной строфы в эмоциональном отношении наиболее сильны. В их основе находятся художественные образы (дар небес, покой, душа, благословление, судьба), призванные не заземлять представление человека о жизни, сводимой только к получению благ и удовольствий, а, наоборот, с позиции христианина заставить читателя задуматься о смысле жизни. Именно поэтому композиционно последнюю строфу автор выстраивает, следуя традиции канонических псалмов, исполняемых во время обряда погребения усопшего, где финальные строки провозглашают силу веры в бессмертие души.

Таким образом, проделанный анализ выявил присутствие в тексте Г. Р. Державина «чужого» слова, которое позволило автору обновить литературную традицию изображения темы «жизни — смерти», зыбкости границ между ними. Реминисценция в рассматриваемом произведении предстает носителем культурной памяти, служит проявлением общей установки автора на цитацию и сохранение литературных традиций. Смеем высказать суждение, что как для самого Г. Р. Державина, так и для его читателя слово оды рождало вполне реальные литературные ассоциации, оно было живым и узнаваемым.

Рассмотрение в предложенном ключе оды Державина, с которой начинается «новый путь» поэта, позволяет видеть в ней предтечу действительно иной поэзии, для которой свойственно ощущение единения человека с Богом,

поэта — с Творцом. В этом случае мы вновь видим, как традиция церковных церемониальных текстов уже в новой исторической ситуации выполнила изначально характерную для чинов функцию — показать пути достижения человеком гармонии с миром, обретения сопричастности с вечным.

Литература

1. Шунков А.В. «Урядник сокольничья пути» как памятник русской художественной культуры середины XVII века. Кемерово: Арф, 2007.

2. Первые пьесы русского театра. М.: Наука, 1972.

3. Лихачев Д.С. Древнерусский смех // Проблемы поэтики и истории литературы: сб. ст. в честь 75-летия М.М. Бахтина. Саранск, 1973.

5. Ромодановская Е.К. «Служба кабаку» перед церковным судом XVIII в. // Общественное сознание, книжность, литература эпохи феодализма. Новосибирск, 1990.

6. Ромодановская Е.К. Русская литература на пороге нового времени. Новосибирск, 1994.

7. Луцевич Л. Ф. Псалтырь в русской поэзии. СПб.: Дмитрий Буланин, 2002.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

9. Орлов П.А. История русской литературы XVIII века. М., 1991.

10. БаевскийВ.С. История русской поэзии 1730-1980. М., 1996.

11. Лебедева О.Б. История русской литературы XVIII века. М.: Высш. шк., 2000.

12. Шунков А.В. «Страшный Суд» как сюжетообразующий мотив литературы и культуры Древней Руси // Сиб. филол. журн. 2013. № 2.

13. ЛихачевД.С., Панченко А.М., ПоныркоН.В. Смех в древней Руси. Л.: Наука, 1984.

17. Шунков А.В. Жанр послания в русской литературе XVII века (на примере эпистолярного наследия царя Алексея Михайловича). Кемерово: КемГУКИ, 2006.

»BURIAL CEREMONY OF MUNDANE PEOPLE» (XVI CENTURY) AND ITS TRADITION IN THE POETRY OF G.R. DERZHAVIN.

Tomsk State University Journal of Philology, 2014, 2 (28), pp. 151-159.

2. Pervyep’esy russkogo teatra . Moscow, Nauka Publ., 1972. 511 p.

7. Lutsevich L.F. Psaltyr’ v russkoy poezii . Saint-Petersburg, Dmitrii Bulanin Publ., 2002. 608 p.

10. Baevsky V.S. Istoriya russkoy poezii 1730-1980 . Moscow, Novaya shkola Publ., 1996. 320 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Церковь не оставляет человека и по исходе из земной жизни, но напутствует его в жизнь вечную. В храме над гробом усопшего (а в исключительных случаях заочно) совершается особое последование, именуемое в народе отпеванием. Вместе со священником близкие и родные молятся о преставившемся ко Господу.

Гроб поставляется в храме, изножием в сторону алтаря. Таким образом, лицо покойного обращено к востоку как символ того, что душа отошедшего от нас молится с братьями, еще живущими на земле. На лоб почившего как символ его христианской веры возлагается венец, представляющий собой обычно бумажную ленту с изображениями Спасителя, Божией Матери и святых. В руках у него — икона и крест.

По традиции, восходящей к временам древней Церкви, христиане во время прощания с усопшим держат в руках зажженные свечи в ознаменование горячей веры, надежды и любви в молитве за усопшего.

В начале отпевания звучат особые молитвенные песнопения, по завершении их произносится заупокойный канон, состоящий из отдельных тропарей, которые предваряются молитвенным прошением «Упокой, Господи, душу усопшего раба Твоего». В середине канона хор поет кондак: «Со святыми упокой, Христе, душу раба Твоего там, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания, но жизнь бесконечная».

По девятой, последней, песни канона присутствующие на отпевании гасят свечи, а хор поет особые стихиры, в которых говорится: то, к чему мы привязаны на земле, временно и преходяще, и от имени почившего человека верующие призываются к молитве за его душу. О том, что никогда не прейдет и не закончится, напоминают заповеди блаженств, которые возглашаются далее.

Что ждет человека за порогом смерти, рассказывает апостол Павел в послании к фессалоникийцам:

«Не хочу же оставить вас, братия, в неведении об умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды. Ибо если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним. Ибо сие говорим вам словами Господними, что мы живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших; потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде; потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем» (1 Фес. 4. 13 — 18).

О жизни вечной говорится в отрывке из Евангелия от Иоанна, которое читает священник:

«Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную; и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть Сын Человеческий. Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия; и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения. Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу; и суд Мой праведен: ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца». (Ин. 5. 24 — 31)

После по обычаю читается особая разрешительная молитва. Затем священник сворачивает лист, на которой она напечатана, и влагает его в правую руку усопшего.

При пении стихир совершается последнее прощание с умершим. Родные и близкие почившего подходят ко гробу, целуют почившего в лоб и прикладываются к иконе в его руках.

По отпусте почившему трижды возглашается «Вечная память».

Перед закрытием гроба тело усопшего предается земле: священник с молитвой посыпает крестообразно землю на тело умершего.

В Светлую седмицу — с понедельника по субботу после Пасхи — отпевание совершается особым чином, с добавлением Пасхальных песнопений. Не совершается погребение умерших в первый день Пасхи.

Главное для усопшего — молитва о нем. Не нужно следовать суеверным советам и класть в гроб или могилу какие-либо предметы, не относящиеся к традиционному погребальному убору. В случае возникновения вопросов и недоумений необходимо, не стесняясь, обращаться с ними к священнику. Он обязательно разрешит ваши недоумения и расскажет, как достойно и по-христиански проводить усопшего.

Для того, чтобы заказать заочное отпевание, необходимо иметь свидетельство о смерти. Отпевание — одна из немногих треб, на которую в храме Пресвятой Троицы в Хорошеве установлена минимальная сумма пожертвования. Это связано с необходимостью участия в службе хора, использования большого количества свечей и др.

Отпевание — особый обряд, который, согласно христианскому вероучению, освобождает покойного от земных прегрешений и направляет его душу к жизни вечной. Каноническим местом последнего прощания с усопшим остаётся храм, хотя в крайних случаях и при вынуждающих обстоятельствах отпевание совершают также на дому, в ритуальном зале, на кладбище перед погребением и даже заочно. С помощью нашего агентства можно согласовать отпевание покойного в церкви Минска согласно православным или католическим традициям.

Как проводится обряд отпевания? Список необходимого

Православное отпевание в церкви проводится на третий день после кончины, перед погребением. Открытый гроб с омытым и облачённым телом устанавливается на специальном возвышении, ногами к алтарю. На шее покойного должен быть нательный крест, на груди — небольшая икона Иисуса Христа или Божией Матери. На лоб возлагается бумажный или тканевый венчик, на который нанесены изображения Иисуса Христа, Богородицы, Иоанна Предтечи и текст Трисвятой песни, тело прикрывается покрывалом.

Родственники и близкие умершего стоят вокруг гроба боком или лицом к алтарю и держат в руках зажжённые свечи. Священнослужитель совершает чин отпевания. Во время пения стихир второго гласа «Придите, последнее целование дадим, братие, умершему» родные и близкие, по очереди подходя к гробу, целуют венчик на лбу покойного и икону на его груди. После прощания икону извлекают и уносят домой для молитв перед ней. Вслед за чтением разрешительной молитвы её текст вкладывается в правую руку усопшего и тело полностью закрывается покрывалом. Поверх него священник крестообразным движением сыплет землю, затем гроб закрывается крышкой и доставляется к месту погребения.

Чин отпевания, как правило, совершается в течение часа. Для православного прощания с покойным необходимо подготовить:

При заупокойной мессе в католических храмах на постаменте размещают закрытый гроб ногами к алтарю, поверх расстилают тканевое покрывало и размещают живые цветы. Родственники умершего рассаживаются в первых рядах, с правой стороны. Друзья и знакомые размещаются слева.

На кладбище, после того, как гроб опущен в могилу, провожающие бросают на него живые цветы, но не горсти земли, как при православных похоронах.

Ритуальный агент способен обеспечить организацию похорон, предоставить необходимую информацию, оказать моральную поддержку и защитить интересы тех, кто обратился к его услугам.

Отпевание покойного в церкви Минска

Чтобы достойно провести отпевание умершего в помещении церкви, необходимо организовать ряд сопутствующих услуг:

  • бальзамирование, омовение и облачение тела покойного;
  • обеспечение ритуальными принадлежностями, необходимыми для совершения обряда;
  • доставку гроба с телом в храм и установку его на предназначенном для этого возвышении;
  • перевозку к месту захоронения гроба, провожающих и священнослужителя, если это предусмотрено церемонией погребения.

Специализированное агентство «Городская Ритуальная Служба» предоставляет все перечисленные услуги. Наши сотрудники тщательно подготовят церемонию христианского прощания в любом из двадцати шести православных или шести католических храмов белорусской столицы.

Отпевание в церкви – стоимость, цена услуги

Не существует определённого регламента цен на совершаемое отпевание покойника. Стоимость его особо оговаривается в каждом конкретном случае и зависит от возможностей и готовности пожертвовать храму ту или иную сумму. Ориентировочно цены на отпевание находятся в пределах 60-100 руб. Таким образом, отпевание в Минске оплачивается добровольным пожертвованием, которое в среднем составляет 80 руб.

Отпевание заочно в Минске

Заочное отпевание — это вынужденная мера, которая, тем не менее, допускается православной церковью в тех случаях, когда тело умершего отсутствует, кремировано или уже захоронено без соблюдения религиозной традиции. Заочное отпевание покойника совершается в храме, затем, в том случае, если умерший ещё не похоронен, священник передаёт родственникам венчик, лист с текстом разрешительной молитвы и землю. На шею усопшего надевают крестик, на лоб возлагают венчик, а в правую руку вкладывают текст молитвы. После этого тело полностью закрывают покрывалом и крестообразно посыпают землёй. Если покойный уже погребён, родственникам передаётся только земля, которую крестообразно высыпают на могилу. Если место захоронения неизвестно, венчик, разрешительная молитва и земля не понадобятся.

Организация обряда отпевания

Городская Ритуальная Служба располагает необходимыми возможностями для организации христианских похорон. Опытные сотрудники своевременно и деликатно подготовят свершение отпевания в православном храме или служение заупокойной мессы в католической церкви. Бесплатные подробные консультации по особенностям христианского погребения в Минске предоставляются по тел. +375 (44) 729 81 89. Эта линия связи доступна в любое время.

Вопрос и ответ

Можно ли согласовать отпевание в ритуальном зале Минского крематория?

Да, такая возможность предоставляется, обеспечивается необходимое убранство зала. Кроме того, рядом с крематорием действует церковь Лазаря Четверодневного, где также совершаются все требуемые обряды. Отпевание православных перед кремацией допускается с 2015 года.

Как согласовать заочное отпевание, если православный родственник похоронен давно и только по гражданскому обряду?

Такой вопрос решается непосредственно в церкви, где желательно совершить заочный обряд. При этом необходимо подтвердить, что похороненный был крещён.

Какова примерная длительность отпевания?

Время, необходимое для отпевания, в среднем составляет 35 – 50 минут.

полезный материал остались вопросы 117 нравится

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *