Послушайте музыку сопровождающую богослужения в разных религиях

хоры в церкви

Смотреть что такое «хоры в церкви» в других словарях:

  • хоры — Балкон в церкви, предназначенный для привилегированных лиц Ист.: БЭС, 1985 • • • Балкон, галерея либо лоджия внутри парадного зала или в церкви. Ист.: Плужников, 1995 Иллюстрации: Внутренний вид Троицкого собора Реконьской пустыни. Новгородская… … Словарь храмового зодчества

  • ХОРЫ — По Гомеру, прислужницы богов; по Гезиоду, три богини времен года. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. ХОРЫ Род балкона внутри больших залов и церквей. Объяснение 25000 иностранных слов, вошедших в… … Словарь иностранных слов русского языка

  • хоры — хоров и хор, предлож. на хорах; мн. Открытая галерея или балкон в верхней части парадного зала или церковного здания (первоначально для помещения хора, музыкантов). Подняться на х. Разместиться на хорах. ◁ Хорный, ая, ое. *… … Энциклопедический словарь

  • ХОРЫ — муж., мн. антресоли, полати, открытый полуярус, галерея, переходы вдоль стен покоя, на столпах с перилами. Встарь женщины стояли в церкви на хорах. Зрители пускаются, в дворянском собрании, на хоры. Хоры для музыкантов. Хорный, к хорам… … Толковый словарь Даля

  • ХОРЫ — (эмпоры) верхняя открытая галерея, балкон внутри церкви, в парадном зале … Большой Энциклопедический словарь

  • Хоры — … Википедия

  • Хоры — верхняя (на уровне 2 го яруса) галерея в христианских церковных зданиях или парадном зале. Расположены обычно с западной стороны храма или опоясывает неф с южной, западной и северной сторон. В период средневековья хоры предназначались для… … Архитектурный словарь

  • ГРУЗИНСКИЙ ЭКЗАРХАТ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ — (30 июня 1811 10 июля 1917; до 21 февр. 1920 Кавказский Экзархат РПЦ), правосл. Церковь на территории Грузии после ее вхождения в состав Российской империи и упразднения… … Православная энциклопедия

  • Цистерцианские церкви — принадлежавшие монашескому ордену цистерцианцев, представляют собою в романской архитектуре особый тип религиозных сооружений и встречаются преимущественно в глухих низменных местах Германии, Франции и Бельгии. Многие из них теперь, вследствие… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Певчий дьяк — певчий диак, в Моск. Руси проф. церк. певец. Упоминания о П. д., а также поддиаках содержатся в лит. памятниках 16 17 вв. Д. В. Разумовский считал поддиаков певцами второразрядными по голосу и певческому опыту, а в Чиновнике новгородского … Музыкальная энциклопедия

  • Фолегандрос — на карте Киклад Координаты: … Википедия

Вселенная Православия. Кто поет в храме?

Поделиться

Николай Константинович Зацепин — Монастырки на клиросе, 1852

Кто поет в храме? Для России – довольно странный вопрос. Всем понятно, что в храмах за богослужением у нас поют специальные хоры. Иногда эти хоры состоят исключительно из мужчин, иногда – из женщин. Но самая распространенная ситуация у нас – смешанные хоры, включающие в себя одновременно и мужчин, и женщин.

Когда-то, до революции, в российских храмах имели право петь только мужчины. Женщины до участия в хорах принципиально не допускались. Женские церковные хоры имелись в те времена только в женских монастырях. Все изменилось после революции. Немногочисленными прихожанами православных храмов в России остались тогда только женщины или бабушки. Они, в итоге, и стали петь во время службы.

В Греции разрыва поколений, подобного нашему, не было. То есть там не возникло ситуации, когда до определенного момента храмы были полны людьми, а после – почти полностью опустели. Традиция принадлежать к Православной Церкви передавалась в Греции из поколения в поколение. Кроме того, дети перенимали от родителей и формы участия в церковной жизни. Речь идет не только о том, что сыновья греческих священников часто сами принимали сан. Но и о других, необычных для России, формах служения в Церкви.

В Греции имеются особые церковные певцы и чтецы, которые именуют себя псалтисами. Псалтисами могут быть только мужчины. Обычно это очень солидные, немолодые уже греки, обладающие незаурядными голосовыми качествами. Для особой торжественности псалтисы надевают на службу рясы – широкие облачения, которые священники носят в повседневной жизни. Этим они показывают, что являются частью клира, то есть принадлежат к разряду особых церковных служителей.

В Церквах греческой традиции женщины к пению во время службы в общем-то отношения не имеют. Встречаются иногда на греческих приходах женские или смешанные хоры, но это расценивается прихожанами как нововведение и не особо поддерживается.

В Греции у меня есть один знакомый псалтис. Это старый уже мужчина. Когда-то он был женат (теперь он вдовец), имел светскую работу, но при этом с самых ранних лет он каждое воскресенье и праздники поет в Церкви на богослужении. Служба стала неотъемлемой частью его жизни настолько, что многие тексты он знает наизусть. Помню, как поразился, когда увидел, что этот псалтис, ни на миг не глядя в книгу, произносил подряд несколько псалмов, а затем исполнял несколько песнопений.

Псалтисы – это настоящая каста. Нельзя просто так стать псалтисом. Даже если обладаешь красивым и сильным голосом. Псалтисы отлично знают службу, прекрасно ориентируются в богослужебных книгах. А еще они обладают потрясающим слухом и потому – в совершенстве владеют искусством византийского пения, которое значительно сложнее славянского. Поэтому каждый псалтис на греческом приходе уважаем и ценим, почти как священник.

С вами был священник Антоний Борисов. Мы говорили сегодня о псалтисах – особых певцах и чтецах в Греческой Церкви.

Происхождение и история церковного богослужебного пения

(11 голосов: 4.6 из 5)

В. Хорецкая

«Исполняйтеся духом, глаголюще себе во псалмех и пениих, и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах ваших Господеви». (Еф.5:18—19).

Самый естественный, самый древний, а вместе с тем и самый благородный способ выражения молитвенных чувств есть, без сомнения, слово человеческое. Слово дано человеку в первую очередь для того, чтобы он славил Бога. Мы приходим в церковь, которая названа Самим Спасителем «домом молитвы» (Лк.19:46). Здесь, в доме молитвы, требуется от человека сосредоточенность, самоуглубление и возношение духа к Богу. Что же более всего к этому располагает молящегося?

«В самом деле, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — ничто, ничто так не возвышает и не окрыляет душу, не отрешает ее от земли, не избавляет от уз тела, не располагает любомудрствовать и презирать все житейское, как согласное пение и стройно составленная божественная песнь» (из Беседы на 41-и псалом).

С религиозной точки зрения способность к пению составляет отличительное свойство только разумных существ — ангелов и людей. Пение, как и речь, служит у тех и у других выражению высоких чувств богопочтения. Еще в ветхозаветные времена верили, что ангелы и люди поют одни и те же песни. Люди знали о сходстве своих хоров с небесными хорами ангелов. Особенно выдающееся пение издревле определялось как «ангельское». В Священном Писании, в явлениях святым и праведным людям, ангелы представляются сонмом, разделенным на лики или хоры, поющим хвалу Триединому Богу. Пророк Исайя видел Серафимов, окруживших Престол Божий и взывающих друг ко другу: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф» (Ис.6:3). Пение ангелов слышал пророк Иезекииль. Новозаветный тайновидец Иоанн в разных местах своего Апокалипсиса неоднократно упоминает о пении блаженных небожителей. И первое христианское песнопение было принесено на землю ангелами в рождественскую ночь.

Вера в музыкальное единство земного и небесного определила и взгляд на пение в земной церкви: оно есть отзвук пения ангельского, язык восторженного состояния человека, благодатное средство к возбуждению и выражению молитвенных чувств.

Первые два века христианского песнотворчества овеяны духом импровизации. Плодом ее стала вдохновенная богослужебная поэзия гимнов и псалмов, песен хвалы и благодарения.

В Древней Церкви во время богослужения музыки не было – было пение. Сам Спаситель со Своими учениками закончил Тайную Вечерю пением – «… и воспевше, изыдоша в гору Елеонскую» (Мф.26:30). Апостолы Христовы, выражая молитвенные чувства свои, «пояху Бога» (Деян.16:25). Даже и вне богослужения, при выражении обычной житейской радости, апостол Иаков советует: «Благодушествует ли кто, да поет». (Иак.5:13). Распространяя Христово учение и устрояя Церковь, апостолы весьма заботились о богослужебном пении. «Егда сходитеся, кийждо в вас псалом имать»,— наставляет ап. Павел (1Кор.14:26). В Апостольских постановлениях обязательность и даже способ богослужебного пения уже узаконены: «… после двух чтений… пусть поют псалмы Давида, а народ да повторяет голосно концы стихов» (Кн. II, гл. 57).

На молитвенных собраниях и богослужениях первые христиане пели кроме псалмов Давида и ветхозаветные гимны—две песни Моисея «Поим Господеви» и «Вонми небо»; песнь пророчицы Анны «Утвердися сердце мое о Господе»; песни пророков Аввакума, Исайи, Ионы. Пелись и новозаветные раннехристианские песнопения — ангельское славословие «Слава в вышних Богу», песнь Богородицы «Величит душа Моя Господа», песнь Симеона Богоприимца «Ныне отпущаеши». Уже в апостольские времена были составлены и сохранились доныне: великое славословие «Слава в вышних Богу», «Свете тихий», «Да молчит всякая плоть» (из Литургии ап. Иакова), «Слава Тебе, Господи, слава Тебе» (певшееся, как и теперь перед и после Евангелия), входный гимн «Приидите, поклонимся» и др. И, наконец, существовали песнопения-импровизации, которые пелись на молитвенных собраниях—агапах: «По умовении рук и возжигании светильников, каждый вызывается в средину песнословить Господа, кто как может—от Святого Писания или от своего ума» (Тертуллиан, Апологетика 39,16-18). Возможность таких импровизаций была тогда даже закономерна при том подъеме духа и горячности веры, которая была у первых христиан, непосредственно общавшихся с самовидцами Господа – апостолами Его.

Какой же порядок пения был принят в Древней Церкви? Об этом имеются следующие сведения:

1. Пение было общенародное – пели все, собравшиеся на молитву. Святитель Иоанн Златоуст говорит:

«Жены и мужи, старцы и юноши различны полом и возрастем, но не различных по отношению к пению, потому что Дух Святый, соединяя голоса каждого, из всех устрояет одну мелодию».

В Апостольских постановлениях указывается еще более конкретно:

«При общественном богослужении, на возглашение диакона народ… восклицает: Господи, помилуй!».

В древних литургиях (ап. Иакова) на возгласы священнослужителя народу указано отвечать «аминь», «и духови твоему». А победную песнь «Свят, Свят, Свят» верующие приглашаются петь особенно громогласно.

2. Пение одиночное—пел только один певец, а все прочие молча слушали. С этой целью была установлена особая степень «певцов» в клире. Такое пение было распространено у египетских пустынников.

В IV веке Лаодикийским Собором (365) было установлено, чтобы вместо всего собрания пели только избранные, способные певцы (правило 15-е). Это объяснялось, вероятно, тем, что пение всего собрания звучало нестройно и неблагозвучно. Ведь к этому времени число священных песней значительно увеличилось, а люди, между тем, уже не так усердно посещали храм, как это было у первых христиан. Многие плохо знали священные песнопения, тем самым мешая умеющим петь как следует.

Еще один способ пения, широко распространившийся к IV веку, ввел в церковное употребление священномученик Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский (+107), по образцу слышанного им пения ангелов. Это пение антифонное, когда пели попеременно два хора. Этот способ и тогда и доныне употребляется в высокоторжественных случаях—на праздничном служении в больших соборах и монастырях.

После прекращения гонений христианское богослужение, совершаемое теперь открыто, становится более сложным, чинным и торжественным. Естественно, что и церковное пение отражает эти изменения. То, что подлежало ранее всенародному исполнению, переходит к специально обученным певцам. Стали образовываться отдельные хоры или лики правого и левого клиросов. Для пения потребовались книги – количество песнопений постоянно увеличивалось, знать и петь все наизусть стало невозможно. Да и само пение уклонилось от былой простоты, стало более искусным и изысканным. Достаточно умеренная вначале, эта изысканность со временем получила оттенок мирской свободы и даже театральности. В церковное богослужение мало-помалу стали проникать и такие мелодии, которые можно было услышать в театрах и на зрелищах. Происходило обмирщение и порча стиля, утрачивалась целомудренная чистота и строгость апостольских времен. Отцы Церкви сурово укоряли за это церковных певцов. Св. Климент Александрийский писал:

«К музыке должно прибегать для украшения и образования нравов… Должна быть отвергнута музыка, надламливающая душу, чрезмерная…, неудержимая и страстная… Мелодии мы должны выбирать проникнутые бесстрастностью и целомудрием…»

Св. Исидор Пелусиот:

«Они (певцы) не чувствуют умиления от божественных песней, но сладость пения употребляют для возбуждения страстей».

А св. Иоанн Златоуст с церковной кафедры обличает нескромного певца:

«Несчастный бедняк! Тебе бы надлежало с трепетом и благоговением повторять ангельское пение… Но твой ум омрачен театральными сценами, и, что бывает там, ты приносишь в Церковь».

С течением времени суждения отцов Церкви о богослужебном пении получили каноническое закрепление на вечные времена, 75-е правило VI Вселенского Собора (680—681) гласит:

«Желаем, чтобы приходящие в церковь для пения, не употребляли бесчинных воплей, не вынуждали из себя неестественного крика и не вводили ничего несообразного и несвойственного Церкви…».

К этому же времени окончательно определилось и отношение к музыкальным инструментам, кое-где участвовавшим в богослужениях. В книге мч. Иустина (+166) «Певец» говорится, что «…петь Богу на бездушных инструментах… не допущено». С этих пор в Восточных православных Церквах, а равно и в Западных до VIII века, богослужебное пение было строго вокальным везде и всюду.

Людей к пению, — гласит церковная песнь,— возглавляет благодать. Согласно с этим и способность к пению признается особым даром Божиим. Составителями церковных песнопений были люди, просиявшие мудростью, благочестием и святостью жизни:

Священномученик Игнатий Богоносец, еп. Антиохийский, уже упоминавшийся нами устроитель антифонного пения.

Святитель Климент Александрийский – составитель множества гимнов и песней своего времени, определивших церковный характер пения.

Мученик Иустин Философ – автор книги «Певец», где собраны христианские гимны и дан порядок их исполнения.

Святитель Афанасий Великий, архи-еп. Александрийский – установил распевное чтение при богослужении. Пение в Александрийской Церкви при нем производило на современников потрясающее впечатление своею чинностью, стройностью, и вместе с тем душевностью и простотой. Блаженный Августин, слушая это пение, плакал: «Трогательные звуки поражали мой слух, а истина, заключавшаяся в них, проникала в мое сердце и возбуждала благовоние».

Прп. Ефрем Сирин – составитель многих песнопений и напевов, учредитель греческой крюковой нотации.

Святитель Иоанн Златоуст, архиеп. Константинопольский – много потрудился словом и делом для благоустройства церковного пения. Он впервые организовал настоящий певческий хор под управлением придворного музыканта, принимавший участие в литургиях и всенощных.

Прп. Роман Сладкопевец, диакон – творец кондаков, которых он написал до тысячи (среди них – «Дева днесь», «В молитвах неусыпающую», «Душе моя»Прп. Иоанн Дамаскин – роль которого в истории церковного пения заслуживает отдельного рассказа. Он составитель многих церковных песнопений и установитель в нашей Церкви Осмогласия—основного закона ежедневного богослужебного пения.

В Западных Церквах много заботились об устройстве пения:

Святитель Амвросий Медиоланский – памятником его трудов осталась книга «Антифонарий», в которой положены были на ноты составленные им гимны (среди них «Тебе Бога хвалим»).

Святитель Григорий Двоеслов – устроил в Риме певческую школу, просуществовавшую около 300 лет, в которой благоговейно сохранялись подлинник его Церковного Устава и бич для наказания певчих.

Существует немало примеров того, что церковное пение есть дело богоугодное и что люди, надлежаще его употребляющие, пользуются особым покровительством Божиим, преимущественно через Матерь Божию. Так, прп. Роман Сладкопевец получил дар песнопения через свиток, данный ему Богоматерью. Она же исцелила отсеченную руку Иоанна Дамаскина. Подобного же явления и исцеления удостоился афонский певец XIV в. Иоанн Кукузель. По преданию Матерь Божия явилась прп. Косме Маюмскому, составителю «Честнейшей» и «… с веселием рекла: «Приятны Мне те, которые поют духовные песни, но никогда Я столь близка не бывала к ним, как когда поют они сию новую песнь твою»».

По прошествии двадцати веков христианской истории церковное пение, сливая воедино музыку и слова молитвы, воздействует на людей все с той же благодатной силой – возвышает душу над земным, примиряет нас с самими собой и с ближним, уменьшает наши немощи, облегчает наши скорби, приводя нас в состояние, так знакомое каждому молящемуся в православном храме, когда, по слову поэта:

С души как бремя скатится. Сомненье далеко. И верится, и плачется. И так легко, легко!

Самый естественный, самый древний, а вместе с тем и самый благородный способ выражения молитвенных чувств – это, без сомнения, слово человеческое. Слово дано человеку в первую очередь для того, чтобы он славил Бога. Мы приходим в церковь, которая названа Самим Спасителем «домом молитвы». Здесь, в доме молитвы, требуются от человека сосредоточенность, самоуглубление и возношение молитвенного духа к Богу. Духовная музыка, пение располагает к этому молящегося. Молитва и пение – одни из главных средств выражения религиозных чувств.

Исполняйтеся духом, глаголюще себе во псалмех и пениих и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах ваших Господеви

(Еф. 5, 18–19).

Ум выражает свою работу в простых словах, в формулах. Чувства не довольствуются одними лишь словами, они требуют возвышенности – поэзии. Это прекрасно доказывают православные богослужебные книги. Они состоят из поразительно возвышенных поэтических творений, раскрывающих религиозные истины и положенных на мелодические распевы. Пение, как и речь, служит выражению высоких чувств богопочтения. Пение роднит людей, сплачивает их вокруг общего дела или общей идеи. Церковь – Тело Христово. Церковь – одушевленный организм, живое существо, владеющее живой речью, общим языком и общим голосом.

«Составляя одно тело, мы, – говорит Тертуллиан, – сходимся вместе в собрание, чтобы приступить к Богу с молитвами сообща». Наконец, богослужебное пение есть средство наставления истинам, выраженным словами песней.

Еще в ветхозаветные времена верили, что Ангелы и люди поют одни и те же песни. Особенно выдающееся пение издревле определялось как «ангельское». В явлениях святым и праведным людям Ангелы представляются сонмом, разделенным на лики или хоры, поющим хвалу Триединому Богу. Пение Ангелов слышал пророк Иезекииль. Пророк Исаия видел Серафимов, окруживших Престол Божий и взывающих друг ко другу: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф». Первое христианское песнопение было принесено на землю Ангелами в рождественскую ночь. Такая вера в музыкальное единство земного и небесного определила взгляд на пение в Церкви: оно есть отзвук пения ангельского, благодатное средство к возбуждению и выражению молитвенных чувств. Как и когда зародилось пение в Церкви?

Впервые на земле песнь Богу была воспета израильтянами, чудесным образом перешедшими под водительством Моисея Чермное море. Этому событию непосредственно предшествовали и обусловили его два важнейших обстоятельства: момент исхода, разрыв с привычкой, сложившейся жизненной ситуацией, и выход из нее по Божиему велению; следование Слову Божиему и Его воле даже до смерти, так как вступление израильтян на дно моря свидетельствует о такой готовности. Без этих двух условий и богослужебное пение не может зазвучать на земле, в этом заключается его коренное отличие от музыки, которая при разных обстоятельствах может зазвучать по воле человека. Богослужебное пение прежде всего – чин, порядок, следование Божественному закону. Вот почему до получения Моисеем заповедей Божиих богослужебное пение попросту не могло существовать на земле. Исполняя Закон и подчиняясь Божественному порядку, человек уподобляется Ангелам, а в силу того, что пение является неотъемлемой частью ангельской природы, и человек получает способность воспевать песнь Богу. Неполнота ветхозаветного богослужебного пения заключалась в том, что это не было еще богослужебное пение в полном смысле этого слова, а всего лишь музыка, употребляемая ранее в языческих культах и привлеченная израильтянами к служению истинному Богу.

Первые два века христианского песнотворчества были овеяны духом импровизации. Плодом ее стала вдохновенная богослужебная поэзия гимнов и псалмов, песен хвалы и благодарения. В Древней Церкви во время богослужения музыки не было – было пение. Сам Спаситель со Своими учениками закончил Тайную Вечерю пением – …и воспевше, изыдоша в гору Елеонскую (Мф., 26, 30). Апостолы Христовы, выражая молитвенные чувства свои, пояху Бога (Деян., 16, 25). В Апостольских постановлениях обязательность и даже способ богослужебного пения уже полностью узаконены: «…после двух чтений… пусть поют псалмы Давида, а народ да повторяет голосно концы стихов» (Кн. II, гл. 57). То есть в молитвенных прославлениях участвовал, музыкально импровизировал и пел весь христианский приход соборно. Возможность таких импровизаций была тогда даже закономерна при общем подъеме духа и горячности веры, которая была у первых христиан.

В 4 в. Лаодикийским Собором было установлено, чтобы вместо всего христианского собрания пели только избранные – способные певцы. Зачастую использовалось на клире пение одиночное – пел только один певец, а все прочие молча слушали и предавались молитве. С этой целью была установлена особая степень «певцов» в клире. Это объяснялось тем, что пение всего собрания звучало нестройно, неблагозвучно и крикливо. Поводом к таким введениям послужили сразу несколько причин. К тому времени число священных песней, звучащих на молитвенных собраниях, значительно увеличилось, а люди уже не так усердно посещали храм, как это было у первых христиан. Многие плохо знали священные песнопения, тем самым мешая умеющим петь как следует.

Еще один способ пения, широко распространившийся в 4 в., ввел в церковное употребление священномученик Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский, который в особом видении удостоился увидеть небесное богослужение и услышать ангельское пение. По образцу ангельского мира автор ввел на богослужениях так называемое антифонное пение, в котором два хора певчих чередуются и как бы перекликаются или отвечают друг другу. Эта манера исполнения быстро распространилась в ранней Церкви. Такой способ и тогда, и доныне, употребляется в высокоторжественных случаях – на праздничном служении в больших соборах и монастырях.

После прекращения гонений христианское богослужение становится более сложным, чинным и торжественным. Церковное пение также вбирает в себя эти изменения. То, что подлежало ранее всенародному исполнению, переходит к специально обученным певцам. Начинают образовываться отдельные хоры, или лики, правого и левого клиросов. Для пения потребовались богослужебные книги – количество песнопений постоянно увеличивалось, знать и петь всё наизусть стало невозможно. Да и само пение уклонилось от былой простоты, стало более искусным и изысканным. В церковное богослужение мало-помалу стали проникать и такие мелодии, которые можно было услышать даже в театрах и на зрелищах. Происходило обмирщение стиля, утрачивалась целомудренная чистота и строгость апостольских времен. Отцы Церкви сурово укоряли за это церковных певцов. Св. Иоанн Златоуст с церковной кафедры обличает нескромного певца: «Несчастный бедняк! Тебе бы надлежало с трепетом и благоговением повторять ангельское пение… Но твой ум омрачен театральными сценами, и что бывает там, ты приносишь в Церковь».

С течением времени высказывания святых отцов Церкви о богослужебном пении получили каноническое закрепление, 75-е правило VI Вселенского Собора гласит: «Желаем, чтобы приходящие в церковь для пения не употребляли бесчинных воплей, не вынуждали из себя неестественного крика и не вводили ничего несообразного и несвойственного Церкви…»

К этому же времени окончательно определилось и отношение к музыкальным инструментам, кое-где участвовавшим в древних христианских богослужениях. В книге мч. Иустина «Певец» говорится, что «…петь Богу на бездушных инструментах… не допущено». Лишь человеческий голос способен по-настоящему отразить молитвенное состояние души, а не однообразно звучащий, искусственно сделанный музыкальный инструмент.

Еще св. апостол Павел призывал: …будем непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих имя Его (Евр. 13, 15). Начиная с 8 в. в Восточных Православных Церквах, богослужебное пение стало строго вокальным.

Людей к пению, – гласит церковная песнь, – возглавляет благодать. Согласно с этим, и способность к пению признается особым даром Божиим. Существует немало примеров того, что церковное пение есть дело богоугодное и что люди, исполняющие песнопения в храмах, пользуются особым покровительством Божиим, преимущественно через Матерь Божию. Так, прп. Роман Сладкопевец получил дар песнопения через свиток, данный ему Богоматерью. Она же исцелила отсеченную руку Иоанна Дамаскина. Подобного же исцеления удостоился афонский певец 14 в. Иоанн Кукузель. По преданию, Матерь Божия явилась прп. Косме Маиумскому, составителю «Честнейшей», и с веселием рекла: «Приятны Мне те, которые поют духовные песни, но никогда Я столь близка не бывала к ним, как когда поют они сию новую песнь твою».

И вот, по прошествии двадцати веков христианской истории современное церковное пение, сливая воедино музыку и слова молитвы, воздействует на людей всё с той же благодатной силой. Пение возвышает душу над земным, примиряет нас с самим собой и с ближним, уменьшает наши немощи, облегчает наши скорби, приводя нас в состояние, так знакомое каждому человеку, молящемуся в православном храме. И всё же, когда слушаешь церковные песнопения, зачастую вспоминается высказывание прп. Амвросия Оптинского: «Где просто, там Ангелов со сто, а где мудрено – там ни одного».

Вера Попечителева

АНГЛИКАНСКОЕ ПЕНИЕ

, в богослужении Англиканской Церкви небольшие мелодические формулы (напевы), используемые со 2-й пол. XVI в. для пения псалмов и библейских песен (canticles) по Псалтири (Parish Psalter, Oxford Psalter, New Cathedral Psalter) и Книге общих молитв. Эти напевы исполняются хором, часто при участии прихожан, a cappella либо в сопровождении органа и др. муз. инструментов. Исторически А. п. прошло 3 фазы эволюции: монодия; многоголосная (3-, 4-, иногда 5-голосная) обработка с основной мелодией (cantus firmus) в теноре (среднем голосе); с кон. XVII в. мелодию начали помещать в верхней партии, в XVIII в. традиц. напев постепенно сменился авторской музыкой.

В соответствии с 2-частной структурой библейских стихов 7-тактовый напев делится на 2 структурно устойчивые формулы (3+4 такта), простые по мелодии и гармонии (вертикальное 4-голосие), регулярно организованные по ритму (половинные, четвертные и восьмые ноты (аккорды) — 3-5 в 1-й и 5-9 во 2-й формулах). Каждая из формул начинается с т. н. тона (аккорда) речитации, на к-ром свободно псалмодируется бóльшая часть стиха; следующий далее распев окончания полустишия носит, как правило, силлабический характер. Один и тот же напев нередко приходится на 2, иногда 4 стиха, повторяясь соответственно 1 или 3 раза. Способы подтекстовки мелодии различны; разбивка (своего рода «тактирование») текста, фиксирующая высотно-гармоническое изменение мелодии, указывается в богослужебных книгах с помощью наклонной черты или астериска. Целые псалмы могут быть распеты на 1, 2 или более мелодий в зависимости от размера и характера текста.

Истоки А. п., используемого в богослужении на вечерне (Evensong) и утрене (Matins), восходят к монодийному псалмодированию песнопений оффиция в григорианском пении, а также к раннеренессансному фобурдону (fauxbourdone), континентальному 3-голосному пению, возможно первоначально имевшему англ. же происхождение. В фобурдоне мелодия псалмового тона находилась в верхнем голосе, средний располагался квартой ниже, нижний шел в сексту с мелодией. Распространение А. п. связано с движением Реформации, выдвинувшим идею проведения церковных служб на национальном языке. Составленная магистром хористов королевской часовни в Виндзоре Джоном Марбеком «Книга общих молитв, положенная на ноты» (Merbecke J. Booke of Common Praier Noted, 1550) — первый нотированный источник А. п.- содержит образцы исполнения псалмов и библейских песен на григорианские псалмовые тоны: 8-й (7 примеров), 5-й (2 примера), 1-й, 4-й, 7-й и т. н. tonus peregrinus (странствующий тон) (по 1 примеру). Отсутствие здесь последовательного изложения системы тонов объясняется хорошим знакомством с ним музыкантов того времени.

Первые примеры гармонизации А. п. на 8 псалмовых тонов без подтекстовки содержатся в трактате композитора Томаса Морли «Простое и доступное введение в практику сочинения музыки» (Morley T. A Plaine and Easie Introduction to Practicall Musicke. L., 1597. Amst.; N. Y., 1969r). В партитуре из Питерхауса (Caroline. I. 34, ок. 1635 г.), содержащей 3- или 4-голосные гармонизации А. п. (также без слов), записаны только 2 партии, в 3-й и 4-й, по-видимому, допускалась импровизация. К типичным ранним (1550 — ок. 1640) образцам А. п. относятся выполненные различными музыкантами (Т. Таллис, У. Бёрд, Т. Морли, О. Гиббонс и др.) 4-голосные аранжировки праздничных псалмов (лат. psalmi festivales, англ. festal psalms), изданные Джоном Барнардом в «Первой книге избранной церковной музыки» (Barnard J. The First Book of Selected Church Musick. 1641; , 1972r). Многие из них (напр., псалмы Рождественской вечерни Т. Таллиса) послужили моделью для более поздних напевов (композиции Р. Фарранта, У. Чайлда).

После 15-летнего перерыва в богослужебно-певч. традиции Церкви Англии, приходящегося на время диктатуры О. Кромвеля, были изданы сборники Эдуарда Лоу «Краткое руководство к исполнению кафедрального богослужения» (Lowe E. A Short Direction for the Performance of Cathedral Service. Oxf., 1661), Джеймса Клиффорда «Божественные службы и антемы» (Clifford J. The Divine Services and Anthems. L., 1663, 16642, 1963r) и Джона Плейфорда «Введение в искусство музыки» (Playford J. An Introduction to the Skill of Music. L., 1662. Ridgewood, (N. J.), 1966r). Они содержат подробные описания использования 8 тонов, а также дают варианты нек-рых из них с особыми (авторскими и местными) названиями; григорианская монодия последовательно заменяется на аккордовое 4-голосие, пока еще с сохранением ведущей мелодии — cantus firmus — в теноре. В сборнике Плейфорда впервые используются разные типы обозначений для акцентировки и речитации текста.

На протяжении XVIII — 1-й пол. XIX в. происходит постепенное упорядочение мелодического репертуара и формирование системы подтекстовки мелодии, в чем немалую роль сыграл выход в свет нотных сборников: «Пятьдесят двойных и одинарных наиболее излюбленных песнопений, исполняемых в соборах св. Павла, Вестминстерском и в большинстве соборов Англии» (Fifty Double and Single Chants, Being the Most Favorite, as Performed at St. Pauls, Westminster and Most of the Cathedrals in England, ок. 1750), Джона Бекуита «Первый стих каждого псалма Давида, с древним или нынешним напевом в партитуре» (Beckwith J. The First Verse of Every Psalm of David with an Ancient or Modern Chant in Score, 1808), где каждому псалму соответствует определенный мотив, и Роберта Джейнса «Псалтирь, или Псалмы Давида» (Janes R. The Psalter or Psalms of David. Ely, 1837) c точной разбивкой текста в соответствии с мелодией для облегчения исполнения приходскими хорами. 2-я пол. XIX в. отмечена появлением огромного числа «нотных книг» и заметной тенденцией к претенциозности стиля А. п. С конца того же столетия в Англии, где в 1888 г. было основано Об-во хорала и средневек. музыки (Plainchant and Mediaeval Music Society), а также в США пробуждается интерес к григорианской и ранней англикан. певч. традиции, что отразилось на богослужебной практике Церквей Англиканского содружества: при сохранении основного корпуса А. п. XIX в. исполняются также и более ранние мелодии, нек-рые мелодии Дж. Марбека помещены в англикан. Гимналах 1872 и 1982 гг. (причем в последнем соответствующим образом размечены и входные антифоны на литургии). См. также статьи «Антем», «Великобритания» (разд. «Церковная музыка»).

Лит.: Scholes P. Anglican Chant: The Oxford Companion to Music / Rev. by J. O. Ward. L., 1970; Ellinwood L. From Plainsong to Anglican Chant // Cantors at the Crossroads: Essays on Church Music in Honor of W. E. Buszin. St. Louis, 1967; Le Huray P. Music and the Reformation in England. L., 1967; idem // NGDMM. Vol. 1. P. 430-431; Long K. R. The Music of the English Church. L., 1972; Wilson R. M. Anglican Chant and Chanting in England, Scotland and America, 1660-1820. Oxf.; N. Y., 1996.

Кроссворд по музыке «Основные музыкальные формы»

Кроссворд по музыке

«Основные музыкальные формы»

О

С

Н

О

В

Н

Ы

Е

М

У

З

Ы

К

А

Л

Ь

Н

Ы

Е

Ф

О

Р

М

Ы

  1. Многоголосное песнопение в англиканской церкви (в том числе, с инструментальным сопровождением) на английском языке, в основном, на библейские тексты.

  2. Вокальное произведение для одного голоса с аккомпанементом, соответствующее драматическому монологу, обычно в составе оперы, оперетты, оратории или кантаты.

  3. Театральное представление, состоящее из танцев и мимических движений, сопровождаемых музыкой.

  4. Торжественная хоровая песня с инструментальным сопровождением.

  5. Музыкальное сочинение для четырех инструментов или голосов.

  6. Публичное исполнение музыкальных произведений, оперных, балетных, эстрадных и т. п. номеров по заранее определённой программе.

  7. Музыкально-драматическое произведение, предназначенное для исполнения в театре, а также театральное представление, в котором действующие лица поют в сопровождении оркестра.

  8. Комическая опера, в которой пение чередуется с разговором и танцами.

  9. Стихотворное произведение для пения.

  10. Религиозное песнопение, входящее в состав псалтыри.

  11. Католическое богослужение по умершему.

  12. Небольшое вокальное произведение лирического характера.

  13. Музыкальная композиция, исполняемая в чью-то честь.

  14. Большое музыкальное произведение для оркестра.

  15. Музыкальное произведение из нескольких разнохарактерных пьес, объединённых единством замысла.

  16. Музыкальное вступление к оперному, театральному представлению.

  17. Группа певцов, совместно исполняющих вокальное произведение.

  18. Выступление, исполнение без предварительной специальной подготовки.

  19. Последовательное повторение одной музыкальной темы несколькими голосами.

  20. Инструментальнаямузыкальная пьеса, в которой важное значение приобретает импровизационное начало, свободное развёртывание музыкальной мысли.

Ответы к кроссворду по музыке

«Основные музыкальные формы»

у

в

е

р

х

т

р

о

м

а

н

с

ю

п

р

е

р

е

к

в

и

е

м

э

р

а

с

к

е

н

с

б

н

а

р

и

я

п

п

с

а

л

о

м

а

ф

н

р

л

д

а

т

О

С

Н

О

В

Н

Ы

Е

М

У

З

Ы

К

А

Л

Ь

Н

Ы

Е

Ф

О

Р

М

Ы

п

м

т

а

т

м

у

е

т

н

а

г

р

с

к

в

а

р

т

е

т

з

а

а

ю

о

а

и

с

и

м

ф

о

н

и

я

т

я

т

ц

а

а

е

р

о

п

е

р

е

т

т

а

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *