Пожертвования в церкви

Документ принят Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 4 февраля 2013 года.

***

Освященный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви

(2-5 февраля 2013 года)

Позиция Церкви в связи с развитием технологий учета и обработки персональных данных

1. На протяжении последних лет многие люди, в том числе чада Русской Православной Церкви, проявляют серьезную обеспокоенность введением новых электронных технологий, используемых при взаимодействии граждан с государственными учреждениями и коммерческими организациями. Это выражается в разных формах несогласия.

Подобная обеспокоенность впервые возникла в связи с частным вопросом о введении идентификационного номера налогоплательщика и 19-20 февраля 2001 года рассматривалась VII Пленумом Синодальной Богословской комиссии Русской Православной Церкви. Ранее Священный Синод Русской Православной Церкви в заявлении от 7 марта 2000 года подчеркнул: «Никакой внешний знак не нарушает духовного здоровья человека, если не становится следствием сознательной измены Христу и поругания веры».

По мере появления новых технологий и включения их в различные сферы жизни потребовалось развитие церковной позиции, нашедшее свое отражение, в частности, в посланиях Архиерейского Собора 2004 года к Президентам России и Украины, Заявлении Священного Синода от 6 октября 2005 года, Определении Архиерейского Собора 2008 года «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви», Основах учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека, обращении Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации от 28 июля 2009 года, Определении Архиерейского Собора 2011 года «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви». Деятельность любого священнослужителя или мирянина должна учитывать позицию, выраженную в этих документах.

2. Православная Церковь не отрицает необходимости учета граждан государством. Пречистая Дева Мария и святой Иосиф Обручник, послушав повеление кесарево, чтобы «пошли все записываться, каждый в свой город» (Лк. 2:3), направились в Вифлеем, где и был рожден Спаситель мира. С давних времен власть проводила переписи населения, выдавала документы, удостоверяющие личность. Эти меры нужны для охраны правопорядка и общественной безопасности, выполнения экономических и социальных функций.

Церковь, участвуя в дискуссии о методах учета, не оправдывает тех, кто уклоняется от гражданских обязанностей или имеет преступные цели, но защищает право граждан жить в обществе в соответствии со своими убеждениями и принципами.

Проблемы, связанные с электронной идентификацией личности, учетом и обработкой персональных данных, продолжают накапливаться и усложняться. Сегодня необходимо продолжить богословское, нравственное и гражданское осмысление этих проблем.

3. В обществе распространяется обоснованная тревога по поводу того, что использование пожизненного персонального цифрового идентификатора в виде кода, карты, чипа или тому подобного может стать обязательным условием доступа каждого ко всем жизненно важным материальным и социальным благам. Использование идентификатора вкупе с современными техническими средствами позволит осуществлять тотальный контроль за человеком без его согласия — отслеживать его перемещения, покупки, расчеты, прохождение им медицинских процедур, получение социальной помощи, другие юридически и общественно значимые действия и даже личную жизнь.

Уже сейчас вызывают тревогу действия по сбору и обработке персональных данных детей, обучающихся в общеобразовательных учреждениях, так как нередко ведется неконтролируемый сбор данных, явно избыточных для обеспечения учебного процесса. Многие верующие выражают принципиальное несогласие с обязательным присвоением идентификационного кода с превращением его в несменяемый, пожизненный и посмертный атрибут. Помимо этого, обеспокоенность вызывает усиливающаяся тенденция к увеличению сбора биометрических данных о человеке, а также появление имплантируемых электронных идентификационных устройств.

Вся собранная информация может не только использоваться, но автоматически анализироваться с целью принятия управляющих решений в отношении конкретного человека. Введение же сквозного идентификатора личности позволяет создать единую базу данных, где в режиме реального времени могут собираться, храниться и автоматически анализироваться данные из различных сфер жизни человека.

4. Основываясь на своих конституционных правах, тысячи людей, включая православных верующих, не желают по тем или иным причинам, в том числе религиозно мотивированным, принимать новую идентификационную систему, использовать документы с электронными идентификаторами личности (личным кодом, штриховым кодированием, идентификационными номерами). Многие из этих людей сообщают о нарушении их конституционных прав. Нередко этих людей лишают медицинской помощи, пенсий по возрасту и других выплат, оформления инвалидности и различных льгот. Подчас они не могут совершать сделки с имуществом, поступать на учебу или работу, вести предпринимательскую деятельность, оплачивать коммунальные услуги, приобретать проездные документы. В итоге формируется целый слой людей, выброшенных из всех сфер общественной и государственной жизни.

5. В задачи Церкви не входит подробный анализ причин отказа каждой конкретной группы людей от каждого конкретного технологического новшества или принятия подобных новшеств. Однако Церковь убеждена, что упомянутые технологии не должны быть безальтернативными и принудительными. Те, кто отказывается принимать эти технологии, должны иметь альтернативу — использование традиционных методов идентификации личности, применяемых сегодня в большинстве стран канонической ответственности Московского Патриархата. Церковь считает недопустимыми любые формы принуждения граждан к использованию электронных идентификаторов, автоматизированных средств сбора, обработки и учета персональных данных и личной конфиденциальной информации. Реализацию права на доступ к социальным благам без электронных документов необходимо обеспечить материальными, техническими, организационными и, если необходимо, правовыми гарантиями. Церковь считает недопустимым принудительное нанесение на тело человека каких-либо видимых или невидимых идентификационных меток, имплантацию идентификационных микро- и наноэлектронных устройств в тело человека.

В связи с тем, что обладание персональной информацией создает возможность контроля и управления человеком через различные сферы жизни (финансы, медицинская помощь, семья, социальное обеспечение, собственность и другое), возникает реальная опасность не только вмешательства в повседневную жизнь человека, но и внесения соблазна в его душу. Церковь разделяет опасения граждан и считает недопустимым ограничение их прав в случае отказа человека дать согласие на обработку персональных данных.

Согласие граждан на использование средств электронного учета должно сопровождаться обязательным разъяснением всех последствий принимаемого решения. Гражданам, желающим использовать эти средства, необходимо гарантировать доступ к информации о содержании электронных записей, равно как и возможность изменять содержание данных записей или удалять их в тех случаях, когда иное не предусмотрено установленными законом требованиями общественной безопасности. Следует гарантировать и, если необходимо, усилить ответственность за утечку или ненадлежащее использование персональных данных. Документы, выдаваемые государством, не должны содержать информацию, суть и назначение которой непонятны или скрываются от владельца документа, а также символов, носящих кощунственный или нравственно сомнительный характер либо оскорбляющих чувства верующих.

Церковь осуществляет диалог по этим вопросам с органами власти России, Украины, Беларуси, Молдовы, Казахстана, государств Средней Азии и других стран, добиваясь учета и понимания позиции верующих. Особенно важным Собор считает соблюдение принципа добровольности при принятии любых идентификаторов, предполагающего возможность выбора традиционных методов удостоверения личности. Собор призывает власти государств канонического пространства нашей Церкви придерживаться данного принципа. При этом необходимо проявлять уважение к конституционным правам граждан и не дискриминировать тех, кто отказывается от принятия электронных средств идентификации.

В случае принуждения граждан к принятию подобных средств и дискриминации, связанной с их непринятием, Собор предлагает этим людям обращаться в суд, а также информировать епархиальное священноначалие и, при необходимости, Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви и общества.

6. Впрочем, многое предупреждает нас о том, что мы можем оказаться перед лицом новых вызовов. Если сужение границ свободы, осуществляемое в том числе средствами электронного контроля, приведет к невозможности свободного исповедания веры Христовой, а законодательные, политические или идеологические акты, обязательные для исполнения, станут несовместимы с христианским образом жизни, — наступит время исповедничества, о котором говорит Книга Откровения (гл. 13-14).

При этом Освященный Архиерейский Собор напоминает о неприемлемости ситуации, когда отдельные миряне, а порой и клирики восхищают право от лица Церкви выносить определения о совместимости или несовместимости того или иного явления с верой Христовой и христианским образом жизни. Такое право принадлежит Собору или Синоду, опирающимся на Священное Писание и Предание Церкви и действующим в единомыслии со всем клиром и паствой.

Клир, монашествующие и все верные чада Святой Церкви призываются проявлять в данных непростых вопросах духовную зоркость и христианское трезвомыслие, заботиться о свободе исповедания веры и поддержании христианского образа жизни, помня, что принести Богу добрые духовные плоды может лишь тот, кто пребывает во Христе и сохраняет верность церковному единству.

<strong>МОСКВА 12 июн — РИА Новости, Артем Буденный. </strong>Церковь существует на пожертвования — так заповедано в Библии. Но, зайдя в храм, мы зачастую видим ценники: на молебны, панихиды, свечи и иконы. Так где в Церкви пожертвования, а где — бизнес? «Питается от жертвы» Церковь питается от жертвы прихожан, говорят священники.»Разве не знаете, что священнодействующие питаются от святилища? Что служащие жертвеннику берут долю от жертвенника? Так и Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования», — сказано в Священном писании. Основной доход православного прихода составляют пожертвования крупных благотворителей, компаний и обычных прихожан. Тем более что с точки зрения Церкви все, что вы оплачиваете в храме — будь то требы, свечи или книги, — это пожертвование. «Эти деньги идут не на развитие коммерческой деятельности, а на нужды, на жизнедеятельность храма и общины. Бенефициар тут — весь приход, вся паства», — объясняет протоиерей Павел Великанов, настоятель Пятницкого подворья Троице-Сергиевой лавры, завкафедрой богословия Московской духовной академии и семинарии.Та же логика отражена и в законодательстве. Приходы оформляются как религиозные организации (подвид некоммерческой организации). Благодаря этому статусу они не платят некоторые налоги, в том числе с отраженных в отчетности пожертвований, например, за освящение квартир или поминовение людей, указанных в подаваемых прихожанами записках о здравии или упокоении. Слово «прибыль» в Церкви считают неуместным, однако призывают покупать свечи и прочие предметы, связанные с православными обрядами, именно в храме, ведь если человек пытается сэкономить и покупает все это на стороне, то доход получают те, кто торгует этим в коммерческих интересах.»Молитвой не торгуем»Но пожертвование должно быть добровольным, безвозмездным, а главное — посильным. Почему же тогда в церковных лавках цены на все, что там продается, — фиксированные?»Сейчас принято говорить «сумма пожертвования». Фарисейство, конечно, с одной стороны. Но с другой — напоминание о сути: это все же жертва, а не купля-продажа», — считает архимандрит Филипп (Симонов), профессор МГУ, доктор экономических наук, начальник управления Счетной палаты России. По его словам, Церковь «не продает «товары и услуги», но осуществляет религиозные обряды, не подпадающие под определение «услуги».Однако если у предметов, например, свечей или книг, есть себестоимость, и условной жертвой становится надбавка к ней, то у поминовения, молитвы себестоимости, кроме «трудочасов» читающих молитву — нет. Кроме того, «продажа» таинств вообще считается грехом. И тем не менее бывает, что у прихожан отказываются принять поминальные записки бесплатно или если у них не хватает денег, чтобы заплатить указанную цену.»Никаких прейскурантов в церкви быть не должно — ни на таинства, ни на обряды, ни на поминовения, — заявил митрополит Иларион (Алфеев), председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата. — Могут быть только указания на рекомендуемые пожертвования для тех людей, которые хотят, чтобы им обозначили, какая сумма обычно жертвуется в том или ином случае. Но это не прейскурант, не обязаловка».По его словам, «ни один архиерей не вправе отказать ни одному человеку в совершении таинства или в поминовении, если этот человек не может или не хочет внести пожертвование».Откупиться жертвойВпрочем, жертва это или покупка — зависит от нашего к этому отношения, уверен архимандрит Филипп. «Если вы жертвуете — это жертва, если покупаете — товар, — считает он. — Причем большинство сейчас стремятся ограничиться именно жертвой деньгами. Когда в церковь идут «свечку поставить», а не Богу помолиться».Вот только принцип «ты мне — я тебе» там не работает. И даже если вы именно жертвуете, а не «откупаетесь», — никто не гарантирует, что эта жертва будет принята. «Все зависит от вашего внутреннего расположения: если вы «веселыми ногами» пришли в храм и от души что-то принесли — хоть 20 копеек, — честь вам и хвала. Если же вы потом всю ночь промаялись, жалея о содеянном, это вряд ли жертва», — предупреждает отец Филипп.А для людей недоверчивых закон предусматривает возможность убедиться, что его пожертвование использовано «по назначению»: «Юридическое лицо, принимающее пожертвование, для использования которого установлено определенное назначение, должно вести обособленный учет всех операций по использованию пожертвованного имущества». То есть жертвователь может спросить отчет, на что и как были потрачены его средства. Именно так зачастую происходит с пожертвованиями на строительство храмов: предоставляется детальный отчет об израсходованных средствах.Учет и контрольКонтролирует ли сама приходская община, на что тратятся пожертвования? «В разных поместных Церквах это решается по-разному — в зависимости от законов и традиций. За границей есть приходы, где решения финансового плана принимаются приходским советом, который владеет информацией о всех доходах храма. Этот же совет назначает зарплату священникам», — объясняет протоиерей Павел Великанов.А вот самому жертвователю прежде всего надо задать вопрос себе: зачем ему учет и контроль в отношении его жертвы, считает архимандрит Филипп. «Напоминаю, по поводу жертвы в Евангелии сказано: «Когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая», — говорит он.»А священноначалию надлежит руководствоваться законодательством о бухучете и отчетности, решая, в каких пределах расходовать собранные пожертвования с целью закупки, например, оборудования и материалов для содержания и ремонта помещений, эксплуатации транспортных средств, равно как и на выплату заработной платы, от которой в перспективе зависит и пенсия, — вплоть до разработки и утверждения соответствующих согласованных с госорганами указаний для юрлиц, составляющих данную централизованную религиозную организацию», — поясняет отец Филипп. Стать «соучастником жертвы» «Во всех религиях жертва всегда являлась ключевым действием. В христианстве главная жертва, вокруг которой живет Церковь, — жертва Иисуса Христа. Бог сам отдает в жертву своего Сына, чтобы разрешить те проблемы, которые люди сами разрешить не в состоянии», — рассказывает протоиерей Павел Великанов.По мнению священника, люди не могут принести Богу ничего большего, чем Он сам принес в качестве жертвы, но они могут стать соучастниками этой его жертвы. «В Церкви все, что связано с жертвенностью, направлено на деятельную любовь. В чем она проявляется? В том, что мы в чем-то себя ограничиваем и за счет этого получаем возможность поделиться с другими людьми временем, средствами, вниманием, словами, заботой — чем угодно», — говорит отец Павел.Но главное, жертва — это от любви. «Даже простое общение людей друг с другом, когда оно не преследует каких-то деловых целей, какой-то выгоды, — это жертва. Мы отдаем часть времени, сил, интеллекта, душевной теплоты другому человеку, не ожидая, что он нам каким-то образом это вернет», — полагает священник.Сейчас в храмах действуют программы помощи бездомным, детям, инвалидам, можно узнать, кому конкретно сейчас нужна помощь. «При многих приходах организуются клубы взаимопомощи, люди начинают выстраивать горизонтальные связи. И такое превращение прихода в живую общину, в живую семью — одна из самых лучших форм христианской жертвы», — уверен он.

Если человеку в церкви отказывают в совершении таинства крещения или венчания только потому что у него нет денег, это повод обратиться с жалобой к правящему архиерею , — сказал в передаче «Церковь и мир» на телеканале «Россия 24» митрополит Волоколамский Иларион.

Комментируя информацию о том, что в одной из епархий были «резко подняты цены на таинства и обряды, он подчеркнул, что в церкви нет цен на требы.

Если архиерей распространяет какие-то прейскуранты, это идет вразрез с общецерковной позицией, неоднократно выраженной Патриархом, который подчеркивал, что в Церкви не может быть никаких прейскурантов — ни на крещение, ни на венчание, ни на другие таинства или обряды, — сказал митрополит Иларион. А столкнувшимся с подобными случаями посоветовал письменно сообщить о происходящем на имя управляющего делами Московской Патриархии.

Споры о ценах обычно ведут малоцерковные люди, глубоко воцерковленные давно знают, что человека крестят и повенчают бесплатно, если у него нет на это денег. И никто не запишет ему совершенное над ним таинство в долг.

Хотя в Церкви существует так называемое «рекомендуемое пожертвование».

Человеку, приходящему в церковь с вопросом «Сколько стоит крестить ребенка?» должны ответить «Нисколько». Но если человек настаивает: «Я хочу пожертвовать деньги, а сколько не знаю, подскажите мне», ему могут подсказать, сколько люди обычно жертвуют в таком случае, объяснил митрополит Иларион.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *