Pravoslavie uz

Узбекистан, Ташкент — АН Podrobno.uz. Известный факт, что после развала Союза началась миграция русскоязычного населения из бывших советских республик, в том числе, и из Узбекистана.

Достаточно большое количество православных в начале девяностых покинули республику. Правда сейчас этот процесс практически сошел на нет, отток русскоязычного населения, конечно, происходит и сегодня, но уже не в таких масштабах, как в первые годы независимости.

Несмотря на это, жизнь многих церковных приходов в стране, как ни странно, не затихает и даже постепенно активизируется. Вот уже многие десятилетия православие в Узбекистане является вторым по численности верующих после ислама религиозным направлением. О том, как развивается православие в Узбекистане корреспонденту Podrobno.uz рассказал наместник Свято-Георгиевского мужского монастыря Чирчика игумен Нектарий (Блинов).

«То количество русскоязычного населения, которое сейчас проживает в Узбекистане, еще достаточно большое, поэтому не могу сказать, что число прихожан уменьшается. Возможно, где-то на периферии наблюдается спад приходов, но это не носит массовый характер. Не стоит забывать, что в стране не актуальна проблема демографии, поэтому, несмотря на постоянную миграцию, баланс всегда поддерживается. Кроме того, не все русскоязычные – этнические русские, белорусы, украинцы, корейцы и другие ходят в православный храм. Но многие из них со временем приходят к православию. В результате, получается, что на место прихожанина, уехавшего в другую страну на ПМЖ, приходит другой», – рассказал отец Нектарий.

Как известно, все воскресные дни для православных христиан являются праздничными, так как посвящены воспоминанию Воскресения Христова. По словам отца Нектария, если прийти в воскресный день на раннюю или позднюю литургию в Свято-Успенский кафедральный собор Ташкентской епархии, то можно увидеть, что храм полон молящимися.

«Также и в нашем небольшом Георгиевском мужском монастыре в городе Чирчик. Когда меня только назначили наместником монастыря – 10 лет назад, в воскресные дни в церкви собиралось всего около 60 человек, а сегодня это число выросло до 200, то есть почти в три раза увеличилось количество прихожан. Отмечу, что население Чирчика составляет около 150 тысяч человек. По нашим подсчетам, из них около 15% местных жителей являются русскоязычными. Но назвать точное число православных будет сложно», – говорит отец Нектарий.

Священнослужитель должен быть хорошим администратором

По словам наместника Георгиевского мужского монастыря, многое зависит от настоятеля церкви. Помимо того, что он должен служить в храме, произносить проповеди для прихожан, нести людям Слово Божие, настоятель также обязан быть хорошим администратором.

Если он активно работает с людьми, общается с прихожанами, внимателен к их заботам и проблемам, то к таким священнослужителям ходят толпы православных. Понятно, что если священник не совсем добросовестно относится к своим обязанностям, то народ идет в храм в малом количестве.

«Безусловно, в первую очередь для священника важна вера в Бога и желание помочь людям. Однако, чтобы успешно служить людям и быть представителем Бога на земле, ему необходимо владеть такими качествами, как доброжелательность, терпимость, умение слушать и слышать, быть хорошим наставником. С другой стороны, для того чтобы жизнь в храме была активна и насыщена, настоятель должен быть и хорошим администратором», – сказал отец Нектарий.

По его словам, справедливости ради стоит признать, что не каждый священник – это грамотный администратор.

«Одни священнослужители являются хорошими молитвенниками, другие – замечательные проповедники, а третьи – не только усердные деятели молитвы и проповеди, но также имеют администраторские навыки, и именно благодаря таким наставникам приходская жизнь в храмах активно развивается. Поэтому, многое зависит и от того, каким даром обладает священник», – отметил он.

Как относится Церковь к смене религии?

Количество представителей этнических групп, исповедующих традиционные религии и решивших вступить в смешанные браки, с каждым годом растет. В основном межнациональные браки, как раньше, так и теперь, заключают женщины. Часто дети второго поколения теряют религиозную самоидентификацию. Это связано с социальными факторами, такими как брак и среда обитания.

Кроме того, для ряда народов республик бывшего Союза существенную роль также играет трудовая миграция. Конечно, меняют религию не только те, кто создал семью с представителем другой нации. Бываю случаи, когда у человека внутренние убеждения меняются и не соответствуют тому вероисповеданию, которое он «унаследовал» от родителей. Поэтому сегодня не редки случаи, когда православный принимает ислам и наоборот.

На вопрос, насколько актуальна на сегодняшний день для Русской православной Церкви проблема принятия христианами ислама, отец Нектарий ответил, что это не проблема, а личное дело каждого человека.

«Мы не можем запретить православным менять христианство на другую религию – будь то ислам или иудаизм. Выбор веры – личное дело каждого человека. Церковь не осуждает христианина, решившего принять иную религию. Мы, конечно, скорбим по тем, кто уходит от нас, но в личный выбор, в принципе, невозможно вмешаться. Важно заметить, что Церковь не ведет работу по привлечению мусульман в христианство. У нас нет миссионерских целей», – сказал игумен Нектарий.

Дело в том, что в 1871 году во время прихода Царской России в Среднюю Азию, когда здесь официально образовалась Ташкентская епархия – на тот момент Туркестанская епархия, Константином Кауфманом, первым туркестанским генерал-губернатором, был принят специальный указ.

Согласно этому документу, категорически запрещалось вести всяческую миссионерскую деятельность среди местного населения. Это было сделано потому, что в России ислам всегда уважался, как традиционная религия, на службе российского императора всегда были как христиане, так и мусульмане, и они пользовались равными правами.

Кстати, раньше была специальная книга регистрации, где указывались случаи перехода из христианства в ислам и наоборот. Записи регистрировались до 1917 года, то есть до «церковной революции». Но даже в тот период смена религии оставалось личным делом каждого человека.

Наместник Георгиевского мужского монастыря подчеркнул, что если человек нашел нечто большее в иной религии, то никто не может запретить ему принять ислам или христианство.

«Порой родные и друзья осуждают своего близкого человека за такой шаг, обвиняя его в том, что он предал свою веру, но это неправильно. Мы стараемся объяснить им, что у каждого человека есть право выбирать, ведь это его личное общение с Богом, и никто не вправе ставить запреты и ограничивать эту связь. Если человек нашел себя в другой религии, то ничего плохого в этом нет», – считает он.

С другой стороны, по словам отца Нектария, если человек не нашел себя в христианстве, то, скорее всего, он плохо искал.

«Например, если к нам обращаются мусульмане, желающие принять христианство, мы сразу не проводим таинство крещения. Прежде, чем пойти на этот серьезный шаг, я прошу их вначале лучше изучить Коран, почитать хадисы и пообщаться с образованными имамами, с которыми можно поговорить о вере. Большая часть этих людей не возвращаются назад для того, чтобы продолжить беседу о христианстве. Это говорит о том, что они сумели найти ответы на многие вопросы, а главное – нашли себя в исламе», – сказал он.

Отец Нектарий подчеркнул, что с самого начала между мусульманским населением Средней Азии и православными христианами были взаимно доброжелательные отношения. Будучи многонациональным и многоконфессиональным государством, Узбекистан на своем примере долгие годы наглядно доказывает возможность мирного сосуществования людей разного вероисповедания. Очень важно, чтобы Узбекистан и впредь сохранял особые отношения между людьми различных национальностей и вероисповеданий.

Новости не выбирают: читайте все самое интересное в Telegram-канале АН Podrobno.uz

С 1 апреля в Свято-Успенском кафедральном соборе Ташкента выставлены частицы мощей блаженной Матроны Московской. За это время тысячи православных верующих посетили собор, чтобы поклониться ее мощам.

В связи с тем, что поток верующих только увеличивается, принято решение оставить мощи блаженной Матроны Московской в Ташкенте минимум до Пасхи, сообщила Пресс-служба Ташкентской и Узбекистанской епархии. После Пасхи мощи святой Матроны будут отправлены по приходам регионов Узбекистана.

Блаженная старица Матрона Московская – Матрона Димитриевна Никонова (1881-1952 годы) была православным человеком в глубоком, традиционном значении этого слова. Сострадание к людям, идущее из полноты любящего сердца, молитва, крестное знамение, верность святым уставам Православной Церкви – вот что было средоточием ее напряженной духовной жизни.

Природа ее подвига своими корнями уходит в многовековые традиции народного благочестия. Поэтому и помощь, которую люди получают, молитвенно обращаясь к праведнице, приносит духовные плоды: люди утверждаются в православной вере, воцерковляются внешне и внутренне, приобщаются к повседневной молитвенной жизни.

Матрону знают десятки тысяч православных. Матронушка – так ласково называют ее многие. Считается, что она, как и при земной своей жизни, помогает людям, особенно в излечении от тяжелых и даже неизлечимых (по медицинским показателям) заболеваний.

Святые мощи блаженной Матроны находятся в московском женском Покровском монастыре.

Недавно в Кельне я познакомилась с девушкой, приехавшей в Германию из Узбекистана. Разговор зашел об исламе. Совершенно неожиданно для меня выяснилось, что девушка не была мусульманкой, хотя вся ее семья и окружение исповедуют ислам. Оказалось, что она является членом организации «Свидетели Иеговы». На первый взгляд мне показалось, что Узбекистан и «Свидетели Иеговы» – две вещи несовместные, но, как выяснилось, в Узбекистане есть и пятидесятники, и адвентисты… И все это на фоне активизирующихся в Центральной Азии радикальных исламских организаций. Как это возможно, что в исторически исламском государстве -такое количество так называемых нетрадиционных религиозных организаций? Как им удается сосуществовать с мусульманством? Рассказывает наш корреспондент в Ташкенте Наталия Бушуева:

«Всего в Узбекистане зарегистрировано 2 тысячи 77 религиозных организаций. Из них 1890 исламских, 35 православных и 5 католических. Кроме того, существует один буддийский храм. По словам председателя Комитета по делам религии при кабинете министров республики Узбекистан Шоазима Миноварова, помимо ведущей традиционной религии — ислама, зарегистрировано 15 религиозных конфессий. Среди них церковь адвентистов, Свидетели Иеговы, церковь полного Евангелия, корейские протестантские церкви и множество других. В подобные «дома молитвы» ходят не только русские, но и, к примеру, корейцы, татары и узбеки.

Рассказывает Ширин — представительница церкви Христа движения пятидесятников:

«Я родилась в семье богатых людей. И всегда среди моих родственников, двоюродных братьев и сестер я себя чувствовала изгоем, белой вороной. Я увлекалась и гороскопами, и гаданиями… Я пыталась придерживаться ислама: покрываться – закрываться, соблюдать все эти внешние атрибуты. Но это ведь все внешнее… Мое сердце оставалось пустым».

Своим опытом поделилась и прихожанка церкви полного Евангелия Гуля:

«В 1991 году я сильно болела, лежала в реанимации… Потом встретила свою подругу, мы с ней крестились свободным крещением в речке. И теперь без Господа мы уже не живем».
По словам старшего администратора Центра христиан полного Евангелие Вагифа Садыкова, в их центр ходят более 12-ти тысяч человек. Русских, по его наблюдениям, там меньшинство. Раз в неделю службы ведутся на узбекском языке. Прихожанка Центра рассказывает:

«У нас есть и узбекская группа прославления. Она разъезжает по церквям и прославляет Иисуса на узбекском языке».

Обычно родственники новообращенных нетрадиционных религиозных организаций зачастую бывают недовольны и даже очень испуганы подобным увлечением своих близких. Говорит Ширин:

«Рыдают, плачут, требуют, чтобы ты вернулся. Куда вернулся? Это непонятно. Куда возвращаться? К мертвой религии? К чему-то, что не спасает и не дает вот этого мира и покоя в сердце?».

Как рассказал председатель Комитета по делам религии Шоазим Миноваров, сейчас СМИ часто пишут и говорят о том, что людей, которые традиционно исповедывали ислам, обращают в свою веру представители различных организаций христианского толка. По мнению Шоазима Миноварова, это не повод для паники. И вот почему:

«Речь не идет о том, что кто-то ходил в мечеть пять раз в день и вдруг он перестал ходить в мечеть и начал ходить в какую-нибудь православную церковь или синагогу. Таково ведь нет. В основном от ислама уходят дети смешанных браков, где, например отец узбек, а мать русская или наоборот. Кроме того, в эти нетрадиционные для Узбекистана церкви идут люди, которые раньше не исповедывали никакой религии».
С точки зрения государства, это — нетрадиционные религии, с точки зрения мировых религий это — обыкновенные секты.

Имам одной из мечетей Ташкента Абдукадыр Хайдаров считает руководителей подобных организаций мошенниками, но думает, что обращение в эту веру — личное дело каждого человека. Абдукадыр Хайдаров даже отметил, что многие из людей ходят туда, так как им там помогают материально. Он считает, что для новообращенных новомодные культы притягательны и по этой причине. Этот факт подтверждают и слова Гули, прихожанки Центра христиан полного Евангелие:

«Они помогали. Устроили мне хороший праздник на день рождения. Подарили подарки. На какие-то мои нужды они выделяли мне деньги».

А вот что говорит о религиозных организациях нетрадиционного толка представитель православной церкви в Узбекистане отец Пахомий:

«Последователи полного Евангелия, сатанисты, адвентисты, пятидесятники, баптисты… Все они на один пошиб. Многие из них только прикрываются именем Христа. Это как лозунг. А за афишей, за этим лозунгом стоит нечто совершенно другое. Например, личное обогащение. Некоторые прямо так и говорят: если хотите заработать много денег, создайте новую религию. А потом возраст церкви. Православная церковь существует 2 тыс. лет, а сектанские объединения существуют всего 100 – 150 лет. Или мы будем доверять убеленному сединой старцу, или малышу, который только что научился говорить».

Как сказал Шоазим Миноваров, в Узбекистане может быть зарегистрирована любая религиозная организация, если ее деятельность не противоречит конституции, а также не направлена на разжигание религиозной или межэтнической вражды.

В Узбекистане церковь отделена от государства. Поэтому власти не имеют права вмешиваться во внутреннюю жизнь религиозных организаций. Но здесь следует отметить, что законодательством Узбекистана запрещена миссионерская деятельность и прозелитство. В таких случаях деятельность религиозных организаций проверяется либо правоохранительными органами, либо самим комитетом по делам религии. В частности, по рассказам представителей комитета, многие сограждане не довольны слишком навязчивым общением Свидетелей Иеговы:

«Жалобы в основном поступают на Свидетелей Иеговы. У нас здесь есть также церковь христиан полного Евангелия. На них тоже жалуются. Они иногда выходят за рамки дозволенного, то есть за рамки миссионерства. Был такой случай: к нам обратились работники мечети из Ташкентской области. Они обратили внимание на то, что в последнее время в дома к узбекским семьям слишком часто приходят Свидетели Иеговы и представители других подобных организаций. Они попросили помочь. Наши сотрудники выезжали туда и уладили эти вопросы».
Как говорит Шоазим Миноваров, «важно научиться быть терпимыми к и уважать выбор человека, но в то же время нельзя забывать о том, что некоторые религиозные организации не так безобидны, как на первый взгляд кажутся. В Узбекистане, например, запрещены Белое Братство, церковь Муна и различные сатанинские секты. По убеждению председателя Комитета по делам религий, «в Узбекистане царит межрелигиозное согласие» и поводов для паники пока нет». Так ли это на самом деле, покажет время.

Наталия Бушуева, Дарья Брянцева, НЕМЕЦКАЯ ВОЛНА

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *