Православная церковь в Китае

Не только КНР

Китай для многих — ​не просто другая страна, а практически другая планета, огромная, далекая и малопонятная. Но свет православной веры освещает и её.

Протоиерей Дионисий Поздняев, настоятель общины святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Гонконге

Четыре прихода, один клирик

В Китайской Народной Республике официальная деятельность иностранных миссионеров невозможна: по китайскому законодательству никакая религиозная организация не может возглавляться из-за рубежа. Так что официально, юридически, Русская Православная Церковь в КНР присутствовать просто не может. Но «Китай», — ​это не только КНР, это и Гонконг, и Тайвань, и Макао, китайская эмиграция — ​по всему миру, в том числе и в России. И там проводить миссионерскую работу можно всем. Там нет ограничений и мы ведем прямую миссионерскую деятельность на Тайване, в Гонконге, в китайской диаспоре в Российской Федерации, в Северной Америке, в Австралии, в Новой Зеландии… Поэтому прежде всего надо уточнить слово «Китай», что мы имеем в виду под Китаем: большой Китай, китайский мир или КНР.

При этом в КНР есть Китайская Православная Церковь. Это модель, которая обозначена таковой со стороны Русской Православной Церкви. Русская Православная Церковь объявила о создании Китайской автономной Православной Церкви в 1956 году. К сожалению, Константинопольский Патриархат (если речь о всеправославном признании) ее до сих пор не признал. На территории Китайской республики она не имеет регистрации на уровне общегосударственного религиозного учреждения в силу малочисленности и разрозненности. Чтобы Китайскую Православную Церковь признали в качестве национальной религиозной организации, она должна иметь широкую, связанную цепь приходов в разных уголках страны. Сегодня вместо этого — ​четыре отдельных прихода, которые не составляют общую организацию. Там нет клириков, кроме одного, нет архиерея… Православная среда была разрушена — ​так сложилось исторически, вспомним гонения XX века. И люди просто не имеют возможность получить опыт духовной и богослужебной жизни.

При этом нельзя говорить, что Китайская Православная Церковь не имеет юридического статуса. В Китайской Народной Республике существует официальный диалог между Русской Православной Церковью и Управлением по делам религии КНР. Задача этого диалога — ​нормализация положения Китайской Православной Церкви, поскольку в настоящее время это положение нельзя признать нормальным.

Важно показать, что главное для Русской Православной Церкви — ​именно духовная, молитвенная, богослужебная жизнь китайских общин, а не российско-китайские отношения и прочие политические нюансы.

Уже есть договоренность об учебных программах, о том, что китайские граждане будут рукоположены для существующих общин. Но пока им предстоит получить соответствующее образование, согласие властей на то, чтобы они служили в этих общинах, и, понятное дело, согласие самих общин. Думаю, раз процесс запущен, здесь будет дальнейшее развитие, возможно, не так скоро.

У нас сейчас есть всего один священнослужитель-китаец, который принадлежит к Китайской Церкви.

Он ограничен в своей деятельности приходом Харбина. Он продолжает обучение в семинарии в Санкт-Петербурге, он — ​официально обучающийся в России студент, направленный по согласованию с Управлением по делам религии. Вопрос обучения китайских студентов в российских семинариях будет обсуждаться дальше. И мы ожидаем прибытия новых студентов из Китайской народной республики.

Миссионерская деятельность в «большом Китае» — ​это переводы; различные образовательные программы. Но, с моей точки зрения, пока крайне недостаточное количество ресурсов вкладывается в переводы. А православная литература на китайском языке — ​катехизаторская, а зачастую и богослужебная — ​крайне необходима сегодня. Переводы катехизаторской литературы помогут образовывать людей, чтобы они имели хотя бы первоначальное понимание о православии. То есть, речь идет о создании фундамента, среды и нормальной, здоровой православной общины.

Мы в нашем приходе используем в богослужении китайский язык. Соответственно, переводим тексты богослужебные, катехизические на китайский язык. Но Гонконг — ​это мультиязычная среда, так что мы служим и по-китайски, и по-английски, и по-церковнославянски. Наши прихожане — ​местные, китайцы, приезжающие из КНР, русские, украинцы, и европейцы, и американцы. Одна из главных проблем православного прихода в Гонконге — ​с помещением.

Мы служим в офисном помещении. Отдельно стоящего храма нет по причине крайней дороговизны земли, и здесь самая высокая стоимость недвижимости в мире — ​дороже, чем в Лондоне, дороже, чем в Нью-Йорке.

Так что купить землю, недвижимость практически невозможно. Недостаток средств сказывается и на том, что нам трудно оплачивать работу квалифицированных переводчиков. А она необходима, поскольку, как я уже сказал, есть явный недостаток соответствующих книг на китайском языке. И мы всячески стараемся эту ситуацию исправить. Думаю, в Русской Православной Церкви хорошо было бы создать и регулярно поддерживать программы образования клириков, программы переводов катехизической литературы на китайский язык. Это требует серьезного финансирования, чтобы работа осуществлялась быстро и эффективно.

Возможно ли сегодня возрождение Русской духовной миссии? В Китайской Народной Республике точно нет. По тем причинам, о которых я сказал в самом начале. А вот в Тайване, и в Макао, и в Гонконге — ​вполне. Это может называться по-другому: учебный центр, институт, патриарший приход. Но все равно де-факто это будет миссия.

Католики вложили в развитие своей конфессии за прошедшее время значительно больше усилий. Официальная Католическая Церковь в Китае — ​это примерно шесть миллионов прихожан. Православных же можно считать десятками, даже не сотнями. В Гонконге около десяти процентов всего населения — ​это христиане, католики или протестанты. Православных — ​даже тысячных долей процента не будет. Единицы.

222 мученика и православный подкаст

Александр Дмитренко, докторант Городского университета Гонконга (City University of Hong Kong), исследователь истории Православия в Китае и православных переводов Библии на китайский язык

Православию в Китае более 300 лет. За точку отчета принято брать 1685 год, когда в битве при крепости Албазин албазинцы-казаки были взяты в плен Цинской армией и так на китайской земле оказались первые православные. В их числе был священник Максим Леонтьев. Примерно первые 150 лет миссионеры, в основном, духовно окормляли лишь потомков албазинцев, родившихся в Пекине. Только с 1858 года, когда Цинское правительство объявило свободу миссионерской деятельности русских подданных и в 1861 году была образована дипломатическая миссия, наши миссионеры начали рассказывать о православной вере местному населению.

С 1898 года по 1901 год в Китае шло Ихэтуаньское восстание, антизападное и антихристианское по своей сути. В 1900 году пострадали в том числе и православные христиане. 222 мученника были канонизированы Русской Православной Церковью, изначально как местно-чтимые святые, а в этом году — ​как почитаемые во всей Церкви.

Расцвет миссии приходится на начало ХХ столетия. Главной личностью в деле проповеди православия в Китае в эту эпоху стал митрополит Иннокентий (Фигуровский), благодаря трудам которого уже к 1916 году в Китае было более 6000 православных христиан. Затем — ​1917 год, наплыв белой эмиграции, православных сразу стало гораздо больше, но это были русские люди. С приходом к власти коммунистов многие бежали, в том числе — ​многие верующие православные китайцы. Кто-то бежал в Соединенные Штаты, кто-то в Австралию, кто-то в Гонконг, в другие страны. В 1960-е умерли два архиерея Китайской Автономной Православной Церкви (основанной в 1956 году) и Церковь осталась без архипастырей вообще. После «культурной революции» (1966–1976 годы, когда проходили репрессии, в том числе, преследование христиан, включая православных) православных в Китае практически не осталось. Когда в начале 80-х после реформ Дэн Сяопина власти официально признали, что Церкви имеют право на существование, Православной Церкви как таковой, уже, по сути, не было. Сегодня в КНР есть четыре разрозненных прихода.

Сегодня восстановить русскую православную миссию в том виде, в каком она была более ста лет назад, мне не представляется возможным. По нескольким причинам. Одна из них — ​запрет властей КНР на миссионерскую деятельность иностранных миссионеров. Вторая — ​отсутствие кадров в Русской Православной Церкви. То есть, даже если бы правительство Китая сказало: «Вы имеете право свободно заниматься миссионерской деятельностью, создать миссию», — ​то нам и посылать было бы некого. У нас практически нет (крайне мало) специалистов в этой области, людей, которые были бы заинтересованы и владели бы языком в нужной степени.

Кроме того — ​где взять финансы, чтобы содержать все это? Финансовый вопрос остро стоит и в Гонконге, и на Тайване, где нет препятствия для миссионерской деятельности в виде запрета властей на иностранных миссионеров. Надо содержать священников, оплачивать работу переводчиков — ​без катехизаторской литературы на китайском языке просто не обойтись. Если Русская Православная Церковь будет целенаправленно подготавливать миссионеров, если у миссии будет достаточное финансовое обеспечение их деятельности — ​то проповедь православия среди китайцев будет более активной. И в самой КНР православные китайские верующие смогут заниматься миссионерской деятельностью, если у них будет доступ к материалам на китайском языке. Ведь покупать книги, скачивать их в интернете законом не запрещается. Также сами верующие могут потом и рассказать о своих убеждениях соседу. Вопрос в том, как власти Китайской Народной Республики рассматривают православие. Рассматривают ли они нас как врагов? Вроде бы нет. В 2013 году Патриарх Кирилл встречался с Си Цзиньпином.

В отношении Китайской Православной Церкви существуют некие нюансы и недопонимание между Московским Патриархатом и Константинопольским. С 1997 года Патриарх Московский и всея Руси является временной главой Китайской Православной Церкви. При этом управлять из-за рубежа религиозной организацией нельзя. Это против законов КНР по отношению к деятельности иностранных церковных иерархов. Даже в Китайской Католической Церкви существует раскол: есть «официальная» католическая церковь с китайским предстоятелем (Китайская Патриотическая Католическая Церковь), признаваемая властями КНР, и «неофициальная», которая признает главой Папу Римского. В 2008 году Константинопольский Патриархат внезапно объявил Китай территорией своей Гонконгской митрополии. Но он также считает себя и главой Японской Православной Церкви, и вообще всех Православных Церквей.

Выскажу мое логическое размышление: в данном случае Патриарх не ведет миссионерскую деятельность, не окормляет паству, не строит новые храмы. В данной ситуации Патриарх является тем человеком, с которым можно вести переговоры о возможном восстановлении Китайской Автономной Православной Церкви. Должен признать, что Русская Православная Церковь, как во времена миссии, так и сейчас, крайне осторожна в переговорах и всячески старается избежать какого-либо конфликта. В противном случае, непонятно, с кем властям Китая вести переговоры, и вообще говорить о существовании Православия в Китае (а формально КПЦ по-прежнему существует), если нет предстоятеля, нет пастыря, нет главы?

Если говорить о недоразумении, то оно заключается в том, что в Гонконге есть епархия Константинопольского Патриархата. И здесь есть два прихода: греческий приход святого апостола Луки и наш приход, Петропавловский. (Он был основан в 1934 году и просуществовал до 1970 года. В 2003 году для возобновления его деятельности в Гонконг прибыл отец Дионисий Поздняев). Соответственно,

греческий митрополит Нектарий считает, что присутствие русского прихода здесь — ​аномалия.

Но если мы возьмем Западную Европу или Соединенные Штаты Америки, то там на одной территории, в одном государстве, существует множество приходов разных Патриархатов и никого это не смущает. На мой взгляд, было бы хорошо, если бы мы сотрудничали — ​наши и греческие приходы на Тайване и в Гонконге. Никто от этого ничего не потеряет. Но у Константинопольского Патриархата другая позиция. Они считают, что мы пришли сюда, как волки в овечьих шкурах, и пытаемся украсть у них паству.

Перспективы развития православной миссии в Китае есть. У Русской Православной Церкви есть православные приходы, например, в Пекине и в Шанхае. Но — ​на территории российского посольства и консульства, куда не допускаются граждане Китайской Народной Республики. Хотя китайцы спокойно могут ездить в Гонконг. По договоренности с китайскими властями студенты из КНР уже обучаются в семинариях в России. Есть официально рукоположенный священник-китаец, отец Александр (Юй Ши). В Гонконге есть отец Анатолий (Кунг), который был рукоположен в России, в Хабаровске в 2014 году.

Мы занимаемся переводческой деятельностью. Если бы у нас было больше финансов, было бы больше возможностей заниматься другими видами миссионерской работы. Например, создать православный подкаст на китайском языке для китайцев. Ведущим был бы китаец, и мы могли бы приглашать, например, православных китайских священников с разных концов мира, обсуждать какие-то вопросы православной жизни. Но для тоже нужны люди: ведущий, человек, который бы готовил материалы, занимался техническим обеспечением. Никто не может заниматься этим бесплатно. С другой стороны, если сравнивать с тем, что было в 90-е, когда не было практически ничего, то сегодня динамика неплохая. Так что перспективы светлые. Я верю в то, что все будет хорошо. В конце концов, если бы Богу было это не угодно, то все бы уже завершилось, еще не начавшись.

«Бомбардировка любовью» против огня веры

Священник Кирилл Шкарбуль, настоятель храма Воздвижения Честнаго и Животворящего Креста Господня в Тайбэе, Русская Православная Церковь

С конца XVI века в Китае осуществляют миссию католики, с первой половины XIX века — ​протестанты. Миссия Русской Православной Церкви в Китае осуществляется с конца XVII — ​начала XVIII века (можно считать началом 1685-й, год учреждения первого православного прихода, или 1712-й, когда указом Петра I в Пекине была учреждена Российская Духовная Миссия в Китае). Активно миссионерская деятельность Православной Церкви среди китайцев начала проводиться с 1860-х годов, когда этому перестали препятствовать власти Китая.

Цели и средства инославных миссий во многом отличаются от целей и средств миссии Православной Церкви. Об этом можно очень много говорить. Если говорить кратко и упрощенно, то можно сказать, что католики и протестанты ставили (и ставят в наше время) перед собой цель — ​обратить в свою веру как можно большее количество китайцев, и готовы использовать для этого любые методы. Периоды большого успеха их миссий связаны с тем, что они давали китайцам что-то, в чем последние испытывали острую нужду, но взамен требовали от них принятия крещения. Три примера:

1) В XVII — ​начале XVIII веков католики привлекали в католицизм китайскую знать и ученых мужей, обещая им взамен европейские достижения науки и техники.

2) В первой половине — ​середине ХХ века, когда Китай и Тайвань испытывали продуктовый и гуманитарный дефицит, католики и протестанты предлагали китайцам гуманитарную помощь при условии, что те примут их веру.

3) В наши дни успех протестантской миссии во многом связан с тем, что

протестанты предлагают тайваньцам и китайцам (живущим в атомизированном обществе) психологическую помощь (приём «бомбардировка любовью»), бесплатные курсы английского языка, карьерные перспективы и таким образом обращают их в протестантизм. Католики же предлагают войти в «международную элиту» и этим привлекают китайцев в свои ряды.

Православной Церкви чуждо торговать своей верой, заманивая к себе людей какими-то внешними вещами (житейскими выгодами и проч.) Для Православной Церкви это неприемлемо. Она не является «организацией», которая ставит перед собой цель во что бы то ни стало увеличить количество своих членов. Миссия Церкви — ​это миссия Христа. Христос пришел возвестить об истине и желает, чтобы все люди услышали эту истину и обрели вечную жизнь. Поэтому Православная Церковь возвещает об истине и принимает всех, кто воспримет истину — ​это главная цель миссии Православной Церкви. На практике это означает, что от православного миссионера требуется в первую очередь следить за тем, чтобы он был проводником вВоли Божией и мог правильноадекватно возвещать истину, вверенную Церкви Самим Богом. Конечно, он должен использовать всевозможные площадки для возвещения этой истины, но он не должен подменять истину чем-то другим, а должен делать так, чтобы в результате его миссии внешнего человека привлекла к Церкви именно истина, а не что-то другое (какая-то внешняя выгода). На более глубоком духовном уровне можно объяснить это так: инославные общины потеряли живое присутствие Бога и общение с Ним, поэтому они и не в силах предложить другим людям общение с Богом и спасение. Они могут предложить только что-то внешнее, либо какие-то сантименты (как у католиков). То есть, они предлагают либо какие-то суррогаты духовности, либо прямо подкупают людей или пользуются их нуждой, чтобы вынудить их принять их веру. Всё это неприемлемо для нас, православных миссионеров, однако весьма эффективно в современном мире, что и привело к заметному внешнему успеху инославных миссий в Китае. Полагаю, что в этом коренное отличие православной миссии от инославных. Есть много внешних, исторических, организационных и прочих отличий, но они — ​второстепенны.

Русская Православная Церковь делает всё возможное, чтобы, не нарушая законодательства КНР, нормализовать жизнь своей дочери — ​Китайской Православной Церкви, находящейся в крайне плачевном

состоянии. Для этого многое делается и многое уже сделано, однако, ещё много что предстоит сделать. На данный момент иностранным гражданам запрещено заниматься миссионерской деятельностью на территории КНР, поэтому наши священники и миссионеры не могут там развивать миссию, либо строить какие-либо планы на этот счёт. Де-юре её, согласно китайскому законодательству, нет. Де-факто есть несколько православных общин: в Пекине, Харбине, Внутренней Монголии, Уйгурском автономном округе. Священнослужителей почти нет, недавно правительство КНР одобрило священническую хиротонию одного китайца, возможно, он сможет служить в КНР. Надеемся, что в будущем будет одобрено рукополагать и других достойных кандидатов и направлять их на служение в Китай, однако, пока ясности нет. Наше Священноначалие делает всё возможное, чтобы нормализовать ситуацию и обеспечить все общины пастырским окормлением, согласовывая все шаги с властями Китая.

Но эти трудности не мешают православным миссионерам и активным мирянам участвовать в развитии миссии среди китайцев в России, в других странах и в виртуальном пространстве. Очень многое могло бы быть сделано, но не делается. Основные причины: нежелание и леность, обеспокоенность людей только личной выгодой и личными проектами, отсутствие систематической подготовки миссионеров (в том числе языковой), отсутствие миссионерской организационной системы, которая направляла бы человеческие ресурсы в правильное русло, включая их в работу, которая принесла бы конкретный результат… Несмотря на все это многое делается, но эта деятельность держится только на инициативе отдельных людей (их единицы) и результаты пока весьма скромны.

Необходимость в миссии всегда есть. Осуществление миссии — ​это заповедь, данная нам Христом, поручившим нам нести христианское свидетельство всем народам. Русскую духовную миссию в КНР пока возродить невозможно: официально это запрещено, а подпольно мы этого делать не будем. Сейчас возможно осуществление православной миссии в Гонконге, Макао, Тайване и в китайской диаспоре в других странах. Если миссия в этих регионах принесет плоды, это станет важным вкладом и в развитие православной миссии для китайского народа в целом.

Как я уже сказал, в КНР есть запрет на осуществление какой-либо миссионерской деятельности иностранными гражданами. Активных миссионеров-граждан Китая пока тоже нет и даже если бы они были, то им скорее всего также запретили бы осуществлять православную миссию (так как Православная Церковь в Китае не имеет государственной регистрации). Сам я весьма далек от этих вопросов, поскольку занимаюсь церковной и миссионерской деятельностью на Тайване, а не в материковом Китае. Здесь другие законы и совсем другая ситуация. На Тайване нет никаких прямых препятствий для миссионерской деятельности. Препятствия есть другие. Во-первых, очень мало людей, которые ищут истину, а не что-то другое. Во-вторых, мы очень слабы как миссионеры и нам трудно сделать так, чтобы люди увидели огонь веры и истины. В-третьих, у нашей миссии крайне ограниченные людские, материальные и технические ресурсы, а это тоже очень важно для развития миссии. Главная проблема всегда в нас самих. Если бы в нас воссияла святость, то мы принесли бы намного бОльший плод Богу. Однако мы сами еще далеки от Него, и нам трудно приводить к Нему других. Православная миссия здесь осуществляется, но делателей очень мало и делатели далеки от того, какими их хотел бы видеть Господь.

Внешние факторы тоже почти все работают против миссии. Общество становится всё более потребительским, люди всё больше интересуются поверхностными вещами, и эти вещи занимают все их время и отнимают все их душевные силы. Существует также очень большое количество идеологических штампов, препятствующих человеку прийти к Богу и начать жить церковной жизнью. Люди становятся всё более безответственными, эгоистичными, избалованными, тщеславными, упрямыми и гордыми, с ними очень тяжело работать в миссионерском и пастырском направлениях. Также существует огромная культурная пропасть между тайваньцами и русскими, которые являются носителями православной веры, но практически не способны передать её тайваньцам. Несмотря на все это, Господь чудесным образом находит Своих людей и приводит их к истине. Все чаще тайваньцы проявляют желание стать православными, и миссия развивается. Уже два тайваньца готовятся к учебе в православной духовной семинарии, изъявляя желание посвятить жизнь священническому служению Православной Церкви.

Наиболее интересным феноменом, происходящим в нашем регионе, является массовое обращение филиппинцев в православие. Временно я являюсь руководителем Филиппинской православной миссии и много сил посвящаю распространению Православия на Филиппинах.

Подпишитесь на самые интересные статьи «Лодки»

Храмы Китая, построенные под влиянием китайского буддизма, поражают своими изящными очертаниями и богатым убранством. Остроконечные многоярусные крыши — один из главных символов этой страны, и странно представить себе путешествие по Китаю, лишенное внимательного изучения его религиозных сооружений.

Храм Неба

В южной части Пекина расположен Храм Неба (Тяньтань). Известен он прежде всего нетрадиционной для китайских храмов круглой формой. Храм Неба включен в храмовый комплекс «Парк Храма Неба», который считается одним из самых большим храмово-монастырских комплексов страны. Возведен он был при династии Мин императором Юн Лэ в 1420 г.

При входе на территорию парка можно увидеть огромный алтарь, на котором может постоять каждый желающий. От алтаря в северную часть комплекса ведет 30-ти метровой ширины дорога. В этой части парка и находится Храм Неба – его еще называют Храмом Моления об урожае. Круглая форма сооружения согласно китайской традиции символизирует небо.

Сюда ежегодно в день зимнего солнцестояния прибывал император — помолить Небо о богатом урожае и оставить щедрые дары.

Храм Нефритового Будды

Храм Нефритового Будды получил свое название благодаря двум скульптурным изображениям Будды Шакьямуни, привезенным из Бирмы. Основан Храм был в 1882 году – именно тогда первая статуя была привезена в Китай. Храм Нефритового Будды можно увидеть издалека – стены выкрашены в яркий желтый цвет, крыша с карнизами увенчана статуями.

Главный зал Храма – Дом Нефритового Будды, в центре которого возвышается двухметровая статуя, сделанная из белого нефрита и украшенная драгоценными камнями. Статуя изображает Будду в момент размышления. Изваяние меньшего размера символизирует Будду в момент нирваны.

Несомненный интерес также представляют Зал Небесных Владык, Зал Великого Мудреца, залы созерцания внутреннего бытия и залы чтения сутры.

Монастырь Шаолинь

Монастырь Шаолинь — не просто известное место в Китае: с ним связно множество легенд и историй. Расположен он на горе Суньшань. Название монастыря происходит от его географического положения, и буквально означает «монастырь в лесу на горе Шао-ши». Основан он был V веке н.э. монахом из Индии, Бодхидхармой, проповедовавшим чань (дзэн) буддизм.

Добравшись до горы Суньшань, Бодхидхарма 9 лет медитировал в пещере на вершине горы, сидя перед огромным камнем. Своим ученикам монах передал уникальный метод медитации и поддержания физической формы. Ученики Бодхидхармы имитировали естественные движения птиц и зверей, с течением столетий эти движения превратились в высшую форму боя без оружия, которыми собственно говоря, и славится Шаолинь.

Монахи Шаолиня, как считается, принимали участие практически во всех войнах и восстаниях в Китае. Однако именно в связи с такой боевой активностью монастырь на протяжении веков подвергался многочисленным разрушениям и пожарам. К 20 веку в монастыре уцелело лишь несколько павильонов и стен. Но Правительство Китая приняло решение восстановить Шаолинь.

Сам монастырь представляет собой череду двориков, расположенных на склоне горы — они находятся один выше другого, от площадке к площадке ведут лестницы. Окружает монастырь стена высотой 3 метра. Попасть на территорию можно через южные ворота. Всего периметр стены равен порядка 900 метров. Снаружи стены находится Лес Дагоб — каждая дагоба поставлена в память о конкретном монахе. Есть в монастыре также музей боевых искусств и статуя гигантского Будды.

Храм Вон Тай Син

Храм Вонг Тай Син, расположенный в самом сердце района Кoулун, входит в число известнейших храмов Гонконга. Этот популярный даосский храм регулярно посещают миллионы паломников, в том числе и приверженцы буддизма и конфуцианства. Легенда гласит, что основатель храма утверждал, что это бессмертный Вонг Тай Син явился ему и сказал, где нужно построить новый храм и как его назвать.

В 1921 году началось строительство храмового комплекса, включающего в себя несколько залов и павильонов. Здесь есть Зал трех святых, Бронзовый павильон, доступ в который разрешен только мужчинам, Зал архивов, усыпальница Юэ Хин со статуей Будды, библиотека китайской религиозной литературы, а также живописный Сад добрых пожеланий. Особый зал отведен для последователей Конфуция. В архитектуре храма строго соблюдены традиционные методы и приемы — большие красные столбы, великолепная золотая крыша, декорированная фризами с разноцветными фигурками.

Легенда гласит, что однажды юный пастух Вонг Тай Син повстречал бессмертного, который научил его способу изготовления лекарства от всех болезней. С тех пор Вонг Тай Син снискал славу целителя и чудотворца. В народе его любили и почитали как божество. Поэтому если у вас есть заветное желание, то непременно стоит побывать в храме Вонг Тай Син и, может быть, оно исполнится!

Храм Гуансяосы

Храм Гуансяосы является одним из древнейших архитектурных памятников Гуанчжоу и самым большим буддийским храмом. Сооружение было построено более 1700 лет назад как резиденция наньеского царя. Храмовый комплекс отличается богатством и великолепием, здесь находится множество культурных и исторических ценностей.

Основное сооружение комплекса – дворец Дасюнбаоцзян, в восточной и западной частях которого возвышаются самые древние в Китае железные пагоды. Помимо того, в монастыре находится, терем спящего Будды, павильон Шести патриархов чань-буддизма, колокол Дабэйчжун, бронзовая статуя Будды.

Храм Кумбум Чортер

Храм Кумбум Чортер является визитной карточкой древнего монастырского комплекса Пелкор Чёде, расположенного в горах Тибета. «Кумбум» также известен как «Ступа 10 000 Будд, божеств и бодхисаттв».

Основание храма было заложено в 1560 году. Под крышей многоэтажного строения скрывается 108 комнат, украшенных настенными изображениями. Название «10 000 Будд, божеств и бодхисаттв» не обманывает — именно такое количество изображений украшает интерьеры Кумбум Чортер. Венчает храм статуя Будды Майтрейи, благодаря чему храм имеет очередное название — «Кумбум Джампалинг».

Кумбум Чортер является действующим монастырём. Здесь расположено четыре монастырских колледжа. Наиболее крупный из них — Колледж дебатов. Другие колледжи храма — Нгагпа Драцанг, Дукхор Драцанг Ригден Лосел Линг, Санг-Нгаг Деченлинг Дацанг.

Храм Юаньтун

В центре Куньмина расположен величественный Храм Юаньтун – единственный в городе буддистский храм. Построен он был в эпоху правления династии Тан (618 — 907). Уникальность сооружения состоит в том, что к центральному залу ступени ведут не вверх, как традиционно, а вниз. В зале находится большая статуя Будды и драконы, обвивающие колоны.

За пределами сооружения можно увидеть живописный пруд с мостами, а в центре возвышается восьмиугольный павильон. Это место привлекает большое количество паломников.

Храм Шуанлинь в Шаньси

Также известный как Музей Древней скульптуры, храм Шуанлинь расположен в деревне Чиаотоу, в шести километрах от городка Пиньяо. Его коллекции содержат более 2000 образцов скульптур, выполненных с виртуозным мастерством ремесленниками эпох разных династий. В 1997 году Храм Шуанлинь был включен в список мирового культурного наследия ЮНЕСКО.

Храм включает в себя десять больших и малых помещений, а также залы, предназначенные для чтения сутр, и комнаты, в которых жили монахи. В одном из залов хранится скульптура богини Квон-йин. Она восседает на пьедестале. Ее правая нога согнута, левой она наступает на лист лотоса. В этом же зале находится Веда — сборник самых древних священных писаний индуизма на санскрите. Это ее лучший образец в Китае, потому он и заслуживает особого внимания со стороны посетителей музея.

Даосский храм

Расположенная в окрестностях города Тайань гора Тайшань, или Гора Восхода, входит в число пяти священных гор, почитаемых приверженцами даосизма.

По сложившейся традиции эта гора почиталась как место обитания даосских святых и божеств, она ассоциируется с восходом Солнца, зарождением жизни, обновлением. На протяжении вот уже 3000 лет расположенный на вершине горы храм притягивает многочисленных паломников.

Храм Божества Горы Тай, построенный в эпоху династии Цинь — крупнейший и самый древний даосский храмовый комплекс на горе Тайшань. Его площадь составляет 96 тысяч кв. метров. С III века до н.э. в архитектуре храма стали появляться элементы, схожие с декором императорского дворца и Храма Конфуция в Цюйфу.

Комплекс построек состоит из пяти главных залов и множества дополнительных помещений. В самом центре расположен Дворец Небесного Благословения. Он был возведен в 1008 году, а спустя ровно год его стены были покрыты росписями «Путешествие божества горы Тай». Основной сюжет настенной росписи посвящен тому, как Божество горы инспектирует Поднебесную.

Вокруг храма растут кипарисы, возраст которых насчитывает несколько столетий.

Открывайте для себя новое вместе с Вокруг Света!

ООО «Вокруг света»
УНП 100997632

Оригинальный храм Большого Будды был построен в 1098 году в эпоху правления западной династии Ся. В огромном храме хранится поразительная 35-метровая статуя спящего Будды. Это крупнейшая фигура такого плана во всем Китае. Лежащего Будду окружают глиняные фигурки архатов (архаты — буддисты, достигшие просветления) и картины эпохи династии Цинь. До 1960-ых годов маленьким детям разрешали взбираться на Будду и бегать по залу.
Осмотрев статую, оцените великолепную резьбу по дереву в главном зале храма. Обратите внимание на двери и потолочные балки. Храм Большого Будды в Чжанъе — одна из немногих деревянных конструкций того времени, сохранившихся до наших дней. Во всем Китае такие постройки можно пересчитать по пальцам. Рядом есть еще несколько храмов и залов, заслуживающих внимания. Особо впечатляюще выглядит белая ступа, датирующаяся эпохой правления династии Мин, когда храмовый комплекс еще назывался храмом Хонгрен (Хонгрен-си). Храм стоит неподалеку от Jianfu Jie, на противоположной стороне большой площади. От Xi Dajie надо пройти в южном направлении порядка километра.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *