Предательство Христа иудой

Идет Страстная седмица. Каждый день вспоминается какое-либо Евангельское событие. В Великий Четверг читается Евангелие, в котором повествуется и о прощальной беседе, и о Тайной Вечере, и о предательстве Иуды…

Иуда. Апостол и предатель. Фигура, вызывающая глубокое негодование, даже отвращение, и при этом трагическая.

В Писании ничего не сказано о призвании Иуды. Апостол, так сказать, без предыстории… Говорится, что «он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали» (Ин. 12:6).

В основном имя Иуды упоминается в повествовании о последних днях земной жизни Иисуса Христа. Иуда: вор, лицемер, предатель. И все же он был с Господом все 3,5 года и состоял в числе 12… Чего он ждал от Христа? Чего хотел от Него? Зачем следовал за Ним?

Мы не поймем этого, если будем рассматривать Иуду отдельно от 12 апостолов. Посмею предположить, что его чаяния были такими же, как и остальных апостолов. Я имею в виду ожидание славы и торжества. Согласно Евангелию, эти ожидания двенадцати, споры о первенстве, о своем положении, о желании сесть по правую и по левую сторону не оставляют апостолов вплоть до последних дней жизни Христа. Иисус уже «грядет на вольную смерть», а у апостолов нет-нет да и вспыхнут споры о чести, о месте, о первенстве.

И в этом смысле Иуда, хотя Писание не говорит о его участии в этих спорах, переживает о том же: о славе, о месте, о вознаграждении… Иоанн Богослов говорит, что Иуда был вор (Ин. 12:6). Видимо, как хранитель ковчежца с деньгами, Иуда временами награждал сам себя. Свт. Иннокентий Херсонский с соответственным ему красноречием писал, что этот ковчежец стал для Иуды своеобразным ковчегом завета. Только не с Богом, а с диаволом, так как ковчежец с монетами символизировал все, чего на самом деле хотел Иуда.

Три с половиной года – немалый срок. Учитывая постоянное странствование и связанные с этим лишения, эти годы переносились с трудом, а ожидаемое торжество так и не наступало… Если попытаться понять психологию поступка Иуды, то, прежде всего, следует ответить на вопрос, веровал ли он в мессианство Христа? И ответ будет положительным. В противном случае и следование за Иисусом, и вхождение в число избранных теряет смысл. Если бы Иуда не верил в мессианство Христа, он бы за Ним не пошел.

У некоторых персонажей есть такая черта характера: «получить все и сразу». В противном случае постигают сомнение, разочарование, озлобление. Иуда был из таковых… Поэтому хотя он последовал за Христом и провел с Ним три с половиной года, но, в конце концов, начал сомневаться. Сомнение, отсутствие ожидаемого – вот основной лейтмотив действий Иуды.

Богословами и библеистами разных конфессий высказывались всевозможные точки зрения на мотивацию Иуды. Условно можно выделить два основных ответа:

  1. Иуда, сначала поверив в Христа, потом разочаровывается, перестает верить. И им движет ненависть к Иисусу, желание получить удовлетворение за потраченные годы, силы, за неисполненные ожидания и мечты. То есть по сути Иуда банально хочет отомстить Тому, с Кем он связывает крушение своих надежд. И получение 30 серебряников в этой страшной схеме предательства далеко не главное (это не такая уж и большая сумма). 30 серебряников – лишь небольшая компенсация за 3,5 года… Но важнее отомстить ненавидимому.

  1. Иуда не оставляет надежды на воцарение Христа. Он продолжает верить, что Иисус может победить всех врагов. Ведь Он творил чудеса, свидетелем которых был Иуда. Поэтому апостол ищет возможности спровоцировать Христа на явление Себя в силе и славе. То есть Иуда создает провокативную ситуацию, в которой, как он ожидал, Христос вынужден будет явить всю Свою силу, и, таким образом, произойдет торжество Христа и его учеников. Следовательно, Иуда стремился получить чаемое при помощи своеобразного марш-броска. Такой точки зрения на мотивацию Иуды придерживался известный дореволюционный публицист прот. Павел Алфеев. Также упоминает это мнение в своей книге «Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа» свт. Иннокентий Херсонский.

Иуда и предатель, и лицемер. Он принял решение предать Христа, но при этом присутствует как ни в чем не бывало на Тайной Вечере. И когда Христос говорит ученикам, что один из них предаст Его, вместе с другими взволнованными апостолами Иуда вопрошает: «Не я ли, Господи?»

Возникает вопрос: зачем врагам Христовым понадобился Иуда? Неужели они не могли найти и арестовать Его сами? Вспомним Вход Господень в Иерусалим. Христа встречают толпы. День Тайной Вечери и последующие дни – период приготовлений и сам праздник ветхозаветной Пасхи, то есть то время, когда Иерусалим переполнен приезжими, многие из которых видели и слышали Христа в других местах Палестины. Иными словами, первосвященники и их сторонники боялись общественных беспорядков, в случае если они решатся арестовать Христа перед народом. Поэтому им нужно было удобное время и удобное место. Иуда указал им и то, и другое.

Однако зачем Иуда пошел сам с врагами Христовыми? Неужели они не знали, как выглядит Иисус, и не смогли бы Его арестовать? Иуда вполне мог обойтись, так сказать, наводкой: Он там-то в такое-то время будет одет в то-то…

Ведь преступники, как правило, предпочитают не светиться. Иуда мог бы взять свои 30 серебряников и уйти восвояси. Но нет… Думаю, ответ на эти недоумения нужно искать в своеобразной психологии тех, кто испытывает к кому-то сильную ненависть и желание навредить. Тут ключевым моментом является даже не сам наносимый вред, а своеобразное торжество! Мол, вот посмотри и пойми, кто Тебе это сделал! Знай, кто источник Твоей беды! Именно ради этого сиюминутного ликования над уничижаемым и желает Иуда лично предать (в смысле передать) Иисуса врагам.

Иуда раскаялся. И повесился. Почему так? Он раскаялся, но не покаялся… То есть понял, что погубил невинного, но при этом апостол не исправляет образ мыслей (покаяние). Можно сказать, что Иуда поступает как атеист. Он может признать свою неправоту, свое преступление, но не в силе покаяться, так как не верит в Бога милующего, в Бога прощающего, в Бога восстанавливающего. Для него за раскаянием следует отчаяние, выхода из которого нет. Можно предположить, что Иуда не ожидал раскаяния. Он был уверен, что ничего с ним не случится.

Для иллюстрации этой мысли можно воспользоваться образом Смердякова из «Братьев Карамазовых». Достоевский отлично показал действие этого неожиданного эффекта на убийцу. Смердяков в Бога не верил. Как и в совесть. Он думал, что убьет старика Карамазова, но никаких мучений не будет (как может мучать то, чего нет?). Оказалось же, что-то его грызет, мучает. Смердяков все равно в Бога не уверовал. Так что избавление от мучений только одно – повеситься. И Иуда, и Смердяков так и сделали.

15 апреля 2017, 11:13

Писатели и философы размышляют о роли Иуды в истории Иисуса Христа

Об этой персоне мне писать и тяжело, и легко одновременно! Легко потому, что в свое время я довольно основательно изучил о нем все, что мог найти в документальной и художественной литературе. Я мечтал написать о нем повесть. И меня не отпугивал факт, что о нем уже написана дюжина сочинений авторитетных писателей. Ведь никто, как мне казалось, не написал о нем с той точки зрения, с которой на него хотелось взглянуть мне. Это было в конце девяностых.

Я не знал, что в конце семидесятых в Египте нашли текст, получивший название «Евангелие Иуды», где как раз отстаивалась моя версия событий. Его перевели на русский язык лишь в середине нулевых, а в мои руки он попал только пару лет назад, когда я уже давно опубликовал все четыре части моей повести «Записки Иуды Искариота». И был рад, что тот старинный текст отчасти подтверждал мои мысли. Но теперь мне в разы тяжелей. Поскольку и я с тех пор изменился, и мое отношение ко всей этой истории также претерпело ряд существенных изменений. И это вполне закономерно! Все течет, сказал древний мыслитель, все меняется…

Есть категория людей, не терпящих другого мнения на то или иное событие, если оно противоречит уже устоявшемуся, официальному, привычному, ставшему их личной и довольно дорогой собственностью. Не дай Господь покуситься на малейшую критику данного мнения. Тогда ты мгновенно в их глазах становишься клеветником, богохульником, возомнившим о себе невесть что — невеждой! Смерть тебе! Изыди! Распни его!

И, согласитесь, одно дело — писать художественное произведение, и совсем иное дело — газетную статью, где тебе бы хотелось разобраться: кем же в действительности был злосчастный Иуда, в какой степени он виновен! Я в который раз рискну выступить в роли бесстрастного защитника того, кто на протяжении не одного столетия обвинялся если не всеми, то подавляющим большинством порядочных людей.

ИУДА КАК ХВАЛА

Итак! О моем нынешнем подзащитном нет ни одного упоминания в серьезных исторических трудах. Увы! И даже не утруждайте себя бесполезным поиском — просто поверьте мне на слово. Тогда я скажу вам нечто более значимое! Вообще, серьезные историки того, интересующего нас времени, не намного больше упоминают в своих трудах о главном наставнике и о великом учителе моего подзащитного. Я имею в виду Иисуса из Назарета, прозванного Христом. Невероятно, но факт! О Иисусе Христе буквально вскользь упоминает только древнегреческий историк Тацит и римский историк иудейского происхождения Иосиф Флавий — и все! Как вам это нравится? Причем одно из упоминаний некоторыми маловерами считается поздней вставкой, поэтому единственным источником, из которого мы будем вынуждены сегодня черпать информацию, остается Библия, а точнее — Новый Завет.

Но сперва попробуем, исходя из имени, понять, с кем мы собираемся иметь дело. Иуда Искариот! Имя Иуда в те времена пользовалось огромной популярностью. Этимологически происходит от слов «хвала», «прославленный Богом» или «прославляющий Бога»! Немаловажная деталь! Однако в Евангелиях Иуда наш имеет еще и добавочное имя Искариот. Это можно перевести как Иуда из Кариота. То есть Кариот не что иное, как место его рождения или долгого проживания. Возможно, город. Вот только, если верить историкам, никакого Кариота тогда еще не существовало. Был, правда, небольшой Крайот в Иудее — вот на него и падало подозрение как на место рождения Иуды. А кроме того, дорогие мои, еврейское «иш-керийот» может также переводиться как «человек из пригорода», потому как «керийот» — это пригород. Посему Иуда мог быть родом из неизвестного Кариота, мог быть из известного городка Крайота, ну и, наконец, просто из деревенского поселения рядом с Иерусалимом.

Что мы имеем? Мы примерно можем себе представить, откуда он родом. И мы знаем его имя. То самое имя, что давно уже стало нарицательным и знакомо всем в мире — и верующим, и атеистам. Его преступление тоже ни для кого не секрет. Тем не менее я попробую доказать его невиновность. Да-да! Я полагаю, что Иуда Искариот ни в чем не виноват, точнее, весьма возможно, что вина его приписана ему незаслуженно!

Вот послушайте, дамы и господа, что по этому поводу пишет Герман Гессе, немецкий писатель и мыслитель: «Разве предательство Иуды, искупительная жертва и гибель Спасителя не были необходимы, священны, предопределены и предречены в древнейшие времена? Разве была бы польза, крохотная польза, хоть крохотная польза, если бы изменилось бы на йоту божественное предначертание и не совершилось бы дело спасения, если бы уклонился этот самый Иуда по соображениям морали или рассудка от назначенной ему роли» — и не пошел бы на предательство, а?

Заметьте, дамы и господа: Герман Гессе ничего крамольного не утверждает. Он всего лишь размышляет, задаваясь вполне логичным вопросом. Да и не он один. Многие независимые умы не спешили верить всему, что издревле принималось как должное. А мало ли? Уж нам ли не знать, что историю пишут победители. Более того, всякая история многажды бывает переделана под прессом нынешних обстоятельств. Да и с точки зрения обыкновенной логики, не все так уж просто и ясно. А уж с философской точки зрения, сами понимаете…

ЛЮБИМЫЙ УЧЕНИК ХРИСТА?

Да! Предательство Иуды вот уже 2000 лет вызывает горячие споры о свободе человеческой воли о ее границах. О роли двенадцатого апостола и о том, почему Иисус, будучи самим Богом или Божьим сыном, почему он так… он так приблизил к себе предателя? Ведь есть же версия, по которой именно Иуда был любимым учеником Иисуса, да! И тот текст, что ныне носит название «Евангелие от Иуды», об этом и рассказывает.

Тот старинный текст представляет Иуду Искариота единственным учеником Христа, верно и глубоко понявшим происхождение учителя, которому Иисус Христос открыл все таинства Небесного Царства. Иисус, дескать, дал Иуде войти в облако славы небесной, дабы узреть свою судьбу и исполнить свое предназначение. И когда Иуда вошел в облако славы, он все понял — и отправился совершать то, что было предназначено.

Кстати, не знаю, насколько это правда. Но где-то я читал, что после публичного ознакомления с этим апокрифом, чья подлинность была доказана наукой (в смысле возраста), несколько крупных чиновников из Ватикана борются за перемену оценки в отношении к Иуде. К тому же, помимо элементарного восстановления справедливости, они преследуют и более мирскую задачу: оправдав Иуду, навеки покончить с антисемитизмом. Так как одна из причин антисемитизма — обвинение христианами евреев в том, что они являются христопродавцами.

Смерть Иуды в рок-опере «Иисус Христос Супер Звезда»

ИЗБРАННИК

Так что, может, Иуда был не предателем, а оболганным или непонятым соратниками героем? Об этом шла речь и в моих «Записках Иуды», хотя повторяю — того, найденного в Египте Евангелия, я тогда не читал. Но зато читал множество других книг. И знал, что некогда существовало тайное учение, весьма немногочисленное, где фигура Иуды и его поступок трактовались не столь однозначно. И самое интересное: по тому учению выходило, что вполне допустимо предполагать правоту тех мудрецов, которые представляют Искариота не как врага и предателя, а как избранника Иисуса Христа.

Я подумал: а что, если были смельчаки, которые сумели разглядеть в Иуде героя, совершившего тяжелейший подвиг предательства и возложившего на себя тяжесть презрения и покарания? Что, если они были правы? И все было не так, как мы привыкли думать, а с точностью до наоборот! Пути Господни неисповедимы. Новый Завет писался людьми, а людям свойственно ошибаться. К тому же в Новый Завет, как мы знаем, вошли далеко не все свидетельства и откровения. Вошедшие считаются каноническими, остальные попали в разряд апокрифов. Но отбором и избранием канонических текстов тоже занимались простые смертные, а не сам Господь или его ангелы.

Нет, ну в самом деле, дамы и господа! Вы только вдумайтесь! Что, если из всех апостолов Христос избрал именно Иуду, который был вынужден принять на себя и на память о себе всемирный позор, всеобщее поругание и всеобщее же презрение. Вот это
действительно подвиг, что не всякому под силу! Кто из вас, мои дорогие, способен ради хорошего, даже святого дела пойти на преступление, заведомо понимая, что отныне и впредь его все, включая потомков, будут презирать и ненавидеть. Подумайте! Подумайте и ответьте себе на этот нехитрый вопрос.

Лука. «Поцелуй Иуды» как квинтэссенция события

РАВНОЦЕННАЯ ЖЕРТВА

Ведь, сами знаете, если верить тому, что сказано в Библии, то предательство Иуды было предопределено и имело немаловажное место в деле искупления. Согласитесь, было крайне необходимо, чтобы в ответ на бесценную жертву Христа некий человек, представляющий всех людей во имя Него и, главное, во имя нас, возненавидевших его, совершил равноценную жертву. И может — кто знает наверняка? — этим человеком и стал мой подзащитный, который решился опуститься до предательства. Отчего же христиане клеймят позором Иуду? По сути, если трезво проанализировать произошедшее в те дни, то все апостолы предали Иисуса. Это они все, кроме Симона, который был готов с мечом в руке бороться за жизнь учителя, проявили себя не с лучшей стороны. Они бездействовали накануне, бездействовали во время ареста и ничего не сделали во время казни своего Учителя. А вот возьмем теперь для примера Петра, который трижды отрекся от Христа. Но при этом Петр заслуживает прощения, а Иуда — нет… Как будто трусость — меньшее зло, чем предательство!

«Предательство Иуды». «Что делаешь, делай скорее», — сказал Иисус

ФРЕСКА ДА ВИНЧИ

Давайте-ка попробуем отвлечься на время. Мне бы хотелось увести мою речь немного в сторону. Но не слишком далеко. Вы, наверное, знаете, есть такая притча о Леонардо да Винчи: якобы при росписи фрески «Тайная вечеря» в трапезной монастыря Леонардо приглашал множество разных людей, чтобы писать апостолов с натуры. С большинством апостолов проблем у него не было. Более того, ему посчастливилось, словно само небо помогало художнику в его работе, найти неожиданно и для образа Христа одного ну просто идеального юношу — с правильными чертами и добрым светлым взглядом, некого певчего церковного хора. Ангельское лицо было у того певчего, просто ангельское! Работа близилась к концу. Но вот беда: образ Иуды Леонардо никак не давался. Он никак не мог найти подходящего лица. Долгих семь лет искал Леонардо подходящего натурщика. Безуспешно! Во всем Милане уже не осталось трущобы, где бы не побывал мастер в тщетном поиске подходящего лица, а власти торопили с каждым днем, подгоняли художника, чтобы Леонардо закончил фреску как можно быстрее.

И вот — удача! Он наконец отыскал человека, чей вид изумительно подходил под образ Иуды — таким, каким его представлял себе художник. Грязный, оборванный человек с порочным, еще молодым, но каким-то мятым, преждевременно состарившимся лицом, на котором отпечатались все самые худшие грехи и пороки: себялюбие, гордыня, зависть, жадность, злочестие и похотливость. Когда его привели, он, только-только очнувшись от очередного пьяного беспамятства, взглянул на неоконченную фреску и неожиданно сказал: «А ведь я знаю эту картину…» — «Откуда?» — спросил Леонардо. «Дело в том, что где-то примерно семь лет тому назад один художник писал для этой картины с меня Христа».

Леонардо Да Винчи. По преданиям, Иуда так и не принял причастие, в отличие от остальных учеников

РОЗАНОВ И БОРХЕС

К чему я рассказал вам эту знаменитую притчу? Вы изумитесь, но я скажу: есть предположение, что Иуда и Иисус — это один и тот же человек… Да! А Василий Розанов, философ начала ХХ века, отстаивал теорию о том, что у Иуды была своя собственная, тайная миссия и что Иуда и есть истинный Христос, тогда как Христос — лишь отвлекающий внимание двойник. И в этом случае цена за спасение еще выше! Ведь платой становится не мучение плоти и не распятие (это еще можно вытерпеть), а муки душевные, п
роклятие и позор.

Почти о том же пишет и Борхес: «Иуда неким таинственным образом — отражение Иисуса. Отсюда 30 сребреников и поцелуй, отсюда добровольная смерть, точнее — самоубийство, чтобы еще вернее заслужить проклятие. Бог стал человеком полностью, но стал человеком вплоть до его низости, мерзости и бездны. Чтобы спасти нас, он мог бы избрать любую судьбу из тех, что плетут сложную сеть истории. Но Бог истинно велик! Он избрал самую презренную судьбу, он стал… Иудой».

Все может быть. И все быть абсолютно не так, как мы привыкли думать. Вернее, верить… Никто не запрещает нам строить свои версии. Господь наделил нас не только разумом, но и фантазией! Так давайте пользоваться дарами Господа! Первая часть моей повести заканчивалась так: «А если я ошибаюсь? Если я неправильно понял Его слова и неверно истолковал Его молчание? Ну что ж! Смерть человека ничего на земле не изменит. Смерть Бога — не причинит Богу никакого вреда».

Фильм «Иуда». Страсть к Марии Магдалине

«ЗАПИСКИ ИУДЫ ИСКАРИОТА»

«Я был в толпе и видел Учителя. То и дело падая, он нес свой крест и не глядел по сторонам. Капли крови от иголок тернового венка, смешиваясь с каплями пота, ручьем стекали по лицу. Кто-то даже, не разобравшись, проговорил у меня за спиной: «Глядите-ка, плачет кровавыми слезами!» Учитель прошел мимо, и волосы на моей голове зашевелились — его спина… Нет, не спина, а сплошное кровавое месиво. Какие-то мальчишки, прорвавшись сквозь оцепление, крича и смеясь, бросали Ему на спину приготовленные заранее горсти соли. Он запрокидывал голову, но всякий раз хрипом и стоном, а точнее сказать, хриплым стоном душил боль, не давая себе сорваться на крик. Легионеры лениво отгоняли сорванцов.

Процессия медленно двигалась дальше. Я провожал ее взглядом, не в силах ступить и шагу. Великий Боже, за что Ему такие страдания? Я посмотрел наверх… Но там все было ясно. Я был уже далеко, но отчетливо слышал и замедляющийся стук Его усталого сердца, и последние слова, обращенные к Небу: «Боже, Боже мой! Для чего Ты Меня оставил?»

…Я живу у Нимрода. Когда-то давно он обучал меня воровскому ремеслу. Теперь он стар. Живет честным трудом, потому что ослеп. Если бы Учитель его излечил, Нимрод снова бы воровал. Но Учителя больше нет. Нимрод до конца своих дней останется честным человеком и умрет в нищете.

Ничего. Скоро все утихнет. Люди забудут Учителя. Люди забудут меня. Завтра я попрошу Нимрода, пусть распустит слух о том, что я удавился. Пусть скажет, что я раскаялся в своем поступке и удавился. Люди легко в такое поверят».

Я думаю, все могло было быть и так, но как было на самом деле — знает только Господь Бог. Дальше я описываю дальнейшую жизнь Иуды. Хотя, если верить Библии, то его смерть была ранней и ужасной. По одной версии, он вскоре после своего поступка раскаялся в содеянном и повесился. А точнее — «удавился»», вот, читаем: «…бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавился». По другой версии: «…и когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его». Ну что ж, если преступление Иуды имело место, то и поделом ему. Если же он, вольно или невольно, исполнял особую миссию, возложенную на него Господом — то тогда он, наверняка, вознагражден самим Богом. А человеческие проклятия его не особо беспокоят.

Подпишись на наш telegram

Только самое важное и интересное

Подписаться Читайте Segodnya.ua в Google News Источник: Сегодня Реклама

Со времен Евангельских событий человечество не знает имени более позорного и низкого, чем имя Иуды Искариота. Историю о том, как один из ближайших учеников Христа за тридцать сребреников предал своего Божественного Учителя на распятие, знают сегодня даже люди, ни разу в жизни не читавшие Библию. Но у тех, кто читал Евангельский рассказ о предательстве Иуды, неизбежно возникает ряд вопросов. Поступки Иуды поражают какой-то удивительной внутренней непоследовательностью. Ведь даже в предательстве должна быть определенная логика. А то, что сделал Иуда, настолько противоречиво и бессмысленно, что не укладывается даже в логику предательства. Впрочем, до определенного момента его действия понятны. Задумав предать Христа, Иуда идет к первосвященникам и говорит: что вы дадите мне, если я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребреников; и с того времени он искал удобного случая предать Христа. Случай подвернулся на следующую же ночь. Иуда приводит вооруженный отряд воинов и слуг первосвященников в Гефсиманский сад, где обычно проводили ночь Христос и апостолы. «Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его. И тотчас подойдя к Иисусу, сказал: радуйся, Равви! И поцеловал Его. Иисус же сказал ему: друг, для чего ты пришел?”

И тут возникает вопрос: почему для того чтобы указать на Христа, Иуда избрал такой вызывающе-наглый способ? Ведь обычно предатель стыдится даже просто взглянуть в глаза своей жертве. А здесь он открыто приветствует Христа, ничуть не скрывая своих намерений отдать Его в руки слуг первосвященников. Такое поведение можно было бы объяснить полным безразличием Иуды к судьбе преданного им Христа. Но есть обстоятельство, которое не позволяет так упрощенно трактовать Иудин поцелуй. Потому что узнав об осуждении Христа на смерть, Иуда повесился. Вот как описывает это Евангелист Матфей.

Иуда. Николай Ге

«Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав кровь невинную. Они же сказали ему: что нам до того? Смотри сам. И, бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавился.” (Мф 27: 3-5).

Получается парадокс. Если Иуда ненавидел Иисуса или просто окаменел сердцем и был к Нему равнодушен, то почему он покончил с собой? Ведь только смерть того, без кого жизнь теряет всякий смысл, может толкнуть человека на самоубийство. Выходит, Иуда любил Христа? Но тогда почему он с такой легкостью отдал Иисуса в руки тех, кто приговорил Его к смерти?

История с платой за предательство только усугубляет недоумение. Евангельский текст недвусмысленно свидетельствует, что Иуда предал своего Учителя за тридцать сребреников. Но если они были целью и причиной предательства Иуды, то почему после исполнения своего замысла он с такой легкостью возвращает эти сребреники назад? А если они не были для Иуды ценностью, то ради чего он пошел на предательство, стоившее жизни ему самому?

Все эти вопросы возникают оттого, что предательство – это тайна больной души. Предатель вынашивает в сердце свои преступные планы и тщательно скрывает их от окружающих. Иуда никому не открывал своих намерений до самой своей бесславной гибели. И о том, что происходило в его душе, евангелисты, конечно же, не могли знать в точности. Евангелие рассказывает о предательстве очень скупо и это вполне естественно, потому что Евангелие – это история нашего спасения, а не история предательства Иуды. Евангелистам Иуда интересен только в связи с Крестной Жертвой Спасителя, но никак не сам по себе. Поэтому история падения Иуды навсегда останется тайной. Однако это тайна всегда волновала людей. Еще апостолы на Тайной Вечере, когда Господь предупредил, что один из них предаст Его, стали взволновано спрашивать каждый про себя самого: «Не я ли?” И каждый христианин, читая Евангелие, задается этим вопросом: «А я никогда не предавал Христа своими грехами?” К теме предательства обращались и древние христианские толкователи, но особенно часто она стала звучать в творчестве современных богословов и философов. Это неудивительно, потому что время сейчас «очень неверное”, предатели в чести, а верность не в моде.

Однако, поскольку об Иуде сказано в Евангелии очень немного, то и попытка осмыслить его предательство всегда требует реконструкции недостающих фактов с различной степенью вероятности. Такое толкование, конечно, не может претендовать на окончательность или однозначность, но некоторые сведения об Иуде, данные в Библии, могут пролить свет на его мрачную историю. И один важнейший факт, не зная которого невозможно понять внутренних побуждений Иуды, приводит в своем Евангелии апостол Иоанн.

Дело в том, что Иуда был – вор.

…И приобрящу собранная имения…

Вот что Библия говорит о воровстве Иуды: «Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира. Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать его, сказал: для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим? Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому, что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали” (Ин 12:3-6). В греческом подлиннике Евангелия об этом сказано еще категоричнее, потому что словоупотребление греческого языка позволяет понимать слово, переведенное как «носил”, в значении – крал.

Иуда был казначеем апостольской общины. В его распоряжении были довольно значительные суммы, так как среди почитателей Иисуса были богатые женщины, исцеленные Им от злых духов и неизлечимых болезней. Все они служили Христу своим имением. Но так как Господь был абсолютно равнодушен к богатству, пожертвованные деньги большей частью раздавались нищим, за исключением небольших расходов на пропитание самого Христа и его учеников. Вел денежные дела апостолов – Иуда. Раздаваемые нищим суммы не были подотчетными, никто не смог бы проверить, раздал ли Иуда деньги, или присвоил часть их себе. Эта неподотчетность, очевидно, в недобрый час и соблазнила сребролюбивого Иуду. Тратить украденные деньги открыто он, конечно же, не мог. Перекладывать их из ящика в свой карман было бы глупо и неудобно. Очевидно у него было какое-то укромное место, где он хранил наворованное богатство. Об этом кладе как о причине предательства Иуды прямо говорится в литургическом предании Церкви. Вот что поет Церковь в Святой и Великий Четверг на Страстной неделе в одной из стихир утреннего Богослужения:

«Иуда, раб и льстец, ученик и наветник, друг и диавол, от дел явися: последоваше бо Учителю, и на него поучашеся преданию, глаголеша в себе: – предам Того, и приобрящу собранная имения (богатства)…”

Невозможно выяснить точно, когда он впервые запустил руку в апостольскую казну. Но в том, что Иуда украл оттуда гораздо больше, чем тридцать сребреников, можно не сомневаться. Понятно также, что воспользоваться украденным богатством Иуда мог лишь при одном условии: если апостольская община прекратит свое существование. И он добился своего. После ареста Христа даже самые верные и преданные Ему ученики в страхе разбежались кто куда. И вот тут возникает новый ряд несообразностей. Вместо того, чтобы забрать собранное сокровище, присовокупив к нему плату за предательство, и зажить, наконец, в свое удовольствие, Иуда вдруг кончает жизнь самоубийством.

Иуда Искариот, бросающий серебреник. Платон Васильевич Васильев. 1858 г.

Объяснить это можно по-разному. Совершенно очевидно только, что ни тридцать сребреников, ни собранное им ворованное сокровище больше не были для Иуды главной ценностью в жизни. Но что же могло обесценить в глазах вора состояние, которое он планомерно накапливал в течение трех лет? Ответ напрашивается сам собой. Дороже больших денег для вора и сребролюбца только… – очень большие деньги.

Царский казначей

Ученики признали в Христе – Мессию. Но так же, как все иудеи, они видели в Мессии земного правителя, который, придя к власти, сделает Израиль самым сильной и богатой страной на земле. Мессия-царь должен был, по их представлениям, подчинить себе все народы мира. И все многочисленные притчи и объяснения Христа о том, что Царство Его – не от мира сего, не смогли переубедить апостолов. До самого Вознесения Его они были уверены, что Господь станет, наконец, земным царем Израиля. Себя же ученики Христа видели ближайшими помощниками и соправителями Мессии и даже спорили о том, кто из них будет главнее в новом правительстве Израильского царства. Сребролюбивый Иуда, конечно, не был тут исключением.

Если Христос станет царем, то он, Иуда станет царским казначеем, то есть самым влиятельным человеком в Израиле после Мессии. В своих мечтах он уже представлял, как распоряжается не апостольским денежным ящиком, а казной самого богатого государства за всю историю человечества.

Став вором, Иуда поначалу строил планы предательства Христа с целью приобретения собранных денег, как об этом поет Церковь. Но имя Христа становилось в среде народа Израилева все более славным. После небывалого чуда – воскрешения мертвого Лазаря – даже те иудеи, которые раньше пытались побить Христа камнями, увидели в Нем Мессию. Когда Иисус входил в Иерусалим, жители столицы оказывали Ему царские почести, устилая Его путь своими одеждами. После такого приема предавать будущего царя ради наворованных денег практичному и жадному Иуде стало просто невыгодно. Сребролюбие и воровство дотла выжгли его душу. Даже Мессию-царя он собирался использовать как средство для удовлетворения своей страсти к богатству.

И вдруг оказалось, что Христос не собирается царствовать. Израильская казна, до которой оставалась лишь пара шагов, вновь становилась для Иуды недосягаемой. Нужно было срочно принимать какое-то решение, чтобы исправить ситуацию. И решение было принято.

А подсказал его предателю тот, кого Христос называл – «человекоубийцей от начала”. Правда, Иуда не знал тогда, что этот подсказчик в конце концов загонит в петлю и его самого.

Совет сатаны

Все толкователи Священного Писания единодушно утверждают, что Иуда предал Спасителя по прямому внушению диавола. Евангельский текст прямо свидетельствует об этом: «Вошел же сатана в Иуду, прозванного Искариотом, одного из числа Двенадцати, и он пошел, и говорил с первосвященниками и начальниками, как Его предать им” (Лк 22:3-4).

В православной аскетике действие диавола на душу человека описывается следующим образом. Злой дух получает доступ к человеку через его страсти (то есть – больные наклонности души). Мысленно он нашептывает, как лучше человеку удовлетворить свое больные желания, и шаг за шагом ведет свою жертву к гибели. Причем, сначала диавол уверяет человека, что грех, дескать, не так уж и велик, а Бог милостив и все простит. Но потом, после совершения греха, злой дух ввергает человека в бездну отчаяния, внушая ему, что грех его – безмерен, а Бог –неумолим. Но что же нашептал сатана Иуде, каким посулом соблазнил его на предательство Христа?

Самой большой страстью Иуды была любовь к богатству – сребролюбие. А самым заветным желанием, возможно – должность министра финансов в царстве Мессии, где он смог бы воровать такие суммы, которые самым удачливым ворам мира даже не снились. И эта заветная цель была уже совсем близко.

Но Христос не спешил становиться религиозным и политическим лидером Израиля. Придя в Иерусалим, Он не стал изгонять первосвященников и старейшин, чтобы по праву занять их место. Все планы Иуды рушились.

В этот момент сатана, очевидно, и подсказал ему мысль, которая толкнула его на предательство. Иуда знал, что первосвященники и фарисеи, боясь Иисуса, дали приказание, что «если кто узнает, где Он будет, то объявил бы, дабы взять Его”. Иуда также знал, что Христос уклонялся от прямого конфликта с властями.

И вот, подстрекаемый сатаной, он решает предать Христа, для того чтобы спровоцировать открытое столкновение первосвященников с Мессией. Победа Иисуса в этом конфликте не вызывает у него и капли сомнения. Ведь он видел всю силу Мессии, видел, как по Его повелению воскресают мертвые, как Ему повинуется буря, как злые духи беспрекословно подчиняются Ему… Кто же сможет убить Мессию? Достаточно одного Его слова, и даже несокрушимые железные легионы Рима развеются без следа, как сухие листья!

Ослепленный жаждой богатства и нашептыванием сатаны, Иуда предает Христа. Но при этом даже мысли не допускает, что Его могут убить. Ведь в Иисусе, победившем первосвященников, была вся его надежда, все упование на будущее.

Хотел ли Иуда смерти Христа? Нет, потому что это было ему невыгодно. Любил ли Иуда Христа? Нет, Иисус был для него всего лишь средством для того, чтобы сказочно разбогатеть. При таком мотиве предательства становится понятным странный способ, избранный предателем, чтобы ночью в Гефсиманском саду указать стражникам на Христа. Поцелуем Иуда просто засвидетельствовал свое почтение царю, который вот-вот победит своих врагов.

«…и во Мне не имеет ничего”

Сатана внушил Иуде, что Христос непременно примет вызов, сметет первосвященников, римских оккупантов и Сам воцарится в Израиле.

Но он обманул Иуду, как и должен был обмануть отец лжи – несчастного, погрязшего в болоте своих страстей и ослепшего от блеска призрачных сокровищ человека. Мысль о том, что Спаситель откажется от Крестного Подвига, соблазнившись земным царством, действительно – сатанинская. Этой мыслью Диавол искушал Христа в пустыне, перед выходом Его на проповедь Евангелия. Эту же мысль злой дух пытался внушить апостолу Петру, когда тот стал отговаривать Христа от Искупительных страданий, и тут же получил от Него жесткую отповедь: «…Отойди от меня, сатана! Ты Мне соблазн! Потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое”. Спаситель хорошо знал, кто пытался говорить с Ним через самого преданного ученика.Также знал он и кому поверил Иуда. Перед самым приходом предателя с отрядом стражников Иисус сказал ученикам: «Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего и во Мне не имеет ничего”. Князем мира сего Христос называл, конечно же, не Иуду, а сатану. Который в очередной раз, теперь через ученика-предателя хотел искусить Спасителя соблазном земного владычества. Но Господь шел Крестным Путем, ради которого и пришел в этот мир. Сатана остался ни с чем, а вместе с ним обанкротился и Иуда.

Христос действительно поверг наземь пришедших брать его воинов. Но сделал это лишь для того, чтобы дать уйти ученикам, которые тоже могли пострадать. А после дал себя связать, покорно проследовал до места судилища и к утру, с нарушением практически всех норм иудейского законодательства, был осужден на смерть.

Бесславный конец

Когда Иуда узнал о смертном приговоре, вынесенном Христу, он понял, что все его планы рухнули. Он стал виновником смерти величайшего праведника, он потерял право именоваться учеником Мессии… Но самой страшной потерей, наверное, было то несбывшееся богатство, которое Иуда уже считал своим. В мечтах он уже распределял финансовые потоки, идущие в казну Мессии со всех концов света. Что, в сравнении с этим богатством, тот жалкий клад, который был накоплен вором и предателем за годы проповеди Христа? И, тем более, тридцать сребреников… Он и взял-то их лишь для того, чтобы не спугнуть первосвященников, чтобы они поверили в искренность его желания отдать им Учителя.

Картина Гелия Коржева «Иуда”

Все кончилось для Иуды, все, ради чего он жил, оказалось призраком и ложью, глумливой насмешкой дьявола. И когда в Евангелии мы читаем, что Иуда раскаялся, не нужно обманываться благородным звучанием этого слова.

Предатель оплакивал не Мессию, безвинно отданного им на смерть. Он оплакивал свою несостоявшуюся должность казначея Мессии, которую, как ему казалось, он сам у себя отнял, предав Христа на смерть. Эту потерю он пережить не смог. А на подлинное покаяние оказался неспособен.

Закончить печальный рассказ о предательстве Иуды хочется словами свт. Иоанна Златоуста:

«Заметьте это вы, сребролюбцы, и подумайте, что стало с предателем? Как он и денег лишился, и согрешил, и душу погубил свою? Таково тиранство сребролюбия! Ни серебром не воспользовался, ни жизнию настоящею, ни жизнию будущею, но… удавился.”

Поделиться:

«И первосвященники роптали, что он (Иисус) вошёл в комнату своей молитвы. Были же некие из книжников, наблюдавшие, чтобы схватить его на молитве, ведь они боялись народа, ибо он был для них всех как пророк.

И они встретили Иуду, они сказали ему:

«Что делаешь здесь ты?! Ты ученик Иисуса!»

Он же ответил согласно их желанию. И Иуда взял деньги, он предал им его» (Ев. от Иуды).

Одна из самых интересных евангельских фигур — Иуда Искариот.

Он занимает умы не только христиан, но и неверующих, ибо история предательства – слишком человеческая.

Мы не любим доносчиков и изменщиков, но в особенности ненавидим предателей, потому что доверяем им, поворачиваемся к ним спиной, не ожидая получить нож в спину.

Как произошло, что один из учеников Иисуса предал своего учителя? Судя по Евангелиям, лучшего из когда-либо рождённых на земле.

Зачем прозорливец Иисус назначил апостолом столь ненадёжного человека? Почему Иуда, видя чудеса исцеления, вдохновляясь проповедями Учителя, продал его за 30 сребреников (450 граммов серебра)?

Об Искариоте написаны сотни статей и книг, не так давно было найдено гностическое Евангелие, приписанное самому Иуде. Почему вымышленный (по мнению многих) персонаж до сих пор, в век тотального неверия, будоражит умы?

Иуду считают одним из самых страшных злодеев человечества, Данте помещает его в последний круг ада, наравне с другими предателями – Брутом и Кассием. В наше время тенденция изменилась, Искариоту сочувствуют, его жалеют и даже оправдывают, потому что в современном мире, в отличие от средневекового, предательство не считается самым страшным грехом.

Я попытаюсь, чтобы не утомлять читателя, в самой краткой форме ответить на вопросы, которые заставляют меня задуматься. Вполне возможно, ответы покажутся недостаточно убедительными и породят новые вопросы. И скорее всего, ничего нового об Иуде уже рассказать нельзя, но мне хотелось самому разобраться, учитывая вероятные подтасовки авторов Евангелий, которые хотели показать связь между евангельскими историями и пророчествами еврейских пророков, предшественников Иисуса.

Лично я не сомневаюсь, что Искариот действительно существовал и носил имя, которое впоследствии связали с иудейским народом. А самые невежественные юдофобы приписали иудеям происхождение от Иуды.

Итак, приступим.

Имя Иуда (ивр. ‏יהודה‏‎, Иеhуда, Яhуда) – теофорное, т.е. включает в себя имя бога и означает «хвала Яh» (сокращённое от YHWH). Согласно Торе, так звали родоначальника племени Иеуда, четвёртого сына праотца Иакова, родившегося от Леи.

Две тысячи лет назад имя Иуда было одним из самых распространённых в Израиле. В Новом Завете так звали не только Искариота, но и апостола Фаддея, а также кровного брата Иисуса (Марк 6:3).

Для того чтобы различать людей с одинаковыми именами, добавляли уточняющие характеристики: имя отца, прозвище или место жительства — Мария из Вифании, Мария из Магдалы, Мария, мать Иисуса. Поэтому, когда в Евангелиях речь шла о предателе Иуде, к его имени добавили – Искариот, чтобы не перепутать с его тёзками.

Происхождение прозвища Искариот несколько туманно. Существуют разные версии.

Возможно, следует читать Искариот как Иш-Крайот, что с иврита означает «человек из Кариота» — житель селения Кариот (Кариаф), которое, согласно Писанию, находилось в южной части Израиля (Иис. Нав. 15:25). Если это утверждение верно, Иуда был единственным учеником Иисуса, который не из Галилеи, а из Иудеи. Однако не ясно, что человек из Кариота делал в Галилее и каким образом он попал в число 12 апостолов. Впрочем, второй вопрос гораздо интереснее первого. К тому же мы не располагаем сведениями о существовании города Кариот во время евангельских событий. От Иисуса Навина до Иисуса Христа прошло довольно много времени.

Вполне вероятно, что слово «Искариот» происходит от латинского «сика» (кинжал) или греческого «сикарий» (вооружённый кинжалом), и тогда речь идёт об одном из зелотов, которые боролись против римской власти, нападая с кинжалами на легионеров. Не совсем понятно, зачем иудею давать нееврейское прозвище, причем негативное, тем более среди учеников Иисуса был уже один Канай (евр. «ревнитель», «приверженец») – Симон Кананит или Зелот (Мф. 10:4). Впоследствии зелотов называли «сикариями», которые являлись активными участниками иудейского восстания против римлян.

Существует предположение, что прозвище Иуды происходит от еврейского слова «обманщик» — «шакар». Но зачем в апостолах держать человека с такой репутацией?

Арамейское слово «искар» обозначает человека с рыжими волосами. По версии некоторых исследователей, Иуда был рыжеволосым.

Скорее всего, настоящее прозвище Иуды звучало на иврите или на арамейском, поэтому при обратном переводе с греческого на иврит существуют разные версии происхождения слова «Искариот».

Новый Завет не открывает обстоятельств избрания Иуды, в списке апостолов он стоит последним.

Согласно Евангелиям, Иуда ничем не отличался от ближайших учеников Иисуса. Учитель уполномочил его, как и остальных апостолов, «изгонять бесов» и «проповедовать». Вероятно, Иисус познакомился с ним во время крещения на реке Иордан.

Пётр, выбирая апостола вместо Иуды, предъявляет кандидату определённые требования: «Итак надобно, чтобы один из тех, которые находились с нами во всё время, когда пребывал и обращался с нами Господь Иисус начиная от крещения Иоаннова до того дня, в который Он вознесся от нас, был вместе с нами свидетелем воскресения Его» (Деян. 1:21-22).

Самое раннее «Евангелие от Марка» не открывает причину предательства Иуды, однако, возможно, связывает его с одним интереснейшим эпизодом – помазанием Иисуса в доме Симона-Прокажённого, о котором расскажу чуть ниже.

После торжественного въезда Иисуса в Иерусалим и «акта ревности Господней» против меновщиков и продавцов жертвенных животных, а также обличения в лицемерии власть имущих (Мк. 11), первосвященники и старейшины решили «взять его (Иисуса) хитростью и убить, но только не в праздник, чтобы не произошло возмущение в народе» (Мк. 14:1-2).

«Взять хитростью» — арестовать в удобный момент, когда «нарушитель спокойствия» будет не в окружении толпы. Для этого им нужен был человек, который изнутри следил бы за перемещениями Иисуса.

Евангелия утверждают, что Иуда сам пришёл к врагам своего учителя и предложил им свои услуги. Выходит, он знал о замыслах первосвященников схватить Иисуса. Возможно, прав Иоанн, утверждающий, что Христа объявили в розыск: «Первосвященники же и фарисеи дали приказание, что если кто узнает, где Он будет, то объявил бы, дабы взять Его» (Ин. 11:57).

Иоанн объясняет причину убийства Иисуса. Первосвященники испугались провозглашения народом Иисуса Мессией и решили подавить возможный бунт в зародыше: «Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут Римляне и овладеют и местом нашим, и народом» (Ин. 11:48).

Итак, судя по Евангелию от Марка, Иисус пришёл в Вифанию и остановился в доме Симона-Прокажённого. Когда он возлежал, к нему приблизилась неизвестная женщина и возлила на его голову очень дорогое масло, которое, по предположению «некоторых», можно было продать аж за 300 динариев – т.е. за 120 сребреников, сумму в четыре раза превышающую оплату Иуде за предательство. Кстати, дневная оплата наёмного работника в Иудее колебалась от одного динария до двух.

Марк не уточняет имена тех, кто роптал из-за расточительства: «Некоторые же вознегодовали и говорили между собою: к чему сия трата мира?» (Мк. 14:4), Иоанн, напротив, называет имя. Конечно – это Иуда, «Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать Его, сказал: Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим? Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому, что был вор. Он имел ящик и носил, что туда опускали (пожертвования)» (Ин. 12:4-6).

Согласно Евангелию от Иоанна, действие происходило не в доме Симона-Прокажённого, а у Лазаря, которого Иисус воскресил (впрочем, можно предположить, что Симон и Лазарь – одно лицо), и помазала Иисуса не неизвестная женщина, а очень даже известная: «Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира» (Ин. 12:3).

Интересно, почему Иоанн называет Симона-Прокажённого Лазарем? Можно предположить фантастическое. Симон был отцом или старшим братом ιουδαν σιμωνος ισκαριωτην Иуды Симонова Искариота (Ин. 6:71). Возможно, евангелист не хотел, чтобы читатель понял, что существует связь между Симоном, другом Иисуса, и Иудой. Может быть поэтому, некто Симон, по прозвищу Лазарь, которого Иисус воскресил из мёртвых (или исцелил от проказы), не упоминается ни в одном Евангелии, кроме Евангелия от Иоанна? В этом контексте понятно недовольство Иуды — Мария потратила его наследство «впустую».

Иисус не рассердился на женщину, которая вылила на его голову весь бальзам. Напротив, он её похвалил, сказав, что о её поступке узнает весь мир, так как она своим действием предвосхитила помазание его тела в гробу (Мк. 14:8-9).

Иуда, если верить Иоанну, был казначеем, собирал пожертвования, которые в свою очередь тратил на нужды маленькой общины и раздавал нищим.

Передать ящик для пожертвований «вору» — идея провокационная. Хотя вполне возможно, Иисус таким образом пытался воспитать своего нечистого на руку ученика или напротив, полностью доверял ему.

Возможно не случайно, Марк указывает, что после этого эпизода Иуда пошёл к первосвященникам, чтобы «предать Иисуса» (Мк. 14:10), мол, скромнее надо быть, Иисус Иосифович.

Марк не знает, кто возмущался «расточительством», поэтому, можно предположить, что не перевод добра подвигнул Иуду на предательство, а слова Иисуса о своей скорой смерти, которая рушила надежды учеников на спасение Израиля и уничтожала планы апостолов руководить независимой страной в качестве приближённых царя.

«А мы надеялись было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля» (Лк. 24:21). Нередко люди, разочаровавшись в близких, мстят им, предают и даже убивают.

Иудеи ждали от Мессии не только, чтобы «слепые прозревали, хромые ходили, глухие слушали, а мёртвые воскресали» (Мф. 11:5). Мессия должен был освободить народ от римской власти, поэтому Бар-Кохбу очень многие считали Машиахом, включая великого законоучителя рабби Акиву, хотя бы на время побед над римлянами.

Разбитые надежды побудили Иуду предать Иисуса? Однако причем здесь деньги? Впрочем, о деньгах поговорим ниже.

Может, сам Иисус поручил Иуде предать его? Очень модная версия. Но зачем же так «подставлять» своего ученика, вызывая к нему ненависть? Да и лишнее это. Иисус при желании мог бы сам «подставиться». Более того, Иисус плохо относится к предателю: «…горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы тому человеку не родиться» (Мк. 14:21). Поэтому, скорее всего, Иуда действовал по собственной инициативе.

Серебро – мотив. Тридцать сребреников — сумма не слишком большая, но и не маленькая, нужно минимум два месяца, чтобы заработать тяжёлым трудом такие деньги. Для нищего – целое состояние. Однако не такие уж огромные деньги за предательство довольно известного человека, на голову которого выливают масло стоимостью в 120 сребреников. Да и не просто ради денег предать человека, с которым странствовал, подвергался опасностям, слышал его мудрые мысли и видел удивительные дела. И совсем небольшая сумма, чтобы всю жизнь прятаться от мести разгневанных бывших собратьев, среди которых, на минуточку, «кинжальщик» Симон Зелот.

История о тридцати сребрениках, полученных за предательство, фигурирует в Писании.

«И сказал им: если хорошо это в ваших глазах, дайте мне плату мою; а если нет, — не давайте. И они отвесили в уплату мне тридцать шекелей (сиклей) серебра. И сказал мне Господь: брось их в сокровищницу, — высокая цена, в какую они оценили Меня! И взял я тридцать сребреников и бросил их в сокровищницу дома Господня» (Зах. 11:12-13).

Пророк Захария в довольно туманном тексте, похожем на притчу, повествует о пастухе (вероятно, о себе), который добросовестно пас овец, а когда пришло время получить плату за труд, обратился к своим нанимателям в надежде на их совесть.

Пророк Захария на своём символическом примере показал, что труд Небесного Пастуха сынами Израиля был оценён в ничтожную сумму. Согласно Торе, тридцать сребреников — цена раба, по ошибке убитого бодливым волом: «Если вол забодает раба или рабу, то господину их заплатить тридцать сиклей серебра, а вола побить камнями» (Исх. 21:32).

Сейчас трудно сказать, придуман ли евангелистами эпизод с оплатой Иуде именно тридцати сребреников, чтобы подтвердить пророчество, или ему была выдана некая сумма, в силу логичных причин неизвестная посторонним лицам.

Чтобы точнее соответствовать пророчествам, Матфей усиливает эффект — Иуда раскаялся, бросил деньги в Храме и удавился: «Первосвященники, взяв сребреники, сказали: непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови. Сделав же совещание, купили на них землю горшечника, для погребения странников; посему и называется земля та «землею крови» до сего дня» (Мф. 27:6-8).

Судя по всему, Матфей знал о земле под названием Хакел-Дама (Акелдама) -«поле крови». Также и Лука упоминает «землю крови»: «это сделалось известно всем жителям Иерусалима, так что земля та на отечественном их наречии названа Акелдама, то есть земля крови» (Деян. 1:19).

Не похоже, что название, к которому апеллируют евангелисты, выдумано. Вполне возможно оно действительно связано с Иудой, который получил деньги за предательство, однако на счёт происхождения слова «Акелдама» есть разные версии.

Можно предположить, что название «Хакел-дама» связано с иной причиной. В шестой Мишне (в трактате Йома) говорится о жертвенных животных. После жертвоприношения в Храме кровь выливали в канал, там из неё делали удобрение и продавали садовникам, которые, в свою очередь, удобряли поле «на крови» возле долины Кедрон, поэтому «Акелдама» и стала притчей во языцех.

«Оставшуюся кровь выливал на западное основание жертвенника, от внешнего жертвенника – выливал на южное основание, эти и те перемешивались в канале и вытекали в долину Кедрон, и продавали садовникам на удобрение, и святотатствовали ими».

Кроме этого, вероятно, в Иерусалиме существовало место, известное многим благодаря красноватому оттенку почвы, которую горшечники использовали для своих изделий. Поэтому этот участок и получил своё «кровавое» название.

Приобретение Иудой земли на деньги от выдачи Иисуса может иметь символическое значение. Иисус проповедовал отказ от земных богатств в пользу небесных: «какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою?» (Мф. 16:26).

Иуда — наглядный пример человека, который отвергает Спасителя ради материальных благ. Такой человек, не найдя мир в своей душе, плохо заканчивает. Настоящая христианская истина.

Марк не сообщает о мотивах предательства Иуды. Более того, эпизод с поцелуем Иуды может быть выдуман автором, который помнил слова Писания: «Искренни укоризны от любящего, и лживы поцелуи ненавидящего» (Пр. 27:6). Впрочем, в Библии найти аллюзию можно на любой реальный случай.

Между тем Лука сообщает о возмущении Иисуса: «Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лк. 22:48), что придаёт некоторую достоверность сообщению о поцелуе.

Вполне возможно, одна из причин ненависти учеников Иисуса к бывшему собрату не только само предательство, но и способ – поцелуй, который являлся символом самого доброжелательного отношения и доверия.

Иоав, командующий армией Давида, вероломно убил воина, обманув доверие поцелуем: «И сказал Иоав Амессаю: здоров ли ты, брат мой? И взял Иоав правою рукою Амессая за бороду, чтобы поцеловать его. Амессай же не остерегся меча, бывшего в руке Иоава, и тот поразил его им в живот, так что выпали внутренности его на землю» (2-Цар. 20:9-10).

Давид не забыл коварства Иоава и поэтому завещал своему сыну Соломону отомстить: «Еще: ты знаешь, что сделал мне Иоав, сын Саруин, как поступил он с двумя вождями войска Израильского, с Авениром, сыном Нировым, и Амессаем, сыном Иеферовым, как он умертвил их и пролил кровь бранную во время мира, обагрив кровью бранною пояс на чреслах своих и обувь на ногах своих: поступи по мудрости твоей, чтобы не отпустить седины его мирно в преисподнюю» (3-Цар. 2:5-6).

Вероятно, возглас Иуды «Учитель! Учитель!» — опознавательный знак, данный храмовой страже. Можно также предположить, что Иуда, повторив дважды «Равви!», отдал дань уважения ученика учителю. Однако Марк полагает, что именно Иуда дал рекомендацию стражникам вести Иисуса «осторожно» (ἀσφαλῶς), т.е. наверняка, тщательно, чтобы тот не ускользнул.

Иуда чуть ли не приказывает стражникам, поэтому человек, не лишённый фантазии, любитель фильмов про шпионов, может предположить, что Иуда был внедрённым агентом храмовой охранки в общину Иисуса. Однако для столь смелого утверждения недостаточно аргументов.

Матфей, единственный из евангелистов, считал Иуду не законченным негодяем, а раскаявшимся грешником. Иуда, по мнению Матфея, не ожидал, что Иисус будет осуждён на смерть. Почему?

«Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам говоря: согрешил я, предав кровь невинную. Они же сказали ему: что нам до того? смотри сам. И, бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавился» (Мф. 27-3:5).

На что надеялся Иуда, передавая Равви в руки властей? Неужели ему обещали, что по справедливости разберут дело Иисуса и снимут с него обвинения? Признают его авторитет пророка или Мессии? Наивно? Но кто знает, может быть, Иуда верил в Иисуса и хотел, чтобы его поскорее признали иудейские старейшины. А увидев, что из затеи ничего не вышло, — Иисуса выдали римлянам, которые непременно казнили бы «бунтовщика», — покончил жизнь самоубийством.

Впрочем, Лука даёт иную версию, простую и банальную. Иуда, получив деньги за предательство, купил участок земли: «он (Иуда) был сопричислен к нам и получил жребий служения сего; но приобрел землю неправедною мздою, и когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его» (Деян. 1:17-18).

Марк и Иоанн ничего не говорят о дальнейшей судьбе Иуды. По сообщению Иоанна, предатель привел отряд воинов в тайное место, в котором пребывал Иисус с учениками: «Стоял же с ними и Иуда, предатель Его» (Ин. 18:5).

Вместе с этим, Иоанн указывает на причину предательства.

«Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам. И, обмакнув кусок, подал Иуде Симонову Искариоту. И после сего куска вошел в него сатана. Тогда Иисус сказал ему: что делаешь, делай скорее. Но никто из возлежавших не понял, к чему он это сказал ему. А как у Иуды был ящик, то некоторые думали, что Иисус говорит ему: купи, что нам нужно к празднику, или чтобы дал что-нибудь нищим. Он, приняв кусок, тотчас вышел; а была ночь» (Ин. 13:26-30).

Во время вечерней трапезы, которая вошла в историю под названием «тайная вечеря», Иисус подаёт Иуде кусок хлеба, смоченный маслом, и не только «благословляет» его на задуманное, но и торопит. Ученики предположили, что Иисус отдал распоряжение Иуде купить необходимое на Песах или дать милостыню нищим.

Иоанн не случайно подчёркивает, что была ночь – время тьмы: «ходящий во тьме не знает, куда идет» (Ин. 12:35).

Итак, причина предательства – Сатана, который во время вечери сумел проникнуть в Иуду: «И во время вечери, когда диавол уже вложил в сердце Иуде Симонову Искариоту предать его» (Ин. 13:2).

Иоанн не пишет, что повлияло на желание Иуды отдать в руки властей гонимого Учителя, но, согласно Иоанну, произошло это именно во время трапезы.

В принципе евангелисту достаточно в Писании намёка на предательство: «Но да сбудется Писание: ядущий со мною хлеб поднял на меня пяту свою» (Ин. 13:18), поэтому он не ищет ответ. Достаточно, что написанное сбылось.

Точная фраза из псалмов Давида звучит так: «Даже человек мирный со мною, на которого я полагался, который ел хлеб мой, поднял на меня пяту» (Пс. 40:10).

Возможно, автору Евангелия от Иоанна не понравилось, что Иисус мог полагаться на Иуду, поэтому он цитирует только вторую часть строчки из песни Давида.

Лука также полагает, что сам Дьявол повлиял на Иуду: «Вошел же сатана в Иуду, прозванного Искариотом, одного из числа двенадцати» (Лк. 22:3).

Согласно Луке, Сатана не мог подобраться к Иисусу, отказавшемуся от всех материальных благ, которые он предлагал ему. Но при этом нашёл другую лазейку, через одного из учеников Иисуса, который не справился со своей материальной зависимостью. И снова поучительная христианская история, не правда ли.

Иоанн решил акцентировать внимание на Иуде Искариоте. В четвёртом Евангелии этот персонаж упоминается в несколько раз больше, чем в других Евангелиях, вместе взятых. Очевидно, это не случайно.

Судя по Евангелию от Иоанна, Иисус с самого начала знал, что Иуда Искариот – дьявол: «Иисус отвечал им: не двенадцать ли вас избрал я? но один из вас дьявол. Это говорил Он об Иуде Симонове Искариоте, ибо сей хотел предать его, будучи один из двенадцати» (Ин. 6:70-71).

В этом же Евангелии Иисус называет «сынами Дьявола» иудеев, обозначая вольно или невольно связь между Иудой и Иудеями: «Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего» (Ин. 8:44). В восьмой главе иоанновский Иисус ведёт спор с иудеями, которых обвиняет в неверии, нежелании слышать правду и в конечном итоге в человекоубийстве.

Вместе с этим обвинения не относятся к «уверовавшим»: «Тогда сказал Иисус к уверовавшим в него иудеям: если пребудете в слове моем, то вы истинно мои ученики» (Ин. 8:31).

Естественно, нападок в адрес «Иудеев» нет в остальных, более ранних Евангелиях. В них противники Иисуса – фарисеи, саддукеи, книжники, первосвященники, но никак не иудеи, к которым принадлежал сам Учитель и все его ученики.

Впоследствии антисемиты воспользовались этимологическим совпадением и назначили «дьявола», «убийцу Христа», «предателя», «вора» и «сквалыгу» Иуду духовным отцом всех иудеев.

Несмотря на поздние нагромождения, противоречивые данные, Иуда, пожалуй, самый ненавистный персонаж всех Евангелий. Интересно, что апостол Павел, автор самых ранних книг Нового Завета, не писал о нём вообще.

Конечно, Павел мало кого из евангельских персонажей упоминает в своих письмах. Вероятно, он полагал, что его читателям и так известны евангельские истории. Однако «тринадцатый апостол» в послании к коринфской общине сообщил о словах Иисуса во время «тайной вечери», вскользь касаясь «предательства».

«Ибо я от господина принял то, что и вам передал, что господин Иисус в ту ночь, в которую предан (paradidome) был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело мое, за вас ломимое; сие творите в моё воспоминание» (1-Кор. 11:23-24).

Сложность в том, что Павел использует слово paradidome означающее – «отдавать», «передавать», «предавать».

Поэтому мы не знаем, что подразумевал Павел. Иисус предан был Иудой или передан Богом (на мучения и казнь)?

Для Павла жизнь, смерть и воскресение его господина – прописаны в пророчествах, поэтому предопределены.

Но всё же мы вразумительно не ответили на вопрос, почему ученик предал своего учителя, передал Иисуса в руки погубивших его. Может быть, потому что сам предатель не всегда знает, что творит? «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех» (Рим. 7:19-20).

Иуда поддался власти греха и предал Иисуса, может поэтому апостолы не слишком вдумывались в причины предательства?

Конечно, в факте самого предательства нет ничего нового, коварством и изменой человечество не удивишь. Люди предают из-за власти, денег, зависти или страха.

Апостол Пётр, клявшийся Иисусу в верности, испугавшись наказания, отрёкся от своего учителя.

«Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя. Тогда он начал клясться и божиться, что не знает Сего Человека. И вдруг запел петух. И вспомнил Петр слово, сказанное ему Иисусом: «прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. И выйдя вон, плакал горько»» (Мф. 26:73-75).

Более того, все ученики предали Учителя, сбежав, оставив Иисуса одного.

Вполне вероятно, чтобы отвлечь внимание от известного и неблаговидного поступка, они перекинули всю вину на Иуду, сделав его единственным «козлом отпущения».

Я так и не выяснил, почему Иуда предал Иисуса. Могу лишь предположить, что ученик был разочарован, обижен. Он ожидал совсем иного от Мессии. Иуда не отошёл от общины как другие последователи Иисуса, по какой-то причине он решил остаться. Может быть, чтобы разобраться до конца или донести властям на «богохульство», считая, что поступает правильно:

«Сей-то есть хлеб, сшедший с небес. Не так, как отцы ваши ели манну и умерли: ядущий хлеб сей жить будет вовек. Сие говорил Он в синагоге, уча в Капернауме… Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! кто может это слушать? Но есть из вас некоторые неверующие. Ибо Иисус от начала знал, кто суть неверующие и кто предаст Его. И сказал: для того-то и говорил Я вам, что никто не может прийти ко Мне, если то не дано будет ему от Отца Моего. С этого времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с Ним» (Ин. 6:59-60;64-66).

Иисус, зная неверующих и того, кто предаст его, не изгонял их. Возможно, он считал, что у каждого должен быть шанс на спасение…

Закрывая глаза, я представляю молодого человека, Иуду Симонова, прозванного Искариотом, который с радостью окунался в водах Иордана. Восторженно принял от Учителя весть о грядущем Царстве Божием, но, не дождавшись изменений, увидел другого Иисуса, который не собирался освобождать народ от гнёта римлян, а высмеивал и обличал иудейских авторитетов, ставил себя выше Моисея, предсказывал разрушение Храма и беды еврейскому народу.

Иуда решил, что Иисус не был долгожданным и обещанным Мессией, которого все так ждали. Крушение надежд. Что может быть хуже?

Я не знаю, покончил Иуда с собой, оступился и разбился насмерть или ему помогли умереть, но он не прожил долгую жизнь, ибо предатели долго не живут.

Яков Кротов

БОГОЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ КОМЕДИЯ

30 ГОД: ТАК СКОЛЬКО ПОЛУЧИЛ ИУДА?

Сколько в сопоставимых ценах получил Иуда? Сколько это было бы на «наши» деньги?

Обычнейший вопрос, а какой богатый подтекст: значит, деньги за предательство могут быть «нашими»? Но ведь Иуда был не один, так что надо прямо сказать: деньги за предательство могут быть «моими».

Именно это имеет в виду молитва Христу о том, чтобы подойти к Нему не как Иуда. Молитва деликатная — мол, «не бо врагом Твоим тайну повем», «да не скажу врагам Твоим тайну Твоего местонахождения». Но ведь местонахождение Иисуса сегодня ни для кого не тайна, да с точки зрения Иуды дело не в том, где находится Иисус, а в том, где находятся деньги. В их кошельке или в моём.

Человеку хочется не только есть, но и знать, что ест другой. Сколько получает зарплаты, что носит, как отдыхает. Не только дурные чувства побуждают заглядывать под крышу чужого дома, под крышку чужой кастрюли, под покрывало чужой постели. У человека современного это обычно выражается в интересе к чужим деньгам: сколько можно было прожить на тридцать серебряников? я получаю больше или меньше моего прапрадедушки? Пятнадцать тысяч рублей сегодня больше или меньше ста рублей тридцать лет назад?

Историки экономики переводят всё в хлеб, и это замечательно, только, во-первых, с ХХ века этот критерий становится маловыразительным, во-вторых, в реальной жизни и две тысячи лет назад никто в хлебе не считал, и сейчас.

Очень полезно сопоставлять цены на хлеб и цены на обувь. Иисус недаром часто поминал сандалии: по каменистой Палестине не очень босиком походишь, что уж говорить о «богатом Севере».

Очень практично сопоставлять зарплаты плотников. Ведь Иисус был плотником. Тогда, да и в наше время, плотник — очень «средняя» профессия. Её легко вписать в любую иерархию профессий с определённым коэффициентом.

Поскольку же человек ещё и неизбывный идолопоклонник или, изящнее выражаясь, материалист, всё-таки интересно сравнить 30 серебреников с современными деньгами. С этого, пожалуй, и начнём.

420 ГРАММОВ СЕРЕБРА

«Сребреник», данный Иуде — серебряный шекель. Другое произношение — сикль. Греки называли шекель «статир».

Шекель весил 14 граммов серебра. Диаметр монеты 27,7 мм. Тридцать серебреников — 420 граммов серебра.

Шекель равнялся по весу четырем динариям или, что то же, четырем драхмам. Греки ещё называли шекель — «тетрадрахма».

30 серебреников были равны 120 динариям. Динарий платили в день солдату или наёмному работнику. Это некоторый аналог «минимальной заработной платы». Человек же с квалификацией — например, плотник — зарабатывал, конечно, больше, хотя и ненамного. Предположим, то, что солдат зарабатывал за четыре месяца, плотник зарабатывал за месяц. Зная это, солдаты, которым поручили распять Иисуса, должны были с особым удовольствием делить его плащ — «хитон».

Иуда оценил благовония, потраченные Магдалиной на Иисуса, в 300 динариев. Это в 2,5 раза больше тридцати серебреников.

В русском серебряном рубле 1764 года было 18 граммов, так что Иуда получил бы в этом году 23 рубля. В 1898 году серебряный рубль весил 20 граммов.

Для сравнения — американские доллары были значительно, на треть тяжелее, 27 граммов. Собственно, это вес кроны — английской кроны, равной двум фунтам. Фунтов Иуда получил бы те же 30. Но изначально «фунт» — это примерно столько, сколько Иуде было выдано — 409 граммов. Кстати, ровно столько весила древнерусская гривна.

В XVII веке серебряных рублей не было, были серебряные копеечки, причём в условном рубле правительство приказывало считать 64 копейки. Из-за чего и случился знаменитый «медный бунт». Копеечки тогдашние (нумизматы метко называют их «чешуйки») весили по 0,48 грамма, так что Иуде насыпали бы целых 875 копеек. На эти деньги можно было бы обидеть 875 юродивых, но стольких юродивых в России никогда не бывало.

Готовясь встретить 2006 год — год Свиньи — Сберегательный Банк России оповещал о выпуске серебряных монет с соответствующей символикой. Монеты весили 15,5 грамма серебра. Впрочем, выпускают серебряные монеты того же веса и по другим водам — памяти Ландау, памяти Шолохова. Диаметр их на полсантиметра больше, чем у Иудиных серебряников. Номинал таких монет — 2 рубля. Если бы Иуде платили от храма Христа Спасителя, он бы получил всего 27 монет. Однако, символическим было именно число 30. Следовательно, ему бы дали 30 монет, лишних 45 граммов серебра.

Впрочем, русский архиерей отличается от еврейского архиерея. Скорее всего, Иуде бы заплатили 30 рублей — то есть, всего 15 монет. И наверняка не с изображением Ландау, а почти наверное со свиньёй.

Правда, зачем храму Христа Спасителя Христос Спаситель? У них уже один есть.

Впрочем, у Иуды покупали Христа тоже не для того, чтобы оставить себе.

Если оценивать 420 граммов просто по весу серебра, то выйдет — на 28 января 2008 года — 5460 рублей. Чуть больше двухсот долларов. Это очень приличная пенсия для «среднего» русского — учителя, врача, да и плотника.

Правда, с монетами из серебра такая история, что купить их легко, а продать трудно. Продают по цене выше цены серебра, а покупают… В общем, не очень покупают.

Однако, предположим, что тридцать серебреников уцелели до нашего времени именно как тридцать старинных шекелей. В 2005 году шекель эпохи Христа стоил у коллекционеров 600-800 долларов. 30 шекелей — допустим, 30 тысяч долларов.

Самое большое Иуда заработал себе на небольшую двухкомнатную квартиру в Москве в 2001 году — это если бы он сохранил серебреники в течение двух тысячелетий и продал бы их в 2001 году коллекционерам. В 2008 году он бы на эти деньги не купил бы в Москве даже комнаты. Однако, опыт показывает, что подобные персонажи квартиры в Москве получают от правительства бесплатно. Иногда подобные персонажи составляют правительство и квартиры раздают.

Самое меньшее — это месяца три можно не работать, питаясь достаточно скудно.

Если убедить покупателя, что речь идёт не просто о 30 монетах эпохи Христа, а о тех самых монетах, которых касалась рука Иуды… Тогда, конечно, цену предсказать трудно.

Тем более, что монеты могла касаться и рука апостола Петра.

Ведь в Евангелии рассказывается, как с Иисус потребовали подать на Храм — полшекеля. Иисус послал Петра ловить рыбу, и тот выловил рыбу, в животе у которой был шекель. Этот шекель пошёл в казну Храма, так что оттуда вполне мог попасть к Иуде.

Конечно, было бы совсем недурно, если бы того же шекеля коснулся Иисус. Но Евангелие неумолимо: Пётр. Кстати, в знаменитом эпизоде с податью кесарю, Иисус, видимо, сам не прикасается к «поганой» монете — Он лишь спрашивает, что на ней изображено. Изображение кесаря и делало монету поганой.

Тридцать серебреников не были богатством. Но деньгами они были. Впрочем, уместно ли противопоставление? Не всякая селёдка рыба, но всякая денежка — богатство. Когда человек начинает проводить черту между тем, чем сам располагает, и тем, что считает «богатством», в воздухе пахнет тридцатью серебрениками. Как человек должен относиться к богатству, — лёгкий вопрос. Трудный вопрос именно тот, который кажется лёгким: как человек должен относиться к деньгам? Впрочем, если считать любые деньги богатством, то вопрос резко упрощается. Вопрос упрощается, не ответ!

ТРИ МИЛЛИОННЫХ ИРОДА

Доходы современников Иисуса были разные. Ирод Великий получал со своих владений 1000 талантов, Агриппа I — 1200. После смерти Ирода его владения были разделены на четыре части: Ирод Антипа (названный в Евангелии «четверовластник» именно потому, что он владел четвертью отцовского царства) получал 200 талантов, Филипп 100, Архелай 400, Саломея 60. Цифры все Флавия и все приблизительные, но представление о порядке величин они дают. Талант равнялся 10 тысячам серебряным аттическим драхмам — аналогу динариев. Четыре таких драхмы составляли шекель — тот самый иудин серебряник. Соответственно, годовой доход Ирода Великого составлял 25 миллионов серебряников или 100 миллионов динариев. Годовой доход подёнщика составлял 300 динариев (он же не каждый день работал). Разница в 333 333 раза. Московский курьер мог за год (допустим, 2007) заработать 2500 долларов, что близко к «минимальному» доходу. Если эту сумму умножить на те самые тройки, выйдет 833 миллиона долларов. Что ж, годовой доход жены Юрия Лужкова, владеющего Москвой с 1992 года, составляют около миллиарда долларов.

Большинство людей, конечно, и во времена Иисуса находились в не слишком золотой середине. Талмуд сообщает, что изготовители ладана в день получали 48 мин — половину таланта, 5 тысяч динариев. Вряд ли тысячу получали, а вот сотню, может, получали. Это, конечно, ностальгические фантазии о «золотых деньках». Как всегда, больше информации о бедняках — средний класс предпочитает не светиться. Иисус говорил о женщине, у которой было всего две лепты, но и это гипербола — только в сторону приуменьшения, а не преувеличения. Динарий равнялся 128 лептам. Видимо, что-то на две лепты можно было купить, иначе бы монеток таких не существовало, только вот не очень понятно, что. Так в России 2000-х годов: рубль состоит из ста копеек, и цены иногда с копейками, только вот всё, что меньше гривенника, выкидывают даже нищие. Выкидывают, но раз выкидывают, значит, имеют, а раз имеют, значит, получают. «На тебе, убоже, что нам негоже». Талмуд сообщает о бедняке, который каждый день ловил четырёх голубей, двух из них жертвовал в Храм, а двух продавал. При этом Талмуд называет цену голубя — одна восьмая часть динария. В день выходит полдинария, в два раза меньше нормы, о которой упоминается в Новом Завете.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *