Притча о немилосердном заимодавце

Во время одной беседы Иисуса Христа, апостол Петр подошел к Нему и спросил: «Господи! сколько раз прощать брату моему, (то есть ближнему), согрешающему против меня (т. е. если он чем-нибудь обидит меня)? Довольно ли будет простить ему до семи раз?

Иисус Христос сказал ему: «не говорю тебе до семи, но до седмижды семидесяти раз», т. е. прощай без счету, всегда.

Чтобы лучше объяснить это, Иисус Христос сказал притчу: «один человек был должен царю десять тысяч талантов. (Талант — вес золота и серебра, ценою приблизительно в 2.500 рублей. Значит, долг его был около 25 миллионов рублей). Но он не имел чем заплатить. Когда его привели к царю, то царь приказал продать его, и жену его, и детей, и все его имение. Тогда должник упал к ногам царя и, кланяясь, стал просить его: государь! потерпи на мне, и я все тебе заплачу. Милостивый царь сжалился над ним, простил ему весь долг и отпустил его. Человек же тот, вышедши от царя, увидел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, (т. е. всего лишь только 20 рублей). Он схватил товарища и начал душить его, говоря: «отдай мне, что ты должен». Товарищ его упал к его ногам, умолял его и говорил: «потерпи на мне, и все отдам тебе». Но тот не захотел ждать, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга. Когда Царь узнал, от товарищей пострадавшего о жестокости этого человека, то призвал его к себе и сказал ему: «злой раб! весь долг твой я простил тебе, потому что ты упросил меня. Не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?» И, разгневавшись, царь отдал его истязателям, (т. е. людям, на которых лежала обязанность наказывать преступников), пока не отдаст всего неоплатного долга своего».

Закончив притчу, Иисус Христос сказал: «так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца ближнему своему согрешений его».

В этой притче под царем разумеется Бог. Под человеком, который так много должен был царю, разумеемся мы, люди. Под долгом — грехи наши. Под товарищем должника разумеются те люди, которые в чем-нибудь виновны пред нами (наши должники).

Из этой притчи видно, что всякий, кто бывает злым на ближних своих за какие-нибудь их проступки и не хочет прощать их, тот не заслуживает (недостоин) помилования от Бога.
(Мф. 18, 21-35)

Слово в неделю 11-ю по Пятидесятнице
В нынешний день, возлюбленные братья, читана была евангельская притча Спасителя, в которой Он, Господь Бог наш, уподобил Царство Небесное или праведный суд Свой над людьми царю, «который захотел сосчитаться с рабами своими. Когда начал он считаться, приведен был к Нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов», т. е. двадцать миллионов! Или просто без числа, ибо определенное число здесь поставлено вместо неопределенного. «А как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и заплатить. Тогда раб тот пал и, кланяясь ему, говорит: «Государь! Потерпи на мне, и все тебе заплачу». Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот, вышедши, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев» — на наш счет не больше двадцати рублей — «и, схватив его, душил, говоря: «Отдай мне, что должен». Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: «Потерпи на мне, и все отдам тебе». Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга.

Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, пришедши, рассказали государю своему все бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: «Злой раб! Весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?» И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. «Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, — заключил Господь речь Свою, — если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его»» (Мф. 18, 23-35). Я повторил все читаное Евангелие, чтобы вы лучше запомнили его.

Не к чести нашей в нынешнем Евангелии изображаются крайнее жестокосердие и злоба человеческого сердца относительно ближних наших. С того самого времени, как люди через грех предались начальнику злобы — диаволу, он свил в их сердцах твердое себе гнездо, насадив в нем свою адскую злобу, которую и проявляет с тех пор весьма часто в очень грубых, насильственных видах. История библейская и гражданская и дневники нашего времени полны примеров этой злобы и жестокосердия людей из-за корысти, из-за желания воспользоваться хищнически имением ближнего или из-за оскорбленного самолюбия, из-за дикого каприза, из-за неудовлетворенной животной любви. Многие, и очень нередко, не задумываются вонзить нож в сердце или в горло ближнего или иначе как-нибудь лишить его жизни, не говоря уже о ссорах, спорах, ругательствах, судах и прочих выражениях злобы человеческой.

Обратим внимание на поступок жестокосердого заимодавца, упоминаемого в нынешнем Евангелии. Он должен был сам своему государю огромную сумму, которой никогда не мог ему выплатить и по правосудию страны должен был быть продан с женой и детьми и всем имуществом, чтобы заплатить хоть часть долга, — беда, которой больше не может быть. Должник стал умолять царя о прощении — и он был прощен. Кажется, надобно бы помнить такую беспримерную милость и оказать подобную же милость при случае ближнему. Но вот случай с ближним и показал дурную сторону бывшего должника, его крайнюю злобу и жестокосердие: только что получив от царя величайшую милость, он встречает товарища, должного ему самую незначительную сумму денег, сразу же набрасывается на него с яростыо, душит его и говорит ему: «Отдай мне долг». Тот просит потерпеть. Заимодавец не терпит и сажает его в тюрьму. Не крайнее ли это жестокосердие? Не крайняя ли бесчувственность и неблагодарность? А к этому весьма многие из нас склонны и способны.

Мы бываем иногда чрезвычайно круты в расправе с нашими ближними, чем-либо нам должными, если есть к тому возможность! Да, наша природа крайне стремительна ко злу и самосуду или к расправе собственным судом, вероятно потому, что это скорее и легче удовлетворяет нашему самолюбию и злонравию, чем установленные суды. Но с нами, христианами, отрожденными в купели крещения водой и Духом Святым, усыновленными Богу и получившими от Бога благодать, или небесную помощь ко всякой добродетели, этого не должно быть; мы должны воспитывать в себе дух кротости, смирения, незлобия, терпения и долготерпения, умеренности во всех поступках. А чтобы иметь в себе такое расположение духа, надобно помнить общую слабость человеческую, общую склонность ко грехам, в особенности свои великие немощи и грехи и бесконечное к нам самим милосердие Божие, которое прощало и прощает нам грехи многие и тяжкие за покаяние и умоление наше. Да, уже одно чувство благодарности к Богу за Его бесчисленные к нам милости обязывает нас быть снисходительными и милостивыми к нашим ближним, которые одной плоти и крови с нами имеют одинаковые немощи, страсти, преткновения. Но величайшим побуждением к снисходительному и кроткому обращению нашему с ближними должно служить, конечно, более всего крайнее снисхождение к нам Сына Божия, нас ради человеков и нашего ради спасения сошедшего с небес, воплотившегося и вочеловечившегося, Его пример, Его заповеди и советы, Его кротость и незлобие к грешникам, Его долготерпение, Его страдания и смерть за всех нас. Если Он положил за нас Свою душу, то и мы должны друг за друга души свои полагатъ, говорит апостол (Ин. 3, 16). Другой апостол говорит: Будите друг ко другу блази, милосердни, не воздающе зла за зло или досаждения за досаждение (1 Пет. 3, 8-9); терпяще друг другу любовию (Еф. 4, 2).

Господь говорит нам: Милости хочу, а не жертвы (Мф. 9, 13);Он, многомилостивый, хочет и от нас милости или милосердия, незлобия и терпения относительно ближних наших; Он же и готов всегда помогать нам во всяком добром деле. Если у тебя злое сердце, проси в покаянии, чтобы Он смягчил твое сердце, сделал кротким и терпеливым — и будет оно таково. Он нам говорит: Сыне, даждь Ми твое сердце. Нет ничего невозможного для верующего и искренне молящегося. Только решись, твердо решись оставить свою злобу. Должно в самом начале обуздывать в себе всякую возни-кающую страсть, особенно злобу и гнев, не дозволять искре сделаться огнем, который тушить, конечно, гораздо труднее, чем одну искру.

Итак, заключу слово, будем прощать от души ближним погрешности их против нас, памятуя общую нашу слабость, немощь, греховность и бесконечное к нам милосердие Божие. Аминь.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский 01.08.2011

Мы должны дать отчет в исполнении предписанных нам заповедей; но мы не в состоянии исполнить всего, что бы мы ни делали.
Поэтому Бог и дал нам легкое и удобное средство к уплате совершенно всех наших долгов – забвение обид.
«государь его приказал продать его, и жену его, и детей» Почему же велел и жену продать?
Не по жестокости или бесчеловечию, но по особенному намерению.
Таким строгим повелением хотел устрашить раба своего, и тем побудить его к покорности, без всякого намерения продать.
Если бы он имел это в виду, то не внял бы его просьбе и не оказал бы ему своего милосердия.
Но почему же не простил ему долга прежде такого повеления?
Чтобы вразумить его, сколько долгов он прощает ему, и чрез это заставить его быть снисходительнее к своему товарищу, который был должен ему.
<…>
«Потерпи на мне, – говорит он,– и все тебе заплачу» (Мф. 18:26).
Господин же его, «умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему» (Мф. 18:27).
Не открывается ли и здесь опять его чрезмерное человеколюбие?
Раб просил только отсрочки времени, а он дал ему более просимого: он отпустил ему весь долг и простил его.
Господин и прежде хотел простить долг рабу своему, но не хотел, чтоб это было одним только даром его, – но и следствием покорности раба, чтобы и со стороны его что-нибудь было сделано для получения награды.
Впрочем причина прощения показывает, что все это зависело от самого господина, хотя раб припадал к нему с своим прошением.
Однако же господин так поступил, чтобы и со стороны раба была причина прощения ему долга, и чтобы, научившись собственным несчастием, был снисходительнее к своему товарищу.
Но послушаем все мы, нерадящие о молитве, какова сила молитвы.
Этот должник не показал ни поста, ни стяжательности, ничего другого подобного, однако же, лишенный и чуждый всякой добродетели, лишь только попросил он господина, то и успел преклонить его на милость.
Не будем же ослабевать в молитвах. <…>
Тот, Кто хочет с тобой примириться, не человек, пред которым бы пришлось тебе стыдиться, и краснеть; это Бог, желающий больше тебя освободить тебя от грехов.
Не столько ты желаешь своей безопасности, сколько Он ищет твоего спасения.
Выйдя же тотчас, – не чрез несколько времени, но тотчас, еще живо ощущая благодеяние, ему оказанное, – он во зло употребил и дар, и свободу, ему данную. <…>
Сам он просил господина о прощении десяти тысяч талантов, а этот только о сотне динариев; последний просил у равного себе, а тот у господина.
Сам он получил совершенное прощение, а товарищ просил только отсрочки времени, но он и в этом отказал ему, – потому что сказано: «посадил его в темницу»
«Товарищи его, видев происшедшее» (Мф. 18:30-31), обвинили его пред господином.
Даже и людям это было неприятно: что сказать о Боге? Так негодовали на него не имеющие на себе долга!
<…>
«Злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя» (Мф. 18:32-33)?
Примечай опять кротость господина!
Он судится с рабом своим и как бы защищается, намереваясь уничтожить свой дар (или лучше, не он уничтожил, но сам получивший). <…>
Хотя и тяжким для тебя кажется простить долг ближнему своему, но ты должен обратить внимание и на ту пользу, которую ты уже получил и имеешь получить;
хотя и тяжко повеление, но надлежало помыслить о награде за исполнение его.
Притом товарищ не оскорблял тебя, напротив ты оскорбил Бога, простившего тебя за одно только прошение твое.
Если бы даже он и оскорбил тебя, и для тебя несносно быть ему другом, то еще несноснее попасть в геенну.
<…>Когда он был должен десять тысяч талантов, господин не называл его лукавым, и не укорял его, но помиловал его.
Как же скоро он поступил жестоко с своим товарищем, то господин сказал: «Злой раб!»
Слушайте, лихоимцы (к вам слово)! Слушайте, безжалостные и жестокие!
Вы жестоки не для других, но для самих себя.
Когда ты питаешь злобу, то знай, что ты питаешь ее к самому себе, а не к другому, обременяешь самого себя грехами, а не ближнего.
Что бы ты ни делал последнему, все это сделаешь как человек, и притом в настоящей только жизни; но Бог не так поступит: Он подвергнет тебя большему и вечному мучению в жизни будущей.
Если благодеяние тебя не сделало лучшим, то остается исправлять тебя наказанием.
Хотя благодеяния и дары Божии непреложны, но злоба так усилилась, что нарушила и этот закон.
Итак, что хуже памятозлобия, когда оно может лишить нас столь великого дара Божия? <…>
Итак, что означает эта притча?
«Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его» (Мф. 18:35).
Не говорит: Отец ваш, но: «Отец Мой», – потому что недостойно называться Богу Отцом столь лукавого и столь человеконенавистного раба.
Итак, требование Спасителя двоякое: чтобы мы чувствовали свои грехи, и чтобы прощали другим.
Чувствовать свои грехи нужно для того, чтобы удобнее было прощать их другим (так как размышляющий о собственных грехах снисходительнее бывает к ближнему).
Прощать же другим мы должны не словами только, но от чистого сердца.
Итак, не будем же обращать против самих себя меча своим памятозлобием. <…>
Если ты будешь рассудителен и любомудр, то зло обратится на главу оскорбившего, и он жестоко пострадает.
Если же ты будешь оскорбляться и негодовать, то сам пострадаешь, – не от него, а от самого себя. <…>
Смотри, сколько получаешь ты пользы, перенося безропотно обиды от врагов:

первая и важнейшая – отпущение грехов;
вторая – терпение и великодушие;
третья – кротость и человеколюбие, так как тот, кто не способен гневаться на оскорбляющих его, тем более будет кроток в отношении к любящим его;
четвертая – совершенное истребление гнева, с чем никакое благо не может сравняться, так как свободный от гнева без сомнения свободен и от неприятностей, с ним соединенных, и не проводит жизни в напрасных огорчениях и муках. Не умеющий враждовать не знает и печали, но наслаждается радостью и другими бесчисленными благами.
Итак, ненавидя других, мы сами себя наказываем, равно как любя других, благодетельствуем сами себе. <…>
Припомни, что и Христос, идя на крестную смерть, о Себе радовался, а о распинателях Своих плакал: подобным образом и нам надлежит поступать.
Чем более нас обижают, тем более мы должны оплакивать обидевших нас; для нас отсюда происходит великое благо, для них же, напротив, великое зло.

Неделя 11-я по Пятидесятнице

Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими; когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов; а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить; тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и всё тебе заплачу. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что́ должен. Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и всё отдам тебе. Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга. Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, ка́к и я помиловал тебя? И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Та́к и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его.

Мф. 18:23-35

Притча о немилосердном заимодавце, которую мы слышим в сегодняшнем чтении из Евангелия от Матфея – одно из нескольких наставлений Иисуса о прощении. Как и в молитве «Отче наш», здесь прощение человека Богом ставится в прямую зависимость от его способности прощать своих ближних.

Заметим, что сумма, названная Иисусом в качестве долга раба перед царем, имеет гиперболический характер. Десять тысяч на Ближнем Востоке в древности были самым большим числом, используемым в счете, а талант — самой большой денежной единицей, следовательно, 10.000 талантов — самая большая сумма, какую можно себе представить. Ее невозможно выплатить. Такой заём символизирует неоплатный долг человека перед Богом, несопоставимый ни с какими задолженностями, которые один человек может иметь по отношению к другому.

Прощение, которое Бог дарует должнику, является всецелым и полным. Бог не просто откладывает выплату долга и не просто списывает часть долга: он прощает весь долг целиком. И происходит это не потому, что человек обещает Богу вернуть долг. Это происходит благодаря милосердию Божию.

Беспредельное милосердие Божие контрастирует с немилосердием раба, выступающего в притче в качестве антипода Бога. Он не идет ни на какие уступки: не предлагает своему должнику ни отложить выплату долга, ни возвратить его часть. Действия раба могли бы быть в какой-то степени объяснимы, если бы огромный долг продолжал оставаться за ним. Но вся острота ситуации заключается в том, что к тому моменту, когда он находит своего товарища, гигантская сумма долга была полностью прощена ему.

Раб в притче никак не выражает свою благодарность царю — ни на словах, ни на деле. В данном случае благодарность на словах не требуется, а благодарность на деле должна была бы выражаться в том, чтобы раб поступил по отношению к своему должнику так же, как царь только что поступил с ним.

В данной притче акцент делается на прощении, то есть на том, что Бог прощает человеку его личную задолженность. Эта задолженность растет по мере того, как растет сам человек: чем больше он совершает ошибок и грехов, тем больше его долг перед Богом, прощающим его столько раз, сколько человек грешит и кается. Однако это правило действует не безотказно и не автоматически. Если человек неблагодарен, если он не подражает Богу в Его милосердии и не прощает своих должников, Бог в конце концов наказывает его.

Узнать больше Вы можете в книге митрополита Волоколамского Илариона «Иисус Христос. Жизнь и учение», размещенной в свободном доступе на нашем портале, а также в книгах серии «Читайте Евангелие».
Также Евангелие дня с митрополитом Иларионом доступно в специально созданном Телеграм-канале.

Как неприятно Богу, когда мы сердимся на других, как Он наказывает тех, кто не прощает обид. По этому поводу Иисус Христос рассказал притчу о немилосердном заимодавце. Если я возьму у тебя в долг денег, я буду твоим должником. А ты, дав мне взаймы, будешь мой заимодавец. Кто берет в долг, тот должник, а кто дает другому в долг – тот заимодавец.

Один царь захотел рассчитаться со своими рабами. К нему привели раба, который должен был ему десять тысяч талантов (больше двадцати пяти миллионов рублей, очень большие деньги). Поскольку рабу нечем было платить, государь приказал продать его самого, его жену, детей и все его имущество – и тем самым заплатить долг. Раб стал на колени и, кланяясь царю в ноги, попросил подождать с расчетом. Государь сжалился над ним, отпустил и простил весь долг.

Тот же раб, выйдя от царя, встретил одного своего знакомого, который должен был ему сто динариев, схватил его и стал душить, требуя возврата денег. (Какой злой человек! Он не хотел подождать, когда ему возвратят такие небольшие деньги – около двадцати рублей.)

Тогда его товарищ упал ему в ноги и попросил немного подождать, обещая все вернуть. Но раб не захотел ждать, а посадил своего должника в тюрьму до возвращения денег.

Другие люди, увидев это, рассердились, пошли к царю и все ему рассказали. Тогда государь позвал этого немилосердного заимодавца и сказал ему: «Злой раб! Я простил тебе твой огромный долг, потому что ты упросил меня об этом. Почему же ты не пожалел своего должника так, как я пожалел тебя?» И, рассердившись, посадил его в тюрьму, чем обрек на муки до тех пор, пока он не отдаст царю весь долг. «Так поступит с вами и Отец Мой Небесный, – сказал Иисус Христос, – если каждый из вас от чистого сердца не простит своему брату (любому человеку) его согрешения».

Дети, вы своей леностью, упрямством и шалостями часто гневите Бога, огорчаете родителей, учителей, обижаете братьев, сестер и товарищей. А сами сердитесь, жалуетесь, не хотите прощать и мириться с теми, кто вас обижает, может быть, совсем нечаянно. Не сердитесь, не стремитесь на зло ответить злом, а прощайте тем, кто вас обидел. Вы перед Богом очень грешны. Если вы не простите другим, Бог не простит вас.

На литургии 11-й Недели по Пятидесятнице Господь предлагает Общине для назидания Притчу о Двух Должниках. Всякое воскресное чтение — это празднование деяний Господа или празднование, посвященное сказанному Им в Евангелии.

Притча говорит о двух должниках, первый из которых был должен десять тысяч талантов, другой — сто динариев. При сопоставлении этих двух сумм становится очевидной их диспропорция. Ученым давно удалось подсчитать, что значили эти суммы в пересчете на современную реальность. Разница между ними является колоссальной, и превышает сотни тысяч крат.

Но если наука рассуждает языком цифр, то евангельский текст остается в рамках библейской «аналоговой» речи о Боге. Долг в десять тысяч талантов означает неоплатность, тогда как сто динариев — лишь просто действительно долг.

Итак, первый должник был должен Государю десять тысяч талантов, и этот долг неоплатен. Под образом Государя скрывается Бог. Он прощает должнику весь его долг. Тот же, кого только что простили, идет к своему собственному должнику, который задолжал ему всего сто динариев, и требует оплатить долг.»Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее. И, разгневавшись, он отдал его истязателям. Так и Отец мой поступит с вами», — сказал Господь (Мф. 18; 31-34).

Это чтение пророчески изображает домостроительство, то есть священную экономику спасения. Это понятие означает способ божественного «администрирования» Вселенной, затрагивающий как каждого отдельно взятого человека, так и всё человечество и Церковь. Все предстоят пред Богом со своими долгами. Все, то есть человек, человечество, Вселенная, Церковь.

Каждый человек получил от Бога великие дары. С момента своего зачатия каждый получает от Господа всевозможные блага. Блага, данные даром, а значит, по сути и фактически, взаймы. Благодеяния, данные человеку, начинаются с момента зачатия. Это дар жизни, дар детства, дары юности, взросления, любви. Дары эти велики, но ограничены. «To Live is to Die”, — как в одной песне…

Человечество было создано. Начиная с первых людей, оно живет и множится, и благодеяния множатся вместе с ним. Прогресс, экономика, благосостояние — в дар. Но все это разрушится. Вселенная когда-то начала существовать из небытия. Планета и звезды, и космос прекрасны. «Придет же день Господень, как тать ночью, земля и все дела на ней сгорят» (2 Пет. 3,10).

Церковь, от самого момента грехопадения, представляет собой сообщество падших людей. Падших, и даже не особо кающихся. Во Христе Иисусе Бог вошел в историю и стал плотью. Он отдал Себя за жизнь мира, а плоть Свою соделал Церковью. Церковь, согласно Писанию, есть Тело Христово. Получается, что, по сравнению с человеком, человечеством и даже Вселенной, Церковь должна Богу больше всего…

Как же прощает Бог? Прощение Бога — не прощение сильного слабому. Прощение Бога — не декрет и не расчет. Прощение Бога в Евангелии — это не прощение того, кому все равно.

Прощение Господа являет крестную цену всех Его благодеяний, которые, по логике искупления, стали грехом и проклятием на Древе Креста. Они обрушились на Господа Иисуса. Проклятие, суд, неблагодарность, и смерть и ад, были всецело возложены на Него. Цена благодеяний Господа – Цена Его Крови. Всесильное искупительное искупление всякого долга. Иисус есть Господь Безошибочность. Только в свете этого Великого Страдания Господа становится понятным, почему прощение неоплатного долга в Притче о Должниках дается легко.

Церковь – Община Прощенных. Величие благодеяний Господних, оказанных Церкви, несоизмеримо больше, чем всякое любое другое благодеяние, оказанное человеку, человечеству, миру и космосу. Церковь есть десять тысяч талантов, всё остальное и все остальные – по сотне динариев. Даром дал Господь Иисус. Даром данный дар Господь Иисус. В Нем – мириады талантов… для Церкви. Церковь есть Общество Верующих, Церковь есть – Десять Тысяч Талантов.

Подсчитать количество благодеяний, оказанных другим, значит приоткрыть ухмылку той логики расчета, которая противостоит прощению от Бога. Эта логика расчета вечной адской экономики скрупулезного воздаяния и есть Антихрист. А произвольно требуемые сто динариев образуют мерзкое фатальное, безупречно симметричное число: 666. Произвол придуманных ста динариев. То, почему Библия так настойчиво запрещала давать в рост…

В свое время Августин (354-430) в своем «Граде Божьем» изложил учение о Церкви как о двухчастном Теле. Церковь, по этому учению, есть Град Божий и Град Человеческий, Тело Христово, которое соприкасается с телом дьявола.

Дьявольская часть и есть та, что на протяжении всей истории Церкви превращала её соблазн. Порождая карикатуры мирян, иерархов и клириков, требовала от мира и человечества отдать ей то, что не свойственно ей по природе. Ожидание жалких ста динариев замедлило чаемое Пришествие Христа.

Опубликовано: 26.08.2020 в 19:18

Рубрики: Библиотека, Лента новостей

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *